Всё во всём
Забавная философия
Татьяна Васса

© Татьяна Васса, 2025

ISBN 978-5-0065-3501-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие автора

Вниманию читателей предлагается новый жанр, который создатель назвал «коза». Это, как правило, произведения небольшого формата, написанные сверхдлинным стихом. Суть данных произведений – философия, изложенная в юмористической, забавной форме. Не исключаются также социальные проблемы общества.

Основные главные герои в данной книге: Коза, олицетворяющая собой Жизнь – шустрое, вредное существо, которому до всего есть дело, желающее всё испытать и всё попробовать. Второй главный персонаж – Добрая Фея с топором, олицетворяющая собой Смерть – дама правильная, строгих порядков, разумная и исполнительная.

Как правило, действие происходит между Небом и Землей.

Автор рассчитывает на понимание и желает читателю хорошего настроения.

С любовью,

Ваша Татьяна Васса

Фея с топором, Просто Женщина и Коза

(Поэма)

ВВЕДЕНИЕ

Начать хотелось бы это странное повествование не вполне увеселительное

с краткого знакомства с действующими лицами и исполнителями:

Коза.

Коза как коза, ну что о ней скажешь…

рога, копыта, шкурка короткая, даже бантика нигде не повяжешь.

Однако, это была не просто Коза, а победительница какого-то всероссийского движения,

и пакостить умела из любого, как надводного, так и подводного положения.

Кто хоть раз с козьим характером соприкасался, тот знает,

что хорошо, когда козы не летают,

и вообще где попало не бродят по окрестностям,

потому что от этого наносится урон всему, расположенному на местности.

Виды пакостей зависят от породы козы, например, есть козы-артистки,

а есть козы, которые научились грызть металл, они называются козы – металлистки.

Но наша Коза – ещё та коза, можно сказать, коза с полосами.

А какие у неё были полосы, что за ними скрывалось, это, дорогой читатель, разбирайтесь сами.

Добрая Фея с топором.

Это персонаж, неопределённого возраста, неопределённых занятий, неопределённого положения

Фея – «леди ин блек», пропорционального и крепкого сложения.

Владела всеми положенными фейскими навыками, умна, воспитана, образована,

проявляла высокий профессионализм во владении топором, короче говоря, рубила им здорово.

Ничего в этой Фее не было топорного, кроме топора, разумеется,

(намёк) каждый с этой Феей повстречается в своё время, избежать даже пусть не надеется.

А то, что написано, что Фея – добрая, так мало ли что в письменном виде указывается…

Когда демонстрируется топор, тут что угодно напишешь (суровая действительность сказывается).

Просто Женщина

Просто женщина всегда носила светлые платья, но наглухо застёгнутые.

Никто никогда не знал просто злая эта женщина или она просто добрая…

Никто никогда не знал сколько ей лет, какого она происхождения, откуда появилась или возникла.

Никто вообще о ней ничего не знал, просто женщина, просто ходит, вроде бы все привыкли.

До того привыкли, что даже обращать внимания перестали…

А напрасно… такую женщину нужно почаще замечать, (сокращает количество жизненных волнений и печали).

Назвать её загадкой? Слишком мелкое слово для данного словосложения…

Даже «тайна» не может быть употреблено для адекватного описания положения.

Котёнок Антипка

Котёнок Антипка не сразу у вышеозначенной троицы появился и устроился на проживание,

Это – пушистое, весёлое, смышлёное и не по возрасту глубокомысленное создание.

Его роль описать человеческим словами достаточно сложно,

хорошо бы описать кошачьими, но автору по известным причинам это сделать невозможно.

Он умеет мурлыкать, спать, лакать молоко, наблюдать за происходящим с симпатией и веселием,

одним словом, умеет самое трудное: создавать, удерживать и сопровождать настроение.

Котёнок Антипка был нередко способен даже на настоящие мужские свершения,

что подтверждает некое высказывание: «сила не в силе, а в источнике её происхождения».

Глава 1. КОЗА – ТРЕТЬЯ ЛИШНЯЯ

Неволшебное превращение имущества

Однажды Козе подарили велосипед на день рождения, и она училась кататься

копытами крутила педали, и сбивала во дворе, всё, что только могло сбиваться.

Катание это было волшебное, преобразовательное и даже устрашающе-помпезное,

оно превращало множество полезных вещей в совершенно бесполезные.

Фея с топором, посмотрела в окно и промолвила внимательно:

«Нас трое, но кто-то из троих бывает третьим лишним обязательно.

Предлагаю назначить Козу третьей лишней персоной,

пока она оставила нетронутыми часть вещей, а также часть сада и часть газонов».

До этой фразы, Козе во дворе, казалось, никаких криков Феи не было слышно,

(А крики были следующего содержания: «дура… скотина,…держи правее… ну ты посмотри, что вышло!». )

Но как только сентенция «третья лишняя» до ушей Козы дотронулись,

мигом слетела с велосипеда, копыта заломила, да так неестественно, будто умом тронулась:

Истерика Козы:

Вы, что?! Да где у вас душа?!

ну чем я вам нехороша,

могу плясать, доиться…

во мне и опыт и душа…

в вас нету сердца ни шиша…

пойду сейчас топиться…

Полезна я со всех сторон,

а мне, рогатой: выйди вон,

иди, гуляй по полю…

Я разгрузить могу вагон,

не морщась целый съесть лимон,

собрав в копыта волю…

Да я,

Да мне,

Да вы…

Да что б…

подумаешь, поломки —

кричала, плакала коза,

а козьи наглые глаза

косились на обломки…

Глава 2. КОЗА В ПОЛИТИКЕ

Демократические процедуры

По выбору третьего лишнего решили устроить собрание,

определять кандидатуру демократическим голосованием.

коза всхлипывать перестала, копыта на стол водрузила,

стала перечислять: «По магазинам ходила, воду носила…».

Фея положила на стол топор – аргумент железный,

(и здесь пригодился инструмент в хозяйстве полезный).

Просто женщина просто упорно молчала,

молчание – золото, за слова она всегда отвечала.

Сидят друг на друга смотрят, ситуация типическая.

На Козу косятся, может, выдаст что, натура у неё артистическая…

Молчали долго. Зашло в тупик демократическое собрание,

тогда решили вспомнить про доброту и про сострадание,

доброй Фее с топором было всех труднее,

у неё один лексикон: или зарублю или вздёрну на рее.

Просто женщина с золотыми словами молчать продолжала.

(Опыт большой, тут научишься и думать и молчать, пожалуй…)

Пока голосование по третьему лишнему не закрылось,

Коза (хитрая морда) ободрилась и оживилась.

Она про то, что в человеке, порой, помещаются два «я», прочитала,

стала бегать возле стола, от волнения жевать покрывало,

вертеться, бить по ходу задеваемую посуду:

«Девочки, а можно я двуями „ями“ проголосую?»

Партия третьих лишних

Ладно – сказала Фея: поскольку третьи лишние принципиально существуют в природе,

они водятся при любых правительствах, во всякие времена и при любой погоде.

Чем переходить на личности, лучше перейдём к голосованию, выдвигаю предложение:

создать партию «третьих лишних», а лучше – общественно-политическое движение.

Коза уши растопырила, не дышит, каждое слово слушает,

Просто женщина, просто тихо улыбалась и делала вид, что кушает.

Фея:

– Назовём это движение движением лишних Фей и людей;

– а козы, что, не двигаются разве? – спросила Коза, двигаясь посильней;

– хорошо, пусть «движение лишних людей, Фей и коз».

Стрекоза мимо пролетала, прострекотала: «А ещё лишних стрекоз».

Куры подняли гвалт, рвались тоже принять участие,

кричали под дверью: «Назовём вперёд-назад, за куриное счастье!»

Просто женщина встала, просто взяла лопату (тихое молчаливое создание),

поставила её ребром, и прекратила голосование.

Проверка с Марса

Поскольку, никак не определялся третий лишний,

поставили вопрос о строительстве дополнительного жилища,

а также о ремонте приусадебного участка и местной архитектуры,

повреждённых вследствие Козьих велосипедных прогулок.

Просто женщина просто взяла лопату и просто стала копать котлован

под постройку,

Коза притворилась крайне занятой и отбыла на вечернюю дойку,

Фея с топором пошла рубить лес, поскольку дом предполагался деревянный

(а здесь сработал невидимый читателям инстинкт на «оловянный, деревянный, стеклянный»).

Откуда ни возьмись, из-за угла появляется некоторая проверка:

«Отведён ли земельный участок, выписаны ли лесорубочные билеты?»

(Нужно сказать, что действие происходило где-то между Небом и Землёй,

комиссий и проверок здесь пока не заводилось ни одной).

Коза из-за другого угла Фее с топором старательно моргает:

– Руби их, Фея, руби… это – биороботы, комиссий и проверок здесь не бывает,

С Земли нас ещё ни разу не доставали,

эти, точно, наверное, с Марса упали…

А проверка не унималась, туда-сюда шастала, носы пытались всунуть повсюду,

Фея отложила лесорубочный топор, взяла специальный топор и приготовилась к исполнению процедуры.

(Кто понимает в вопросах переходного момента от жизни к смерти,

тот, наверное, понял, что ребята заблудились по дороге то ли в ад, то ли в рай, поверьте.)

На Земле им ускорение изначальное придали, может быть даже способом самосуда,

но ни до ада, ни до рая, комиссио-проверка в полном составе пока не дотянула.

Просто женщина просто подошла, молча на комиссию посмотрела:

все до одного тихо растворились в пространстве, как будто бы и не было комиссионного беспредела.

– Вот, политически выдержанное решение – довольно сказала Коза: а то расходились тут, повадились…

а я с утра не в форме, борода совершенно не завита, не напомадилась,

ой, что-то я, устала, испереживалась, пойду, понюхаю с нашатырём вату…

(Она всё ещё опасалась, что просто женщина просто даст ей в копыта лопату)

Выборы президента Луны.

Но комиссия не прошла бесследно (ничего в жизни бесследно не проходит),

Коза сидит, думу думает, чувствуется, как мысли в неё входят, а обратно не выходят…

Повело её с демократическими выборами, куда-то в политические пространства.

– а что, разве я Коза не Коза, а слабо мне политикой заняться?

Вон Луна висит, просто так, бесхозная, неуправляемо ночами светится,

Нужно бы мне политическим взглядом на неё посмотреть, примериться,

выборы провести по выбору президента Луны и её окрестностей,

что я тут между Землёй и Небом прозябаю такая политически интересная?

Коза новой идеей озадачилась, политикой заболела.

С целью практических занятий выстроить кур по размеру, по росту, по правилам захотела.

Бегает за будущим электоратом с линейкой, норовит измерить фигуры.

Трудный процесс: талий нет, только крылья, лапы и клювы…,

по росту не строятся, хаотично не по линейке гуляют,

ведут себя, кто во что горазд: клюются, плюются, матом посылают.

Коза наслюнявила карандаш, записывает в блокнот и блеет:

«Кур в лапшу. Яйца на склад. Анархизмом болеют.»

Фея с топором подошла, прочла, плечами пожала: «Глупо.

Антидемократично. Можно чем хочешь болеть, если есть валюта…»

Реальные яйца.

Коза не отчаивалась и решила провести собрание по выборам кандидатуры президента.

Только почему-то на президента Луны никак не находилось претендентов.

– тогда выберем просто главного, а то нами никто не управляет

пусть будет формальный лидер, есть опасность, что куры анархизмом всех перезаражают.

Тем временем, у Просто женщины общими усилиями отобрали лопату.

(Всё равно это было нужно сделать когда-то).

Как же разрастающемуся коллективу принимать решения?

Коза снова не растерялась: «Предлагаю сложение-разложение!»

(Эта тварь уже не одни коллектив здоровый разложила,

и здесь старается обменять шило на мыло).

Куры под дверью снова стали кричать: «Мы – устойчивые морально!

Петух ещё в прошлом году сбежал. Общается с нами виртуально.»

– а яйца почему-то реальные несут…

– да это и без петуха они могут…

Обсуждение куда-то в сторону уходило понемногу…

Женщина с золотыми словами и без лопаты снова молчала.

Коза глаза закатила и начала философию сначала:

«Какой вопрос тут ни поставь – даже самый лучший,

всё равно начнут обсуждать не поставленный, а насущный…»

Выборы Бога.

Собрание перетекло в другое русло, никто не уступал, все были упрямы.

Нужно было выбрать главного, а для этого определить идеалы,

а потом сравнивать кандидатуры с идеальным представлением

и кто втиснется, подойдёт максимально, тот и будет всему управлением.

Просто женщина с золотыми словами, молчала как партизан у стенки,

доброй во всех отношениях Фее топор давно отдавил все коленки,

Коза то кур погоняет, то снова сядет за стол (Егозы звание ни за что не даётся),

стрекоза улетела куда-то, и никто не знал, кем она снова вернётся.

Коза, наконец, угомонилась, снова глаза закатила (хорошая примета)

– а давайте выберем Бога главным, Он всё равно везде присутствует где-то.

И потом… Его тронуть никому не удавалось.

Говорят у Него связи во всех вселенных. А если что – будем давить на жалость,

тут в толстой книжке написано, что милосердный, что не нужно отчаиваться,

нам как раз подходит, ведь примерным поведением у нас никто не отличается.

Коза, когда Бога вспоминала, всегда улыбалась.

Хотя она и неприличного поведения, но связи у неё с Богом остались.

Если многие и вовсе исключили Его из личного общения,

то Козе Бог нравился, и она даже приходила к Нему в гости за угощением.

Бог к Козе неоднозначно временами относился,

то баловал, то отшлёпывал, то с ней как с писаной торбой носился.

А иногда и вовсе очень странными их отношения были,

но всё равно всегда им было понятно, что друг друга они любили.

Единогласно (а кто бы спорил) решено было выбрать Бога главным,

местность назвать Божественными Пределами, Козу назначить управляющей по забавам,

добрую Фею с топором – ответственной за дисциплину и охрану окрестностей.

А о Просто женщине все просто промолчали, никто ничего сказать не осмелился.

Глава 3. КОЗА – ОТВЕТСТВЕННАЯ ЗА ЗАБАВЫ

Приписки.

После выборов всё в божественных пределах угомонилось,

Фея с топором срубила дополнительный дом, очень красиво получилось!

Куры требовали петуха для производственной необходимости, (доходило до проявления ярости).

Петух был доставлен, и приступил к исполнению своих непосредственных обязанностей.

Фея с топором этим была очень довольна. Коза прогуливалась, жевала свежие листочки,

и соглашалась с Феей, что у кур была погашена ещё одна горячая точка.

Как мы знаем, Фея с топором отвечала за военное дело и вопросы милиции,

но Коза умудрилась всунуть в её «Отчёт по обороне от кур» свою позицию.

Приписка состояла из следующей информации:

«Не только в целях уменьшения милитаризации, но и, преследуя введения забавы и развлечения

был доставлен петух для локального обслуживания куриного населения,

куры, хотя и дуры, но им тоже нужно «зерна и развлекаться».

Просто женщина улыбнулась на эту писанину, и внизу аккуратно подписала:

«а также нести яйца».

Коза внизу ещё подписала: «куриные».

Фея с топором:

«Ну и скотина ты, Коза, ещё бы написала муравьиные, страусиные, голубиные…

Куры могут нести только куриные яйца. Поняла неквалифицированнная чиновница?»

– Сама такая, огрызнулась Коза, непрерывная Феи с топором головной боли виновница.

На этом процесс приписывания в интересах всех участвующих лиц был финиширован,

а, заодно, курятник и вопрос по видам существующих яиц провентилирован.

Катание на Земле.

Долго ли коротко, заскучала Коза. Полутрудовые будни ей надоели,

и решила она использовать вращение Земли в качестве катания на карусели,

спустилась на Землю и вращается на ней, зараза, развлекается.

Фея с топором, туда-сюда. Нет нигде Козы. Скучает, волнуется, мается.

Песнь Феи с топором (волнительная):

Эта подлая Коза вновь сбежала,

и язык у ней, ну хуже, чем жало.

А характер… лишь бы жрать и бодаться.

Вот, сбежала… на Земле покататься.

Говорит, что, здесь, на небе, заели.

Не купила Фея ей карусели,

что вернётся и устроит вендетту…

…до сих пор внизу там вертится где-то.

Обещала, что уйдёт на минутку,

а вращается четвёртые сутки…

Люди, если вам Коза попадётся,

передайте: пусть вот только вернётся…

А тем временем Коза уморилась на карусели кататься,

пошла к памятнику Пушкину, там, говорят, народ обожает встречаться,

Козе давно не жилось, не спалось, не елось,

быть выше Пушкина, а также бессмертья и нетленной славы хотелось.

Вот она вокруг ходит, то на задние копыта встанет,

то на передних подтянется, то табуретку подставит.

Собралась толпа, на мобильники снимала, глазела, смеялась,

как Коза на памятник Пушкину разнообразно залезть пыталась…

Перевод стрелок.

Наконец-то Коза добралась домой, морда довольная, но усталая конечно.

Фея с топором её немного уму-разуму поучила. Близился вечер.

Вспомнили, что по телевизору давно новости не смотрели,

(нужно сказать, что часы давно было нужно перевести на летнее время, но они забыли или не успели).

– что-то новости затягиваются подозрительно – Коза предъявляла претензии телеканалу,

и вообще, любите вы девочки всякую ерунду смотреть, смотрели бы лучше телесериалы.

«девочки» Козе ответные взгляды, полные «любви» посылали…

– ты бы стрелки лучше перевела, чем критиковать тут наше мировоззрение и идеалы.

Коза была сообразительной и «стрелки» давно переводить научилась умело:

«Это, наверное, куры-дуры на антенну забрались, и телевизор на новостях заело»…

Фея с топором на Козу как-то по недоброму взглянула:

«Сама ты, Коза, скотина и дура.

Не понимаю, где ты всего этого нахваталась,

Лучше бы со своей карусели не возвращалась».

Коза-философ.

Никуда нам от Козы не деваться,

философией решила заняться.

Тварь разляжется, откинет копыта,

и задумчиво глядит так, сердито.

Просто женщина с работы приходит,

видит, что с Козой не то происходит.

– Не объелась ли чего, заболела?

Отвечает ей Коза: «Эко дело…

Заболеть любой дурак рад стараться.

Мне до истины тут надо копаться:

Кто же мы внутри: один или двое,

если кто-то не согласен с собою?

Кто внутри себя себя же ругает,

говорит, жалеет и одобряет?

Я и я? – Коза глаза закатила…

и лежит так до сих пор. Вот скотина…

Философский факультет.

Как-то раз Коза про философский факультет услыхала,

Напрягла извилины, засуетилась, книги собрАла:

«Адью, девочки, поехала учицца,

как там без меня обходится столица?

Не простая буду скоро я Коза, а с дипломом…»

Фея: «Не берёт её топор, попробую ломом…»

Между рог Козу тихонько хватила.

Коза срочно что-то устала, прилегла, глаза закатила…

Но, недолго лежала, пришла в себя быстро:

«Оказывается, не врали, что к истине путь бывает тернистый…»

Бал и его отмена.

Утро только-только наступило. Да разве эта Коза уймётся.

Уже стучит рогами по столбу, объявление приколачивает: «Вечером сегодня бал даётся.

Будут гости, даже, может быть, будут мужчины.

Не забываем, граждане-женщины, что мы тоже может быть чьи-то половины».

Коза своё объявление снова, как будто в первый раз, вдоль и поперёк прочитала,

и со всех копыт – к зеркалу, вспомнила, что давно свою симпатичную бороду не завивала.

(Да что и сказать, посмотрите вокруг, никто из женского пола бород не носит,

а Коза – существо отчаянное, продвинутое, тем более борода есть не просит).

Фея с топором бальное платье из сундука вынула, нафталин с него отряхнула,

достала откуда-то «Учебное пособие по поцелуям для Фей», начала пристально читать, да так за книгой и уснула…

Просто женщина с золотыми словами просто молчала

слова были серьёзной пробы, могли бы в качестве приданого выступить для начала,

ну или там для выгодных капиталовложений, поэтому она их тщательно хранила,

несколько раз на них Коза покушалась для побрякушек, да и Фея время от времени из неё их тащила,

говорила, что железный топор давно заслужил звание золотого, выставки какие-то, экспозиции…

Просто женщина всё пресекала: «В стране кризис, будь проще, умерь свои амбиции…»

Одним словом, вся троица надеялась, прилагала обоснованные усилия, и даже мечтала…

Коза посмотрела на всё это, наслюнявила карандаш, пошла и написала объявление об отмене бала…

Советы от Козы.

По случаю отмены бала добрая Фея с топором укладывала во дворе поленницу,

Коза слонялась по дому, собственного безделья пленница,

и от нечего делать решила выйти на улицу (начиналось лето),

покосилась на Фею и подумала: «Помогу хотя бы советом».

– Феюшка, привет, чем это ты занимаешься? – завела издалека беседу

Фея с охапкой дров начала посылать ей телепатические ответы.

Из ответов прямо и неукоснительно следовало, что Коза обнаглела,

что она – глупое и ленивое существо, и вообще, слоняется без дела.

Коза делала вид, что у неё телепатический канал перекрыт окончательно,

и подошла с другой стороны: «как Феюшка ты укладываешь дрова замечательно!»

Не помогло. Телепатические сигналы Феи набирали силу,

в них явственно различалось: «помогла бы лучше, скотина»,

«скотина» делала вид последний, что напрочь сигналы до неё не доходят,

говорит: «Клади дрова ровнее, что-то у тебя кривовато поленница выходит…»

Уже наверное все догадались, что это были последние козьи звуки перед очередным лишением сознания,

Фея всегда рассчитывала силу удара для каждого распространяемого знания…

Недоразвитое детство.

Как-то раз Фея с топором ходила вырубать соседей (это – люди, которые живут (ой, переправляю на «жили») жили по соседству.

А Коза в это утро была добрая, с Феей не пошла, а начала вспоминать своё детство.

Детство у козы было трудным, (сами понимаете: хлев, каша из отрубей, и от Феи всё время доставалось),

да и сейчас ничего особенно не изменилось. Детство в этом смысле продолжалось.

– а что делают люди, у которых было трудное детство? (хотела спросить Коза у людей, которые живут (ой, то есть уже жили; ой, уже не жили) по соседству),

Фея пришла, по морде Козы все её мысли прочитала (она иногда прибегала к этому средству),

и говорит: «Вообще-то ни у кого детства никогда не бывает.

Ребёнок это – недоразвитый взрослый, который пока этого не понимает.»

Продолжающаяся взрослость.

Козе всех объяснений про детство было маловато.

Пришла память. Правда память одета была во что-то смешное, напоминающее «бороду из ваты».

А у Козы всегда была борода настоящая, правда она не сразу появилась.

(Ой, забыла написать, что борода красивая, потому что козы не бреются, и наша Коза тоже никогда не брилась),

Память Козе подаёт голос из «ватной бороды»: «А Деды Морозы к тебе приходили?»

– Нет. Приходили бабы в морозы и доили, доили, доили…

Тут память стала всё припоминать остальное, а Коза плакала и себя жалела,

(что-то получается совсем грустно, надо бы Козе вкусненькое принести, чтобы она повеселела).

Коза последний раз всхлипнула, пошла, взяла во дворе кусочек глины.

(Да что же это такое, как-то всё запущено… не было у бедолаги до сих пор пластилина,

да и игрушек у неё никогда никаких не было, только серьёзные люди и серьёзность).

Коза ещё раз всхлипнула и поняла: «Трудное детство это – всегда продолжающаяся взрослость…»

Гинекология и акушерство.

После того, как к Козе в очередной раз вернулось сознание,

она решила пополнить на всякий случай своё образование

в кладовке у Феи с топором нашла книжку «Гинекология и акушерство».

(у Феи вообще много всякого в кладовке хранилось, – (с работы приносила, или с детства).

– так, так, так.., а что это мы там поделываем? – заинтересовалась Фея,

ты бы ещё «Труд сделал из обезьяны человека» прочла от безделья,

из обезьяны сделал, может быть, и из Козы тоже что-нибудь сделать попытается,

а то читаешь тут всякую ерунду, сознание только засоряется.

– Ха! отвечала коза: делает людей вовсе не труд, посмотри на восьмой странице.

Люди сами делают следующих людей, процесс очень подробно описан,

а козы точно также, наверное, делают коз, называется – процесс размножения…

(Это были последние слова козы перед переводом её посредством Феиного топора в лежачее положение…)

Короче говоря, Козья деятельность на поприще забав и развлечений

была не так проста и забавна, и приносила Козе много разнообразных мучений.

