Ольга Чэнь
Тени далёкого прошлого

Название: Тени далёкого прошлого

Автор(-ы): Ольга Ануфриева

Ссылка: https://author.today/work/86521

Глава 1

В помещении витал неприятный запах, несмотря на зиму и врывающийся отовсюду холодный свежий воздух. Сразу видно, что здание давно заброшено и требует немалого ремонта. Старые обветшалые камни хранили наростами зеленый мох и остатки растений, проросших на них летом. Хоть всё вокруг припорошил снег, заброшенный сюда ледяным ветром, оставалась возможность рассмотреть древнюю кирпичную кладку, истертую и потрескавшуюся.

Высокая покосившаяся башня тянулась к небу своими старинными выщербленными серыми кирпичными стенами. Снизу лишь просматривалось, что наверху этой башни есть незначительного размера площадка. Наверх, к сожалению, было не подняться, так как лестница внутри неё местами обрушилась ещё неизвестно в какие времена. Снег лежал по углам небольшими сугробиками. Они, как и я, теснились в нерешительности, будто чувствовали себя неуютно в этой компании, соседствуя рядом с пришедшими людьми.

Осторожно ступала, потому что каждый шаг трепетал в моей душе и переполняло чувство чего-то неизвестного, я будто опасалась всего, и мне хотелось быстрее покинуть здешние стены. Чувствовала себя жутко, и гнетущее ощущение страха не отпускало. Была здесь впервые, и несмотря на толпу находящихся рядом воинов и магов, что-то неведомое, древнее заставляло моё сердце колотиться чаще.

Прошла дальше и вступила в небольшое полукруглое помещение. Здесь царил полумрак, и свет вливался только через полукруглый дверной проём, освещая нутро этого страшного места. Я отпрянула. Впереди лежало много костей и череп какого-то гигантского животного.

«Он такой большой, что будь жив, проглотил бы меня целиком, и не подавился», – подумалось мне.

Нас разделяли висящие перед моим взором крест-накрест массивные цепи, вбитые наискосок в боковые стены. На цепях посередине были прикреплены металлические прутья, толщиной в руку.

Стало ещё неприятнее на душе, сердце мелко закололо и по телу пошли мурашки, в нос опять ударил смрадный запах.

– Это жертвенник варга́ров, – раздался бас над моим ухом.

Я вздрогнула от неожиданности и обернулась. Рядом стоял король, уже пожилой мужчина.

– Чувствуешь что-то? – спросил он.

– Да, – прикрыв глаза, провела ладонью в воздухе, – здесь много непонятной мне энергии, место до сих пор хранит силу древних обрядов.

Открыв глаза, сконцентрировалась, насколько было возможно, чтобы не ударить в грязь лицом. Вдруг ощутила себя в чужой энергии, будто в воде, она обволакивала меня, как полупрозрачный кисель.

Череп с громким шорохом приподнялся в воздухе, а цепи затрепетали и зловеще заскрипели своими ржавыми звеньями. Я сделала резкий шаг назад:

– Что это?! – сердце бешено заколотилось от испуга.

– Не знаю! – сказал, оглядываясь по сторонам, король, – на моей памяти еще не было такого! – и положил руку на эфес меча, озираясь по сторонам. – Ты ведь магиня, тебе виднее.

Прибежали остальные и всё стихло, череп опустился на место.

– Что это было?.. Это сделала ты? – спрашивали меня со всех сторон.

– Нет, честно… не я, – забормотала, оборачиваясь. – Я бы не смогла, у меня нет столько сил.

Должна сказать, что была довольно посредственным магом, середнячком, но в наше время даже такие ценились больше, чем маститые войны. Вышла из помещения, оставив всех разбираться в произошедшем самостоятельно. Животный страх, мешавший мне жить, нахлынул с новой силой. Ничего не хотела об этом знать, даже магия не помогала мне чувствовать себя уверенней. Я жуткая трусиха.

«Уж лучше бы сидеть целый день на кухне, возле теплой печи, и готовить вкусные булочки и мясо», – прикрыв глаза, увидела красно-серую кирпичную печь, внутри неё блистал озорной, такой тёплый и домашний огонёк, вздохнула, наяву представив ароматы.

Меня хлопнули по плечу, я вновь подпрыгнула от страха и обернулась.

– Чего тут одна, разве тебе не интересно? – спросил Легеди́к.

– Интересно…, но страшно, – посмотрела на него глазами жалкого котёнка.

– Ты же маг, чего тебе бояться? – усмехнулся он. – Вы можете даже не подходить к противнику, как раз для трусишек придумано, – он потряс передо мной своим мечом, – Не то что воины.

– Я тебя уважаю, – ответила ему с витающим восхищением во взгляде.

Легедик вытаращил на меня глаза.

– За смелость, – пояснила в ответ на его мимику, – ты сильный, ловкий и смелый, у меня бы храбрости не хватило подойти к врагу, чтоб его убить. Упала бы сразу в обморок, – рассмеявшись, изобразила, как падаю с перекошенным от страха лицом. – Словно опоссум.

Опытный командующий рассмеялся.

И вправду, уважала воинов, за их силу, смелость и мужественность.

– Ничего, если что, есть я, для защиты МАГОВ, – сказал Легедик, и мы рассмеялись от такого парадокса.

На центральной площадке небольшой крепости начали собираться пришедшие.

Вперед вышел король. Этот полноватый пожилой мужчина, лицо которого обрамляли серебристые усы с бакенбардами, а волосы покрывал серебристый налет, был позитивным и активным человеком, отличался хорошим здоровьем. Он до сих пор легко запрыгивал в седло и принимал участие почти во всех вылазках воинов. Как будто старость еще даже и не приходила к нему.

– Мы всегда приводим в это памятное древнее место начинающих воинов и магов, – начал он, – дабы они почувствовали всю мощь и величие наших предков, а также ощутили, как выглядит реальная чужая магия, которая до сих пор витает тут, не смотря на множество прошедших лет.

Он осмотрел собравшихся, стараясь заглянуть каждому в глаза:

– То, что произошло сегодня… может говорить лишь о том, что наши предки дали нам знак, что будут всегда охранять нас. Также послали напутствие и веру в наше новое поколение магов и воинов, которые будут доблестно нас защищать! – Король опять оглядел собравшихся и продолжил с интонациями учителя:

– Не знаю, ведают ли все историю этой крепости. Она была построена когда-то в глубокой древности, и принадлежала нашим далеким предкам. В те времена разразилась страшная война. Мы проиграли битву, и этот дом захватили варгары. Их шаманы много десятилетий делали это место своим алтарем и приносили в жертву своим страшным Богам почти всех захваченных людей. Затем эти земли вновь вернули себе наши далекие предки. Теперь это священное место хранит в себе множество и нашей, и чужой энергии, а также это памятный храм нашей скорби и истории, – в завершении его речи в голосе чувствовалась великая гордость.

Присутствующие замерли, обдумывая сказанное. Только ветер, залетавший в открытый двор, перебирал и перекладывал кучки снега, будто был занят только ему ведомой работой, его не интересовало, что здесь происходит. Ветер словно говорил: «Пришли тут, понатоптали, перевернули всё вверх дном, а мне теперь разбирать».

– А почему мы живем не здесь, а построили город недалеко, не рядом с этой небольшой крепостью? – нарушил тишину вопрос.

Все посмотрели в ту сторону. Это была Диора, подававшая большие надежды магичка. Очень ценимая в нашем городе, потому что её способности были самые лучшие среди учеников, наравне с опытными магами.

– Кто же селится на кладбище? – ответила ей, поёжившись, и обхватила себя руками. – А город наш ещё и скалы защищают.

– Ты права, – произнес король, простерев руку в мою сторону. – Это место нашей памяти, памяти предкам и их жертвам, а также многим тем, кто был убит в этом алтаре.

Магичка презрительно-высокомерно хмыкнула и отвернулась. Король Та́вриур слез с каменного помоста, на котором выступал. Это была единственная сохранившаяся лестница, ведущая на стены.

– Если все всё осмотрели, надо собираться в обратный путь. Сейчас перекусим, помянем жертв и отправимся.

«Скорее бы… осматривать… больно надо, не самое приятное место для прогулок, – подумалось мне. Чувствовала кожей вокруг витавшую враждебную энергию. – Сколько слёз и крови здесь было пролито, – я даже не спускалась в подземелье этого места, как должна была. – Там, наверное, ещё кошмарнее».

– Держи, – услышала сбоку.

Я глянула на кусок протянутого пирога с мясом и подняла глаза.

«Легедик, опять ты?» – по-доброму подумала, но не произнесла, а просто приняла еду.

– Здесь так неприятно пахнет, ты чувствуешь? – принюхиваясь, наморщила нос.

– На что ты намекаешь? Я сегодня мылся, это не от меня, – возмутился воин.

– Да нет, я имею ввиду, в этом замке, – успокоила друга.

Парень поводил носом вокруг:

– Не знаю, я ничего не чувствую. Ветер здесь, насквозь продувает.

– Всё равно, спасибо за пирог, – кивнула и улыбнулась.

Мы знакомы с ним с детства, и несмотря на семилетнюю разницу в возрасте, он часто поддерживал меня, но иногда такая забота казалась мне навязчивой. Дик всегда славился талантом, не то что я, быстро выбился в командующие. Да и Диоре он нравился, а мне не хотелось с ней конфликтовать, не люблю раздоры, ругань и выяснения отношений. К тому же они оба старше меня и больше подходят друг другу.

– К нам скачет всадник, – Ма́ртиос показал в сторону открытых ворот древней крепости.

– Варга-ары! – заорал, не слезая с лошади, гонец.

Глава 2

Все, кто сидел, в растерянности вскочили на ноги, не понимая до конца сути. Всадник тем временем уже подъехал к королю Тавриуру:

– Сюда идет варгарье войско, где-то около семисот голов, – заговорил он спешно.

– Как далеко?! – уточнил правитель.

– Караульные в горах увидали отряды варваров в долине. Передвигаются быстро, скоро они будут здесь. Варгары идут в нашем направлении, с ними есть шаманы. Присланное сообщение с голубем сообщило, что за ними идут ещё отряды! Значит, наши пограничные форты они уже прошли… Надеюсь, там остался хоть кто-то живой… – ответил гонец.

– Воины, кто есть! – закричал король, – через эту дыру пройдем к пограничью, попробуем временно задержать их, активировав наши ловушки, затем вернемся тайными ходами в город. Маги должны за это время успеть вернуться в столицу и приготовиться к обороне города. Мы не должны потерять магов, у нас их и так мало. Выполнять! – заорал он, и только после этого все, наконец, внезапно забегали и засуетились.

А я стояла, растерявшись и ничего не поняв. Войны рядами, друг за другом, скрывались в бреши стены.

«Это не шутка, не розыгрыш?» – от волнения у меня затряслись руки и вспотели ладони.

– Уходи, бегом пошла в город! Быстро! Пошла прочь! Беги, что есть мочи! – гневно заорал прямо в лицо Легедик.

И я побежала. От страха у меня сводило нутро, ноги заплетались в снегу, дыхания не хватало. Чувствовала, как колотится сердце, словно оно сейчас прорвёт стенку грудной клетки и выскочит.

«Если оно выскочит, как же я буду жить? – пришла в голову мысль, – Смогу ли наколдовать себе другое? … Боже, о чем думаю в такой момент?!»

Голова начала потеть под шапкой, я спотыкалась о сугробы, ветки и камни, обо всё подряд, физические упражнения были явно не мой конёк. Старалась не терять из виду маячившую невдалеке впереди спину бегущей девушки. Как же было страшно, земля уходила из-под ног:

«Мы же успеем? Должна найти в себе силы и бежать дальше», – мысленно уговаривала саму себя. Вот показались родные высокие стены… вот мост… вот ворота.

– «Фу-у-ух-х, – рухнув почти навзничь на снег, подумала, пытаясь отдышаться, – Помереть можно».

Большие толстые тяжелые деревянные ворота, окованные железом, с грохотом закрылись, за ними вторые, залязгали замки и засовы. Я перевернулась на спину и посмотрела в небо.

– Ты как… живая? – заглянула в лицо моя подруга Лигра́на. У неё нет магических способностей, поэтому она работала на кухне, снабжающей казармы. Часто пропадала у неё и поэтому мне доводилось пробовать что-то вкусное.

– Нет, – со вздохом ответила ей, и сев, протерла лицо снегом. Оглядевшись, поняла, что не я одна выносливостью не страдаю.

– Как услышала… прибежала… Жду-жду, а вас нет… ну, думаю, всё…, а потом смотрю, бежишь, – начала она сбивчиво тараторить. – А где Легедик?

Он был её родным старшим братом.

– Они… пошли туда куда-то, – махнула рукой, – Отправились задержать их, а потом вернутся.

– Вы что тут разлеглись все?! Жезлы в руки и в зал, живо! – подбежавший военный показал рукой на маленькое одноэтажное здание. – У нас война намечается, их главные маги ждут, а они тут лежбище у ворот устроили.

Я встала и поплелась на трясущихся от быстрого бега ногах. Страшно уже не было, верила в каменные стены, которые окружали. Собравшись в зале, все перешёптывались, обсуждая происходящее событие, которое всколыхнуло нашу жизнь. Может, и приключение конечно, но мне как-то и без этого было хорошо.

***

– Принцессы нет! – в зал заседаний ворвались служащие дворца.

– Как нет? – с волнением в голосе спросил Ка́бриус Фолько́нд, что являлся архимагом – верховным магом нашей маленькой страны.

– Она отправилась в лес с двумя служанками и личным волшебником, – залепетала горничная.

– Что им там делать, … зимой? – главный маг выругался.

– Они хотели покататься на замерзшей речке, они часто туда ходят, – ответила та.

– Надо срочно за ней отправить людей! – сказал Кабриус.

– Я пойду, – с места поднялся маг Сио́н Фольконд, – только мне необходимы с собой ещё воин и пару волшебников. – Он показал на меня и девушку, сидящую рядом, её звали Пите́ка, – Например, можно их. На всякий случай. Вы пока готовьте защиту крепости.

Удивленно вскинула брови, сомневаясь в таком выборе, и страх опять осторожно вполз ко мне в грудь: «Я?!»

***

«Понятно, почему мы, – думала, пока проходили по пещерным ходам, – самые слабые, нас не жалко, если что. Не жертвовать же хорошими волшебниками…, а вот мне себя жалко. Меня и так бросили в этом городе, и я даже не знаю, откуда я, ненужная всем. Если бы не разглядели во мне магических способностей, так и вообще не знамо где была бы сейчас».

Мы вышли из Чёрной скалы в зимний пролесок, и за нами обратно тихо сросся камень, будто и не было здесь прохода.

– Вы помните, как открывать и запечатывать Чёрную скалу? Если что, ведите принцессу сюда, ни один шаман варгаров никогда не распечатает её, – обратился к нам Сион.

Мы со второй магиней, такой же ученицей, как и я, закивали. Он одобрительно кивнул в ответ, и мы направились к реке через лес, заметая за собой следы.

Волшебник Сион шёл впереди, просматривая магическим зрением местность вокруг нас. Он не мог это делать на далекое расстояние, лишь где-то на метров пятнадцать-двадцать вокруг, да и никто не сможет больше. Но этого хватит, чтобы вовремя заметить опасность и приготовиться. Речка Чуния уже была недалеко, как неожиданно Сион почувствовал, что кто-то идет, и мы спрятались в скоплениях валунов. Если бы излучала страх в виде запаха, то тут уже, наверно, случилось бы природное бедствие. Осторожно протянув руку, я аккуратно схватилась пальцами за пальто мага, чтобы почувствовать себя в безопасности. Сион бросил на меня короткий взгляд, я стыдливо спрятала глаза, но он ничего не сказал.

Маг приготовил на ладони огненный шар, и мы выжидали в укрытии. Когда путники вышли из-за горки, ими оказалась компания принцессы. Одна из служанок помогала идти раненой, держащейся за бок магине, которую, как я помнила, звали мастер То́тика. Другая служанка заметала ветками следы. Когда они заметили нас, на их лицах прочиталось чувство облегчения.

– Там варгары, они пришли в деревеньку на Чунии и грабят, – сказала личный маг принцессы Аиморари, устало присаживаясь прямо на снег.

То поселение так просто и назвалось – Деревенька на Чунии, может, конечно, у неё было когда-то и другое название, но все настолько привыкли её так звать, что настоящего, наверно, и не помнили.

– Я думала, что их мало… так, прибежали со своих степных земель в поисках наживы. Просто кучка варваров… это же не тролли, – тяжело вздохнув, продолжила Тотика, – но их много… подходили и подходили, с ними шаманы…

– Мы уже в курсе, как раз пришли за вами. Сейчас надо уходить в крепость, потом расскажете захватывающую историю, – нервно оборвал Сион. – Ты сильно ранена?

– Идти смогу, но… есть одно «но», я вступила с ними в бой, не ожидав, что их так много, думаю, они видели, что два шамана смогли ранить меня. Варгары пойдут за нами… полагаю, что мы не успеем дойти без сражения. Они пришли не просто так – это подготовленная война.

Маг резко развернулся:

– Воин и я останемся здесь, а вы сейчас же выдвигаетесь в город, – так же резко, как повернулся, так и сказал нам.

– Я тоже останусь здесь, подлечи меня немного, ты один не справишься, – протараторила Тотика.

– Хорошо, но в таких условиях и второпях, только успею слегка подлечить и ускорить заживление, – ответил ей Сион. – Может, лучше пойдёшь с ними? Мы вдвоём прикроем отход принцессы.

Тотика отрицательно помотала головой.

– А вы забирайте принцессу и уходите. Немедленно. Заметайте снег заклинанием ветра. Там гладкий снег, пышный, а здесь тропа взъерошенного и примятого, они быстро вычислят вас, – это он снова обратился к нам.

– Хорошо, – пролепетала в ответ и почувствовала, как у меня дрожат колени, а спина покрывается холодным потом.

Горничные взяли под руки принцессу, и мы двинулись в путь. Принцесса, обернувшись на Тотику, прошептала:

– Держитесь.

Я тоже в испуге за магов и воина-лучника обернулась, но не стала ничего говорить, мастер Сион подбадривающе кивнул нам головой уходить и сразу же принялся лечить волшебницу.

***

Мы спешно, пригибаясь, пробирались по лесу в направлении Чёрной скалы. Старались идти вблизи деревьев и валунов, чтобы иметь возможность скрыться от глаз при острой необходимости. Я заметала следы небольшим вихриком магии воздуха. Это была моя основная специализация, но ещё могла пользоваться немного огненным волшебством. На этом мои таланты заканчивались. Но, по крайней мере, имела не одну стихию, как некоторые. Всеми стихиями пользоваться, конечно, никто не мог в этом мире.

У каждого человеческого мага был свой дар стихий: огонь, воздух, молнии, земля, вода, ментальное волшебство. Эльфы и дриады использовали волшебство природы. Кто-то мог иметь одну стихию, а кто-то две, в разной степени силы, а самые одарённые волшебники даже третьей владели. Ментальное волшебство встречалось безумно редко. Лечить и использовать сигнально-защитную магию умели почти все волшебники, кроме самых слабых и неразвитых. В итоге, набор и сила магии у каждого присутствовали свои.

Мы уже находились совсем недалеко от Чёрной скалы, когда увидели бегущих на нас с холма четверых людей. Нет, не людей…

– Варгары… варгары… варгары, – зашептали все в страхе.

Я и другая ученица подняли магические жезлы и встали, готовые к атаке. Враги, увидев это, остановились уже совсем недалеко от нас. Принцесса со служанками спрятались за наши спины. Страх сковал нутро, и я еле сдерживала руки от дрожи. Мы пятились, не выпуская варгаров из виду.

– И-и? … Что дальше? – прошептала в панике Питеке.

– Н-не знаю, – прошептала та в ответ.

Варгары медленно приближались, оценивая и рассматривая нас. Впервые их видела вживую, ещё и так близко. Похожие на людей, только более высокие и крупнее среднестатистического человека. Груды мышц покрывала одежда из кожи, ткани и меха, плохо обработанных, но крепко сшитых. Да и сами они были сплошь покрыты густой очень короткой и прореженной мутоновой шерстью, кроме ладоней и лица. На морде выделялись массивные челюсти, а из-под верхней губы высовывались небольшие короткие и острые клыки.

– Не бойтесь, это просто глупые беззащитные девки, – произнёс один из них, похожий на шамана. – Будь они маги, давно бы уже атаковали, – сказав это, враги расслабились и загоготали, поманив нас к себе пальцами.

– Да как вы смеете! Вы просто нищие голодные тупые оборванцы! Вы вонючие не образованные блохастые псы! Вы животные, а мы люди, – выскочила вперёд одна из служанок и продолжила, – С нами ещё и принцесса, имейте уважение! – возмущённо прокричала она, запустив в них камень, и тут же упала со стрелой во лбу.

Мы хором вскрикнули, увидев распластанное тело и сочившуюся из раны кровь, её глаза безжизненно смотрели в небо. Я кинула во врагов заклинанием ветра, подняв кипу снежинок с сугробов. Но не смогла свалить их с ног, лишь окутала снежной массой.

– М-м, освежает, спасибо, – произнёс варгар, похожий на шамана. И они опять хором засмеялись, но не предпринимали радикальных мер, наслаждаясь нашей беспомощностью и играя, как коты с мышатами, полагая, что никуда от них не денемся.

– Принцесса, наш король будет очень рад вас видеть, позвольте проводить вашу персону в более подобающее место, в его шатёр, – произнёс шаман, улыбаясь и протягивая руку.

– Вас мы тоже приглашаем на трапезу, не составите ли нам компанию, дабы провести хорошо время? – издевательским тоном произнёс один из варгарских солдат, и все четверо опять дико захохотали, начав к нам подходить.

– Ваши манерные слова удивляют меня, так почему же вы себя ведёте, как свиньи? – зло огрызнулась в ответ.

Переглянувшись с ученицей, мы кивнули друг другу, и она, распластав руки, кинула вперёд огненное заклинание, а я наложила на него ветер, и вся эта небольшая огненная стена понеслась на противников. Но вражеский шаман успел поставить защиту, либо она уже у него была готова, поэтому огонь лишь прошёл, слегка задев их краями. Не дав нам опомниться, шаман варгаров соорудил белый магический шар и метнул в мою напарницу. Она упала без сознания. Принцесса и служанка взвизгнули.

– Оё-ё-ёй, блохастый медведь, – прошептала я себе под нос, чувствуя, как комок страха превратился в комок в горле, а волосы встали дыбом.

– Девочка живая, – сказала горничная, пощупав её пульс.

– Приведите Питеку в чувство, быстрее! – произнесла с нотками паники в голосе.

Мы отступали к Чёрной скале, а я метала в варгаров потоки воздуха, которые несли с собой снег, ветки, камни, всякий мусор, что попадал в поток, и даже пару раз почти удавалось сбить их с ног. Пыталась не дать опомнится шаману и не дать ему сотворить заклинание. Служанка, дородная девица, волокла за руки Питеку, а принцесса тёрла её лицо снегом и хлестала по щекам. Наконец, соученица очнулась, и шатаясь, встала при помощи горничной и принцессы.

