Юрий Россохин
Сборник рассказов

СНЫ

Хлопья обжигающе холодного снега стрелами летели, подхваченные ветром. И шаткие стены хижин, где еле трепетали огоньки костров, стонали в такт завываниям метели. Маленький посёлок, уместившийся в ущелье, приютил поселенцев среди снегов суровой и неприветливой планеты. Хижины, поначалу наспех сооружённые из обломков корабля, едва ли могли выстоять на равнине, и потому ущелье оказалось настоящим спасеньем для потерпевших бедствие людей. С мольбой простирая руки к небесам, они ждали помощи. Но небеса молчали, застланные непроглядной пеленой туч и снега. Лишь на несколько дней в году выглядывало далёкое солнце, видимое как маленький расплывчатый шарик, но даже тогда не сходили вечные льды, сковавшие планету. Небольшие, жухлые деревья, приспособившиеся жить на этой планете, давали топливо кострам. А мохнатые шестиногие существа, обитавшие в пещерах, – одежду и пищу людям.

Прошли годы, люди прижились среди бескрайних снегов, у них родились дети, затем внуки. Но по-прежнему глядя на небо, они ждали помощи.

«Бабуш – воскликнула кареглазая девчушка, вскочив с кровати, устланной мехами шестилапых.

«Что тебе непоседа?» – спросила старушка, подкидывая ещё веток в печурку. Закутавшись в одеяло так, что остались видны лишь лицо да тёмные растрёпанные волосы, девушка шёпотом сказала:

«Мне опять снились цветы

Косо взглянув на неё и покачав головой, старуха недовольно сказала:

«Опять, что же за напасть, в кого ты уродилась-то такая? Ведь не видала ты никогда ни травы, ни цветов. Ох, Танька, не доведут тебя эти сны до добра».

«Зато ты мне рассказывала, когда я была маленькая».

«Я уж сто раз покаялась за эти рассказы», – старушка недовольно отмахнулась и направилась к столу, на котором стояли глиняные горшки. А Таня, закрыв глаза, попыталась вспомнить свой сон. Зелёная трава росла по краям песочной дорожки, смешные травинки, торчащие в разные стороны, по которым прыгали насекомые удивительнейших форм. А разноцветные цветы возвышались над травой на тоненьких стебельках, что казалось непонятно, как они могут выдерживать такой вес. Бредя по песчаной дорожке, Таня смотрела на яркое слепящее солнце на голубом небе, а вдали виднелась кромка тёмного дремучего леса.

«Ох, бабуш, как же это было здорово – прошептала Таня и, встав, подошла к бабушке.

«Ничего хорошего», – проворчала та и добавила чуть мягче: «Сходила бы лучше к Егору, он молока обещался».

«Иду, иду – воскликнула Таня, натягивая унты, и добавила, надевая шубу: «Я ему расскажу про сон…».

«И думать забудь – строго сказала бабушка: «Туда и обратно, поняла?»

«Конечно – пообещала Таня, выскакивая во двор.

Пробираясь против ветра по чуть расчищенной тропинке, она вспоминала свой тёплый сон, и от того на душе становилось чуть теплее. Егор был единственный в деревне, кто попытался приучить шестилапых, и теперь деревня была обеспечена молоком. Вообще эти животные были безобидны и очень пугливы, обитали они в пещерах, образующих под землёй ледяные лабиринты. Бывалые охотники забирались на многие километры вглубь и рассказывали настоящие чудеса, про белый мох, растущий на льду, и про стада шестилапых, кочующих по пещерам.

Вот и хижина Егора, распахнув дверь, Таня влетела в дом вместе с клубами снега.

«А, Таня! Вовремя, вовремя, иди к нам», – сказал седой старик, сидевший в кругу ребятишек.

«Дядя Егор, бабушка просила молока и сказала, чтобы я не задерживалась».

«Да будет, послушай лучше историю про город… А потом история с тебя, по уговору. Так на чём это я остановился?» Старик, приподняв густые брови, взглянул на окружавшую его ребятню.

«Про фонарики – хором воскликнули дети. А Таня меж тем, сняв шапку, села поближе к печке.