Глава 4. КОЗА И АНТИПКА

Мышиная возня в отдельно взятом холодильнике.

Жизнь в божественных пределах шла своим чередом:

Добрая Фея с топором ходила на работу доброй Феи с топором,

Коза никуда не ходила, но всё время идти куда-то собиралась,

И никто не мог понять: на самом деле собиралась, то ли делать вид старалась.

Просто женщина просто пошла открывать свежекупленный холодильник

А там… мыши привязывают петли из ниток, собрались вешаться коллективно!

Что сделала Просто женщина? Догадайтесь сами.

Правильно. Быстро принесла им туда сыру, колбасы и сметаны.

Мыши повеселели, оканчивать жизнь через повешение передумали,

Стали пировать и мышиного бога благодарить мышиными религиозными процедурами.

Просто женщина просто думает: надо бы кота завести для мышиного испуга,

Да и Козе будет друг, она давно скучает без друга…

Может она кота сама где-нибудь найдёт, чтобы был пушистый и милый.

Да и молоко у неё всегда с собой, пусть и немного (но ведь не корова она и не кобыла).

Тут Фея с топором подошла, и к мыслям Просто женщины присоединилась,

(у них так бывало, владели телепатическим общением, когда разговаривать ленились).

Коза сообразила, что нужно тоже присоединяться, на троих думать-то сильнее получается.

Долго думали, где взять кота, а мыши гуляют весёлые такие, улыбаются…

У мышей телепатические способности по причине небольшого размера мозга не развиваются

(ну и завернула, как-то не в формате, да и ладно, пусть уже так и останется).

Не решен был вопрос с мышами окончательно,

кот всё ещё не находился, не помогала никакая телепатия,

обсуждение новые обороты принимало…

А мыши тем временем поедали в холодильнике принесённое сало.

Добрая Фея с топором слала им в холодильник проклятья:

«Да что б вы… повесились… (выдёргивала нитки из своего платья),

и отправляла в холодильник вместе с кусочком мыла и очередным ругательством,

мыши на нитки не обращали внимания, мыло съедали, а повесится – они не брали такого обязательства.

В перерывах между едой из холодильника они выбирались,

Делали гимнастические упражнения, садились на шпагат, выгибались.

Фее издалека язык показывали. (У них не было плохого намерения,

они по-доброму думали, что это поднимает Фее настроение).

Думаете, Фея топором не пробовала? Гонялась за ними как сумасшедшая на футбольном финале,

мыши-то юркие, головы у них маленькие. Фея весь пол изрубила и в избе, и в подвале.

Судьба стучится по-разному.

Вдруг, в окошко постучали: «Котёнка не желаете, рыженького такого зверя?»,

– Вот из ё нейм?, спросила коза (она английский язык изучала в это время).

Оттуда практически с оксфордским произношением произносили:

«Хиз нейм из Антипка. Так будете брать или нет, или хотите, чтобы мы его утопили?»

Коза как услышала «утопили», истерику закатывает, за валерьянку хватается (у неё за холодильником была начатая канистра):

«Ну давайте, ну давайте котёночка возьмём… не съедят его мыши… да вырастет он быстро…».

Просто женщина в окно выглянула, а котёнок-то смышлёный такой, симпатичный…

– ладно, давайте сюда, берём. Но ты, коза, будешь заниматься им лично.

Коза обрадовалась, скачет, копытами к себе Антипку прижимает: «Какой милый!»,

Достала где-то голубой бантик, долго пыталась на беззащитное животное прицепить, плюнула и себе сбоку прицепила.

Не рождение

определяет происхождение.

А на следующее утро Коза собиралась в город с Антипкой,

нужно было ему выписывать ветпаспорт и делать какие-то прививки.

Вид у обоих был серьёзный (сегодняшним моментом жить отказывались,

поэтому заботило будущее, а именно то, кого в родословной указывать).

– ты какой породы? – пыталась коза выяснить у Антипки происхождение,

– сама-то не видишь, что королевских кровей, нам его подкинули в Короля Георга день рождение,

это Фея с топором тоже решила в определении принять участие:

«И, учти, Коза, на будущее: от происхождения не зависит, в сущности, счастье,

но, нередко, зависит ум, честь и совесть, и чувство собственного достоинства,

посмотри на уши, на хвост, на манеры, пиши: «королевский кот», и на этом мы успокоимся.

Фея с топором бесцеремонно Антипку взяла, хвост подняла, в другом достоинстве убедилась…

– пиши: пол мужской, (она была Феей опытной, ей ещё и не то определять приходилось).

Антипка фыркнул, из Феиных рук вырывался, изгибался,

достоинство берёг, на топор не посмотрел, все руки ей оцарапал (это нечаянно, царапаться он не старался).

сел в стороне, смотрел косо и непрерывно вылизывался, будто был грязный,

– точно королевский! – убеждённо сказала Фея с топором: «Аккуратист. Педант. Не заразный».

С тех пор Фея с топором, Антипку уважала не по-детски

и всем соседям рассказывала, что Антипка не просто кот, а кот – королевский.

Еда – опасное дело.

Лето продолжалось, трава всюду вырастала.

И у Козы по поводу еды вопросов никогда не возникало.

У неё всегда был один непрерывный завтрак, переходящий в обед, и на ужин она тоже травку жевала

этот приём пищи назывался – пастьба, и она его замечательно исполняла.

Поскольку делить ей было нечего, никто из окружающих травой не питался,

то саму себя, друзей и врагов она не имела, ни с кем не делилась, этот вопрос игнорированным оставался.

А вот с котёнком Антипкой дело обстояло совсем иначе.

Это случилось с ним после того, как он погостил у Феи на даче.

Пастись он по-прежнему, не умел, хотя тоже относился к млекопитающим, (см. Викпедию описание подробное).

Предпочитал вместо молококормления, мясоупотребление и молоколакание дробное.

Но на беду новомодную диету какую-то прочёл у топ-модели «Еда – опасное дело»,

Модель самостоятельно умерла от голода, поэтому Фея с топором зарубить её просто не успела.

Коза смотрит, а у Антипки снова в мисочке пусто,

глаза расширила: волокёт котёнок с огорода капусту,

давится, бедолага, а всё равно жевать капустный лист пытается,

«Еду-опасное дело» из лапки не выпускает, параллельно читать старается.

– Есть куда опаснее еда – сказала Фея с топором: « Когда изнасиловано воспитание,

информацию из окружающей среды неправильно усваивает сознание».

Книжку из лап у Антипки аккуратно подвергла отбиранию,

лёгким ударом между ушек подправила котёночье сознание,

Повеселел рыжий: не нужно ни от чего отказываться и не нужно ничего заслуживать,

побежал к Козе за молоком завтрако-обедо-ужинать.

Запах валерьянки.

Когда у козы что-то неприятное случалось,

она очень огорчалась или не очень огорчалась.

От чего это зависело? можно было спрашивать у Феи,

но коза не всегда спрашивать о чём-нибудь хотела.

Снова грустит. Канистру с валерьянкой за холодильником Антипка опрокинул,

весь дом пропах, Фея с топором обзывается на обоих, скотинами.

Одна радость: мыши сбежали, они валерьянку не переносили,

давно нужно было бы так… без всякого применения силы…

А пока от Феи с топором применение силы очень даже грозило,

Антипка вовремя на чердаке укрылся, сообразительный. К тому же там валерьянкой пахнет сильно.

Вся жизнь черна, всё так плохо выветривается, запах валерьянки – запах неприятности.

Коза розовые очки на нос водрузила: Перемени свой взгляд, если не переменяются обстоятельства…

Думать или чувствовать?

Однажды Коза с книжкой за столом сидела,

копытом её перелистывала, а другим глазом на Антипку глядела.

котёнок часто забирался на стол, всё хотел быть почему-то выше,

(с этой целью и на деревья он часто забирался и на крыши).

Коза котёнку на стол забираться позволяла,

хотя добрая Фея с топором нередко её за это ругала.

Коза как что новенькое прочтёт, котёнку пересказывает,

а тот знай себе мурлыкает, никакую особенную реакцию не показывает.

– интересно, думала Коза: « а что Антипке снится во снах, а что он внутри испытывает?»

Антипка одно ухо навострил, один глаз приоткрыл – вроде как-то реагирует.

– а вот интересно, чем коты от людей и коз отличаются?

– а вот интересно, как они относятся к тому, что с ними случается?

– а вот интересно…

Котёнок поближе к козе пододвинулся,

потянулся, прямо на книжку улёгся, блаженно раскинулся.

Солнышко пригревает, хорошо ему, тепло, мурлыкает.

какое там чтение Козе, какое там сидение над книгами…

Улыбается Коза, пошла сметаны положила котёнку погуще…

Думать-то хорошо, а чувствовать, пожалуй, всё-таки лучше…

Ненародные мудрости.

Фея с топором снова рано из исполнения обязанностей вернулась,

а тут как раз коза и Антипка ей (хорошо, что не под топор) подвернулись,

– Так… -.сказала Фея: идите-ка сюда, оставляйте ваши глупости,

сегодня мудрая тема, объявляются занятия по мудрости.»

Мудрость Антипка ещё не нашёл, Коза – тоже (она у Просто женщины в сундуке была спрятана).

Сундук Антипка открывать пока не умел, соответственно и – залезать туда лапами.

А Козе эти мысли вообще в голову не приходили,

она и без мудрости как-то обходилась в этом мире.

Правда, жить ей с каждым днём всё труднее приходилось,

наверное, именно по тому, что она без мудрости обходилась.

Коза с Антипкой за столом быстро разместились, приготовились слушать,

(Фея два раза никогда ничего не повторяла, даже приглашение идти кушать,

поэтому последствия могли быть самыми радикальными,

и, сами понимается, стопроцентно и безвозвратно фатальными).

Фея: «Мудрость народ никогда не придумывает, это сказано правильно,

потому что у народа вообще нет никакого ума, даже самого маленького,

но это не означает, что народ не принимает никакого участия и от безделья мается,

он абстрактно мудрость вмещает и распространением оной занимается».

На этом Фея, умолкла, задумалась и тихонечко задремала, (ей ведь тоже от народа доставалось),

а что касается Козы и Антипки, то они давно уже спали, и во сне чему-то доброму улыбались…

Рыбалка и буддизм.

Коза с Антипкой сидели на берегу, (их взяли на рыбалку),

Фея с топором топором глушила рыбу в реке. Антипке рыбу было жалко.

Он сидел, смотрел, как ловко осуществляет Фея массовое убийство,

и внутри ощущал котёночьей душой с рыбьими душами некоторое единство.

Коза мысли Антипки от нечего делать пыталась считывать:

«А может быть у нас котёнок буддист? Буддистами ведь рождаются, их невозможно воспитывать…»,

– размышляла Коза, Антипкиным состраданиям тоже сострадая,

и даже начала подумывать, что Фея с топором – такая сякая…

Просто женщина просто с ведром просто к берегу приходила,

рыбу собирала, потрошила, чистила и домой уносила…

так уж устроен мир, думала она обоснованно и неспроста:

«Каждое живое существо является пищей другого живого существа»…

С инстинктами не спорят.

И вот, когда Фея с топором, коза и Антипка возвращались с рыбалки,

обернулись, а за ними ползёт змея (когда замрёт, ну очень похожа на палку)

Антипка сразу проявил интерес к незнакомому созданию,

Фея половчее взяла топор, а Коза упала без сознания.

Антипка уж слишком быстро приблизился, и наблюдал, как змея высовывает жало,

а Фея с топором почему-то медлила, и смотреть на продолжение этой истории продолжала.

Вдруг, что-то в Антипке произошло, спинку изогнул, зашипел, растопорщился,

реакция напоминала отношение важного лица к нерадивой уборщице.

Змея на Антипку тоже шипеть начала, вся кольцами извИлась,

Коза глаза приоткрыла, посмотрела мельком продолжение истории, и снова в обморок погрузилась.

Антипка на змею как накинется и душить её, будто Отелло Дездемону в порыве страсти.

Коза глаза приоткрыла и прошептала: «Преобладание инстинктов над неизведанным и над чувством опасности».

Едва и успела произнести, как увидела, что от целой змеи осталось только две половинки,

– С инстинктами не поспоришь – согласилась Фея. А коза в это время снова рухнула в обморок прямо возле тропинки.

Кто меняет мир?

Коза и котёнок Антипка возвращались с рыбалки лугами,

Все неприятности окончились, Коза от солнца надела панаму…

Антипка по дороге то за шмелями, то за стрекозами неугомонно скачет.

А Коза шла смиренно и грустила (философы, когда им грустно, грустят, а не плачут).

Мысли приходили одна за одной и она их по очереди размышляла,

и совсем не замечала, что свой мир в себе самой незаметно меняла,

Странное дело, ведь когда ты изменяешься сам, то и мир изменяется с твоим изменением.

А Антипка за стрекозами скакал, и менял всё вокруг своим хорошим настроением.

Не спор о вкусах.

Однажды, Коза с Антипкой играла, раскачивала перед его носом бусы.

Потом ей это наскучило, и она пристала к Фее: ну давай поспорим… о вкусах.

– О вкусах не спорят – отвечала Фея, о вкусах спорить не положено.

– Ну, Феюшка, ну скажи, вот ты чего больше любишь колбасу или мороженое?

При слове «колбаса» Антипка поднял оба уха и замер, как вагонетка в стопоре.

– Я люблю холодец с хреном, рюмочку холодной водки, ещё, когда топор наточен и поспать в опере.

Коза обомлела: «А в опере-то почему? гораздо удобнее на диване…».

– Не понимаешь, Коза, там торжественно, атмосфера, а поют… напоминает колыбельные моей мамы…

– А ты Антипка, что любишь из продовольствия? – продолжала не униматься Коза,

но вопрос выражался ответом на кошачьей мордочке в виде священного слова «колбаса».

– действительно, подумала Коза: о вкусах спорить как-то не получается…

Мне нравится трава, курицам – просо, Просто женщине просто смотреть и о чём-то печалиться…

Антипка тихонько уснул. Ему снилась колбаса, которая лежала рядышком с миской сметаны…

А Коза думала: «Наверное, Феи с топорами очень часто бывают изначально правы…».

Всё это было бы смешно…

Однажды, у Козы выдался свободный вечер, и ей надоело рассматривать в книжке картинки,

А не слетать ли нам в кино? – спросила у самой себя. Прихватила под мышку Антипку,

и полетела, предварительно прицепив сбоку бантик,

а Антипке вместо бантика подсунула фантик.

В кино давали американскую комедию,

какие-то звуковые эффекты, какое-то мультимедиа…

Коза сразу устала от на афишах написанного, (современные словари отдыхают),

Антипка делал вид, что читать не умеет и не читал (мужчины лучше женщин соображают).

Началась картина: кто-то кого-то лупил по голове, обманывал, делал подлости и противно при этом смеялся.

Причём, всю эту вакханалию и безобразие остановить никто не пытался.

Антипка уснул на первой же секунде показа,

(до чего же умные мужчины, знают, куда и на что смотреть, вот ведь заразы…)

Коза терпела всю эту пытку (за билет ведь было уплачено), глаза не закрывались, лошади на соседних креслах громко ржали.

Едва дотянула до финала, ещё в самом начале ей было известно, что будет в финале.

Пулей, стремглав, выбралась из кинозала, едва не забыв прихватить Антипку с собою,

– Всё это было бы смешно, думала она, если бы это было не со мною…

Игры в покойников.

У Просто женщины просто во дворе стоял просто гроб, небольшая скамейка и подойники.

Коза с Антипкой, пока не было Феи с топором, играли иногда в покойников,

Антипка заберётся в гроб, глаза закроет, лапки на себе сложит,

а Коза плачем зайдётся: «ой на кого ж ты нас покинул, куда же ты от нас ушёл…» Так ревёт, что прямо вся изнеможет…

Потом начинает говорить панихидные речи, исполненные особой торжественности:

«Антипка был настоящим котом, защищал нас от мышей и змей, и заслуживает самой благоприятной вечности…»

Антипке речи очень нравились, он всегда усы довольно расправлял, и даже пытался улыбаться.

Коза, обороты в похвалах набирала, многое приукрашивала, короче, вовсю старалась стараться.

Потом приходила добрая Фея с топором, всю эту компанию топором разгоняла, и страшно ругалась,

кричала: «с особым цинизмом… никакого уважения к профессиональной деятельности… кого на груди пригрела… для кого стараюсь…»

Коза подлизывалась: «Феюшка, ну что ты кричишь, злишься, сейчас прекратим, остановимся.

Ну, это же хорошо, что мы к твоим похоронам так заранее и тщательно готовимся…»

Ой, лучше бы этих слов уста козьи на свет не извлекали, не появлялись…

Удар у Феи был аккуратным, убедительным, она ведь тоже каждый день тренировалась…

Но это ещё, не все истории Козы с Антипкиным участием,

Будем надеяться, что котёнок нашёл здесь своё котёночье счастье.

Или счастье его нашло. Ведь на самом деле никто не знает кто кого ищет,

хотя, и думают, что знают… Но об этом в следующих главах напишем.

Глава 5. КОЗА-ЛЮБОВЬ

Серое искушение.

Коза во дворе мирно ходила, травку щипала, любовалась окрестностями,

видит, идёт волк, стильный в сером костюме (и откуда ему быть в этой местности?)

Коза внутри насторожилась, чувства противоречивые, жевать перестала.

Да и Феи с топором поблизости не было, она с утра рубила кого-то, сильно устала.

Волк слева к Козе подходит: «Не желаете ли полистать журнальчик гламурный?»

Коза копыто наслюнявила, страницы листает, а там – одни Нюрки,

и такие Нюрки и сякие, наряженные, разукрашенные, везде рассажены, на авто и на диваны…

У Козы от зависти всё настроение погибло (Нюрка внутри, это не то, что Анна Иоанновна…)

Просто женщина, всё поняла, вышла, журнальчик у Козы отцепила (хотя той отдавать не хотелось),

пару страниц пролистнула, на волка медленно посмотрела: «эх, кругом одна серость…»

Сдача.

Коза была не очень экономная, но немного всё-таки скопила.

Время от времени ходила к небесной кассе и что-то за что-то там платила.

Фея с топором её нередко сопровождала в качестве охранного предприятия.

Но эти походы были немного грустными, какими бывают слишком серьёзные занятия.

Однажды в кассе Козе стали отдавать сдачу, и, неизвестно по какому резону, а может из жалости,

она подумала и тихо сказала: «А можно ещё заплатить и за Феины ошибки, пожалуйста…»

На колени

Коза в мужчинах разбиралась не очень,

никогда не знала, что у них на уме и чего мужчина на самом деле хочет.

Антипка был пока мужчиной в потенции (ой, потенциальным),

и в силу королевского происхождения и несовершеннолетия – вполне моральным.

Фея с топором Козу уму-разуму учила:

«Глупая ты, Коза, всё-таки скотина,

не бывает мужчин потенциальных, они мужчинами рождаются сразу,

но, всё равно, когда вырастут, ты держись от них подальше, они бывают опаснее заразы.

Есть у мужчин разные всякие против женского рода приёмы, и некоторая сила:

подарят цветы, встанут на колени, пообещают жениться, мол, разлучит только могила…»

Из всего перечисленного Коза отреагировала только на цветы (она красивые травы тоже любила),

потом она ещё помнила про «ошибки», (неправильное замужество тоже вполне могла исправить могила).

– А вот что делать с коленями… задумалась: «Да нужно мне это едва ли…»

Тем более она отлично знала, почему перед Феей с топором на колени практически все вставали.

Ещё раз про колени.

Тема «становления на колени» у Козы из головы всё-таки не исчезала.

Вроде, такое безобидное телодвижение, но слишком многое оно обозначало:

мольбу о пощаде, символ поклонения, галантности, признательности,

даже использовалось в качестве какого-то доказательства.

– Фея, а Фея, как ты думаешь, а зачем нужно женщине перед мужчиной вставать на колени?

– Женщине? На колени? Что же тут невозможного, всем полагается вставать на самом деле.

– Нет, Феюшка, не перед тобой. Я не в том смысле спрашиваю,

а перед мужчиной почему у неё ноги подкашиваются?

Фея оглянулась вокруг, нет ли поблизости Антипки (где он шатается?)

некоторые вещи в присутствии несовершеннолетних не разглашаются).

– Знаешь, Коза, скажу тебе как на духу, но по большому секрету,

если перед Смертью не все преклоняют колени, то перед Любовью не преклонивших колени нету…

Принц на белом козле.

Козу клевером не корми, а дай почитать женские романы.

Фея с топором была недовольна, немедленно и безвозвратно их изымала.

Как увидит Козу с книжкой в бантиках-цветочках иллюстрированную,

без промедления между рогов бьёт, правду жизни воспитывает.

Коза сразу принималась плакать. Выдвигала три причины:

1. Принц на белом козле не приезжал.

2.Годы уходят.

3.Просто от обиды.

Фее с топором эти слёзы сердце разрывали, сама горевала,

но воспитательный процесс, тем не менее, не прекращала.

Только одна Фея с топором окончательную и финальную правду знала,

последнего принца на белом козле она сама, собственными руками зарубала.

– Не плачь Коза. Они – ни к чему, только расслабляют принцы эти,

да и чего тебе горевать, белые козлы ещё остались на свете.

Потом Фея с топором уходила в сторонку, подальше и там сама рыдала.

Того, первого и последнего принца на белом козле забыть не могла, всё вспоминала…

Козья морда.

Коза уселась перед зеркалом. Фея: «Наконец-то, в кои-то веки… припёрло…»

– Ага, Феюшка, тебе легко говорить, а я вот смотрю в зеркало, а там – козья морда,

с козьей-то мордой как жить, кому она понравится?

Пойду, сделаю себе классическую пластическую операцию.

Фея: «Ой, дура, ты Коза, капитальная и качественная дура,

ну какие тут могут быть косметические процедуры,

такую морду лица не возьмёт ни одна операция пластическая,

да с таким фасадом принца на белом козле, да даже просто белого козла, да даже просто козла ждать – фантастика оптимистическая…»

– Ладно, Фея, ну посмотри, но, может быть сгодится хотя бы фигура…

Фея пошла, зеркало у Козы отняла, спрятала подальше. Пусть хоть немного поживёт спокойно эта дура…

«Козлы отпущения больше не выпускаются…»

Как-то раз просто женщина, Фея с топором, коза и Антипка летели над горами.

Смотрят, а внизу пропасти, ну все доверху наполнены отпущения козлами.

Коза принялась рыдать: «Так вот они где, а я до сих пор горюю холостая…»

Фея: «И чего ревёшь, не видишь что ли, что это – козлы! А ты у нас – Коза не простая.

В пропасти сбрасывают всегда козлов-стрелочников, ну или некоторые сами спрыгивают в состоянии весенней тревоги,

и теперь по причине этих дурацких обычаев, сама посмотри, в каком состоянии железные дороги, (да и просто дороги).

Мы теперь из-за этого ни на чём перемещаться не можем. Вон, самостоятельно летаем.

Так что, Коза, прекращай реветь, козлы, животные – которые быстро размножаются (уж мы-то знаем…).

А Коза всё плачет и плачет, бедная, не унимается, уже и борода вся сырая…

– Нет, вы не понимаете, что мир не только полнится, но и держится на козлах и козлами…

Просто женщина и Любовь.

Просто женщина просто у окна просто сидела,

на улице шёл дождь, всё вокруг было просто серо.

Котёнок Антипка спал в кресле, Коза на диване что-то читала,

Феи с топором дома не было, она опять надежды чьи-то убивала.

Просто женщина думала о любви очень просто и очень ясно:

прекрасное чувство, которое только в начале прекрасно,

но она также знала, что люди его «любовь» называют,

просто, потому что Любви в действительности просто не знают.

Не знают люди, что Любовь в себе никогда не осознаётся,

что человек в Любви ни к себе самому, ни к другим, ни к Нему никогда по-настоящему не признаётся.

потому что, для того, чтобы в этом возможно было признаться,

она вначале должна хоть как-нибудь осознаться.

Шёл дождь за окном, повсюду, куда ни глянь, Любовь разливалась,

всё во всём происходило и Любовью только держалось…

Просто женщина просто вздохнула, Феины запасные крылья пошла снимать с бельевой верёвки.

Всё в Любви – бесконечность, а у земной любви – век короткий…

Страховка.

Как-то раз, когда дома никого кроме Козы и Антипки не было, в окно постучали.