Я немного устала и остановилась перевести дух, буквально на секунду. Шаман же, моментально сориентировавшись, сделал большой огненный шар и метнул в нашу сторону. Мы вдвоём успели поставить магические щиты. Они защитили, но разлетелись от такого сильного магического воздействия. Даже вдвоём мы были явно его слабее. На лицах варгаров читалось злорадство.

Питека села на снег, по её словам, голова сильно кружилась, и она чувствовала легкую слабость.

– Сделай же что-нибудь! Ты же маг! – с истерикой в голосе пролепетала мне принцесса, увидев, как волшебник противника снова сооружает большой белый шар.

Вздохнула и закрыла глаза, потом быстро открыла и увидела опять вокруг энергию, как в древней крепости. Она витала вокруг, как вода, завихряющаяся от подводных течений. Взяла её, сколько могло поместиться в моей магической охапке, и кинула вперёд, не используя жезл, а лишь расставив руки. Варгары упали навзничь от такого удара ветра, два солдата ударились об острый камень головами, у них потекла кровь. Они замерли без сознания. Больше потоков не смогла увидеть. Поэтому просто собрала в себе всю энергию, все силы, что почувствовала, что наскребла в энергетических каналах, и опять кинула вперед, преобразовав в магию воздуха. Но почему-то, вместо простого ветра, на врагов обрушился огненный шторм. Старавшиеся встать шаман и оставшийся солдат занялись огнём, крича и пытаясь сбить с себя пламя.

Мои руки и ноги тряслись, но ждать было нельзя, при помощи служанки и Питеки, которой стало лучше, мы торопливо засеменили к нужной скале. Подойдя, мы вдвоём распечатали камень, и оказавшись внутри, снова запечатали, затем проделали то же самое с ещё одной каменной монолитной стеной.

Я упала на колени, в глазах поплыло. Напарница зажгла на руке небольшой жёлтый огонек. Девушки помогли мне встать, и мы поплелись по каменистому тайному ходу в крепость. Периодически огонёк гас, и Питека, отдохнув, зажигала его снова, пока не дошли до ряда фонарей со свечками. Тогда стало понятно – мы уже недалеко от города-крепости. Сокурсница зажгла свечу в светильнике от огня на кончике пальца, передав фонарь принцессе, а после и её служанке. Вокруг стало гораздо светлее. У меня всё тело тряслось, будто лихорадило, сердце стучало, словно сошло с ума. Открытие и запечатывание прохода забрало последние силы.

Питека со служанкой вновь помогли мне подняться. Сделала несколько шагов и в глазах окончательно потемнело, я потеряла сознание, упав на каменный пол.

Глава 3

Еле разлепив тяжёлые веки, увидела полумрак комнаты… своей комнаты. Это значит, что я находилась уже у себя в постели, в безопасности. Оглядевшись сквозь приоткрытые веки, увидела обеспокоенное лицо дядюшки Кабриуса.

– Вижу, ты очнулась… Как ты? – спросил он, и не дожидаясь ответа, продолжил, – Я активировал ускоренную регенерацию сил и здоровья.

В голове сильно шумело, чувствовалась слабость в теле и мучительная жажда.

– Пи-ить… – тихо прошептала в ответ.

– Сейчас, сейчас, – торопливо проговорил маг, и сказал уже в сторону, – Дайте ей отвар из листьев Бусейгоры.

Отвар был безумно горький, но я героически выпила его до последней капли, и мне понемногу начало становиться лучше. Вспомнив, что потеряла сознание в каменном тайном ходу, спросила:

– Как я сюда попала?

– Тебя принес Легедик, – увидев непонимание в моих глазах, пожилой волшебник пояснил подобнее:

– Он ждал вас у потайного хода. Когда из него вышли принцесса Аиморари со служанкой и рассказали, что произошло, Легедик бросился на помощь, после принеся тебя домой в бесчувственном состоянии.

В сознании наконец начало светлеть, и я вспомнила важное:

– А Сион и Тотика?! – спросила нерешительно, но испуганно у приёмного отца.

Сион являлся его старшим сыном. Ещё у него есть дочь Вире́на, но она не имеет никаких магических способностей. Когда верховный маг с женой взяли меня на воспитание, та была не сильно старше меня. Все они очень хорошо относились к моей персоне, и я всегда им за это очень благодарна. У меня есть своя комнатка в мансарде, отличная и отдельная от комнаты слуг. Даже кушала всегда вместе с этой семьёй за одним столом. А ведь я просто подкидыш без роду и племени.

– Он недавно вернулся, раненый, а магиня Тотика и воин погибли, – последние слова пожилой волшебник произнёс с горечью в голосе.

Во мне всё содрогнулось – не видела столько смертей в такой короткий срок, людей, которых я знаю, … и их больше нет. Вообще, в принципе, на моих глазах никто никогда раньше не умирал. Вздохнув, осторожно задала следующий важный для меня вопрос, потому что так много магии я из себя ещё никогда не выдавала. Интересовало, почему внезапно начала видеть энергию вокруг себя, никогда о таком не слышала раньше.

– Хорошо, что он вернулся. Надеюсь, мастер Сион быстро поправится! Магия… это… я так сильно… – нерешительно начала выдавливать из себя слова. Почти всегда была тихим и робким человеком.

– Не переживай, она восстановится, – перебил меня архимаг. – Ты просто использовала всю свою энергию, но она восстановится. Не скоро, конечно, недели через три, как минимум, … но и не так долго, как у более сильных магов, у которых её больше и каналы шире.

– Дядюшка, просто я видела вокруг себя будто воду… – опять завела тот же разговор.

Но пожилой верховный волшебник не намеревался выслушивать излияния посредственности. Он прервал мой новый вопрос, как и первый.

– Всё потом. Варгары у стен города. Если тебе лучше, я пойду проведать сына, – сказав это, он встал.

Ко мне пришло озарение, что все эти странности с магией могут быть связаны с моим происхождением. Потом может не быть времени для выяснения, это важно сейчас – вдруг моя магия может помочь.

– Дядюшка, погодите секундочку, я бы хотела узнать ещё раз, как попала к вам. Мне нужно-таки узнать, кто я, это очень важно! – полагала, что он мог что-то скрывать, но сейчас как ни на есть лучшее время, чтобы раскрыть все тайны.

– Я уже несколько раз рассказывал тебе, если тебя интересуют подробности, то пытай тётушку, ведь ей же тебя отдали, – с этими словами он решительно направился к двери и вышел.

Хотела встать, но слабость во всём теле помешала это сделать.

– Лана! Как ты, моя милая?! – с воплями в комнату ворвалась подруга Лиграна и кинулась обнимать. – Я так волновалась, и Дик тоже. Хорошо, что с тобой в порядке! А то Тотика… слышала…, а она хороший маг, – проговорила Рана уже нерешительно и сбивчиво.

– Да, – тихо ответила я, – Со мной всё хорошо, а вот варгары у города, неизвестно, что будет дальше.

– Мы просто все уйдем в тайные ходы в скалах, так архимаг Кабриус распорядился, – ответила подруга. – Вот сидим, ждём, как на иголках. Их запечатают, и никто нас не найдёт. Ты тоже с нами, тебе ещё восстанавливаться нужно.

– У меня сильная слабость, как я пойду? – произнесла с обречённой печалью в голосе человека, склонного к самоуничижению.

– Всех раненых, и тебя в том числе, отнесут, может даже раньше, но я с тобой. Как тебя оставлю одну в таком состоянии? Ни за что, – взволнованно проговорила Лиграна.

– А что варгары? – уточнила я у неё.

– Пока тишина, встали лагерем вокруг перед стенами, взяли нас в осаду и жрут. Будто они сюда поесть просто пришли, на пикник, – затараторила Лиграна.

– Ты ж моя болтушка, спасибо тебе, – в горле образовался комок и по лицу скатились слёзы.

– Ты чего, не раскисай! – воскликнула она. – Кстати да, со мной пришёл брат, он топчется там, у дверей. Сейчас его позову.

– Не на… – начала было я.

– Легедик! – прокричала в сторону двери подруга.

В комнату быстро вошел рыжеволосый высокий, сбитый и плечистый парень с голубыми глазами.

– А ты чего не заходил? Спасибо тебе, кстати, что принёс меня домой, – произнесла уже с улыбкой.

– Красавицу спас рыцарь, – рассмеялась подруга.

– А вдруг ты раздета, – Легедик смущённо пожал плечами. – Ты как?

Я закатила глаза:

– Ты уже третий человек, кто меня это спрашивает за последние полчаса, – рассмеялась и страх, всё ещё заполнявший сердце, наконец растворился.

– Ладно, мы пойдём собираться, а ты отдыхай и набирайся сил, – сказав это, Лиграна схватила Легедика за рукав, и они вышли.

Тяжело вздохнув, осмотрелась. Собрав все свои силы в кулак, встала с постели, подошла к окну и вышла на балкон. Вдалеке, где были стены города, поднимались столбики дыма.

«Я опять бесполезная, неуклюжая и бестолковая», – самобичевание не заставило себя долго ждать.

Мне снова стало грустно и одиноко. Часто ощущала себя маленькой, ненужной и чужой в этом огромном мире. Потому что, даже будучи воспитанницей верховного волшебника, всё равно была чужой в этом доме. Меня не удочеряли, а как только начала хоть что-то понимать, рассказали правду, что я подкидыш.

В сердце появилась острая боль, а в горле одышка. Я схватилась ладонью за грудную клетку и села на пол. Сконцентрировалась, и постаравшись расслабиться, образовала замкнутый круг моей внутренней энергии. Нужно было поджать под себя ноги, сомкнуть ладони и вжать их большими пальцами в солнечное сплетение. Привела в норму дыхание. Боль начала потихоньку уходить.

Открыв глаза, опять увидела вокруг себя словно густую воду или более плотный воздух. Глубоко выдохнув и освободив внутренние энергетические каналы, попыталась втянуть его в себя. И у меня получилось! Я чувствовала, как каналы наполняются энергией, как у меня появляются силы, а слабость отступает. Но не знала, когда нужно остановиться, и продолжала черпать энергию. Протянув руки, зажгла на обеих ладонях два пламени. Мысленно возликовав и успокоившись, попробовала сделать на пальцах молнию, и снова победа. Хотя ни вода, ни что-то ещё другое, у меня не получилось, но и этим была довольна сверх меры. Пройдя в комнату, почувствовала острый приступ тошноты и головокружение. Упав на кровать, мгновенно уснула.

***

Вновь очнувшись, почувствовала, как накатили духота и жара, будто засунула голову в печь. За окном уже начинало темнеть. Встав и опустошив кружку воды, оделась. Прислушавшись к себе, почувствовала, что головокружения и слабости больше нет, словно заново родилась. Решила спуститься по боковой лестнице чёрного хода внутри дома, которую используют слуги, чтобы не вызывать ненужных расспросов. Выйдя из дома, я сразу решительно направилась к воротам крепости.

Глава 4

Подходя к воротной площади, сразу заметила Легедика. Молодой командующий и другие военные готовили стены к защите от штурма противника: таскали наверх дрова, чтобы держать огонь под котлами со смолой и кипятком; носили вверх кипы стрел, щиты и оружие. Ничего больше особо не требовалось, так как стены всегда поддерживались в готовности к защите. Наверху, в наружную часть стены, неизменно были вделаны тонкие острые колья, направленные наружу. Удержаться за них невозможно – сломаются, а если пролезать, будут цепляться за одежду и расцарапывать тело. Также, на протяжении всей стены, были подвешены крепкие сети с валунами и булыжниками. Внутри вдоль стен лежали шипастые брёвна.

Я попыталась скрыться, но не успела, Легедик заметил меня раньше.

– Лана! – окликнув меня, молодой человек подбежал.

– Уже можешь встать? Ты что здесь делаешь? – возмутился воин, – Сестра хотела к тебе зайти, чтобы помочь собрать вещи и переехать к ней. Она хотела за тобой присмотреть.

– Мне уже лучше, не нужно, спасибо за заботу. Хоть и жутковато, но я тоже хочу чем-то помочь, – ответила другу.

– Чем ты поможешь? Ты сейчас лиши… – он осёкся и продолжил, – сейчас у тебя не всё в порядке со здоровьем. Так что немедленно отправляйся назад, – молодой командующий требовательно простёр руку в сторону моего дома.

– Мне сейчас и вправду лучше, уж очень интересно знать, что происходит, – с любопытством осмотрелась вокруг.

– Всего лишь примитивные варгары. Это не тролли и не драконы, – ответил Легедик.

– Ты видел хоть тех или других? – рассмеялась в ответ. – Троллей давно уже не встречали в этих горах. В последний раз их уничтожили большое количество, а оставшихся выгнали отсюда дальше в горы, … более шестнадцати лет назад. Они после этого сюда больше никогда не сунутся. А драконов вообще не видел никто.

– Почему это? – возмутился парень, – Их же видели, они существуют.

– Где? – усмехнулась на эти слова. – В песнях менестрелей, которые приходят с юга, и сочиняют свои произведения и сказки, чтобы заработать? Они уже давно вымерли, успокойся.

– Здравствуйте, – услышали мы чрезмерно вежливый, слащавый тон и повернулись. Это оказалась Диора.

– Джолана, бедняжка, мне так жаль тебя, – она сделала сочувствующее лицо и положила мне руку на плечо. – Ну почему тебя всё время преследуют такие большие неудачи? Сначала ты оказалась совсем не нужна своим родителям, и они тебя выбросили, как можно дальше. Теперь вот, говорят, и магических сил лишилась. Ты такая жалкая, очень сочувствую, – Диора приобняла меня и быстро отстранилась.

Мне стало больно и обидно, эти слова сильно задели за живое. Так же в её словах я отчетливо ощущала фальшь. Но ничего не делала, не хватало моральных сил, не умею на зло злом отвечать, да и во многом она права всё-таки. Вздохнув, убрала её руку со своего плеча, и остановила так предательски подкрадывавшиеся к моим глазам слёзы.

– Что тебе нужно? – сурово спросил Легедик.

– Просто подошла поздороваться и поддержать Лану, – девушка встряхнула копной своих тёмно-каштановых волос, завлекающе посмотрев на Дика. – Кстати, представляете, меня ведь маги позвали на стену. Попросили им помочь держать щит и отражать атаки со стены. Эх, ведь только я из всех учеников самая способная и талантливая, – Диора посмотрела на меня краем глаза, чтобы оценить эмоции и пошла прочь.

Мы с Легедиком проводили её враждебными взглядами.

– А можно мне тоже на стену? – тут же опомнившись, задала другу вопрос.

– Ты с ума сошла?! – он ошарашено выпучил глаза. – Вот. Тут написано, где тайные места для спасения жителей города, если не знаешь, – Легедик сунул мне в руки кусок бумаги. – Запомнишь – сожги.

– Ну пожалуйста… Легедик, – я взглянула на него умоляющими кошачьими глазами, – ненадолго… хочу это увидеть.

– Ну хорошо-о, пойдём со мной, только ненадолго, – он вздохнув, многозначительно поднял указательный палец.

Мы взобрались на стену по каменным ступеням, держась за поручни. Вверху метался прохладный шальной ветер.

– Оставайся здесь. Тут тебя наши волшебники не заметят. Будь осторожна и не лезь, куда не следует. Мне нужно идти, дальше заниматься подготовкой, – сказал наставительным тоном воин и оставил меня в гордом одиночестве.

Я восхищённо посмотрела на окружающее пространство с высоты. Моя заколка неожиданно сломалась, и непослушные русые локоны, опьянённые свободой, затрепетали на ветру, поднимаясь, словно хотели улететь. Они были освещены бликами факелов зажжённых на стене и, наверное, сами стали походить на языки бушующего пламени загадочные и чарующие.

Я продолжала оглядывать открывшийся со стены вид. Вдалеке, настолько, чтоб не доставал полёт стрелы, расположился лагерь варгаров. Стояли палатки, горело множество костров и разливался по воздуху клубящийся то там, то здесь дым. Варгаров почти не было в стихийном стойбище, наверно, сидели в палатках, либо я их не могла различить во мраке ночи. Ветер доносил запахи жареного мяса и рыбы, громкий смех. Вся грандиозность и масштаб происходящего клокотали во мне и будоражили мысли, в груди поселились стайки мотыльков.

***

Уже во всю воцарилась в своих правах ночь, а противник так и не собирался наступать. Даже наоборот, все звуки в их лагере постепенно стихали. Все наши солдаты на стене, кроме дежурных, начинали дремать, садясь и кутаясь в тёплые плащи. Холодало, ветер становился ледяным, пронизывающим насквозь. Тоже захотелось спать. Постояв ещё немного, собралась уходить.

«Жалко, что у меня нет подзорной трубы», – подумалось с сожалением.

Но кое-кто через неё уже долгое время следил за девушкой с огненными пляшущими волосами, из лагеря противника.

Внезапно от стойбища варгаров отделилось пятнадцать всадников, и они понеслись в нашу сторону. Часовые загудели тревогу, а воины повыскакивали из своей дремоты. Варгары, не останавливаясь, выпустили в нас по стреле и умчались обратно. Через некоторое время повторилось то же самое, а затем всё опять надолго стихло.

Я спустилась со стены, потому что сонливость начала путать сознание. Увидев телегу с сеном и шкурами, улеглась там. Закуталась в старый кусок скоры медведя, с остатками шерсти, и сразу уснула. Пробудилась от того, что меня трясут за плечо:

– Ты чего улеглась здесь, на холоде?! – произнёс Легедик, заглядывая мне в лицо. – Маги пошли спать в зал заседаний, иди туда.

– Я не хочу туда идти, да и домой тоже… далеко. Спать хочу, отстань, – промямлила в ответ.

– А ну вставай, – он потянул меня за руку.

Прихватив с собой шкуру, нехотя сползла со своей лежанки. Дик привёл меня в дежурную сторожку, недалеко от казарм:

– Вот, спи здесь, в сенях на диване, главное, что не на холодном ветру.

Сразу укутавшись в медвежью накидку, опять моментально провалилась в сон. Сквозь дрёму слышала, как часовые несколько раз за ночь трубили тревогу и отбой.

Глава 5

Вырвавшись из объятий Бога сна, села и огляделась. Испугавшись и, поначалу не сообразив, где я, встрепенулась, а затем, вспомнив, успокоилась и вышла на улицу. Уже начинало светать, а чистое небо обещало хорошую погоду.

– Ты уже встала? Варево будешь? – окликнул меня, как всегда неизвестно откуда нарисовавшийся, Легедик.

– У тебя работа вообще есть? Я постоянно вижу тебя где-то поблизости, – возмущённо выпалила в ответ. – У тебя есть какие-нибудь другие занятия, тебя что, наняли меня… нянчить?

– Могла бы просто сказать «спасибо», – обижено ответил парень. – Может, это знак, что мы постоянно сталкиваемся.

– Да уж, будто бы, – скептически подняла бровь. – Ладно, тащи своё варево.

***

Люблю я пить горячее варево, потому что оно бывает совершенно разным, смотря какие фрукты, ягоды положишь, травы ли, сушёные ли фрукты, или даже листья и цветы. Обожаю его за это разнообразие, ароматный запах и вкус. Варишь, а потом пьёшь горячим, либо холодным, самое то, когда прохладно, жарко или голодно.

Моя магическая персона сидела сейчас на диванчике, тянула горячий напиток из железной кружки и жевала небольшую лепёшку. Кружка была очень горячая, поэтому держать её было необходимо в рукавице.

«Зачем они пришли и не нападают?» – думала про себя.

– А эти странные ночные нападения вообще непонятно к чему, они будто просто издеваются над нами, – последнюю фразу произнесла возмущённо вслух.

– Так и есть, – ответил недавно сменившийся часовой. – Они хотели, чтоб мы оставались в постоянном напряжении, изматывали нас, а сами, отдохнув, начнут утром атаку.

Доев и оставив кружку в караулке, опять забралась на стену, чтобы в последний раз взглянуть при свете утра на лагерь варгаров, рассмотреть что и как. Затем собиралась сходить ненадолго домой к Лигране, а потом подойти сдаться магам, рассказать о вернувшихся магических силах и пусть они дальше сами решают, что мне делать:

«Они начальство – им видней. Я тут им не нанималась думать… С мастером Сионом же всё хорошо? … Дик сказал, что Рана уже собрала кое-какие мои пожитки и теперь ждёт меня у них дома», – вспомнила слова друга.

Пришлось прокрасться на стену очень осторожно, чтобы волшебники меня не заметили, потому что с рассветом крепость ожила. Почему-то не хотелось их радовать раньше времени, вдруг силы опять исчезнут и я буду выглядеть глупо.

Солдаты сновали в разных направлениях, занимаясь своими делами, простых горожан не было видно. Остальные жители, наверное, уже собрались у северной части города, где за ним начинаются скалы и находятся входы в тайные убежища.

Во вражеском лагере также кипела жизнь. Варгары занимались какими-то своими делами. Смогла теперь рассмотреть, что их шерсть была разного цвета, от белого до чёрного, и от бежевого и рыжего до разных оттенков коричневого. Через некоторое время варвары большой толпой построились у края своего лагеря, и в нашу сторону выдвинулись двое всадников. Один держал над головой белый флажок, означающий нейтралитет, другой нёс свиток из тонкой выделанной кожи.

Войны затрубили тревогу и закричали:

– Сообщите королю Тавриуру! Переговорщики.

Наш правитель очень быстро появился на стене, забравшись по той же лестнице, что и я, и расположился недалеко. Быстро прошла вдоль стены, спрятавшись за выпирающей башенкой. Может, мне нельзя было здесь находиться, но пути к отступлению отрезаны, я не хотела, чтобы меня или кого-то из-за меня наказали. Хорошо, что мою персону не было видно из-за серой кирпичной кладки. Хоть, конечно, я не была толстушкой, но и не тощей, а довольно плотной и сбитой.

«Король так быстро оказался здесь, значит, уже находился неподалёку, может и ночевал где-то рядом», – сделала мысленно выводы.

Тем временем, посланники уже подъехали к стенам, державший флажок убрал его за пояс и достал железный рупор:

– Я буду говорить только лично с королём Тавриуром II из Ишантиона.

– Я весь во внимании! – прокричал наш правитель в поданный ему, тоже железный рупор. – Учтите, меня не заинтересует ни одно предложение, кроме тех, что включают в себя фразы о том, что вы все сдохнете или уберётесь отсюда!

Второй переговорщик развернул свиток, держа его одной рукой, первый переговорщик держал ему у рта громкоговоритель. И началось зачитывание содержимого:

– Личное послание короля Варрохи.

Я, король Варроха, предлагаю решить наш конфликт миром. Это первый и последний жест моей доброй воли. Я ещё раз советую обдумать и обсудить ранее предложенный мной мирный договор между нашими государствами. А также дружеский союз, посредством заключения брака между мной и принцессой Аиморари. Я даю шанс ещё раз обдумать это хорошее предложение стать одной из моих жён. Ваши земли дадут моему народу пищу, а мои вашему – защиту.

