Драдедам
Том 1
Давид Махмудов

© Давид Махмудов, 2025

ISBN 978-5-0065-3714-9 (т. 1)

ISBN 978-5-0065-3854-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Веселый перестук дождя мне категорически не нравился.

Несмотря на то что мои детство и юношество прошли в Белокаменной, сегодняшний день мне все равно казался непривычно мерзким. Меня зовут Дамир, просто Дамир. Но если вам уж так интересна моя фамилия, то пожалуйста – Драденов. Драденов Дамир. Драдедам.

Драдедам (от фр. drap de dames – «драп для дам») – один из легких видов сукна.

Именно так ко мне начали обращаться все, кроме родителей, начиная с шестого класса. Произошло это с подачи учителя истории, который решил похвалиться знанием архаичного слова, дивно похожего на фамилию и имя одного из учащихся. Благодаря соцсетям, отметкам на фотографиях и просто разговорной речи эта кличка прилипла ко мне намертво. Сначала школа, потом университет, потом пять лет в поисках себя по разным работам – и, как закономерный итог, работа менеджером по продажам в обычной компании. Как и все мои знакомые, не имеющие за спиной богатых мам и пап, я устроился в среднестатистическую фирму. Стабильность, качество и упорство – вот наш девиз!

В целом примерно такие пламенные и вдохновляющие речи произносил наш руководитель, после чего опять исчезал на неделю. Что в целом всех устраивало. На съем жилья, питание и коммуналку хватает. На сигареты, шаурму и бутылочку пива по вечерам – тоже. Про какие-либо накопления и речи идти не может, конечно. Но сейчас такое время, что и за это спасибо.

Единственное, что не дает покоя и гнетет уже на протяжении последних лет десяти, – это скука. Нет, вы не подумайте, я честно учился в школе. Затем не всегда честно, но все же успешно закончил столичный юридический. Хотя уже на третьем курсе понял, что не буду заниматься арбитражной деятельностью никогда в жизни. Далее – переезд от родителей, пропуск армии по состоянию здоровья и переезд в Краснодар. Кстати, насчет армии. Учитывая мой рост 190 см и вес более 100 кг, все почему-то думали, что я купил военный билет. Самое смешное, что меня просто не взяли. Если твое зрение минус 12 на каждый глаз, то без очков ты с трудом можешь отличить автобус от автобусной остановки. И это если ты стоишь вплотную. На расстоянии пары метров все сливается в сплошное пятно бурого цвета. Вот такой вот Драдедам, получается. Еще и с выражением черной тоски в глубине глаз и вечным спутником, чье имя Уныние.

Рабочее время четверга медленно, но верно подходило к концу.

Часовая стрелка давно зафиксировалась на цифре 5.

Минутная стрелка со скрипом, будто нехотя, продиралась к 12.

Последние две минуты, и можно стартовать домой, в тепло и уют.

Представляю и смакую у себя в голове план действий.

Включу телевизор фоном, на беззвучном режиме.

Отварю пельмени, сделаю бутерброд с докторской колбасой и заварю себе вкусный, крепкий черный чай с лимоном и сахаром.

Последняя мысль даже слегка взбодрила, а желудок рассерженно квакнул. Его намек был максимально прозрачен. Я забыл учесть в своих расчетах двухчасовую пробку до дома, а идти в столовую уже поздно. Что же, решено. Сегодня пойду домой пешком, по старой набережной и дальше через парк Победы.

Что удивительно, все эти парки чем-то похожи.

Я был во многих городах страны – и почти в каждом есть парк Победы. А в нем мемориалы, старые аттракционы, палатки с мороженым и дух постсоветского пространства.

И вот долгожданные 18:00. Отточенным броском хватаю куртку и, обогнув орду из бухгалтерии, устремляюсь по лестнице вниз.

Кстати, интересно, а почему в бухгалтерии всегда больше всего сотрудников? Никогда не понимал, почему вне зависимости от того, в какой компании я работаю, бухгалтерия – это всегда преобладающая по количеству человек группировка.

Быстро сбежав с пятнадцатого этажа, получил вертолеты от вестибулярного аппарата в качестве неприятного бонуса.

Даже аппетит пропал, но это не беда. Прогулка по холоду наверняка взбодрит и заставит аппетит вернуться. Собственно, так и получилось. Когда я подошел к киоску с шаурмой и учуял запах мяса, голод вернулся с утроенной силой.

Одну в сырном, дополнительно грибы и картошку. Еще четыре бутылки «Хадыженского» и пирожок с картошкой, пожалуйста. Продиктовав заказ, уселся ждать на мокрый от дождя стул. Девушка за прилавком сноровисто начала готовить заказ, а я задумался о своих дальнейших действиях. Поразмыслив и сделав определенные выводы, я забрал свой заказ и направился в парк. Как показывает практика, в парке обычно крайне мало людей. Особенно в той части, куда я направлялся. Особенно после дождика в четверг. Особенно когда этот дождик и не планирует прекращаться. Впрочем, все эти «особенно» не имели никакого особого значения, так как прямо сейчас я наблюдал странную фигуру в моей маленькой беседке. Рослый и бородатый мужчина сидел на моем излюбленном месте и любовался рекой. Несмотря на его неприкрыто враждебный взгляд, я с удовольствием примостился рядом, с громким щелчком открыл пиво и принялся без стеснения уминать шаурму. Видимо, каких-то рамок приличия незнакомец придерживался, потому что примерно к середине процесса уничтожения шаурмы он перестал на меня пялиться и снова устремил свой гордый взор на волны. Меня крайне задела и возмутила эта история, поэтому я залпом допил первую бутылку, открыл вторую – и стал исподтишка разглядывать своего неожиданного соседа. Крепкий, сразу видно, что выходец с Кавказа. Густая и длинная курчавая борода, которая переплетается вместе с усами и волнами падает на грудь. Хотя лицо слишком уж как будто мраморное, и нос странный, может, грек?