– Кто там?

– Страховой агент, пришёл страховать, вы несчастных случаев у себя не замечали?

Коза проверила Антипкины конечности, потом свои конечности, потом всеобщую пожароопасность.

– Несчастных случаев не наблюдаем, нас пока обходит стороной несчастность.

– А несчастной любви ни с кем из членов семьи не случалось?

– Ха!…Несчастной любви у нас завались, у Феи целые склады образовались,

она натащит с работы этой несчастной любви целые бочки,

а Просто женщина потом просто с ней разбирается, устаёт очень.

Так что страховать случаи несчастной любви у нас опасно,

она тут случается ежедекадно, ежедневно и даже ежечасно.

Страховой агент помялся у окошка, очень сильно удивлялся.

Пошёл, и от несчастной любви срочно и на большую сумму застраховался…

Советы Феи с топором.

Во дворе перед работой Фея с топором и точилом топор точила.

Козе не сиделось дома, она к Фее под руку прискакала (или прискочила?),

– Фея, а Фея, скажи, тебе кто-нибудь в любви объяснялся?

– В любви?, задумалась Фея: «Разумеется, только никто в живых не остался…».

Ещё больше задумалась Фея, видимо воспоминания к ней пришли и сознание оседлали…

– Да-а… сказала Коза: «У тебя вообще кто-то в живых останется едва ли…»

Фея: «Хотя, некоторые и говорят, что любовь это – пошлость,

я всё-таки полагаю, что это просто – жизненная оплошность.

Живёт существо, ну и живи себе, да живи, казалось,

ан, нет, глядишь, уже к кому-нибудь привязалось…

да так крепко, крепче всякой верёвки или даже стального каната,

когда я эти связи любовные рублю, очень получаются большие энергозатраты…

Да и Просто женщину жаль, посмотри, истратила всё согласье

несчастную любовь отстирывать от несчастья.

Любовь это – зло, дорогая Коза, и любит она козлов, тебе бы не мешало это учитывать…»

Коза: «Учитывай, не учитывай… а уж если коснётся,

полюбишь и козла и не козла, и всякого, кого полюбить придётся.

Ты, Фея, если увидишь какого-нибудь козла в пределах топородосягаемости,

руби, не жалей, да в принципе, что я прошу, ты ведь не знаешь жалости…»

Просто женщина просто вышла во двор, чистую любовь развешивает на верёвках, старается:

– Ошибаться необходимо, девочки – телепатировала она: без стирки чистой любви не получается…»

Было лето.

Было лето, коза с Антипкой во дворе играли.

Они набрали соломинок, и через соломинки мыльные пузыри пускали.

У Просто женщины после отстирывания несчастной любви мыло оставалось.

Мыши не вешались, им мыло было не нужно, да они давно ушли. И вешаться в холодильнике ещё в прошлый раз не собирались.

Коза ловко ввернула цитату: «Щас будет мыльный пузырь высокого полёта»…

Антипка на неё укоризненно посмотрел, Коза поняла, что не понимает чего-то…

– Он наверное совсем не это имел в виду про пузыри… до Козы доходило…

и в этот момент, представляете, мыши откуда ни возьмись, прибежали и съели мыло!

Антипка посмотрел, в усы улыбнулся и подумал отчего-то:

– Да ладно, пускай хотя бы мыши будут высокого полёта…

Уничтожение надежд и благодарность.

Всем известно, что добрая Фея с топором – лучший специалист по надежд уничтожению.

Она умела уничтожать их окончательно, безвозвратно из любого, даже очень сложного положения.

Но мало кто знал про то, чем Просто женщина занималась,

когда одна, без Козы, Феи с топором и Антипки оставалась.

Просто женщина надежды просто исполняла,

но не всякие, а те, которые должны были исполниться с самого начала.

Когда надежда совсем ещё крохотная к ней прибывала,

она брала из сундука карту человеческих судеб и с нею надежду сверяла.

Если сбывание надежды согласно этой карты человеку полагалось,

то она её отправляла в другую сторону, а не в ту, где Фея с топором упражнялась.

Следом за сбывшимися надеждами поступали благодарные чувства.

Но чаще всего (и такое бывает) поступали чувства без чувства.

Даже не чувства без чувства, а что-то такое невежественное,

что можно было бы обозначить как «само собой разумеющееся».

И если благодарные чувства карту судьбы украшали и делали её более подробной,

то чувства без чувства были одинаковы, пусты и никчёмны…

ой, забыла сказать, что те надежды, которые умирали,

чувство благодарности тоже временами присылали…

Против правил.

Однажды Просто женщина отвлеклась на какую-то малость,

и одна несбывшаяся надежда у неё потерялась.

Ходила, маленькая такая, всё свою тропинку, своё место искала,

видит: котёнок Антипка лежит, дремлет на пушистом покрывале.

Надежда ближе подошла, слушает как котёнок тихо дышит. Забралась на диван со стула.

К тёплой шкурке прижалась, согрелась и тоже уснула.

Подошла Коза, умилилась, (добрая такая картина),

влезла с копытами на диван и тоже уснула, скотина.

Просто женщина искала несбывшуюся надежду, чтобы к Фее под топор на отправку.

Видит, спят Антипка и Коза, и потерявшаяся надежда между ними посапывает, положив голову на котёночью лапку.

Просто женщина подошла, рядом присела, (не подумайте, не уснула).

Тихонько наклонилась, и на несбывшуюся надежду легко дохнула.

И пока надежда спала, и сбывшиеся надежды ей снились,

что она вместе с ними в разных пространствах летала и тоже в сбывшуюся превратилась…

А относительно того, что сделано «против правил», то Просто женщина не повела и бровью.

Она, когда хотела, могла делать то, что хотела, если это оправдывалось Любовью…

Глава 6. ФЕЯ С ТОПОРОМ

Переодевалка.

Между адом, между раем есть соединялка.

Там – секретный уголок: Феи раздевалка.

И когда туда-сюда Фея пролетает,

то она топор возьмёт, то топор оставит.

Любит яблоки и ром

эта Фея с топором.

Склянка опиума для народа.

Добрая Фея с топором, когда ранее обычного домой возвращалась,

проводила с Антипкой и Козой занятия по морали и нравственности, потому что времена были развращённые, и все активно и непрерывно развращались.

– Так… какая сегодня форма одежды? Тьфу, всё забываю, что эта парочка в одежде не нуждается…

Коза, немедленно объясни, откуда у тебя появился сбоку бантик? Заканчивай вращать глаза. Довращаешься.

А теперь глаза не тупи, неужели зубы точишь, морду красишь? Опиум для народа у меня хоть в склянке остался?

– Ну что ты. Фея, ну как ты могла подумать, это – вообще Антипкин бантик. Сбоку прицепила, чтобы не потерялся.

А опиум твой давно уже выдохся и его пора нести на свалку.

Везде свобода вероисповедания и вообще, свобода морали и нравственности. И проверь лучше свою раздевалку.

(У Феи с топором, если кто помнит, между адом и раем, где соединялка, находилась личная переодевалка.

И, поскольку, туда никто не долетал, она не запирала на замок, а уходила и приставляла палку).

Фея неладное почуяла, полетела скорее туда (хорошо, что ещё топор с собой прихватить не забыла).

Прилетает. Опиума для народа нет. Яблоки съедены. Ром выпит. И записочка: «Так всё и было».

Вздохнула Фея. Что же делать? Мораль и нравственность во все стороны успели распространиться.

Порядочность тоже недолго держалась. Подумала, и вслед за ними решила смыться.

Ходят-бродят теперь по свету. Одичали. Попробуй-ка без надзора… пропитаться сложно.

Если кто и поймает их случайно, то всё равно не удерживает, потому что без Феи с топором это сделать уже практически невозможно…

Любовь и философия.

Козе нравилось спрашивать про любовь Фею с топором,

(Коза была не очень терпелива и редко оставляла свои вопросы на потом).

Когда все улягутся отдохнуть, она Антипку поглаживает

тот мурчит, соглашается, а она всё Фею расспрашивает.

– Феюшка, ну скажи, вот что в любви самое трудное?

– Трудное? А то, что никогда не знаешь, кого же ты любишь… До чего же ты, Коза, существо занудное.

– Как это не знаешь? Но ведь знаешь! Этого невозможно не знать!

– Нет, дорогая Козанька, этого никто никогда не знает, хотя все думают, что знают, или что должны знать.

Коза: «Я, вон, Антипку люблю, и знаю, что это кот (хотя, он иногда бывает вредный и своенравный)

Фея три утверждения Козы под сомнение поставила: «любит», «кот», «вредный», и не оставила от них камня на камне.

Коза пять вариантов Феи с топором что «Антипка не кот» рассмотрела и сильно удивилась,

что каждый вариант был правильным, и с каждым она согласилась.

– Ничего себе, сказала себе Коза: а ведь всё так просто кажется, когда об этом не думаешь,

это оказывается, что никогда не знаешь, а просто – любишь.

– ну что, Коза, усекла, усвоила, уловила, проказница?

– Ага, сказала Коза: уловила: когда просто любишь, знать и думать не очень-то получается…

Вечная Фея.

Самым трудным в Божественных Пределах

было наблюдение, определение, распределение, времени.

Фея с топором, когда с работы возвращалась,

у неё перемещение из завтра в сегодня получалось,

а когда она на работу уходила,

то у неё перемещение из вчера в сегодня происходило.

Поэтому во времени Фея с топором никогда не разбиралась.

Для неё всё было вечностью, оставалось вечностью и вечность всегда перед ней простиралась.

И если поговорку «счастливые часов не наблюдают» принять за основание,

то Фея с топором была самым счастливым после Бога существом с момента основания мироздания.

Чёрный человек.

Однажды, Фея с топором, Коза и Антипка сидели на скамеечке у дома,

Видят: подходит к ним некто в строгом чёрном костюме и вежливо так:

«Не хотите ли что-нибудь узнать про Бога?»

Фея сразу взялась за топор (беседы с ней нередко оканчивались, даже не успев начаться).

А Коза: «Феюшка, постой, постой, я сейчас лошадей позову поржать-посмеяться».

Фея с топором на Козу строго глянула: «Коза, в любой ситуации нужно вести себя тактично,

а ржать над несчастным человеком тем более совершенно неприлично».

Коза: «Ты права, Феюшка, с лошадьми получается перебор, пусть скачут лесами.

Звать их не будем, отправим смотреть комедии. Мы лучше поржём сами».

Котёнок Антипка в это время смотрел на «чёрного» человека с толстой книгой под мышкой, и чему-то улыбался.

Судя по всему, внутренний смех у него давно уже начался.

Чёрный человек, видит, что его никто не гонит уверенно начала рассказывать:

«Бог – создатель всего сущего на земле, зовут его Иегова…» и начал какие-то подчёркнутые строчки из толстой книжки показывать.

У Козы от сильного терпения смеха распирало щёки (кто бы глянул сам бы усмеялся),

Фея с топором покачивала топором, а Котёнок ещё сильнее внутренне улыбался.

Чёрный человек входил в азарт, горячился, тыкал пальцем в книжку старательно:

«Уверуйте в Бога, братья и сестры, а то погибнете обязательно…»

«Я прямо щас от смеха погибну… – давилась Коза: ой, не могу удержаться…»

Фея с топором молча следила за уровнем смеха Козы, а Котёнок уже вовсю по лавке катался,

периодически фыркал, стоять не мог, подкашивались от смеха все четыре лапы…

Фея задумчиво: «Может быть, Просто женщину позовём с просто лопатой?»

«В общем, так, – перебила чёрного человека Фея: рубить я вас сейчас не буду, походите ещё временно,

знакомство с Богом вам сейчас повредит, поскольку это очень сильно преждевременно.

Пока Коза с Антипкой не умерли от смеха, очень рекомендую вам ретироваться».

А ведь какое знакомство с Богом могло у всей честной компании состояться!

Ошибочная память.

Фея с топором всё время забывала, что иногда ошибается,

отрубит кому-нибудь голову по ошибке, а потом плачет-раскаивается.

Просто женщина золотыми словами Фею утешала в таком тяжёлом положении:

«Должно казаться, что совершаем ошибки, чтобы могло осуществляться движение».

Отвечала Фея: «Что-то у меня не то с памятью. Забывать стала. Разве потренировать постараться?

Каждый раз, когда рублю кому-нибудь голову, всё время забываю, что не могу ошибаться».

Коза на диване лежала, диалог про память и ошибки слушала (ей бы на что-нибудь заморочиться),

подаёт голос: «А здорово, если бы научиться забывать только то, что хочется»…

Силовая точка зрения.

Фея с топором очередное занятие с Козой учинить собиралась.

Точки зрения Козы с другими точками зрения плохо пересекались,

а когда пересекались, то получалось столкновение,

что вносило в размеренную жизнь не только разнообразие, но и волнение.

– Что есть «точка зрения», как ты, Коза, про это рассуждаешь?

– Это когда ты видишь что-то и то, что ты видишь понимаешь.

– Хорошо, говорила Фея: а внутри у других всё отражается одинаково?

– Ну… наверное у других хватает другого-всякого…

– А чьё понимание самое-самое правильное, как тебе кажется?

– Правильное у того, кто сильнее в драке окажется.

– Молодчина! – сказала Фея Козе умилительно: знаешь как разрешить ситуацию!

(Фея с топором всегда была сторонница силового давления и выступала за милитаризацию).

Правда и полуправда.

Фея Козу за стол посадила, дала ей в одно копыто ручку, в другое – чернила,

и сказала: «Помнишь, мы у Тростника на берегу ложь с тобой проходили?

Теперь наступило время заняться правдой, зови Антипку, нечего ему прохлаждаться.

Занятия по правде и полу-правде у нас сейчас должны начаться.

Коза: «Антипка, перестань гонять правду, она и так уже под диван закатилась,

беги быстрей сюда, пока Фея добрая, и не очень-то разозлилась.»

Фея топор взяла, и шуршит им под диваном: «Правда, выкатывайся!»

Правда выкатывалась, чем-то больно Фею ударяла и снова под диван пряталась.

Коза с Антипкой, тем временем, ручкой и чернилами всю эту картину зарисовывали,

(мобильников-то не было тогда, пропадали без фиксирования разные истории).

А жаль, такая была бы «картина маслом», все бы ухохотались,

как Фея с топором правду искала, правду находила и правде не сдавалась!

Беседа о свободе.

Козе всегда казалось, что она какая-то несвободная,

то Фея с топором её прижимает, то голод (когда она бывала голодная),

Спрашивает у Феи: « Вот, скажи, Фея, ты свободная бываешь?»

Та отвечает: «Да, обычно с семнадцати и до двадцати, ты же знаешь.»

Коза: «Да я не в таком… ну в другом смысле узнать пытаюсь…»

Фея: «В смысле освобождения от жизни? Что тебе рассказать? Профессионально давно этим занимаюсь.»

– ну, Феюшка, ну не притворяйся, понимаешь ведь о чём спрашиваю,

– а-а-а… на кур посмотри, они несут только яйца, и больше никаких других вещей не вынашивают.

– Ну Фея, ну расскажи мне, что такое свобода, ты ведь везде такая свободная перемещаешься…

– Ладно, узнаешь и ты в своё время, когда сама с собой попрощаешься…

– Сама с собой попрощаюсь? – недоумённо спросила скотина,

и как у неё уже повелось, опять глаза свои закатила…

Бить или не бить?

Добрую Фею с топором вопрос «бить иль не бить» никогда не мучил.

Также её никогда не беспокоил другой вопрос «кто круче?».

Это было всегда очевидно, потому что происходило из очевидности.

Топор она никогда не прятала и умение не скрывала, всё всегда было в наличности.

Перед Козой вопрос «бить или не бить» тоже никогда не стоял на самом деле,

Просто, потому что Козу били все, кто этого не очень хотел, и даже те, которые совсем не хотели.

Так уж получалось, что Коза к этому привыкла, только не привыкла почему-то сдавать сдачи,

на это у неё была добрая Фея с топором, она конкретно занималась «замучиванием отдачи».

Просто женщину даже просто трогать никто не смел, да и она сама тоже никого не трогала,

она ходила своей дорогой, которая не пересекалась с другими дорогами,

носила свои золотые слова, которые могли обладать особой силой и имели разные облачения,

поэтому, вопрос «бить или не бить» умудрялся испаряться даже до возникновения своего предназначения.

Почему-то вопрос «Бить или не бить» распространён очень, от края земли до края,

но, не смотря на одинаковое количество слов и букв, судьба у него всегда иная…

Куриная смерть.

Как-то раз Коза заболела, улеглась, (натаскала в хлев поролона):

«Ой я больная вся, кашляю, горло болит, подайте мне куриного бульона.»

Ну дура-дурой, фильмов насмотрелась, сказать сказала, а подумать не подумала,

что для куриного бульона вначале голова у какой-нибудь курицы должна быть отрублена…

Слово – не воробей. Фея идёт, топор наточен, в курятник уже направлялась.

Коза плачет, курицу жалко, (к курам она давно уже привязалась),

делает срочно изо всех сил здоровый вид, что ничего не болит, пресекает страдания.

Да не помогло. Фея при исполнении обязанностей на эмоции не обращает внимания.

Одним словом, курице голова в одну секунду была отрублена.

Коза копытами себе по голове стучала… куриная жизнь из-за неё загублена…

Фея Козу утешала: «Да не было ей совсем больно, она теперь на небесах, смотрит на нас оттуда…»

А Коза всё плачет, себя во всём корит: «Ну почему я такая дура…»

Просто женщина пришла, просто ничего не сказала, молча голову курицы унесла на блюде.

Она много видела в жизни разных дур… и давно поняла: жалей – не жалей, будет только то, что будет.

Курсы для патологоанатомов.

Патологоанатомов Коза уважала и даже любила

(после того, как Фея с топором прогуляется, их много сразу приходило)

Патологоанатомы чужие ошибки каждый день пристально наблюдают,

и, чтобы не разучиться жить, за ошибающимися замечательно их также повторяют.

От такого общения Коза окончательно утратила осторожность и бдительность.

Живёт как попало, а что делать, если даже патологоанатомам не помогает осмотрительность…

Затеялась беседа по способам самоубийства. Коза не могла не вмешаться в изучение процесса.

Да ещё и Фею приволокла для осуществления спортивного и всестороннего интереса.

– Фея, а Фея, ты со шприцами, умеешь обращаться?

(снисходительный взгляд) – я же опытная Фея, Фея высшей квалификации.

Конечно, топор – лучшее средство, универсальное во всех отношениях,

но и шприц – тоже ничего, правда, для этого нужны более изящные движения.

Тут Фея уселась на своего любимого конька, стала вдаваться в подробности и истории:

технику попадания в вену, посинение лица, красоту агонии…

Коза копытами уши пыталась затыкать, а уши-то большие, плохо затыкаются…:

«Ой, да зачем я дура Фею-то позвала…» А Фея во вкус вошла, рассказывает, старается…

Патологоанатомы рты раскрыли: просто курсы повышения квалификации с подробной разборкой видов и типов!

Каждый в этом мире всегда находит предназначенное своё, независимо от общественного мнения и прочих стереотипов.

Рубим правду.

Коза могла лукавить, но не умела обманывать.

Даже добрая Фея с топором говорила, что не нужно всю правду рассказывать.

– Видишь ли, правда…, она ведь может быть разная…

При этом доставала острый топор, и для наглядности Козе его показывала.

Коза понимала, что с правдой всё не просто, её называют иногда «маткой» и тоже рубят,

что даже козлов многих она сгубила, но это после того, как они её погубят.

По поводу лжи добрая Фея Козе тоже популярно объясняла,

что сладкой ложь обычно бывает только сначала,

потом она горчить чего-то там начинает, (срок годности, видимо, у неё ограниченный),

но имеются и уважительные причины для её употребления, главное, чтобы не стала привычкой.

Коза всё внимательно слушала, жизни училась, «сладкое» и «горькое» на вкус различала,

правда, всё ещё пока на своей шкуре (Фея предупреждала, что так и будет сначала…)

От козла молока.

Как мы ранее говорили, Коза в мужчинах никогда не разбиралась,

поэтому от козлов ей только рога доставались.

Хорошо, что Фея с топором контролировала какой события оборот принимают:

если козёл переставал доиться, то Фея предупреждала: «Рога обрубают.»

Но все козлы как-то странно подрагивали, когда им рога обрубались.

(Ой, забыла сказать, что вместе с головой. Потому что по-другому у Феи никак не получалось…)

Дело в том, что козлы – странные существа, они переставали доиться прямо сразу,

и до сих пор никоторый из них так молока и не дал ни грамма, зараза…

Ой, лучше не буду я вспоминать все эти истории, напрасно хорохориться,

Может быть, Коза и Фея с топором до сих пор не уяснили, что козлы не доятся.

Феин поцелуй.

Фея с топором утром шла на порубку.

Висит плакат: «Лягушек нужно целовать,

а не под скальпели совать»

Остановилась, внимательно прочитала.

(всё, что касается металла, «независимо от»… её всегда интересовало)

А вот всё, что касается поцелуев, тут её интеллект был небольшим, поверьте.

Хорошо она умела исполнять только один поцелуй – поцелуй смерти.

И поскольку, что скальпель, что её поцелуй были по эффективности равнозначны,

она в направлении поцелуев думать не стала, а вот скальпель… Надо бы перед Просто женщиной поставить задачу…

Ведь на бал или на вечеринку какую, с топором вроде не очень удобно, всё-таки Фея.

Со скальпелем куда изящней, гламурней, легче, да и просто веселее…

Пригласит кто-нибудь Фею: «Давайте, красавица, потанцуем…»

Станет приставать с каким-нибудь ну, не очень смертельным поцелуем,

а Фея ему тут рррр-а-а-з… ну, (чтобы танцору не мешали…)

Она не со зла, а из-за стеснительности. Целоваться-то не умела, в детстве ей не разрешали…

Правдивое побоище.

Устала Коза после надежд (хотя, когда их мечтаешь – всегда замечательно),

Села на скамеечку, глаза закатила, и задумалась окончательно:

«Что есть правда и где она есть? Может быть, во всём размножена?»

Фею с топором зубами за подол ухватила: «Где есть правда, куда она положена?»

Фея с топором ответила, как отрубила:

«Козы, которые искали правду давно на живодёрне пошли на мыло,

снова ты за своё, доищешься, обломают тебе рога-то…»

Коза отбрыкивалась: «Пропадаешь Фея с такой прямотой, гляди, забреют в солдаты…»

И как принялИсь они правду искать: коза бодается, Фея топором машет…

Просто женщина вышла, прекратила правдивое побоище. Она всегда была равнополезна во всякой ситуации: «и вашим – и нашим».

Полумёртвые надежды

Фея с топором по судьбам гулять не переставала:

где угол срежет, где надежду убьёт (чтобы душонка в душу вырастала).

Коза как санитарка горы надежд перетаскивала-складывала-обмывала.

Потом приходила Просто женщина. Полумёртвые надежды от окончательно мёртвых отделяла.

Вместе с Козой подлечат полумёртвые надежды и снова в судьбы их отправляют,

Фея ли дорубит, или сбудутся… Коза объявление приколачивает рогами:

«Полумёртвых на небесное кладбище не принимают».

Фантазии и реальность.

Фея всегда говорила козе – живи моментом настоящим.

Не фантазируй себе всякие приключения. Они и без тебя уже выдуманы, остаётся только исполнить блестяще.

Козе вообще-то не нравилось, когда за неё решать пытались,

поэтому Фею она не очень слушала, продолжала будущее выдумывать, и, конечно, повеселее старалась.

Выдумает Коза себе будущее, разукрашенное, вся размечтается.

А будущее приходит, да не одно, (оно всегда берёт с собой реальность), и не сбывается.

– да что же ты, Коза, упрямая такая, каждый раз ведь страдаешь,

кроме тебя некому фантазии остановить, а ты об этом всё забываешь и забываешь…

– Эта реальность просто портит мне всё дело,

дорогая Фея, ну рубани её топором, очень мне всё это надоело.

Фея посмотрела на Козу: «Да-а-а… тупая, всё-таки, эта скотина бывает».

– реальность это – тоже фантазии, только Того, Кто всем этим управляет.

Коза возмутилась, рассердилась (Бога она любила): «Фея, не смей трогать Бога!»

Фея: «Я вообще Его не трогаю, лучше сама своими фантазиями Его не трогай…».

Вопрос о рассмотрении будущего в свете фантазий и реальности грозил перерасти в дискуссию по богословию.