Если вы всё также не хотите это обсуждать, то я начну атаку, но тогда я уничтожу вас с принцессой, вы мне уже не будете нужны. Это был лишь только жест моей доброты. Хоть наш народ уже очень давно не ест людей, но после захвата города, я сделаю для вас с принцессой исключение. После присоединю ваши земли к своим и буду править ими единолично.

Король Тавриур попросил свой личный лук и стрелу. После спокойно натянул тетиву и выстрелил. Посланник, который зачитывал письмо, упал с коня, из его глазницы торчала стрела. Я, ужаснувшись, быстро закрыла глаза руками и отвернулась.

Тем временем наш правитель прокричал оставшемуся:

– Вот мой ответ! Передай своему варварскому королю! – Тавриур сказал это издевательским тоном и хмыкнул. После небольшой паузы продолжил:

– Пусть этот пёс проваливает с моих земель! Никогда! Ни одного варгара! Не будет на моей территории! Он так уверен, что победит? Пусть попробует напасть и проверим!

Всадник чужеземцев, злым взглядом окинув людей на стене, пришпорил коня и умчался в направлении своего лагеря.

Понимая, что сейчас может начаться сражение, мои мысли лихорадочно метались:

«Надо ли сообщить, что я уже могу пользоваться магией? Что мне делать-то нужно, куда бежать, кому помогать и как? Мои, хоть и небольшие, силы пригодятся же в сражении? Ведь бежать в убежище поздно», – задавала себе в панике вопросы и не находила на них ответа.

Войны не выгоняли меня со стены. В моих руках был магический жезл, значит я маг – такие выводы делали они скорее всего, может, даже кто-то из них меня знал. А мало ли зачем тут – не их дело.

Тем временем, построившись, варгары толпой понеслись на нас. Они дико кричали и размахивали огромным оружием. С наших стен полетели тучи стрел и магические молнии с огненными шарами. Пока шли переговоры, все успели встать на свои позиции.

Враги не остались в долгу, забрасывая нас с катапульт зажжёнными валунами. Воздух со свистом разрывали тучи стрел в обе стороны. Я села на кирпичный пол, вжавшись в угол между башенкой и боковой стенкой. Было так жутко и чудовищно страшно. Падали войны, залитые кровью, и их место занимали другие. Как резко тишина сменилась грозным гулом и грохотом.

Видела, как над стеной поднимался общий магический щит волшебников, что стояли вдоль всей стены; как рядом наверху ударялись и разбивались о него огненные и белые шары, молнии, огромные камни и стрелы. Но сама не могла пересилить себя, чтобы даже выглянуть в бойницу. Стоял страшный шум и ужасающий лязг, крики боли и гнева, скрежет. Пахло огнём, палёным деревом и волосом.

«Значит, шаманы варгаров уже сразу вступили в бой. В этот раз варвары так хорошо подготовлены! Они явно давно готовились к этой битве. Но что же делать мне? Мне никто не давал указаний, думая, что я уйду со всеми в убежища. Скорее всего, как слабый маг, должна была идти вместе с людьми в пещеры… Ну что об этом говорить, я теперь не могу стоять здесь просто так», – хаотично метались торопливые мысли.

Не знаю, сколько прошло времени, когда, наконец, решилась выглянуть в бойницу для стрелков. Зрелище было ужасающим: куча мёртвых тел, море огня и лужи крови, вспышки то там, то здесь, всё мелькало и сверкало. Я перепуганно отпрянула обратно в своё маленькое убежище:

«Откуда у варгарских шаманов столько силы? Вот почему они были столь уверены в своей победе. Может, им удалось отыскать легендарный посох Вандара?»

Был когда-то такой, по преданию шаман варгаров, очень сильный. И ему однажды удалось изготовить посох, который мог пропускать через себя энергию и преобразовывать её в любую магию. Его посох почему-то упокоили вместе с ним в его гробнице. Но где она находится, никто не знал.

***

Рядом со мной падали воины, я довольно успешно начала их лечить, борясь со страхом, ведь люди страдали и мучились от боли, а это было важнее, чем мой испуг. Запускала процессы восстановления их здоровья и сил, и они, снова чуть опомнившись, сразу продолжали бой. Восхищение их мужеством оставляло отпечаток в моём сердце и душе, испуг отступал, заменяясь праведным гневом. Некоторых военных уже было не спасти: одни умирали у меня на руках, другие сразу падали замертво. Щит, который ставили маги, невозможно было держать долго. Я кидала свою магическую защиту на каждого поблизости, но у меня она была слабая, а массового заклинания щита вообще не учила. Да и смысл? Его маги только вместе могут сотворить. Наши волшебники наверняка уже заметили мои действия на стене, и даже, скорее всего, уже поняли, что это именно я, … особенно некоторые, но сейчас было явно не до разборок.

Настала пора принимать радикальные меры, и я поднялась на ноги в углу башенки. Успокоилась, задышала ровно, закрыла глаза, почувствовала окружающее пространство магическим зрением, прижимаясь к каменной стене.

Открыв глаза, поняла, нужно в толпе выискивать шаманов, как это делают другие волшебники. Пробежав цепким взглядом по орде снующих варгаров, отыскала одного. Собрав на руке молнию и напитав её силой, резко выстрелила пальцами вперёд… и попала. Он упал безжизненной куклой. Да нет, не такие и сильные они, оказывается, либо тоже перезаряжают защиту. Метко попав в ещё пару особей, увидела, как с задних рядов, словно гонимые волнами, к городу несутся лестницы и таран.

– Взорвать мост! – скомандовал король Тавриур и дал сигнал.

Тут же огненный огромный шар разнёс каменный переход вдребезги. Я закрыла уши и села отдышаться. Ещё мне нужна была энергия, которая заканчивалась. Но только с пятой попытки увидела потоки, не успев набрать много, всё исчезло. Я устала, жутко хотелось пить, а лицо будто бы горело огнём. Прикрыв заново глаза, прислонила голову к холодным каменным плитам: «Хорошо, прохладно». Посидев так немного, услышала, что нас начинают штурмовать и оценила обстановку. Защитники Ишантиона долго боролись с лестницами, сжигая и обрушивая их, но, как по волшебству, появлялись всё новые и новые. Подготовленные на стене запасы всего потихоньку исчерпывались.

Заметила, что у волшебников тоже начинают заканчиваться силы. Хоть у них были специальные настои, её восполняющие, но их тоже нельзя было принимать много и часто. Большой белый шар попал в двух магов, одновременно с каменным снарядом, они упали прямо со стены, было не разглядеть, кто именно. В паническом страхе отшатнулась к заднему каменному забору. Ноги затряслись и задрожали руки, сердце бешено забилось в панике. Теперь была брешь в защите. И в этом месте начали проникать на стену захватчики. Завязался рукопашный поединок с нашими воинами. Противника быстро оттеснили и уничтожили с помощью подоспевшего мастера Сиона. Быстро присела, потому что тот сосредоточенно и обеспокоенно посмотрел в мою сторону, но он наверняка меня видел. Смысла прятаться не было.

"Может, некрасиво так думать, но значит это не он упал, слава Планите, что он живой", – подумала я.

Уже небо потихоньку отпускало дневное светило и начал наплывать вечерний сумрак. Оглянувшись на город, первый раз увидела его таким тихим, тёмным и безжизненным. Каменный горящий шар пролетел над головой и упал прямо в центр воротной площади в толпу людей. Там было уже много таких следов падения. Вот ещё один. Я с безнадёгой в глазах проследила за его полётом. Не могла отбить магией – мало того, что она у меня слабая, ещё и силы почти закончились:

«Лиграна?!»

– Лиграна, уйди! В сторону! – заорала диким голосом, замахав рукой.

Она помахала мне в ответ и туда же упал шар.

«Он задел её?! Потому что она упала! – я закричала, из глаз хлынули слёзы. Подруга лежала на брусчатке, но на ней не было крови, – Значит, я так надеюсь, камень не попал прямо в неё!».

К подруге подбежал один из магов-учеников и рядодовые люди, что внизу занимались лечением.

– Ты где?! Вешай защиту! – нервно прокричал мне воин и обеспокоенно продолжил, – Или силы закончились?

«Мы все умрём тут… Мы все умрём, – всплакнула было я, – Как тяжко, – начала раскисать от продолжительного напряжения и усталости, к коим не привыкла, но быстро взяла себя в руки и успокоилась, – Я нужна защитникам крепости!»

Торопливо села на кирпичную кладку, сконцентрировалась из последних физических сил, и у меня сразу получилось увидеть энергию. Повесила на себя регенерацию сил и здоровья. Напитала каналы и встала, но волны почему-то не исчезали. Сразу начала продолжать пропускать один поток через себя, боялась, что они снова исчезнут, и выдала вниз сжигающий всё и всех врагов на своём пути огонь. Быстро двигаясь вдоль стены, пока не пропали энергетические течения, гнала впереди себя огромную стену пламени, похожую на сель прямо из ладоней. Она подчинялась мне, как лавина, спускаясь по стене, доходила до самой земли, и скатывалась в ров. Даже периодически выплёскивалась за его пределы.

Варгары и лестницы вспыхивали, мгновенно исчезая в пламени, огненное чудовище поглотило и вражеский таран. Пройдя всю стену, увидела во многих местах огромные бреши от попадания камней, словно горькие раны стен города. А также, пробегая мимо, заприметила всех сильных магов и их шокированные лица. Это было ещё мягко сказано. Они были просто ошарашены и онемели от изумления, когда прошла мимо них, как огнедышащий дракон, особенно дядюшка Кабриус, мастер Сион и Диора. Варгары, полагаю, были в таком же состоянии. Потому что затихли на время, вокруг воцарилась немая тишина. Как заворожённые, люди и варгары ошеломлённо и непонимающе следили, как медленно я двигаюсь вдоль стены, смертоносным потоком испепеляя всё, что попадается на пути. Да и я была не меньше поражена самой себе и тому, что выдавали в данный момент мои ладони.

Дойдя до конца, встала, оперевшись на внутреннюю стену, тяжело дыша. Огонь медленно рассеялся, а руки дрожали. Только сейчас осознала, что даже не читала заклятие, не плела вязь заклинания и не создавала массовое заклятие в жезле. Со стены, после небольшой передышки, воодушевлённые люди закричали и начали атаку с новой силой. Я села ненадолго на каменные плиты. Немного отдохнув, стала запускать в места, где есть шаманы, магические шары. Они были огненные или из молний, какие получались. У меня не было сил выискивать и бить волшебников варгаров прицельно. Потоков больше не видела и чувствовала, как мои магические силы истощаются, и не только магические. Накатывала сильная слабость, эмоции на изломе, но держалась, сцепив зубы, постанывая и всхлипывая про себя.

– Они отступают! Они отступают! – начало раздаваться со стены.

– Открыть ворота! Перекинуть мост! Бить всех намертво! Взять в плен двоих-троих варгаров из командования! Король Варроха мой! – прокричал снизу в рупор король и солдаты волной побежали вниз со стен.

Ворота быстро с грохотом и скрежетом открывались. Маги уже приготовились перекинуть заранее сделанный деревянный тяжёлый мост, который лежал на земле у ворот. Не заметила вместе с ними двух сильных волшебников, испугавшись, что это они могли упасть вниз.

***

Двое ворот были спешно открыты, а тяжёлый деревянный мост перекинут волшебниками через ров. Тут же по нему наружу вынеслись конники, за ними толпой вывалились пешие солдаты и несколько магов на конях: магистр Силерна и мастер Сион с тройкой сильных учеников.

Спешно спустилась вниз, ведомая азартом и приливом душевных сил – предчувствие скорой победы давало воодушевление. Чувствовалась сплочённость и единение со всеми воинами.

Я не особо умела управлять скаковой лошадью, но, ловко, подгоняемая азартом, вскочив на коня, понеслась следом. Вылетев за пределы крепости, увидела, как наши войны и варгары отчаянно сражаются на мечах, топорах и копьях. Огромные железные тесаки противников взмётывались в воздух и тяжело опускались. Наши войны ловко лавировали меж них. То там, то здесь появлялись искры молний и огня.

Притормозила коня и поскакала рысцой, присматриваясь, в чём может понадобится моя помощь. Ближе к крепости лежало много мёртвых тел, которые с осторожностью огибала, к горлу подкатывала тошнота. Мои волосы развивались на зимнем ветру и некоторые пряди упрямо лезли в лицо. А я боялась отпустить поводья, страшась упасть с коня в какую-нибудь лужу крови.

Защитники города теснили противника, и варгары начали торопливо отступать, перейдя от защиты в бегство. Воины бросились вдогонку. От этой кипящей тучи людей и оружия отделился всадник, и пришпорив коня, помчался ко мне.

– Ты совсем спятила?! – заорал на меня диким злым голосом озверевший Легедик, вырвав из рук поводья. – Ты вообще что ли, куда ты прёшься, сумасшедшая девка?!

Шлема на нём уже не было, зато голову и плечо уродовали кровоточащие раны. Держа свои поводя одной рукой, а мои другой, он быстро помчался к воротам города.

Глава 6

Спустившись с коня, я почувствовала всю скопившуюся усталость. Поняла, как хочу пить и есть, как у меня дрожит от усталости тело, бешено ноют руки и ноги. Никогда в жизни не чувствовала себя так дурно. Не припомню, чтобы настолько уставала хоть когда-то, что казалось, душа и тело были отдельно друг от друга. Тяжело плюхнулась на землю недалеко от ворот, когда друг стянул меня с коня. Легедик, отругав меня по-быстрому ещё раз, поспешно умчался обратно за ворота, но я успела кинуть на него восстанавливающее и защитное заклятия из последних крупиц магии, что ещё осталась.

«Так вот как себя чувствуют люди, которые безумно вымотаны и душой, и телом?» – пролетела мысль в моей голове.

Болезненно пульсировали виски, в голове шумело от прилива крови и казалось, что она перегревается. Какой-то воин принёс мне небольшой кувшинчик с водой и ушёл. Я прильнула к нему, пока не выпилила всё до последнего.

«У меня нет даже сил проверить, как Рана, даже нет сил думать», – заторможено прошептали мои мысли.

И внезапно всё, что накопилось, всё, что терзало мою душу и сердце долгое время, вырвалось наружу в потоке слёз. Я рыдала, закрыв лицо руками, рыдала в голос, рыдала до исступления, пока не выплакала всё, что накопилось, всю боль и все переживания. Никто не тревожил, не подходил с ненужными сейчас мне жалостью и утешением. Бывают такие моменты, когда хочешь просто выгрести, вылить из себя накопившуюся тяжесть и усталость, с помощью слёз. Будто это не слёзы, а крупинки усталости, горести и тревог, что давят на тебя тяжёлым грузом и мешают дышать; выходят, лопаются, как гнойный нарыв, и после становится легче.

Когда открыла лицо, перемазанное грязью, слезами и чужой кровью, увидела, как мимо меня возвращаются воины. Усталые, скорбящие, злые и раненые, они возвращались домой, в родную крепость. Также, с ними были три захваченных варгарских пленника. Они смотрели в мою сторону, полагаю, громкие рыдания привлекли их внимание.

«Наверно, злорадствуют», – подумала я, но стыдиться сил уже не оставалось.

Как только все защитники вернулись и ворота были закрыты, жители, оказалось, также вернулись в город из скрытых убежищ в пещерах. Войско варваров было разгромлено и теперь те вряд ли предпримут новую осаду. Малознакомые люди помогли подняться с холодной земли, дойти до дома и комнаты. Я не была ранена, так, несколько незначительных царапин и ушибов. Поэтому горничные лишь помогли умыться и сменить одежду. Принесли мне хлеб, воду и сыр. Узнала от них, что с подругой и моими домашними всё хорошо. А также они рассказали, что наш король убил варгарского правителя Варроху.

«Когда только эти сплетницы успевали всё про всех узнать, просто диву даюсь», – успокоившись, провалилась в сон с куском хлеба в руках.

***

Лишь только забрезжил белый рассвет, я подскочила как ошпаренная.

– «Рана! – и, оглядевшись, расслабилась, – Это всего лишь кошмар, горничные сказали, что с ней всё нормально».

Развернув ладонь, увидела кусок хлеба, который уже начал засыхать, оставив на ладони и внутренней стороне пальцев красные вмятины. Высыпав остатки булки на стол, вымыла руки и лицо. Усталость ещё не прошла. Почувствовав, как ноют все мышцы, снова легла в постель. Но не могла больше уснуть. Стало неспокойно, и все ужасы, которые увидела накануне, терзали моё сознание, заставляя сердце сжиматься от горечи и страха: «Не надо… я не хочу, не буду об этом думать».

– Я не буду это вспоминать! Хватит! – сердито произнесла вслух, обращаясь к самой себе.

«Дядюшка Кабриус вместе с Сионом, наверняка, прибежит ко мне с самого утра, не хочу сейчас ни о чём разговаривать. Тем более о том, что я сама не могу им объяснить», – испугалась я, и сразу встав, спешно одевшись, вышла на улицу по боковой лестнице, пытаясь оттянуть неприятный разговор.

Отворив двери, вдохнула полной грудью свежего воздуха. В тишине отдыхающего после сражения города, такими громкими казались мои шаги. Подошла к воротной площади. Небо было окрашено в красно-розовый цвет. Теперь имеющий значение, после недавних событий:

«Кто-то уже никогда не увидит этот мир, а кто-то своих близких».

Утренняя заря набирала силу, освещая признаки недавно прошедшей битвы. Виднелись полуразрушенные и полусгоревшие здания. Даже часть казарм была разрушена. Дом заседаний, как ни странно, был цел.

«Как крепость проснётся, здесь закипит жизнь, начнут восстановление города», – оценив масштабы бедствия, повернула на улицу, ведущую к дому Лиграны.

В окнах её дома горел свет. Постучавшись, толкнула дверь, она оказалась не запертой. Прошла осторожно вглубь здания. В их жилище, как всегда, витал запах рыбы, которую ловил отец. А затем мать семейства продавала её, солёную, сушёную, копчёную и пряную. Обнаружила подругу, суетящуюся у печки. Голова Лиграны была замотана по кругу чистыми белыми бинтами, больше видимых травм не наблюдалось.

– Джолана! Живая! – девушка кинулась меня обнимать.

– Я-то да, а вот ты меня серьёзно напугала, – сердито посмотрела на неё. – Зачем ты пришла к стенам во время битвы?! Почему не ушла со всеми в убежище?!

Рана засуетилась, забегала по кухне и на столе появились варево, хлеб, солёное сало, копчёная рыба и сыр. Мы сели завтракать, и только после этого подруга ответила на вопрос, улыбаясь и набивая рот едой:

– Собрала твои пожитки… и ждала я тебя, ждала,… а тебя нет и нет… пошла искать. Смотрю, объявили тревогу, а жителям сказали проходить в сторону убежищ. Как я тебя брошу, беспомощную, пошла, конечно же, тебя искать. Ух и страшно было… кругом взрывы. Я обошла места, где ты могла быть, и потом пошла к стене. Подошла… ни тебя, ни брата найти не могу. Обходила, ждала, помогала в лечении раненых. Вдруг, смотрю на стене… лохматая, грязная вся… рукой мне машешь, – закончив рассказ, она пожала плечами, а затем машинально потёрла затылок.

Я крепко-крепко обняла её.

– Задушишь, – засмеялась Лиграна.

– Глупышка ты… прости… прости меня, я так виновата! – из моих глаз хлынули слёзы. – Нет, это я глупая… Я так виновата… никогда не простила бы себе… так виновата… – говорила подруге сквозь слёзы.

Лиграна тоже заплакала:

– Ты что?! Ты героиня, это я глупая… было… так страшно. Я такая дурочка, что не увидела снаряд.

– Было очень… страшно, – провыла в ответ я.

– Понимаю, ведь ты была вообще в самом пекле, – всхлипывая ответила подруга.

Мы говорили сквозь слёзы, размазывая их по лицу. Какое-то время так и сидели, обнявшись, и плакали, пока не услышали хлопки. Обернувшись, увидали Дика, это он хлопал в ладоши:

– Воздаю честь человеческой самокритичности, – произнёс он, язвительно ухмыляясь. – Я согласен… вы обе дурочки… ещё какие! Какого лешего вы оказались на поле битвы?! Я даже и не предполагал, что вы там. Думал, вы адекватные и скрываетесь в убежище!

– Ты…? – задала я немой вопрос.

– Я давно тут. Пришёл проведать сестру, но раз у вас всё хорошо, и вы даже смогли самостоятельно выяснить, что вы глупые, я пойду.

– Поешь сначала, – сказала Рана и поставила на стол ещё одну кружку.

– Я уже завтракал, – ответил ей Легедик, и попрощавшись, ушёл.

Ему надо было успокоиться, парень боялся наговорить чего-нибудь лишнего.

– А родители? – опомнившись, спросила у подруги.

– Они ещё позавчера уехали в Таулец. Думаю, вернутся не позднее, чем как через два дня, ты же знаешь. Хотя… услышав такую новость, которая наверняка скоро докатится до того города… не знаю, – она пожала плечами и опять схватилась за затылок.

Таулец был крупным городом, гораздо больше нашего. Он находился в соседнем государстве, и до него было два дня пути. У их семейства была своя большая телега, поэтому в Таулеце родители Лиграны и Легедика продавали свою приготовленную рыбу. Спрос был там больше, да и цену можно было поставить выше, чем здесь.

– Как твоё ранение, сильно болит? – поинтересовалась я.

– Да нет, не очень. Когда я нашла тебя, думала, ты махаешь мне, но потом увидела камень и успела только сделать несколько шагов назад. Он с таким грохотом упал почти прямо передо мной, что меня оглушило. Этот удар камня о поверхность откинул меня назад, окатив осколками мостовой, которые поцарапали лицо, шею и руки, – продемонстрировала она свидетельства на руках, – Упав навзничь, больно ударилась головой… и всё… ничего не помню, что было дальше.

– Ты потеряла сознание, – ответила я.

Осмотрев её рану на затылке, быстро залечила. Маги-ученики вряд ли тратили время и энергию на незначительные повреждения. Мои же силы уже восстанавливались и теперь у подруги даже шрама не останется.

– Твои способности, как они так быстро вернулись? Я даже слышала, что ты, как зверь, сражалась с помощью волшебства, – озадачила меня Лиграна. – Тебя теперь в Ишантионе уже прозвали «огнедышащим драконом».

– Не знаю, – честно призналась ей и вспомнила, что хотела ещё раз выспросить тётушку о том, как появилась у них, – мне кажется, я должна узнать, кто я и откуда.

Глава 7

Тихонько вернувшись домой тем же путём, которым его и покинула, узнала от Вирены, что все домашние уже встали. Названная сестра ждала меня в моей комнате и читала книгу. От неё узнала, что тётушка сегодня сама хозяйничает на кухне, служанки пошли помочь с уходом за ранеными. Всех жителей, кто может, попросили помочь с восстановлением города и лечением оных. Также Вирена сообщила мне, что дядюшка, как я и предполагала, уже рано утром искал мою, громко отличившуюся на битве, персону. Но сейчас они с Сионом ушли из дома по своим делам, оставив Вирену дожидаться меня тут, но обещали скоро вернуться и велели мне их ждать, не сметь никуда не уходить.