Заметив, что я разглядываю его, незнакомец повернулся ко мне и громким и красивым голосом спросил:

– Хочешь сам себя убить?

Поперхнувшись, отрицательно покачал головой и сам задал встречный вопрос:

– С чего вы так решили?

– Да глаза у тебя как у тех, кто ищет смерти и если не находит ее от других, то своими руками отправляет себя на долгожданную встречу с Танатосом.

– Нет, конечно! – Я для убедительности помахал головой. – Нельзя так, да и грех это великий!

Незнакомец рассмеялся.

– Ну, это смотря у кого, Иш Таб бы точно тебе была только рада, вот только ты не ацтек, да и времена уже другие! Камул, – представился незнакомец. – Угости пивом!

Неожиданный переход, но отказывать незнакомцу я почему-то не хотел.

– И пирожком вот угощайтесь!

Моя реакция и предложение почему-то очень удивили и насторожили Камула.

– Я правильно понимаю, что предлагаешь от чистого сердца и безвозмездно, не требуя ничего взамен? – уточнил он. Получив мое подтверждение в виде утвердительного кивка, снова заметно расслабился, в один укус съел пирожок, в два глотка осушил бутылку пива и потянулся к пачке с сигаретами. – Позволишь?

Я молча протянул пачку. Ситуация начинала меня немного напрягать. Вытащив сигарету, он засунул ее за ухо и, окинув меня взглядом, выдал:

– Ты, конечно, Ромулу и в подметки не годишься, осел, одним словом. Однако осел хорош тем, что о своем помышляет. Думает и действует, не подозревая, что у погонщика другие планы. В общем, так, Дамир. Хочешь изгнать тоску из глаз своих – оставь себе бутылку пива на завтра. Чтобы разорвать бесконечный круговорот обыденности, начни с себя. Утром перед работой выпей всю бутылку – и в добрый путь.

Выдав весь этот бред одной тирадой, Камул внаглую засунул початую пачку к себе в карман и с гордым видом пошел прямо в стоящую стеной пелену дождя. Впрочем, особого желания вступать в конфликт с этим сумасшедшим у меня не было. Тем более рисковать здоровьем из-за пачки сигарет. Ну а желание выпить еще бутылочку пива у меня, конечно же, присутствовало.

Вот только посидеть и насладиться тишиной мне уже не дали, а идти до дома было еще довольно долго. К тому же найти последнюю бутылку пива я так и не смог. Были у меня, конечно, определенные – почти стопроцентные, я бы сказал – подозрения по этому поводу. Но доказательств не было, как и самого Камула. Поэтому я просто отправился домой, после чего установил будильник и вырубился мертвым сном.

Утреннее пробуждение было слегка негативным, учитывая проблемы с желудком последние несколько лет, у меня сильно обострился рвотный рефлекс. Особенно он давал о себе знать после любого употребления алкоголя, да так сильно, что почистить зубы на следующее утро было сплошным мучением, прерываемым страшными звуками. С трудом собравшись и натянув куртку, закрыв дверь на ключ, я начал спускаться по лестнице. Благо второй этаж. Потребность в лифте у меня возникает… хм-м… дайте подумать… примерно никогда! Засунув руку в карман куртки, чтобы достать наушники, я наткнулся на теплое стеклянное горлышко. С недоумением потянув наружу свою находку, я с удивлением обнаружил полную бутылку пива, причем почему-то без крышки. Не знаю, как она не пролилась за это время, не знаю, почему была отвратительно теплая, но пить это я однозначно не собирался. И уже в тот момент, когда я хотел поставить ее рядом с урной, мой взгляд наткнулся на странного бомжа, сидевшего на лавке и пристально смотревшего на продукт, который я собирался выкинуть. «Не надо!» – говорил его серьезный и умудренный жизнью взор. И тут же мне вспомнились ночные слова Камула про шанс, который он мне дарует. И чтобы им воспользоваться, мне нужно просто выпить это пиво. Я задумался…

– НЕ НАДО!

Резкий окрик вывел меня из ступора.

– Тьбе не нада – давай мне, придурок!

Да-а-а, у бомжа тут явно был свой интерес. Впрочем, и я не лыком шит. Под завистливый и удивленный взгляд обитателя подворотни я залпом выпил до дна бутылку и закинул пустую бутылку в урну. Время поджимает, может, и правда не заметят, что я с утра выпил, но для этого нужно хотя бы не опоздать.

Обошлось. Ничего страшного на работе не произошло, впрочем, как и ничего нового. Все та же унылая рутина…

Единственным разнообразием стала тянущая боль в районе живота, которая все усиливалась. Вдруг живот скрутило так резко, что я бросился к туалету. А так как он у нас общий, то перед ним периодически возникают очереди. Дико краснея от стыда и неудобства, я попросил Людмилу пропустить меня вперед. Бухгалтерша смерила меня недовольным взглядом, но, увидев мое состояние, пропустила вперед. Не буду описывать все, что было в кабинке, но спустя долгих полчаса я вышел из уборной, подошел к раковине и открыл кран. Тщательно намылив руки, начал не спеша смывать их под проточной водой.

Вдруг сзади раздался злобный женский голос:

– Шевелись, сука! Ты тут не один!

Я, конечно, понимаю, что она меня пропустила и имеет право возмущаться тем, что ей пришлось так долго ждать, но тут Людмила явно перегнула палку. Так общаться с собой я точно никому не позволю!

