Юрий Танчев
Жезл Будды

Следователь от бога

Летний день расцветал красками голубого неба и свежей зелени, манящей прилечь на теплую землю, отложив на потом все дела, а восхитительно желтые кисти цветущего барбариса спорили красотой с утренним солнцем.

***

«Лето прекрасное, лето чудесное, ясные тёплые дни…». Инга сдержанно рассмеялась и подумала: ну почему она не поэтесса? Стихи сами растут неведомо откуда… но уж точно не из сора, как у Ахматовой, а скорее из неба свежего июньского утра. Эх! Сейчас бы отправиться на дачу, вдохнуть сочный, от разнотравья и цветов на клумбе, воздух, но… это будет возможно только в конце недели, да и то если майор Синявин не заставит работать в выходной день, что совсем даже не редкость для следователя.

Инга Ярцева – "следователь от бога", как однажды ненароком обмолвился её непосредственный начальник, майор Синявин Олег Павлович или просто Палыч для коллег и друзей, вышла из дома и вскоре была возле кафе под названием «У Палыча». Нет, это не то, что можно подумать, всего лишь чисто случайное совпадение, и Палыч не имел к этому заведению ни малейшего отношения. Тем не менее, при взгляде на это название Инга каждый раз улыбалась, когда была в хорошем настроении. И сегодня как раз тот случай – у нее был небольшой запас времени, чтобы выпить чашечку любимого эспрессо с пенкой. Хочется непременно крепкий кофе! Инга непроизвольно облизнула губы и протянула руку к двери кафе. Но ее намерению не суждено было воплотиться в жизнь, из телефона послышалась до боли знакомая мелодия – это Палыч названивал ей с утра пораньше, а стало быть, случилось если уж не страшное, то неприятное точно…

Именно так и оказалось, произошло убийство женщины Елены Корнеевой, проживавшей в особняке по Цветочной улице, на самой окраине города. Эта улица слыла местной «Рублевкой», населенной далеко не бедными жителями. Инга знала это не понаслышке, так как еще в бытность свою стажером участвовала в расследовании убийства врача-стоматолога, проживавшего неподалеку.

– Кто обнаружил труп?

– Соседка, она пришла спросить о массажисте, который приходил каждую среду и пятницу к хозяйке особняка. Племяннику соседки как раз потребовался массаж после излечения перелома ключицы.

– Причина смерти?

– Был нанесен сильный удар сзади по голове тяжелым, но небольшим, предметом. Весь дом перерыт, но похоже ничего ценного не взяли… по крайней мере, на первый взгляд. В общем, дело выглядит как убийство из-за другой, неясной пока, причины. Ее дочь Вероника, проживающая в столице, приехала и внимательно осмотрела квартиру, но все вещи и украшения оказались на месте. Встроенный в стену сейф тоже не тронули.

– Ладно, – тяжко вздохнула Инга, – скоро приеду.

Поймав такси, минут через десять она прибыла на место преступления. Странное предчувствие охватило Ингу, когда она увидела еще не старую женщину, лежащую у края бассейна. Лицо её смутно что-то напоминало Инге, но что именно, она так и не поняла… Густые каштановые волосы были все в крови, а голова лежала в небольшой лужице крови. Инга опустилась на колени возле головы трупа и ощутила знакомый запах духов, очевидно приятный "Кензо".

– Что там? – спросил майор, слегка прищурив глаза.

– В бассейне она не была, – как бы про себя буркнула Инга, покосясь на Палыча.

Майор бросил на неё взгляд человека, уверенного в том, что служить под его руководством необыкновенная честь и великое счастье. Значит, придется приложить все силы и еще толику (немалую, как обычно) сверх того.

***

От допроса массажиста Инга не ждала ничего толкового. Само собой, он здесь ни при чем, однако допросить его придется, просто для проформы.

Массажист Петр Улитин уже сидел в просторной прихожей, как-то неприглядно опустив плечи. Впрочем, одет он был в прекрасный светлый костюм, а кулаки держал крепко сжатыми, будто хотел удержать что-то. Редкие светлые волосы слегка спутались на макушке, а лицо при этом выражало полное равнодушие ко всему на свете. Когда вошла Инга, он резко поднял голову, и она увидела красивые голубые глаза…

– Вы следователь? – Улитин угрюмо взглянул на нее и тяжело вздохнул, как будто его уже в чем-то не то чтобы обвиняют, но уж подозревают точно

Инга утвердительно кивнула, сознавая, что для него это было понятно стразу, но тем не менее он зачем-то спросил. Впрочем, мы все иногда спрашиваем то, что и так очевидно. Люди в большинстве своем существа малологичные, и действия их порой имеют странный, мягко говоря, характер. Вот и сейчас массажит почему-то решил сделать первый шаг и заявил решительным тоном:

– Я к ней не приставал! – Улитин при этом мрачно глядел как-то в сторону и вниз…

Инга вообще не ожидала таких слов и понятия не имела кто к кому приставал, но, тем не менее, почти ласково произнесла:

– Я разберусь, вы не волнуйтесь так и расскажите все по порядку. Вы ведь уже полгода здесь работаете… работали, не так ли?

– Да… чуть более полугода… я что начал о приставаниях, горничная – её имя Москалева Вера, наверняка наврет вам с три короба, что я прямо таки мечтал соблазнить её хозяйку с корыстными целями… Вот она сама точно ко мне приставала иногда, спьяну… я имею в виду хозяйку. Впрочем, и Верка тоже строила мне глазки, уж не знаю, чем я ей приглянулся, внешность у меня заурядная.