Я спешно спустилась в поварню. Тётушка Магка шебуршила в кухонном шкафу и что-то мурлыкала себе под нос. На плите бурлили кастрюли, периодически выдавая в стороны столбики пара, и по кухне раздавались разнообразные ароматы готовящейся еды.

– Детка, ты хочешь кушать? – спросила она, увидев меня.

– Нет, спасибо, я позавтракала у Раны, – ответила ей, присаживаясь за кухонный стол.

– Всё равно, выпей молока. Это очень полезно и питательно для восстановления сил и здоровья, – она поставила передо мной кружку, заполненную до краёв. – Зачем убежала с самого утра? Мы тебя обыскались… Но я так и подумала, что ты побежала к своей подружке. Волновалась за неё?

– Ага, – кивнула в ответ и отхлебнула из кружки, думая, как начать беседу. – С мастером Сионом и дядюшкой всё хорошо?

– Конечно, они очень сильные, опытные и талантливые маги! А ещё у них есть очень много близких людей которые за них переживают, – она, улыбнувшись, легонько щёлкнула меня по кончику носа указательным пальцем.

– Тётушка, ты сейчас не сильно занята? Можно спросить тебя? – перешла ближе к делу: "Если прошу "скажите честно" она может обидеться…"

– Конечно, малышка, – пожилая женщина присела за стол напротив.

– Я понимаю, что много раз уже спрашивала, но сейчас хотела бы узнать всё до мельчайших подробностей, – начала осторожно разговор. Надо же было уже с чего-то начать, ведь в любой момент домой могут вернуться два взрослых "сильных, опытных и талантливых мага", которые уже будут, в свою очередь, выпытывать информацию из меня.

– Конечно, спрашивай, – жена главного мага улыбнулась с добротой на лице, – Только про что?

– Как я попала к вам? … Ещё раз хочу узнать эту историю, – улыбнулась в ответ.

– Милая, я уже сотню раз рассказывала, – произнесла тётушка задумчиво, и немного подумав, продолжила. – Ну ладно, понимаю, что ребёнку хочется слышать хоть что-то о своих родителях. Будто становишься к ним ближе.

– Только вспомните все подробности, какие сможете, пожалуйста, – посмотрела на неё умоляющими глазами. – Это очень важно.

– Постараюсь, хоть давно это было, почти восемнадцать лет уж минуло. Помню, тогда лето было… жаркое такое, что не часто бывает в наших, почти северных местах. И пошла я в зал заседаний, хотела мужу и сыну варева прохладного, да покушать отнести, – после слов она задумалась на некоторое время.

Я заёрзала в нетерпении.

– Ах да, так вот. Пошла я… почти подошла… – приёмная мать опять начала повествование. – Маги же и собираются, и обучаются в доме заседаний, и отдохнуть там могут, ну ты знаешь. И тогда то же самое было… Сиону в то время уже десять лет исполнилось. Такой серьёзный, смышлёный, взгляд глубокий… смешно аж… – усмехнулась женщина. – Всегда серьёзный и мудрый не по годам, с младенчества…

– И-и-и, вы почти подошли… – прервала её, не дав договорить фразу до конца.

– Ну да, ну да. Вышла только на воротную площадь. Как вдруг… влетает в ворота эта женщина на чёрном, как смоль, коне с блестящей чёрной гривой. Сама в чёрном плаще, почти до пят, капюшон надвинут так сильно, что лица не видно. А ворота, ты знаешь, ведь обычно открытые днём для торговли и дел, ночью только закрывают, да в непогоду. Она так быстро проскочила, что стражники не успели её остановить и проверить документы. Они редко кого проверяли, только подозрительных, но она на такую и была похожа.

– Так почему вы решили, что женщина, раз не видно? – задала в нетерпении вопрос.

– Как так, конечно понятно. Руки женские, кожа гладкая, пальцы тонкие, на них кольца одеты. Да и голос женский был. Хоть и в плаще вся, и в сапогах высоких чёрных, и в мужской одежде. Сразу понятно и по фигуре… комплекции тоже отличишь, что женщина, – ответила приёмная мать. И продолжила, – перед ней на лошади корзина стояла, с раздвоенной крышкой наверху. Как оказалась, она была к ней привязана. И вот она нож достала, красивый такой, с серебряной ручкой. Я так испугалась сперва, только хотела кричать. Но стражники с ворот уже к нам бежали. А она – шварк, и перерезала верёвку, связывающую её и корзину… и корзину мне в руки. У неё, кстати, ещё одна такая корзина была привязана к крупу лошади.

– Ещё одна такая же корзина… – задумчиво произнесла, теребя свою щёку.

– Да. И вот, значит… отдала она мне корзину. Я глянь, а в ней ребёнок лежит, не плачет, смотрит так серьёзно… Лежишь, глазками хлопаешь, смешная такая… – жена Кабриуса улыбнулась и продолжила. – Вот. Ещё бутылочка молочная была… пустая уже, наверно, она ей тебя кормила. И эта, значит, дама мне и говорит: вырасти и воспитай хорошо малышку. Представляешь? Смотри, не обижай дитя. А ещё, не болтай о ней всем подряд. Прям зло так процедила, угрожающе. Я только было хотела спросить, а она бросила мне большой увесистый кошель с золотыми монетами, да как развернула коня и как дёрнет обратно. Только пыльный след и остался. А ты лежишь, на меня смотришь, такая милая, такая смешная и маленькая, с грустными глазками, – женщина опять заулыбалась.

– И что же вы сделали дальше? – снова задала наводящий вопрос.

– Ну-у… я бегом к Кабриусу в гильдию. Рассказала ему, как всё было, так мол и так. Они посмотрели тебя с магиней Силерной и говорят: малышке месяц-два отроду… а ещё, мол, магией владеет. Какой и как сильно, можно только года в четыре-пять сказать, тогда ведь потенциал увидеть можно, но уже понятно, что магия есть. И решили мы тебя взять на воспитание. Очень долго боялись, что может кто-то прийти за тобой, и неизвестно, что ждать от этих кто-то. Но… – женщина пожала плечами, – так никто никогда больше не появлялся, и про тебя не узнавал даже. Совсем… И мы, наконец, успокоились, вздохнули спокойно.

«Ну спасибо, за ещё одно напоминание, что я нафиг никому не нужна, – подумалось мне, – Но, конечно же, тётушка и дядюшка в этом не виноваты. А наоборот, вырастили чужого ребёнка. Однако я всё равно поеду искать, откуда родом. Хочу узнать, почему меня бросили и что за волшебством владею. Я не хочу вернуть себе семью, просто хочу всё знать».

– Тётушка, милая, подумай. Прошу, постарайся. Может дядюшка или магистр Силерна что-то ещё про меня говорили? Может, у женщины этой татуировка какая была или шрам, или знак какой может висел? Ну хоть что-нибудь отличительное было? Может она шепелявила или картавила, тремор бил или что-то ещё? Ранений на ней не присутствовало?

Женщина на некоторое время задумалась, теребя свой фартук:

– Нет, ничего такого не было.

Приуныв, положила голову на руки.

– Да и зачем тебе такие уж мелкие подробности? – спросила тётушка Магка.

– Если честно… я хочу найти своих родителей и узнать природу своих сил, – ответила я.

– Глупышка, как ты их найдёшь и зачем? – жена Кабриуса развела руками, – Если бросили и не появлялись, значит избавились от тебя, чтоб, может, в беду не попасть… Понятно же. Как бы горько это не звучало. Когда повзрослеешь, поймешь о чём я.

– Значит, не было ничего отличительного? – перевела опять разговор в другое, более приятное, русло.

– Выходит, что так. Ан-н нет… погоди. Не знаю, важно это или нет, но у неё вышивка была на капюшоне, внизу у плеч. Небольшая такая ворона была вышита серебристыми нитками. А больше ничего не припомню такого. Кольца были золотые, и ткани хорошие, да и кошель полный золота. Не бедная какая крестьянка поди… Что ещё раз подтверждает мою теорию.

– А монеты… какие были, что изображено? – спросила я.

– Да обычные, распространённые, без знаков. Не осталось ничего, чтоб показать, – вздохнула тётушка Магка.

Я также тяжело вздохнула: «Ну хоть какая-то ниточка появилась и то хорошо».

– У меня же осталось то, что было в корзинке. Там точно такая же ворона, – сказала вдруг жена Кабриуса и побежала в их спальню. Я быстро ринулась за ней.

Она начала рыться в одном из шкафов и при этом говорила:

– Думали, как тебя кормить? У меня-то молока уже не стало. Вирене два годика исполнилось. Хорошо, что тогда нашли мать Лиграны, и она согласилась тебя кормить. Её дочери Лигране ещё полтора года не было, но молока ещё достаточно, хоть отбавляй.

Наконец она извлекла из деревянных недр свёрток и радостно положила его на столик.

Развернув его, ничего интересного не нашла, кроме детских пелёнок и тёплого шерстяного одеяльца. На пол упал платочек. Красивый, белый и ажурный, из хорошей дорогой ткани с кружевом. А в углу его красовались вышитые серебристая ворона и буква «Д».

«Надо будет наведаться в библиотеку и узнать, не встречается ли где этот символ?» – меня сразу осенила удачная мысль.

Тётушка заглянула мне через плечо:

– Мы и имя тебе придумали на «Д», не знали, что означает эта буква. Может и фамилия, конечно… – констатировала пожилая женщина.

– Я возьму его? – спросила и тут же спрятала платок себе в карман.

– Хорошо, бери конечно, хоть всё, – и приёмная мать протянула мне свёрток со всем содержимым.

– Отнесу к себе, – ответила ей, прижимая к груди куски ткани из далёкого, неизвестно мне, прошлого.

В этот момент в комнату зашёл верховный волшебник, и мы с тётушкой обернулись на шум шагов.

Глава 8

– Полагаю, ты догадываешься, что я хочу с тобой обсудить? – спросил дядюшка Кабриус, садясь за стол в своё большое кожаное кресло.

Мы пришли в личный кабинет волшебника. Но я всегда чувствовала себя здесь неуютно. Не очень люблю всю эту величавость и внушительность. Кабинет главного мага просто кричал о величии и важности его владельца. Огромный и тяжёлый дубовый лакированный стол с ажурной вязью по краям, изображающей лечебные растения и листья; большие мягкие кресла из хорошо выделанной гладкой кожи; яркие картины на стенах в позолоченных аристократических рамах; на полу распластался мягкий красно-жёлтый ковёр с пушистым ворсом; по углам теснились белые высокие глиняные вазоны с деревцами и даже присутствовала метровая статуя богини удачи; а на окнах висели красные непроницаемые шторы из плотной дорогой ткани и тюль с узором из золочёной нити. И это ещё молчу о широкой позолоченной люстре. Любил дядюшка Кабриус богатое убранство, любил, ничего не скажешь. А вот я, как-то к этому всегда была скептически настроена, неуютно мне в таких помещениях. Не знаю почему женщина, что привезла меня сюда почти новорождённым младенцем и бросила, была богата, нет у меня тяги к роскошному убранству.

– Угу, – кивнула в ответ, присаживаясь в кресло напротив и, как всегда, съёживаясь под тяжелым взглядом его тёмных глубоких глаз. Точно такие же были и у его сына Сиона.

Я молчала, и он молчал, пристально смотря на меня и барабаня пальцами по столу. Затем пришло ощущение, что дядюшка изучает мою энергию. Лёгкое, еле ощутимое прикосновение к энергетической ауре. Волшебник бессовестно копался в моих магических каналах.

– Я ничего не скрываю, – произнесла в ответ на его действия и гордо выпрямилась. – Дядюшка Кабриус, говорите прямо.

– Когда это произошло, когда твои энергетические сосуды вдруг стали больше и из-за чего? Только вчера проверял и всё было по другому. Ещё, я не ощутил сейчас в тебе столько сил, чтобы ты могла сотворить настолько сильный и продолжительный поток огня… К тому же без жезла, голыми руками. Как ты сделала это, как ты вернула так быстро свои энергетические силы и так много? – ответил мне волшебник, перестав изучать мою магию, но засыпав вопросами.

– Не знаю, – пожала плечами и рассказала ему подробно про всё необычное, что со мной происходило в последнее время, и что видела, что ощущала. Начиная с древней крепости и заканчивая прошедшей битвой. – Я не специально скрыла это всё, так получилось, – этими словами закончила свой рассказ, опустила глаза, понимая, как это выглядит со стороны, – И я, между прочим, даже спрашивала вас, когда лечили меня после спасения принцессы… но вы не захотели слушать, – добавила после вполголоса.

– Я понял, – ответил дядюшка – но, представь, если бы ты всех могла спасти, но, испугавшись, промолчала… и мы бы проиграли бой, многих бы убили и покалечили… Кого бы ты винила тогда? – маг привстал, оперевшись на подлокотник кресла и гневно потряс указательным пальцем, – А если б я знал про твои способности раньше, может, вообще битва продлилась бы полчаса… и столько бы семей не потеряли своих близких.

– Понимаю, что поступила глупо, у меня имелись возможности рассказать, но с другой стороны, если бы я рассказала о пробудившихся силах, а в самый ответственный момент ничего не могла бы сделать? Все опять потешались бы надо мной, – пролепетав и потупив глаза ещё сильнее, вновь съёжилась.

Кабриус задумался, начав ходить взад-вперёд по комнате, поглаживая свою чёрную жидкую кроткую бородку с нитями седых волос. Его волосы были угольно-черными, что сильно контрастировало с белыми прядками. Такие же чёрные, как и у мастера Сиона.

«Опять ошибка… моя ошибка… я только и делаю, что ошибаюсь… она могла стоить многим жизни, – подумалось мне, и представила всё то, что могло произойти, если бы не сложилось так удачно, – А также… вдруг можно было избежать стольких жертв?» – в испуге прижала пальцы рук к лицу.

– Я вижу, ты осознала всю глубину. Почему ты такая неосторожная и невнимательная? Глупый маг гораздо страшнее обычного глупого человека, – усмехнулся пожилой волшебник и продолжил бродить по комнате.

«В первый раз об этом слышу… не сталкивался ни разу… чтоб энергетические каналы так сильно расширялись в этом возрасте… немного возможно, если постоянно работать над собой… но, чтобы так сильно и столь резко? – думал он, бормоча себе по нос, – Но Лана вообще не хотела заниматься магией… Да ещё, чтобы увеличился набор магических элементов… уму непостижимо… с пяти до семи лет формируется полный набор магических элементов волшебника, по крайней мере, меня так учили, – он пожал плечами и развёл руками. – Откуда взялись молнии?»

– Ты точно ничего не принимала из зелий и не использовала какие-либо артефакты, не читала неизвестных заклинаний… или книг? Подумай, – обратился он ко мне. – Что-нибудь странное или необычное.

– Нет, всё было как обычно. Я бы обратила на это внимание и запомнила. Даже энергию вокруг себя мне не всегда получается увидеть. Могу в покое, а могу и в стрессе. Раньше никогда подобного не случалось.

– Мне нужно поизучать магические книги и архивы. Слышал о сильных магах. Были такие, но не у нас, где-то очень далеко. Да и легендарный Вандар. Он тоже, по легенде, использовал подобную технику для своего изобретённого посоха. Но про энергию вокруг, слышу впервые, – главный маг замер и задумался: «Я должен попробовать… должен».

Дядюшка сел на пол в позу восстановления энергии и замкнул магические каналы. Он пробовал несколько раз и сидя, и стоя, но у него ничего не вышло.

– Нет… не выходит. Но надо, чтобы остальные маги нашего города попробовали. Вдруг кто-то сможет также, или слышал что-то об этом. У меня же всё как обычно. Ощущаю потоки сильной энергии и могу видеть всё вокруг в магическом зрении. То есть, схематично у себя в голове, – он постучал указательным пальцем по виску. – Но… – верховный маг многозначительно поднял указательный палец, – я не вижу ничего такого, о чём ты рассказала. А также, не могу пропускать энергию через себя… только заполнить свои энергетические каналы… и то, только там, где много энергии или есть источники силы.

– Я ведь рассказала правду! Без утайки, как есть! – возмутилась на обидные намёки в словах дядюшки.

– Верю и чувствую, что не врёшь. Ты забыла, что я владею и ментальной магией? – улыбнулся мне в ответ учитель и продолжил. – Пора предметно заняться твоим обучением. Не пропускай уроков и прилежно занимайся. Ты не развиваешь в себе ни терпения, ни самоконтроля, ни логического мышления. Тебе нужно взять в руки и себя, и свои новые силы. Ты должна уметь контролировать и свою магию, и свои эмоции, и себя. Маг должен быть мудр, как ворон, хладнокровен и осмотрителен, как змея, быть ходячей энциклопедией и иметь реакцию лучше, чем у кошки.

«Будь я такой же слабой, как и раньше, вам бы было наплевать, учусь я или нет», – пришло мне в голову, но вслух спросила другое, чтобы не обижать зря приёмного отца, поскольку услышала знакомое про ворон:

– Вы слышали когда-нибудь о символе серебристой вороны или просто вороны?

– Хм… – пожилой маг задумался, – нет… не припомню такого. А зачем тебе эта информация?

– Наверно, мне всё-таки нужно разыскать своих родственников и узнать правду о себе, – ответила я.

– Зачем?! – возмутился дядюшка – Ты им не нужна. Будь это иначе, они бы уже давно вернулись за тобой!

– Но… тайна моих странных способностей кроется ведь в тайне моего рождения, – раздражённо выпалила в ответ, – и я хочу отправится из города, как только сойдёт снег. Я вернусь. Я просто хочу всё знать. Разве вам никогда не хотелось поездить по миру, посмотреть на других магов? Или… вы что-то… скрываете от меня?

– Глупости! Все маги мира одинаковы, – констатировал архимаг.

– А вы видели?! Вы же нигде не были, кроме Ишантеона. Тем более, с моими способностями что-то не так… вы же сами сказали, – не сдавалась я. – Вы сказали, что были сильные маги, но далеко, неужели вам никогда не хотелось узнать больше?

– Хватит! Нет ничего, чему нельзя найти объяснение. Потом об этом поговорим. Сейчас пойдём в гильдию, в зал заседаний. Нужно обсудить изменения твоих сил с другими волшебниками.

***

Сион терпеливо дожидался нас в гостиной. Как только мы вышли из кабинета, он подошёл и вопросительно посмотрел на отца, а после с интересом окинул меня взглядом, прожигая своими углями мою душу насквозь.

"Как порождение тьмы, честное слово… Представляю, в каком любопытстве сейчас находятся многие волшебники нашего города. Они бы всё отдали, чтобы узнать тайный секрет, как увеличить свои силы во много раз. А секрета-то и нет», – с иронией подумала я и улыбнулась самой себе.

Заметив мою странную, не к месту, улыбку, на лице мастера Сиона, тоже проскользила и мгновенно исчезла тень улыбки.

– Идём в зал, у меня есть важная и интересная информация для всех, – ответил верховный волшебник сыну, на его вопросительный взгляд.

Пока мы шли, Сион в раздумчивости посматривал на меня, а дядюшка Кабриус хранил задумчивое молчание, лишь поглаживал свою седеющую бородку:

«Надо ещё пробовать… наверно, что-то делаю не так… или мне не так объяснили… Я здесь самый сильный из волшебников, неужели у меня не получится? Обязательно получится, – маг посмотрел на Джолану, – А её я никуда не отпущу… никогда… Мы вырастили такого сильного мага, а пользоваться её способностями будут другие?!… Ещё чего… а с ней вместе можно таких дел натворить… войти в историю», – витали радостные мысли в его голове, хаотично сменяя друг друга.

Глава 9

Вошедшего в помещение первым верховного волшебника сразу же обступили с разных сторон. Сион находился позади него. А я так и осталась стоять в дверном проёме, никак не решаясь войти. Было как-то неудобно перед всеми, не знала какая реакция будет у других магов. Меня, слава Богам, долго не замечали за спинами дядюшки и мастера Сиона.

– Магистр Кабриус, поясните, что происходит, как это сокрытие сил понимать? Вы нашли что-то, что может в разы увеличить магическую энергию, и молчали? Если бы не нападение варгаров, … мы бы так об этом и не узнали, я правильно понимаю? – услышала недовольный голос магистра Силерны. Она была тоже из старых опытных сильных магов, как и дядюшка Кабриус.

– Никто из нашей семьи, как и Джолана, не виноваты, сами не знали, – ответил дядюшка. – У неё раньше не было таких сил… Вы всегда самолично могли прочесть ауру любого ученика и должны были знать это достоверно.

Я, наконец, нерешительно переступила порог и вошла в зал заседаний. Почувствовав на себе сразу множество взглядов восхищения и негодования, мне стало неуютно:

«Почти все они лицемеры. Будут улыбаться тебе и выказывать желание помочь, а в душе думать, как превзойти тебя, стать лучше и сильнее, получить больше почестей и благ. Но зачем они им, в этом богами забытом месте, которое тухнет и тонет в своём житейском болоте? Я бы поняла, если бы они желали что-то изменить в мире или помочь кому-то, так это всё просто для того, чтобы потешить собственное эгоистичное нутро. Ещё с детства поняла, что нельзя доверять волшебникам. Что ученики, что взрослые маги, всегда обманывали меня и смеялись над моей наивностью и неуклюжестью», – думала, оглядывая людей вокруг.

– Ваша воспитанница выросла с младенчества в вашей семье и живёт в вашем доме, а вы были не в курсе?! И даже она сама была не в курсе? Как это воспринимать? Вы же верховный маг, – задала опять вопросы волшебница Силерна.

– Ты нашла какой-то путь усиления магии и скрыла от нас? Хочешь быть самой лучшей и сильной? – гневно обратилась ко мне Диора. – Любишь лелеять своё самолюбие, потешалась над нами?

– Кто бы говорил, – съязвила в ответ и добавила. – Ничего не делала… само как-то вышло.

Кабриус поднял руку в успокаивающем жесте:

– Сейчас я всё расскажу. Мы обсудим это недоразумение и противоестественный феномен, – его взгляд повернулся в сторону клеток: – А он что здесь делает?

– Вы же сами просили… для исследования. Нам выделили одного пленника, другой заперт в клетках в казармах, а третий – во дворце. Чтобы они не могли контактировать друг с другом, даже ментально, – ответила Силерна.

– А почему здесь, а не в подземелье?! – раздражённо спросил Кабриус.

– Можно перевести… Просто я думала… – нерешительно пролепетала пожилая магиня. От её прежнего запала и следа не осталось.

– Не нужно, пусть уж тут остаётся, – с резкостью в голосе прервал её верховный маг.

– Они сказали, он не говорит на распространённом языке, только на варгарском. Поэтому не могут его допросить, – продолжала пояснять про пленника Силерна.

– Другие два говорят, а этот нет, – влезла в разговор Диора, дабы показать свою значимость и отношение к сильным волшебникам.

«Выскочка и подлиза… – выскочковый подлизун», – подумала я, но на этот раз промолчала.

– Хотят, чтобы я научил его распространённому языку посредством ментальной магии? А не слишком велика честь? – хмыкнул пожилой волшебник, теребя свою бородку.