Просто женщина, пришла, вздохнула…: «Да-а-а… Это только такая скотина как Коза может ставить Богу условия…»

Не на все вопросы.

Добрая Фея с топором не только надежды на корню рубила,

некоторые она относила к Просто женщине, и та их кормила и поила,

Выкормит надежу, взрастит её до степени, которая только ей известна,

и снова Фее с топором отдаёт, чтобы та её возвратила на место.

Какие надежды Фея с топором отбирала, по какому такому различению…

Коза с Антипкой за всем этим наблюдали, но пока не понимали ни смысла, ни значения.

Да и Фея как-то раз ответила на их немые вопросы мысленно:

«Не на все вопросы полезно отвечать, особенно если это – нежизненно»

Опознание корма.

Добрая Фея с топором возвращалась с очередного боевого задания,

видит: во дворе курицы производят незнакомого корма опознание.

(Просто женщина просто насыпала им вместо проса пшеницы).

Куры стоят, разглядывают, можно ли клевать, а вдруг можно отравится?

Фея с топором Козу позвала: «Егоза, иди сюда, иди скорее.

посмотри на этих дур, сосредоточься, запоминай: чем существо дурнее,

тем оно больше чувствует себя важным и особенным, и требует к себе исключительности,

а также страдает от обострённого чувства родины, мнительности и подозрительности.

Куры, дальше своего курятника ничего не знают, и знать не желают,

всё им кажется подозрительно-опасным; причём, сами же от этого страдают…»

Коза попробовала глаза закатить, эта мысль не сразу у неё усваивалась,

а Фея топор в кур метнула, те быстро пшеницу начали клевать, потому что уже научились сравнивать степень опасности.

Молчание Просто женщины.

Коза, Антипка, Фея с топором и Просто женщина сидели за вечерним чаем.

Вишнёвое варенье в розетках, всё так культурно, без тоски, без печали.

Вдруг Коза ляпнула, (конечно, языком, а не варенье на шкурку, (шкурку она берегла для парада)):

«А если Фее с топором за каждое убийство пожизненный срок давать, это сколько жизней надо?»

Просто женщина просто покачала головой, к окну отвернулась, в себя улыбалась…

Фея топор к себе незаметно придвинула, беседа обещала развиваться и развивалась…

– Что ты имеешь в виду, неотёсанная скотина, – спросила Фея с топором, и очередной глоточек чаю проглотила.

– Сама знаешь, огрызалась Коза: каждый день план перевыполняешь, топором машешь как здоровенная детина.

– Я здоровенная детина? – оскорбилась Фея: да ты посмотри на изящество формы и содержания,

а что до уровня смертности, то все уважительные причины налицо: катаклизмы, военные действия, а также алкоголизм и наркомания…

Коза вареньица из розетки копытцем аккуратно почерпнула, но на Антипку всё же немного капнула.

– Не капай на кота – Фея с топором вступилась за любимца. А Антипка уже вовсю вылизывался, языком и лапами.

– да у нас тут никто никогда ни на кого капать и не собирается,

взаимное доверие, всеобщее понимание, телепатия к тому же не позволяет, (активно коза отбивается).

Вопрос с пожизненными сроками был давно забыт, перепалка набирала обороты, напряжение нарастало.

Только Просто женщина, просто смотрела в окно, она никогда, ничего ни про кого не забывала…

а также всё знала про причины, вещи, времена, пространства от утра до вечера,

но она молчала, и молчала, и молчала… и вовсе не потому, что сказать ей было нечего…

Сказка на ночь.

Коза с Антипкой про рай и ад знали только из Феи с топором рассказов.

Сама Коза, и уж тем более Антипка ни в аду, ни в раю не были ни разу.

И когда наступал вечер, и все укладывались спать, Коза приставала к Фее:

«Феюшка, голубушка, расскажи сказку про ад и про рай, только пострашнее…»

Фея поворачивалась на бок, стараясь не задеть Антипку (он у неё в ногах нередко укладывался):

«Ну, слушай, Коза, только я буду недолго рассказывать, так что особенно не радуйся.

Ты уже знаешь, скотина, что между адом и раем есть соединялка,

И уже совсем, к сожалению, тоже знаешь, что там расположена моя переодевалка…»

На этих словах добрая Фея с топором всегда засыпала,

и ни про ад, ни про рай рассказать Козе так никогда и не успевала…

Карта судьбы.

Как мы уже из предыдущих историй про Фею с топором и Козу знаем,

Фея всегда советовала Козе не бояться ошибаться, и иногда держать на это экзамен.

Коза не хотела жить безрассудно (нужно сказать, что в жизни это вообще мало у кого получается,

разве что у сумасшедших, но они живут так нечаянно, поэтому, не считается).

И, хотя, Коза безрассудно жить не хотела, но жить ей так всё-таки приходилось,

потому что всё равно, исполнялось только то, что у просто женщины нарисовано было на карте, которая в её сундуке находилась.

Коза эту карту пыталась выкрасть, выманить, выпросить, купить, лишь бы одним глазочком… но не разрешалось.

У Просто женщины просто не забалуешь, она была очень предусмотрительна, и Козьи попытки, даже не успев начаться, завершались.

– ну что же мне делать, говорила Фее Коза: ведь не хочется же ошибаться,

хочется, чтобы всё было правильно, чтобы я была для всех хорошая, цвести, улыбаться.

– немудрая ты скотина – отвечала с топором Фея:

хоть бы повзрослела что ли поскорее.

Здесь хорошим для всех не будешь, не те это совершенно веси и дали…,

так что, Коза, оставь это направление, не напрягайся, и поумнее тебя бывали…

Живи. Просто живи. Делай каждый день, что приходится, и знай, ошибайся.

Жизнь задумана как последовательное исполнение «ошибок». Так что давай, старайся.

Глава 7. ВСЁ ВО ВСЁМ

Весёлые похороны.

Однажды Коза гуляла по живописным окрестностям,

Видит, навстречу ей идёт похоронная процессия.

Все идут за гробом, плачут, рыдают, расстраиваются.

Коза посмотрела ещё внимательней, ничего не поняла и подумала: «Играются».

Стоит, улыбается вовсю, рогатая скотина,

пока все в трауре печально проходят мимо.

Люди на Козу оглядываются, тоже ничего не понимают,

А она говорит: «Вы чего плачете-то, никто, ведь, не умирает.

Да мало того, что не умирают, и умереть-то не могут».

А они: «Да как же, провожаем в последний путь, в последнюю дорогу».

Коза думает: «Ничего себе, как они серьёзно заигрались.

Не понимаю, если играете, так хоть бы иногда улыбались…»

А покойник взял, да в гробу и перевернулся,

потом Козе подмигнул, а потом ещё и улыбнулся.

– ну вот, сказал Коза: совсем другой оборот, а то плакали, рыдали…»

Коза с покойником прекрасно друг друга понимали…

Курам на смех.

Как-то раз Коза решила, что она запросто может стать мисс мира,

Нашла спрятанное от неё Феей зеркало посредством обыска всей квартиры.

Эх, не случилось бы беды… Но беда всё-таки начала случаться,

Потому что Коза нашла вдобавок и бигуди и принялась завиваться.

Разумеется, всей ей завиться мешала короткошерстность.

А борода, борода на что? У бороды длинная шерстяная поверхность.

Закрутила Коза бороду, бигуди свисают (смех на палочке в пределах видимости)

Куры катаются-падают. Антипка на смех прибежал, тоже упал от весёлой неожиданности.

А Коза ходит себе важная, виляет всей фигурой.

– Ой, показушница, а пройдись ещё разок, издевательски кричали ей куры.

– Я щас пройдусь, ой пройдусь, вот снова заболею,

Фея с топором как придёт, головы-то поотрубает, или вздёрнет на рею.

Антипка в себя от смеха пришёл, любуется (всё-таки у Козы хороша фигура)

телепатически тихо подсказывает: «Коза, ты немножко того… дура.

А мисс мира-то тебе зачем становиться?

– Сам ты, дурак, Антипка. Конечно, для того, чтобы гордиться.

– Да чем гордиться-то?

– Тем, что меня выберут самой, самой красивой.

– А тебе, как бы невзначай не нужно, чтобы тебя выбрали мессией?

Коза встала как вкопанная, глаза закатила (знак особого умственного онемения),

И поняла, что амбиции в ней не доходят до такого обширного распространения.

Фея с топором проходила мимо (она всегда врубалась в ситуацию).

Видит: куры встать не могут-ржут, Антипка немного отошёл, просто улыбается.

Коза с бигудями в бороде, губы накрашены, глаза закатаны, упивается познанием,

находясь в умственном тупике между мессией и мисс мира признанием.

– Нда… подумала Фея с топором: глупость, она – везде сказывается,

Зачем быть особенным, если каждый изначально и так особенным является…?

Смерть от ипотеки.

Как-то раз Фея с топором ходила по кладбищу (её любимое место для развлечения),

сверяла эпитафии со своим списком и определяла пункты назначения.

Видит, на надгробии надпись такая (хоть и немного размыта):

«Сдох калека от невыносимости ипотечных кредитов».

– Та-а-а-к. Непорядок. Появилась новая графа в статистическом отчёте.

Нужно немедленно удалить имеющиеся недочёты.

Посмотрим… где у нас тут подходящая колонка.

Вот она: «Умершие от экономических экспериментов и бесплатного сыра в мышеловке».

Сюда заносим бедолагу. А участь какая ему определяется?

(сверяется с похоронной книгой). «Умершие от экспериментов и пыток в рай направляются».

Хаппи энд, дорогие друзья, товарищи, граждане и начальствующие!

В рай попадают не только те, кто других в рай отправляет, но и сами отправляющиеся!

Неправильное положение.

Как-то раз Просто женщина, Фея с топором и Коза в турпоход отправились.

Взяли палатку, Козе – тормоза, из еды кой-чего, да и перед походом основательно заправились.

Пришли на место. Вокруг красота. Вечерело. Палатку поставили-разложили,

и улеглись рядком (палатка двуместная, Козу посередине положили).

Коза сопит, смотрит на Фею с топором (никак Козе не засыпается).

А у Феи совесть всегда железная, спит себе, во сне улыбается.

Коза на другой бок с досады переворачивается:

А там Просто женщина, просто спит, безмятежная, не заморачивается.

Коза вертолётом вертелась, на какой бок ни повернётся – всюду ей раздражение,

а потом глаза закатила: «Так это, наверное, внутри у меня занято какое-то неправильное положение».

Козьи вопросы.

Козе снова не гулялось, не спалось, не елось,

очень хотелось прояснить вопрос: «кто же я такая?», ну очень хотелось.

К Антипке было приставать окончательно неразумно, он лишь мурлыкал беспечно.

К Просто женщине… Она всё знает, но всё равно, не скажет, конечно.

Изо всех кандидатур оставались только Фея с топором и куры.

Куриные ответы она давно знала: «Коза, ты – просто Коза», (неглубокие, мелкокопающие дуры).

Феи с топором дома не было, и Коза перешла в режим телепатического общения:

– Фея, а Фея, скажи, кто я такая на самом деле? – слала Коза мысленные сообщения.

В ответ получала обрывки: «не хочу умирать… отстань, я занята… о, как здорово, я и не думал!…

…отстань, я сказала: отстань Коза, я при исполнении… иди, спроси лучше к курам…»

– Ну, Феюшка, ну скажи, тебе чего, жалко?

– Ну ладно, Коза, ты – просто Коза. (Вот, уж не думала, подумала Коза, что Фея тоже окажется форменной болванкой).

Набралась смелости к Просто женщине просто подошла и вопросительный взгляд на неё устремила,

и прочла: «Иди-ка ты отсюда, Коза – просто Коза и принеси мне стиральный порошок и мыло»,

У Просто женщины намечалась не просто стирка, а стирка – счастье.

Вчера Фея нанесла ей ворохи несчастной любви, и она отстирывала от любви несчастье…

Безошибочное топорорубание.

Однажды Фея с топором позвала с собой Козу на практические занятия,

Антипку оставили дома, (несовершеннолетние не допускались на это мероприятие).

Фея показывала козе совершенное топоровладение и топорорубание:

«Берёшь вот так, руби точнее, чтобы не причинять никому страдания.».

Коза рубить не умела пока, и страдания всё-таки причиняла.

– Не бойся ошибаться, Егоза, могила всегда всё у всех исправляла.

Да и вообще никогда ошибаться не бойся, не живи осторожно.

Скажу тебе по секрету, здесь вообще никому никогда и ни в чём ошибиться невозможно.

Коза глаза закатывала, изо всех сил сосредотачивалась, и рубила.

Топор в копытах плохо держался, соскальзывал, но со страданиями она всё-таки мало кого убила.

Когда шли с Феей обратно, остановились у речки умыться,

– Не огорчайся, Коза. Случается только то, чему нужно было случиться…

О природе вещей.

Просто женщина, добрая Фея с топором, коза и Антипка летели над поверхностью океана.

Антипка уселся на спине у Козы, летать он сам не умел, потому что времени в нём было мало.

Коза говорит: «Какой океан большой, он наверное – бездонный?».

– Всякий океан имеет своё дно – ответила ей Фея вполне резонно.

– А что такое, дно у океана? Это его окончание или начало?

– Всякое окончание любой вещи в этом мире является её началом…

– Ух ты, так значит вещи так и ходят по кругу не меняя своего положения?

– Начало и окончание, так обозначают отсчёт у того, что имеет движение,

а ещё всякая вещь ещё имеет границы, ну или проще, очертания…

Коза глаза закатила до невозможности… Антипка сладко спал у неё за плечами.

Фея умолкла. Просто женщина молчала. Утро наступало, хотя было ещё очень ранним.

Океан под ними волновался и шумел, и всё равно почему-то был бескрайним…

Куриные обновки.

Каждое утро Просто женщина ходила к курам на занятия.

Таким способом она поддерживала свою форму в области телепатии.

Дело в том, что у кур были мозги не просто маленькие, но и какие-то не мыслительные,

поэтому утренние процедуры не были для Просто женщины обременительными.

Заодно она их кормила, (аппетит у кур всегда был приличный).

Всё шло своим чередом, ничего не предвещало ничего необычного.

Но однажды, что-то неуловимо изменилось в мыслительной обстановке.

Просто женщина просто огляделась, смотрит, на одной из кур красуется обновка.

И чего только в это утро она в куриных мозгах не прочитала:

– Выпендрилась… ободранная… туда же… на какие средства… небось, ни разу не голодала…

Просто женщина просто подошла, всё отобрала, и ношение нарядов запретила.

Когда живёшь в курятнике, опасна даже самая безобидная инициатива…

Компьютеризация?

Просто женщина сама работала на огороде, у неё была под сомнением продукция цивилизации.

Фея подошла, головой покачала: «Нужно бы внедрить мезанизацию-компьютеризацию.»

Наша железная леди с топором, сами понимаете, в железе соображала,

а, Просто женщину, она просто всегда жалела и уважала.

Просто женщина подняла глаза, на Фею ласково посмотрела, отвела в сторонку.

– А разве я чем-то отличаюсь от компьютера? спросила она негромко,

– Как?! изумилась до невозможности Фея: – неужели и ты тоже?!».

– Ну что же тут удивительного, если все мы – компьютеры,

только Производитель делает каждый раз так, чтобы модель на модель была непохожа…

Странности.

Как-то раз Фея с топором и Коза шли на очередное задание.

И Антипка тоже за ними увязался, шалил, ну не котёнок, а наказание,

Коза улыбалась, ей всё это нравилось, а Фея делала вид, что сердилась

Долго им нужно было идти, сели под деревом. Солнышко. Притомились.

Фея молчала. Коза незаметно в тенёчке задремала

и снится ей сон, будто сама она себя потеряла.

Ходит во сне, ходит, ну не помнит кто она, откуда, как зовут, даже сколько у неё ножек.

страшно ей, никого во сне нет, только одна и никто ей не поможет.

Видит, откуда-то человек к ней удивительный, странный подходит,

молча смотрит, ничего не говорит, вокруг неё медленно обходит.

Потом всё-таки промолвил голосом тоже странным, как будто не из этого мира:

«Если я тебе скажу, кто ты такая, отдашь мне себя половину?»

Коза от неожиданности проснулась, вся в волнении, надо же история какая…

Только с тех пор стала тоже немного странная, спрашивает себя: «Так кто же я на самом деле такая?».

До того как быть…

– Кем ты хотела быть? приставала Коза к Фее с топором, когда та на диванчике отдыхала.

– Ой Коза… ну Коза… отстань… я всегда хотела быть доброй Феей с топором, и наконец-то ею стала.

– А Вы, Просто женщина, кем хотели стать? (Коза, когда хитрила, всегда подбавляла в обращение уважения).

Просто женщина просто молча посмотрела, и Коза без слов поняла просто лица её выражение.

– А я кем хотела быть? спросила Коза саму себя и умолкла как-то тихо- тихо и искренне,

так хотела услышать саму себя, и слушала очень и очень пристально.

Там, в глубине два Я и третье встреченное ТЫ что-то непонятное для неё обсуждали…

Было очень плохо слышно, ей уже не только мысли, а даже и чувства внутри мешали.

Доносились слова: «в последующем… в начале… откуда знать… да всё равно не поймёт… всё ещё глупости… не святая…»

И Коза подумала: «Наверное, я тоже хотела стать Козой, потому что уже Коза я…»

Открытие Америки.

То ли Коза съела что-то не то, но, задумавшись и не прикоснувшись к обеду,

вдруг, сказала ни с того ни с сего: «Я в Америку, девчонки, уеду.

Как известно из учебников по истории, там сознанья коммунизм не касался.

Понаехали, индейцев вытеснили. Каждый, где себе урвал, там и остался…».

Фея с топором этот козий экскурс в историю выслушала и не смолчала:

«Прежде чем в Америку уезжать, ты в себе её открой для начала».

Коза глаза закатила, забралась с копытами на кровать,

И начала в себе Америку за Америкой открывать.

Измучилась вся, отличать Америку от Америки перестала,

Какая из Америк самая, самая Америка – совершенно не понимала.

Кризис духовно-интеллектуальный, копытом слезу утирает.

К Фее с топором пристаёт, Фея топором её отгоняет…

Довелась до полного внутреннего истощения и до внешней истерики,

Непосильной, временами, бывает задача открытия в себе Америки…

Железная леди.

Фея с железным топором и с железной логикой всё делала железно,

хотя из всего этого железа не всё было людям полезно.

Некоторые хитрили, за Феей ползали, металлолом собирали, жили одним моментом,

Некоторые хотели сделать из Феи железную леди и поставить её президентом.

Коза возражала: «Какой из неё президент, испортит всё посевную.

Нужно её сначала довести до маразма, чтобы месту соответствовала, причём, довести вживую.

Президент – ноша тяжелая, можно тронуться, повредиться, умучиться.

А порция маразма – безопаснейшее средство для сохранения умственного благополучия»

Коза ещё раз подумала, наслюнявила копыто, выписывает Фее с топором направление:

«Направляется Фея с топором на доведение до маразма и последующее на должность президента назначение».

Не просто женщина…

Просто женщина просто решила погулять и гуляла.

Она никогда сама с собой не скучала, потому что вообще никогда не скучала.

Даже добрая Фея с топором, порой, просто женщине изумлялась,

а временами даже быть на неё похожей старалась.

И, хотя, Просто женщина выглядела как будто вполне живая,

но иногда казалась как будто – мёртвая, будто никакая.

Как будто всё её существо не вполне от этого мира,

в то же время она как Просто женщина, разговаривала, работала, шутила.

Но как-то всё, что она делала, как будто её не очень-то задевало.

Добрая Фея с топором подозревала, что просто женщина какую-то тайну знала.

Но спрашивать Фея никогда не пыталась, и в себе ответов не находила.

И, однажды, Просто женщина просто мимо неё проходила,

остановилась, тихо улыбнулась и также тихо Фее сказала:

«Человек получился человеком, именно потому, что ему всегда чего-нибудь не хватало,

а когда он убедится, что ему всегда и всего хватает, то в этот момент человек человеком быть перестанет».

– А кем же он тогда будет? – спросила Фея, затаив дыхание, очень осторожно.

Просто женщина просто улыбнулась и просто ответила: «Богом, возможно…»

Всё во всём.

Просто женщина сидела во дворе на скамье и просто молчала.

Подошла Фея с топором, села рядом и спросила: «Ты не скучала?»

Хотя, обе они хорошо знали,

что никогда ни о чём не скучали…

Коза с котёнком Антипкой пришли и улеглись рядом на травке.

И Коза спросила Просто женщину: «Скажи мне, что есть самая главная Загадка?»

Просто женщина молчать продолжала, но молчала уже как-то по-другому.

И Коза видела в её молчании дальний лес и уходящую пустую дорогу…

– Вот, думала Коза: «Сейчас дорога чиста, пуста и первоначальна…,

и от этого внутри невыразимо светло и печально…

Кто-то обязательно по ней пройдёт, как будто впервые, и к нам сюда заглянет,

и удивится, что всё вокруг такое… и сам каким-то другим станет…

Как это всё происходит, и никогда этого происхождения не замечаешь…

Почему именно эти мысли, а не другие к самому себе принимаешь…

И никогда непонятно окончательно кто ты сам такой, и откуда берёшься…

Почему одно тебе – радостно и смешно, а над другим ты совсем не смеёшься…

Антипка лежал и вместе с Козой эти же самые думал простые мысли…:

«Вот, Фея с топором переводит всех от смерти к жизни.

Вот Просто Женщина, в которой всё рождается и которая всё рождает,

которая каждый миг воскресает и каждый миг умирает…

Как удивительно, что я здесь оказался, и хорошо от этого и спокойно.

Вот, скамья, вот глупые куры снова опрокинули козий подойник…

Вот, Феин топор, древний как мир, всегда остро наточен

И всё идёт своим чередом и очень правильно идёт очень, очень…»

Новый день начинался, Просто Женщине он был уже известен,

Но для всех остальных он будет написан как будто заново и этим – интересен.

А пока они сидели и молчали…

Всходило Солнце и согревало своим теплом

Божественные Пределы, Козу, котёнка Антипку, Просто Женщину и Фею с топором…

(Поэма окончена)

КОЗЫ

Абсолютно-олимпийская Коза

Коза хотела стать к Олимпиаде поближе,

встала, скотина, на лыжи.

И, чего никогда не бывало в мире,

встала на все четыре.

В лесу зайцы от смеха страдают:

– Четырёхлыжного спорта не бывает!

– Как не бывает?! Я же на них стою и даже еду!

И, наверное, даже приеду к обеду.

Зайцы опять за своё: «А где соперники? Ведь нужно соревноваться.

– Сколько можно надо мной, Козой, издеваться?

Как у вас тут всё относительно и нудно!

Я же, Коза – абсолютна!

И Коза абсолютно одна дошла до финиша, который сама же и наметила.

И ей было абсолютно всё равно, что ни одного соперника так и не встретила.

Потом сказала Фее с топором: «Я новый вид спорта учредила

и в нём самостоятельно победила».

Фея с топором ответила: «Вот и славно.

Я так и знала, что ты – абсолютно не тщеславна».

– Конечно, не тщеславна. Ведь знают даже дети,

что каждый – один единственный такой на свете.

Зачем ещё что-то такое изобретать,

чтобы это доказать?

Алкогольная Коза

Коза пошла в лесок проверить подшефных зайцев. Как они там?

Не выпили ли с утра без повода по сто грамм?

А то с этими праздниками – ни охнуть, ни вздохнуть,

Зайцам только недолго бывало хорошо, а все остальное время – жуть.

Фея с топором еще вчера прекратила им праздники и наложила на «Зайцовку» арест,

потому что зайцы очень много могли выпить за один присест.

И не так, чтобы «Зайцовки» совсем не осталось,

а сколько в желудок помещалось.

«Зайцовка» в лесу не кончалась никогда.

Это была не какая-нибудь ерунда,

а по-человечьи напоминала смесь пива с водкой,

а для того, чтобы не закусывать, к ней был прибавлен искусственный аромат селедки.

Правда, у рыб этот напиток назывался «Ерш».

Ну, рыбы, они и есть – рыбы, что с них возьмешь.

Приходит Коза в лесок,

а там не слышен ни один заячий голосок,

вернее, заячий писк не раздается со всех сторон

а раздается один только заячий стон.

Коза проявила сострадание, прикатила цистерну воды,

отпаивала зайцев. Подсчитывала масштабы алкогольной беды,

собирая заячьи трупики тут и там.