«Ах да, конечно! Как я мог позабыть», – сказал Егор: «И вот, когда бывало темно, а там вовсе не всегда темень, как здесь, везде зажигались огни, на каждом доме, вдоль каждой тропинки, чтобы люди не блуждали во тьме, а всегда могли найти нужную дорогу. А были также огни на ножках. Они и назывались фонарики, представьте себе длинную-длинную ножку в пять человеческих ростов, а на её вершине горит пламя в… таком прозрачном горшочке. А вокруг светло-светло, так что даже читать можно». История Егора унесла детей в далёкую сказочную страну, где жили, по их мнениям, волшебники, для которых не было ничего не возможного, они воздвигали дома, подобные скалам, что дети видели лишь издали, на юге. Они могли летать по воздуху и ездить по земле с невероятной быстротой. У каждого в дом сама прибегала вода, и там всегда было тепло, не надо было ходить за дровами по морозу. Если волшебники пожелали бы, у них всегда могло быть ясное небо, но они почему-то этого не делали. Егор так и не смог объяснить, зачем необходимы тучи, закрывающие солнце, что-то про воду, падающую с неба, но зачем, если вода и так притекала к каждому в дом?

«ВОТ ТЫ ГДЕ, НЕГОДНИЦА Все оглянулись к двери, там вся запорошённая снегом стояла бабка Тани: «Я её дома жду, понимаешь ли, а она тут сказки слушает, и не стыдно?» Таня без слов поднялась, но Егор остановил её, сказав:

«Слушай, бабка-сержант» (так прозвали бабку Тани дети, а потом и взрослые стали так её звать в шутку): «Ты не знаешь, а ворчишь, с Тани ещё история, у нас уговор есть, все, кто приходят ко мне, рассказывают историю и других слушают…»

«А ты уж молчи, чудак старый – замахнулась на него рукой бабка: «И так сказками своими детям головы забиваешь, так и внучку мою чудаковатой заделать хочешь. А ну марш домой – скомандовала она Тане, и та, не дожидаясь, чем кончится разговор старших, как испуганный шестилапый, выбежала за дверь.

Когда бабка-сержант вернулась в свою хижину, Таня уже согрела воды и разогрела вчерашний бульон.

«Не смей больше у Егора сидеть, пришла, взяла, что велено, и домой», – напустилась на Таню бабка. «Поняла, непоседа?» – чуть мягче добавила она. Внезапно дверь распахнулась, и в хижину ввалился коренастый паренёк с раскрасневшимся лицом.

«Тепла дому твоему, бабка Марья, я за Таней». Он стоял, улыбаясь, на пороге, а бабка, подозрительно щурясь, смотрела на него.

«Зачем она тебе?»

«Мы хотим поймать детёныша шестилапого, может, выживет, как у дяди Егора, будет молоко давать, когда подрастёт».

«Ещё что надумали, не выдумывайте».

«Но, бабуш, – воскликнула Таня. «Охотники сказывали, что стадо с детёнышами видели вчера совсем близко к выходам, когда ещё подойдут так близко! К тому же у нас дрова кончаются, я бы принесла на обратной дороге». Получив столь весомый довод, старушка посмотрела на совсем мелкую кучку дров у печки.

«Хорошо, иди, только недолго чтобы, и глубже чем на два факела не заходите. И не забудь дрова

«Слушаемся, бабка-сержант, – отрапортовал паренёк.

«Я тебе покажу сержанта, – закричала бабка, схватив палку, но Таня и её друг уже были за дверью.

Пробираясь по сугробам меж хижин посёлка, Таня и Николай почти не разговаривали, слова просто терялись в порывистом ветре. И лишь дойдя до церкви, хижины, сооружённой из крыльев космического корабля, они остановились. Кое-где на её стенах ещё сохранились старые надписи, какие-то рисунки и цифры, они всегда казались загадочными и таинственными. Дети считали, что стоит разгадать их смысл, и станешь великим волшебником. Но Таня и Николай уже давно не верили в эти рассказы. Захватив в церкви, у судового капеллана Яши, факела и огниво, они отправились дальше. В стенах ущелья имелось множество пещер, образующих бесконечные коридоры лабиринта. Поначалу, после Аварии, люди хотели селиться в пещерах, но сырость, постоянные миграции шестилапых и жуткие, надоедливые насекомые просто выжили их оттуда. Люди поселились на дне ущелья, неподалёку от леса из чёрных, скорчившихся деревьев. И в пещеры наведывались только за белым мхом и за шестилапыми. Эти удивительные создания были чрезвычайно пугливы, но очень неуклюжи. И всегда, завидев людей, бросались врассыпную, смешно размахивая толстыми кривыми лапками. Поначалу люди думали, они боятся света, но оказалось, что эти создания ориентируются с помощью эхолокатора, расположенного в носовой области головы.