Пленник вёл себя спокойно и с достоинством. Всё это время он оценивающе посматривал на магистра Кабриуса. Затем перевёл взгляд на меня. Я напряжённо замерла, не отводя от варгара взор. От него исходила какая-то внутренняя сила, а во взгляде изумрудно-зелёных глаз читался ум и рассудительность. Варгар тоже в напряжении замер, рассмотрев меня. Я чувствовала это, не знаю как, но почему-то чувствовала, опасение и неприязнь:

«Пока сидел тут, наверняка, уже успел изучить всех появляющихся здесь волшебников. Оставались только мы с дядюшкой. Мне кажется, он совсем не глупый дикарь, каким выглядит…» – задумавшись, склонила голову набок.

Верховный маг подошёл к клетке, чтобы изучить ауру заключённого. Он задавал ему вопросы, но варгар говорил что-то лишь на варгарском, мотал головой и пожимал плечами. Мастер Сион, бросив свой, всё замечающий взгляд на окружающих, начал периодически задумчиво поглядывать на меня. Но ничего необычного, он почти всегда так делал, сколько его помню, с самого моего детства.

– Так что по поводу магии Ланы? – нетерпеливо поинтересовалась Диора.

– Давайте не здесь. Не при пленнике же. Пройдёмте за круглый стол, – ответил, подняв бровь, Кабриус.

– Он всё равно ничего не понимает, – проворчала в ответ молодая магиня.

– Во-первых, я бы не был уверен в этом наверняка. Во-вторых, он может запомнить информацию, а потом вспомнить и перевести её, когда будет знать язык. А мне бы не хотелось, чтобы эти знания ещё кто-то услышал, – снисходительно посмотрел на неё пожилой маг.

***

Пленник также продолжал буравить меня напряжённым взглядом:

«Эта девушка… это же именно та… что я видел тогда, на стене, с огненными волосами, – сопоставлял он факты, которые наблюдал, – … она же потом наколдовала огненную лавину, и она же после плакала у ворот… Опасная… так вот какая она, самая опасная», – думал пленный варгар и ещё больше настораживался.

***

Мы всей толпой направились к дверям, за которыми находился круглый стол.

Помещение зала заседаний было одноэтажное. Магов у нас в городке очень мало. Но дядюшка собирался надстроить второй этаж. Справа, как заходишь, стояли столы. Два ряда столов вдоль стены, со стульями на двоих учеников, и по пять столов в ряду. А волшебники занимали всего лишь чуть больше половины сидений. Рядом можно было опустить полупрозрачную ширму из, проложенных горизонтально, стеблей соломы. Ей отгораживали учащихся от основного помещения. Напротив, слева от входных дверей, в нише стены, были две камеры-клетки с железными прутьями. Внутри них стояли деревянные лавки. Прутья были заряжены нейтрализующим магию заклинанием.

В одной из них и сидел пленный варгар. Его шерсть светло-светло-коричневого цвета. По рукам, от плеча до кисти, спускался тонкой полосой витой узор более тёмного цвета. Кисти рук, стопы, лицо, уши, как оказалось, были тоже без короткой шерсти, на шее и руках она становилась более редкой. При встрече с варгарами ранее, я не заметила таких подробностей, так как всё это скрывала одежда. А сейчас он был одет только в льняную рубаху без рукавов и льняные короткие штаны до середины икр.

Чуть дальше учебной комнаты находились помещения для отдыха магов. И напротив них, слева, то же самое. Там стояли кровати, и место для еды, и уборные.

Впереди, посреди зала-холла, что находился между клетками и учебной комнатой, и располагалась дверь, за которой была комната заседаний, в её середине стоял большой круглый стол. В центре него, в полу, отмечено круглое место, где опускалась и поднималась часть плиты.

За залом уже располагался кабинет главного мага с хранилищем магических артефактов. Оттуда ещё шёл ход в подземелья. Там находились камеры, гораздо большие, чем эти. А также магическая библиотека и магический архив.

***

Когда все расселись за круглым столом.

– Повесьте полог тишины, – попросил магистр Кабриус, – чтобы никто из случайных лиц не мог подслушать разговор.

Это простое заклинание, я тоже умела им пользоваться. Но может, не настолько долго или плотно, как сильные маги. Хоть в гильдию никогда не пускали никого постороннего, существовало очень строгое правило, но архимаг всегда перестраховывался.

– Я сделаю, – тут же подсуетилась Диора и повесила завесу молчания.

Я хмыкнула, закрыв ладонью рот, чтобы это было незаметно, и подняла многозначительно брови: «Кто бы сомневался».

Она заметила мой жест и мимику. Смерив меня высокомерным и презрительным взглядом, села на место.

Сначала верховный маг обговорил вопросы восстановления города. Волшебники помогали в решении разных вопросов поселения. Хотя в крепости жили и лекари, и каменщики, и строители, и кузнецы, и плотники, в некоторых делах дешевле, быстрее и лучше было использовать силу магов.

– Мы с Сионом и Силерной уже помогаем в починке моста и многого другого. Нужно выделить ещё волшебников в помощь для починки стен крепости, казарм и улиц, – сказал Кабриус.

Все ёрзали в нетерпении, так как больше всего их интересовал другой вопрос.

Наконец, он рассказал присутствующим то, что я поведала ему совсем недавно. Когда маги узнали, что со мной происходило, не поверили, и отовсюду посыпался град вопросов.

– Ты точно ничего не принимала?

– Нет.

– Не находила тайных рукописей?

– Конечно нет, где?!

И действительно, было негде, так как вообще мало кто покидал город. А если и покидали, то только гуляли в окрестностях. Торговцы и купцы, которые приезжали в город, или они же местные, которые привозили в крепость магические вещи и книги, всегда показывали свой товар сначала главному магу. Старые всё это уже знали, а новых предупреждали об этом стражники на воротах. Это также важное правило нашего города, которое поддержал король Тавриур.

– У тебя нет необычных знаков на теле? – продолжался допрос.

– Да нет, и никогда не было.

– Можно посмотреть твою ауру?

– Конечно! Буду очень рада, если вы поможете мне в этом разобраться.

– Естественно, поможем, – отозвался дядюшка. – Мы же твоя единственная семья, – сказав это, он ласково погладил меня по голове.

Мою ауру облапали всю вдоль и поперёк, и все, кому было не лень.

– Я обязательно найду, в чём тут дело, – важно заявила Диора.

С этим же девизом, остальные волшебники ощупали и вынюхали мою ауру до каждого миллиметра, пытаясь стать самым умным и догадливым. Но, увы, каждый потерпел крах.

– Покажи, как ты это делаешь, а мы посмотрим в магическом зрении, – попросила Силерна.

Я уже изрядно устала от всего этого, но согласилась. Увидеть потоки у меня получилось лишь с третьего раза:

«А здесь ещё и цветные есть… такие яркие? Они в этом месте почему-то очень яркие и разноцветные! Может, я просто не обращала раньше внимания?»

Наполнив каналы и выйдя из транса, рассказала о том, что потоки здесь приобрели цвет.

– Потоки цветные? Может, это связано с видом магии и определённым волшебником? – задумалась вслух пожилая магия Силерна.

– Могу попробовать сейчас проверить эти суждения… если получится, – вздохнула в ответ и подумала: «Попробую радугу на вкус».

– Не нужно, – произнёс дядюшка Кабриус, – девочка устала, мы довольно долго проводим занятие, – и добавил, – она попытается дома, под моим присмотром. А сейчас, вы все по очереди сделаете попытку увидеть энергию. А также, подумаете над этими вопросами дома и поищите упоминания о подобном в книгах. Завтра вечером встретимся здесь на занятии. С утра у нас работа по восстановлению города. Потом все свободны, всем отдыхать.

Каждый волшебник провёл по пару попыток увидеть потоки сил, но ничего ни у кого не вышло. Мы начали расходиться. Некоторые маги сбились в группки, что-то ожесточённо обсуждая.

«Почему что-то? Конечно же, меня и мои способности, это и ежу понятно», – поразмыслила я и устало вывалилась наружу.

– Иди домой и нигде не задерживайся, – сказал мне мастер Сион, и я кивнула. Уставшая и измученная, поплелась к входным дверям.

Вдруг, почему-то почувствовав всем своим нутром тяжёлый взгляд и злобу, остановилась и повернула голову. На меня опять смотрел варгар. Точнее, буравил взглядом, не отрываясь, пока я с опаской торопливо не вышла наружу.

Свежий воздух взбодрил, завернула за угол здания. Глубоко вдохнув, расслабившись и запрокинув голову, посмотрела в небо:

– Такое синее, с проплывающими небольшими серыми облачками. Красиво…

Оно дарило успокоение и свежесть. Находится в зале так долго было тяжело. На меня давила и обстановка, и стены, и люди. Не люблю сложности и заморочки, у меня голова болеть начинает, и ещё, я сразу устаю, будто мешки с картошкой таскала.

– Ну ничего себе вы там заседаете, я уже замёрз тебя ждать, – услышала голос Легедика и почувствовала, как рука опустилась на моё плечо.

Подпрыгнув от испуга и разгневанно обернувшись, выругалась на друга:

– За каким лешим ты меня тут дожидаешься?! У меня из-за тебя точно когда-нибудь сердце остановится, – зыркнула на него сердитыми глазами и схватилась за бешено колотящееся в моей груди сердечешко.

– Так, это… – растерялся молодой командующий и начал сбивчиво говорить, – я с дежурства… это, шёл… недавно снялся… думаю, подожду тебя… ну, чтоб вместе домой… веселее. Я же недалеко от тебя живу, – выпучил на меня испуганные глаза перепуганного кролика воин.

– А-а-а, бобёр с тобой, делай что хочешь, – устало махнула рукой и поплелась в сторону дома. Парень засеменил за мной вслед.

Конечно же, начинала догадываться, чего это он всё время где-нибудь дожидается мою персону, но это совсем не радовало и не забавляло. Ощущала себя скованно, смущённо и поэтому неуютно.

Почувствовав на себе снова тот тяжёлый взгляд, обернулась. Увидев виновника в маленьком окошке камеры, меня передёрнуло. Окошко было высоко, но в него, наверно, можно было смотреть, встав на лежанку. Его зрачки отблёскивали то красным, то жёлтым в свете вечерних городских фонарей: «Опять буравит, ты посмотри какой настырный».

– Чего ты там так далеко шорохаешься? Иди по-человечески, рядом, – обратилась нервным голосом к Легедику, скрывая испуг.

Сказав это, зашагала к дому не оборачиваясь. Но всё время ощущала опасный взгляд, пока не скрылась из виду, свернув на городскую улицу. Этот взгляд явно не обещал мне ничего хорошего: "Он явно мне хочет отомстить…"

***

– Силерна, ты не можешь сама его научить распространённому языку при помощи артефакта магии разума, который я сделал? – спросил архимаг.

– Но его величество поручило это вам, верховный магистр, значит они вам доверяют больше, как я могу… – едко, но вежливо проговорила пожилая магиня.

– Ладно, – раздражённо прервал её Кабриус, – Когда он им нужен… говорящим?

– Завтра с утра они бы хотели его уже допросить, – опять проговорила Силерна.

Наложив на пленника ауру оцепенения, верховный маг зашёл в клетку, и приставив ладонь к макушке варгара, начал передавать знания распространённого языка. Приходилось это делать очень осторожно и осмотрительно, чтобы никакая другая лишняя информация не попала в голову врага.

***

– Джолана такая хитрая и подлая, – произнесла Диора.

– Да не-ет, она просто немного глупенькая, простоватая и трусливая, – ответил Сион. – Не думаю, что она способна так притворяться.

Молодые люди разговаривали, бредя по тихим и потихоньку пустеющим улицам к дому Диоры. Её отец был одним из советников короля, поэтому дом располагался далеко от ворот и не очень далеко от дворца.

– Умеет, умеет, поверь мне, как девушке, – возразила молодая магиня. – Ещё та лицемерка и стерва, я это чётко прямо вижу… Двуличная, скрытная, подлая девица. Я вот не умею притворятся, ты же знаешь. Я всегда открытая, доброжелательная и желаю всем помочь, даже ей. А она всё пытается темнить, скрывать, и воспринимает всё в штыки.

– Может быть, я не могу быть ни в чём уверен, но всё-таки, мне кажется, что твои суждения о Лане ошибочны, я с ней больше знаком, – пожал плечами маг, – Ты да, искренняя и отзывчивая, порядочная девушка, это я знаю, и не гонишься за славой.

Щёки девушки зардели, и она хитро улыбнулась:

– Спасибо, Сион, – тихо произнесла она в ответ и подумала:

«Жалко, что Дик так про меня не думает… что он только нашёл в этой примитивной Лане? … Я видела, как их спины скрылись в проулке… а она даже не ценит его внимания. Ничего, он тоже поймёт когда-нибудь, какая она, и что я гораздо лучше!»

– Почему ты молчишь, о чём думаешь? – нарушил тишину волшебник Сион.

– Да над природой магических элементов. А ещё над загадкой сил Ланы, – ответила Диора. – Как будут известны какие-нибудь мелочи, расскажи мне, пожалуйста. Просто очень любопытно. Ладно? Даже те, которые вы не будете всем говорить. Ты знаешь, я никогда и никому не разболтаю, – произнесла она и мило улыбнулась, флиртующе подмигнув молодому мужчине. После аккуратно взяла его пальцы в свои. Сион смутился, взглянув на их ладони, сжал пальцы Диоры крепче.

– Хорошо, обязательно, – улыбнулся ей в ответ Сион – Молодец, меня всегда удивляет твоё неравнодушие и жуткий интерес к маги, твои старания. Всегда думаешь о своём самосовершенствовании, сразу видно, умного и талантливого человека.

Глава 10

Дойдя до своей кровати, плюхнулась на неё плашмя, лицом вниз. Прямо в надетом полушубке из выделанной кожи с мехом. Прошла сразу вверх, не разуваясь, по обычаю, в холле, но оставила обувь у порога комнаты и зажгла магией светильники. В этот раз даже не стала закрывать за собой дверь.

Лежала так и обдумывала прошедший день. Не знаю, как много прошло времени, перевернулась на спину, когда носом стало очень трудно дышать, а лицо нагрелось, и теперь уставилась в потолок. Но даже не видела ни белой побелки, ни маленьких трещинок, ни люстры. Перед моими глазами проплывали образы прошедших событий, и я пыталась собрать мысли в одну целую картинку. Необходимо сделать выводы, наметить дела и расставить всё по своим местам:

«Что с моей магией? – Непонятно… и стало ещё запутаннее. Вообще тёмный дремучий лес, где на каждом углу ветки цепляют меня и не дают пройти дальше…

Нужно планировать отъезд из города, … но дядюшка стал ко мне излишне внимателен… даже на свою дочь он обращает внимания меньше, чем на меня сейчас… Хотя понимаю, из-за чего… но я им всем даже не родственница… я им никто… значит, особо беспокоится обо мне они не будут. А Вирену дядюшка всегда мало замечал, наверно из-за того, что она не имеет способностей к волшебству… А ведь есть люди, которые любят своих воспитанников, как родных детей, а дядюшка Кабриус и своих детей любит выборочно…

Я поеду одна, мне некого вытащить из этой тягучей трясины крепости. Легедик с Лиграной не в счёт, я их не возьму с собой, здесь их дом, им тут хорошо, у них здесь родня, родители, работа. Зачем их тревожить и подвергать опасности? … Тем более, я вернусь… Да и Дик неправильно расценит, если позову его с собой. А если меня не будет, может, и с Диорой они, наконец, сойдутся, – вздохнула. – Как только сойдёт снег и станет теплее, я поеду. Как раз, у меня будет достаточно времени подготовиться и выбрать путь.

Необходимо наведаться в библиотеку… в городскую и в магическую. Нужно найти упоминание о вороне и о моих способностях… хотя это может быть даже не символ…

Этот варгар опасный… очень. Вроде, не маг… хотя, кто их знает, … но он ведь в клетке, которая запрещает использовать своё волшебство. Почему-то так явственно ощущаю от него угрозу, злость и ненависть… он явно хочет меня убить… но почему меня? Всё просто – скорее всего, он видел, как я колдую… поэтому я для него опасность… меч над головой… Возможно, конечно, он просто меня боится и ненавидит, как и всех здесь… – снова вздохнула. – А ведь даже не подозревает, что я не умею управлять своими силами… и сама всего жутко боюсь», – иронично хмыкнула.

В комнату зашёл дядюшка Кабриус:

– Когда будешь снова пробовать разглядеть цвета и их природу?

– Я устала, – медленно и тихо прошептав, закрыла глаза.

Через некоторое время услышала голос тётушки:

– Ребёнок устал, оставьте её в покое, я разберусь.

Подойдя, она начала теребить мою тушку, посадив и пытаясь снять верхнюю одежду. Когда пальто повисло на своём месте, лицо и руки вымыты, тётушка Магка потащила меня вниз, в столовую, приговаривая:

– Надо покушать… Конечно, весь день голодная… замучили тебя совсем, бедная моя.

Я безвольной куклой следовала за ней:

«Такая забота меня напрягает… С чего вдруг такое опекание? Уж лучше бы, как раньше… все бы оставили меня в покое. Конечно, эти люди – Фольконды и Валерты, всегда относились ко мне хорошо. Не дали бы умереть от болезни или голода. Но сейчас приёмная мать превзошла себя… такое было впервые», – размышляла, пока шла в столовую.

– Садись, малышка, – она усадила меня на моё место.

На столе уже стояла тарелка каши с овощами и мясо. Сион и дядюшка Кабриус ужинали, изредка посматривая на меня.

– Мы с Виреной уже покушали, а вы давайте, налегайте, вам силы нужны. Чтобы всё съели, – сказала тётушка Магка и поставила передо мной большой стакан тёплого варева из сушёных ягод и травы хладницы.

Встречаясь со мной взглядом, верховный маг улыбался и показывал мне глазами на еду. Сион, как всегда, молчал, изредка, почти незаметно, насмешливо ухмыляясь.

«Боги, что с ними всеми такое, что за эпидемия доброты и заботы?» – думала я и вымучено в ответ растягивала губы в улыбке.

***

Перед сном ко мне опять зашёл дядюшка вместе с Сионом.

– Дитя, попробуй-ка снова увидеть энергию, – обратился ко мне пожилой маг.

– А вы не искали упоминания в книгах? – ответила ему вопросом на вопрос.

– Искал. Но ничего похожего не встретил, – вздохнув, ответил мне верховный волшебник.

Сев на кровати в позу восстановления энергии, опять увидела цветные потоки. Сейчас разобрала чётко: они были длинные и витали вокруг верховного волшебника и мастера Сиона.

Вокруг дядюшки кружились: синий, красный, белый и искрящийся белый. А вокруг Сиона коричневый, красный, полупрозрачный и искрящийся белый.

«Что же это? – спросила мысленно саму себя и попробовала захватить один из потоков, но ничего не вышло. – Постой-ка… дядюшка Кабриус талантливо владеет мощными водной, огненной и ментальной магией… значит, по цветам я могу определить, владеет ли человек, которого я вижу, магией… и какой именно? – задумалась. – Но что означает – искристая белая и просто белая? Одна из них молнии! – догадалась, но тут же пришла в замешательство. – Но… разве молнии в отдельной стихии… разве они не раздел огненной? Получается, что у Сиона земля, огонь, воздух и молнии… всё так. Значит, методом исключения, просто белый – это ментальное волшебство. Получается, дядюшка владеет ещё отдельно молниями. Но почему они разной толщины? … Ещё одна загадка, разгадать которую мне явно не под силу».

Я закончила медитировать и окружающая меня видимая энергия пропала:

– Всё. Дольше не могу удерживать это состояние. Совершенно не знаю, как им управлять и как долго могу держать магические силы в поле зрения.

– Рассказывай. Поподробнее, – попросил Сион. И они вместе с отцом присели за стол.

Я описала своё состояние и всё, что видела, какие выводы сделала. Всё до мельчайших подробностей, как они оба любят.

– Только не пойму, что означает толщина цветных потоков. Степень развитости этого вида волшебства или количество возможных запасов этих сил у вас? – выдала вслух свои измышления.

– А энергия, которая вокруг тебя, она какого цвета? – спросил опять дядюшка. Он пребывал в глубокой задумчивости.

– Странно, но бесцветная… мутная, как густая вода, – я почесала указательным пальцем нижнюю губу.

– Странно… ты же делала и молнии, и огонь, и магия воздуха у тебя тоже есть, – задумчиво произнёс в свою очередь Сион.

– Теперь я могу написать целую книгу! – произнёс Кабриус. – Опишу эти явления и укажу, что колдовство молний – это вообще отдельный элемент. Это будет новое слово в теории магии! – обрадованно завил верховный волшебник и многозначительно поднял указательный палец.

– Тут есть, над чем подумать, – произнёс молодой маг. – Странно… я могу увидеть магию другого волшебника в магическом зрении, то есть, как бы схематично, в солнечном сплетении, закручиваясь, летают небольшие, блёклых цветов пёрышки… и я ни разу не видел искрящийся белый. Такие странности узнаю впервые. Надо будет присмотреться повнимательнее.

– Если будет появляться ещё что-либо новое и необъяснимое, непонятное, сразу говори мне, – попросил дядюшка Кабриус и продолжил, – Магия не возникает из ниоткуда… она черпается из окружающего пространства людьми, которые имеют дар преобразовывать её… направлять и превращать во что-то иное.

Я устало кивнула в ответ. И мы, пожелав друг другу хороших снов, разошлись.

***

В подвальных помещениях дворца, выдолбленных прямо в скальных породах под зданием, веялл прохладой и давало в нос сыростью.

Рукотворные помещения были удачно переплетены с природными пещерами и представляли собой целое подземелье. Жители этого городка умели хорошо прятаться и укрываться, где бы то ни было, наверно, лучше всех на свете. Поэтому это умение было тут у людей в крови и возведено в ранг виртуозного искусства. Пещеры, ходы, подземелья могли построить и обустроить где угодно и в короткие сроки, почти как горный народ. Знали, где и как лучше прятаться и оборонятся, когда сидеть тихо, а когда бежать.

В одном из пыточных помещений расположились пришедшие люди и пленник варгар. Факелы были зажжены так, чтобы основная масса света выхватывала из полумрака сидящего на массивном железном стуле варвара. Он был прикован к нему цепями.

– Дать больше света? – спросил стражник.

– Нет, не нужно, – ответил король и махнул рукой.

– Я научил его простому распространённому языку, как вы и просили, – обратился к королю верховный маг. – Но мозг этого варвара настолько примитивный, что он всё равно плохо говорит… Хотя можно понять, что он хочет сказать, и сам заключённый тоже более-менее понимает нашу речь.

Король Тавриур встал и подошёл к прикованному узнику. Варгар спокойно следил за ним, не выказывая признаков агрессии, даже выглядел слегка туповатым и излишне простым.

– Ты же не хочешь… чтобы тебя пытали? Это ведь так больно и неприятно, – с обыденным спокойствием обратился к нему правитель, кивнув в сторону пыточных инструментов и облокотившись предплечьем на надплечье варвара.