Говорила: «Потом Фее с топором на день рождения отдам.

А пока вон там зарою, чтобы никто не нашел.

Надо же какой алкогольный торнадо по зайцам прошел.

С теми, которые пожелали сами умереть,

получается – от зайценаселения одна треть».

Потом Коза отправилась в местечко, где «Зайцовку» производят —

и прикрыла этот заводик.

Возвращается назад,

А у ее дома уже зайцы с плакатами стоят:

«Требуем вернуть „Зайцовку“ и выходные!».

Коза: «Ах, вы мои родные!».

Поддела пару зайцев на рогах к небесам.

Оставшийся неподдетый заячий народ разбежался сам.

Фея с топором приходит с работы, а Коза довольная лежит на натуре.

– Слышь, Фея, я тут совершила переход от демократии к диктатуре.

– А в чем разница? Заяц – простодушное дитя лесов и полей.

При демократии страдает от своей воли. При диктатуре – от твоей.

– По моей воле страдает меньшее количество из заячьей массовки.

А из леска тем временем доносилась партизанская песня: «Нам не жить без „Зайцовки“»..

Антинаркоманская Коза

Коза придумала себе новое занятие —

проводить различные мероприятия,

А потом за каждое проведенное для отчета ставить галки.

– Какая, Коза, ты все-таки нахалка!

Фея с топором Козу упрекала,

– Нам только видимости в доме и не хватало.

– Помолчи, Фея, ты не имеешь понятия

до чего же это – важная вещь – мероприятия.

Скажем, травку курит и колется молодежь,

а ты, хоп! Мероприятие проведешь.

И расскажешь всем подробно и красиво,

как это тяжело и невыносимо

от наркомании страдать…

На этих словах Фея с топором принялась в Козу топор метать.

– Ты – показушница – каких мало!

Взяла бы наркомана

и во время ломки

водила бы его по детским садам на веревке.

– По детским садам – это несерьезно.

– А по школам водить уже поздно,

разве что в самый младший класс,

да и то, это нужно делать много-много раз.

– Так это же нужно много чего сотворить!

Во-первых – наркомана изловить,

во-вторых, каждый раз с ним в детский сад проникать.

А это – совсем непросто, если хочешь знать.

И, вообще, у нас тут распространено – больше казаться, чем быть,

поэтому, лучше я буду везде ходить и умные и красивые слова говорить,

борцом против наркомании называться.

короче говоря, красоваться.

Тут Коза напялила себе очки на нос как могла,

сунула под мышку папку с надписью «Кое-какие дела»

и, охваченная показушной манией,

отправилась бороться с наркоманией.

Фея с топором обреченно метнула ей вслед топор.

А Коза так и борется с наркоманией до сих пор,

Там, где ступало ее копыто, говорят,

галки не летают, а просто на месте стоят,

потому что, соблюдая правила,

после проведенных мероприятий их Коза поставила.

Арсенально-Новогодняя Коза

Притащила Коза ёлку домой к Новому году.

Вначале подумала: «Не поставить ли её во дворе поближе к огороду?».

Потом подумала: «Затащу её домой, поставлю посерёдке.

Наготовлю салата «Оливье» и «под шубой» селёдки.»

А чем Козе ёлку наряжать? Нету дома игрушек.

У Феи с топором только топоры, косы, в общем – холодное и горячее оружие.

Но Коза – существо – внутри не сжатое нормами и архетипами. Существо – свободное.

Поэтому вначале повесила на ёлку оружие горячее, а потом – холодное.

Фея с топором с работы приходит: арсенал весь размещён на ёлке без опаски.

Больше того: Коза принялась уже и за боеприпасы.

Тащит пулемётную ленту из кладовки

повесить её сбоку от трёхлинейной винтовки.

– Ты чего это тут делаешь, чудо природы?

У нас тут жилое помещение или приёмная Министерства обороны?

– На ёлку можно вешать шары, цветных попугайчиков,

Бусы, вырезанные снежинки и ещё зайчиков.

– Зайчиков? – оживилась Коза, вспомнив все свои заячьи приключения.

– Сейчас, сейчас… – засобиралась куда-то скотина, – был у меня тут один заяц локального значения.

Провинилось по всем показателям млекопитающее в сортире недозамоченное…

И, не дослушав Фею с топором, вышмыгнула из дома озабоченная.

Долго ли, коротко. Только с пленными, без убитых,

вваливается Коза с зайцем в копытах.

Тварь рогатая – прямиком к ёлке, никого не слушает.

И вешает над трёхлинейной винтовкой зайца за уши.

Заяц всё время с ёлки соскакивает,

арсенал на ёлке дрожит, задорно позвякивает.

Коза за зайцем по помещению гоняется:

А чего это заяц на ёлке смирно не висит, лапами лягается?

Фея с топором зайца сама поймала, на руки взяла, гладит.

– Что же ты за скотина, Коза? Где ни пройдёт – везде нагадит.

Учти: существо, которое от жизни мается,

к неживому не прилепляется.

В крайнем случае, если уже в одном пространстве приходится быть,

можно живое и неживое рядом положить.

Утром Фея с топором просыпается. И поняла, что объясняла Козе без толку.

Связанный заяц, глазами хлопает, лежит под ёлкой…

Дальше идёт описание того, кто, кого и как догонял,

как были использованы по назначению развешанные боеприпасы и арсенал.

В результате военных действий местного значения

заяц был освобождён, а ёлку постигло долгожданное и тотальное разоружение.

А ведь могло быть и совсем наоборот.

Ну, так или иначе: да здравствует, товарищи, Новый Год!

Бездумная Коза

Ёж жаловался на Козу Фее с топором:

– Она сначала делает, а думает потом.

Фея с топором отвечала Ежу сотый раз по слогам и медленно:

– Она ду-мать не уме-ет, о-на толь-ко де-ла-ет.

Ёж сотый раз этого не постигал.

Он умел извлекать корень, брать интеграл,

всегда думал перед тем, чтобы что-то сказать,

однако, неприятностей так и не научился избегать.

Пошёл к Козе сравнить жизненные результаты.

Скотина на огороде орудовала лопатой.

Ёж, предчувствуя, спросил у неё грустно:

– Ты что делаешь?

– Как что? Огребаю капусту.

– Да кто же капусту огребает?

– А ты у Крота спроси, он про это всё знает.

– Коза! Думать надо. Он же не ту капусту имел в виду.

– А-а-а… Ну тогда сейчас спросить пойду…

– Подожди, Коза. Количество неприятностей за истекший месяц давай сверим.

– А как мы это проверим?

– Проще простого. Сейчас Память нужно поймать

и как следует её пытать.

Так и сделали. Память сопротивлялась, но выдала на-гора

и то, что было месяц назад и то, что было вчера.

Когда они отправляли Память по времени обратно,

Козе и Ежу было одинаково неприятно.

Некоторые события им было весьма неприятно вспоминать.

– Как всё же хорошо, что мы умеем забывать!

По итогам сверки оказался равный счёт.

– Я так и знала, что именно это и произойдёт!

Если так дела обстоят, то думать-то мне зачем?

Тем более, что думать я и не умею совсем.

Зато от природы умею быстро бегать.

Знаешь, зато сколько успеваю наделать!

Тут скотина вновь взяла в копыта лопату.

Ёж вздохнул и пошёл домой ещё раз проанализировать результаты.

Примечание автора: «Нужно заметить, что Коза не совсем бесполезно капусту огребала.

Был незапланированный побочный результат: Почву прорыхлила и вредителей разогнала».

Что же тут автор желал сказать?

Ах, да… «Нам не дано предугадать…»

Безжалостность

Долго ли, коротко ли шло дело,

а наша Коза заболела.

Лежит на запретном покрывале, стонет время от времени.

То ли у скотины температура, то ли давление.

А Фею с топором только один мучил вопрос.

(Покрывало-то – её.) – Лишь бы не понос.

Коза мысли Феины читать умела на раз.

– Да не понос, не понос у меня сейчас.

Только одно я, Феюшка, сказать не смею,

подозреваю-таки у себя диарею.

Это Коза нарочно Фее сказала,

поставив под угозу сухое состояние запретного покрывала,

чтобы Фея из беспокойства за состояние имущества своего

прогуляла работу. А больше Козе и не нужно было ничего.

Все знают, что чем сильнее болезнь набирает обороты,

тем больше больные требуют внимания и заботы.

А Фея с топором на беду Козы была – нестяжательное создание,

притом – глубоко ответственное, с развитым чувством скрытых мотивов пониманием.

И, бедную скотину не пожалев ни разу,

ушла себе на работу, вот, зараза!

Коза видит, номер не прошёл, и принялась саможалеться:

«Бедная, я больная скотина, куда же мне от страданий деться?

А Фея с топором, такая сякая и ещё всякоськи разрисованная,

сразу поняла, что я клянчу её внимания особенного.»

Постонала так Коза полчасика примерно,

и это беспесперктивное занятие ей надоело.

Пошла, попила чаю с малиной и мятой (Фея на кухне оставила).

Зубки начистила, умылась, кровать заправила.

Фея пришла с работы, сидит Коза здоровёхонька, улыбается.

– Ну, что, выздоровела, скотина, как полагается?

Слушай закон физический, и перестань так жалобно смотреть!

Больного никогда не нужно жалеть.

Потому что, когда у него жалость к себе начинается,

к этому прикладывается твоя жалость – всё это на два умножается.

Равновесие перестаёт осуществляться,

и организм ещё больше начинает разрушаться.

Не поддавайся на провокации, побольше молчи.

А если умеешь лечить, то лучше не жалей, а лечи.

На этом окончив, взяла веник и пошла убирать дом,

эта – безжалостная совершенно Фея с топором.

Безопытная Коза

Коза пришла в гости к Корове.

– Ну, что, Корова?

ЗдорОво!

– Здорово, Коза,

бесстыжие глаза.

– Что? Да у меня глаза – самые честные в мире,

а также в отдельном загоне, то есть в отдельной квартире.

И не смей, Корова, меня за телосложение укорять!

Тут Коза Корову за хвост хвать,

и давай его закручивать по часовой.

Корова кричит: «Ой-ой-ой!»

Потом развернула свои рога

и как Козе в лоб дала.

Коза летит, как будто кто-то сумел ей крылья приладить,

а по ходу полёта теряет память.

Следующее утро настаёт,

Коза снова к Корове в гости идёт.

Ситуация повторяется с точностью до запятой.

Коза следующим утром просыпается: «Ой, что это было со мной?»

А поскольку памяти Бог упорно ей не даёт,

то и следующим утром она к Корове снова в гости идёт.

У Коровы с памятью всё вполне,

и она появившейся Козе сразу даёт рогами по голове.

Куда же автор желал внимание читателя направить?

Наверное, к тому, что получению опыта нам очень способствует память.

Хотя автор такие многочисленные случаи знает,

когда и память не помогает.

Обстоятельства жизни соврать не дадут,

ну, например, как в России пьют.

Ум и память, конечно, нам не дают пропасть.

Но отчего же сильнее ума и памяти так часто оказывается страсть?

И хочется узнать поскорей,

кто же страсти поглавней?

Безрелигиозная Коза

Коза устроилась под навесом от непогоды

и принялась читать про Крестовые походы.

Подумала немного:

– И это нужно было делать ради Бога?

Это что – Он кого-нибудь учил убивать?

Прочла Евангелие. Но оно такого не могло Козе сказать.

Надо бы спросить у мусульман,

может быть об этом говорит Коран?

И в Коране этого не обнаружилось.

Тут скотина как следует поднатужилась

и одолела Веды, Масонский устав

и ещё много всего, даже наскальные рисунки племени Гау-Гав.

Нигде Коза не нашла указаний по убийству, вражде и ссорам.

Потом прошлась по фактическим историческим коридорам.

Прочла последнюю новость: «В Бирме буддийские монахи жгут мусульман.»

– Что?! И там?!

Очень мило.

– сказала Коза и все религии в пределах между Небом и Землёй отменила.

– То ли с религиями что не так, то ли сами – дураки?

Проповедуют одно, а поступают вопреки.

Некоторые возразят, мол, так нельзя. Мол, религия – основа основ.

Ну не отменять же тогда дураков?

Беседа Козы и Коровы о чувствах

Корове в очередной раз стало грустно,

но, к счастью, зашла Коза и предложила поговорить о чувствах.

Легла Корове под бок, обеим тепло,

девчонок сморило, если бы не одно:

сколько удовольствия ни длятся,

а нужно просыпаться.

Проснулись.

Потянулись.

Переглянулись.

Коза: «Корова, не знаешь, зачем я приходила?»

– Про чувства что-то говорила…

– А-а-а… Слушай, по нескольку раз на дню

я кому-нибудь чувство да причиню.

Корова процессом причинения чувств заинтересовалась,

ещё больше распласталась,

подпёрла копытами морду (зрелище лучше не смотреть, а слушать)

и растопырила уши.

Коза подошла к одному уху поближе немножко,

стряхнула с бороды сенные крошки,

повысила голоса децибелы

и принялась рассказывать, как разбила у Феи с топором банку варенья,

как летал топор, а она уворачивалась…

И как во всём этом чувство гнева Феиного обозначилось.

Корова представила, как Фея с топором за Козой гонялась:

– И что, ты ничуточки не боялась?

– Как не боялась, до сих пор в коленках дрожь.

– А ты варенья-то больше не трожь.

Коза изумлённо посмотрела на подругу:

– Дорогая Корова! Жизнь состоит из причинения чувств друг другу

посредством действия и даже – бездействия иногда.

Хорошо, что Корова лежала,

а то бы упала.

– И всё!? И в этом только смысл жизни на планете Земля?

– Конечно! Посмотри на эти луга и поля, —

Коза картинно повела копытом как в сериале – самом странном из искусств:

– Всё это создано только для причинения чувств!

– А мы? Мы не просто зрители,

а всех чувств испытыватели?

– Как объект – тоже – причинители, да.

А как субъект – испытыватели. «Это – полная ерунда!» —

возмутилась Корова, всегда мечтавшая о самосовершенствовании и о воплощении идеалов.

– Ха! – сказала Коза, и как причинительница возмущения и испытывательница радости, куда-то весело поскакала.

Заяц, слушавший за углом, спрятавшись ловко,

сначала поперхнулся морковкой,

потом почесал себе серый бочок,

и в лесочек скок-поскок

к знакомой зайчихе, чтобы опять

некоторые чувства испытывать, а некоторые – причинять.

Беседа Козы и Просто Женщины о поэзии

Как-то раз Коза уснула за обедом,

и снится ей, будто стала она поэтом.

И подходит к ней Просто Женщина (она вообще не из этого поколения)

и говорит: «Знаешь ли ты, Коза, что сейчас находишься в четвёртом измерении?»

Коза огляделась. Вокруг пустота, тишина и – совершенно ничего не происходит.

– Странно – подумала она: где это здесь поэты бродят?

– Не удивляйся, Коза, не води взглядом,

здесь никогда никого не бывает, да этого и не надо.

– А что же это, Просто Женщина, а что же это?

– Это – Пустота, которая находится внутри каждого поэта.

Здесь не идут дожди, не дует ветер, не бывает ни одного чувства,

из Пустоты рождается всё подлинное искусство.

– Да как же из Пустоты может что-то родиться?!

В поэте должны эмоции и чувства биться…

Он…, это самое, …должен мучиться, не спать многократно ночами,

самое высокое…, это самое,… провозглашать перед Боговыми очами.

– Глупая ты, Коза, немного.

Мучается поэт – когда в нём нет Бога,

потому что если Он нечто желает сказать,

ничего не должно Ему в этом мешать.

– Да! Обрадовалась Коза: «Поняла теперь, что происходит.

Пустота, это – та комнатка в поэте, в которую Бог иногда заходит!

– Понятливая стала – улыбнулась Просто Женщина: ну, дерзай, козерожистое поколение.

И тихо удалилась куда-то в седьмое измерение…

Бесподобная Коза

Коза шаталась около дома, глазела на проталины весенние.

И было внутри у неё обычное Козье хулиганское настроение.

А куда податься Козе, чтобы как следует оторваться?

Ну, конечно же, к зайцам!

А в лесочке у зайцев непрерывное движение.

– У вас, что, ещё не окончился период размножения?

– Ты что, Коза, осмотри лучше нашу популяцию как следует.

К нам тут родственники с Земли понаехали, видишь, на полянке осину грызут, обедают.

– А что, лучше угощения не нашлось, чем осина?

Коза внимательно присмотрелась: «Да, родственники! Тоже такие же косые

и такие же многочисленные, если вам угодно.

Видно, подобное очень сильно притягивается подобным».

– Ты это про что, Коза? У тебя случайно не бред?

– Не хамите, ушастые. Я про родню и про ваш обед.

– Ну ладно, родня притянулась, не будем отрицать,

а про обед-то что ты можешь сказать?

Ведь между осиной и зайцем,

разница, как… между рисом и китайцем.

Коза села на пенёк, закинула копыто на копыто, оглядела многозначительно окружающую природу…

– Значит так! Жиры к жирам, белки к белкам, углеводы, простите за выражение, к углеводам!

А то, что не притянулось или было излишним,

через одно место на полянку вышло.

И не спорьте со мной, я законы природы знаю с пелёнок.

И ещё, говорят, у меня в родне был не только философ, но и диетолог!

– Откуда это Коза только взяла?

Не иначе как просто соврала.

А враньё Козы – признак тревожный, зайцы по опыту знали, что так оно и есть.

и срочно перешли с выяснения истины на лесть.

– Дорогая Коза, Вы – как всегда – бесподобны!

Мы полностью согласны, подобное притягивается подобным.

Но если с другой стороны подойти,

Если Вы – бесподобны, так как же Вам подобное найти,

чтобы не грустить, не дуться,

а это…, простите за выражение, притянуться?

Да, зайцы, я – бесподобна. И спору здесь нет.

Но есть внутри меня такой душевный объект,

который, не смотря на грусть и тревогу,

понемногу притягивает к бесподобному Богу.

И, когда понемногу грущу,

это означает, что я Его ищу.

Зайцы Козу коллективно пожалели, (уж больно сказала хорошо)…

– Не грусти, мы как Его увидим, попросим, чтобы Он тебя Сам нашёл.

Коза повеселела, начала улыбаться:

– Ну, зайцы, спасибо! Я пошла. А вам – успехов в еде и – плодиться и размножаться

Беспробудная Коза

Решила Коза образумиться, стать серьёзней и жить по правилам.

Нашла бумагу с ручкой, в копыто зажала, первый пункт поставила:

1. Вставать каждый день с правой ноги, ой, с правого заднего копыта.

(Это для того, чтобы целый день быть доброй, а не сердитой,

согласно древнему обычаю языческому.)

Коза – она всё про это знала ещё с раннего девичества,

но до позднего девичества всё это плохо исполняла,

с какого копыта подвернётся – с такого и вставала.

На этом рогатая скотина ограничиться решила.

И принялась исполнять, но не тут-то было.

Когда она с левого копыта вставала, именно в те дни

стало появляться и крепнуть у Козы чувство вины.

Утром забудется, на что-нибудь очередное отвлечётся,

и снова встаёт не по правилу, а – как придётся.

Она пробовала это правило даже отменять,

но что написано пером, того из сознания не изъять.

Последовательной чередой идут дни,

а у Козы из-за нерегулярного исполнения растёт чувство вины.

Загнало себя животное в невидимую ловушку,

чуть заденет ограничение, то – гремит погремушкой.

Она уже и на исповедь ходила – не помогает.

– Надо спросить у Феи с топором. Может, она что знает?

Она хоть и существо занудное,

но временами бывает даже очень умное.

Фея Козе в разъяснении отказывать не стала:

«Любое правило с самого начала

решёткой темницы для сознания является,

особенно когда индивидуальным сознанием в виде правила для себя принимается.

Нарушение этого правила потом

порождает чувство вины, и оно является хлыстом,

который своё дело туго знает,

и в исполнение правила сознание снова загоняет.

Существует мнение среди людей взрослых,

что исполнение правил способствует внутреннему росту.

Однако и здесь постулаты выбраны не те.

Это способствует только разделению и тесноте».

Коза на этом месте невежливость проявила,

нарушив ещё одно правило, Фею с топором перебила:

– Люди – больные. Им надо срочно к врачу!

Нет, чтобы жить «как желаю и хочу».

Пойду сейчас и срочно все правила поотменяю!

А вслед Козе неслось: «Правило также является уздой для желания…»

«Какой кошмар – эта жизнь, – думала Коза устно:

– Это ж надо дойти до такой степени безумства,

чтобы самих себя запереть, а потом же и самоукоряться!»

А вслед снова доносилось: «Если ты родился, то от правил некуда деваться…»

– Эх, знала бы я про эту малость,

вот ни за что бы не рождалась!

Хотя, если с другой стороны это дело узнать:

Жизнь – это свод правил, который так приятно бывает иногда как нарушать, так и исполнять.

А вслед снова откуда-то доносилось:

«Жизнь – это то, что сознанию приснилось…»

Тут Козу окончательно достало: «До каких пор можно носить этот правильный груз?

Пойду и срочно просплюсь!»

– Без меня не проснёшься, – сказала Фея с топором, – это понятно и ежу.

Потому что именно я хожу и всех бужу.

И перестань бодаться так рьяно.

Тебя, Козонька, по имеющемуся у меня расписанию будить пока рано.

Бесцельная Коза

Коза шаталась по просторам родной отчизны

и размышляла: «Есть ли у меня Цель в жизни?»

Это уже довольно долго длилось,

а Цель ну никак не находилась.

Коза уже и ту и эту Цели на себя примеряла,

но всё отчего-то казалось ей мало.

– Эта – просто бесформенный мешок! А эта – чистое безобразие!

Одним словом, ни одна Цель на Козу не налазила.

Ой, что это я тут неправильно сказала.

Извините, дорогие читатели: Цель не налезала.

Наконец-то, с трудом, изнуряя себя, хотя, предчувствуя, что и это бесполезно,

Коза в балетную пачку всё-таки влезла.

И скотина провозгласила: «Отсюда и поныне

желаю стать самолучшей балериной!»

Поскакала она, как могла, в этой пачке по поляне.

А зайцы из леса оскорбительно кричат: «Чисто – обезьяна!

Только не загорелая,

а почему-то белая!»

Коза рассердилась и вошла в раж:

«Прекращаем, зайцы, этот ажиотаж!

А ты, – погрозила она самому ушастому: – так и знай:

оторву все уши. Я тебе не Дед Мазай!»

Перестала Коза скакать, пригорюнилась,

на переднюю морду вся осунулась.

Стала балетную пачку с себя снимать,

а та не снимается, продолжает Козу держать.

– Цель, а Цель, слышишь, я хочу от тебя отказаться.

Мне не хочется больше балетом заниматься.

Перестань меня держать, хочу быть свободной,

бесцельной Козой всенародной.

Фея с топором пришла (она на работу ходила),

Цель с Козы стащила, топориком изрубила.

– Спасибо, Феюшка, я теперь знаю, что нужно быть тем, кто ты есть от природы.

А любая Цель, даже очень красивая и благородная, всё равно лишает свободы.

– Да, Козонька, если кто в жизни чем озадачен,

знай – это он какой-нибудь Целью схвачен и одурачен.

Цель – опасная дама, как ни крути.

Никогда не знаешь, откуда и какая может прийти.

И как только она схватит кого-нибудь за брюки или за подол,

так сразу требует её кормить и всё самое лучшее подавать на стол.

А иногда, хоть в нынешние времена, а хоть и встарь —

самих себя кладут на её алтарь.

– Фея, да что ты говоришь такое, ёшь твою медь!

Ведь всех учат, что Цель в жизни хорошо иметь.

– Это потому, что давно, ещё от самых основ,

Жизнь любит приобретать себе исполнителей и рабов.

– Да… Феюшка, ну и дела, —

сказала Коза задумчиво и чашку чаю себе налила.

– Не хочу себя на алтарь никому ложить, ой, то есть класть.

Так ведь можно навсегда забыть себя и пропасть…

Благодарная Коза

Коза решила, что нехорошо Ежику голодному быть.

Пошла ему в блюдце молока налить,

захватила с грядки капусты и дождевых червей:

на, мол, Ежик, ешь на здоровье и пей.

Ежик из-под буфета вылезает. Словно тут и был.

– О! Сколько я еды добыл!

– Добыл он. Надо же – какие дела.

Если хочешь знать, я тебе эту еду дала.

А Ежик, будто оглох, не слышит Козу совсем.

