Утюги Кайзера
Идеальный Российский императорский флот
Алексей Николаевич Кукушкин

© Алексей Николаевич Кукушкин, 2025

ISBN 978-5-0065-4058-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

В предыдущие три года Российская империя, в данной реальности, почувствовала свою силу на суше и море, а также утвердился настрой офицеров и нижних чинов, как победителей, в армии и на флоте. Благодаря энергичным действиям на всех театрах военных действий, удалось поставить на место зазнавшегося императора Франца Иосифа, путем не только отторжения у Двуединой монархии провинции Богемия и Моравия – индустриального центра империи Габсбургов, но и получилось уничтожить с таким трудом созданный флот Австро-Венгрии.

Благодаря слаженной работе всей государственной машины Российской империи, отсутствия непродуманных решений, искоренения коррупции и минимизации проволочек, при принятии решений и различного рода согласований, удалось модернизировать, имеющиеся у Российского императорского флота, все десять броненосцев, до достижения ими скорости в 18 узлов, а также бесперебойно финансировать ведущиеся научно-технические разработки.

В области внешней политики, у Российской империи появились два верных союзника, в лице Норвегии и Чили, каждой из которой, соизмеримо с их заказами, строятся новые корабли и обучаются команды. Вытянутой вдоль Скандинавского полуострова, с севера на юг, стране строятся четыре броненосца и пять броненосных крейсеров с дополнительными четырьмя бронепалубными, а государству Чили, расположенному вдоль Тихоокеанского побережья Южной Америки, строятся всего лишь шесть миноносцев, но президент этой страны, проводит независимую от Лондона политику, а это обстоятельство уже, само по себе большое достижение в конце 19 века.

Для судостроительной промышленности Российской империи во Владивостоке сооружается не прото док, а целая судостроительная верфь, оснащенная малым каменным эллингом, способная строить современный боевой корабль, водоизмещением до 5000 тонн. Многое предстоит сделать, так как броненосные крейсера Российской империи, в количестве четырнадцати единиц (восемь типа «Минин» и шесть типа «Адмирал Нахимов»), совершенно не модернизированы, по окончании войны с Австро-Венгрией, где установилась демократия, и имеют не только низкую по меркам 1893 года скорость в 17 узлов, но и их орудия стреляют дымным порохом. Что касается бронепалубных крейсеров типа «Ярославль», построенных в количестве четырех единиц и шести канонерских лодок типа «Кореец», то ситуация с ними аналогична с крейсерами броненосными. Силы Кронштадтского порта и Николаевского адмиралтейства были полностью задействованы на ремонте поврежденных в боях кораблей и модернизации броненосцев.

К сожалению, на Балтийском море, Германская империя уверовав в мощь своей промышленности и сухопутной армии стала вести себя вызывающе и устраивать не только провокации, но и всячески сокращать внешнюю торговлю, устраивая даже экономические диверсии, с обесцениванием национальной валюты Российской империи.

Император Александр III велел своим подчиненным спуску кузену Вилли не давать и на все провокации жестко отвечать. Генерал-адмирал Алексей Александрович тоже настроен весьма решительно. Что из этого получиться, расскажет эта книга…

1893 год

Холодный и промозглый январь в Кронштадте встречает вмерзшие на рейде корабли с Андреевскими флагами, снегом и льдом. Они абсолютно беспомощны, так как вокруг, куда хватает глаза располагается ледяная пустыня вызывающая уныние и чувство обреченности Но внутри кораблей тепло и уютно, правда пахнет машинным маслом, углем и кое-где сыростью, но это куда лучше, чем на улице.

В Либаве, расположенной у самой границы с Германской империей, ситуация получше. Порт еще не полностью оборудован, но в нем уже дымит своими трубами 1-я бригада броненосцев Балтийского флота и приданная им в помощь, в качестве разведчика, крейсер-яхта «Светлана». В роскошном адмиральском салоне данного крейсера и состоялся разговор между Генерал-адмиралом Российского императорского флота и его «правой рукой»:

– Ваше Высокопревосходительство, – обратился к сорокатрехлетнему Алексею Александровичу прибывший управляющий Морским министерством Чихачев Николай Матвеевич, старше его на два десятка лет, – Вы представляете, наша армия, в прошлой войне, Галицию лишь по недоразумению не захватила, а там сейчас нефть нашли! Вот мы опростоволосились. Второе Баку можно было там сделать.

– Зачем подчиненным Франца-Иосифа нефть? Флот у них все равно весь утоплен, да и ходит он на угле, как и раньше, разве что продавать во Францию и Англию? – ответил Великий князь и покрутив в руке какую-то штуку спросил у Чихачева, – ты мне лучше объясни, зачем у нас на флоте нужны эти дальномеры француза Люжоля? Неужели наши комендоры попасть не смогут прицеливаясь на глаз?

– Смогут Ваше Высокопревосходительство, но лишь в том случае если дальность невелика, а если дистанция до врага средняя, то помощь данного прибора неоценима, а вполне сопоставима со стоимостью пяти снарядов 12-дм калибра, который броненосец в белый свет, как в копеечку высадить способен. С данным же прибором, не один-два снаряда, из сотни, попадет в неприятеля, а четыре-пять, что эквивалентно удвоению числа крупных орудий в нашем флоте.

– Ну я так и рассудил, и заказал их, на все броненосцы и крейсера нашего флота, хоть и дорого вышло, но дело того должно стоить.

– Что скажете на счет моего проекта крейсера-рейдера с дальностью в 7200 миль? – поинтересовался Николай Матвеевич.

– Мне не нравиться, что у него кормовой башни нет и эффективность машинно-котельной установки лишь 70 процентов, а значит, говорить о реальности заявленной дальности преждевременно, – ответил Алексей Александрович знающий морское дело на отлично и владеющий информацией, для чего его подчиненному лоббировать корабль с огромной дальностью плавания, – давай верфь освободиться и заложим по новым проектам сразу два или три таких корабля, а в случае обострения отношений, с какой либо страной, морские сообщения с другими странами, отправим их на коммуникации, перехватывать контрабанду и служить стражами наших интересов.

– Вы как всегда мудры и рассудительны, – подлизался перед патроном опытный царедворец, чувствующий когда надо что сделать – Чихачев, но неудовлетворенный тем, что проект, суливший немалые барыши, положен, в данный момент, под сукно.

Марка Верхней Вольты 1931 года, посвященная Парижской колониальной выставке

– Расскажи мне лучше Николай Матвеевич, что за колония Верхняя Вольта и где она находиться, за которую французы положили две тысячи своих солдат, против четверти сотни тысяч туземцев?

– Так она обычная африканская колония, расположена рядом с французским Суданом и берегом Золотой кости, население составляет около двух миллионов человек, правда доход всего до ста тысяч рублей в месяц, ничего особенного, – ответил управляющий Морским министерством, размышляя, дойдет ли его рейдер в Эфиопский океан¹ без дозаправки.

– Мне тут один знакомый рассказал, – не унимался Алексей Александрович, решивший вырваться из плотного круга, окружавших его балерин и танцовщиц, чтобы посвятить себя службе на флоте и развитию Российской империи, – что площадь Африки сопоставима с площадью Сибири, раньше на ней было множество городов, о чем свидетельствуют старинные карты, а сейчас все это под песками находиться.

– Правду Вам рассказали, Ваше Высокопревосходительство, – порадовался Николай Матвеевич за осведомленность патрона, к которому с годами пришла и мудрость, или только еще начала приходить, точно было не очень понятно, – площадь Африки, составляет три десятка миллиона квадратных километров, если пользоваться единицами которые ввел Наполеон, так что она вполне сопоставима с площадью Российской империи, а то обстоятельство, что на карте кажется по другому, так потому, что черный континент в центре карты находиться, а наша держава в северном полушарии отображается на большинстве карт и как бы растягивается на бумаге.

– Про города ты мне не рассказал. Правду мне сказали или слукавили?

– Самые ранние известные нам города Африки возникли вокруг долины Нила, – продолжил Чихачев, – например, Александрия была основана в Египте в 331 году до нашей эры. В Африке южнее Сахары города начали возникать уже в эпоху Великих географических открытий, преимущественно как военные опорные пункты и торговые (в том числе работорговые) базы. Между 700 и 1600 годами нашей эры города в западноафриканской саванне возникли в результате транссахарской торговли. Одними из наиболее известных были: Кумби Салех, Тимбукту, Дженне и Гао. В лесном регионе Западной Африки города возникли у народов: йоруба, фулани, хауса, а также в империи Ашанти и королевстве Бенин. Помимо того, что они были коммерческими и политическими центрами, они работали и как духовные центры. В Северной Африке города появились очень давно, например, Карфаген, крупные городские центры эпохи Римской империи.

– Ты мне эту новую историю, которые французы придумали, а мои родственники поддержали, не втирай, я то знаю, что города в Африке были давно и неотличимые от тех, что были и в Европе, но обломки кометы Биелы², которая ещё в 1846 году была хорошо видна с Земли, но потом распалась на два фрагмента, которые и обрушились на нашу грешную землю. Последний раз комету видели в 1852 году, когда мне два года отроду было. В ноябре 1872 года, вскоре после пересечения Землёй орбиты кометы, наблюдался в небе крупный метеорный поток, который повторялся во все последующие годы. Вот в период с 1855 по 1865 всю землю сперва глиной засыпало, а потом и песком.

– Ваше Высокопревосходительство, когда Вы были юны, я все это сам видел и с лопатой всех кого мог спасал, давайте обсуждать наши военно-морские темы, ведь именно за это империя платит мне жалование.

– Правду говорят, что французы персам три миноносца продали, типа Epieu («Копье»), а англичане грекам три бронепалубных крейсера типа Flower («Цветок»)? – умело перевел тему великий князь, сын Александра II.

– Это Вам лучше знать, так как Вы в Париже, и других городах Французской республики, чаще бываете, но возможно, они не новый продали, а из состава своего флота, что бы построить себе дополнительный, да еще в наваре остаться, или разработку для флота корабля нового проекта ускорить?

– Может и нам так надо сделать?

– Что Вы имеете ввиду? – не понял сразу Николай Матвеевич.

– Продать корабль, из состава Российского императорского флота, а себе заказать новый, для постройки на отечественных верфях.

– Подобного отродясь не было, но мы живем во время перемен и почему бы нет? Избавимся от корабля старого проекта, построим новый, с тем же названием, пусть все головы ломают как мы с Вами смогли при модернизации корабль больше сделать. Прослывем настоящими волшебниками. Вон американцы взяли и списали, два миноносца 1887 года постройки, продали в соседнюю Колумбию, а им всего шесть лет, как приняли на вооружение. Сейчас строят себе модели с большей скоростью хода и большим количеством аппаратов для пуска мин.

– Надо перенимать опыт у наших европейских коллег, – предложил генерал-адмирал, – германцы сделали подобным образом, и они не только списали пятилетний миноносец S-6, но и целый древний бронированный фрегат «Нассау», который им еще англичане строили, броненосец 2-го ранга «Лимбург», собственного изготовления и безбронный крейсер «Карлсруэ», изначально предназначенный для колониальной службы.

– Какие корабли конкретно из состава Российского императорского флота Вы имеете ввиду? – решил уточнить Николай Матвеевич, чтобы случайно не то что имеет в виду великий князь не продать с молотка.

– Например корабль «Гангут», о котором ходят противоречивые мнения, – чуть задумавшись сообщил Алексей Александрович, – он только прибыл в Либаву, а далее на север, ему путь преграждают льды, так что он до весны пробудет в нашем незамерзающем порту.

– Пошлите контр-адмирала Степана Макарова, пусть он обследует корабль и выскажется, модернизируем мы его или продаем?

Младший флагман Практической эскадры Балтийского флота, получив приказ от генерал-адмирала, за подписью управляющего Морским министерством незамедлительно отбыл по железной дороге из Санкт-Петербурга до Риги, а затем, и до единственного на Балтике незамерзающего порта, который еще только фактически создавался – Либава. Порт хоть и был весьма близок к границе с Германской империей, но его географическое положение и климатические особенности заставляли государство вкладывать в него средства. Об обороне при начале войны с соседом, в данном случае, никто не думал, так как в случае обострения обстановки, император и его генералы планировали только наступать и наступать, как на суше, так и на море.

В порту, на борту только что пришедшего из похода корабля, Макаров застал, своего старого друга, – Николая Илларионовича Скрыдлова, выполняющего обязанности командира броненосца «Гангут». Степан помнил, что именно на этом корабле он вступил в свой первый бой, произошедший в Адриатике и вышел на бой отчаяния 14 сентября, когда враги превосходили числом в разы.

– Как прошел дальний переход? – поинтересовался Макаров, у капитана 1-го ранга.

– Все благополучно Степан Осипович, даже обогнал «Генерал-Адмирала» и «Минина», они сейчас где-то у Гетеборга идут, а я уже здесь, что говорит, как о лучшей выучке моей машинной команды, так и исправности техники, – похвастался Николай Илларионович.

– Надо бы их корабли, как прибудут, ставить их на модернизацию, котлы заменить точно, а машины подремонтировать. После чего, отправлять во Владивосток, там империя Цин голову поднимает, да и империя Микадо не дремлет. У первой уже имеется два броненосца, тридцать одна канонерка Рендела³, три бронепалубных крейсера английской постройки и сорок шесть миноносцев, а у империи расположенной на островах: броненосец, пять малых броненосных крейсеров французской постройки, чертова дюжина бронепалубных и два звена по восемь миноносцев в каждом. Вполне грозная сила для Сибирской флотилии, так как в ней сейчас числятся: паровая шхуна «Тунгус», каботажный пароход «Силач», а также коммерческие океанские пароходы: «Москва», «Петербург», «Россия», «Владивосток», которые предполагается использовать в качестве вспомогательных крейсеров. Сейчас они задействованы в качестве транспортных судов.

Капитальный ремонт канонерской лодки в Шанхае

– Значит требуется у наших кораблей, которые будут базироваться на Владивосток, уделить первостепенное внимание противоминной артиллерии. Отличным вариантом вижу 47-мм орудие системы Кане, – подсказал Скрыдлов, – у наших систершипов в Кронштадте, что уже установлено?

– Ремонт их практически завершен, в следующем месяце будут готовы, – детально стал рассказывать Степан за чаем, поданным в каюту капитана вестовым матросом, – самое главное, перебраны машины, улучшены котлы и подобран верный шаг винтов.

– Что это дало? – спросил Скрыдлов употребляя чай с сахаром «в прикуску».

– Скорость крейсерского хода возросла с 7,7 узла, до 9,4, что не только позволило проходить в сутки на 40 миль больше, но и дальность увеличить на 900 миль.

– По бронированию предпринято что либо? – не унимался капитан 1-го ранга, так как чая и сахара на корабле, для него, было неограниченное количество, чем он и пользовался без зазрения совести.