Правда, вся моя гневная отповедь заглохла, даже толком не начавшись. А все дело было в том, что, повернувшись, я увидел не Людмилу, а странно одетую женщину с татуировками на лице. В одной руке она держала старое потрескавшееся ведро. В другой руке – кривой светящийся кортик, который выглядел достаточно жутко.

– Шевелись, сука! – повторила она. – Не задерживай, у тебя и тары нет. Пошел отсюда, пока я тебя гладиусом не пощекотала.

В состоянии полнейшего шока я развернулся на 180 градусов и уставился на кран, точнее, на то, во что он превратился.

Старая проржавевшая труба с кусками ржавчины и слизи, из которой короткими толчками выплескивалась грязная и вонючая жижа, отдаленно похожая на воду. Вокруг не было ни офиса, ни моих коллег. Я бы согласился даже на вредную и злобную бухгалтершу, но вокруг были только злобные лица, с нетерпением уставившиеся на меня.

– Он, видимо, не только тупой, но еще и глухой, – рыкнул кто-то из-за спины обратившейся ко мне женщины. Дальше удар по голове и темнота. Последнее, что услышал мой засыпающий голос на краю сознания, – это тихий смешок Камула:

– Мда, ну ты и вправду осел…

Глава 2

Чьи-то нежные руки ласково обнимали меня, но при этом слишком уж назойливо пытались залезть в мои карманы.

Как только я осознал эту простую истину, сознание рывком вернулось в мое многострадальное тело. Ласковые руки, обнимавшие меня, теперь держали в руках мой бумажник, небрежно вытряхивая на землю все его содержимое.

– Что ты делаешь?

На мой вопрос старая знакомая с кортиком только раздраженно дернула бровью.

– Что ты делаешь с моим бумажником? Тебя не учили, что воровать нехорошо?

– Ипотека! – бросила она короткое слово и продолжила дальше выбрасывать все на землю. Я подумал, что у меня не все в порядке с головой.

– Прости, что ты сказала?

– Ипотека!

Теперь я точно был уверен, что услышал все правильно.

Неужели еще одна сумасшедшая на мою голову? Слишком уж часто я стал с ними контактировать в последнее время. Сначала Камул, теперь она.

– Что ты сказал?!

Глаза оборванки оказались прямо передо мной, и в них плескался страх с примесью еще одного непонятного мне чувства… Надежды? И как я вообще понял, что она чувствует?

– Повтори, что ты сказал?

– Я сказал, что ты сумасшедшая, – обреченно выдохнул я, понимая, что она, скорее всего, пырнет меня своим странно выглядевшим оружием. А тут тебе и столбняк, и заражение, очевидно, что продезинфицировать рану мне тут будет нечем. Ведь, судя по всему, либо у меня длительный трип, либо я переместился во времени в какое-то странное прошлое. Кстати, надо бы осмотреться. Привстав и оглядевшись, не обращая внимания на что-то гневно разглагольствующую женщину, я понял, что попал окончательно и бесповоротно. Серо-зеленое небо, без намека на солнце. Грязь и злоба на лицах все присутствующих вокруг людей. Странного и футуристичного вида цельные стальные овалы в человеческий рост, стоящие через каждые 10—15 метров всюду, докуда хватало глаз. Странные конструкции с трубами, около одной из которых я как раз лежал, где мне и дали по голове.

– Имя! Повтори еще раз имя!

– Дамир, Дамир Драденов. Можно просто Драдедам.

– Хиона! Рада встрече, Драдедам! Не мог бы ты еще раз повторить, что ты сказал минуту назад, пожалуйста.

Странно, теперь она говорила намного вежливее, и свечение вокруг ее головы явно поменяло свой цвет на розовый вместо ярко-красного, который был совсем недавно. Стоп, что?!

Какое свечение? Видимо, меня слишком сильно приложили головой рядом с этим краном. И где этот обладатель грозного голоса, который, как я понял, принял самое непосредственное участие в нанесении мне данного увечья?

– Драдедам! – Хиона вновь попыталась установить со мной зрительный контакт. – Я понимаю, ты очень испуган и, скорее всего, вообще не понимаешь, как ты сюда попал, но прошу тебя, повтори то, что ты сказал мне пару минут назад, – и я смогу тебе помочь и верну тебя домой.

На последних словах свет вокруг ее головы ярко сверкнул черным цветом. И раньше, чем я успел прикусить язык, у меня успело вырваться одно слово:

– Ложь!

Участливое выражение в глазах Хионы снова сменилось на озлобленность с примесью растерянности.

– Почему же ложь? Я и правда могу вернуть тебя домой.

И снова черные вспышки вокруг головы. Разум судорожно перебирал варианты, видимо, догадка моего подсознания была верной. Я что теперь, ходячий сканер эмоций?

В меня впился взгляд Хионы.

А потом она выпалила четыре разных утверждения, внимательно всматриваясь в мое лицо:

– Я Лиона! Ты Дарэлл! Я Хиона! Ты Драдедам!

Я не скрывал свои эмоции и уже автоматом собирался возражать ей каждый раз, когда ее аура загоралась черным цветом.

– Все понятно, ты псионик с гранью эмпата, вставай и пошли. Я забираю ипотеку.

И если первую часть предложения я понял, то на второй стал снова чувствовать себя идиотом.

– Хиона! – позвал я. – Ты не могла бы сказать мне, что значит ипотека?

Она недоуменно уставилась на меня.

– Ты понимаешь все, что я говорю, но при этом никогда не сталкивался со словом «ипотека»?

– То-то и оно, что сталкивался, но я знаком с ним немного в другом значении.

К сожалению, понимания в ее глазах больше не стало. Пришлось рассказывать все, что я знаю об этом, и только после этого в ее глазах мелькнуло понимание.