«Да, заурядная точно», подумала Инга, «но глаза у тебя еще те… как говориться, за красивые глаза…» а вслух опять повторила:

– Я разберусь…

Массажист шмыгнул носом, неопределенно покачал головой и продолжал исподлобья смотреть на Ингу.

Послышались неторопливые, но четкие, шаги в коридоре.

– Вот и она, – сказал Улитин, – Вера Москалева собственной персоной. О хозяйке она вам расскажет гораздо больше, поскольку служит у нее без малого девять лет. – Улитин поднялся и, не спросясь разрешения, торопливо вышел из комнаты. Инга слегка озадаченно посмотрела ему вслед, но ничего не сказала.

– Здравствуйте, – в комнату вошла горничная, стройная женщина лет тридцати, – мне велели идти к вам.

Инга молчала, внимательно оглядывая Москалеву. Быстро же она прибыла…

– Здравствуйте, – еще раз повторила горничная.

Инга приветливо кивнула. Некоторое время они обе молчали, глядя друг на друга. Лица их как бы утратили всякое выражение в ожидании дальнейшего разговора.

– Я её не убивала! – Вера спокойно смотрела на следователя, не отводя глаз. Впрочем, Инга давно перестала доверять взглядам, но вслух спросила:

– Почему вы думаете, что вас могут заподозрить в убийстве? Причина в красивых глазах Улитина?

– Все не так просто… – Вера задумчиво подбирала слова, – то, что у нас были отношения, это верно… и более того, именно он первый начал приставать ко мне… это чудовище!

– Вы сожалеете об этом? – Инга сама не поняла, зачем спросила, ведь и так все было понятно, выходит и сама она иногда нелогична, какая досада…

– Ни капельки! – не моргнув глазом, явно соврала Вера,

– Ладно, проехали… – Инга встала и прошлась по комнате.

Несомненно, все это действительно выглядело как-то странно, все эти полунамеки. Есть ли за ними что-то серьезное или это пустышки, которые абсолютно ничего не значат? Посмотрим, колесо дознания набирает обороты, но пока четкого мотива для убийства не просматривается.

***

Как выяснилось, Вера и Улитин ни разу не разговаривали друг с другом после того трагического дня. «Они наверняка подозревают друг друга в чем то», усмехнулась Инга, «но я не чувствую в них криминала… не чувствую от слова совсем. По-моему, у этой парочки странная мания величия – полагать, что следователь подозревает в убийстве именно их. Знали бы они, что их домыслы мне уже совершенно не интересны…».

Майор Синявин был явно другого мнения, но не стал перечить своей подчиненной и отпустил горничную и массажиста восвояси.

– Ну, Инга, смотри, ты отвечаешь головой, если они слиняют из города!

– Никуда они не денутся, – Инга весело хмыкнула. – Гораздо важнее то, что из бассейна выловили кулон и порванную цепочку.

– Ну и что? – прищурился майор, – просто случайно порвалась…

– Непросто, совсем непросто, – вздохнула Инга. – Во-первых, убитая лежала у бассейна, а не в бассейне, а во-вторых, кулон раскрывается, а там внутри миниатюрная гравюра дома… точнее, целой усадьбы. Я полагаю, убитая сама успела сдернуть цепочку и незаметно швырнуть её в бассейн… это для меня как стрелка мелом на стене – мы в детстве играли в казаки-разбойники.

– И что дальше? – Синявин в недоумении уставился на Ингу, – Что ты собираешься предпринять?

Взглянув на него, Инга улыбнулась.

– Я еду в командировку, – сказала она, немного помедлив. – В село Боровеньки, недалеко от Тулы, где до революции находилась эта усадьба. Жертва убийства все детство провела там. Я успела пролистать её семейный альбом со старыми фотографиями и созвонилась с тамошним участковым – капитаном Абрамцевым. Он сказал, что усадьбу разобрали по кирпичам после революции, но до того в усадьбе был пожар, и один местный парень, скидывая с чердака вещи, выбросил красивую старинную шкатулку-сундучок. В таких обычно хранили драгоценности. Но сундучок был пуст…

– И что было дальше? – майор, похоже, проявил таки интерес к истории.

– Дальше было печально. Еще до войны, в 1939 году парень, точнее, молодой мужчина, работавший к тому времени учителем в поселковой школе, был арестован и отправлен валить лес на долгие годы по доносу о якобы утаенных от государства драгоценностях. Милиционеры, а затем и чекисты, перерыли дом сверху донизу и ничего не нашли, но Семён Сергеевич Васильев – так звали бедолагу, все равно пошел по этапу. Вскоре грянула страшная война, и он добровольно попросился в штрафбат. Сражался каторжанин отважно. Он не только выжил в штрафбате, но и воевал до самой Победы, причем уже со снятой судимостью. В 45-м вернулся в родное село и продолжил учительствовать.

Дом его обветшал со временем, и в конце 80-х Семён Сергеевич, уже в пожилом, но еще бодром возрасте, отстроил себе большой каменный дом, купил машину и дорогое охотничье ружье. Он никогда не охотился – ружье, вероятно, купил на всякий случай, воры порой пошаливали в окрестных деревнях и селах. Как в воду глядел – воры залезли к нему и убили ветерана. Причем не в лихие 90-е, а пару лет назад. Ружье при этом из дома пропало. Участковый предположил, что из-за ружья его и убили. Следствие тоже не заморачивалось с этим делом, и оно ушло в архив как нераскрытый «висяк».

– Это все интересно, конечно, но ты уверена, что…

– Уверена! – перебила его Инга, – Девичья фамилия убитой женщины – Васильева… а на трупе её отца эксперт зафиксировал следы пыток.

.

Прошлое настигает

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.