– Нос и корма остались без броневого прикрытия, зато палуба стала непробиваемой толщины в 3-дюйма, – ответил Макаров.

– Броня подобной толщины, тем более горизонтальная, отличная защита, – согласился Скрыдлов, – помниться мне я, осматривал канонерскую лодку «Кубанец», ту самую, что затопила броненосец Jasomirgot. Так ей в палубу 12-дюймовые фугасы прилетали, и ничего, канонерка на плаву, а австрийский броненосец на дне.

– Тогда, как сможете, по навигационным данным, жду Вас в Кронштадте, чтобы те же матера, которые работали над двумя «императорами» занялись и Вашим кораблем.

– Я слышал, плата за увеличение скорости до 18 узлов, на кораблях, которые изначально для этого не предназначены, обошлось весьма дорогой ценой, так как был убран не только носовой и кормовой броневые пояса, но и все четыре 9-дм/30-калиберных орудия⁴?

– Вы прекрасно осведомлены, – согласился Степан Осипович, – но основываясь на опыте борьбы с Австро-Венгрией, могу утверждать, что орудия подобного калибра не эффективны, а также весьма не точны, уже на средних дистанциях ведения артиллерийского огня.

– Согласен с Вами Ваше превосходительство, у кораблей ходивших под флагом двуединой монархии, присутствовали на вооружении подобные артиллерийские системы и попадание из них снаряда броня, толщиной в 12-дюймов «компаунд», просто не замечает, более того, крейсера и миноносцы тоже остаются на ходу, после таких «подарков» от неприятеля. Удары для безбронных кораблей чувствительные, но совсем не смертельные, а для броненосцев даже не опасные.

– Вот я и решил их убрать, чтобы увеличить количество 6-дм/35-калиберных орудий, так как их 70-кг, бронебойный и 46-кг, фугасный снаряды, та еще проблема для многих врагов.

– С радостью, как смогу, встану на модернизацию на своём «Гангуте», – согласился Скрыдлов, – что еще можно поставить на корабль, чтобы он обрел новую боевую мощь и чего нет на двух императорах?

– Станцию оптического дальномера Люжоля можно поставить, броню стальную, что даст выигрыш в двести тонн. Но так как она прочнее, нежели «компаунд», то появляется возможность основной броневой пояс сделать стальным, толщиной 10-дюймов, а поверх поставить 5-дюймовый, так называемый «верхний броневой пояс».

– Недостаточно данных мер и толщины, – сказал Макаров, – лучше убрать с броневой палубы один лист толщиной в 1/2-дюйма, пусть там будет 2 1/2- дюйма стали, но борт сделать из 11-дм стали, верхний броневой пояс 5-дюймов, башни тоже 5-дюймов стали и казематы 6-дм орудий тоже стальные.

– Надеюсь башни под 12-дм орудия прикрыты 12-дм броней, а не 10-дм, так как в крайнем бою, у броненосца «Екатерина II», как раз и была выведена из строя, двумя прямыми попаданиями, башня с одним 12-дм орудием, которые и мне Вы хотите установить.

– Все так и будет, ведь Ваши возможные противники теперь не быстроходные Австро-Венгры, а утюги Кайзера, броненосцы сотворенные из металла, полученного у Круппа.

– Что если уголь заложить не нормальный запас в 1255 тонн, а в перегруз, гораздо больше.

– Дальность возрастает до 5400 миль, и мы сможем дольше в море находиться, без пополнения запасов угля, – озвучил идею Макаров, потом задумался, зачеркнул что-то карандашом в своем блокноте, посчитал, бормоча себе под нос: «ставим третью дымовую трубу, мощность машин возрастает до 9500 на каждую», и уже вслух объявил: «В случае установки еще группы котлов, экономический ход возрастет на узел и дальность составит 6500 миль, больше чем у крейсера, броню пояса убавим до 10 1/2-дюйма, верхний, башни и казематы по 5-дюймов стали.

– Отличный проект, – согласился командир «Гангута», – Вы сами до этого дошли или обучались у кого?

– Мне самому нравиться во все вникать и разбираться, но и умных людей всегда слушаю, книги выписываю и читаю, да и сам люблю бумагу замарать, – ответил Степан Осипович, – сейчас все запишу и поеду ходатайствовать перед генерал-адмиралом и управляющим Морским министерством, чтобы все мои три броненосца передели под мой новый проект.

– Не слишком ли много проектов было за предыдущие три года? Ведь этот уже четвертый?

– Первый был обусловлен тем, что мы банально не могли догнать броненосцы Двуединой монархии, что было до соплей обидно, а целью второй модернизации стало то, что дальность была весьма незначительна, но в данном проекте она увеличилась уже в два раза, относительно первоначального проекта!

– Надеюсь, мой «Гангут» модернизируют не по предыдущему типу, а по тому, который мы сейчас тут карандашом записали, – произнес капитан 1-го ранга Скрыдлов, – конструктора в порту Кронштадта Ваши каракули разберут? Не сочтут за бред сумасшедшего?

– Они у меня и не такое разбирали, не поймут, втолкую, а сейчас честь имею, убываю с Вашего корабля и отправляюсь в обратную дорогу, передайте всем 633 членам экипажа мое удовольствие постановкой службы на завтрашнем подъеме флага, а сейчас извините спешу, – контр-адмирал собрал бумаги в кожаный портфель и удалился должным образом не попрощавшись, так как сильно был занят своими мыслями.

В феврале, младший флагман Балтийского флота – Макаров, удостоился аудиенции у управляющего Морским министерством, и когда из кабинета Чихачева вышел распорядитель сразу всех трех верфей Санкт Петербурга – Михаил Ильич Кази, вошел к шефу в кабинет:

– Здравствуйте Николай Матвеевич, – поздоровался Степан Осипович и услышав, ответное приветствие, продолжил, – я в прошлом месяце накидал план очередного улучшения кораблей своей 2-й бригады Практической эскадры, не изволите ли ознакомиться и претворить их в металле, благо технические возможности нашей страны данное действие произвести позволяют?

– Дело нужное и хорошее, давай погляжу на твои чертежи, – указал на стол и стул управляющий Морским министерством, хоть и старый мужчина, но глаза у него горели как у молодого.

Он внимательно стал разглядывать чертежи, бормоча себе под нос: «Третья дымовая труба удачно вписалась, значит добавляется еще одна кочегарка, повысилась крейсерская скорость, дальность повысилась, вместе с ней и осадка, броню меняем на стальную, с палубы снимаем один лист в 1/2-дюйма и оставляем 2 1/2-дюйма, аппараты для пуска мин обратно ставим, которые мы ранее сняли, наверняка на складах так еще и хранятся».

Когда Николай Матвеевич закончил знакомится с проектом он обратился к Степану Осиповичу: «Ты хороший моряк Макаров, храбрый контр-адмирал, победивший врага, как у Босфора 22 апреля 1891 года, уничтоживший броненосцы „Монарх“ и „Эрнст“ с пятью броненосцами береговой обороны, так и в другом бою, где твои подчиненные утопили эскадренные броненосцы „Арпад“ с „Фредериком“ и два броненосных крейсера. Это были славные победы Российского императорского флота. Враг в первом сражении потерял до пяти тысяч моряков, а мы „Адмирала Нахимова“ – флагмана вице-адмирала Шмидта, а во-втором бою, у австрийцев погибло три тысячи моряков, а у нас „Лейтенант Ильин“ со всей командой, отправился рыб кормить. Но ты ничего не видишь дальше своего носа в виде трех вверенных тебе броненосцев».

– Что Вы имеете ввиду Николай Матвеевич? – удивился Степан Осипович, пришедший со здравым предложением, а встретивший недружелюбный прием выстраданной им идеи.

– Австро-Венгрию мы победили, это здорово, но вот американцы с испанцами до сих пор воюют, замириться не могут, так как гордыня каждого из них обуяла.

– Как Вы можете говорить о стране, как об отдельном человеке? – решил уточнить Макаров, чтобы лучше понимать логику престарелого управляющего, лучшие годы которого были позади.

– Слышал ты, что либо, про эгрегоры⁵? Именно они, являются коллективным разумом, который находиться над: страной, флотом, отдельно взятым кораблем или просто группой лиц. Вот и в данной ситуации дух всех американцев воплотился в американском эгрегоре, а дух всех испанцев воплотился в их сверхразуме. Эгрегоры борются между собой, бросая в топку противостояние не только людей и войска, но и целые корабли, как военные, так и транспортные, вот и эгрегор Российской империи взял да растоптал таковой у Австро-Венгрии.

– Давайте лучше обсудим дела на театре военных действий, между американцами и испанцами, – предложил младший флагман Балтийского флота.

– Янки захватили два транспорта в Атлантике, а идальго четыре транспорта у своих баз в Карибском бассейне. Из этого можно сделать вывод, нам требуется развивать крейсерские силы, как наиболее предпочтительные для нанесения ущерба неприятелю.

– Я слышал, что чилийцы хотят построить на наших верфях три крейсера типа «Лейтенант Ильин», так как они впечатлилась, как один минный крейсер, сперва дал залп из трех аппаратов одного борта, потом развернулся и дал залп из аппаратов второго борта, разом утопив броненосец Австро-Венгрии 1-го класса. Это было просто эпично и потрясающе!

– Сколько предлагают за наш минный крейсер, отлично показавший себя в настоящем морском сражении?

– Предварительно 3/4 миллиона предоплаты и почти 4 миллиона доплаты, после достройки, которая должна случиться, через восемь месяцев, – поделился информацией Николай Матвеевич.

– По моему мнению требуется соглашаться, и загрузить заказами наши небольшие судостроительные заводы, такие как: верфь Клейтона в Або, которая сможет построить два крейсера и Ижорской завод не откажется от одного, – согласился Макаров, – ведь цена у крейсера всего миллион, но экипаж весьма солиден и состоит из 323 матросов. Определенные убытки потерпим, но флот Чили на Тихом океане пополнится не крейсерами Армстронга, а нашими, построенными на верфях Санкт Петербурга.

Николай Матвеевич расчувствовался: «Когда Вы пришли ко мне и предложили улучшить лишь Вашу 2-ю дивизию броненосцев, то я сразу объявил Вас узким специалистом, так как мне понятно Ваше желание во всем быть лучшим и примерным, но яхта „Светлана“ с генерал-адмиралом на борту, в сопровождении трех броненосцев типа „Наварин“, ушла к берегам Германии вообще без дальномеров, с 10-дюймовой броней борта „компаунд“, которую Вы считаете устаревшей. Броневая палуба, на броненосцах, выполнена из 2-дм судостроительной стали, да и броня башен тоже 10-дюймов, а не 12-дм, как Вы просите, а подобную башню уничтожил на „Екатерине II“ австрийский броненосец двумя прямыми попаданиями и хорошо было, что взрыва не случилось».

– Так улучшите мои три броненосца, а затем и до 1-й дивизии добраться можно, – предложил Степан Осипович.

– Расскажу дальше, – не унимался Чихачев, – в Балтийском море, без достойного запаса угля, прибывают броненосные крейсера «Генерал-Адмирал» и «Минин», а в Средиземном море бредут «Герцог Эдинбургский» с «Князем Пожарским», подобно слепым и немощным. Еще четыре крейсера, данного проекта, находятся во Владивостоке, где у нас Средний каменный эллинг активно строиться, используя людей из соседнего Китая, а материалы привозя из Америки и Англии кораблями. Как Вы думаете, кому больше требуется модернизация, броненосным-рейдерам или Вашим трем броненосцам?

– Разумеется, восьми броненосным крейсерам типа «Минин», – согласился Макаров, – тем более, что модернизацию четырех, наверняка есть возможность провести непосредственно во Владивостоке, не занимая наших верфей здесь в Лиепае и Кронштадте.

– Чудный Вы человек, все у Вас просто, еще не видели проект, а уже рассуждаете, просто это или сложно, – прокомментировал Николай Матвеевич.

– От Вас же директор трех крупных верфей уходил, наверняка Вы это с ним обсуждали, – догадался Степан Осипович.

– Ничего от Вас не скроешь, – согласился Чихачев, доставая из ящика стола большой чертеж, – в крейсер, типа «Минин», буквально впихиваем еще одну кочегарку и увеличиваем запасы угля, форсируем машины, ставим дальномер, броню носа и кормы снимаем, а борт довольствуется только 2-дюймовой стальной плитой.

– При скорости 20 узлов вооружения в него не поставишь, – внимательно следил за ходом рассуждения Макаров.

– Согласен с Вами, поэтому мы решили, с Михаилом Ильичем Кази, ограничится 19 узлами, дальность плавания, в таком случае составит достойные 6200 миль, а вооружение останется прежним, в плане двух орудий калибром 8-дюймов, но средняя будет составлять девятнадцать орудий в 89-мм или 3,4-дюйма с 25-калибрами фирмы Круппа, а также дюжину 37-мм Гочкиса, с шестью 16-дм аппаратами под мины Уайтхеда, для пуска самодвижущихся мин.

Схема бронирования броненосного крейсера «Владимир Мономах» (в данной книге тип «Минин», в реальности его развитие)

– Броня тоже мне не нравиться, – честно признался Степан, – два дюйма стали не защитят, не только от серьезного попадания, но и вообще ни от какого.

– Наши корабли-рейдеры, в случае обострения обстановки с Японией, например, выйдут в море будут и находиться максимальное время на коммуникациях, не вступая в схватку с броненосными судами неприятеля, – ответил Чихачев, – от броненосца они уйдут, от броненосного крейсера тоже, а бронепалубный с миноносцем, обязаны затопить.

– В подобном случае, наличие такого тонкого броневого пояса понятно и в данном проекте изъянов не нахожу, если они будут использоваться в соответствии с теми тактическими воззрениями, которые Вы озвучили, в чем я, лично, сильно сомневаюсь. Этого чрезвычайно сложно добиться, а со многими нашими адмиралами и, вообще, невозможно, – произнес Макаров, – а что другие броненосные крейсера типа «Адмирал Нахимов»?

– Про них я тоже я хотел упомянуть, так как данные корабли, должны составлять основную силу здесь, на Балтике и посылать их в далекие моря не планируется, а следовательно, достаточно доработать машины, до скорости 19 узлов, снять носовой и кормовой броневые пояса из «компаунда» и оставить 4,5-дюймовый стальной броневой пояс, с одновременным улучшением носовой и кормовой палуб до 1 1/2-дюйма.

– Водоизмещение ведь возрастет до 4300 тонн, – внимательно глядел на чертежи Макаров.

– Орудий главного калибра будет восемь 8-дюймовых/30-калиберных, а средняя артиллерия будет представлена восемью 89-мм обычными орудиями, которое мы ранее скопировали у Круппа, и восемью 37-мм скорострелками, так что, если корабли будут действовать вместе, то они составят 3-ю бригаду броненосных крейсеров Балтийского флота.