От света факелов ледяные своды пещеры переливались разноцветными оттенками, а эхо голосов звучало далеко впереди. И лишь белые насекомые тучами кружили над чужаками, вторгшимися в их владения.

«Знаешь, Тань», говорил меж тем временем Коля, осторожно пробираясь по туннелю: «мне кажется, кроме нашего посёлка больше людей нет нигде, ни на этой планете, ни на той далёкой Земле, о которой рассказывают старики». Таня удивлённо посмотрела на него:

«Почему?»

«Мне кажется, это просто сказки, как про деда Мороза. Ну подумай, как какой-то корабль, одна дверь от которого весит больше меня, может летать между звёзд? Ведь ты сама видела летом, в том году, там между этими звёздами места совсем мало. Ни один корабль, хоть летающий, хоть нет, не поместиться».

«Ну если нет Земли, то нет и цветов?!» – воскликнула Таня. Коля, морщась, ответил:

«Да, наверное. Если тут снег, и на много километров кругом тоже, то почему где-то его не должно быть? Даже глубоко под землёй лёд и камень, никто другого не видел».

«Но мне они снились, и не раз». Казалось, ещё немного, и Таня заплачет.

«Но это ведь только сон, ты сама посуди, ведь если что-то снится, это не значит, что это есть. Мне вон давеча приснилось, что отец подарил мне свой нож. А вот нет же. Или сегодня…». Коля, смутившись, замолчал, лишь буркнув что-то под нос, но Таня его уже не слушала. Она брела, глядя под ноги, и не подняла головы, пока Коля не крикнул что-то и не швырнул факел в темноту туннеля. Ударившись об стену, факел заискрился, а маленький комок шерсти на шести лапках, перед носом которого упал сноп искр, взвизгнув, бросился навстречу людям.

«Держи его!» – закричали Таня и Коля одновременно. Внезапно откуда-то сверху упали ещё два шестилапых, чуть побольше. Но, завидев людей, бросились наутёк. Запутавшись в мелькавших созданиях, ребята бросились в разные стороны, за разными зверями. Запнувшись об первого зверя, Таня упала и вместе с мохнатым зверьком покатилась по наклонному полу туннеля. Крик перепуганной девушки разнёсся по всем пещерам, спугнув тучи насекомых. А Таня в обнимку с шестилапым неслась со всё увеличившейся скоростью всё ниже и ниже. Несколько раз попалась развилка, запутав перепуганную девушку. И когда, наконец, спуск прекратился, было уже трудно понять, куда надо двигаться, чтобы вернуться. А шестилапый сразу же, как только они остановились, соскочил с рук Тани и скрылся в темноте.

Медленно пробираясь вдоль стенки, Таня шла вперёд вот уже два часа подряд, сворачивая то в один, то в другой туннель. Сначала, после остановки, Таня пыталась кричать, но никто не отзывался, видимо, она упала очень глубоко. Тогда, поднявшись на ноги, Таня пошла искать дорогу, выбирая те туннели, которые, казалось, шли наверх. Бредя во тьме, факел она выронила ещё вначале падения, она гадала, будут ли её искать. Скорее всего, будут, но вот найти шансы были невелики. Лишь несколько счастливчиков, которым довелось потеряться, возвращались назад, иногда сами, некоторых замёрших находили в туннелях. Главное – найти охотничьи тропы, а там выбраться не составит труда, думала Таня, обшаривая стены в поисках меток, которые охотники вырезали на стенах. Но ведь охотники ходят далеко не везде, да и во тьме Таня вполне могла пройти мимо метки, даже не заметив её.

Прошёл день или больше, прежде чем впереди показался свет. Усталая, не веря собственным глазам, Таня побрела на свет. А достигнув выхода, была ослеплена неестественным светом, исходящим от доскообразного объекта. Возле него стоял человек, человек в красной одежде. «ОНИ прилетели нас спасти», подумала Таня, бросаясь к изумлённому человеку.