– О! Сколько я еды добыл! Сейчас всю ее съем.

А Коза не на шутку закусила удила.

Бьёт себя копытом по вымени: «Это я! Это я дала!»

Фея с топором: «Коза, у тебя разум совсем лишился перил.

Если Ежик считает, что это он добыл, значит – он добыл.

Ты, пойми, Коза. Это же – Ёж!

А с ежей-то что возьмешь?»

Коза тут очень быстро кое-что поняла

и сказала: «Прости меня, дяденька Бог, что я так часто к Тебе неблагодарной была».

Благотворительная Коза

Козе лишь бы только чем-нибудь заниматься.

Услышала про какую-то благотворительную акцию у зайцев.

Набрала в подойник продовольствия

и отправилась совершать благотворительное удовольствие.

Идет, про то, какая она добрая, соображает.

От гордости за свою доброту Козу распирает.

Пока до зайцев дошла, мысленно всё вымя медальками увесила.

И хорошо ей так, замечательно, весело!

– Ну, зайцы, кого тут у вас облагодетельствовать надо?

Вот тут у меня молочные ириски, бутылка лимонада,

шерстяные носки на лапы,

и деревянный портсигар для какого-нибудь курящего зайцепапы.

Коза вытрясла это все из подойника и победно осмотрелась.

– Вы, Коза, наверное, перегрелись?

Из того, что Вы принесли, ничего не пригодится.

Тут Коза начала медленно, но неуклонно злиться.

– Это что? Моя доброта на свалку?!

Тут Коза взяла в копыта палку

и принялась по зайцам стучать:

– Взять гуманитарную помощь! Я сказала: взять!

Зайцам ничего не оставалось, как на активные уговоры Козы поддаться.

Они, хоть и умели драться,

но весовая категория делала явный крен в сторону парнокопытной дамы.

И, чтобы не превращать благотворительную акцию в банальную драму,

дары были немедленно приняты с деланой благодарностью.

Коза обозвала акцию плохо организованной бездарностью.

И, запустив на прощанье подойником в заячий коллектив,

решила исследовать в себе благотворительный мотив.

Выводы у Козы были предсказуемы, как дважды два – пять.

– Подумаешь, ну пошла свое тщеславие удовлетворять.

А эти зайцы, неделикатные животные, всё испортили недостаточностью смекалки.

Верно говорят, что добро должно быть с кулаками. А еще желательней – с палкой!

Фея с топором встретила Козу с пониманием.

Выслушала скотину с большим вниманием.

А потом сказала, поставив в угол топор:

– Знаешь, Коза, с некоторых пор

добро стало принимать характер обезличенный,

а зачастую – просто неприличный.

Куда проще акцию какую-нибудь благотворительную организовать,

чем тому, кто рядом, от чистого сердца помогать.

А то получается, что вблизи себя как попало живём,

а тщеславиться своей добродетелью не устаем.

Коза слушала, головой рогатой кивала,

Затем пошла и молча вымыла посуду. А то Фея-то работала целый день. Наверное, устала.

Бог, Коза и самопознание

Козу от самопознания оказалось палкой не отогнать.

она принялась за своё опять.

Только теперь решила подступиться к себе самой

совсем другой стороной.

Взяла клок сена, постелила себе под осиной,

и распласталась на нём копытами в стороны, скотина.

Затихла, предварительно заткнув тем же сеном уши.

Лежит так и сама себя слушает.

А мысли внутри Козы плывут, роятся:

«Как хорошо осиной питаться.

Возьмёшь, захватишь листок губами, он сочный, немного горьковатый…

А на Новый год, интересно, что мне Фея подарит? Неужели, снова бороду из ваты?

Интересно, а где сейчас она? Ушла, наверное, на работу.

Может, мне пойти пока к ней в кладовку? Пошалить там до субботы?

Хотя, узнает, точно топором прибьёт».

Коза головой тряхнула: «Ну не мысли, а просто, какой-то – сброд!

Надо их вовнутрь себя не пускать, устроить тишину,

тогда, может быть, я до себя самой достану, себя пойму.

Сказано-сделано. Пошла Коза на второй агон.

Мысль только к ней подбирается. А она её от себя – копытом вон!

Но что-то я сомневаюсь, что тишина у неё внутри стояла,

когда она мысли от себя гоняла.

Устала Коза от соблюдения тишины очень сильно,

да и заснула себе на сене изящно так, очень красиво.

И снится ей сон прекрасный:

Приходит Бог и говорит: «Коза, изводишь ты себя – совершенно напрасно».

– А как же мне узнать, кто же я такая? Как посмотреть самой себе в глаза?

– Не переживай, дочь моя. Ты – самая настоящая Коза.

И тут Коза задаёт вопрос,

до ответа на который, даже Бог не дорос.

(Тут читатель должен понять,

что Бог, Он и есть Бог, что хочет делает – может знать, а может и не знать).

– Это я понимаю, что – Коза, но скажи мне, желательно с любовью,

вот, Коза – в самом абсолютном понимании, это – что такое?

Бог в первую секунду было подумал, что знает ответ.

А оказалось-то что – нет!

Тогда прилёг с Козой на сено рядом,

посмотрел на неё вселюбящим вглядом

и начал в Себе Самом искать ответ

что же такое – Коза? Или Козы и вовсе нет?

А мысли посторонние Богу мешают, теснятся:

– Надо бы с пятой вселенной разобраться.

Там на третьей планете слева жизнь зародил, да рановато.

С Землёй ещё не окончил. Тут интересно живут ребята…

Потом начал с мыслями бороться, пока не изнемог.

Про Козу-то совсем забыл, всё пытался понять: «А кто же такой – Бог?»…

Вероубежденная Коза

Коза любила везде бывать. То там побудет, то здесь опять.

Скотине просто некогда поспать.

Но однажды присела трамвая подождать

и задумалась: «А кто я такая?»

Кто этот вопрос подсказал Козе – неизвестно.

Но стало Козе от этого вопроса тесно.

А тут и Фея с топором появилась, масло у трамвая разливать.

В некотором роде охотница за головами, если хотите знать.

Смотрит: Коза сидит на остановке, глубокомысленно разводит копытами:

– Вот, я добрая или сердитая?

Так-то я всё время доброй хочу быть,

но сердитая, если меня рассердить.

Вот, Фея, скажи мне, как врач врачу,

я на самом деле какая? Та, которая проявляюсь, или та, которой быть хочу?

– А ты, Коза, какой быть предполагаешь,

той, которая проявляется, или той, о которой мечтаешь?

– Конечно той, о которой мечтаю.

– Ну, тогда считай, что ты уже такая.

– Да, как же! Такая… Да я что угодно могу натворить!

Тут Фея с топором бутылку в сторону отставила: «Ты хочешь об этом поговорить?

То, как ты на самом деле проявляешься, не даёт тебе проп`асть.

И та, какой ты хочешь быть, тоже твоя неотъемлемая часть.

То, как ты проявляешься, это – твоя вера, которая остаётся без движения.

А то, какой хочешь быть, это – твои убеждения.

Вера неизменна, определяет твою суть, с ней каждый внутри рождается.

А убеждения – категория изменяемая, в течение жизни меняется.

Я всё сказала, и не трепи мне нервы.

– Так, значит, я состою из постоянной и переменной?

А это, как его… Ну, в общем, не глупость?

Отстань от меня, постоянно-переменная целокупность! —

сказала Фея с топором устало.

Потом кого-то раздавила трамваем,

кого-то сразила сердечным приступом умело.

Одним словом, жизнь кипела.

Верующая Коза

Коза любила верить, но этого мало.

Скотина никогда ничего не проверяла.

Ёж подшучивал над ней:

– Коза, завтра снег пойдёт, и так семь дней.

Коза головой кивнёт, пойдёт валенки с печи доставать.

А Ёж: «Да я пошутил, так сказать.

Какой может быть снег в июле,

головой своей подумай?!»

Коза отвечает: «Так сразу и нужно было говорить,

потому что в этом мире всё может быть».

Так все шутки Ежа в доверчивости Козы тонули.

– Коза, что же ты всему веришь? А если тебя обманули?

– Если обманули, пусть молятся, чтобы я об этом не узнала.

Не было ещё лгуна, которого я не наказала!»

Некоторые скажут: «Глупо, Коза, всему доверять».

А Коза возражает: «Неправильно. Не всему доверять, а всё проверять.

Я ведь в жизни ничего не проверяю,

но… не всему доверяю.

Поэтому от прогноза погоды и до состава котлет

всё зависит от того – верю я сказанному или нет.

А откуда вера берётся?

Из знаний, из опыта, из интуиции или просто сверху даётся…

Всем этим я не управляю

а чему верю, туда и копыта направляю.

Возможно

Просто Женщина, котёнок и воронёнок вновь оказались в предложенных автором обстоятельствах. (А что тут такого).

На сей раз им предстояло побывать в подъезде многоэтажного дома.

Забыла сказать, что страна была – Россия,

поэтому подъезд «благоухал» и выглядел не очень красиво.

В этот не очень красивый подъезд, вдруг, человек забегает,

начинает звонить во все квартиры, «спасите-помогите» взывает.

А на зов мало кто, а вернее – вовсе никто не откликается.

Кто-то действительно отсутствует, а кто-то отсутствующим притворяется.

Воронёнок поднял карканье во всю силу, как будто вопят грудные дети.

Котёнок орал благим матом, как будто был март на планете.

Просто Женщина всё знала и молчать продолжала

(Ей-то известно, что в России ещё и не такое бывало).

Вдруг, слышат, на верхнем этаже двери всё-таки открываются,

человека спасают или спасти стараются.

Котёнок с воронёнком орать перестали. И котёнок сказал: «Небезнадёжно».

Просто Женщина в окно посмотрела, и после выразительной паузы добавила: «Возможно…»

Воспитание Козы

Время идёт, век сменяется новым веком,

а Фея с топором не отчаивается, пытается сделать из Козы человека.

И как только с работы вернётся весёлая или опечаленная,

так сразу начинает заниматься Козьим воспитанием.

Вот и этот вечер без этого не обошёлся,

повод для воспитания не пришлось долго искать, он лежал на поверхности, поэтому быстро нашёлся:

в виде Козы – распластался на Феином запретном покрывале,

весь с рогами и копытами смотрел сериал о несчастной любви коз на любимом диване.

По щекам (ой, по морде) нашей Козы катились слёзы размером с горошину,

видно, сюжет принимал обороты не вполне хорошие.

Посуда была немыта (как всегда), пол не выметен. Это каждый раз было Феей видано.

Но хуже всего, что и вымя у Козы было к тому же не выдоено.

– Что-то воспитание от века в век ни на шаг не продвигается, – подумала Фея.

Бьёшься тут бьёшься, а процесс застопорился. Может быть я воспитывать не умею?

Может быть лучше, вжик… и прекратить Козы существование?

Пользы от неё всё-равно никакой, только одна забота для всего мироздания.

Но как только подумала об этом Фея с топором, так сразу сердечко у неё защемило.

Никого она никогда не жалела, а Козу так почему-то жалко было.

– Надо же, посмотришь на неё, не красавица, не произведение искусства,

а какое вызывает в груди невыразимое чувство…

Вздохнула Фея с топором поглубже, удивилась самой себе: «И откуда это в ней, вот откуда?»

Поставила топор на строго отведённое место и отправилась мыть посуду…

А Коза, про всё забыв, смотрела сериал с упоеньем и волнением,

про то, как козы скрывали свои чувства, а потом с ними боролись, совершенно безо всякого успеха, но зато с каким настроением!

Восьмимартовская Коза

Коза – любительница приключений и азарта

была оповещена о наличии Женского дня – Восьмого Марта.

Сразу засуетилась: с чего скотине начать?

Очень уж ей нравилось что-нибудь отмечать.

Новый год уж был, маячит вдалеке,

и прошёл без всяких последствий, можно сказать – налегке.

– Так жить – никуда не годится.

Нужно хотя бы Восьмого Марта отличиться.

А чем отличиться женскому полу? Ну, кроме строения тельца…

Надо бы поразмыслить, присмотреться.

Что объединяет женский род Европы и Азии?

Правильно! Разнообразно и непредсказуемо действующая фантазия!

Что – мужчины? Логическое мышление вклЮчат.

А женские компьютеры эту вводную не читают. Глючат.

Вернее, читают, но воспринимают на свой манер.

Взять хотя бы такой характерный пример…

Тут Козу внезапно отвлекло на зеркале пятно.

Пошла на кухню за тряпкой, да и приготовила чай заодно.

Потом вспомнила про Восьмое Марта, пошла к шифоньеру наряжаться.

К зеркалу подошла, а там – пятно. Оно само по себе не умеет стираться.

Снова пошла на кухню за тряпкой, задержалась, помыла по ходу дела посуду.

Потом стала искать клей – приклеить к рогам бантик, чтобы был виден отовсюду.

Искала у зеркала клей, а обнаружила то же самое пятно нахальное.

Пошла на кухню за тряпкой, вымыла заодно окно с порошком стиральным.

Клей нашёлся на кухне, копыта им все перемазала.

С бантиком промахнулась, можно сказать – промазала.

Он оказался приклеенным на животе.

Стала ругаться: мол, бантики пошли не те…

Подошла к зеркалу, чтобы отклеить. Переупрямлю этот бантик всё равно!

А на зеркале – просто невыносимое – всё то же пятно…

Пошла на кухню за тряпкой…

Надеюсь, уже каждому читателю стало понятно,

что пятно устроило настоящий домашний геноцид и беспредел,

заставив Козу переделать массу полезных дел.

Фея с топором вернулась с работы, имела утомлённый вид.

Смотрит, Коза с бантиком на боку спит.

Окна вымыты, пол подметён так, как не бывало давно.

Только на зеркале какое-то непонятное пятно.

Фея пошла на кухню за тряпкой, чтобы от него избавиться,

там задержалась, надо бы с едой управиться.

Приготовила ужин, потом подошла к зеркалу отколоть брошь.

А на зеркале – пятно! Едрёна вошь!

Отправилась на кухню за тряпкой, чтобы его стереть.

Какое маленькое пятно, а какая из-за него большая круговерть!

Но вовсе не пятно хотелось бы автору прославить,

а всех замечательных, изобретательных и на редкость трудолюбивых женщин поздравить!

Вся власть порядочным зайцам

Лежит себе Коза отдыхает, слышит, в окно стучатся.

Посмотрела, а там – группа товарищей (ой, группа возмущённых зайцев).

– Ну, что вам тут нужно, косоглазое племя?

– У нас к тебе, Коза, есть важно дело.

Дело в том, что у нас, зайцев стала жизнь в лесочке постоянно-непереносимая,

И мы решили свергнуть существующее заячье правительство с помощью твоей, то есть Козьей силы.

– А чё? На самом деле, что ли плохо так живётся?

– И не говори. Коррупция процветает. Лучшие участки в лесочке между своими распределены, а что не распределено, то – на сторону продаётся.

Бесплатное зайцехранение и зайцеохрана теперь за наличный расчёт только.

Издеваются, гоняют неимущие слои зайценаселения то на посадку, то на прополку.

А за это выдают только мизерную часть урожая,

Да мы при этой зайцекратии хуже, чем при зайцецаре проживаем.

Долго ещё зайцы говорили, перечисляли, загибали лапы и уши.

Козе это надоело. Она говорит: «Молчать, зайцы! Теперь меня слушай.

Сейчас вооружение прихвачу, выйду на улицу,

И отправимся мы с вами совершать революцию».

Ну, как и положено, с помощью рогов и копыт было совершено зайцевосстание

Под лозунгом «Вся власть – порядочным зайцам». Даже спокойно прошло первоправительственное заседание.

Потом все радостно скакали, обнимались, Козу благодарили сердечно.

А прежнее зайцеправительство куда-то разбежалось и попряталось, конечно.

Шло время. Вдруг снова в окошко к Козе кто-то постучался.

Смотрит: а там стоят очередные внеочередные зайцы.

Помоги, говорят, Козанька, не можем жить при сегодняшнем зайцеправительстве.

В коррупции погрязли зайцестрой, зайцехранение и зайцеполиция.

И как-то подозрительно знакомо стали загибать в перечисление уши и лапы, изо всех сил стараются.

А Коза думает: «Где-то я это уже всё слышала, кажется».

– Не, зайцы, идите-ка вы отсюда и сами с собой разбирайтесь автономно,

а то Фея с топором придёт и пошлёт вам для наведения тотального порядка Волка.

Фея с топором и впрямь уже к дому подходит,

с удовлетворением видит, что у зайцев номер с Козой не проходит.

– Если ты рождён зайцем, то куда бы ни перемещался, какие бы не осуществлял движения,

то заячья природа будет проявляться в любом состоянии и из любого положения.

– Так что же, Фея, получается, что у зайцев на хорошую жизнь нет шансов совсем?

Фея внимательно на Козу посмотрела и подозрительно тихо сказала: «А зачем?»…

Две ужасные колыбельные

Коза поняла, что работа с детьми – её призвание,

и решила в этой сфере расширить образование

путём получения навыков практических,

и устроилась на Земле няней к ребёнку одному истерическому.

Конечно, Козу взяли без рекомендаций и без зазрения совести,

потому что няни от этого ребёнка сбегали со сверхзвуковой скоростью.

Единственное, что понимала Коза в деле – как лучше ребёнка воспитать:

запугать, запугать и ещё раз хорошенько запугать.

Колыбельная Козы:

Солнце село за бугор,

спят лягушка и бобёр,

спят синица и лиса,

укуси тебя оса,

Спят кукушки и песцы,

спят ягнятки у овцы.

Солнце село за обед,

переедь тебя мопед.

Припев:

Спи – усни, детиночка,

пилюля-вазелиночка.

Спи, не притворяйся,

отрубайся.

Фея с топором няньку-Козу навестила, и сказала:

«Ты всё делаешь неправильно. Страха у тебя получается мало.

Вот смотри и учись и у профессионала, пока я – вечноживая».

И Фея завела другую колыбельную ничуть не переживая:

Колыбельная Феи с топором

Солнце село за окном,

спи, младенец, вечным сном,

я спою тебе за так

отходняк.

И холодный и немой,

будешь вечномолодой

белый, ни кровиночки,

спи, детиночка.

Не дадим тебя ежу,

лично в гробик положу,

алый-новенький.

Спи спокойненько.

Хорошо, что Просто Женщина пришла, оказала внимание.

Молча сказала: «Всем спать». Усыпила беспредельную кампанию.

И пока Коза и Фея с топором во сне застыли,

смертность и рождаемость на Земле были нулевыми.

Просто Женщина оглянулась на младенца, прежде чем покинуть дом,

и снова молча сказала: «Будешь орать, отдам тебя Фее с топором».

Через несколько минут все участвующие проснулись,

друг другу приветственно улыбнулись.

Младенец выдержал паузу, секунд примерно пять,

и, как ни в чём не бывало, принялся снова орать…

Движимость с недвижимостью

Прочитав моё стихотворение «Не прислоняться», один из читателей задал вопрос: «А что сказали бы об этом Коза и Фея?»

Коза и Фея из моего цикла коз (философия, выраженная в весёлой форме). Я подумала: а действительно, что бы они сказали?

Полагаю, следующее:

Движимость с недвижимостью

Добрая Фея с топором, когда домой возвращалась,

всегда прислонить топор к Козе пыталась.

Коза уворачивалась и кричала громко:

– Нашла, называется, себе сущего ребёнка!

Всем понятно, что недвижимость нужно к недвижимости прислонять,

а совсем не к движимости, если желаешь знать!

После этих криков Фея загадочно улыбалась, взглянув на своё отражение в окне,

и спокойно прислоняла топор к стене.

Однажды она сказала Козе: «А давай вместо топора я к тебе прислонюсь».

Коза отскочила от неё на три метра и заорала: «Ой, боюсь, боюсь, боюсь!»

– Чего же ты, глупая, испугалась?

Ведь у нас движимость к движимости пока не прижималась.

– Ой-ой! Не подходи ко мне!

Если недвижимость к движимости – страшно, то движимость к движимости – страшнее вдвойне!

– Это почему, хотелось бы знать?

– А потому, что движимость на то и движимость, чтобы иметь способность двигаться, то есть убегать. Другими словами: отслоняться, отдёргиваться, уползать, перемещаться, если она не желает быть прислонённой или общаться!

– Ах так! Значит, ты со мной общаться не желаешь?!

– Нет, не так. И ты об этом знаешь.

Просто лучше нам общаться на расстоянии, а не вплотную,

потому что тогда ты меня разволнуешь и я тебя разволную!

– В каком смысле? – подозрительно спросила Фея, недавно вернувшаяся из Европы и почерпнувшая там свободных взглядов,

насмотревшаяся всяких необычных шествий и парадов…

– Тьфу на тебя! – отреагировала Коза, Феины мысли успев прочитать.

Я совсем не о том, если хочешь знать.

Просто, когда с движимостью сокращаешь расстояние,

начинается взаимное невидимое друг на друга влияние.

И тогда хоть дружить, хоть любить,

но очень трудно становится собою быть,

ну, или оставаться…

Особенно это трудно, когда начинаешь волноваться или драться!

И Коза, желая показать аргумент на практике,

заехала Фее копытом под глаз для наглядности и профилактики.

Прости, дорогой читатель, за выражение,

но началось между дамами такое тесное и интенсивное сближение…

Когда они, устав, окончили драться,

то вопрос был окончательно прояснён: «Движимости с движимостью очень опасно сближаться!»

Демократическая Коза

Коза поверила, что демократия спасёт

даже самый заячий народ.

К зайцам в лес отправилась.

– Так, значит. Устраиваем демократию. Мне демократия понравилась.

А зайцы – что? Они – привычные.

Над ними ещё не такие эксперименты ставили необычные.

– В общем, всем смирно стоять,

сейчас мы меня будем на альтернативной основе выбирать.

Вытащила за уши двух «альтернатив» из «заячьего брата»,

выписала им по мандату.

Вручать торжественно не стала, а так – навесила легонько.

– Теперь устраиваем дебаты. Только смотрите мне там, чтобы тихонько.

Критику можно. Но в рамках допустимых.

А то из вас не очень красивых сделаю совсем некрасивых.

Дебаты закончились быстро даже без церемонии прощания.

И тут из толпы самый смелый заяц спросил: «А обещания?».

– Ой, совсем забыла, – сказала Коза и начала вещать,

о том, что при демократии главное-то – обещать.

– Дорогие зайцы, обещаю Вам по ёлке к Новому году.

Обещаю вокруг обустроить природу.

Посылать дождь, снег, ветер. Разрешать приход зимы, весны, осени и так далее.

Обещаю даже оповещать вас об этом заранее.

Тут самый смелый заяц от нетерпения изнемог

и ляпнул: «Я вообще-то думал, что всё это устраивает Бог».

– Раньше – Бог, это правда твоя,

а теперь всё это буду устраивать я.

А чего ещё было ожидать от собравшихся?

Разумеется, выбрали Козу при одном воздержавшемся.

Долго ли коротко в лесу демократия длилась,

но ничего в принципе не изменилось.

Только Коза ходила важная время от времени в лес.

– А, ну, собирайтесь зайцы на отчётное собрание, кто ещё живой здесь.

Есть ли у вас претензии по выполнению обещаний? Давайте ответ!

– Всё хорошо, Козанька, к смене сезонов у нас претензий нет.

Даже сверх предвыборных обещаний Вы смогли нам помочь,

у нас по графику без перебоев бывают день и ночь.

А автор добавит, улучшив благоприятный момент:

– Безусловно, Коза – лучший в мире президент!

День рождения Козы

У Козы был день рождения не выдуманный, а самый настоящий.

С самого утра она наряжалась, одевала то обтягивающее, то блестящее.

Так и не пришла скотина ни к какому итогу,

поэтому решила встречать день рождения в натуральном виде, то есть в голом.

Да к тому же все привыкли, что эта скотина

почти что непрерывно и нахально голой ходила.

Как известно, на любом дне рождения

принято подавать угощение.

Вот и Коза наша стала готовиться заранее,

не сама, а заказала угощение в ресторане.

Потыкала копытами циферки в мобильном телефоне:

«Аллё! Это звонит Коза. Да нет… не которая танцевала в приватном номере.

Нет, я не по вызову. Наоборот, сейчас сама вас вызываю.

Какая не такая, какого, говорите, жду трамвая?

Здесь трамваи никогда не ходили вроде.

Показать фигурку и лицо? Повторяю, меня зовут Коза. А всем козам полагается не по лицу, а по морде.