– Теперь я понял, Николай Матвеевич, что будем строить ближайшие год или два, спасибо за разъяснения, посвящу всего себя улучшению боевой подготовки на вверенных мне Государем кораблях, – ответил Степан и откланялся, лишь на выходе попросил, – может «Гангута» модернизируем, как все остальные «Императоры», для однородности моей 2-й бригады, так сказать.

– Вот на это я свое разрешение даю, – поддержал подчиненного Чихачев, а сам стал изучать вновь газеты разных стран. Газеты мира писали о случившемся с начала года: Австро-Венгерская газета Gazette de Leopol описывала, как тяжело Двуединой монархии живется без Богемии и Моравии, нарушены как производственные связи и между городами, а также в порту Пола спущен на воду и введен в строй первый миноносец нового флота KuK, под названием Т-7; Российский журнал «Нива» описывал индицент столкновения итальянского миноносца и корабля империи Цин, в котором власти Поднебесной объявили виновными европейцев; английская Times описывала процедуру списания двух кораблей флота Её Величества бронепалубного Pactolus⁶ и миноносца Rocke; французская La Figaro на все лады восхваляла союзников республики, которые заказывают у нее технику и вооружение. К таким странам относятся: Османская империя, Колумбия, Бразилия и Персия. На данный момент февраля 1893 года у Колумбии имеется три броненосных крейсера французской постройки, а у Бразилии лишь миноносец, но масштабы военно-морского строительства французских союзников поражают; германская газета Kreuzzeitung расхваливает своих союзников в лице Швеции и Нидерландов. Первая имеет: два броненосца, три броненосных крейсера, безбронный минный крейсер и пару миноносцев, а колониальная сверхдержава лишь миноносец; газета «Русский Инвалид» рассказывала своим читателям, как обстоят дела с ветеранами прошлой войны с Австро-Венгрией. Как, за фасадом почестей, бывшие солдаты не могут себе заработать на хлеб насущный; газета «New York Journal» рассказывала о принятии на флоте, под звездно-полосатым флагом, усовершенствованных малых труб для связи внутри корабля и о том, что вероломные испанцы отремонтировали бронепалубный крейсер Pampero, и ввели в строй бронепалубный крейсер Berenguela⁷, а также миноносец Alcanada. Рассматривался в американском издании и баланс сил, сложившийся между США и Испанским королевством. Сильной стороной флота янки назвалось наличие пяти броненосцев, способных перекусить хребет у испанских крейсеров одним ударом, а у любителей хамона наблюдалось незначительное превосходство в крейсерах, а также то обстоятельство, что строится на верфях Пиренейского полуострова целых пятнадцать кораблей, разных классов, в то время, как на верфях Соединённых штатов, лишь пять. Газета задавалась вопросом: «Так ли уж силен флот США? Не надо ли с Российской империи брать пример, раз она разгромила гораздо более сильный флот Двуединой монархии, нежели испанский флот смог уничтожить у США, в череде коротких, но яростных сражений?»

Все эти газеты Степан Осипович внимательно прочел и затем, съев бутерброд с колбасой и чаем с сахаром «в приглядку⁸», так как его супруга Капитолина много средств из семейного бюджета тратила на наряды⁹, отправился на вверенные ему под командование броненосцы «Император Александр II» и «Император Николай I». На кораблях закончена была, силами Кронштадтского порта, модернизация предусмотрена предыдущим чертежом. Все работы были выполнены в полной мере и в срок из качественных материалов.

Увидел Степан на берегу, снятые с кораблей четыре 12-дм орудия, которые должны были быть установлены на броненосец «Берген», на котором, как раз по штату, они должны были теперь находиться.

«Модернизация подобного рода весьма выгодный для казны процесс, – подумал Степан, – с двух броненосцев 2-й бригады были сняты половина 12-дм орудий главного калибра, всего шесть столов, объяснялось все тактической характеристикой увеличения скорости с 16 до 18 узлов. Но норвежцы то заказали для себя именно корабль проекта „Синоп“ первоначального проекта! На который эти шесть орудий то и будут установлены. Для казны Российской империи данные орудия обойдутся в ноль рублей! Гениально!»

Листы брони «компаунд» с первых двух императоров тоже снимались, так как изначально подобная возможность предусматривалась и устанавливались на норвежца. Так как снятой брони было много, то часть, по железной дороге, отправлялась на юг в Николаевское Адмиралтейство и уже там, с частичными доработками, так как однотипные корабли, построенные в рамках одного чертежа, все равно незначительно отличаются друг от друга, устанавливалась на три броненосца типа «Синоп», строящихся для флота северного соседа, с минимальными переделками.

Контр-адмирал Макаров встретился с командирами кораблей Юрьевым Петром Федоровичем с «Императора Александра II» и Яковом Аполлоновичем Гильдебрандтом с «Императора Николая I» и спросил:

– Как прошла модернизация вверенных Вам кораблей в Кронштадте?

– Все организовано хорошо, работа спорилась в руках рабочих, задействованных на производстве. Сперва была снята 10-дюймовая броня, с нашей носовой башни и с барбета, затем рабочие открутили крепления и извлекли всю конструкцию башни, оставив внутри лишь колодец, – первым уверенно ответил Юрьев.

– У меня аналогичная картина, прибыли другие инженеры и разметили места, на которые должны быть установлены две одноорудийные башни, а затем, рабочие резаками вырубили места под них, – подбирая слова ответил Гильтебрандт.

– Боезапас, разумеется, предварительно выгрузили, чтобы не взлететь на воздух? – уточнил Степан Осипович, сидя с капитанами 1-го ранга в адмиральском салоне не «Императоре Николае I», – как это Вы сами наблюдали происходило в бою на кораблях Двуединой монархии.

– Да, все сто сорок три 12-дм снаряда с зарядами, все триста шестьдесят четыре 9-дм снаряда с зарядами, тем более орудия демонтировались, все восемьсот пятьдесят восемь 6-дм снарядов, одна тысяча семьсот 9-фунтовых снаряда (107-мм) и три тысячи пятьсот 4-фунтовых (89-мм) снарядов с четырьмя минами, – дружно ответили капитаны.

– Дальше то что было? – Макарову не хватало информации, а вхолостую его мозг работать решительно отказывался или требовал сахар.

– Часть конструкций тут же и устанавливались, посередине корабля и палубы тоже смещались, – расторопный Юрьев вновь ответил первый.

– Когда образовалось два колодца под орудия главного калибра, то каждый из механизмов башен был установлен на место старый, только станок для орудия рабочие поставили посередине, а на мой корабль прибыла башня с Металлического завода, – произнес уверенно Гильтебрандт.

– На мой корабль башню оперативно сделали на Путиловском заводе, – рассказал Юрьев.

– Броню, как я знаю, купили на заводе Крезо и Сен-Шомон, во Франции, – продолжил Макаров, шестнадцать полукруглых лепестков для башен и шестнадцать полукруглых лепестков для барбетов, толщиной до 12-дюймов стали.

– В целом, бронирование башен стало мощнее раза в полтора, – тут уже первый сказал Гильтебрандт.

– Обратно на борт, а затем, в погреба кораблей, были загружены сто сорок три 12-дм снаряда, весом в 546-кг бронебойный и 354-кг фугасный, одна тысяча четыреста тридцать 6-дм снарядов, весом в 70-кг бронебойный и 46-кг фугасный, так как орудий стало не шесть, а десять, ну и все 9-фунтовые и 4-фунтовые снаряды вернулись обратно в крюйт-камеры, – сообщил Юрьев.

– Выходит, модернизация прошла без сучка и задоринки? – поинтересовался Макаров.

– Были накладки, но мы их решали по мере появления, – сообщили капитаны.

– Лед когда растает, то мы совершим пробный выход в Балтийское море, а то шведы, получив от Германской империи два броненосца и три броненосных крейсера стали вести себя нагло.

– Видел я эти корабли, с виду конечно грозные, – ответил командир «Императора Александра II», – но скорость, у миниатюрных шведских броненосцев низкая, всего чертову дюжину узлов выдают, даже не знаю, с чем сравнить, или у них машинные команды не разобрались с устройством вверенного им хозяйства или вообще шведы не догоняют современные тенденции войны на море.

«Мацусима» в бою. Художник Кобаяси Киётика. 1894 год

– С броненосцами 2-го класса та же песня. Как японцы установили на свои три «Мацусимы», по одному огромному и тяжелому орудию французского конструктора Кане, калибром 32-сантиметра и весом ствола в 50 тонн, так и шведы повелись на эту удочку и поставили на маленькие кораблики водоизмещением всего в 4000 тонны, башню в корму, с двумя 10-дюймовыми орудиями, с тем расчетом, что три корабля несут, точно такое же вооружение, как броненосец водоизмещением в 12000 тонн, – сообщил Яков Аполлонович с «Императора Николая I».

– И что еще можешь сказать про шведские броненосцы 2-го класса? – Макаров сам не видел их, ему было весьма любопытно узнать о них побольше, тем более вдруг придется встретиться в реальном бою.

– Так что сказать, кормовые орудия стреляют, подобно одной башне, как у германского броненосца, но броня борта слабая, всего в 2-дюйма стали, орудий среднего калибра мало, то-ли четыре, то-ли восемь, а точность у 10-дюймовок весьма посредственная, на учениях я присутствовал, так как моя фамилия происходит от древневерхненемецкого Hiltibrant (Рукоятка ножа) и древнескандинавского Hildibrandr, произошла из слов hild («сражение», «битва») и brand («меч»), вот меня за своего приняли, и все продемонстрировали.

– Итак господа, третий корабль, нашей 2-й бригады броненосцев Балтийского флота «Гангут», находящийся сейчас в Либаве, поставим на аналогичную Вашей модернизацию, благо опыт у работников Кронштадтского порта имеется. Она должна пройти быстро, – Степан Осипович вновь взял слово, – что с другими кораблями Российского императорского флота находящегося в нашей акватории?

– Поблизости от нас, в Ревеле, базируются «Адмирал Кремер» и «Адмирал Лунд», типа «Адмирала Нахимова», крейсер «Рында» вполне готов, а новый бронепалубный крейсер «Рыбинск» вводиться в эксплуатацию, – подсказал Юрьев.

– Миноносцы еще рядом, у другого причала базируются, четыре штуки типа «Адлер», – дополнил Гильтебрандт.

– Я думал это «Батумы», – произнес Степан Осипович, недавно прибывший с Адриатики и нюхнувший пороху.

– Они почти такие же, но на них установлены 16-дюймовые аппараты для пуска мин, – ответил Петр Федорович, – все четыре: «Адлер», «Биорке», «Сильный» и «Летный» – грозное оружие в умелых руках.

– Но есть же уже проект миноносца «Батум» с 16-дюймовыми аппаратами для пуска мин? – удивился Макаров, – зачем новый нужен?

– По нему требуется сперва построить миноносец с 15-дюймовыми аппаратами, а затем перевооружить на 16-дюймовые, а здесь сразу четыре корабля построены по улучшенному проекту изначально, – уточнил Юрьев.

– Чем отличается бронепалубный крейсер «Рыбинск» от «Рынды»? – поинтересовался Степан Осипович.

– Корпуса у них практически идентичны, но крейсер «Рында», весит на двести тонн больше, несет одну башню, с 6-дм орудием, в корме, и скорость его на один узел ниже чем, наши 18 узлов, на броненосцах. Крейсер «Рыбинск» наоборот, быстроходнее броненосцев на узел, уже без кормовой шестидюймовки, но за то с пятнадцатью орудиями, калибром 107-мм и скорострельностью в пять выстрелов в минуту, 18-кг бронебойными и 11-кг фугасными снарядами. Причем, орудия в 28 калибров выстреливают снарядики со скоростью в 711 и 747 м/с соответственно, наделяя энергией 4,5-мегаджоуля для бронебойного и 3-мегаджоуля для фугаса, – подробно ответил Гильтебрандт.

– Какую броню толщиной, на дистанции пять кабельтовых, 107-мм снаряд пробьет? – уточнил Макаров у офицеров, то ли сам забыл, то ли их проверял.

– Дюйма четыре точно пробьет, – ответил Юрьев и на этом инспекция завершилась.

Так как Норвегия выбиралась в качестве союзника Российской империи всерьез и надолго, а в противном случае ей целый флот строить бы не стали, то до Романова на Мурмане проложили железную дорогу и отправили в Северный порт минный крейсер «Гайдамак» с Георгиевским флагом, так как по меткому высказыванию Алексея Александровича:

«он один стоил целого флота».

Тем более, кроме союзного норвежского и Российского императорского на севере никто не ходил.

Позитивная весна

В марте, управляющий Морским министерством посетил отремонтированную канонерскую лодку «Черноморец» и решил:

«Надо бы приложить усилия, чтобы модернизировать корабли данного типа».

Тут же ему подсказал, главный конструктор верфи Русского общества пароходства и торговли, что на небольшие корабли можно устанавливать непропорционально большие трубы и тем самым повысить эффективность машинно-котельной установки. Николай Матвеевич принял информацию к сведению и поспешил поздороваться с Константином Павловичем Пилкиным, назначенным самим Государем, в качестве признания его заслуг на эту должность и удостоив его звания полного адмирала флота.

– Как поживаете здесь, в Севастополе? – поинтересовался Чихачев.

– Да много ли мне старику надо? Послужил Матушке России¹⁰ на старости лет, утопил множество кораблей Двуединой монархии, смерти в глаза глядел, все видел, теперь мне ничего не страшно, – ответил адмирал.

– Это там у Вас раньше была Матушка Россия, когда было единое государство с Германией, Австро-Венгрией, Франконией и островами для ссылки в виде Англии, где все шепелявили от тяжелой работы и отсутствия витаминов, а сейчас мы все служим Российской империи, – Чихачев был младше Пилкина на шесть лет.

– Страна то одна? – не унимался Константин Павлович.

– Люди одни, а порядки и атрибуты разные, – поправил вновь Николай Матвеевич, – там была единая империя, а сейчас разные и независимые страны, которые могут вершить независимую политику и строить корабли независимой конструкции, а также и враждовать друг с другом.

– Вы это зря, мы служили до 1870 года единой Руси, послужим и Российской империи не хуже, которая произошла из развалившейся державы, которая в свою очередь разъединилась на Двуединую монархию, Северогерманский союз, Франконию, ставшую назваться Францией при уже Наполеоне, и формально независимую Англию, но все знают, что заправляют там банкиры из Сити¹¹, – резал правду-матку адмирал, ему можно было.

– Вот и служите, а не болтайте, – оставалось согласиться Николаю Матвеевичу, – Австро-Венгрия только начала флот восстанавливать, так сразу предупреждение своему морскому министру вынесли, о недопустимости лишних трат.