«Who you? What you want?» – воскликнул человек. Но Таня, совсем выбившись из сил, только повторяла:

«Вы прилетели спасти нас…».

«You russian?» – пробормотал он и добавил изумлённо: «Спасать вас, отчего?»

«Вы отвезёте нас на Землю, там мы в деревне, корабль… сигналы мы говорили, вы их слышали?»

«Какие сигналы, ты откуда пришла сюда? С базы сбежала? Проезд на Землю дорого стоит, девочка! Иди домой».

«Но вы должны нам помочь, Коля говорил, что Земли нет, он, они все должны увидеть её». Она, раскрасневшись, всё не могла понять, почему этот странный человек не хочет ей помочь. Ведь старики рассказывали, что как только их найдут, то сразу отвезут на Землю.

«Пойми наконец – воскликнул человек: «Места на корабле нет, и я не возьму ни тебя, ни Коля, ни кого ещё. Поэтому иди домой, а то я сообщу в глав. пост». Таня, схватив его за рукав, воскликнула:

«Но вы не можете нас тут бросить

«Да отпустись же ты – воскликнул человек, отталкивая Таню в снег. Дверь за ним закрылась, и девушка осталась лежать на снегу, плача от обиды. Сильно засияв, диск взмыл вверх и в одно мгновенье затерялся в облаках. Рассеянно Таня посмотрела на место, где ещё минуту назад стоял корабль. Там в протаявшем снегу была круглая поляна, будто перенесённая сюда волшебником из её сна, на ней колосилась молоденькая травка, и кое-где пробивались хрупкие голубые цветы, первые цветы на Марсе. Дурманящий запах цветов и молодой травы закружил девушке голову. Глаза закрылись, и она упала на зелёную траву, чтобы забыться глубоким счастливым сном в маленьком оазисе лета.

ЗАПРЕТНЫЙ ПЛОД

Ничто не предсказывало, что всё пойдёт не так, как обычно. Это был обычный день для Ивана, мало чем отличающийся от других дней на полигоне. И хотя в душе каждый работник НИИ ядерной физики надеялся, что когда-нибудь прорыв произойдёт, от сегодняшнего дня никто чуда не ожидал. «Не исключено», подумал Иван, «что они даже не узнают, что произошло. А значит, выбираться мне придётся самому». Он посмотрел на голые скалы, пики которых росли вокруг. Безмятежное спокойствие девственной природы, нетронутой человеком. Среди этого по-своему прекрасного торжества вековой нерушимости, железо-бетонная площадка полигона с частью бункера, словно вырезанная неким божеством и перенесённая в одно мгновение на эти скалы, выглядела нелепо.

Иван осмотрел приборы. Аппаратура способна была выдержать даже ядерный удар. И потому мощный всплеск реактора не повредил её. Но вот сам реактор остался с другой частью бункера. И Иван лишь беспомощно взирал на стальную трубу с кабелем, срезанную будто бритвой. Энергия была лишь в аккумуляторах компьютера, но этого было настолько мало, что даже не принималось в расчёт. «Что ж, информация на диске цела, а значит, я смогу восстановить, что случилось, и, может, узнаю, куда я попал». С такими мыслями Иван приступил к работе. «Как говорят, знания – сила, а это-то мне и надо… Или нет?» – бормотал он себе под нос, покуда просматривал информацию. Это была своего рода привычка – говорить вслух, покуда он работал на компьютере. Раньше, когда Иван подрабатывал в экономической компании, эта привычка нередко раздражала соседей по офису, ибо в процессе работы Иван нёс такую ахинею, что становилось непонятно, чем он занят. Но это помогало Ивану сосредоточиться, а что-что, а программы он составлял лучше всех. И недовольным приходилось молчать, ибо шеф был всецело за Ивана. Особенно после новой защитной системы, которую поставил Иван в сети компании. Уже после, работая в НИИ, Иван сумел создать программу обработки данных для этого эксперимента, благодаря чему был немедля включён в группу исследователей, а теперь находился среди этих синих скал.

Но компьютер не смог ничем помочь. Всё, что говорили данные, полученные в ходе вроде «рядового» эксперимента, так это то, что цепная реакция в реакторе вышла из-под контроля. А затем генератор, видимо вследствие перегрузки, перешёл на более высокие частоты. В принципе, всё это вырисовывало общую картину, по которой можно определить, как всё произошло. Но, к сожаленью, это ни на йоту не раскрывало то, куда попал Иван.