Пленник съёжился. На его лице отразился страх и он опустил глаза.

– А мне всего лишь нужны ответы на незначительные вопросы… пустяк. Разве стоит из-за них становиться калекой или терпеть боль… ради чего… тебе ведь это не нужно? – продолжил Тавриур.

Варгар ещё больше съёжился и пугливо кивнул.

– Назови своё звание и имя, – попросил Кабриус, – расскажи, каким количеством воинов вы обладали, сколько шаманов было и какое вооружение?

Пленник молчал.

– Говори, блохастая обезьяна! – рявкнул на него король и влепил сильную затрещину.

Варвар вздрогнул и на его лице отразился испуг:

– Не понимать… не понимать… не понимать.

Правитель многозначительно посмотрел на верховного мага.

– Кто… ты? – проговорил тот громко и чётко, обращаясь к пленному варгару.

– Никто, – затрясся тот – никто.

– Имя, – произнёс опять Кабриус, – чем занимаешься?

– Зуф, – ответил узник – сын Дрогара… Не понимать, – и умоляющими испуганными глазами оглядел присутствующих.

– Как он жалок, – произнёс стражник и сплюнул себе под ноги.

– Род деятельности… звание… чем занимаешься… что делал в своей армии… кем ты был? Ты же офицер… по одежде? – раздражённо опять спросил главный маг.

Варвар сделал задумчивое лицо и немного поразмышляв заулыбался, даже засиял, как начищенный золотой.

– Понимай, – радостно и быстро проговорил он, – солдат… рядовой я! Зуф я! Сколько солдат, я не знай – Зуф не умеет считать.

– Он в чём-то из этого обманывает, – произнёс Кабриус.

– Как в чём-то?! Вы ментальный маг или нет?! Или я это должен знать?! – возмутился правитель. – Вы в последнее время меня постоянно разочаровываете, Кабриус… Стареете и теряете магические способности?

– Что вы… что вы… это не так работает, я просто задумался… простите меня, буду стараться лучше, – вежливо поклонился верховный маг и раздражённо подумал:

«Что бы вы без меня делали?!… Ещё и идти мне больше некуда… Мне, почтенному магу, приходится пресмыкаться перед этим дураком».

Король Тавриур надел стёганную перчатку и взял из специального чана, в котором горел огонь, раскалённый и расплющенный на одном конце железный прут.

Варгар затрясся и замотал головой:

– Нет… нет… я правду… я правду сказать.

Даже после некоторых пыток, пленник повторял всё тоже самое:

– Ничего не знать… солдат… ничего не знать… я глупый, я не уметь считать, я не знать буков.

– Надо привести сюда оставшихся двоих пленников. Посмотрим на них троих, что будут говорить и делать. Но, мне кажется, он слишком глуп для офицера, – произнёс магистр.

– Но вы же чувствовали, что в чём-то врёт?!

– Наверно, просто потому, что он плохо нас понимает. А ещё, скорее всего, он лишь украл форму и хотел сбежать из своей армии. Поэтому и возникает путаница в мыслях и эмоциях.

– Хорошо, приведите сюда тех двоих, – распорядился Тавриур.

Король подошёл вплотную к пленному варгару, и слегка наклонившись и оперевшись ладонью на его макушку, тихо произнёс:

– Дружок, если выясниться, что ты устраиваешь здесь представление, я выжгу тебе глаза, буду отрубать тебе пальцы и задавать вопросы, … пока они у тебя не закончатся.

В это время в помещение втолкнули ещё одного варгара.

– Честный… я солдат…просто солдат! Я глупый! – залепетал Зуф.

– Молчать, – стражник сильно ударил пленника кулаком по лицу. – Ни слова чтоб не выскочило без разрешения, а то я заклею тебе рот смолой!

– Ты знаешь, кто это? – обратился к только что вошедшему варгару верховный маг.

– Ты так хорошо отвечал на вопросы, что порадовал меня, и если продолжишь также, я тебя отпущу, – произнёс правитель крепости.

«Предатель! – возмутился в мыслях Зуф – Хотя… он спасает себя… у него наверняка есть близкие, которые его ждут… но всё равно, низко и подло предавать своих».

Король Тавриур ненавидел варгаров всем сердцем и душой. Ведь когда-то, когда он был ещё совсем ребёнком, от их рук погиб его отец, король Сиур, а затем и старший брат, мать умерла от горя, а сестру пришлось выдать замуж в более северные земли.

«Я его не знаю, … и он не должен, надеюсь, меня узнать… В нашем войске было очень много новых молодых офицеров, и не все успели со всеми познакомиться», – поразмыслил Зуф.

Только что вошедший пристально оглядел прикованного к стулу пленника.

– Нет, я его не знаю, не видел раньше, – ответил наконец вошедший.

– Он не врёт, – прокомментировал Кабриус, – И, позвольте добавить, если бы он был офицером, то другой такой же его бы узнал.

– Просьба, – произнёс сидящий на стуле пленник.

– Слушаю, – кивнул Тавриур.

– Письмо… мать… грустно… переживает, – варвар тоскливо посмотрел на короля.

– Чего?? – удивился король

– Письмо… мать написать… грустит… одна… Что живой, – опять умоляюще произнёс Зуф.

– Это ненадолго, незачем обнадеживать старушку, – злорадно произнес король и добавил, – Вот это наглость… раз такой переживательный и любящий сын, сидел бы возле неё, а не в битву втягивался.

– Приведите третьего, – распорядился верховный маг.

Когда привели третьего пленного варгара, Зуф напрягся, но не показал виду.

– Зуф честно… Я просто солдат… Не верите мне?… Зуф честный и говорить правду! – произнёс пленник и спокойно посмотрел в глаза второму вошедшему варгару.

Стражник опять наотмашь ударил его по челюсти.

– Ты знаешь его? Я чувствую, что ты его узнал, – произнёс магистр Кабриус.

– Да, я его знаю, – спокойно ответил вошедший пленник.

Зуф съёжился и насторожился, ещё раз обеспокоенно посмотрев на соплеменника.

– Кто это?! – обратился к нему в нетерпении правитель крепости.

– Он же сказал – солдат. Зуф, – ответил тот сразу.

– Ладно. Отведите их обратно по своим местам. И чтобы там с ними не были особо любезны. Мне надо подумать, – вымолвил устало Тавриур.

– А что думать… простите? – поклонился Кабриус, – У них в плену есть наши люди… а у нас два офицера и одно недоразумение. Может их обменять? – вопрошающе посмотрел он на правителя.

– Мне надо подумать, – настойчиво произнёс тот в свою очередь, – надо подумать, а сейчас я устал, – и повернувшись к пленникам, произнес, – Наши люди, которые у вас в плену, они живы и здоровы, содержатся в нормальных условиях?

– Да, наверняка, – ответил второй приведённый узник.

Король, ничего не ответив, пошёл к выходу.

– Стойте! Маме… написать… можно? – спросил опять умоляюще Зуф.

– Ай ладно… пусть пишет… маме… раз мы, может, их будем менять. Только не отправляйте, сначала принесите мне, – устало произнес король. – А я пока подумаю. Нам нужно найти посла, чтобы связаться с верховной властью в их государстве. Можно будет ему передать и письмо. Только сначала мне будет необходим тот, кто сможет перевести, что написано, и понять, нет ли там какого подвоха. А так, конечно, пусть пишет своей варварской маме, что мы, изверги что ли? – с этими словами он вышел за дверь.

***

Меня почти не привлекали к восстановлению города, так как опасались моих сил, не зная, что от них можно ждать. Поэтому, я была предоставлена самой себе и могла много и долго тренироваться в волшебстве, а также заниматься своими делами.

Утром я сходила в городскую библиотеку. Но это оказалось пустой тратой времени – ничего не нашла, то есть абсолютно. Пересмотрев гербы государств и больших семейств, сект и храмов, монастырей и общин, и так далее, всё что было, ничего не обнаружила, даже близко похожего. Хотя в нашем городке этот список был не очень большой. Здесь не особо интересовались другими землями, может, что-то есть в других местах? А может, вообще иду по ложному следу.

***

Днём, когда уже собралась отправиться в зал заседаний, ко мне подбежала тётушка Магка.

– Подожди, – сказала пожилая женщина, и ласково похлопав по руке, сходила на кухню.

Обратно она вернулась, неся в руках свёрнутый бумажный пакет:

– Малышка, возьми. Это пирожки с картошкой и мясом. Хорошенько покушай.

– Тётушка Магка, спасибо, не нужно, – отодвинула от себя кулёк.

– Я сказала, бери, – приёмная мать строго посмотрела на меня. – Ты плохо кушаешь! Чтобы всё съела.

Взяв упакованные пирожки, положила в свою вязанную сумку через плечо, которую связала сама. Тётушка Пайна научила меня, и я теперь могла связать что угодно, чем и занималась. Все мои вязаные вещи, будь то носки, перчатки или свитер, были созданы мной лично. Я любила это дело, оно очень успокаивало и помогало размышлять.

– Большое спасибо, тётушка, – произнесла, обняв её, и вышла за дверь.

Глава 11

Переступив порог гильдии, почувствовала, как свежий зимний воздух сменился на спёртое, даже сухое, но тёплое пространство. Оглядевшись, увидела, что ещё почти никого из учеников нет. У клетки с пленником стояли четыре человека: Питека с Даурой, и еще двое парней, учащихся в магической школе.

«Так и рассчитывала, прийти пораньше. Как раз успею наведаться в магическую библиотеку», – рассудила я.

В ней всегда дежурил книгохранитель, который следил и за магическим архивом тоже. Он допускал к книгам только волшебников нашего городка, помня их всех в лицо. Это не трудно, потому что нас было не так уж и много.

Я глянула на шумную компанию. У каждой соученицы в руках было по большому куску пирога. Они его смачно кушали, и все вчетвером, что-то обсуждали. Варгар спокойно сидел на скамье, но переводя взгляд то на одну, то на другую ученицу, жадно сглатывал, глядя исподлобья. Не понятно, он то ли хотел съесть пирожки, то ли их самих.

– Сегодня какой-то пирожковый день, – тихо усмехнулась в ответ на увиденное. – … Ведь его же, вроде, чем-то должны кормить? – задумалась и уставилась в пол.

Мне даже стало как-то жалко пленника:

«Хоть не такое разумное и грамотное, но всё же живое существо. И у него тоже есть близкие, которые его любят».

Нас всегда обучали, что варгары стоят на самой низкой ступени развития, что они нецивилизованные и необразованные дикие существа, поэтому жестокие, как хищные животные.

Ещё раз с тоской и недовольством огляделась:

«На улице гораздо свежее и интереснее… даже в моей комнате намного свежее, чем здесь. И учиться тоже, столько мороки… Наличие способностей – наличие ответственности», – горько вздохнув, подняла глаза.

В магической школе нас обучали не только правильно применять магию различных стихий и направлений, набирать энергию, творить боевые и мирные заклинания, делать магическое оружие, артефакты и амулеты. Также обучали грамоте и счёту, географии и истории, лечебным и магическим растениям, учили делать из оных зелья и настои. Выходило, что самыми грамотными в нашем мире были, в основном, волшебники и их близкие. Ещё, наверное, самые влиятельные и богатые аристократы.

– О, здравствуй. Привет. Что молчишь и стоишь тут? – обратили на меня внимание молодые ученики-маги.

Пленник же насторожился, и отодвинувшись от прутьев, перестал спускать с меня взгляд. Когда я подошла ближе, варгар стал ещё более настороженным.

– А вы чего тут? – задала я, любопытствуя, вопрос.

– Да вот, стоим, изучаем его, – проговорила, чавкая, Питека.

Варгар сглотнул, и быстро проводив взглядом последний кусок еды у неё во рту, опять буравил меня глазами. Варвар выглядел изнемождённым и сильно побитым, со следами увечий на коже от пыток.

– Магистр Кабриус уже научил его распространённому языку, а то сидит, как дурачок, даже допросить не могут. Представь только, у них до сих пор не все распространённый язык знают – сказала Даура, глотая последний кусок, предварительно подразнив пленника, игриво помахав едой перед клеткой. – Хочешь, хочешь? – она улыбнулась, – А не получишь, – с этими словами девушка запихнула кусок в рот.

– Фу… это же не красиво – скривившись, осудила её я.

– Ты чего, это же тупой варгар, – сказал Хабур, – кстати, даже обучение верховным волшебником с помощью магии ему не помогло. Он так ничего и не понимает, и не говорит толком.

Исполнившись жалостью, полезла в свою сумку и извлекла оттуда бумажный свёрток. Пленник вздрогнул и отсел ещё подальше. Компания разразилась задорным хохотом, насмешливо заулюлюкав.

– Здесь еда… еда… пирожки… Хочешь кушать? – задала вопрос варгару. А самой было страшно, потому что от него исходила опять какая-то явственно ощутимая угроза, поэтому хотелось его как-то задобрить. Он молчал, не двигался, смотрел на меня, не выражая никаких эмоций. Но его нос говорил о том, что он принюхался и почувствовал вкусную еду. Соученики вновь рассмеялись

«Наверно, обоняние у них сильно развито», – сразу сделала выводы.

– Мне почему-то привиделось, будто ты собираешься покормить злого сторожевого пса, – усмехнулся Хабур. – Во-первых, он не понимает, что ты ему говоришь, – сказал, смеясь, парень, – А во-вторых, архимаг Кабриус и магистр Силерна запретили как-либо контактировать с пленником, и тем более, его кормить. А в-третьих, ты хочешь помочь врагу?

Я промолчала и пожала плечами. Варгар с любопытством смотрел на нас, постоянно переводя взгляд с одного на другого. Мальчишки развернулись и направились к противоположной стене, где находился класс.

Снова пожав плечами, направилась было к залу круглого стола, за которым был вход в хранилище книг. Но, быстро повернувшись назад, подошла опять вплотную к камере. Быстро открыла маленькое окошко. Торопливо бросила туда бумажный пакет, закрыла его и поспешила в библиотеку, почти бегом, под изумлёнными взглядами соучениц.

***

В магическом хранилище книг тоже ничего узнать не удалось. Но, хоть это и приводило меня в тупик, моего желания уехать на поиски правды не убавило.

Я сидела с краю, рядом с соломенной ширмой. Поэтому могла видеть, что пленник пытался рассмотреть наши уроки и прислушивался:

«Конечно, что ему ещё здесь делать. Скучно, наверное, так сидеть без дела?»

***

– Вот тебе перо… вот бумага, – кинул листок и перо верховный маг пленному через окошечко для кормления и передал маленькую чернильницу. – Пиши, что ты там хотел.

Варгар аккуратно всё поднял и непонимающе посмотрел на волшебника:

– Зуф не понимать.

– Понимать или не понимать, это твои проблемы, я к тебе писаря приставлять не собираюсь. Умеешь писать или нет, как хочешь, так и выкручивайся.

– Это? – опять с глупым выражением лица пленник смотрел на главного мага.

– Письмо! Мать! Сам же умолял, – разражённо произнёс Кабриус.

– А… понимать… спасибо, – засиял узник.

– А это ещё что такое у тебя? Где ты это взял? – спросил сердито пожилой волшебник, увидев бумажный пакет.

***

– Мастер Сион, позвольте прервать на время ваш урок, – произнёс вошедший дядюшка Кабриус, – понимаю, что в связи с последними событиями и восстановлением города на уроки мало остаётся времени, но этот вопрос очень важен и не терпит отлагательств.

Молодой мужчина вежливо кивнул и его копна чёрных гладких, но пышных, как шапка, волос, упруго всколыхнулась.

Когда увидела у архимага останки бумажного пакета, мне стало не по себе, и я заёрзала на месте, пряча глаза и рассматривая трещинки на столе.

– Кто? – сердито спросил верховный маг и поднял пакет на всеобщее обозрение.

В помещении стояла тишина. Соученицы тоже молчали и даже не смотрели в мою сторону, чтобы не выдать.

– Вы серьёзно? Собираетесь молчать? – строго произнёс волшебник Сион, оглядев учеников. – Давайте поскорее!

– Я спросил… кто? – опять произнёс дядюшка Кабриус.

– А что случилось? – задал вопрос отцу учитель Сион, приблизительно понимая суть, но желая подтверждения.

– Тот, кто это сделал… знает, что я спрашиваю, – ещё грознее произнёс дядюшка и добавил, – Так кто кормил… кто не знает устава школы… и кто не читает объявления, написанные для всех сюда вошедших? Это вам что, зоопарк?! Кормить пленника кто додумался?!

Мастер Сион удивлённо выпучил глаза, нахмурив брови, и ещё раз оглядел присутствующих:

– Кто настолько сердобольный?

– Вы серьёзно собираетесь скрываться от мага разума или думаете, что я это оставлю?! Нет! – прокричал магистр Кабриус.

Я неохотно и осторожно подняла руку и медленно встала, рассматривая столешницу и теребя её края. Моё лицо выдавало весь спектр неловких эмоций и вины.

Раздались вздохи удивления, презрения, и по классу пошли шёпотки.

– Идём в мой кабинет, – спокойно сказал дядюшка, покачав головой, и удалился.

Я виновато засеменила за ним вслед, под недоумевающими взглядами учеников и мастера Сиона.

***

Нерешительно присев на край кресла, следила за тем, как дядюшка метался по кабинету, как разъярённый медведь.

– Ты вообще думаешь… хоть когда-нибудь… что делаешь?! – обратился он, наконец, ко мне, тщательно проговаривая каждое слово, – Тебе уставы, законы и правила не писаны?!

Понурив голову, я ждала расправы. Мне было так стыдно, что снова опозорилась перед всеми.

– Или ты теперь мнишь себя героиней?! Новые силы затуманили твой разум? … Он пленник, его нельзя поощрять, он враг и ничего не расскажет, если ему здесь будет вольготно… Понимаешь ты это своей тупой башкой или нет?! У тебя на голове ночная ваза вместо мозгов?! Как вообще в твою голову пришло такое?! – опять разразился гневным изливаниями верховный маг от раздражения не стесняясь в выражениях.

– Я всё понимаю, но это тоже… не по-человечески… как-то, – пробубнила себе под нос.

– Что?! – возмутился пожилой маг.

– Нет, ничего, просто говорю, понимаю, что виновата, – поправилась я.

– Плохо понимаешь. Ты совсем отбилась от рук. Совсем не ценишь, что я вырастил тебя, воспитывал, кормил, одевал, обувал и учил! Мы избаловали тебя видно. Ты хоть каплю чтишь меня или нет, за то, что я не выбросил чужое дитя на помойку, а дал всё, в том числе и семью?

– Чту, дядюшка Кабриус, – пролепетала нервно и виновато в ответ.

– Что-то это незаметно! Так почему ты тогда меня из раза в раз позоришь… меня и тётушку, … где уважение?! – продолжал гневаться магистр.

– Я правда очень благодарна. Понимаю, что вы хотите сказать, но я всех вас люблю. Ведь вы вырастили меня и заботились, – произнесла, глядя на стенку, и добавила, – но у врагов тоже есть близкие. Вот если бы Сион попал в плен, вы бы ведь хотели, чтобы его кормили и не издевались над ним?

– Понимаю твои стремления. Но ты должна выполнять правила того места, где ты живёшь. Ты живёшь в обществе, а не в лесу. Что за пищу ты дала ему?

– М-м-м-м… так получилось… но не хотела ведь… просто… – на время замолчала, не в силах вымолвить правду. Я поняла, что как ни говори, всё равно будет выглядеть некрасиво. И, закрыв глаза, выпалила, – пирожки тётушки.

Дядюшка выпучил глаза:

– Ты… да как ты…, да ты… как ты могла?! – его возмущению не было предела. – У меня просто слов нет.

– Я извиняюсь. Не подумала, – совесть начала терзать мою голову.

Мы какое-то время сидели молча.

– Я так полагаю, тебе некуда девать буйную энергию, – произнёс дядюшка Кабриус, стуча пальцами по столу, затем он встал и начал расхаживать по кабинету. – Пойми, я твой близкий человек в этом мире и хочу тебе только добра. Ты должна всегда слушать и всегда выполнять всё, что я говорю. Только я могу помочь тебе стать великой и добиться вершин, славы, денег и власти. Если ты думаешь, что стала такая могущественная теперь, то поверь мне, справится с тобой я могу.

– Что вы, что вы, я о таком даже не думала! – возмутилась на обидные слова.

Верховный маг уселся в своё кресло, и полив цветок на столе, задумался, поглаживая бородку:

«Она выходит из-под контроля. Ещё и моё положение среди магов, и во дворце с каждым днём становится всё более и более шатким. Необходимо её воспитывать, пока не поздно, на преданность городу и мне. Нужно подчинить её волю себе. Так загрузить заботами, чтобы она даже не успевала думать об отъезде – не хватало сил на это. Надо, чтобы Лана научилась слушаться и подчиняться правилам. Точно! Я знаю, что делать. Заодно будем избавляться от её плохих черт».

Глава 12

– На сегодня твои уроки окончены, – произнёс дядюшка, доставая с полки две книги. – Раз ты у нас вся такая уникальная и чудаковатая, – Кабриус постучал пальцами по моей голове, – и способности у тебя особенные… будет тебе и особый подход, и уникальная программа обучения, – закончив фразу, верховный маг загадочно заулыбался, довольный собой.

– Дядюшка, не нужно, что вы. Я ничего такого не имела ввиду. Меня всё устраивает, – залепетала в испуге. – Незачем меня выделять. Мне не нужно, мне достаточно того, что я на уроках узнаю.

– А мне достаточно позора, который терпит наша семья из-за тебя. Тебе не кажется, что пора взрослеть? А ещё… мало просто иметь силы, нужно уметь хорошо ими управлять. Это большая ответственность.

– Я обещаю, что буду вести себя серьёзнее и больше не буду доставлять неприятностей, – взмолилась, чувствуя подвох.

– Ну что ты, право… глупышка, это же не наказание, а помощь, обучение… другой подход, – главный маг положил ладонь мне на макушку и продолжил, – держи, – он протянул мне две книги в жёстких коричневых переплётах.

Взяв осторожно книги, прочла названия: «Законы Государства Ишантион» и «Устав Гильдии Магов. Правила и указы».

– Спаси-ибо, дядюшка Кабриус, – заулыбалась в ответ. – Обязательно прочту, – расслабилась было я, но как оказалось, рановато.

– Конечно, прочтёшь. Вот иди и читай. Только… не покидай здания гильдии магов… пока не прочтёшь и не выучишь всё от корки до корки. А я займусь здесь своими делами, – улыбнулся мне хитро главный волшебник и добавил, – Как всё выучишь, приходи сюда. Проверю твои знания. За каждый неверный ответ буду бить тебя розгой по ладоням. А потом пойдёшь учить снова. Мы отсюда не уйдём, пока ты не выполнишь задание.

Я в шоке обратно села в кресло.

– Иди-иди, не теряй времени зря, – кивнул мне на дверь дядюшка-издевадюшка. – Это только первые книги, у тебя ещё целая библиотека впереди.

***

Расположившись в зале заседания за круглым столом с унылым выражением лица, читала и читала, пока буквы не стали сливаться в одну сплошную линию. Так много не читала ещё никогда, а ведь не просто прочесть, выучить нужно.