– Им надо еще больше денег вкладывать, в наращивание корабельного состава своего флота, но для этого, в первую очередь, требуется создать новые проекты кораблей, а то строя старые, они вскоре могут оказаться вновь, у разбитого корыта, – поддакнул Пилкин.

– Ничего, вон французы и старые проекты кораблей умудряются продавать, броненосец типа «Париж» продали в Бразилию, а англичане свой старый бронепалубный крейсер типа «Ирис» начали строить для Бельгии, – произнес управляющий Морским министерством.

Литография крейсера «Ирис» 1877 года принятие на вооружение

– Еще и за границей списываются старые корабли, не следует ли нам поступить подобным образом?

– Вместо двух старых броненосных крейсеров, например, 1887 и 1888 годов постройки с железной броней, испанцы заложили один броненосный типа «Сан Кристобаль», два бронепалубных типа «Донна Мария де Молина» и пару миноносцев типа «Мауро», – включил заучку Чихачев.

– Итальянцы тоже, мне написал их морской министр, отправили на переплавку броненосец Beyrand, носивший имя захваченного французского фрегата, а также броненосный крейсер «Роберто» состоявший с 1887 года на службе, два бронепалубных крейсера и миноносец.

– Миноносец то за что? – удивился Чихачев, – подошел бы к борту корабля вероятного, для итальянцев, противника и пустил мины.

– Макаронникам виднее, – ответил адмирал Черноморского флота, – точно таким же образом и немцы поступили и французы.

– Почему Вы называете германцев немцами? – удивился Чихачев.

– Так немтыри они, по нашему не говорят, как их еще называть? – удивился пожилой, придерживающийся старых традиций, адмирал.

– Германцев я понимаю следует алеманами назвать, французы их так называют, они это и сами понимают, – Николай Матвеевич любил поучить, – а немцами у нас всегда назвали подданных Франца Иосифа, а до него империи Габсбургов, так как они тайно переговаривались постоянно и хотели веру нашу, доставшуюся нам от отцов наших, извести и в латинскую переделать.

– Ужас то какой, буду знать, – Константин Павлович задумался, – что с постройкой новых кораблей для нашего флота?

– Пока не до наших кораблей, мы на лаврах почиваем, строим норвежцам и чилийцам флот, так как им нужнее, да еще и отправляем на строительство кораблей на экспорт, всякий хлам, который снимается с кораблей Российского императорского флота, в виде брони «компаунд» и орудия короткоствольные, меняются на дальнобойные.

– Не могли бы Вы мне поподробнее рассказать, что где строиться? Хотя бы вкратце. Здесь на Черном море я знаю, что Николаевское Адмиралтейство строит три «Синопа» для новегов, а именно «Норге», который будет готов через пару месяцев, «Осло» еще строить до конца этого, 1893 года, а «Тронхейм» вообще, в лучшем случае, войдет в строй через полтора года, а в Севастополе сооружаются на верфи РОПиТ два крейсера типа «Светлана», по французскому чертежу, без переработок, и они будут готовы через пару месяцев, после чего, верфь бы надо занять работой, а это Ваша прерогатива.

– Извольте любезный Константин Павлович, – Чихачев начал перечисление: «Новое Адмиралтейство сооружает два броненосных крейсера типа «Адмирал Нахимов», под названиями «Мандал» и «Нарвик», со сроком готовности год и половина года соответственно; Галерный островок, под чутким руководством мсье Дю Буи, сооружает броненосец «Берген» (четвертый «Наварин») и броненосный крейсер «Рисер», со сроками готовности пятнадцать и двенадцать месяцев, соответственно; на Балтийском заводе строятся броненосные крейсера для норвегов «Ларвик» и «Тромсе», со сроками двенадцать месяцев и семь, соответственно. На верфи Клейтона в Або, Ижорском заводе и Невском строятся для Чили три минных крейсера типа «Лейтенант Ильин» и три «Батума» и три «Ласточки».

– Много! Очень много, как они все содержать то будут?

– Это их забота, – ответил управляющий Морским министерством.

– Мы заботимся о союзниках как никогда! – похвалил Чихачева адмирал, – как только верфь РОПиТ закончит две «Светланы» строить возможно изыскать средства для модернизации моих канонерок с миноносцами?

– Думаю да, но у нас еще не модернизированы миноносцы Черноморского флота, да и крейсера типа «Минин» в порты пришли, два на Балтику, а два сюда в Севастополь направляются: «Герцог Эдинбургский» и «Князь Пожарский», в данный момент из пролива Босфор выходят, с миноносцами типа «Батум»: «Нарген», «Прозорливый» и «Щука».

– Вот этим и займитесь, а я домик здесь, в уютном Севастополе облюбую, да попрошусь у Государя на должность председателя Морского технического комитета, думаю он не откажет, ведь не место в банке прошу или концессию какую либо для себя, для Российской империи радею.

– На кого же эскадру оставите? – спросил Николай Матвеевич.

– На Дикова Ивана Михайловича, молодого, ему всего шестьдесят, со мною младшим флагманом, все бои прошел, как моряк отличный, как командир строг но справедлив, – ответил собираясь Пилкин, – а я лучше книжку про флот союзников напишу, который строиться на наших верфях, да издам, все копеечка будет.

– Будь по Вашему, перечить не стану, – согласился Николай Матвеевич, – но ведь ему тогда, тоже надо будет, назначать младшего флагмана.

– Пусть сперва в должность вникнет, к людям присмотрится, – посоветовал эпический флотоводец, выигравший четыре сражения подряд, управляющему Морским министерством, в который, как раз, и входит Морской технический комитет, в котором Пилкин вознамерился стать управляющим.

В апреле, артиллерийским комитетом Морского ведомства, изобретен фугасный снаряд с колпачком, так называемый фугасный снаряд CPC. Его переделали из обычного, но на головку снаряда впервые стали насаживать колпачки из мягкой стали. Автором этого изобретения стал вице-адмирал Степан Осипович Макаров. Поэтому такие наконечники нередко называли «макаровские колпачки». Эти колпачки представляли собой наконечник из мягкой нелегированной стали, которая сплющивалась при ударе, одновременно заставляя твердый верхний слой брони трескаться. Вслед за этим твёрдая основная часть бронебойного снаряда легко пробивала нижние слои брони – значительно менее твердые. Бронебойные наконечники, как правило, повышали бронепробиваемость снаряда при прочих равных на 10—16%, но при этом несколько ухудшалась кучность стрельбы и без того не блиставшая результатами. Шестидюймовые снаряды с такими наконечниками пробивали 254 мм броню (в упор).

Степан Осипович, после своих приключений в Адриатическом море, эту весну 1893 года, весьма ждал и сейчас наслаждался каждым ее часом и днем. Он ценил каждый миг, общения с женой и детьми, а также тем фактором, что его родина – Российская империя, не лоскутная монархия, а мощная держава, доказавшая данное обстоятельство тем фактом, что отправила в царство Нептуна весь флот Франца Иосифа. Пусть в мире есть флоты и более мощные, как например: империи Цин с 35 кораблями и 42 миноносцами, Франции с 44 кораблями и 30 миноносцами, а также Великобритании 40 кораблями и 18 миноносцами, но и Российский императорский флот уже понюхал пороха, в отличие от них. Но самое главное, на основании полученных повреждений и опыта, модернизировал свои корабли. Броненосцы, под Андреевским флагом, стали не только быстрее ходить, достигая скорости 18 узлов, которую может продемонстрировать не каждый заграничный броненосец, но быстрее и точнее стрелять, более мощными снарядами. Если же взять общее количество броненосцев, а их у Российской империи было на весну 1893 года, десять единиц, то подобное количество сравнимо лишь с Британией. У Французов служило под триколором два корабля, у Германцев пять кораблей, у Американцев четыре корабля, империя Цин обладала двумя кораблями, построенными в Германии. Итальянцы владели ещё четырьмя броненосцами, которые в этот век были сопоставимы с атомным оружием, веком позднее. Флотилии испанцев и японцев довольствовались лишь броненосными крейсерами, как самыми мощными единицами, в составе своего флота, в количестве девяти и четырех соответственно.

Броненосец «Чжэньюань», один из двух кораблей империи Цин

Гладко все выглядело на бумаге, а применительно к морю Балтийскому, против всех пяти броненосцев Германской империи, под Андреевским флагом находилось шесть кораблей, три «Наварина» и три «Императора». Против восьми броненосных крейсеров, несущих свою службу под флагом Кайзера, в Риге базировалось шесть крейсеров защищенных броней, под Андреевским флагом, да еще пара кораблей проходило дооборудование в Кронштадте, так что переживать в этом и следующем году Морскому ведомству Российской империи не приходилось.

Что касается ближайших соседей по Балтике – шведов, то младший флагман Балтийского флота – Степан Осипович Макаров, (должность старшего занимал, прибывший из Баден-Бадена, Шмидт Владимир Петрович), был в курсе, что благодаря Германии, под синий флаг с желтым крестом, встали три небольших броненосца береговой обороны, с мощной башней в корме оснащенной 10-дюймовыми орудиями, способными утопить гораздо больший корабль, нежели они сами из себя представляли.

Младший флагман Балтийского флота искал всевозможные методы, как можно усилить вверенные ему корабли. Одним из способов было начать устанавливать на кораблях, новейшее, 9-дюймовое орудие, недавно разработанное и испытанное Обуховским заводом. Прелесть его была в меньшей массе, нежели 10-дм и 12-дм орудий, при практически той-же скорострельности, а следовательно, корабль в 5000 тонн, может быть также опасен, как и 10000 тонный броненосец. Еще Морской технический комитет, и лично, пожалуй, один из лучших корабельных архитекторов Российского императорского флота Эраст Евгеньевич Гуляев¹², обещали представить, через половину года, работоспособную систему противоторпедной защиты, скопированную во Франции, и тогда, даже попадания одиночных самодвижущихся мин для крупных кораблей, должны стать не столь опасными.

В мае, состоялось торжественное вручение экипажам норвежских моряков целой флотилии военных кораблей, в составе броненосца Norge (типа «Синоп») с Николаевского адмиралтейства, двух бронепалубных крейсеров типа «Светлана» под названиями Utstein и Utver в Севастополе с верфи РОПиТ, а также трех миноносцев типа «Ласточка» для ВМС Чили, которые уже начали планировать поставки продукции своих фабрик и шахт в Российскую империю.

В состав Балтийского флота вошли шесть миноносцев, водоизмещением в триста тонн, с тремя 16-дюймовыми аппаратами, предназначенными для пуска мин, под названиями: «Селезень», «Утка», «Скорпион», «Гагра», «Сирена» и «Чайка».

Управляющий Морским министерством, на очередном шикарном обеде, обратился к Великому князю Алексею Александровичу:

– Еще прикажете заложить шесть миноносцев по 300 тонн или модернизируем наши «Батумы»?

– Содержание «Селезня» обходиться казне в семь тысяч рублей в месяц, в то время, как броненосец обходиться до четверти миллиона, без особых учений. Но у нас, двадцать миноносцев с 15-дюймовыми аппаратами для пуска мин, системы Уайтхеда. Предлагаю сначала их перевооружить, на аппараты производства Металлического завода калибром 16-дюймов, – генерал-адмирал проявил поразительную осведомленность и участие в процессе, чем слегка выдал себя.

– Тогда прикажу, Ижорскому и Невскому заводу начать модернизацию шести «Батумов», базирующихся на Балтийском море, а для девяти Черноморских миноносцев и пяти, базирующихся во Владивостоке, готовить аппараты для пуска мин и все, что будет улучшаться у первых шести и отправлять до места назначения.

– Будьте так любезны, ведь учтивость подчиненного как раз и состоит, чтобы выполнить порученную тебе просьбу не по собственному разумению, а максимально приблизить её к той, которую захотел услышать патрон.

– В точности исполню Вашу просьбу, – заверил генерал-адмирала Николай Матвеевич и продолжил, – у нас стапель большой освободился на Николаевском адмиралтействе, надо бы занять? Ведь Norge, по всеобщему мнению, построен там образцово, без жалоб и нареканий.

– Вот гляди, – Алексей Александрович достал чертеж из ящика стола, – с Гуляевым тут намедни сидели и думали, а что если создать броненосец береговой обороны в пять тысяч тонн водоизмещения, вооруженный четырьмя 9-дюймовыми/35-калиберными орудиями в двух башнях, способными выстреливать 228-кг бронебойный снаряд на скорости в 761 м/с при энергии в 66 мегаджоулей или 181-кг фугас со скоростью в 837 м/с с энергией в 63 мегаджоулей.

– Остальные характеристики каковы? – Чихачев пододвинул к себе чертеж, выполненный на весьма профессиональном уровне.

– Броня борта в 5 1/2-дюйма стали, палуба в дюйм, верхний броневой пояс в 4-дюйма. В качестве орудий среднего калибра установлено четырнадцать проверенных в боях 107-мм орудий и десять 47-мм скорострельных орудий Гочкиса.

– При всем заманчивости проекта я хочу сказать, если моё мнение, что-то для Вас значит, – начал свою критику Чихачев, – то могу сказать, что корабль обладает низкой, по сегодняшним меркам, скоростью в семнадцать узлов и дальностью в 3500 миль, без возможности увеличения. Причем, его машинно-котельная установка работает весьма не эффективно, да и перегружен он слегка.

– Но стоимость в 4,8 миллиона рублей весьма привлекательна для зарубежных заказчиков! – вывалил свой железобетонный аргумент Великий князь.

– Я не против смелых проектов, которые мы еще и можем соседям продать, назовите его тогда «Викинг», для того, чтобы он отличался от кораблей нашей классификации, – Николай Матвеевич подбирал слова, чтобы объяснить свои мысли более корректно, – Вам и мне надо понять концепцию проектирования кораблей для флота Российской империи, либо это будет кургузый броненосец прибрежного плавания или корабль с высокой скоростью и дальностью плавания при умеренной броне и артиллерии.

– Опыт последних баталий показал, что отечественный флот сперва был не в состоянии догнать корабли Двуединой монархии, но после титанической работы наших инженеров и судостроителей, удалось все броненосцы перевести на 18 узловой ход, да так, что мы даже переборщили, ведь германские броненосцы ползают на 13—14 узлах, но отлично забронированы и обладают шестью орудиями главного калибра в бортовом залпе.

– У «Викинга» есть возможность уменьшить количество снарядов с 70 до 45 снарядов на одно орудие, тем самым уберем перегруз, – Николай Матвеевич внимательно следил за реакцией собеседника и попросил сосредоточиться на главном вопросе.