«В принципе, если отталкиваться от того, что это не прорыв, значит, я могу быть где угодно: Альпы или Тибет какой-нибудь», рассуждал Иван. «Но если это ПРОРЫВ, что ж мне тогда делать? Я ж здесь тогда застряну». Конечно, оставался один шанс из миллиона, что процесс можно повернуть вспять. «В принципе, это даже можно проверить на моделирующей программе, но где взять энергию для генератора?» В любом случае сидеть без дела здесь, на скалах, было глупо. «Так…», рассуждал Иван. «Надо посмотреть, обратим ли процесс… Посмотрим, на что годятся познания современных физиков об устройстве мира. Зря ли они это всё заложили в программу, или как?» Иван вновь вернулся к компьютеру.

Начинала сгущаться тьма, как и бывает в горах, быстро и без долгих вечеров. Уровень энергии в аккумуляторе безбожно падал, а Иван так и не нашёл обратного процесса. Программа отказывалась принимать даже существование прямого процесса, и всякий раз, когда Иван запускал её, компьютер недовольно жужжал дисководом и выдавал целую серию ошибок-ругательств.

«Значит, современная братия учёных не может ничего объяснить». Пробормотал Иван после множества неудач. Он испробовал все возможные пути протекания процесса. Включил в программу даже условия окружающей среды в точке отправления и прибытия. Но компьютер с упорством партизана отказывался принять случившееся. Частота, возникшая на выходе генератора, просто не могла привести к таким последствиям. В принципе, ни один генератор в мире вообще не мог выдать такой частоты. Что-что, а это Иван помнил ещё со студенческой скамьи. И тем не менее он был здесь. «На ночь останусь здесь, а завтра спущусь в долину или что там в низу», решил Иван: «может, ещё рано паниковать и прорыва не было?»

Медленно шагая по склону, Иван думал о том, что случилось. Бесспорно, это всё здорово, возможно, даже если бы кто-нибудь рассказал бы ему об этом дня два назад, он бы прыгал бы от восторга. Но сейчас, оказавшись здесь с сомнительной перспективой вернуться, всё это уже не казалось так здорово, как сидя дома.

Всю дорогу Ивану не давала покоя одна мысль: за ночь он не слышал ни писка насекомых, ни крика птиц. Да и сейчас ни одного намёка на присутствие в этих местах зверя или человека. Бесспорно, это горы, но всё же. Иван вспоминал свою прошлую поездку в горы вместе с друзьями. Как-то на привале от ящериц не было покоя, да и на склонах попадалась растительность. А здесь голые скалы без единого признака жизни. «Скалы ведь бывают разные», – успокаивал себя Иван. Хотя внутри всё ликуя кричало: «ЭТО ПРОРЫВ». Всё же, несмотря на всю трагичность ситуации, это было большим достижением в области физики. Хотя даже без прорыва телепортация – это тоже было нечто. Теперь дело за малым – вернуться домой, а это уже была проблема. Когда солнце стало клониться к западу, внизу стал виден зелёный ковёр леса, но добраться до него до наступления ночи было нереально. И Иван решил подыскать себе место для ночлега. Вскоре он вышел к маленькой горной речушке, берущей начало где-то высоко вверху. Прозрачная, как алмаз, вода с шумом неслась по склону, ударяясь о прибрежные камни и рассыпаясь на сотни капель, блестя в лучах заходящего солнца. Неподалеку от речушки среди камней зеленел мох, но немного странный, во всяком случае Ивану не приходилось видеть такого. Впрочем, он не считал себя знатоком в растениях и вряд ли обратил бы на это внимание, если б не отсутствие птиц в небе. За весь день ни одного звука, кроме его собственных шагов. «Что ж это за чертовщина-то, даже на прорыв не похоже. Не могли же птицы не появиться». Сбросив тяжёлую корзину, к которой Иван приладил лямки и использовал как рюкзак, он наконец вволю напился холодной бодрящей воды. Запасы в бункере были чрезвычайно малы, ведь никто не предполагал, что бункер сдвинется, прорваться должен был объект на полигоне. А вышло иначе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.