– Драдедам, я все тебе объясню позже, но сперва нам нужно убраться отсюда. И поверь мне, это в твоих интересах. И раз уж тебя сюда отправил Камул, как ты его называешь, то лучше бы нам с тобой поторопиться. Иначе ты рискуешь не увидеть следующий день. И поверь, ты позавидуешь мертвым.

Убедившись, что все сказанное Хионой – чистая правда, по крайней мере, мой новообретенный детектор лжи не обнаружил обратного, я молча встал и отправился вслед за ней.

Шли мы достаточно долго. На нас косились, но подойти никто не рискнул. Сначала я подумал, что из-за меня. Как-никак 190 см роста. Но, присмотревшись, заметил, что опасаются как раз Хиону. Причем почти открыто плюют ей вслед, но лезть на рожон опасаются. Добравшись до пустыря, я потерял Хиону из виду, а в следующую секунду увидел смазанную тень сзади, и снова удар и очередная потеря сознания. Правда, в этот раз период был недолгим. Судя по ощущениям, прошло едва ли больше получаса. Правда, если в будущем количество ударов по моей голове не уменьшится, то, возможно, наравне с аурами я еще начну видеть милых белочек и енотов. Руки и ноги были свободны, тело в относительном порядке, но при этом вокруг было намного темнее, чем в помещении.

– Очнулся?

Хиона обнаружилась в другом конце помещения, она сидела за столом и копалась с каким-то страшным на вид предметом.

– Извини, но мне пришлось тебя вырубить, иначе тебя бы не пропустила защита убежища. При работающем сознании создался бы импульс, который превратил бы тебя в безобидный овощ. Сейчас мы проверим тебя и твой дар, а после я расскажу тебе все, что ты захочешь узнать.

Черных всполохов вокруг ее головы не наблюдалось, но тем не менее меня очень встревожил вид устройства, которое она крутила в своих руках.

– Подойди и сядь на это кресло. Далее я закреплю тебе руки и ноги к специальным каналам – уловителям тока силы. Сейчас я закончу настраивать пилос, прикреплю к нему аккумуляторные кристаллы, и мы запустим процедуру идентификации.

Заинтригованный, я подошел к стулу и сразу же передумал на него садиться. Очень уж он напоминал мне орудие пыток. Эдакая дыба, соединенная со стационарной гарротой. А этот пилос, вдруг у него внутри шипы или еще что-то жуткое?

– Так! Готово! Почему ты не садишься?

Недоумевающий взгляд Хионы почти рассеял мои подозрения, но что-то было не так.

– Все будет в порядке в любом случае! Не переживай!

Вот оно, снова. В ее ауре промелькнули почти незаметные черные полосы, она слегка недоговаривала, но мой сканер не подвел. Правда, мне это не особо помогло.

Увидев, что я догадался, что дело нечисто, она, недолго думая, метнулась влево, и не успел я развернуться, как снова вспышка и темнота. Да сколько можно! Я тоже живой человек!

Нельзя же так! Слабый свет пробивается сквозь закрытые веки.

Я сижу, голова запрокинута вбок, и с губ свисает ниточка слюны. Надо бы вытереть, несолидно как-то. Не могу. Руки и ноги скованы, не пошевелить. Прямо передо мной на столе горит свеча. Вполоборота, стараясь не смотреть мне в глаза, сидит Хиона. Рядом с ней, слегка нависая, расположился стройный парень с плутоватым выражением лица.

– Ну что, оклемался?

Тон вроде заботливый, вот только голос… Где-то я его явно слышал. Не могу вспомнить.

– Парень, не спать! Ты готов? Кстати, сейчас будет немножечко больно! Но ты терпи!

– К чему готов? Почему бо…

Я оказался не готов. Очень тяжело описать эту боль. Каждую клеточку моего тела достали, вывернули, рассмотрели под микроскопом и грубо поставили обратно. В мои глаза заливали горячее олово. По моим жилам пустили расплавленную медь, а после того, как она застыла, выдернули обратно. Я был готов к спасительной темноте, готов к потере сознания от болевого шока. Но мои надежды были тщетны. Я не мог сказать, сколько это продолжалось по времени, час-два-сутки. Но закончилось все в один момент, как будто повернули рубильник. Причем, что вдвойне странно, я чувствовал себя посвежевшим и отдохнувшим. Этот незнакомый парень вместе с Хионой бросились снимать с меня пилос и расстегивать связывающие ремни.

– Эрмий, – представился плутоватый парень, широко улыбаясь во все тридцать два зуба.

– Драдедам! Очень приятно! – ответил я старому знакомцу и, крепко пожав протянутую руку, резко выбросил голову вперед, целя лбом в центр подбородка.

Парень явно не ожидал от меня такой прыти и поплыл после первого удара. С удовольствием размахнувшись, добавил правым боковым в скулу и замахнулся левой, но продолжения не случилось. Мою руку играючи перехватила Хиона и спокойно сказала:

– Хватит, вы в расчете. Гермес! Я предлагала подождать со знакомством, предупреждала, что Дамир наверняка запомнил твой голос. Вы квиты. Согласны?

Я кивнул, Эрмий, которого Хиона почему-то назвала Гермесом, недолго думая, кивнул тоже, и мы, вполне довольные собой, повторно пожали друг другу руки.

– Итак, Драдедам! Тьфу ты, пока выговоришь, язык сломаешь. Проходи к столу, поедим и все обсудим. Уверена, тебе есть что нам рассказать. Да и у тебя наверняка уже накопилось достаточно вопросов. Но сперва – ужин!