– Итак, по опыту прошедшей войны мы были вынуждены перебросить в Адриатику весь Балтийский флот, а угольщики за ним не поспевали. Шмидт с Макаровым оказались в ситуации, когда корабли есть, а угля нет. Последний вообще оказался в полной психической расстроенности, от постоянного нервного напряжения, да так, что пришлось ехать во мною любимый Баден-Баден, и лечиться за собственный счет, де еще и играть в моём любимом казино.

– Если мы с Вами построим на каждом нашем море: Балтийском, Черном и Японском, даже по десять подобных кораблей, общей стоимостью в фантастические 150 миллионов рублей и экипажами из 6000 моряков, то никакой гарантии, что мы победим нет. Так как, наши потенциальные противники построят корабли больше по размерам, с 12-дм пушками и более толстой броней, от которой 9-дм снаряды будут отскакивать, как отскакивали снаряды фирмы Шкода от брони «компаунд» наших броненосцев, – вновь стоял Чихачев на своем, – а ведь Австро-Венгры не играли в поддавки, они строили корабли для боя, чтобы выдерживать длительный огонь, ведущийся по ним.

– Требуется тогда иметь, наоборот, броненосцы с большой дальностью плавания, чтобы ударить по беззащитному судоходству там, где никто не ожидает.

– Я этим и занимаюсь, – подтвердил Чихачев, – в данный момент разрабатываю броненосный крейсер типа «Рюрик», водоизмещением в 5000 тонн, скоростью в 18 узлов, как у наших броненосцев, дальностью плавания в 7000 миль, а стоимостью всего в 3,5 миллиона рублей.

– Вот это настоящий тип русского броненосного крейсера, – восторженно отозвался о проекте Великий князь, – дешево и сердито!

– Хочу Вас поправить, не русского, а российского, так как служить данный тип корабля должен Российской империи, а не русскому (православному) народу, у которого диаметрально противоположные интересы нежели у нашего государства, которое как раз и придумало для людишек собственную версию истории, чтобы они не бухтели, а думали какие были «козлы» Иван Грозный и Петр I, принимавшие сумасбродные решения, и какие достойные правители находятся у власти в данный момент.

– Поясните свою мысль Николай Матвеевич, – попросил генерал-адмирал.

– Если для империи главным становятся войны, чтобы аристократия получала результаты грабежа и завоеваний, а вражеские пули и ятаганы вычищали слабых духом и телом из элиты империи, то русский народ возделывает бескрайние поля, собирает урожай, почитает Бога, растит детей и живет припеваючи, так как ни в каких конфликтах с соседями не заинтересован априори.

– Правильно Вы говорите, но нам – Романовым¹³, требуется, что-бы русские люди считали себя коренным народом Российской империи, а все ведущиеся войны и завоевания, считали своими, за которые не зазорно отдать живот, имущество, детей и вообще умереть самим с именем монарха на устах, – приоткрыл политику правящего режима Алексей Александрович.

– Закладываем крейсер «Рюрик» в Николаеве, где построен броненосец Norge?

– Каково его вооружение? – великий князь вспомнил орудия еще фрегата «Светлана».

Схема броненосного крейсера «Рюрик»

– Носовые и кормовые башни с 9-дюймовыми/35-калиберными орудиями, по каждому борту по пять башен с 4,2-дм/28-калиберными орудиями, как на французских кораблях, так у нас еще и четыре таких пушки находятся в казематах.

– Достойное вооружение, – согласился Алексей Александрович.

– Противоминное вооружение составляют четырнадцать 47-мм орудий Гочкисса и на борту установлены ещё четыре 16-дм аппарата, для пуска самодвижущихся мин.

– Бронирование вероятно слабовато? – предположил Великий князь.

– Согласен с Вами, броня не сильная сторона данного типа, так как борт прикрыт всего 2-дюймами стали, а палуба и верхний пояс всего в дюйм, но его главное предназначение, работать на коммуникациях врага и вычищать из океана бронепалубные крейсера неприятеля.

– Хорошо, так по бумагам не поймешь, заложите один корабль, да миноносцы давайте модернизировать, чтобы к возможному, следующему конфликту подойти с более мощным оружием.

После совещания, результаты которого утвердили в Морском техническом комитете, на освободившемся эллинге Николаевского Адмиралтейства был заложен новый рейдер «Рюрик», для флота Российской империи, а все двадцать миноносцев типа «Батум» сняли свои 15-дюймовые аппараты для пуска мин и были готовы принять с Металлического завода 16-дюймовые увеличенной мощности.

Британская империя, с удовольствием, продала новейший, но устаревший, броненосец типа «Центурион», хоть изначально его строили для флота собственного. Японцы, в данной реальности, строили корабль «Тайхо» для Португалии и были вполне конкурентоспособными, на мировом рынке вооружений продавая востребованные типы кораблей по приемлемым ценам.

Схема броненосца типа «Центурион», тоже видим отсутствие носового и кормового броневого пояса

В мае, был закончен, на Николаевском Адмиралтействе, ремонт броненосца «Георгий Победоносец», в прошлом флагман вице-адмирала Пилкина, а его систершип «Чесма», с двумя десятками миноносцев, обещали закончить в следующем месяце, так как, хоть сами аппараты и были изготовлены заводом на перспективу, но требовалось доставить их начинку – мины, как на Чёрное море, так и во Владивосток, так и еще и установить на корабли.

Из Севастополя в торжественной обстановке вышли в море броненосные корабли «Герцог Эдинбургский» и «Князь Пожарский», пусть и слегка устаревшие, но с парой мощных 8-дюймовых и чертовой дюжиной, знаменитых, 107-мм орудий морской артиллерии, каждый.

Великий князь провожал рейдеры, направлявшиеся на Тихий океан, на своем яхте-крейсере «Зина», выйдя на внешний рейд и вернувшись обратно.

– Не идти же с ними до Босфора, – сказал он командиру крейсера, – для себя ничего интересного там не найду.

Затем, Алексей Александрович проследовал на шикарном экипаже в дом губернатора города, где присутствовал на собрании самых влиятельных лиц Севастополя. В доме присутствовали не только офицеры, купцы и промышленники, но и банкиры с судовладельцами. После нескольких стопок возлияний всевозможных наливок, у него созрел план, как может бюджет флота сэкономить, хоть он данный способ и не любил, а именно перевести на службу у причала все четыре броненосца Черноморского флота. Тем самым, с каждого корабля можно сэкономить до ста тысяч рублей в месяц, что в сумме будет эквивалентно стоимости двух миноносцев. Свои догадки он озвучил на следующий день контр-адмиралу Дикову, так как он стал за старшего, после отбытия вице-адмирала Пилкина, через Москву в Санкт-Петербург, чтобы председательствовать в Госсовете:

– То что Вы предлагаете Ваше Высокопревосходительство, безусловно выгодно с экономической точки зрения, – ответил младший флагман флота Черного моря, – но то, что в следующий выход в море, наши корабли будут стрелять еще хуже, чем было в бою с австрийцами. Меня удручает, и все из за того, что такая богатая держава, как Российская империя, не в состоянии, поддерживать боевую подготовку собственных кораблей.

– Она может, – стал оправдываться Генерал-адмирал, – но врагов нет, Австро-Венгры разгромлены, Итальянцы сами в защите нуждаются со своими гондолами, французы нам не страшны так как являются лучшими союзниками.

Их водоизмещение было около 180 тонн; длина 34,85 м, наибольший диаметр 3,65 м; глубина погружения 15 м. В качестве единого двигателя для подводного и надводного хода использовалась паровая машина Ламма, более мощная, чем у прототипа. Кроме того, корпуса лодок сохранили тот же диаметр, что и вторая лодка Норденфельта, но они стали длиннее на 4 метра (это уменьшило сопротивление воды). В результате скорость полного хода в подводном положении составила 6,5 узлов; в позиционном положении – 9,3 узла; на поверхности – 12 узлов. Энергия перегретой воды обеспечивала 2 часа подводного плавания полным ходом (13 миль). В надводном положении запаса угля хватало на 24 часа полного хода (288 миль). Погружение занимало не более 80 секунд. Лодки были зачислены в отряды миноносцев в Киле и Вильгельмсхафене и приняли участие в маневрах 1890 года.

– Это так кажется, возьмут и уйдут османы, от наших союзников французов к шведам, а те еще ныряющие миноносцы Норфельдта прикупят к своим уже и так построенным броненосцам и дело табак.

– Об этом я не подумал, – согласился Великий князь.

– Более того, – продолжил отстаивать вверенный ему флот Диков, – офицер и матрос должны быть обучены и мотивированы, а чтобы быть такими, требуется постоянная тренировка, а не стояние у причальной стенки в ожидании финансирования. Тут и до крамольных мыслей от безделья недалеко. Более того, вообще, подобная постановка вопроса кажется мне оскорбительной. Если Вы будете продолжать в подобном духе, я буду вынужден подать рапорт. Командуйте тогда сами.

– Прошу прощения Иван Михайлович, это было порывом, действительно меня недостойным, бес попутал, так сказать. Начитался Адама Смита на ночь, об экономии. Прошу прощения.

– Давайте лучше обсудим, судьбу других кораблей флота, а именно двух крейсеров типа «Ярославль», а именно сам родоначальник проекта и «Память Меркурия».

– Что Вы предлагаете? – заинтересовался Великий князь.

– Модернизировать их на подобие «Ярославля», образца 1891 года, чтобы они ходили, под 19 узлами и с пятнадцатью 107-мм орудиями.

– Отличное решение, велите начать модернизацию, а что с Вашими четырьмя канонерками типа «Кореец», они ведь тоже при царе горохе построены?

– Давайте с ними подождем, так как стапелей реально нет. Все крупные судовладельцы и даже Общество пароходства и торговли, заказывают пароходы в Англии, в Николаеве строят для норвежцев «Осло» и «Тронхейм», со сроками готовности, если я не ошибаюсь, посмотрел в бумаги Диков, – семь и четырнадцать месяцев соответственно, а нашу «Чесму» заканчивают перевооружать и она находиться на плаву.

– На верфи здесь, в Севастополе, месяца за три улучшим пару «Ярославлей», я уже не говорю о десяти «Батумах», на которых устанавливают 16-дм аппараты для пуска мин.

– Действительно, Черноморский флот, под моим чутким руководством, стремительно преображается, – согласился контр-адмирал Диков, – а Вы не думали еще пару броненосцев построить, как предписывает судостроительная программа 1881 года?

– Пока рано об этом думать, так как повторюсь, прямого врага я не вижу и так, Черноморский флот мощнее любого флота в море Средиземном, не то, что Балтика, где на полную мощность развернулся не только германский, но и шведский флот, как во времена Екатерины.

Знойное лето

В июне, Алексей Александрович вернулся по железной дороге в Петербург и специально, не брал большого багажа и попросил старшего поезда не торопиться. Он не хотел повторения судьбы своего старшего брата¹⁴. По прибытии в столицу Великий князь заметил, что многие министры и купцы, у которых на Дальнем востоке есть свой экономический интерес ратуют за обострение отношений с Японией, но в то-же время, бюджет Российского императорского флота решили подрезать:

– Вы хотите и рыбку съесть и руки не испачкать, – произнес речь на заседании кабинета министров, – тем самым закончил любые обсуждения подобного вопроса, но поднял другой, в котором освящалась прессой деятельность некоего агента в империи Цин, который был разоблачен, но сумел бежать и был обласкан Государем, на самом высоком уровне.

Отношения со Срединным государством, тем самым, обострились и купцам Российской империи сбывать продукцию своих мануфактур стало сложнее, а пошлина на чай – главный продукт экспорта Поднебесной был, властями империи Цин повышен.

Отстаивание собственных интересов империей Цин произвело неизгладимое впечатление на премьер-министра Египта, Мустафу Раяд-пашу, что он хоть и находился, формально, под протекторатом Османской империи, но, как сильно независимая часть данной конфедерации, заключил договор о военном сотрудничестве с посланником императрицы Цыси и открыл свои порты для товаров из империи Цин. Более того, дипломаты Российской империи доложили, что Срединное государство делает явные успехи и на мировой арене. Они не только с Мексикой добились такого же соглашения, как с Египтом, но и смогли добиться от них заказа на броненосец типа Zhenyuan, который планировали построить в Порт-Артуре, где был док соответствующего размера и он, в данный момент простаивал, так как ни аварий, ни инцидентов не было. Материалы для корабля заказали все в Германской империи, ну а собрать и продать решили самостоятельно, чтобы прибыль оставить себе. Пример Российской империи, строившей какой-то Норвегии, которую то и за страну никто не считал целый флот, был более чем разительный.

Схема броненосца «Чин-Иен», по образцу которого, в данной реальности, власти империи Цин смогли наладить строительство собственных кораблей

Через месяц пребывания в столице и непрерывных приемах и кутежах, Алексей Александрович соизволил узнать немного и о судьбе международных флотских дел. Выяснилось много чего интересного из записки морского агента:

«Американцы продали Корее, которую Российская империя и Япония только-только признали независимой страной один из своих броненосцев, типа Bainbridge, а французы продали один из кораблей типа „Париж“ дряхлеющей Османской империи».

– Зачем они это сделали? – задал вопрос Генерал-адмирал Управляющему морского министерства Чихачёву.

– Думают как свою промышленность поддержать и заставить её постоянно трудиться, чтобы и у рабочих заработок был и заводы прибыть приносили, а не убытки, когда надо их поддерживать на плаву, – ответил Николай Матвеевич.

– Наши верфи да я согласен, работают на износ, – Алексей Александрович кивнул головой, – через месяц уже должен быть готов броненосец Norge, а также два бронепалубных крейсера Utsten и Utver (типа «Светлана») для ВМС Норвегии, а также три миноносца типа «Ласточка», для ВМС Чили.

– Вы чуть отстали от жизни флота, на своих балах Ваше Высокопревосходительство, броненосец уже Norge вошел в строй и был перегнан нашими матросами совместно с норвежцами в Берген и там, совместно с двумя крейсерами типа «Ярославль»: Freia и Ula осваивается экипажами молодого короля.

– Получается, – задумчиво произнес Великий князь, – у нас освободился в Новом Адмиралтействе Большой деревянный эллинг, а также на Николаевском адмиралтействе один из стапелей.

– Совершенно не так. Все три больших эллинга Санкт-Петербурга заняты постройкой кораблей для королевства Норвегия, броненосца «Берген» и пяти броненосных крейсеров, – продолжил управляющий, а потом запел опять про средства, – деньги за данные корабли поступят и наши верфи, они смогут расплатиться с поставщиками, зарплату рабочим выплатить и нам дивиденды перечислить.

– Наши же верфи заканчивают переоборудование броненосцев «Чесма» и «Григорий Победоносец», а также ввод в эксплуатацию шести больших миноносцев типа «Селезень», оснащенных тремя аппаратами для пуска мин калибром 16-дюймов и скоростью в 27 узлов.