«Почему нельзя просто взять и впитать в себя написанное, как земля воду? Раз-раз, и за пол часа обе книги у тебя в голове».

Пару раз попыталась применить для этого регенерационную магию, но ничего не вышло: «Я-я-я уста-ала-а-а».

Встав и размявшись, прошла в обеденную комнату, попить воды, и заглянула в класс. Там уже никого не было.

«Значит, давненько тут сижу», – растерев ладонями лицо и плечи, собрала со стола свои вещи и бросила взгляд на клетки. Варгар, конечно же, смотрел на меня, других развлечений тут не было.

«Это из-за него я теперь мучаюсь, сделала доброе дело, называется, – посетили меня гневные мысли. – Не делай добра, не получишь зла, как говорится".

Увидев, оставшийся, кусочек бумажного пакета в его камере, я метнула пальцем огонь. Маленькая огненная капля пролетела через зал и метко попала в цель. Бумага вспыхнула, и через пару секунд от неё остался лишь тонкий дымок и пепел. Пленник, вскочив на скамью, очевидно от страха, распластался в противоположном углу, глубоко и быстро дыша.

– То-то же! – выкрикнула я и добавила, – Как можно не додуматься было убрать следы преступления? Надо же прятать улики, глупая ты башка! – легонечко постучала кулаком себе по голове. Выплеснув раздражение, остыла, – Э-э, прости. Ха… с кем я разговариваю? Ты же всё равно ничего не понимаешь.

И собрав ещё один привычный для, меня урожай стыда, поплелась обратно к книгам.

***

– Ну, как успехи? – выглянул из своего кабинета дядюшка Кабриус.

– Идут, – устало проговорила в ответ и добавила. – Ещё не готова отвечать.

Пожилой волшебник, пройдя в холл, отсутствовал какое-то время.

«Надо учить и учить, пока дым из ушей не пойдёт, а то я так до утра сидеть буду. А ведь ему неймётся-то, сидит тут, караулит, и действительно, даже домой идти не собирается».

Когда архимаг Кабриус вернулся обратно, обратился ко мне:

– Пойдём. Я тут сотворил кое-какую магическую вещицу и мне нужна твоя помощь, – произнеся это, он скрылся за дверью своего кабинета.

Зайдя в помещение, увидела шарик. Он висел в воздухе и светился.

– Ого, – вырвался у меня возглас восхищения.

– Да вот… придумал магический светлячок и решил его создать. Мне привезли шарики из нефрита. И я все силы потратил, чтобы он вобрал магическую энергию, засветился и начал летать, – гордо поделился дядюшка со мной сокровенной идеей.

«Со мной? … Надо же… со мной! Хотя и Сион, наверняка, тоже знает».

– Ого-го! Как здорово! – я кучу раз обошла вокруг артефакта, – А меня научите?

– Конечно, – улыбнулся пожилой волшебник и продолжил, – только сейчас… мне нужна помощь в одном деле.

– Конечно, говорите! Всем, чем могу! – возликовала я, преисполненная благодарностью за доверие.

– Я увлёкся и потратил все свои силы. Чтобы восстановиться, нужно долго ждать или искать источник силы. Зелье регенерации не особо помогает, – пояснил суть проблемы пожилой маг.

– И? Чем же могу помочь я? – сильно удивилась в ответ.

– Ты сказала, что можешь видеть энергию и напитываться ей без источника силы. Давай попробуем… сможешь ли ты передать мне эту энергию? – задумчиво проговорил архимаг. – Кто знает, что в этом мире возможно.

– Как это? – я шокировано, и ещё непонимающе до конца, открыла рот.

– Когда будешь получать энергию извне… хотя, можно попробовать и просто из твоих сил. Ты, как бы, не преобразуй её в заклинания, а просто делай из неё незаконченный и закрытый поток, и направляй его в меня. Я попробую найти источник магической силы и поглотить её.

– Такое же вообще невозможно, – я схватилась руками за голову, – как я могу сделать то, что невозможно?

– Просто попробуй. Нет, так нет, – главный маг пожал плечами. – Успех маловероятен, но попробовать стоит.

Успокоившись, погрузилась в себя, почувствовала энергию, как она течёт по моим энергетическим каналам. И отправив часть сил к ладоням, начала крутить запястьями, будто закручивала энергию в вихревой поток, чтобы она не преобразовывалась в заклинания, а накапливалась там. Затем отправила её дядюшке.

Он уже сидел в позе медитации и сразу начал поглощать её в своё тело.

– Ура, получилось! – я запрыгала, завизжав от радости.

– Да, это просто великолепно! Запомни, в мире нет ничего невозможного, просто мы ко многим вещам не знаем пути решения. Если отыскать эти дороги, то всё получится, – сказал пожилой маг, вставая с пола.

Я устало села в кресло.

– А теперь смотри, как делать световые шарики. Если что, помогай мне, – произнёс верховный волшебник.

Впервые в жизни я сделала великое открытие и научилась мастерить что-то стоящее. Моя душа просто ликовала от того, что я могла больше не чувствовать себя никчёмной.

– Только об этом молчок, никому, слышишь?! – магистр Кабриус приложил палец к губам.

– Конечно, дядюшка, я понимаю! – во мне бурлила радость.

– А теперь иди, учи дальше. Ты же понимаешь теперь, мы с тобой можем творить великие дела? Я не только тебя вырастил, но и выращу в тебе великого волшебника. Так что, всё для твоего блага. Главное – всегда слушайся меня.

Я неохотно вышла за дверь и грустно поплелась к книгам:

«Это, конечно, всё хорошо, но не будь у меня таких сил, противоречащих привычной магии, ничего бы не вышло. Поэтому, всё равно поеду на поиски правды, как и собиралась… в тёплое время. Я обязательно вернусь, дядюшка, к вам с тётушкой Магкой… а пока придётся учится, ведь за порогом холодная зима».

***

«Это дитя… это источник силы… источник силы для меня, и ещё неизвестно, на что она способна! Я таких великих дел наделаю… Да, да, да! И соученику отомщу, и займу его долину у моря с замком и вассальными деревнями. Это всё должно было достаться мне! Сейчас он увидит, кто из нас лучше, – верховный маг бродил по комнате и радостно потирал ладони, – Я вернусь с семьёй ближе к цивилизации, богатству и славе».

***

Когда у меня затекла нижняя часть спины, перебралась в холл. Там, посреди него, были удобные мягкие кожаные кресла и пара диванов.

«Мне бы это выучить… пусть этот варвар смотрит… так устала, что уже всё равно… здесь у меня хоть попа не отвалится», – думала я.

И я читала, и читала, и читала, и учила. Так и сяк, по-всякому устраиваясь на диванах и стоя, и сидя, и лёжа, и вверх ногами. Даже задремала один раз на несколько минут. Варгар всё это время тихо и молча заинтересованно следил за мной, не подавая никаких признаков жизни, притаившись, как хищник.

«Наверное, готова отвечать», – ко мне наконец пришло озарение.

И тут, как будто услышав мои мысли, появился верховный волшебник, в руках он держал вымоченную в воде ветку. Сначала он прошёл к пленнику.

– Написал письмо? – обратился он к варгару.

Тот, в свою очередь кивнув, протянул ему листок, перо и чернила.

– А ты, готова отвечать? – затем маг обратился ко мне и похлопал розгой себе по ладони.

Я съёжилась и кивнула.

– Кстати, тебя ждал Легедик, я отправил его домой, потому что уже очень поздно, – произнёс дядюшка и добавил, – Идём.

Как ни странно, на все вопросы я ответила правильно. Сама себе удивилась. Только один раз, не то что бы ошиблась, а просто не полностью запомнила. Но Кабриус всё равно хлестнул мне розгой пару раз по ладоням, «для профилактики».

– Возьми книги домой. Почитаешь ещё. Через три дня опять спрошу по их содержимому и заберу, – сказал он. – Запомни, что в них написано, раз и навсегда… И конечно же, следуй этому.

Я кивнула, потому что сил отвечать не было, безумно хотелось спать. И мы с дядюшкой отправились домой.

***

Как оказалось, тётушка Магка не спала. Она ждала нас с приготовленным ужином.

– Ты что… так долго… разве днём времени нет? Идите кушать. Все уже спят давно. Сион уже много раз спрашивал. Садитесь, я только слегка подогрею.

– А Лана не голодная, – улыбнулся дядюшка. – Она тебе очень благодарна, потому что твои пирожки все съела, а они о-очень сытные. Она не посмеет тебя утруждать. Правда? – он вопросительно посмотрел на меня.

Пожилая женщина непонимающе замерла, вопросительно глядя на нас обоих.

Я кивнула в ответ:

«Какой мелочный старикашка», – подумала без злости.

– Иди к себе, – сухо сказал пожилой волшебник.

И я поднялась в комнату голодной.

Глава 13

Наскоро перекусив, Кабриус, как вихрь, влетел в комнату Сиона, не забыв плотно закрыть за собой дверь.

– Ты спишь?! – приглушённо, но взволнованно, проговорил он, встав над головой сына. – Уже спишь, что ли?! – сказал он чуть громче, коснувшись его плеча.

Сион, разлепив сонные веки и увидев отца, сел, испуганно проговорив:

– Что случилось, отец?! На нас что, опять кто-то нападает?!

Главный маг покачал отрицательно головой. Затем, выглянув в коридор и осмотревшись, ещё раз плотно закрыл дверь. А Сион, тем временем, зажёг настольную лампу, и сев в кресло, влажным полотенцем протирал сонное лицо.

– Такое произошло… такое… настоящее чудо! – произнёс снова приглушенным, но восторженым голосом пожилой волшебник и накрыл их с сыном пологом тишины. – Мы теперь таких дел наворотим… ты себе даже не представляешь! Бросим всё… у нас будет жизнь гораздо лучше, чем когда-либо… Не нужно будет больше терпеть этого самодура-короля и его не менее дурную дочурку, – Кабриус заулыбался.

– Что же произошло-то? У нас объявились могущественные родственники? – удивлённо посмотрел на отца молодой маг.

– Лучше… хе-хе… мы сами теперь могущественные родственники, – ответил тот.

– Что вы имеете ввиду, отец?

– Я изобретал светлячок, про который говорил… – главный маг на некоторое время замолчал, подбирая слова.

Сион спокойно сидел и ждал, привыкший к паузам в речи отца.

– Так вышло, что мне пришлось влить туда почти всю свою энергию, – Кабриус развёл руками.

Молодой маг заинтересованно поднял бровь.

– И тут ко мне пришла мысль… и самое… ты не представляешь… самое удивительное, что всё получилось!

– Боги, что получилось-то, отец? – устало проговорил Сион.

– Лана… – начал снова говорить пожилой волшебник.

– Что опять натворила эта девчонка? – перебил отца Сион. – Никакого покоя от неё нет.

Но главный волшебник на радостях этого даже не заметил.

– Лана смогла передать мне свою энергию! Представляешь?! Она напиталась энергией на веранде кабинета и опять передала мне её! Ещё она помогла мне доделать светлячки! Представляешь… какое открытие!? Это просто чудеса… свой источник энергии под рукой! Карманный родник сил! – и расхохотавшись, магистр продолжил. – Представь, что может подарить магу бесконечная энергия, которая всегда рядом, постоянно под рукой… как кувшин с силами! И это пока не известно, какие ещё способности у неё есть! Я не зря воспитал её, потратив на неё время, силы, эмоции и средства, всё окупилось. Это мне награда! – тараторил обрадованный волшебник.

Сион слушал отца, раскрыв от удивления рот, но через некоторое время пришёл в себя:

– Как такое возможно? … Никто не должен знать об этом, – задумчиво произнёс он в ответ и добавил, – а вы не думали, отец, что она может быть опасна?

– Для нас не может! Мы же её семья, единственные близкие люди в этом мире, – улыбаясь, сказал пожилой волшебник. – Она обещала хранить тайну, и ты никому ни слова. Это будет наш семейный козырь и ключ ко всем дверям.

– Ну уж не знаю… она такая… пустоголовая и неуклюжая. Откуда эта девочка вообще? … Что это за странная магия такая? Вас это не пугает? Мне вот стало как-то не по себе, – поразмыслил вслух Сион.

– Кстати, об этом… она несколько раз обговаривалась… просила отпустить… хочет свою семью разыскать. Нам нужно сломить её волю, подчинить себе. Я не хочу использовать для этого ментальную магию… мало ли, как это скажется… или если почувствует такое, то обозлится. Нужно по-хитрому. Нельзя выпускать из рук прекрасный дар Богов.

– Да и неизвестно, что у неё за семья и почему её подкинули… – Сион задумчиво потер подбородок, – если её родственники узнают, что мы разгадали их секрет… неизвестно, чем всё для нас может закончится. Вполне возможно, что они тоже обладают подобной силой… или более, и если мы их раскроем… то… – молодой маг многозначительно поднял брови, взглянув на отца.

– Действительно! Что-то я сам об этом даже не подумал, слишком обрадовался, – Кабриус обеспокоенно прикрыл рот рукой, его глаза теперь пугливо бегали, и продолжил, – но мы сможем переехать, куда захотим, с её помощью. Уже присмотрел земли моего соученика. Его помощью пользуются несколько королевств, а будут нашей. И никого не будет влиятельнее, сильнее и богаче нашей семьи.

– Так как вы собираетесь её остановить? – уточнил Сион. – Вы же не собираетесь причинять ей боль? Она очень добродушный и мирный человек, даже пугливый.

– Конечно же нет. Просто собираюсь заставить её учится и трудиться, … чтобы Лана привыкла подчиняться и помогать. А также необходимо давить на совесть… чтобы она всегда помнила, кому своей жизнью обязана, и была благодарна за это. Это поможет, потому что, как ты и сказал, она мягкосердечна и ранима.

Вдруг верховного волшебника озарила мысль:

– А может, ты женишься на ней?! Тогда семейные узы станут ещё крепче.

– Вы что, папа, с ума сошли?! – молодой волшебник, как пружина, подскочил с кресла и возмущённо продолжил, сев обратно, – Извините, отец, за резкое высказывание. Но это невозможно, даже и не просите. Жениться на этой глупой, бестолковой и чудаковатой девочке, которая себя ведёт, как ребёнок? Вы смеётесь?! Чтобы я постоянно краснел и бледнел перед другими из-за её выходок?!

– Тише-тише, я понял. Я только предложил, – верховный маг успокаивающе похлопал сына по плечу.

– Тем более, вы знаете, что мне… нравится Диора. Такая воспитанная, красивая, спокойная и умная талантливая девушка, при этом также добрая, милая и отзывчивая.

– Знаю. Только не вздумай ей ничего рассказывать! В таких делах никому нельзя доверять, никому! – Кабриус погрозил сыну пальцем. – Диора нам ещё никто.

– И, кстати, отец, если вам непременно нужно её за кого-то выдать, чтобы она осталась здесь… Вы же знаете, что за ней бегает Легедик… что он в ней нашёл, право… но, как говорится, на вкус и цвет… Так вот, вручите этот подарочек ему, – хмыкнул Сион.

– Нет, этот вариант нам не подходит. Он чужой человек и даже не волшебник. Вдруг он поддержит ее стремление уехать или поможет в этом? – задумчиво произнёс пожилой маг и продолжил, – Утром дам тебе список её занятий. Ты должен будешь следить за их выполнением. Чтобы никто не задавал лишних вопросов. Если вдруг получится, что ты не сможешь, предупреждай заранее. Я попрошу кого-нибудь и скажу им, что это просто наказание такое.

– Хорошо, отец, – нерадостно проговорил молодой волшебник.

***

Полежав немного в кровати, я поняла, что пустой желудок уснуть мне не даст.

«Всё понимаю. Понимаю, за что дядюшка наказал меня, но… как-то голодно. Решено, я пошла на дело».

Тихонько спустившись, проверила в магическом зрении наличие живых аур внизу. Никого не заметив, тихонько, как вор, спустилась в поварню и сразу метнулась к холодному шкафу.

Дядюшка Кабриус всегда любил изобретать различные магические артефакты, чем и был постоянно занят. Однажды он придумал этот холодник. Из ниши в стене сделали каменный шкаф, в котором, с помощью созданного магистром артефакта, поддерживался холод. Раз в неделю он его перезаряжал. И теперь не нужно было скоропортящиеся продукты или готовую еду относить в погреб-ледник.

Я аккуратно открыла деревянную, покрытую железом дверцу, чтобы не создавать лишнего шума. С помощью зажжённого на руке огонька осмотрела содержимое, и в-первую очередь накинулась на готовое мясо. И пила оставшийся суп прямо из кастрюльки. Поев со всех плошек понемногу, чтобы не было заметно, довольная и сытая, поплелась к себе.

Уже в комнате, хорошенько протерев руки влажным полотенцем, уснула как младенец, довольная и счастливая, как кошка, съевшая крынку сметаны. Но я и правда была наевшаяся от пуза.

***

Когда утром мы все завтракали, кто-то пришёл.

– Это посыльный короля, – сказала тётушка Магка, и протянула свёрнутую в трубочку бумагу, перевязанную шнурком и закреплённую сургучной печатью, дядюшке Кабриусу.

– Он просит меня прийти завтра во дворец… – произнёс он, прочитав, и задумчиво посмотрев на меня, добавил, – вместе с Ланой.

– Со мной?! Зачем?! – удивлённо выпалила я, поперхнувшись бутербродом.

– Что ты опять натворила? – сурово спросил у меня мастер Сион. – Ну почему ты такая беспокойная?

– Да нет, она ничего не сделала, – успокоил его отец. – Кажется, догадываюсь, зачем. Хм… надо подумать. А сейчас доедай, Лана, и отправляйся с Сионом на урок. Вечером можешь прийти на занятия в гильдию.

***

Придя на место своей учебы, увидела груду камней от попадания снаряда вражеской катапульты в зернохранилище, и очень удивилась.

Мешки с овсом и рожью, а также остальная продукция, скорее всего, были отсюда перенесены ещё до битвы в тайные укрытия внутри скал. А сейчас этот склад требовал восстановления.

– Значит, задание такое, нужно все эти куски разрушенной кладки, которые ещё остались, перенести по-одному на телегу, при этом нельзя использовать магию, – сказал мастер Сион.

Удивленно подняла глаза на Сиона. Увидев в них мой немой вопрос, он продолжил:

– Учти, если тебе кто-нибудь поможет, то ты перетащишь обломки каменных кирпичей обратно, а потом снова в телегу.

– Вы что, издеваетесь? Я же не натворила ничего, за что вы меня наказываете? – опешила я.

– А это и не наказание. Просто, чтобы сделать что-то магическое, нужно это сделать сначала своими руками, чтобы понять принцип. Как ты наколдуешь что-то, если не знаешь, чего именно хочешь получить в итоге, в точности до мелочей? Если ты будешь знать всё, то ты и заклинание сотворишь быстрее, точнее и правильнее. А также, по твоему, магу не важна физическая сила и выносливость? Ошибаешься, как раз наоборот.

Пока занималась этой работой, Сион прогуливался взад и вперед по улочке, изредка бросая на меня взгляды полные любопытства.

***

«Вот мне это надо? Я что, нянька… у меня дел своих нет? – задавал он себе вопросы, мысленно негодуя. Смотрел, как девушка, кряхтя и сопя, отдыхая после каждого камня, таскала тяжёлые булыжники. – А ей вот это надо? Могла бы послать меня, и я бы просто сказал, что она отказалась. И все были бы свободны».

***

С меня тёк градом пот, а остатки каменных кирпичей всё не заканчивались:

«Я что им, грузчик, что ли? Зачем мне только эти силы дали… дали бы кому-нибудь другому… кому будет ради них не лень таскать эти камни. А этот… надзиратель… надзирает, как я тут мучаюсь… папенькин сынок».

И только когда неперенесённых каменных кирпичей осталось не так много, мне пришла в голову мысль, что их можно не перетаскивать, а перекатывать до телеги, помогая себе иногда прочной палкой, используя её, как рычаг.

***

Сион заинтересовался ее действиями:

«Ты смотри-ка, развивается просто на глазах. Значит, не все потеряно. Значит, у неё всё-таки присутствуют мыслительные процессы… Хотя, если вспомнить, в детстве Лана была даже очень смышлёной, хоть и всегда озорной».

***

Когда я почти разобрала оставшуюся небольшую кучку камней дальнего угла, заметила, что что-то пошевелилось в булыжниках у небольших кустов. Взяв палку, осторожно раскатала мелкие куски кирпичей:

«Вдруг там крыса или змея?»

Что-то тёмное забралось подальше в заросли, если их так можно назвать. Я тихонько прошуршала палкой по верхушкам веточек и услышала писк.

Мастер Сион заинтересовался и подошёл:

– Что ты там делаешь?

– Там кто-то есть, – ответила ему, не оборачиваясь.

– Крысы, наверно. Здесь же был склад зерна. Видишь, оно и сейчас валяется здесь повсюду, – пояснил волшебник.

– На мне кожаные рукавицы, а змеи не пищат, – произнесла я и решительно отогнула ветви.

Перед нашими глазами предстал птенец обычной серой вороны. Его лапка была травмирована, а перья мокрые и смяты в некоторых местах. Он дрожал и пугливо жался к стене за кустами, периодически издавая страдающие писки.

– Бедняга… – взяла в руки малыша, но он даже не клевался, наверно, не было сил. Лишь его сердечко бешено колотилось. – Ты что, здесь с битвы ползаешь, а, маленький?

Я старалась быть более осторожной, аккуратной и нежной, чтобы от испуга у него не остановилось сердце, пока осматривала раны птенца в магическом зрении.

Подлечила его лапку и активировала восстановление здоровья, продолжая ласково гладить его по голове, спине и клюву. Мастер Сион заинтересованно смотрел на происходящее.

– Он, наверно, тут с битвы сидит… один… вероятно вороны подумали, что птенец погиб, и не искали его… Подбирал зёрнышки, а выбраться не мог, – обратилась к молодому мужчине. – Как же так… беда-беда.. огорчение, да, маленький? Божечки, какой он несчастный… без родителей.

– Ну и оставь его тут. Прилетят за ним, – ответил Сион.

– Как же вы не понимаете, что тут птенец погибнет. Он же малыш. А ещё ему страшно и одиноко, – говоря это, сняла шапку и положила его внутрь. Не спрашивая разрешения, вручила шапку волшебнику. – Подержите его пока, мастер Сион, сейчас я тут доделаю… работу.

Тот от неожиданности растерялся, не найдя что сказать, но забрал птенца, смерив меня любопытствующим взглядом.

***

– Ты зачем над ней издеваешься?! – услышала через некоторое время за спиной знакомый голос. Обернувшись, увидела Легедика, который кричал на Сиона. Затем он повернулся ко мне и сказал:

– А ты… тоже мне… Брось немедленно это занятие и пойдём.

Затем он снова обратился к Сиону:

– Ты зачем над ней издеваешься, дятел? Я тебя спрашиваю, коровья лепёха.

– Вообще-то, это учебный процесс, – спокойно ответил Сион. – Переходить на оскорбления, вынося свою недалёкость на всеобщее обозрение, вовсе не обязательно.