Что сказать про ужин? О-о-о, это было точно самое необычное, что я ел в своей жизни. И точно не самое вкусное. Брикет серой жижи в старой банке из-под каких-то консервов, которая использовалась вместо тарелки и кружки в одном лице. Грязная противная вода, отдающая тиной и ржавчиной. Причем в этой воде явно плавали какие-то организмы, но я решил не присматриваться, так как жажда меня мучила ужасно. А пить эту воду после того, как я рассмотрю всех ее обитателей, у меня вряд ли получится.

После «королевского» ужина мы расположились на полу, сидя прямо друг напротив друга, и стали задавать друг другу вопросы. И услышанное меня не то чтобы совсем не порадовало. Скорее оно ввергло меня в тихий омут безысходности и растерянности.

Мир под названием Оливерон, в который меня отправил Камул, состоял из мирового океана, посреди которого был всего один материк. Вот только этот материк был даже больше мифической Пангеи, если я правильно понял описание Эрмия. Но что самое удивительное, раньше это был мир без магии, без богов и без людей.

Но однажды, во время какого-то природного катаклизма, произошло столкновение параллельных мировых сфер.

Причем не двух, а сразу трех. И вот в чем незадача.

Из одной сферы, под названием Мекон, в Оливерон вывалился целый божественный пантеон, очень сильно напоминающий греческий, но с примесью многих элементов римской мифологии. Так я узнал, что Камул, который отправил меня сюда, – одно из имен Арея, он же Арес, он же Марс. А Эрмий – это действительно одно из имен Гермеса. И при этом он еще откликается на Меркурия.

Хм. Древнегреческий бог, который отправил меня в нокаут ударом по голове. Мда… Ну а Хиона ни много ни мало полубог. Властительница снега и северного ветра. При этом у меня возник резонный вопрос: почему же они используют обычные способы выведения из строя условного противника? Где же их божественные силы?

Ну а вот тут начинается вторая, самая интересная часть истории. Как я уже написал выше, столкнулись три мира, а не два. И из второго мира, под названием Виралиум, в Оливерон перенеслись все, кто имел в себе хоть частичку маны для управления силой, а это почти все население Виралиума. Маги, из поколения в поколение развивающие в себе искру, чтобы приблизиться к уровню божеств. Владеющие разными гранями магии. Гордые, признающие лишь путь силы и упорства, не готовые прогнуться ни перед чем, кроме Истины. И боги, которые привыкли повелевать и скептически относились ко всем смертным, будь они даже самыми великими колдунами. И, как следствие, не успел еще утихнуть катаклизм, как сразу же разгорелся конфликт между магами и богами. А так как эфир еще не вошел в упорядоченное состояние, то возмущение привело к созданию Пустот Бездны. Это были своеобразные серые зоны, вырванные из других миров и закрытые силовыми барьерами. Выбраться из них удалось считаным единицам, большинство погибало, стоило им туда попасть. А что самое ужасное, в большинстве таких зон отказывали почти все магические и божественные способности. В одну из таких я и попал. А благодарить за это я должен Марса, который решил спасти своего брата Меркурия и его холодную подружку, отправив меня сюда без надежды на возвращение. А с ипотекой все оказалось намного проще: это просто долговая табличка, которую использовали, чтобы забрать имущество должника. В этом мире долг жизни священен.

И если за проигрыш в карты ты еще мог оспаривать сумму ипотеки, то в случае с долгом жизни у тебя могли забрать абсолютно все, включая и саму жизнь. Поэтому Хиона без зазрения совести обшаривала мой бумажник, справедливо считая, что раз она не дала Меркурию убить меня, значит, может забрать все, что посчитает нужным.

А проверка, которую заставили меня пройти, снимала все следящие плетения, ментальные блоки и метки. Обычным способом увидеть они их не могли, а использование божественной силы в пределах Пустоты Бездны не работало. Вот и пришлось провести меня через болезненную процедуру, чтобы быть уверенными, что мне можно доверять.

Мой дар менталиста был не то чтобы очень распространенным, но далеко не самым редким и исключительным.

Единственно, что было непонятно, – как я могу видеть ауры, если мой дар должен быть заглушен.

И судя по хитро блестевшим глазам Меркурия и Хионы, у них определенно имелись на меня планы.

Глава 3

Кружка с кипятком приятно согревала пальцы.

После разговора с моими новообретенными товарищами по несчастью меня на время оставили в покое, выдав комплект минимального жизнеобеспечения, как они его называли.

Он включал в себя странного вида кружку, с двумя ручками и неправильной формы. Что-то среднее между солдатской флягой и китайской супницей. Комплект из трех тарелок разной глубины, ложка, двузубая вилка и маленький котелок.

В довесок шел аналог перочинного ножа весьма паршивой работы, включавший в себя три тупых лезвия разной длины, шило, пластиковую зубочистку и штопор.

В отдельном холщовом мешочке, который я обнаружил в подкладке рюкзака, было огниво, странный кристалл зеленого цвета и солнцезащитные очки с бордовыми линзами.

Назначение большей части предметов было мне понятно, но вот что делать со странным кристаллом и очками?

Покрутив их и так и эдак, я больше ничего не придумал, как пойти за ответами к тем, кто в любом случае находится здесь дольше меня и должен знать назначение этих странных предметов.

– Хиона! – окликнул я девушку. – Можно тебя отвлечь?

– Ну? – неприветливо буркнула та.

Я заметил, что девушка посматривала на меня краем глаза, пока сортировала странные камешки, похожие на тот, что лежал в моем мешке.

– Я не понимаю, что это за камень. И есть вопросы по очкам. Мы собрались на дискотеку?

Хиона смешливо фыркнула.

– Тут все просто. Я думала, ты спросишь про форму кружки или зачем тебе огниво, раз деревьев поблизости нет.