– Вот и будут они достойной защитой наших берегов, здесь, на Балтике, чтобы заносчивых тевтонов осадить в случае чего, – заметил Чихачев, – ведь отношения, между нашими империями, изменились в силу целого ряда инцидентов от нормальных до негативных.

– Действительно, нельзя ничего исключать, да и флот мы строим и готовим на совесть, – честно сказал генерал-адмирал, – для противостояния именно с Германской империей, а все эти вояжи в направлении Средиземного моря или Дальнего востока, все ребячество, с целью отвлечения внимания соседей от наших берегов и подготовки личного состава.

– Я с Вами полностью согласен, – признался управляющий, – одержав победу над Австро-Венгрией мы и на германцев страху нагнали своими победами и видами горящих, уходящих в пучину кораблей.

– Вы не правы, что я совсем все на самотек пустил, вот на Балтике не только 1-я бригада Практической эскадры у берегов Германской империи задания выполняет, в сопровождении моей яхты «Светлана», но и 2-я бригада Степана Макарова стоит в Либаве, против тех кораблей Вильгельма (броненосца, трех броненосных крейсеров и восьми бронепалубных), что базируются на Пиллау в Восточной Пруссии.

– Не обижайтесь на меня старика, – примирительно произнес Чихачев, – просто, я каждый день занимаюсь делами флота и варюсь в этой каше, а Вы как перелетная птица бываете в своей вотчине набегами.

– Я хоть и набегами, но переживаю за судьбу своего детища – Российского императорского флота и хочу, чтобы он был самы сильный в мире, это видно, как на примере прошлой войны с Австро-Венгрией, где мы были на голову выше горе-вояк Франца Иосифа, так и по количественному составу. Хоть инциденты разумеется с потоплением наших кораблей и бывали.

– Ну вот смотрите Ваше Высокопревосходительство. Если на Балтийском море, корабли относительно современные и с Германской империей у нас относительный паритет, с небольшим нашим превосходством, то на Черном море все тоже нормально.

– Что значит нормально, у нас там и врагов то вообще нет! – возмутился Алексей Александрович, пребывающий в блаженном невежестве.

– Османская империя предпочитает два своих броненосца, которые не уступают по своим возможностям, лучшим мировым образцам, водоизмещением в 12642 тонны и 10567 тонн, держать в портах Средиземного моря, чтобы они контролировали коммуникации вокруг Крита и Греции. Так что, если министры султана решат, что им требуется находиться в водах Черного моря, то для нас это будет неприятный сюрприз.

– А я то характеристики итальянцев смотрел, а тут, наш кредитор Франция и на Османах зарабатывает! С одной стороны противно, с другой поучительно, – ответил Великий князь, – а что же Вызывает Ваше беспокойство?

– Ситуация на Дальнем востоке, – честно ответил Чихачев, – против наших четырех броненосных крейсеров и трех бронепалубных с пятью миноносцами, у японцев тоже четыре крейсера броненосных, но зато, имеется в наличии одиннадцать бронепалубных и шестнадцать миноносцев, а вот у империи Цин целых два броненосца, двадцать семь небольших бронированных канонерских лодок, три бронепалубных и целая свора миноносцев из сорока, без одной, единиц.

– Так давай броненосные крейсера типа «Минин» модернизируем, – предложил великий князь, – в чем проблема, док там есть один. Он уже функционирует, так что поставить все корабли, один за другим, на модернизацию мы сможем, и дело с концом. Бронированные канонерки, я уверен, быстро устареют.

– Быстры Вы на решение Ваше Высокопревосходительство, – похвалил мужчину, которого он знал с детства Николай Матвеевич, – но смелость мысли Вашей от знания происходит.

– Ты же сам мне проект модернизации показывал наших крейсеров типа «Минин», – удивился дородный мужчина, – дальность у него огромная в 6000 миль, крейсерским ходом в 11 узлов и максимальным в 19 узлов. Из оружия две 8-дюймовки, правда старого образца, в 30 калибров, но средний калибр выше всяких похвал, в девятнадцать орудий калибром 89-мм или 13-кг бронебойный снаряд и 8-кг фугасный.

– Как Вы и прикажете, – согласился Николай Матвеевич, – сейчас отстучу телеграмму, чтобы готовили один крейсер, например, «Владимир Мономах», чтобы начинали переделывать уже, а материалы вышлем на пароходах Добровольного флота, на которых уже высылали запасные котлы для бронепалубного крейсера типа «Адмирал Корнилов», тоже французской постройки.

– Я уже утвердил смету, – положительно повлиял Великий князь на Управляющего, – в месяц придется выложить по 235 тысяч рублей, и за месяца три, если все материалы прибудут вовремя, то должны управиться, а затем, и остальные корабли Владивостокского отряда улучшим.

– Это не решает главной проблемы, – стоял на своем Николай Матвеевич, – требуется построить большой броненосец-крейсер с мощными орудиями, который сможет отправлять японские и китайские корабли на дно одним выстрелом.

– Нам сейчас такие не построить, сам знаешь, свободен лишь стапель Русского общества Пароходства и торговли, – продолжил диалог Чихачев, – инженеры там отличные Шотт и Арцеулов, они хоть что построят, предлагаю «Ослябю» там заложить, они справятся.

– Потом как опять через проливы выводить? Брата опять просить, он чувствует себя не очень, боюсь что не согласиться и останутся корабли огромного водоизмещения, на ограниченном морском театре.

– Давайте лучше Ваше Высокопревосходительство воспользуемся техническим возможностями Севастопольского порта и модернизируем в нем, вошедшие из Средиземного моря два броненосных крейсера «Князь Пожарский» и «Герцог Эдинбургский», с последующей отправкой их на Дальний восток.

– Хорошее и разумное решение, я согласен, – Алексей Александрович утомился и более о делах не хотел и думать.

В июле, Морским министерством утверждена, с одобрения императора и генерал-адмирала, программа постройки второго дока во Владивостоке на 5600 тонн, для постройки перспективных броненосцев береговой обороны и броненосных крейсеров. Общая стоимость дока составила 34 миллиона рублей. Примерно полтора миллиона следует выделять Министерству финансов на строительство ежемесячно.

«Это конечно затратно, но кто не хочет кормить свою армию, то будет кормить чужую, а пока два года придется кормить корейских и китайских строителей, да и закупать материалы в Англии и США, так как своих нет, а те, что есть доставить нет никакой возможности», – сообщил Алексей Александрович при беседе своему старшему брату Александру III, после чего поинтересовался его здоровьем, на что получил ответ, что здоровье подорвано и дает о себе знать.

Контр-адмирал Степан Макаров, на торжественном приеме у императора, получил из его рук «Золотое оружие», за храбрость и умелое руководство эскадрой в двух боях, и потом уже дома, сидя за столом и читая газету, узнал, что в непрекращающейся морской войне, между Североамериканскими соединенными штатами и Испанским королевством, обе стороны потеряли по четыре корабля.

«Когда хоть они утихомирятся, уж воевать им нечем? Война пожирает тех, кто ее начал», – решил опытный флотоводец, а затем думы его унеслись к вверенным ему кораблям, так как только он знал, где какая гайка плохо закручена и где вода просачивается.

Он сам решил удовлетворить свое любопытство и в свободный выходной совершил вместе с семьей вояж в Санкт Петербург. Если жена Капитолина с детьми гуляла по Невскому, тратя не столь уж и большое адмиральское жалование, то он сам, договорился с господином Дю Буи и посетил строящиеся броненосец «Берген» и броненосный крейсер Riser, типа «Адмирал Нахимов».

«Если признать честно, – рассудил Степан, – передо мною не аналоги Российских «Наварина» и «Нахимова», а английских броненосца «Трафальгар» и колониального броненосного крейсера «Имперьюз». Ведь Российская империя, не мудрствуя лукаво, позаимствовала у страны «просвещенных мореплавателей», с мыслью:

«Зачем изобретать велосипед, если уже и так, все изобретено»…

На Черном море, новый командир флота Диков Иван Михайлович, с удовлетворением осматривает ремонт броненосца «Чесма», выполненный Николаевским адмиралтейством и беседует с ее командиром, капитаном 1-го ранга Лавровым Иваном Михайловичем:

«Как прошел ремонт, не расслабился ли экипаж?» – поинтересовался Вице-адмирал Диков.

«Работы произведены на высоте, скоро и с хорошим качеством, – ответил капитан 1-го ранга, метивший на должность младшего флагмана Практической эскадры, – теперь весь наш флот единообразен и готов совершить поход в любую точку не только Черного моря, но и к берегам Итальянского сапога, так как мне не нравиться, как макаронники неохотно, с проволочками, салютуют кораблям под Андреевским флагом в море и на рейде».

– У нас же еще есть семь бронепалубных крейсеров и канонерок, а также девять миноносцев, которые в умелых руках могут оказаться грозным оружием.

– Жалко что, два броненосных крейсера поставлены в Севастополе не модернизацию, – ответил капитан 1-го ранга.

– Нечего их жалеть, крейсера капитанов Мерсера Владимира Павловича и Энгельма Федора Петровича нам не принадлежали, они зашли как гости, транзитом на Дальний восток, и как пройдут модернизацию туда и отправятся. Скажите спасибо генерал-адмиралу или управляющему Морским министерством, что нас туда не отправляют, а оставляют в цветущем Севастополе, хотя, с нашей дальностью плавания нам только Японское море бороздить.

В августе, на верфи Новое Адмиралтейство, которая в данный момент сооружала два броненосных крейсера, для флота королевства Норвегия, под названиями Mandal и Narvik, со сроками сдачи четыре месяца и всего один, соответственно, был пойман испанский шпион.

«Известие весьма пренеприятное, – доложил управляющий Морским министерством Чихачев, прибывшему по такому случаю генерал-адмиралу, и потом спросил всем избитую фразу, – что делать будем и как реагировать?»

«Если мы обвиним Испанию, в данном инциденте, то будут под угрозой наши корабли, которые идут вокруг Европы, как на Дальний восток, так и в воды дружественной Греции», – задумался на миг Алексей Александрович, он был моряк, пусть и изнеженный моряк, ему было привычнее вести корабль сквозь бури и ураганы или выстрелить из орудия, а участвовать в пикантных делах изобличая кого либо было не по нему.

«Но еще у того молодого мужчины, которого поймали лежали в кармане американские доллары», – дополнил свой рассказ Чихачев.

«Мексиканские¹⁵ может быть? Помню именно в них денежное довольствие моряки Российского императорского флота получали при покойном Николае Александровиче», – уточнил Великий князь.

«Нет, доллары именно Североамериканских соединённых штатов, тот самый, что стоит два наших рубля».

«Тогда дело ещё проще, чем кажется, давайте объявим, что это шпион завязан на Америку и дело в шляпе. Пока там прочитают наши старые газеты и разберутся что к чему, все страсти поулягутся, а существенного то он ничего и не добыл», – распорядился великий князь.

«Что Вы мне говорили, про посыл эскадры Степана Макарова к берегам Дании, чтобы он крейсерствовал на вверенных ему „Императоре Александре II“ и „Императоре Николае I“ от Гельголанда до Осло. Не только демонстрировал Андреевский флаг, но и вознамерился проверять некоторые торговые корабли, идущие под флагом Германской империи».

«Именно это я и имел ввиду», – согласился Алексей Александрович.

«Но ведь это вызовет международный скандал и ответные меры», – удивился Николай Матвеевич.

«Они первые набрались наглости и не только построили для шведов два броненосца и четыре броненосца береговой обороны, весьма совершенной конструкции, тем самым нарушив баланс сил на море и заставив нас произвести лишние траты, но и послали десять кораблей своего флота ко входу в Финский залив, а это шаг явно не дружественный, на к нашему государству, так что пускай первые и получают», – твердо и решительно заявил младший брат императора.

«Нам разумеется их четыре броненосца и пять броненосных крейсеров опасаться нечего, тем более, что наши люди и корабли эпически показали себя в боях с флотом Двуединой монархии, куда большим по количеству вымпелов, нежели сейчас есть у бошей¹⁶, у которых и единого языка¹⁷ даже нет», – согласился с шефом Чихачев.

«Еще на нашей стороне, я уверен будет флот юного норвежского короля Хокона VII, а это дорогого стоит».

«Я бы еще распорядился поставить на ремонт броненосец „Гангут“, так как он долгое время провел на Средиземном море и на нем в Кронштадте ничего сделать не успели», – выразил свою мысль вслух Николай Матвеевич.

«А по моему разумению, – перевел фразу Et à mon avis, с французского на русский Алексей Александрович, ведь думал он на языке Вольтера, – следует усилить, в данный момент времени, взаимодействия с фирмой Уайтхеда и модернизировать двадцать наших миноносцев типа «Батум» на 16-дюймовые мины и аппараты для их пуска, тем более наши предприятия, такие как: Ижорский завод, Невский завод (бывшее Русское общество механических и горных заводов), Верфь Клейтона в Або, сооружают лишь три минных крейсера типа «Лейтенанта Ильина», для ВМС Чили.

«Завтра же распоряжусь», – выразил свое почтение Чихачев.

В конце месяца, Алексей Александрович добрался на поезде, в шикарном вагоне до Севастополя и побывав на верфи Русского общества Пароходства и торговли, он проконтролировал ход модернизации броненосных крейсеров «Князь Пожарский» и «Герцог Эдинбургский», а также собрал вместе командиров крейсеров Мерсера и Энгельма, но и судостроителей Шотта и Арцеулова.

«Что самым сложным господа было в процессе улучшения Ваших кораблей?» – поинтересовался Великий князь.

«Понять зачем это требуется», – честно ответил Энгельм, финн по национальности, говоривший немного медленно и нараспев, нос картошкой и борода на две стороны, а-ля никому не должен.

«Мы ведь и так, флот Двуединой монархии на дно пустили, и еще кого надо пустим, пусть только рыпнуться в нашу сторону», – согласился с ним Мессер Владимир Павлович (дед англичанин, отец рожден в Санкт Петербурге, мать немка).

«Во-первых, добавлена, не смотря на небольшой корпус, дополнительная кочегарка, так что, скорость хода возрастает на два узла и Ваши корабли смогут обогнать броненосцы на узел скорости. Во-вторых, два основных орудия главного калибра переносятся из казематов на полубак, впереди ходового мостика и рубки, они не только обретают возможность вести огонь в свежую погоду, но и смогут одновременно обстреливать цель, а в-третьих, броня улучшена с „компаунда“ до „стальной с никелем“, а следовательно, она будет более стойкая от новых снарядов», – разжевал, как детям, политику партии генерал-адмирал, и обратился к судостроителям: «Для Вас что было сложное?»