Прекращайте шутить! Шутить я и сама умею.

Записывайте заказ: копну свежего сена,

морковки центнер, капусты кочанов пятнадцать,

и чтобы всё свежее, в гостях у меня будут специально приглашенные зайцы.

Что? Не расслышала? Козы с ума посходили после ночной смены?

Ждите. Щас лично приеду. И вы увидите – какие бывают перемены!»

Что там делала Коза с персоналом ресторанным – история умалчивает,

Но заказ был доставлен. Коза всё оплатила, правда, потом всё обратно забрала – на сдачу.

Потом был в разгаре день рождения, пришли зайцы,

хрустели капустой и морковкой и даже попрыгали в танце.

Один заяц по прозвищу Непредсказуемый Лисоед

окончательно разошёлся и принялся танцевать нижний брейк,

при этом моднонарощенным (почему-то лисьим хвостом)

всё время бил по щиколоткам невесть как попадавшуюся под танец Фею с топором.

Правда, Фея себя в руках умела держать и держала,

и ни разу топором не махнула и никаким другим способом против танца не возражала.

Только доставленный ей персонал ресторана как-то очень умело

(а просить она умела) кормила доставленным не в полном объёме порциями свежего сена.

Персонал отказывать даме ни в чём не смел

и подозрительно без аппетита предлагаемое сено ел.

Коза была днём рождения очень довольна,

можно сказать – репетировала праздник новогодний.

И чтобы праздничный дух надолго не исчез,

лично исполнила песню: «Ходила Коза полем через заячий лес».

Там было про всё: про поля, леса, про заячий дом,

про то, как страшно встретить в нём Фею с топором.

Между куплетами изредка попадались: то панегирик, то эпитафия,

а также изложена в полном объёме вся козья автобиография.

Скажу и о том, что отправленный обратно ресторанный персонал

слово «коза» очень надолго из обращения изъял.

И не тая воспоминаний слезы,

нередко бросал взор на очень выразительный портрет Козы,

который был вывешен в самом парадном зале

с надписью: «От Козы в день рождения. Чтобы помнили и знали».

Долготерпеливая Коза

Коза лежала на диване и ела конфетку.

Еж вздыхал и сколачивал разломанную Козой табуретку.

Коза ко всей мебели имела претензии давно:

– Это не мебель, это…

«Я-то знаю, кто сам есть это слово», —

подумал Еж и принялся сколачивать табуретку снова.

Коза не унималась

и в своих претензиях расширялась.

– Вот, Бог создал нас вечными, мог бы и мебель к этому вечную приложить.

А то она все время ломается, просто не знаю, как жить!

– Она бы не ломалась, если бы кое-кто на ней не скакал.

– Еж, что-что ты там сказал?

– Да ничего. Готова, говорю, табуретка. Можете снова скакать.

– Благодарю за разрешение. Можно начинать? —

вместо благодарности Коза съязвила

и даже конфеткой не одарила.

Тут и Еж решил немного попыхтеть:

– Не могу на это смотреть.

Если уж вечных коз создал Бог под настроение,

то мог бы подарить окружающим вечное терпение,

а то и вообще этих коз унять,

или вообще их не создавать.

– Что пыхтишь, сейчас вот прогоню взашей.

Понасоздавал, видишь ли, Бог этих вечно пыхтящих ежей.

Слово из слова росло активно, как крапива.

В коллективе накалялась обстановка, что было совсем некрасиво.

И к тому привела спорщиков эта дорога,

что окончилось терпение даже у Бога.

Он внезапно перед двоицей появился и сказал:

– Какие ко Мне претензии? Что Я не так насоздавал?

Коза в запальчивости кричала:

– Ежей вообще не должно быть на свете!

Об этом знают даже маленькие дети.

Еж парировал очень даже всерьез:

– Маленькие дети знают, что на свете не должно быть коз!

Бог секунду подумал и не спеша

стер со Света вначале Козу, а потом и Ежа.

И кругом стало пусто, тихо, без всякого настроения…

Бог подумал, вернул Козу с Ежом обратно и добавил себе побольше терпения.

А Фея с топором, которая в это время была поблизости,

сказала:

– Вот теперь понятно, почему Господь долготерпелив и многомилостив!

Если мы созданы по Его образу и подобию, если можно так сказать,

то теперь ясно, почему тоже любим проблемы себе создавать.

– Т-с-с-с… – сказала Коза и покосилась куда-то налево. —

Это, Феюшка, не проблемы…

Дураки и терроризм

Коза утром причесалась, намылась,

Перед зеркалом немного покривилась

и отправилась на поиски приключений.

Кто бы ещё засомневался. Но у Козы никогда не было сомнений.

Эта рогатая тварь вообще мало рассуждала,

практически никогда не думала, но откуда-то всё знала.

Или думала, что знала? Но это – вопрос несущественный,

поскольку, в Козьих проявлениях – непредсказуемый и естественный.

Приключения Коза находила практически сразу,

можно сказать, не отходя далеко от «базы».

Вот и сейчас, не успела отойти от крыльца на пару шагов,

как сразу же ей попалась парочка зайцев-дураков.

Конечно, зайцы были вовсе не дураки с самого начала,

но что до этого Козе, если она так считала.

– Эй, дурни косые! Кто это здесь толкётся, ушами размахивает?

Тут не ваша территория. И вообще, что-то от вас терроризмом попахивает.

Коза была существом, всё понимающим по-своему,

поэтому связывала слово «терроризм» со словом «территория».

А Фея с топором даже так бы сказала:

«Удивительно, что эта рогатая скотина вообще слово „территория“ знала».

Зайцы, хоть и были умны, но не умели драться,

поэтому сразу смекнули, что от Козы пора смываться,

так как были непреложно уверены в одном:

в превосходстве грубой силы над умом.

А Коза им вслед уже кричала: «В следующий раз как огребу лопатой!»

Что поделать, у скотины было грубой силы много, а ума – маловато.

Фея с топором возвращается с работы, заходит во двор,

видит: Коза во дворе сколачивает забор.

– Эх, Коза, совсем не знаешь жизни+

– Это ты глупая, Фея. Забор – лучшая защита от терроризма!

– От терроризма лучшая защита – мозги и правильное поведение,

а не оборонительные сооружения и повышенное самомнение.

Между девочками дискуссия не на шутку развернулась,

хорошо, что Коза вовремя от топора увернулась,

потому что Фея, исчерпав аргументы, включающие даже экскурсы в историю,

устроила Козе терроризм на отдельно взятой территории.

Когда немирная беседа себя исчерпала,

Коза просунула морду в дверь и начала всё сначала:

– Вот, Фея, хоть объяснять тебе что-то бесперспективно,

а грубая сила оказалась-таки эффективней!

– Ну, Коза, ты дурнее всех на свете ослов!

Грубая сила применяется только против дураков.

– Только не надо метать в меня топор с левой руки.

Я и объясняю, что зайцы – все как есть – дураки!

– Так дураков-то, Коза, нужно учить!

А не в сортире их мочить.

Кстати, о зайцах. Эти умные существа

даже знают, сколько будет дважды два.

– Эка невидаль – что-то знать.

Главное – может ли это что-то в конечном счёте дать.

И Коза стала думать о том, как бы завтра доделать забор

и выпросить у Феи с топором топор,

для того чтобы зайцев наказать,

а заодно и гонку вооружений развязать.

А о чём же думала Фея с топором с этих пор?

О том, что если к грубой силе прибавить интеллект,

то это будет – явный перебор.

Завистливая Коза

Фея с топором пришла на обед,

а Козы дома нет.

Через полчаса

вваливается наша краса.

– Ты где была? – старается Фея выведать.

– А, пустяки. Ходила Корове завидовать.

Фея как держала топор, так и выронила из рук:

– С чего это вдруг?

Чему там завидовать? Что там такое?

– А надои?

И это ещё не всё. У неё – покорная натура,

фантастические объёмы поедаемой травы, и, наконец, фигура!

И вот я начала хотеть

всё такое же иметь.

Фея с топором думала минуту, не больше.

Потом сделала Козу в десять раз толще,

топором побрила ей шерсть,

повысила надои раз в шесть.

Еле выпихнула Козу в дверь.

– Иди, завидуй сама себе теперь.

Коза сразу к Корове отправилась похвастаться и сравниться.

Она не знала, что Корова будет потом два часа в истерике биться

и Бога умолять

поскорее от неё это чудовище убрать.

А Фея с топором записывала в дневник полученные знания,

что зависть проистекает от самонедостаточности и материалистического сознания.

Затем вернула Козу в состояние «как оно раньше было»,

пока эта скотина весь дом не развалила.

Задекларированная Коза

Коза собралась путешествие на Землю совершить.

– Ты не забыла документы захватить? —

спросила Козу Фея с топором, невзначай.

– А это зачем?

– Ну, чтобы тебя могли различать.

– А что, разве я похожа на Козу-невидимку? —

ответило парнокопытное, собирая пирожки в корзинку.

– И пирожки пересчитай, не складывай как-нибудь,

и задекларировать их не забудь.

– Что-что сделать?

– Задекларируй, говорю, прежде чем обедать.

Коза оставила свои занятия и посмотрела на Фею с интересом:

«Да ты, я смотрю, насквозь пропиталась бюрократическим прогрессом.

Надо бы использовать этот момент

и провести ненаучный эксперимент».

Коза быстренько состряпала себе неотличимую паспорта подделку,

где указывалось, что она – заяц и зовут её Летка-Енка.

Задекларировала пирожки как силос

и быстренько на Землю спустилась.

До первой границы дошла наша красавица,

у неё документы проверили и говорят: «Проходите, товарищ заяц».

На пирожки посмотрели: «Что-то не похоже на силос вроде».

– Силос, силос. Это – домашние заготовки, а потом будет силос через круговращение

материальных веществ в природе».

И в компьютер занесли один к одному,

что: «Границу пересёк заяц Летка-Енка с силосом на борту».

Вернулась Коза домой, усталая, как собака:

– Знаешь, Фея, а ведь только в одной деревне была драка:

«Врёшь, мол, скотина, бесстыжие твои глаза!

Никакой ты не заяц, а – самая настоящая коза!»

– А остальные как же? Неужели не сомневались?

– В бумажке же написано, что я – заяц…

Знаешь, Фея, выскажу я тебе мысль одну:

можно жить по придуманному правилу, а можно и по существу.

И когда я эти правила на себя примерила,

то чуть сама в то, что я – заяц, не поверила…

Заколачивание денег

Однажды Коза призадумалась, кому на Земле хорошо живётся.

(Рогатой скотине постоянно и непрерывно неймётся.)

Лежит, как обычно, на запретном покрывале, дожёвывает клочок сена.

– Наверное, лучше всех живётся на Земле бизнесменам.

Поеду-ка я на Землю (проезд скотине можно не оплачивать),

деньгу забивать, ой, простите, заколачивать.

Коза, она ведь недолго думает. Вернее, думать вообще не умеет.

Прибыла на место назначения, по улицам шатается, ко всем пристаёт, активно блеет:

– Где у вас тут деньга заколачивается или сколачивается капиталец?

Все шарахаются от говорящей Козы. А тут на её счастье бежит знакомый заяц.

Видно, сбежал ушастый из зоопарка,

потому что этим летом везде было очень жарко.

– Стоять, косой! Уши вверх и внимательно слушай вопросец!

Где тут заколачиваются деньги?

– А ты подгони эсминец или ракетоносец

сюда, поближе к этому городу, в акваторию

и равномерно обстреливай территорию.

(Заяц хорошо знал, что у Козы отсутствует подлость, несмотря на чудачества,

чтобы заколачивать деньги способами, предусмотренными законодательством.

И подсказал ей прямой, доступный и эффективный во всех отношениях приём,

чем-то напоминающий стратегию очень доброй Феи с топором.)

Коза совет зайца восприняла как к действию прямое руководство.

– Ну что, начнём денег непрерывное производство? —

сказала скотина тому, ну кто там был главный по вооружённым силам,

и жестом, не терпящим отказа, копыта ему на стол водрузила.

А Фея с топором везде Козу ищет, волнуется.

Глядь, а Коза на земле, в штабе вооружённых сил тусуется.

Ещё немного, и начнётся на Земле потасовка. О последствиях ведь не задумывается скотина.

Мигом прилетела, Козу за шкирку взяла и из обсуждения полномасштабных действий удалила.

А дома принялась Козу отчитывать за очередное неразумие.

– Ну зачем тебе деньги? Это твоё очередное безумие…

А Коза плачет: «Я тоже хочу излишества и чтобы деньгами сорить повсюду…»

– Сама ты – излишество, а уж сорить любишь, это – правда. Иди-ка лучше вымой посуду.

Жалко Козу. Живёт в ограничениях. Хотя здесь нетрудно догадаться:

как хорошо, что не всем мечтам суждено сбываться.

Замотивированная Коза

Коза домой ежа принесла мышей ловить.

Фея с топором говорит: «Молока ему налей попить».

– Конечно, налью. Ёжик, ёжик, кысь, кысь.

У меня этого молока завались.

Ёжик на «кысь, кысь» как-то отозвался не очень,

но молоко всё вылакал, между прочим.

Потом его разморило, он стал дремать,

а потом и вовсе забрался под Козью кровать спать.

Наступила ночь. Коза хочет спать. Фея с топором – тоже.

Не желает спать один только пробудившийся Ёжик.

По полу – цок, цок, цок – только и слышно, хотя Ёжик – вполне малыш.

Коза ворочается с боку на бок, спрашивает у Феи: «Ты не спишь?»

– Я не сплю уже давно, слушая этот гром, —

сказала, прицеливаясь в Ёжика топором, Фея с топором.

– Вот и я подумала, что не спишь.

В этот критический момент Ёжик поймал мышь!

Фея с топором отменила метание топора на поражение.

Коза согласно рогами кивнула: «Ёжик, продолжай движение».

И как бы потом Ёжик ни цокал по полу «копытами»,

обе дамы спали всю ночь как убитые.

Ведь одно дело – когда тебе мешает другой

просто потому, что он – такой.

А когда он пользу приносит тебе лично,

можно и потерпеть, мало ли у кого какие привычки.

А Ёжик утром снова уснул у Козы под кроватью, предварительно молочка испив,

спасшись тем, что случайно поймал звучавший внутри Козы и Феи мотив.

Замуж за козла

Как-то раз Коза в гости к Корове отправилась.

Умылась, причесалась, напомадилась,

прицепила на бороду шнурок то ли от Кардена то ли от Гуччи,

ну, чтобы все было как лучше.

Ну, сами понимаете, кто в гости собирается,

тот получше одевается.

А Корова была девушка кровей гламурных,

тем более разбиралась в делах амурных,

и Коза отправилась с самого утра

к ней, чтобы узнать, замуж-то ей еще не пора?

– Корова, ты по этой части все знаешь,

не пора ли мне замуж?

– А ты готовить умеешь? Ну, скажем, хотя бы борщ?

– Корова, ты святое не трожь.

Конечно, умею! Сначала поем картошечки, потом капусткой закушу,

морковки и свеклы у Феи с топором попрошу.

Потом воды напьюсь. Она – основа основ.

И борщ у меня в желудке готов!

– А мужа-то покормить?

– Так он сам должен есть, что об этом говорить?

– Ладно, а как у тебя обстоит дело с уборкой дома, умеешь ли ты стирать?

– Ну, это Фея с топором должна знать.

Она у нас и убирает

и моет и стирает.

Такая чистота вокруг предельная.

Одним словом, уборка просто смертельная.

– А как у тебя, это…, ну насчет ласк?

– А попробуй только тронь, сразу же дам в глаз!

– Все понятно, – сказала Корова, —

к выходу замуж за козла ты вполне готова

И вообще, все эти – козлы, такие гады,

что им именно такую жену и надо!

У меня вот был бык, хуже, чем осел,

можно сказать, настоящий козел!

– Уф, – сказала облегченно Коза, – теперь я буду про замужество все точно знать.

И отправилась наша скотина козла искать.

Вот такая вот незатейливая история

про отношения и гармонию,

а также про Коровью милость,

мстительность и справедливость.

Зачем живет Коза

Не знаю как кому,

а Коза распоряжалась фактами вовсе не по уму.

По уму распоряжается тот, у кого пять машин в гараже,

а Коза распоряжалась фактами по душе.

Факты попадались разные, что не было для неё проблемой.

Одни она растягивала до желания души одной левой,

другие – правым копытом сжимала, чтобы было как раз.

Впрочем, это делает каждый из нас.

А которые уж совсем к душе не подходили,

то эти факты за хлевом находили.

Даже если некоторые были очень упитанные,

скотина всё равно отбрасывала их задними копытами.

Некоторые находил фактуристый Ёж:

– Коза, ну, скажи, для чего ты живёшь,

если, мягко выражаясь, с фактами обходишься так смело?

– Зачем живу? – Коза на секунду приняла задумчивый вид:– А это не моё дело!

– Как «не твоё дело»? Ведь ТЫ же живёшь, —

снова аккуратно поинтересовался Ёж.

– Аццтань! – огрызнулась Коза, прикидывая, не отправить ли Ежа задним копытом в рай:

– Тебе интересно, ты и узнавай!

Ёж понял, что ещё немного – и он рискует пересечь опасный порог.

Но для чего живёт Коза, ни сейчас, ни потом так догадаться и не смог.

А Коза потихоньку над Ежом смеялась,

потому что «для чего она живёт» давно догадалась.

Заячьи памятники

Лежала Коза возле дома на полянке, отдыхала.

(выволокла всё же, скотина, из дома Феино запретное покрывало).

Видит, из леска скачет к ней заяц озабоченный,

вид обиженный, нос наморщенный, хвост всклокоченный.

– Заяц, ты чего? По какому поводу визит? Огласи программу пребывания.

– Коза, как, ты не помнишь? Я же победитель того самого межзайцевого соревнования!

– Ну и что что победитель? Я и сама – «Коза-внеконкуренции».

Говори по существу, оставь свои выдающиеся сентенции.

– Представляешь, – возмущался заяц: я – такой, я – сякой, а ко мне- никакого почёта и уважения.

А иногда даже попадаю под критику и раздражение.

– Ничего, это – дело поправимое. Если хочешь уважения и почитания,

мы сейчас тебе на опушке памятник поставим с надписью «Победитель межзайцевого соревнования».

Пошли Коза с зайцем на опушку, нашли глины и каких-то камней,

слепили памятник, зайцу сделали уши подлинней.

Надпись тоже надписали, всё – как положено.

Утром Коза проснулась, смотрит на опушку леса, и стало ей смешно невозможно.

Вся опушка заячьими памятниками заставлена, усеяна:

У кого хвот длинней, у кого надпись: «Зайцу самому смелому»

Некоторые даже искусной резьбой от ушей до хвоста покрыты,

у тех – внизу авторское: «вырезал заяц по фамилии Завитый.

можно найти: третья сосна от пруда. Стоимость – кочан капусты».

Смотрит на это Коза: и смешно ей и грустно.

– Мне-то хорошо. Я – одна. Недаром «Коза -внеконкуренции» называюсь.

А зайцы, они быстро размножаются, с уничтожением памятников потом умаюсь.

Ещё часть, наверняка, признают памятниками архитектуры.

Сердцем чувствую, те самые, с резьбой, а ещё вон тот, который – с натуры.

Фея с топором приходит, (она нередко приходит в разное время).

– Это ты, Коза, зайцам с памятниками подала идею?

– Подала, Феюшка, подала. А теперь вот и сама не рада.

У них ведь, чуть что сделал полезного, (да и бесполезного), сразу требуют внимания и награды.

– А ты напиши распоряжение по лесу: «Все самые умные и выдающиеся будут завтра подвергнуты заключению,

а также все, кто придаёт себе любое особенное значение».

Коза так и поступила. Утром смотрит, на опушке – чисто. Вокруг сразу просторнее и зеленее.

– А Фея-то, мудрая. Инстинкт самосохранения – тщеславия сильнее!

Потом посмотрела внимательней: а на опушке с краю тот, первый, заяц памятник таки оставил.

– Эх! Всё-таки, без исключений не бывает и правил.

Пошла Коза домой, села у окна, которое было открыто.

И стала думать, не найти ли ей завтра зайца по фамилии Завитый…

Знания – сила

Как-то раз Коза решила, что опыта у неё многовато,

пора его уже раздавать кому-то и девать куда-то.

С этой целью ею было создано в сарае учебное заведение

с надписью: «Козий университет по передаче опыта жизненного назначения».

Факультет один: «Жизневедение коз»,

специальность: «Жизнь и её направления всерьёз».

Снизу накорябала: «Обучение платное сверх программы»

Ждёт абитуриентов, а прилетели только насекомые из соседней навозной ямы.

Первый – жук-навозник, красивый до невероятности,

следом две гламурные мухи той же национальности.

На этом абитуриенты окончились, и больше заявлений не поступало.

Одним словом, время для начала занятий настало.

Коза всех рассадила. Жука-навозника на яблоко, мух на оконные стёкла.

Прокашлялась, копытом по графину с молоком постучала. Все умолкли.

И что только Коза не рассказывала, какие только бисера перед насекомыми ни метала:

Что козлы не доятся, что ожидать от них молока – толку мало.

В какое время лучше всего приниматься за уборку клевера, и траву косить на силос,

про периоды размножения у коз, и даже про рост рогов и бороды рассказывать приходилось.

Жук-навозник, до невероятности красивый, изо всех сил усваивать знания старался,

Даже на то, как мухи строили ему с окна глазки, не обращать внимания пытался.

Мухи сразу поняли, что цели у них какие угодно, только не обучение,

с дипломом вырастает мухинский рейтинг и навозно-помоечное значение.

«Как жить» и без Козы они знали,

поэтому между построением глазок жуку, старательно шпаргалки писали.

Но жук, он же мужчина, а мужчины все- умные, как показывают наблюдения,

взялся за освоение знаний всерьёз, потому что для мужчин знания всегда имеют значение.

Он напрягал все извилины, (хотя какие у жука извилины) и честно всё слушать старался,

правда ничего из Козой рассказанного не понимал, а говоря языком Феи с топором, не врубался.

История печальная. До экзаменов не дожил никто из студентов.

Жук скончался от умственного перенапряжения, мухи – от нехватки витаминов и экскрементов.

Фея с топором пришла, подмела аудиторию, сгребла студентов на совочек.

Утёрла Козе слёзы и сказала: «Всё-таки ты, Коза, глупая очень.

Не тех ты студентов набрала, не тех пригласила.

Ведь знания не сами по себе – сила,

а если даёшь их не тем, кому они предназначаются,

вот такой результат, который лежит у меня на совке – получается…».

Инстинктивная Коза

Коза, как и всякая скотина, на инстинкты в своём бытии опиралась.

И это, как у всякой скотины, очень хорошо у неё получалось.

Откроет утром глаза, оглянётся: «Ах, я ещё здесь.»

И первым делом следует инстинкту что-нибудь поесть.

Особо замечу – не умываться идёт рогатая тварь и не осматривать территорию.

А сразу к кормушке, а потом – к Просто Женщине в лабораторию.

Сколько раз ей Фея с топором говорила:

«Умылась бы ты скотина, почистила бы свою пасть…»

На это Коза возражала, что без воспитания прожить ещё можно, а вот без инстинктов можно совсем пропасть.

На чём я остановилась? Вспомнила! На том, что Коза в лабораторию припёрлась.

Копытами на подоконник опёрлась.

Простите, люди добрые, – оперлась.

И за развлечение в виде наблюдения за опытами принялась.

Нужно сказать, что Коза, хоть и скотина, как известно,

но по поводу развлечься и любознательности, мозги у неё всегда были на месте.

Видит Коза, что перед Просто Женщиной – разные земли и акватории,

что проживает много чего-кого на этой территории.

И вот, Просто Женщина, то шторм где-нибудь поднимет,

потом возьмёт, его утихомирит.

А во время шторма, к тем, кто за бортом

очень часто приходила Фея с топором.

И где были землетрясения, наводнения, и там чего-нибудь смыло,

тоже нередко Фея с топором ходила.

Коза опечалится, сердце-то доброе, слёзы текут до самой бороды.

Тогда Просто Женщина показывала Козе как цветут яблоневые сады,

как журчат ручьи, поют прекрасные птицы…

И слёзы переставали у Козы до бороды литься.

Но тут Коза решила задать Просто Женщине один важный для ней вопрос:

«Скажи мне, если конечно ум мой до этого дорос.

Вот когда я радуюсь за кого-то или горюю от чьих-то бед,

это вот – инстинкты или нет?».