После этой фразы последовал достаточно долгий экскурс в природу так называемых серых зон.

После объединения сфер боги и маги принялись истреблять друг друга, считая, что именно их противники виноваты в произошедшем катаклизме, который объединил три мира в один. Спустя двести лет взаимного геноцида каждая из сторон пришла к выводу, что серых зон становится больше и это как-то связано со взаимодействием божественных и магических сил. Во время перемирия сформировалась исследовательская комиссия. Создателем ее стал один из старейших магов по имени Николя Верилион. Вокруг себя он собрал молодых магов, стремившихся к познанию и исследованиям феномена серых зон. Собственно, высокопарное название – Пустоты Бездны – присвоил им тот же маг. Они не принимали участия в конфликтах, лишь занимались разработкой оборудования для изучения серых зон и отправляли внутрь для изучения различные устройства, собранные на стыке магии и технологии. Серьезному росту их предприятия поспособствовала группа богов, которая, к величайшему удивлению своих собратьев по пантеону, решила присоединиться к исследованиям.

Спустя восемь лет кропотливой работы Николя Верилион уже руководил целым исследовательским предприятием, носящим гордое название научно-исследовательский институт феномена серых зон – Калгоран. Хотя в обиходе чаще всего назывался просто институт Калгоран. Либо просто и незамысловато – институт. Именно Верилион первым выяснил, что магия претерпела серьезные изменения после сопряжения сфер. Труды Николя и его учеников помогли оценить опасность серых зон, снизить частоту их возникновения и даже спасти нескольких застрявших в них богов и магов. Именно это стало решающим фактором, после которого статус Калгорана стал близок к неприкасаемому, а его сотрудники получили привилегии уважаемых и полезных членов общества.

Гера, Артемида и Арес – те боги, что вняли голосу благоразумия на заре становления института и присоединились к Верилиону, – заняли почетные должности проректоров. Должность ректора ожидаемо отошла к архимагу Николя Верилиону.

Именно их совместная работа смогла выявить истинную природу серых зон. В мире греческих богов не было магии в том понимании, в которой ей оперировали волшебники Виралиума. Были полубоги, наделенные частичкой мощи божественного родителя. Были аватары, временные воплощения богов, в которых небожители спускались на землю. Но магии, доступной обычным смертным, в Меконе никогда не было.

А обитатели Виралиума никогда не сталкивались с божественной мощью. Вся их цивилизация была выстроена с помощью магии и науки, зачастую дополняя друг друга.

С незапамятных времен еще первые жители Виралиума научились улавливать токи силы, пронизывающие все окружающее. Следующее поколение научилось оперировать этими токами и дотянулось до первостихий.

Спустя несколько тысячелетий магия уже текла в жилах каждого из жителей Виралиума. Пользоваться силами природы для них стало так же естественно, как дышать.

Грамотно и умело комбинируя научные достижения с магическими изысканиями, жители магического мира вышли на ступень, равную богам. Но при этом они оставались людьми, даже близко не приблизившись к божественной грани. Да, они могли жить долго, некоторые дотягивали до двухсот лет. Но при этом даже помыслить не могли о бессмертии.

Да, они владели лекарским искусством, могли пришить обратно руку или ногу так, что не оставалось даже шрамов.

Но если голову отрубали либо если человек падал с большой высоты, не успев применить заклинание полета, то его жизненный путь на этом обычно заканчивался.

И вот при столкновении этих двух сил, магической и божественной, происходил резонансный выброс.

Создавался проход в один из мертвых миров, так называемая серая зона. Какие-то миры были мертвы тысячи лет. Какие-то – десятки или сотни. А какие-то только находились в процессе распада, судорожной и мучительной агонии.

И если в первых можно было встретить механических конструктов, роботов или искусственно выведенных существ, наделенных псевдоразумом, то в последних все было гораздо сложнее. Там встречались живые организмы, причем всегда настроенные крайне агрессивно. Никакие попытки выстроить коммуникацию или вступить в диалог не дали результатов.

Но это вряд ли стало бы большой проблемой, если бы не одно «но» – магия. Родные и безотказные способности не действовали ни в одной из серых зон. Божественная мощь тоже исчезала, как будто ее никогда и не было. Единственное, что работало везде и всегда, – это артефакты. Причем только те, что были найдены в слепых пятнах. Любые попытки сделать своими руками аналоги не увенчались успехом.

На этом моменте у меня возник закономерный вопрос: как вообще люди узнали о том, что происходит внутри серых зон?

Оказалось, побывав в них и вернувшись обратно.

Не все серые зоны были одинаковы. Условно их было принято делить на пять типов.

ТИПЫ СЕРЫХ ЗОН

1. Детская зона

Самая безопасная и непримечательная из всех зон.

Отличается от остальных полным отсутствием форм жизни.

Чаще всего представлена безветренной равниной.

Вероятность наличия артефактов – нулевая.

Силовые поля минимальной мощности способен преодолеть даже ребенок. Ключевой особенностью является то, что при наличии конфликта божественных и магических сил в непосредственной близости от зоны велика вероятность перехода серой зоны из типа Детской в зону второго типа, Взрослую серую зону.

Официально зарегистрированных зон – 396 шт.

2. Взрослая зона

Условно безопасная зона со следами жизнедеятельности разумных существ. На территории могут находиться опасные для жизни гравитационные, стихийные и пространственные аномалии. Своего местоположения аномалии не меняют, не растут, всегда находятся в строго очерченных границах.

Вероятность наличия артефактов – низкая.

Силовые поля средней мощности способен преодолеть взрослый подготовленный мужчина.

Официально зарегистрированных зон – 92 шт.