«Металл то он податливый, как дерево в прошлые века, – ответил Шотт (предки семьи Шоттов, были выходцы из Франции), – чтобы вместить еще одну кочегарку рабочие разобрали внутренности крейсеров, для переноса 8-дюймовых орудий на полубак пришлось срезать носовой мостик и переместить его ближе к середине корпусу, а также сместить фок-мачту».

«Погреба оставили на прежнем месте, ну а на подачу пришлось тележки приспособить, зато сплошной шахты нет и крейсера не должны гореть, как вулканы или корабли Двуединой монархии», – помог товарищу выкрутиться Арцеулов, единственный среди присутствующих русский человек, причем подданными Российской империи были все.

Беседа продолжалась в том же позитивном ключе, что и началась, но все в один голос, обещали закончить модернизацию через месяц или два. После чего, Великий князь велел идти не медля во Владивосток, так как требуется, по его мнению, усилить крейсерскую эскадру Тихого океана.

«Как Вы полагаете, – поинтересовался командир крейсера „Князь Пожарский“ нам следует, в случае возможного обострения отношений с империей Цин или японцами, стремиться к эскадренному бою или напасть на коммуникации данных стран?»

«Я рассужу следующим образом. Если брать зависимость от коммуникаций, то Япония зависит от них на все сто процентов, а империя Цин не зависит вообще. Так что против первой рационально использовать крейсерскую тактику, а против второй эскадренный бой. Но если заглянуть с другой стороны, то у японцев крейсеров мало и даже шесть броненосных крейсеров, под Андреевским флагом могут разнести весь флот Микадо. В то-же время, у адмиралов императрицы Цыси, два броненосца и две дюжины броненосных крейсеров, так что схватка с ними ни к чему хорошему не приведет. Понятно изъясняюсь?» – поинтересовался Великий князь.

«Понятно, что ничего не понятно, – согласился командир «Герцога Эдинбургского» – Энгельм, он и так не важно изъяснялся на русском, а тут, когда фин с немцем на нем изъясняются, понял вообще плохо.

Но потом последовал ужин, на котором присутствовали и вице-адмирал Диков, капитаны всех броненосцев и крейсеров Черноморского флота, прозвучало много рассказов, воспоминаний и тостов, во славу Российского оружия, а также много всего другого, веселого и занимательного, на что моряки большие мастера.

Теплая осень

В Сентябре, адъютант великого князя – Гуляев Эраст Евгеньевич¹⁸ представил на суд членов Морского технического комитета свою работу, по устройству, как на новых судах, так и тех, которые есть в эксплуатации, с известными сложностями, конструктивной защиты, которая может существенно ограничить повреждение корабля в случае попадания в его борт самоходной мины. На все вопросы членов МТК он ответил блестяще и сомнений в необходимости подобных конструктивных усовершенствований пропала, вопрос стоял лишь в том, на сколько срочно требуется их внедрять. С одной стороны, раз разработали, то требуется немедленно, в случае чего, а с другой стороны, чем позже подобное нововведения окажется в поле внимания судостроителей Англии и Франции, тем больше шансов у миноносцев под Андреевским флагом поразить неприятеля одним или двумя попаданиями своего смертоносного оружия.

Николай Матвеевич Чихачев доложил Алексею Александровичу о завершении перевооружения броненосных крейсеров 1-го ранга: «Герцог Эдинбургский», «Князь Пожарский» в Севастополе и «Владимир Мономах» во Владивостоке. Если скорость работ в самом восточном крупном порту Российской империи была вполне сопоставима с Петербургом и Севастополем, то строительную перегрузку в 372 тонны, убрать не удалось. Сказывалась плохое соблюдение весовой дисциплины на новой верфи, а данная величина составляла до 9% водоизмещения броненосного крейсера, что весьма много и не лучшим образом скажется, как на мореходных качествах, так и устойчивости в морском бою.

«Вероятно, командир крейсера, как хомяк, все что мог взял с собой, авось в походе и пригодиться», – прокомментировал, для себя, сухие цифры отчетов Чихачев.

«О бое тоже надо думать, а не только о дальних походах, – озвучил мысли свои великий князь, этот плавательный ценз¹⁹ ничего хорошего нашему флоту не принес. Вон „Князь Пожарский“ имеет перегрузку всего в 28 тонн, но правда, „Герцог Эдинбургский“ вобрал в себя, вообще, лишние 210 тонн и ходок по океанам из него никудышный».

«Предлагаю следующим модернизировать во Владивостоке броненосный крейсер 1-го ранга „Дмитрий Донской“, как один из самых свежих представителей своего проекта», – выразил разумную инициативу управляющий Морским министерством.

«Ничего не имею против, так как и судостроители с восточной нашей окраины опыта понабрались, второй у них вероятно лучше получиться, – согласился великий князь, – а что мы будем делать с двумя стапелями в Севастополе Русского общества пароходства и торговли и с малым деревянным эллингом Нового Адмиралтейства, а также малым каменным эллингом Балтийского завода? Они построили для норвегов броненосные крейсера „Нарвик“ и „Тромсе“ и готовятся построить новые корабли».

«Мастеров у нас не так много, если строить броненосец-крейсер предложенный мною, то все его делать и будут, – рассудительно произнес Николай Матвеевич, – есть возможность четыре броненосных крейсера заложить типа „Адмирал Нахимов“, в дополнение к тем шести, что у нас состоят на вооружении».

«Если подойти, с научной точки зрения, – Алексей Александрович был не только по части еды, выпивки и женщин мастер, а иногда, когда пресыщался, еще и почитывал всю прессу мира, по морской тематике, – то в Российском императорском флоте десять броненосцев, тринадцать броненосных крейсеров, четырнадцать бронепалубных крейсеров и тридцать пять миноносцев. Если развивать наш флот в соотношении 1-2-3-4, то броненосцы построены все, броненосных крейсеров требуется еще семь, бронепалубных шесть и миноносцев пять штук».

«Благодарю за науку, научил старого дурака родину любить и царю служить, – съерничал Чихачев, – почему тогда император Николай I, все линкоры да фрегаты жаловал, а остальные корабли так, как вспомогательные держал, Вы Ваше Высокопревосходительство москитным флотом воевать вознамерились?»

«Во времена покойного императора Руси или Священной римской империи Германской нации, простиравшейся от Бискайского залива до Волги, которую в нижнем ее течении от Казани до Астрахани звали Итилем, а менее образованные граждане и Италией, не было миноносцев и бронепалубных крейсеров, а сейчас есть».

«Что же предлагаете модернизировать?» – захотел услышать ответ управляющий, чтобы потом, когда он сам что-то решит, ему не прилетело.

«Давай ценить пока что есть. Загоним в каждый маленький док по два миноносца типа „Батум“, а оставшиеся на заводы: Ижорской, Невский, Крейтона, и все разом модернизируем», – решил великий князь.

Отношения с производителем минного оружия для Российского императорского флота нормализовались и все девятнадцать миноносцев типа «Батум» были поставлены в сентябре для перевооружения на большие аппараты для пуска мин, с минимумом доработок. На некоторых заводах бывало просто аппарат для пуска разрезали вдоль и вставляли вкладыш. Таким образом, диаметр трубы увеличивался с 15 до 16 дюймов, ну а мины, разумеется, требовалось новые закупить».

Чихачев все грамотно рассчитал и все-же сумел найти подход к Великому князю, подключил свою молодую супругу, у той были обширные связи в Петербурге и Париже. Великий князь, так как его воля была выполнена, а мощности оставались, разрешил заложить броненосец-крейсер «Ослябя» в Севастополе. Корабль не только стоил нескромные 10,6 миллиона рублей, в то время, как «Император Александр II», 10,4 миллиона, броненосец «Наварин» всего 9,4 миллиона, а «Синоп» вообще 8 миллионов.

«Что в нем такого дорогого? Или зарплаты Шотту и Арцеулову положил большие?» – поинтересовался Алексей Александрович.

«Водоизмещение в 13000 тонн, скорость максимальная в 20 узлов, не всякий крейсер с ним сравниться», – гордо произнес Чихачев.

«Ты меня цифрами то не засыпай, я не твоя жена, какая у него будет крейсерская скорость и дальность плавания?» – поинтересовался Великий князь.

«Крейсерская скорость обещает составить 11,7 узлов, а дальность рекордные 7000 миль», – торжествующее поглядел на шефа Николай Матвеевич и во взгляде у него сквозило что-то от мальчишки.

Артиллерийский (пушечный) лафет. Эта картинка была использована для иллюстрирования статьи «Лафет орудийный» опубликованной в четырнадцатом томе «Военной энциклопедии», который был издан книгоиздательским товариществом И. Д. Сытина в 1914 году в столице Российской империи городе Санкт-Петербурге.

«Знаю я все, для проформа спрашиваю. И то что, броня борта из 8-дюймов стали состоит, и то, что нос и корма 4 1/2 дюйма стали, а палуба из 1 1/2 дюйма стали, тоже знаю. Вооружение основное из новых 9-дюймовых орудий в 29-калибров, с начальной скоростью бронебойного 221-кг снаряда 663 м/с. Основной калибр должен составить – двадцать орудий калибром 4,7-дюйма и длинной ствола 30-калибров, убийственный для всех бронепалубных крейсеров и миноносцев, – проявил необыкновенную осведомленность Алексей Александрович, – стройте, Вам ведь требуется наше пароходство охранять, а охранять его кроме этого корабля некому».

В октябре, контр-адмирал Степан Макаров, на двух броненосцах «Император Александр II» и «Император Николай I», в сопровождении четырех миноносцев, совершал вояж от одного германского берега до другого, выполняя приказ генерал-адмирала. С офицерами своего штаба и другими офицерами 2-й бригады Практической эскадры, повидали возрождающийся германский броненосный флот, который вообще, весь полностью, до 1850 года был продан «за ненадобностью».

Наблюдали офицеры Российского императорского флота и идущий из гавани Бергена броненосец «Норге» с броненосным крейсером «Тромсе», в сопровождении бронепалубных крейсеров «Фрейя» и «Ула» (типа «Ярославль»). Корабли флота королевства Норвегия произвели, положенный в таких случаях салют наций, а при личной встрече союзники заверили, что всегда придут на помощь, в борьбе с любым врагом, что добро они не забывают.

Встретилась где-то у Ютланда и 1-я дивизия броненосцев Практической эскадры Балтийского флота, под командованием Казанкова Николая Ивановича²⁰, ведший корабли: «Хиос», «Наварин», «Патрас», в сопровождении крейсера-яхты «Светлана». Причем свой флаг, согласно личного строго распоряжения генерал-адмирала держал именно на ней.

Адмирал Н. И. Казнаков во время смотра на палубе корабля

«Что же вы голубчик Николай Иванович, – сказал Степан, когда паровой катер довез его по бушующему Немецкому морю до борта „Светланы“ и он вскарабкался по шатающемуся трапу, – я то думал Вы самый боевой адмирал нашего флота, в Русско-Турецкую войну воевали, а тут на яхте флаг держите. Смотрите германцы засмеют».

«Не я это все, Великий князь со своими придумками, позорит меня старика, я ему говорю надо на „Наварине“ флаг держать, а он мне, что мол выбьют флагманский корабль, тебя убьют, а остальные два корабля что делать будут? Сами по себе воевать? Без руководства? Ты свою честь сохранишь, а делу нашему навредишь».

Макаров промолчал, внимательно слушая и рассуждая, отхлебнув обжигающего чая с чабрецом.

«Я говорю лучше бесчестие и смерть, а он мне про долг, что надо победить неприятеля и самому живому остаться и управляемость двух других кораблей не потерять, а то сразу порознь действовать будут и их потопят», – с обидой сказал Николай Иванович.

«А ведь дело говорит генерал-адмирал, – согласился с мнением высокопоставленного начальника Макаров, – в этом что-то есть. Погибнуть с честью много ума не надо, требуется хладнокровие и любовь к Родине, а вот грамотно организовать маневрирование эскадрой и огонь артиллерии куда следует, вот высшая добродетель адмирала. И если Вы дольше будете на своем роскошном флагмане приказы отдавать, то больше шансов на то, что подчиненные Вам корабли больше будут вести огонь».

«Но как же, что в пехоте нас посылают, а на флоте ведут», – парировал Казанков.

«Что проку от оглушенного, контуженного, не приведи Господь раненного адмирала погибающего на флагманском корабле, ведь тогда в управление эскадрой вступает капитан корабля, который просто ведет свой корабль, а за ним идут все другие. И капитан это в лучшем случае, а может и старший офицер или вообще лейтенант какой то?»

«Это Вы, милейший Степан Осипович, загнули».

«Кто лучше будет эскадрой управляться Вы или лейтенант из носовой башни „Наварина“? Не отвечайте, ответ и так очевиден. Так что Алексей Александрович на сто процентов прав, отдавая Вам подобный приказ, почему он мне не отдал подобный? Вот в этом вопрос. Вероятнее Вы ценнее на флоте», – заверил старика Степан.

«Я думаю, у него в распоряжении просто не было еще одной такой яхты», – примирительно произнес Николай Иванович и пригласил гостя в свой салон, который был оборудован не только спальной с санузлом и ванной, но и небольшой библиотекой, где два адмирала уселись и обсудили свежие сплетни, касаемые списания империей Цин старой бронированной канонерки и пяти первых миноносцев, еще с шестовыми минами, взятыми за образец с миноносок Черноморского флота периода 1878 годов или шестнадцати лет тому назад. Второй новостью, которой Казанков и Макаров обсудили, стало списание Германской империей двух безбронных крейсеров «Аугсбург» и «Дрезден», как имеющих малое боевое значение и продажу их гражданскому флоту. Английские химики исследовали нитроглицерин, греки привели в свои порты три, купленных во Франции, бронепалубных крейсера: «Гармония», «Бриллиант» и «Север», а королевство Испания напряглось и построило настоящий эскадренный броненосец «Сан Хуан», и это в условиях идущей несколько лет войны с США.

20 октября 1894 года, в 14 часов 15 минут, сидя в кресле, Александр III умер. Диагноз болезни императора Александра III:

«Ливадия, 21 октября 1894. Диагноз болезни Его Величества Государя Императора Александра Александровича, поведший к Его кончине: Хронический интерстициальный нефрит с последовательным поражением сердца и сосудов, геморрагический инфаркт в левом легком, с последовательным воспалением. Подписано: Лейден, Захарьин, лейб-хирург Гиршев, профессор Н. Попов, почётный лейб-хирург Вельяминов, министр Двора граф Воронцов-Дашков».