– И чему ты здесь ее учишь? Срывать спину и живот? Она же хрупкая девушка! – продолжал возмущаться друг военный.

– Послушай, это совершенно не твое дело. Это наше дело с ученицей и дело моей семьи, – также спокойно ответил мастер Сион.

Я, наконец, решила встрять в разговор, поскольку обстановка начала накаляться, Дик сжал кулаки.

– Прекрати, Легедик! Что ты здесь устроил?! Это действительно урок! Не вздумай мне помогать, а то меня еще и накажут из-за тебя. Если не понимаешь, что происходит, не лезь! Мне уже осталось совсем немного.

Высказав все это, пошла оканчивать работу. Сион смерил юношу высокомерным взглядом и остался гордо стоять на том же самом месте, наблюдая за мной. Легедик, скрестив руки на груди, тоже остался гордо стоять рядом с ним. Так они и стояли, пока моя работа не была наконец сделана.

– Замечательно, ты хорошо справилась, теперь можешь быть свободна. Я тебя отпускаю, – произнеся это, мастер Сион, отдав мне шапку, гордо удалился.

***

Мы втроем, я, Легедик и Лиграна, сидели у их дома за столом на кухне.

– Представляешь, вся красная, руки и ноги дрожат. А этот, гад, стоит и смотрит! Представляешь?! Как девочка камни таскает! – возмущенно рассказывал Дик сестре.

А я устало отхлёбывала из кружки холодное молоко и заедала мягкой и белой, словно облако, булочкой.

– Да уж! А ты что? – уточнила у него подруга

– А я к нему подошёл и как… – начал с гордостью в голосе Легедик.

– И как опозорился, – перебила молодого война. – Теперь мы все будем героями местной пьесы, которую сначала перескажут всем в гильдии магов. Потому что там присутствовали некоторые из них. А потом и весь город будет знать. И не факт, что ты будешь героем положительным, – смерила усталым скептическим взглядом парня.

– А мне всё равно, – ответил тот и продолжил, – Ты тоже хороша, ползаешь, но делаешь. Неужели нельзя было послать… да и мне не дала разобраться? – сказав это, он обиженно надулся и посмотрел в окно, скрестив на груди руки.

– Это была учёба, как ты не понимаешь? – пояснила я, попытавшись успокоить Легедика, ради его же блага. Разборки с магом, тем более с сильным, будут не в его пользу.

– Уж куда мне до вас, до магов, познать смысл таких великих учений, – проворчал друг.

– Не обижайся, пожалуйста, – произнесла я виноватым голосом, и успокаивающе положила ему ладони на плечо.

– Я не девица, чтоб обижаться. Ладно… мне пора идти по своим делам, – сказав это, Легедик направился, довольно улыбаясь, но не оборачиваясь, чтоб никто этого не заметил, к двери.

Когда мы собирались пойти в комнату Раны, чтоб поговорить, на кухню пришли её родители.

– О, кто у нас в гостях… – произнёс её папа.

– Героиня и волшебница, – ответила за него её мама и добавила, – а почему нормально не кушаете? Я картошки и подливы мясной наготовила, – с этими словами она достала большие горшки из печи.

– Да не нужно, спасибо, наелись мы уже, пойдём поговорим, – отказалась я.

– Нет-нет, садитесь и ешьте, пока нормально не поедите, никуда не пущу, а то так желудки испортите, – произнесла тётушка Пайна.

***

Только после долгих расспросов и сытной еды, мы очутились в комнате подруги.

– Я сейчас лопну просто, – произнеся это, развалилась в большом и мягком полусидячем кресле, поставив на кровать шапку с воронёнком.

Когда оставалась у Лиграны на ночь, ночевала именно в нём.

– Да, они у меня такие, – произнесла та.

– Добрые и заботливые, – с хорошей завистью добавила я.

– Чего ты таскаешь с собой шапку? – спросив, Рана сразу заглянула в неё и заулыбалась. – А я всё думаю, кто там пищит.

– Это чудо нашла на развалинах сегодня, – пояснила подруге.

– Какой милый, – произнесла, улыбаясь Рана, но погладить не решилась.

– У меня есть к тебе тайное дело. Нужна твоя помощь кое в чём, – заговорщически прошептала я, придвинувшись к ней ближе. – Только никто, слышишь, никто, даже твой брат, ничего не должен знать. Пообещай мне.

– Что ты хочешь опять вытворить?! – прошептала в свою очередь Лиграна.

– А почему мы шепчемся, когда я могу повесить занавесу тишины? – прошептав, рассмеялась и повесила полог.

***

Когда сидела и ждала начала уроков, вспоминала разговор с подругой:

«– Ладно… я сделаю то, о чём ты меня просишь. Но… зачем тебе это, как ты будешь их искать? Стучаться в каждую дверь и спрашивать: вы, случайно, дочь не выкидывали из дома м никому не подбрасывали? Ты же сказала, что нет нитей. Думаешь, дорога безопасна? Знаешь, сколько там плохих людей и опасностей? – возмущалась Рана.

– Знаю, но я не дурочка какая-нибудь, чтоб лезть на рожон и впутываться в неприятности. А ещё я маг, и довольно неплохой, – успокоила подругу.

– А если ты узнаешь что-нибудь, что ненужно тебе знать, или они попытаются избавиться от тебя, чтобы скрыть твоё существование? Ты уже лезешь туда и в те тайны, которые тебе знать, может быть, не следует. Давай, я поеду с тобой? – переживала Лиграна.

– Это ни к чему, у тебя есть близкие, не нужно подвергать себя опасности и так огорчать их. Я справлюсь сама, – решительно ответила я».

Глава 14

Сегодня занятий у меня, слава ежам, не было. Хотя, кто знает, что было бы лучше. С утра в доме царил настоящий переполох. Тётушка Магка очень волновалась и подняла на уши всех. Ведь я первый раз отправлялась вместе с дядюшкой во дворец, на приём короля и принцессы. Поэтому, приёмная мать очень хотела, чтобы я выглядела «прилично», и «как подобает девушке», а также «не опозорила их семью, не ударив в грязь лицом». И на моё категорическое «оставаться самой собой» было наложено вето.

«Хотя, не понимаю, откуда такое беспокойство. Что я их, не видела, что ли, или они меня? Ну, и приём вообще-то небольшой, … хотя, в принципе, могли бы отказаться от любых, в такие-то печальные времена. У нас в городе разруха, много раненых и убитых. Даже если не много, то всё равно, это люди и это горько. Но им нужно отметить небольшую победу и помянуть павших. А ещё, им зачем-то нужна моя персона», – недовольно размышляла я.

Мы поговорили с дядюшкой Кабриусом в кабинете, и затем за меня взялась тётушка. Она одолжила у Вирены «приличное» платье, и в ультимативной форме велела надеть, как бы я не упиралась. Вся моя одежда была исключена, даже хорошие, по моему мнению, платья. Вместе с горничной, тётушка Магка сделала мне причёску и «привела в порядок лицо», наложив немного косметики. Пока делали причёску, приёмная мать рассказала, как я себя должна и не должна вести, что говорить и не говорить.

В итоге, посмотрев на своё отражение в зеркале, я просто ужаснулась. Меня в нём не было. Хотя, конечно, представляла, что так и будет: воздушное розовое платье. Розовое! Обшитое белым и розовым кружевом, с ажурным шитьём и вышивкой цветами, с оборками и бантом на поясе. Мои волосы были уложены в красивые волнистые пряди и частично закреплены заколкой в виде цветов.

«Боги… я розовая свинка, – хотела хлопнуть ладонью по лицу, но сдержалась, – Жуткое позорище… Даже Вирена почти никогда не носила этот наряд».

– Какая красавица получилась… загляденье, – произнесла, улыбаясь, довольная тётушка.

– Вы меня простите, тётушка… но… я в таком виде никуда отсюда не выйду, – ответила, показывая на себя указующим перстом.

Из клетки пискнул воронёнок.

– Это восторг или ты, наоборот, против? – обратилась к птице.

Служанки нашли среди старого хлама большую клетку. Отмыли её и подвесили на крюк, который в потолок вбили рабочие, недалеко от небольшого камина. Теперь у меня там жил птенец. Я уложила на дно ткань и опилки. Чтобы покормить его, вынимала воронёнка из клетки и ставила перед ним мисочки с кашей и водой. Думала, как его назвать, но пока ничего подходящего не подобрала, поэтому зову его просто – птенец. Тем более и имя ему было без надобности – я не собиралась его у себя оставлять.

– Ты чего, смотри, какая девушка красивая на тебя оттуда смотрит, прям завидная невеста! Очень милая и нежная!… Я сама даже не ожидала, что так хорошо выйдет. Ты очень прехорошенькая и миленькая! – сказала приёмная матушка и добавила, – Дядюшка настоятельно просил, чтобы ты выглядела как можно милее по девичьи, но не как боевой маг. Так что, задача выполнена. Спускайся.

Понимающе кивнула тётушке, вспомнив разговор с главным магом:

«Я должна пережить этот стыд. Надеюсь, меня в таком виде никто из знакомых не увидит», – горько вздохнула и ещё раз посмотрелась в зеркало.

Когда осторожно спускалась по лестнице, стуча небольшими каблучками розовых туфелек, в гостиной были все домашние. Тётушка Магка гордо стояла рядом с лестницей, молча хвастаясь своей работой. Мастер Сион встал с кресла, уронив книгу, открыл от удивления и одновременно восхищения рот. Увидев их ошеломлённые лица, смущённо нагнула голову в приветствии, и к моим щекам прилил румянец.

– Тебе нужно всегда так выглядеть! Ну, может, не совсем так… Я подарю тебе парочку других своих платьев. Твои изумрудные глаза выглядят сейчас очень выразительно. Тебе всё очень идет, – высказалась первой Вирена и радостно обошла меня вокруг. – Мы можем ходить вместе на ярмарку.

– Отлично, то, что нужно, – произнёс, улыбаясь, дядюшка Кабриус. – Хорошо справилась, Магка. Теперь я вас с Виреной смогу выдать замуж за любых людей, которые мне будут нужны. Никто не откажется от такой красоты, – и тут же, улыбаясь, добавил, – Конечно же, шучу, мои милые.

Сион так и продолжал стоять у кресла, не шевелясь, удивлённо смотря на меня, но вовремя взяв себя в руки, сказал:

– Я тебя никогда такой не видел… тебе очень идёт. Чудесно выглядишь.

– Спасибо, – смущённо произнесла я и подумала:

«Уж лучше бы вы не видели меня в таком виде… стыдно-то как!»

– Лана покорит всех! – радостно констатировала Вирена.

***

Мы с дядюшкой решили пройтись до дворца пешком. Благо до него недалеко, а улица была широкой и расчищенной, погода относительно тёплой. Я накинула на плечи небольшую меховую накидку, а обувь менять не стала. От волнения мне даже стало жарко, и я хотела сбросить с лица покрасневшие щёки, а с тела начинавшую потеть шею.

«Хоть бы только не никто из моих знакомых не встретился по пути», – думала, втягивая голову и осматриваясь по сторонам. Каблучки стучали по слегка замёрзшей мостовой.

Но, конечно же, судьба не была ко мне благосклонна, и я, естественно, повстречала Легедика. Его конь бежал нам навстречу медленной рысцой. Я опустила лицо, пряча его в мехе воротника. И когда всадник проехал мимо, облегчённо выдохнула. Услышав, что воин повернул лошадь и поравнялся со мной, опять спрятала лицо в воротнике.

– Лана?! Ты ли это?! – обратился ко мне Легедик.

Мне пришлось поднять лицо и улыбнуться.

«Сырые мартышки, – мысленно выругалась, – Со мной же дядюшка Кабриус – естественно, что он догадается».

– Молодой человек, мы спешим по важному делу во дворец. Не оставите ли вы нас? – произнёс строго магистр.

– Вас? Конечно, магистр Кабриус – вежливо ответил юноша, склонив голову, и в эту же минуту подхватив меня, и усадив на свою лошадь, с криком, – Иии-хаа – припустил рысцой ко дворцу.

– Эй, ты чего?! Останови её! – завозмущалась я, – Там же дядюшка остался один! Неудобно теперь как будет.

– Ты замёрзнешь в этом, пока дойдёшь, – ответил юноша.

– Хотя… мне бы уже привыкнуть пора, сгорать от стыда… у меня же увлечение такое… – произнесла, смирившись, и попыталась оглянутся на уходящую вдаль улицу.

Но молодой командующий держал меня крепко и мне не удалось извернуться.

– Вот это ты принарядилась сегодня. Впервые тебя такую красивую и женственную вижу, – сказал вдруг Легедик, ещё крепче прижав меня к себе, и прокомментировал, – Холодно на улице, а ты так легко одета.

– Не смущай меня уже. Мне уже достаточно этого розового позора, – чуть не плача вздохнула я.

Но парень продолжил, проигнорировав мои слова:

– Нет, конечно, ты и в своей одежде красивая, просто сейчас очень уж нарядная и миленькая.

Когда мы подъехали ко дворцу, Дик снял меня с лошади:

– По какому поводу вы сюда направляетесь? А почему верховный маг идёт с тобой и без своего любимого питомца?

Я сильно ударила его в плечо:

– Прекрати, Дик, ты переходишь границы. Ты забываешь, что они моя семья. Я же твою семью никогда не обижаю. Все люди разные.

– Прости, ты права, – воин обнял меня за плечи и запрыгнул на своего коня. – Потом расскажешь хоть? Иди внутрь, холодно.

– Я буду ждать дядюшку Кабриуса, – отказалась в ответ.

Верховный маг не спеша приближался, и Легедик умчался, ещё раз кивнув, проезжая мимо пожилого волшебника.

Ещё даже не дойдя до меня, увидела по лицу верховного мага, что он в гневе. А подойдя чуть ближе, он сразу начал читать мне нотации:

– Ты почему позволяешь такое отношение к себе и ко мне?! Мы – волшебники, и все люди должны, если не боятся нас, так хоть уважать!

– Но, дядюшка, я же не сама… – начала боязливо лепетать.

– Ещё бы не хватало, чтоб ты сама, тогда вообще… Но ты позволяешь так к себе и ко мне относиться! Если бы не позволяла, то он бы так не поступил. Куда подевалось твоё самоуважение? Ты уже не маленький ребёнок и должна нести ответственность за свои слова и поступки. Не забывай, что окружающие видят в тебе взрослого мага.

Я задумалась над словами пожилого волшебника. Раньше мне такие мысли в голову как-то не приходили. И сейчас я посмотрела на себя с другой стороны. Это было для меня словно открытие.

Глава 15

Привратник впустил нас без слов – верховного мага здесь естественно хорошо знали. Архимаг очень часто посещал дворец, так как был одним из советников правителя. На пороге нас встретил лакей и попросил идти за ним, несмотря на протесты верховного волшебника:

– Я знаю здесь всё вдоль и поперёк. Мне нужно на аудиенцию к королю, – возмущался дядюшка. – А её можете проводить к остальным гостям, – указал он на меня.

Но слуга был непреклонен:

– Прошу вас, не устраивайте мне сложности, – низко поклонился и вежливо продолжил, – Нас просили сопровождать к месту сбора гостей всех пришедших… без исключения.

– Я главный архимаг страны и советник короля! – продолжал распаляться пожилой волшебник.

– Моё огромное почтение, – ещё раз поклонился лакей и вежливо показал нам на коридор, ведущий к месту сбора приглашённых во дворец людей.

Было видно, что дядюшка Кабриус раздражён, но несмотря на это, пошёл за слугой, а я засеменила за ними вслед.

Мы вошли в большую залу, в которой было полным-полно всяких диванчиков и кресел, на них восседало уже довольно много людей. Изредка, по всей зале, расставлены столики с напитками, вином и закусками. Гости короля и принцессы разбились на маленькие компании и беседовали, кое-где слышался смех. Самого монарха и его дочери нигде не было видно. Лакей представил нас, как верховного магистра магии и советника правителя с дочерью-магом.

Окружающие начали кланяться в приветствии. Некоторые для этого в знак уважения даже встали со своих насиженных мест. Кабриус сразу подошёл к одной из кучек и завёл беседу. А я, высмотрев в углу свободный диванчик, нерешительно села, растерянно озираясь по сторонам.

«Не люблю такую обстановку, где нельзя быть самой собой. Не люблю играть на публику и притворяться другим человеком, – подумала, рассматривая окружающее меня пространство и людей, стараясь не задерживать на них взгляд. – Не умею обманывать. Чтобы что-то соврать, мне нужно полчаса собираться, дабы не начать хихикать или улыбаться. Наверно, актриса бы из меня тоже не получилась».

Предприняв через некоторое время вылазку за напитком, стараясь не привлекать лишнего внимания, снова вернулась в своё скромное убежище. Но, как оказалось, моя персона особо никого и не интересовала, даже не смотря на сверхспособности, что я показала на битве.

– Мастер магических наук Сион Фольконд! – услышала со стороны голос церемониймейстера.

«Что? Почему он тоже тут?» – быстро повернула голову в сторону центрального входа.

Молодой волшебник сразу направился к своему отцу, а затем они вместе, отыскав меня взглядами, подошли. Как оказалось, в отделе связей произошла ошибка и имя Сиона забыли вписать в приглашение. И когда ошибку обнаружили, сразу послали за ним.

"Скорее всего дядюшка, им на неё указал, отправив посыльного".

– Пока побудьте тут. А я схожу, узнаю, когда смогу попасть на приём к его величеству. У меня к нему много важных дел, которые нужно обсудить, – обратился магистр Кабриус к сыну, после вышел из зала.

И воцарилось неловкое молчание. Я стояла и машинально с шумом потягивала из стакана морс, переминаясь с ноги на ногу, окидывая отсутствующим взглядом большую комнату:

«Мне сесть или не сесть, или может, что-то сказать?» – бегали растерянно мысли.

Хотя он сын моих приёмных родителей, которого я знала почти с рождения, мы с ним никогда особо не разговаривали, тем более, по душам, по крайней мере во взрослом осмысленном возрасте. Да и разница в возрасте была значительной, к тому же Сион вообще не многословен. Я не лезла в их мир, и они, в свою очередь, особо не лезли в мой. Но меня это устраивало, да и их, видимо, тоже.

– Прекрати это делать, – не смотря на меня, вежливым тоном обратился ко мне мастер Сион. – Лана, пей тихо. Маг должен всегда выглядеть величаво и гордо.

«Бросить её здесь одну и пойти к знакомым – неудобно уже. А разговаривать не о чем, – думал Сион, – Но она очень добрая, забавная и симпатичная девушка… Я даже этого раньше как-то не замечал».

***

«Наверно, ему тоже было неудобно и непривычно в моей компании», – продолжала сама испытывать неловкость.

– Учитель, вы уверены, что всегда? – обратилась в ответ к молодому волшебнику, нарушив молчание. – Вы представляете, как выглядели, когда стояли гордо и величаво с моей меховой шапкой и птенцом внутри? – я улыбнулась.

Он с любопытством во взгляде повернулся ко мне, слегка склонив голову набок. В кои-то веки Сион посмотрел на меня без неприязни, строгости и злости, и не как на пустое место. В его глазах читался интерес. С минуту подумав и посмотрев на меня, он выдал:

– Здорово меня подколола.

– Ты, конечно же, тоже здесь, Сион! – знакомый голос прервал наш диалог. – Я тебя искала.

– Здравствуйте, мастер Сион, – последовал ещё один знакомый голос.

Это была Диора со своим братом Гекардо. Не нравились мне эти люди. Что брат, что сестра, плели какие-то интриги, витиевато оскорбляли и всегда пытались кого-нибудь унизить. И не только меня, но и других людей. Один раз Гекардо даже поставил мне подножку, и я упала в лужу с жидкой грязью. А затем сказал, чтобы я заклинанием ветра сама просушила себя, если конечно, хватит ума и таланта. Хотя всем известно, что маги не могут высушить себя сами. При этом они постоянно улыбались в лицо, а речи были слаще мёда. Наверно, считали себя самыми умными и хитрыми. Неприятно и даже мерзко общаться с такими, словно с огромными хищными слизняками.

– Здравствуйте, – Сион расплылся в улыбке, смотря на Диору.

Редко видела его, улыбающимся, очень редко.

– А это кто с вами, что за прелестная, нежная и юная дева, мы знакомы? – обратился брат Диоры ко мне и протянул руку.

Я подняла на него глаза и сухо ответила, не подав кисти:

– Знакомы.

– Это же Лана! – расхохоталась Диора. – Вот это да, вот это сюрприз, – продолжала она смеяться, после чего, успокоившись, шепнула мне на ухо, – Как корове седло, это явно не твоё. Твой стиль – сарай и навоз.

– Это мы о своём, о девичьем пощебетали, – оправдала она шепот и продолжила. – Вы слышали, что сегодня будут чествовать особо отличившихся на битве? – обратилась она уже вслух к мастеру Сиону.

Он утвердительно кивнул.

– Где вы успели всё это услышать? Город сплетников и интриганов прямо. Я вот ничего не знаю про это, – обратилась к Диоре.

– Ты такая чудная, – хихикнула девушка и добавила, – в хорошем смысле. Глупышка, но хотя бы миленькая.

Сион осуждающе посмотрел на неё, качнув головой, но Диора не обратила внимания, продолжив говорить.

– Мы с братом уже были на аудиенции у короля Тавриура. Где он нас поблагодарил и наградил за заслуги.

Диора умоляюще обеими руками взяла ладонь Сиона:

– Ты не знаешь, как можно попасть в личные маги принцессы? Я считаю, что заслужила такую должность. Тотики уже ведь нет, – она развела руками. – С фактами не поспоришь.

– Боже, вы всегда мне нравились, казались милой и интересной, – обратился ко мне Гекардо и тоже взял мою ладонь. – Ты просто прелестна, нет, безумно очаровательна.

Мастер Сион немного недовольно нахмурился.

Я была не намерена больше терпеть общество этих лицемеров. Вырвав руку, обратилась к Диоре и к её брату, накинув на лицо маску спокойствия и холодности:

– Извините, но общество лицемеров мне претит. Не люблю говорить с двуличными. Знаете, это мерзко и отвратительно, словно находиться рядом с помойкой. Тут сильно воняет. Не хочу испачкаться.

Сказать это, чтобы не задрожал от волнения голос, мне стоило большого труда. И только отойдя от этой компании, наконец выдохнула. Но сердце бешено колотилось и будто подпрыгивало к самому горлу. Это была моя маленькая победа над собой.

О чём они говорили там, я уже не слышала. Видела только, как Диора возмущённо жестикулировала и на лице появилась сердитая гримаса. Её брат же иногда, сладко улыбаясь, посматривал в мою сторону.

***

Гекардо расхохотался:

– Давно её не видел… а она… подросла, – он, озорно улыбаясь, потёр подбородок. – Очень острый язычок и фигурка… даже очень.

– Да как она… да как она посмела! Надо, значит, затупить его! Никого, наверно, за людей не считает, кроме себя. Теперь, когда силы новые обрела, совсем зазналась. Ещё высокомернее и наглее стала! Уж я её проучу… – гневалась молодая магиня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.