3. Зона старейшин

Крайне опасная зона. Встречаются подвижные аномалии разных типов. Возможны контакты с иномирными сущностями.

Вероятность наличия артефактов – высокая.

Преодоление барьера крайне затруднительно.

Прокол осуществляют при артефакторной поддержке и предварительной накачке проходчика стимуляторами.

Возврат из такой зоны возможен только при содействии обратной стороны. Осуществление возврата происходит в строго отведенное время в месте первого прокола.

Попытки возврата принимающей стороной осуществляются в одно и то же время, каждые 72 часа. Если в течение трех попыток возврата положительного результата не достигнуто, испытуемый считается погибшим. Последующие попытки не проводятся ввиду чрезвычайной дороговизны расходного оборудования. Если более трех проходчиков подряд не смогли вернуться в установленные сроки, зоне присваивается статус Реликтовой зоны, несмотря на более слабое излучение.

Официально зарегистрированных зон – 24 шт.

4. Реликтовая зона

Самая опасная и загадочная из всех зон, куда ступала нога проходчика. Делится на два типа – естественную и присвоенную.

Присвоенная – бывшая Зона старейшин, в который пропали без вести три и более проходчиков подряд.

Естественная имеет максимальную плотность силовых полей из всех, что получилось преодолеть проходчикам.

Для создания прокола используются одноразовые конструкты, созданные в институте Калгорана путем переработки сотен добытых ранее артефактов, пропитанные магической и божественной мощью. Создание прокола для проходчиков осуществляется раз в год в одном и том же месте.

Из 26 экспедиций в Реликтовые зоны успешными оказались только две.

Вероятность наличия артефактов в естественной реликтовой зоне – 100%. Вероятность наличия осколков цивилизации в естественной реликтовой зоне – 100%.

Вероятность наличия живых существ в естественной реликтовой зоне – 92%.

Официально зарегистрированных естественных Реликтовых зон – 4 шт.

5. Зона Ариадны

Количество известных зон – 1 шт.

Количество успешных проколов силового поля – 0.

Аномалии – неизвестно.

Артефакты – неизвестно.

Живые существа – неизвестно.

Единственная зона, находящаяся на стыке земель богов и магов.

Образовалась в результате одного из крупнейших сражений между противоборствующими фракциями. В результате яркой вспышки при образовании произошел эффект многократного увеличения гравитационного притяжения вокруг барьерной зоны, схожий с притяжением черной дыры.

Боги и маги, находившиеся в опасной близости к эпицентру новообразования, просто исчезли.

Без вести пропали лидеры обеих фракций вместе со своими свитами. Их судьба остается неизвестной и по сегодняшний день. Глава пантеона богов Юпитер и верховный архимаг волшебников Мерлин, два сильнейших существа в трех сопредельных сферах, имеющие множество имен и известные в мириадах вселенных, просто исчезли, и их дальнейшая судьба по-прежнему неизвестна.

Неоднократно институт Калгорана отправлял экспедиции, укомплектованные новейшими измерительными приборами и мощными артефактами. Сперва по десять экспедиций в год, потом по пять, а потом по одной. В настоящее время экспедиции собирались раз в пять лет. И после очередной неудачи все последующее время посвящали выработке новых концепций и проверке теорий, чтобы спустя время с новыми силами утвердиться на штурм твердыни, чье имя – Зона Ариадны.

Что касается Меркурия и Хионы, эти двое решили отправиться Зону старейшин от скуки.

Купили у менялы старую карту и пошли доказывать всем свою силу и превосходство.

Видите ли, Арес дал им разрешение только на посещение Детских и Взрослых зон, а они считали, что с легкостью пройдут любую из них. Вот только при переходе божественная сила сделала пассаж ручкой, а на одном умении тыкать кинжалом и быстро бегать далеко не уедешь. Вот так и попали они в Старую зону.

А о том, что эта старая Зона старейшин уже давно стала реликтовой, они понятия не имели.

Оставался только один вопрос: почему могучий Марс, он же бог войны Арес, он же незнакомец в парке по имени Камул, решил, что менеджер по продажам сможет справиться с тем, с чем не смогли справиться боги?

И только задав себе этот вопрос, я ухватил за хвост мысль, что крутилась на краю сознания.

Почему мой дар псионика, который никак не проявлял себя в моем родном мире, вдруг открылся здесь?

И что с ним будет, когда я отсюда выберусь?

А в том, что я выберусь, я практически не сомневался.

Ведь в моей голове медленно вызревал определенный план.

Осталось только претворить его в жизнь…

Глава 4

– Чтобы не ослепнуть от красоты Хионы? Ты серьезно?!

– Сме-ээ-шноо жэ-ээ!

Я в третий раз попытался выяснить, издевается надо мной этот напыщенный балагур или говорит абсолютно серьезно.

– Анастас, ты знаком с анекдотами категории Б?

– Нэ-э-э-э-эт!

– Теперь знаком, я повторяю тебе еще раз: ЭТО! НЕ СМЕШНО!

– Смэ-э-эшн-н-н-о!

Этот сатир однозначно доведет меня до могилы.

Все началось ранним утром, когда мы решили отправиться за запасами кристаллов лечения. Одним из них как раз оказался тот невзрачный зеленый камешек, который оказался в моей сумке. Вкратце объяснив его предназначение – это малый артефакт восстановления, – Гермес быстрым шагом забрал свой рюкзак, кивнув нам на оставшиеся, и поспешил к выходу. Я был не в том положении, чтобы задавать вопросы, и просто глазел по сторонам. Безлюдные улицы чередовались с пустырями. Изредка вдалеке мелькали небольшие группы людей, спешившие скорее убраться из нашего поля зрения.