В ноябре, Алексей Александрович, озаботился тем, что у вице-адмирала Казанкова есть в распоряжении крейсер-яхта, а у командира 2-й дивизии Макарова яхты нет, и он, продолжает командовать вверенными ему дорогостоящими кораблями, по старинке, с борта головного броненосца, назначенным флагманским кораблем. Великий князь был категорически против подобного хода дел. В целом, ему было глубоко наплевать, откуда Степан будет командовать и удобно ли ему это делать. Пожелает, как адмирал Ушаков во главе своей эскадры станет, хочет какой то другой корабль выберет. Генерал-адмиралу был важен придуманный им, а правильнее сказать переосмысленный, не получивший еще большого распространения, принцип размещения адмирала на корабле управления. В обязанности данного корабля входит показывать сигналы, куда другим кораблям идти и куда стрелять. Он отдал распоряжение, заложить в малом каменном эллинге Балтийского завода, только что построившим броненосный крейсер для флота Норвегии, бронепалубный крейсер типа «Рыбинск», под названием «Молога».

Так как, во-первых, бронепалубный крейсер был необходим. Во-вторых, Великому князю было глубоко безразлично, в каких условиях его подчинённый живет и на каком корабле. Ему был важен сам принцип, чтобы его адмирал, малого количества кораблей или большого, командовал находясь не под снарядами неприятеля, а немного в стороне, так как был важен сам принцип подчинения!

К юному цесаревичу Николаю II прибыла делегация их эмирата Джебель-Шаммар²¹, привезли верблюдов, оружие и драгоценности в дар, и предложили дружбу, так как отвоевали у Османской империи выход в море и теперь приглашали прибыть с ответным визитом. В общем, цесаревич Российской империи, еще не ставший императором, принял делегацию благосклонно. Но на второй вопрос, о закупке какого либо мощного корабля, отправил их к своему дяде.

Алексей Александрович говорить с ними не знал о чем, так, соблюдал этикет, но когда стал арабский язык разбирать название желанного корабля «Наварин», о котором бедуины прочитали, в какой-то английской газете, да еще и стоимость услышал про 2,2 миллиона предоплаты и 12 миллионов доплаты, при себестоимости миллионов десять, и это в золоте, то тут же дал свое согласие, обнялся с союзниками, как с родными, и беседовал с ними, через переводчика, долго до полуночи. Тем боле, что томить они его не стали, вышли арабские танцовщицы в газовой ткани и вынесли забористый кальян, так что стало Великому князю совсем весело и беззаботно. Почувствовал он себя в сказке 1001 ночь.

Заложить очередной броненосец решено было в Николаеве, где, только что, спустили для норвегов броненосец «Осло». Так как в Николаеве кораблей типа «Наварин» еще отродясь не строили, то много оснастки и запчастей везли с Балтики по железной дороге. А на верфях Северной столицы строить тоже было негде, так как на Новом Адмиралтействе сооружался, в Большом деревянном эллинге, броненосный крейсер «Мандал», на Галерном островке броненосец «Берген», а на Балтийском заводе броненосный крейсер «Ларвик».

Триумфальная арка Тита. Офорт из серии «Виды Рима». 1746

На следующий день, нет, через день, когда ему стало лучше, великий князь, с негодованием узнал, что итальянцы сговорились с Румынией и заключили оборонительный союз. Через министерство иностранных дел Российской империи он послал ноту неодобрения подобных действий. Особенно он ничем не рисковал, так как после глобального катаклизма половина страны, под названием Италия, лежала в руинах, а флот был представлен жалкими двумя броненосцами и двумя броненосными крейсерами с четырьмя легкими, которые совмещали в себе рейдерские функции и мореходных торпедно-артиллерийских лодок.

После приведения себя в порядок, Великий князь прочитал донесение от капитанов броненосных крейсеров «Герцог Эдинбургский» и «Князь Пожарский», из Суэца, что канал прошли благополучно и двигаются по маршруту. Сейчас, по его прикидкам, два броненосных крейсера, под Андреевским флагом, должны быть где-то у выхода из узкого горлышка Красного моря. Рядом с ними, тоже направлялись на Дальний восток, четыре английских броненосца, четыре броненосных крейсера, четыре бронепалубных, которые на привязи, как хозяин щенка, тащили два миноносца, чтобы они не расходовали свой драгоценный моторесурс и пришли по месту назначения, как с иголочки. Из форпоста Франции, в тех водах – Джибути, вышли три бронепалубных крейсера, с триколором, и приветствовали корабли Российского императорского флота, как своих верных союзников.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Эфиопский океан – это старое название южной части Атлантического океана. Термин использовался с древних времён вплоть до середины XIX века, поскольку термин «Эфиопия» по традиции применялся ко всей Африке южнее Сахары.

Вернуться

2

Комета Биелы (официальное название 3D/Biela) – потерянная короткопериодическая комета из семейства Юпитера. Была открыта в 1772 году французским астрономом Жаком Монтенем. Доказал, что она короткопериодическая с периодом обращения вокруг Солнца около 6,5 лет, немецко-австрийский астроном Вильгельм фон Биела только в 1826 году, поэтому комету назвали его именем.

Вернуться

3

Джордж Уайтвик Рендел (George Wightwick Rendel; 6 февраля 1833 – 9 октября 1902) – британский инженер-кораблестроитель и бизнесмен, который прославился своим плодотворным сотрудничеством с компанией «Armstrong Whitworth». Для этой фирмы он разработал особый тип канонерских лодок, которые стали очень популярными как на внутреннем, так и на международном рынке вооружений. Кроме того, он построил первые экспортные крейсера этой фирмы, а также крейсер «Эсмеральда», который был построен для чилийского флота и установил новые стандарты для класса бронепалубных крейсеров. Помимо этого, Джордж Уайтвик Рендел сделал множество изобретений в области морской артиллерии.

Вернуться

4

Длина орудия 6858/30 мм/клб, длина канала 6147/26,9 мм/ клб, длина нарезной части 4810 мм. Нарезы прогрессивной крутизны, у дула 25 клб. Число нарезов 52. Глубина нарезов 1,52 мм. Вес клинового замка 606 кг. Вес орудия 18 948 кг. В б/к 9»/30 пушки входили снаряды от 9» пушки обр.1877 г. Первоначально заряд состоял из 49,1 кг черного ПП пл.1,75, а затем 53,2 кг бурого пороха. V0 = 561 м/с, дальность 4630 м при угле +6°. При увеличенном до 60,2 кг заряде бурого пороха Vo = 597 м/с. Дальность 4908 м при угле +6° и 5556 м при угле +11,2°. 9»/30 пушки были установлены только на КЛ «Бобр» и «Сивуч» на бортовых станках Пестича. Станки изготовил МЗ. Первый из них испытали в 1884 году, а затем установили на «Сивуч». Угол ВН -5°…+11,5°. Угол ГН 72°. Время поворота на полный угол тремя номерами расчета 1 мин. Максимальная длина отката 2170 мм. Длина платформы 5486 мм, уклон платформы 4°. Вес станка 4832 кг, вес платформы 6126 кг. Вес установки без орудия 12 842 кг.

Вернуться

5

Эгрегор – это понятие, термин и концепция в области оккультизма и эзотерики, которая описывает нефизическую сущность, или групповое биополе. Сторонники этой теории считают, что более или менее крупные человеческие сообщества способны формировать собственное энергетическое поле, которое возникает под воздействием стремления к общей цели. Примерами эгрегоров могут служить: эгрегор творческой школы, эгрегор государства, эгрегор религии, улья, муравейника и многие другие. Участники таких сообществ могут ощущать чувство сопричастности, «подключаясь» к объединяющему их эгрегору, что, в свою очередь, способствует повышению их личного энергетического потенциала.

Вернуться

6

В древнегреческой мифологии фригийский царь Мидас награду за почет, оказанный учителю Диониса Силену, получил от бога необычный дар – все, к чему прикасался Мидас превращалось в чистое золото. Только во время пира понял царь ошибочность своей просьбы – золотыми становились у него во рту все яства и вина. В ответ на просьбу забрать назад свой дар, Дионис отправил Мидаса к реке Пактол, в водах которого тот смог бы смыть с тела и дар и свою вину. С тех пор золотоносным стал Пактол.

Вернуться

7

Беренгария Кастильская (Berenguela de Castilla), также Беренгария Великая (исп. Berenguela la Grande) – кастильская инфанта, супруга короля Леона Альфонсо IX, королева Кастилии и Толедо в 1217 году.

Вернуться

8

Выражение «пить чай в накладку» означает, что сахар кладут в чай и размешивают. Такой способ раньше использовали в основном аристократы и богатые люди, так как сахар был дорогим продуктом. Выражение «пить чай вприкуску» означает, что кусочки сахара отделяют специальными щипчиками и кладут в рот, а не в чашку. Можно зажать сахар между зубами и протягивать через него чай, растягивая удовольствие на несколько чашек. Также существует выражение «пить чай вприглядку», когда сахар ставят перед глазами, а пьют пустой чай, наслаждаясь лишь видом этого сахара. Выбор способа зависит от личных предпочтений и традиций чаепития. В 1895 году стоимость сахара в России составляла 1 рубль за фунт.

Вернуться

9

Годовой оклад контр-адмирала Степана Макарова после того, как он стал главным командиром Кронштадта и адмиралом свиты Его Императорского Величества, составлял 14 000 рублей в год. Кроме того, Николай II одновременно с производством Макарова в контр-адмиралы назначил ему годовую аренду 5 400 рублей из средств личного кабинета. С учётом гонораров, которые получал Степан Осипович за свои книги и статьи, годовой бюджет семьи Макаровых в канун 1904 года составлял 20 000 рублей (причём аренду квартиры и дрова оплачивало Морское министерство). Также известно, что 6 октября 1895 года Степан Осипович вместе с лейтенантом Зилотти организовал любительский цыганский концерт в пользу Общества изучения Амурского края, сбор в 132 руб. 71 коп. пополнил кассу Общества. Так что чай «в приглядку» можно считать преувеличением)

Вернуться

10

Пётр I ввёл в обиход образ, который стал символом России, олицетворяя её в женском обличье. На личной печати царя было изображено, как Пётр ваяет статую России – женщину, держащую в руках державу и скипетр, с короной на голове и мантией на плечах. Эта идея зародилась ещё в Древней Руси, когда слово «мать» ассоциировалось с «сырой землёй», и русская земля воспринималась как живое существо в материнском образе. Окончательно символы «Царь-батюшка» и «Россия-матушка» сформировались к началу XIX века, когда во времена правления Екатерины II слово «матушка» прочно закрепилось за самой правительницей.

Вернуться

11

Лондонский Сити – это фактически независимая территория, со своей полицией и своими законами. Он наделён особым статусом, не подчиняется официальным властям Великобритании и Британской монархии, имеет своё правительство и полицию.

Вернуться

12

Для надёжной защиты от различного рода мин (самодвижущихся и заграждения) и таранов Э. Е. Гуляев предложил устанавливать у бортов корабля специальные наделки шириной 5—6 м и располагать в них в шахматном порядке продольные и поперечные переборки. Он считал возможным использовать эти бортовые отсеки как хранилища для угля или жидкого топлива, что не только освобождало дополнительные пространства в корпусе корабля, но и способствовало лучшему гашению энергии взрыва мины.

Вернуться

13

В XVIII веке род российских царей перестал быть просто Романовыми и стал Гольштейн-Готторп-Романовыми, после чего стал считаться побочной ветвью немецкой династии Ольденбургов.

Вернуться

14

Железнодорожная катастрофа, произошедшая 17 (29) октября 1888 года с императорским поездом на участке Курско-Харьково-Азовской (ныне Южной) железной дороги у станции Борки под Харьковом. Несмотря на многочисленные человеческие жертвы и сильные повреждения подвижного состава, в том числе царского вагона, сам император Александр III и члены его семьи остались живы. Спасение императорской семьи в официальной печати и в церковной традиции интерпретировалось как чудесное. На месте катастрофы был воздвигнут православный храм.

Вернуться

15

В XIX веке мексиканский доллар занимал важное место в международной финансовой системе. Золотые и серебряные монеты, изготовленные в испанских колониях Латинской Америки, включая мексиканский доллар, были широко распространены в торговых операциях. До начала XX века эти песо служили резервной валютой, поддерживая серебряный стандарт. Они имели законную силу в Соединенных Штатах до 1857 года и в Китае до 1935 года. Кроме того, мексиканский доллар стал основой для создания ряда других валют: доллара пролива (ныне сингапурский и брунейский доллар), малайзийского ринггита, гонконгского доллара, японской иены, корейской воны и китайского юаня. В 1863 году Мексика перешла на десятичную систему, и монета в 8 реалов, известная как «испанский доллар», стала называться песо, будучи разделенной на 100 сентаво.

Вернуться

16

Боши – это пренебрежительное прозвище немцев, которое возникло в годы франко-прусских войн в конце XIX столетия. Так своих противников называли французские солдаты. Прозвище сложилось из сокращённого обозначения немецкого языка и дословно переводилось как «немецкая башка». Во время Первой мировой войны это название проникло и в русский язык.

Вернуться

17

Письменная форма стандартный немецкий язык (хохдойч) был создан на II орфографической конференции, проходившей в Берлине с 17 по 19 июля 1901 года. Стремление к созданию единого немецкого языка особенно четко проявились после создания Германской империи в 1871 году.

Вернуться

18

В 1888 —1891 года проектировал новые броненосцы береговой обороны малого водоизмещения типа «Адмирал Ушаков». Автор проектов «малых» броненосцев «Двенадцать апостолов» и «Гангут», проекта «непотопляемого и неопрокидывающегося броненосца». В 1893 году в Лондонском институте корабельных инженеров прочитал лекцию «О новых формулах Афанасьева для приблизительного решения задач, соединённых с движением судов».

Вернуться

19

«Положение о морском цензе» было утверждено 25 февраля 1885 года императором Александром III. Оно определяло порядок производства в чины и назначения на строевые должности морских офицеров, флотских штурманов, артиллеристов и механиков, а также устанавливало продолжительность времени, проведённого офицером на корабле, как условие для дальнейшего продвижения по службе.

Вернуться

20

Николай Иванович Казнаков – русский адмирал, генерал-адъютант. В 1891 году он был командующим практической эскадрой Балтийского флота, старшим флагманом 1-й флотской дивизии. В 1893 году Казнаков командовал российской эскадрой, посетившей Соединенные Штаты для участия в праздновании 400-летия открытия Америки. После возвращения в Россию 30 августа 1893 года он сменил в должности командира Кронштадтского порта и военного губернатора Кронштадта С. П. Шварца. Эту должность он исполнял до 6 декабря 1899 года.

Вернуться

21

Правление амира Мухаммада I (1872—1897) стало периодом расцвета Джебель-Шаммара и временем наибольшего могущества клана Ааль Рашид. В январе 1891 года Мухаммад I завоевал Эр-Рияд, где против него восстал Абд ар-Рахман ибн Фейсал Аль Сауд. После этого Мухаммад аль-Рашид укрепился в качестве бесспорного повелителя Центральной Аравии.

Вернуться