«Может быть тебе, Коза, и не понравится мой ответ,

но всё, что касается земной жизни, то в ней ничего без инстинкта нет.

И даже воспитание, которое ты от инстинкта отделила,

тоже из него самого и происходило…»

Коза почесала копытом бороду, потом осмотрелась, куда бы клок сена до обеда засунуть,

сделала козью морду и отправилась очень думать.

«Интересно, с какой ни посмотри стороны,

если всё вокруг – сплошные инстинкты, то где же тогда мы?»

А Просто Женщина мысли Козы читала и думала: «Хороший вопрос!

Оказывается ум у нашей рогатой скотины кое-до чего дорос…»

Искренность

Сидела Коза у окна, ела из крыжовника варенье,

и думает: «Не устроить ли мне себе день рождения?

Когда я родилась, всё равно никто не знает, да и не узнает.

А о подарках и поздравлениях только дурак или мёртвый не мечтает»

А с кого Козе начать? Ну конечно же с зайцев, что в соседнем лесочке,

хоть и косые, а подозрительно точно скачут с кочки на кочку.

Зайцы Козу увидели и – врассыпную, быстрее собственной тени.

А она: «Не бойтесь, зайцы, я иду к вам праздновать свой день рожденья!»

Самый смелый кричит издалека: «А не могла бы ты его отметить в другом месте?

А то мы от твоих меток скоро будем как котлеты в тесте.»

– Да ладно, не боитесь, я сегодня в честь дня рождения – скромная,

только подарки мне подарите, и я уйду, и скажу ещё вам спасибо огромное.

Зайцы – народ опытный, в козах научился разбираться:

– А нельзя ли тебе, Коза, подарки почтой получить постараться?

– Да нету у меня поблизости никакой почты.

– Тогда мы оставим подарки тебе тут в лесочке,

а сами удалимся, ты только тогда подходи поближе…

– Ах ты, тварь косая! Я тебе щас Козье достоинство-то унижу!

Да где это видано, получать подарки без тёплых слов и внимания?!

Вот я вам сейчас устрою школу хороших манер и отменного воспитания!

И принялась Коза за зайцами гоняться, как американец во Вьетнаме,

старается поддать копытом или поддеть рогами.

Зайцы россыпью по кустам шныряют и петляют, за жизнь и здоровье борьба происходит.

А Коза, хоть бы устала, тварь рогатая, всё не уходит.

Наконец, и Коза устала зайцев хорошим манерам обучать, пусть отдыхают.

Села под берёзку. А зайцы потери личного состава считают,

из последних сил репетируют речи и готовят подарки натужно.

– Нет, зайцы, так дело не пойдёт. А где сердечность и искренность? Мне именно это нужно.

Снова процесс воспитательный не достиг в вас положенной кондиции?

– Мы пропали, – думали зайцы, – если у неё это войдёт в традицию.

Хорошо, что Фея с топором с работы возвращалась устало.

– Что, Коза, ты здесь устроила?

– День рождения.

– Да что же тебе всего всё время мало?

И что ты там в зайцах воспитывала, как придётся?

Сердечность и искренность не воспитываются, это – от Бога даётся,

как, впрочем, и доброта, и сочувствие и прочие такие же качества.

– А ещё от Бога даётся Козий нрав и чудачество! —

добавила Коза список Феин радостно продолжая…

– Ладно, зайцы, гуляйте! Я сегодня в честь дня рождения добрая такая…

А завтра, как приду, покажите мне чувство радости! И, чтобы искренне у меня смеяться!

– Всё… подумали зайцы, теперь нам точно нужно переселяться…

Исполнение желаний

Коза как-то раз заприхотливилась, рогатая скотина —

подавай ей ананасов, апельсинов и пива.

Фея с топором уговаривала тварь по-хорошему отступиться от желаний.

Да кто же не знает Коз, этих упрямых и взбалмошных созданий.

И тогда Фея с топором пошла на крайние приёмы —

удовлетворила желание Козы в полном объёме.

Принесла и разложила перед Козой экзотические фрукты,

которые рогатая скотина с аппетитом уничтожила в три минуты.

Полчаса не прошло, а Коза что-то самой себе перестала нравиться,

живот болит, всё внутри у неё то режет, то вздувается.

То стонет, то копытами топает,

на двор часто бегает, только знай – дверью хлопает.

А Фея с топором молчит, слова не говорит,

мол: «Что с тобой, Козонька, что у тебя болит?»

Сидит, спокойно чай пьёт, чему-то улыбается.

– Жестокосердная ты, а ещё Феей называется, —

принялась Коза на Фею ругаться.

– Вот так и живёшь, никого не любя, хладнокровная!

Накормила меня этими фруктами, и сидит себе, как невиновная.

Тут Фея сдержала себя топором изо всей силы:

«А не ты ли, Козанька, их так активно просила?»

– Ну, просила, а ты, как умная, должна была итог заранее знать,

И ни в коем случае мне этих фруктов не давать!

– Эх, вот и люди так живут, как будто у Бога за бортом.

Не даст – Он виноват сейчас. Даст – виноват потом.

А нет, чтобы сразу понимать всем до одного —

ну, если не даёт, значит – хочется не того…

Истинная Коза

Коза прихватила с собой гостинец

и пошла к Корове мириться.

– Привет, Корова!

Надеюсь, ты после вчерашнего здорова?

– Здорова, но не очень пока…

Ты бы у себя подпилила немного рога.

Коза обещала подумать над предложением,

заняла по отношению к Корове безопасное положение,

и сказала глубокомысленно:

– Давай сегодня поговорим о правде и об истине.

– Давай, поговорим, – согласилась Корова без всякого энтузиазма:

Правда и истина – вещи, насколько я понимаю – разные.

Как говаривала одна моя знакомая свинья,

поедая ботву из чужой кормушки: «У каждого – правда своя».

– Да кто бы спорил, – согласилась Коза, потихоньку откусывая от гостинца кусочек.

(Нужно сказать, что за «гостинцем» она предварительно сходила к зайцам в лесочек.

И не особенно расспрашивая, как они там поживают, как у них дела,

пресловутый кочан капусты просто копытами взяла и отняла.

Зайцы рыдали, заламывали лапы, отправляли жалобу Богу в виде коллективного молебна против нашествия коз.

Но ни Бог, ни Коза не принимали это мероприятие всерьёз,

потому что если на свете существуют слова – «неприятность», «несправедливость», «возмущение»,

то для них тоже должны существовать явления.)

– Ну, если ты согласна, что правда – у каждого своя. То истина – для всех едина.

– Это ты, Корова, пульнула мимо.

Вот что для тебя – истина? Напряги извилину с правого на левый рог.

Корова немного подумав, ответила: «Истина для меня – Бог».

– Вот! А теперь ещё раз подумай головой

Бог-то у тебя какой?

– Как какой? На четырёх ногах, с копытами и рогами,

Только Он – мужского рода, говоря, между нами.

Может быть, кое-кто не очень к этому привык,

но Он – такой красивый, бессмертный Бык.

Тут Коза от смеха закатилась, даже заплакала.

– И ты после этого будешь утверждать, что истина для всех – одинакова?

– Буду! – набычилась Корова, не смотря на другой пол —

Вот Он, тебя, Коза, накажет за богохульство мордой об стол!

– Смотри, как бы сама не оказалась наказанная.

Истина, как и правда, у каждого – разная,

потому что сознание у каждого – разное тоже.

А другой воспринималки, кроме собственного сознания, у нас нет. И ничто другое в этом вопросе не поможет.

Тут Корова перестала выставлять вперёд рога.

– А, знаешь, Коза, ты пожалуй, права.

Вот если мы будем, что истина – единая для всех, утверждать,

то нам непременно захочется ей обладать.

А как этот процесс может происходить?

Только если всех согласных на свою сторону перетащить.

– Правильно! А думающих иначе, говоря между нами,

просто взять и перебодать рогами!

Тут Коза подняла копыто вверх и глубокомысленно изрекла:

– Если истина у каждого – своя, то и причин для драки из-за неё нет. Вот ведь какие дела!

И сели девчонки рядом очень даже не грустно

жевать украденный у зайцев кочан капусты.

И даже по поводу истины они не дрались и не бесились.

(Как-то удачно Корова с Козой согласилась…)

И на эту парочку смотрел Бог с небес – у каждой – свой:

У Козы – Козёл с красивой такой бородой,

А у Коровы – вечноживущий огромный Бык.

Ну, это уже сами понимаете, кто кем явился в этот мир

и кто к какому Богу привык.

Как мертвые хоронят мертвецов

Коза, рогатая скотина,

вздумала отправиться по магазинам,

спустилась на Землю очень находчиво

и сразу же попала в очередь.

– Кто, граждане-земляне, последний? За чем изволим стоять?

А в ответ услышала: «Дура. Смотри куда лезешь! И ещё что-то несколько раз про мать.»

Зря народ вздумал Козе перечить,

скотина растолкала всех рогами, залезла на возвышение и обратилась с речью:

– Товарищи! Ой, граждане! Ой, господа!

(Что-то меня опять несёт не туда),

короче говоря, твари говорящие!

Я прибыла сюда из будущего,

прямо в это ваше настоящее,

и заявляю, обращаясь исключительно ко всем на «ты»,

ну вы и скоты…

Кто не согласен, отойдите по правому копыту для последующей разборки,

а кто согласен, тот может совершенно бесплатно вынести из магазина то, что у него в кошёлке.

Очередь оживилась и с кошёлками быстренько потянулась к выходу магазинному.

По правое копыто отошёл только один хилый очкарик с запахом то ли ацетоновым, то ли бензиновым.

– Молодой человек, это весьма с вашей стороны похвально,

только пахнет от вас как-то аномально.

Вы, явно не скот, святая простота.

– Дорогая Коза, я просто – хуже скота, —

промолвил очкарик, с чувством крайней собственной незначительности,

теряя остатки самообладания и решительности.

И, уткнувшись Козе в мохнатое плечо,

заплакал очень искренне и горячо.

– Ну не реви, реликтовое ископаемое,

это дело непоправимое, конечно, но поправляемое.

Думаю, что ты на этой планете не один такой,

хоть слегка и покалеченный, но пока живой.

И, не смотря на наркотики, алкоголь и прочие забавы,

не совсем ещё помер от меркантильной отравы.

Что я могу тебе, покаянное создание, предложить?

Да только одно – будем жить!

А здесь Фея с топором добавила бы, конечно:

«Будем жить вечно!».

– А эти, которые из магазина с бесплатными продуктами убежали, будут жить?

– Ты что, очкастый, классику не читаешь? Это мёртвые побежали своих мертвецов хоронить…

Как соблазнить женщину

Когда Феи с топором не бывало дома,

к Козе повадился ходить Волк понемногу.

Встанет у окошка, слюни текут аж до снега,

видно, что хищник не завтракал, не ужинал и не обедал.

Постучится лапой в стекло едва-едва

и начинает произносить разные слова:

– Ты лучшая Коза на всём белом свете,

тебя любят и взрослые, и малые дети!

Да и как тебя не любить – такую?!

Выйди ко мне, золотко, я тебя поцелую…

А Коза сидит смирно, как ей Фея велела делать.

Убралась дома, сообразила что-то пообедать.

И вместо Волчьих слов, которым не верит,

слушает в наушниках плеер,

где записана лекция Феи,

чем любит женщина на самом деле.

Краткое изложение лекции:

«Коза, слушай сюда. Первый постулат классический:

Все бабы – дуры. Это не только теоретически, но и практически.

Слушай постулат второй:

Все мужики – сволочи. Дай им волю, юбки не пропустят ни одной.

Женщины любят ушами.

А мужчины… Как бы тебе, неопытной, объяснить… Уу, типа – карандашами.

Поэтому, как только мужчина начнёт говорить тебе приятные слова,

затыкай уши, чтобы осталась цела голова,

в смысле – чтобы башню не снесло,

как выражается уже не только город, но и село…»

Затем у Феи ассоциативно шло небольшое историческое отступление,

про смычку города и деревни.

Но Козу это уже не удивляло,

потому что про то, что «бабы-дуры», она поняла с самого начала.

Лекция незаметно подходила к постулату пятому,

что любовь – зла, полюбишь и козла проклятого.

Правда, всё это было без толку,

потому что там ничего не говорилось про Волка.

А Волк, не уставая, маячил в окошке, раскрывая неслышно пасть,

Но на этот случай на стене заботливой Феей был плакатик повешен на гвоздик, чтобы не упасть:

«Волки – хищники и санитары леса,

питаются Козами, как известно».

А лекция в плеере продолжалась,

очередное отступление про «союз меча и орала» быстро перемоталось.

Дальше у Феи шло про инстинкты размножения

и даже немножечко про то, из какого это осуществляется положения.

Всю Камасутру Фея изложить не рискнула (какая радость!),

потому что тяга к познанию и экспериментам – Козья слабость.

Затем шёл перечень преступлений, совершенных из ревности,

как в историческом разрезе, так и с примерами из современности.

Прослушала скотина все записи до одной.

Сидит и думает: «Скорей бы Фея пришла домой.

Я бы спросила: почему много всего перечислено, названо,

а о любви так ничего и не сказано…»

Видно так повелось издревле и доныне,

что у одних – одни представления о любви,

а у других – другие.

Даже если принять только инстинкты во внимание,

«любовь» «распределена» по видам и подвидам заранее.

И как ни старайся, не перемешается Волчья и Козья кровь

в священнейшей Чаше под названием – Любовь.

А что касается страстей и «покушать»,

то иногда Феины лекции и нам не помешает послушать.

Как соблазнить мужчину

Коза шаталась по интернету,

а в этом интернете чего только нету…

Наткнулась на произведение в прозе, написанное в полном сознании:

«Как обольстить мужчину, удерживая его на расстоянии».

Прочла, ударила себя копытом по лбу, сказала что-то про мать,

и… конечно же направилась обольщать!

Я тут описывать не буду, что вытворяла эта скотина,

но она не только нескольких мужчин обольстила,

а ещё пару молокозаинтересованных домохозяек,

двух малошерстяных заек,

даже, (почему-то очень быстро), соблазнился один волк,

который пускал слюни и утверждал, что знает в козах толк.

Вся эта компания за ней потянулась. У дома расположилась, отдыхает.

А Коза что делать с этим со всем не знает.

Пришла с работы Фея с топором «без никаких»

и застала у крыльца весь этот разнообразный коллектив.

Всё сразу поняла и вызвала Козу на профилактическую процедуру:

«Дура, ты, Коза, заслуженная блондинка и дура!

Вот скажи, зачем ты взялась соблазнять?

Чтобы что-то получить или что-то дать?

– Как зачем? Чтобы там… дать, ну и, конечно, получить…

– Ну, тварь…, для этого рыночную экономику нужно учить!

Что касается такой нелицензируемой деятельности в межличностных отношениях,

то это – в чистом виде – мошенничество!

Коза согласно головой кивнула и вышла к народу.

Для того, чтобы прекратить действие обольщения, обозвала всех козлами и уродами.

Волка даже пришлось отпихивать рогами,

потому что он только вытирал слюни и не обращал на оскорбления никакого внимания.

– Давай, давай, приводи всё в первоначальное состояние, —

приговаривала Фея: Ничего не оставляй на потом!,

примериваясь, как бы поточнее метнуть в волка топором.

– И, дальше, глупая скотина, ты у меня смотри!

Хорошо жить по расчёту, если этот расчёт по любви.

– Ладно, ладно, девочки! – кричал волк издалека: «До завтра!

Есть ещё расчёты, которые из голода и азарта!».

– Известное дело, – ворчала на волка Фея с топором:

но об инстинктах мы поговорим потом…

Коза – дура законодательная

Сколько бы Коза быть серьёзной ни старалась,

а всё равно улыбалась.

Да и как иначе может быть,

если любила скотина пошутить.

Интеллектуально она была – не очень, но удалась фигурой.

Если говорить прямо, то наше млекопитающее являлось привлекательной дурой.

Вот, у депутатов, например, шутки депутатские,

а у дур какие? Правильно: дурацкие.

Прячьтесь все, кто ещё хочет жить,

потому что Коза отправляется шутить.

Первой под шутку попал серьёзный Ёж,

даже, несмотря на плакат, наколотый на иголки: «Меня не трожь!»

Сами понимаете, что иголки против копыт никак не могут устоять,

и Коза принялась Ежа трогать и щекотать.

Хорошо, что появилась Фея с топором, вечная Козе помеха,

и сказала: «Отставить! По моему графику Ёж умрёт не от смеха,

а у нас под кроватью от старости лет через пять.

Вот тогда сколько угодно можешь его щекотать»…

Дорогой читатель, не смущайся, это не садизм, поверьте.

Просто Фея с топором по призванию работала Смертью.

А у нас – как? Если долго работаешь, то наступает или прострация,

или профессиональная деформация.

Коза, если бы умела ругаться, то покрыла бы Фею с топором матом,

но промолчала и отправилась шутить к депутатам.

А депутата голыми копытами не возьмёшь,

это вам не какой-нибудь Ёж.

То ли им донесли, то ли сами по своим каналам уведомились,

но срочно, все как один, на новогодние каникулы распустились.

– Совсем депутаты распустились, – подумала Коза,

направляя на кнопки для голосования глаза.

– А слабо мне закон какой-нибудь утвердить?

Так сказать, немножко пошутить.

Тем и занялась. Одним копытом законопроекты рисует,

а другим копытом за них голосует.

Утром на работу президент приходит

и сундук с Козьими законами у себя находит.

Например, Закон, запрещающий бодаться в кулуарах,

или Закон, разрешающий разглядывать вырез на дамах.

Закон о свободе не только слова, но и молчания,

а также беканья, меканья, кукареканья и мычания.

Был закон и о переносе столицы в какой-то город Козельск,

хотя точно никто не знает, нет такого города или он есть.

Потом был принят модный закон о запрете усыновления лягушками зайчат,

потому что лягушки очень уж кричат

и вообще – зелёные и не шерстяные совсем.

Потом закон для Феи с топором о тотальном решении всех проблем.

Думаете, президент разозлился?

Он почему-то даже не удивился.

И решил с ходу все законы подписать.

А что? Разве такие законы кому-нибудь могут помешать?

Или, скажем, чем-нибудь навредить?

Ведь кто кем был, то тем и оставался быть.

Кому мог повредить закон, разрешающий наличие вымени у коров,

кулинарных способностей у поваров,

свеклы в борще

и ваще…

Ну, согласись, дорогой читатель,

что из Козы очень депутатский вышел законодатель.

Только не нужно ничего депутатам говорить,

а то вдруг они подумают, что Коза их сможет всех заменить.

Правда, есть ещё один щекотливый момент —

главное, чтобы так не подумал президент…

Коза – защитница Отечества

Коза сидела во дворе и играла на балалайке, старалась.

Одним словом, скотина развлекалась.

Дома был бардак, посуда не вымыта, всё как попало навалено.

А Козе – всё равно, у неё копыта в валенках.

На других копытах – рукавицы, поэтому игру на балалайке можно было назвать игрой с большой натяжкой.

Ёж пил валерьянку фляжку за фляжкой

и, как ни старался, в спячку снова впасть не мог.

Он уже начал мечтать о том, чтобы топор Феи с топором ему помог

впасть в спячку под названием «вечный сон»,

как тут к Ежу приблизились идеи со всех сторон.

Он подумал и выбрал ближайше-осуществимую.

Взял краски и бумагу красивую

и написал плакат:

«Проклятые враги разрухой нас уничтожить хотят.

Чтобы мы все погибли под завалами. Козу на подвиг – даёшь!»

И подпись: «Изнемогший защитник отечества – Ёж».

Коза, в чём у неё тельце было,

в том со скамейки и соскочила.

– Где подвиг? В каком его совершать краю?!

Что там надо давать? Даю!

А Ёж забрался на крыльцо повыше и толкает речь:

– Коза, кроме тебя некому наше отечество беречь.

Только ты одна

можешь поднять врага на рога.

Каждая чистая миска, каждый вымытый пола метр квадратный

вытесняет проклятого захватчика восвояси, обратно

Коза не посмотрела, что не было подмоги и вообще не было рядом никаких лиц,

принялась за уборку, даже не снимая рукавиц.

Козе активно помогал в освобождении отечества Ёж.

Говорил: «Вот тут меня за лапы бери, и спинкой трёшь, трёшь, трёшь…»

Фея с топором, возвратившись домой, остолбенела:

Всё кругом сияет чистотой и убрано так умело.

За столом сидит Коза и претензию выдвигает:

– Где ты, Фея, была? Вот когда нападают враги, никогда тебя не бывает.

Пришлось самой встать на защиту отечества

и сражаться до самого вечера.

Фея внимательно присмотрелась к Козе. А та – как в ожидании парада.

Тут висит награда, и там висит награда:

«За взятие горы посуды»,

«За выметание мусора отовсюду»,

«За выбитый ковёр»,

«За стирку белья и штор»,

А поверх всех висела как раз

медаль «За вычищенный Ежом унитаз».

Дорогие читатели, спасибо за внимание.

Вы сейчас прочли историю о том, как лень была побеждена тщеславием.

Да, в общем, полагаю, что и без меня каждый знает:

какая страсть в нас оказывается сильнее, та и побеждает.

А Фея с топором Ежа погладила и сказала: «Дорогой Ёж,

ты – умница, потому что не перевоспитываешь, а просто на правильную кнопку жмёшь».

Коза и авось

Фея с топором приходит с работы, а Коза спит, даже копыта врозь.

Дома не убрано, ужин единолично съеден: «Ты, Коза, живёшь на авось!

Авось пронесёт, авось кто-то уберёт, авось я с работы не приду,

авось случится чудо и кто-то приготовит еду.

Вся жизнь у тебя в виде эксперимента

по существованию в пределах настоящего момента».

Коза

приоткрыла глаза,

приложив копыто к пасти, зевнула

и сама себя на другой бок повернула.

Но не тут-то было. За авось тоже плата положена.

Она тут же Феей с топором была немного побита, короче, растревожена.

А растревоженная Коза тоже не подарок, потому что полна сил и неукротимости.

Однако, Фея с топором – символ ума и неотвратимости

пресекла сопротивление Козы со словами: «Это ты брось!».

Вот так и живут две дамы, одна – по плану, другая – на авось.

Да и что сказать, не только там, но и тут

люди тоже так живут.

– Как правильнее? Кто же в этом разберётся,

ведь каждый живёт только так, как ему живёт

Коза- Кин-дза-дза

«Нет, генацвале! Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, то нет цели! А когда нет цели – нет будущего!»

(«Кин-дза-дза»)

Так ли уж иронична эта крылатая фраза из известного фильма, снятого по сценарию Резо Габриадзе и Георгия Данелия?

Коза никак не могла угомониться.

Наступила весна, а весной Козе не спится.

Лежит скотина, думу думает, напрягается

всё мир к лучшему переиначить старается.

Пошла к зайцам, за неимением своей страны.

– Скажите, косые, все ли вы – равны?

– В каком смысле равны? Как зайцы?

Как зайцы, мы все равны, как равны перед японцами китайцы.

Ну, или, как самый главный у нас говорит,

мы все – одинаковые, как вид!

– Заяц, что-то не то у тебя с головой.

Я спрашиваю, равны ли вы между собой?

– Нет, между собой нас никак нельзя равнять.

Я, например, имею в месяц три морковки, а другой – тысячу двадцать пять.

– А в остальном различие вас миновало?

– А что? Разницы в морковке уже мало?

Вот, раньше, бывало, разница у нас была в том,

происходишь ты из семьи лесной или той, которая проживает за бугром.

Когда у нас это дело сравняли под одну гребёнку,

то мы перешли на морковку.

А на честных и воров не пробовали делиться?

Чтобы честным можно было честностью своей гордиться.

– Ой, Коза, не ходи ты лучше в эти коридоры.

У нас честностью гордятся только воры.

Хотя, может быть, заставлю Вас удивиться,

но нас хлебом не корми, только дай по какому-нибудь признаку поделиться.

Если нас сравняют по морковке,

то в этом деле не последует остановки.

Главное, чтобы было чем-нибудь гордиться,

а там всё равно, по какому признаку делиться.

– Да, уж, тут фигу не покажешь природе,

стремление к разделению, видно, изначально – в заячьей породе.

Коза – кого надо бояться

Фея с топором сидела на крыльце и точила топор.

Хоть он у нее всегда был острым до этих пор.

Коза паслась во дворе, временами натыкаясь мордой на Ежа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.