Как мне объяснила Хиона, в серых зонах действовал только один закон – кто сильнее, тот и прав. Все уставы, правила и моральные принципы оставались по ту сторону силовых полей.

Единственное непреложное правило, которое соблюдали почти все, – это свободный водопой. Та самая зона, в которой я впервые появился в этом мире. И несмотря на это, местные жители всегда старались максимально быстро наполнить свои тары водой – и скорее покинуть зону, в которой более сильные смотрели на них как на потенциальных жертв. И нельзя сказать, что эти опасения были напрасны. У некоторых отморозков действительно существовала такая практика: проследить за своей жертвой до выхода с нейтральной территории, а затем жестоко расправиться и поживиться тем, что было у несчастных. Теперь, присматриваясь к окружающим, которые волей случая оказывались недалеко от нас, я видел, что далеко не все из них люди. Кого-то выдавал рост, кого-то цокот копыт, ну а кто-то вообще скользил над землей в бесформенном балахоне. Пройдя две условно безопасные площади, мы подошли к старой, ссохшейся избушке, стоящей на отшибе, но явно обжитой.

Мусор был сметен с крыльца в сторону дороги, а входная дверь была модернизирована двумя приколоченными стальными листами с оставленной смотровой щелкой.

Гермес с опаской подошел к двери и отбил по ней замысловатую дробь.

– Катись в Бездну, отрыжка Аида!! И дружков с собой забери!

Нимало не удивившись, сын Зевса начал методично стучать в дверь ногой.

– Залазь обратно в свою мамашу и никогда не пытайся родиться снова!

Гермес, нимало не смущаясь, продолжал колотить в дверь, пока она не распахнулась настежь и оттуда на нас не воззрился красный от злости обладатель козлиных ног. Увидев Гермеса, он обрадованно взмекнул и рванул обратно в дом, чтобы через секунду появиться с огромной шипастой дубиной. Тут он заметил нас и растерянно опустил дубину.

– Хио-о-он-н-на! Милая моя! Неужели ты наконец решила бросить этого выкормыша циклопа и выйти за настоящего мужч-ч-чи-и-и-ину?

Учитывая резкую перемену его настроения, попытку расчесать кудрявые волосы и стать более галантным, этому козлоногому явно импонировала моя давешняя спасительница.

– Хиона, – не унимался балагур. – А что это за неуклюжий аноитос рядом с тобой? Он будет свидетелем нашего брака? Или, может, он претендует на тебя сам? Или хочет поучаствовать? М-м?

После этой фразы сатир кинул на меня томный, по его мнению, взгляд и многозначительно поиграл бровями.

Сказать, что я был в ступоре, – это ничего не сказать.

Зато Гермес отреагировал как-то очень равнодушно, просто бросил короткое «Скорее, Анастас, опаздываем».

Рогатый молниеносно повернулся к нему.

– Принес?

– Отдай ему изумруд!

Дитя Олимпа уставилось на меня требовательным взглядом.

– К-к-какой еще изумруд?

– Тебе вчера выдали, в комплекте.

Я окончательно перестал что-либо понимать в происходящем и просто растерянно переводил взгляд с одного на другого. На помощь пришла Хиона.

– Малый лечебный артефакт зеленого цвета, в простонародье изумруд. Средний лечебный артефакт желтого цвета – цитрин. Большой лечебный артефакт красного цвета – рубин.

Ну что же, не мое – и отдавать не жалко.

– Держи на здоровье! – и с этими словами протянул сатиру камень.

Тот, недолго думая, закинул его в рот и аппетитно захрустел.

Смотря на мое удивленное лицо, все-таки решил снизойти до объяснений:

– Пили мы вчера с твоим божественным другом. Бражку здесь делают отменную, научились гнать с грибов подземных. В голову шибает на ура. Вот только похмелье от нее мерзкое, дня два держит, зараза. И тут либо терпеть, либо вот так расходовать лепесток.

– Еще одно название зеленого артефакта лечения, – пояснил Гермес.

С сатиром же действительно происходили изменения.

На мгновение окутавшись зеленым свечением, он с облегчением выдохнул. Пропали красные сетки лопнувших капилляров вокруг глаз, с кожи пропал синюшный оттенок, на глазах побледнел и исчез потемневший фингал под правым глазом.

Даже козлиная бородка приобрела более опрятный вид.

С облегчением выдохнув, Анастас блаженно мекнул и выдал:

– Отправ-лляяя-емся?

Гермес коротко кивнул и бросил ему мешок, который непонятно когда успел забрать из дома сатира.

– За мной! – коротко бросил небожитель и быстрым шагом направился к выходу со двора. Но не успел он сделать и пары шагов, как прямо перед ним в землю воткнулась стрела.

Оперение ярко-белого цвета качалось на ветру, а вокруг места попадания стрелы расползалось ядовито-зеленое пятно.

С неожиданной резвостью Гермес отпрыгнул в сторону, изрыгая проклятья и крутя головой, выискивая стрелка. Словно из ниоткуда прилетели еще две стрелы, каждая из которых заставляла жителя Олимпа в ужасе отпрыгивать в сторону. На месте попадания новых стрел разливались такие же зеленые пятна, которые подсознательно внушали опасение.

– Филоктет! Я знаю, что это ты! Остановись, давай поговорим!

Никто не показывался, но стрелы лететь перестали.

– Филоктет, мне действительно очень жаль, что прошлый раз так получилось, я действительно должен был уйти.

Вылетевшая из окна соседнего дома стрела воткнулась в столб, содрав прядь волос Гермеса. Совсем не по-мужски взвизгнув, Гермес отпрыгнул в сторону, спрятался за соседним столбом и продолжил увещевания:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.