Лана Земницкая
Сломанные личности

Глава 1

Сэму всегда не хватало подобного времяпрепровождения. Обычно они с Дином просто запирались в бункере, когда у них не было никаких других занятий. Слонялись по нему, иногда выбирались в город, чтобы посмотреть фильм-другой, или посидеть в баре… Просто чтобы вокруг были люди, и можно было почувствовать себя обычным человеком, который решил хорошо провести вечер. Иногда везло с девушками, иногда можно было разойтись на целый день и встретиться только утром, вместе тихо болеть после нескольких лишних бутылок, споря только о всяких глупостях вроде очередной серии очередного бесконечного сериала.

И надо сказать, с появлением Саманты в их жизни, особо ничего не поменялось. Она не настаивала на их постоянном присутствии дома, не «отчитывала», когда Дин с помятым лицом вваливался в бункер и искал в холодильнике пиво. Не «насиловала мозг», когда того не требовалось, но всегда могла подтолкнуть в правильном направлении и помочь, если это было нужно.

Эти дни отдыха были у братьев редкими, и потому невероятно ценными для них. Но скоро думать только о себе стало стыдно, и они слегка умерили пыл, предлагая Саманте заняться чем-то вместе. Примерно так всё и случилось – когда девочка наконец сказала, что хотела бы куда-нибудь съездить, Винчестеры переглянулись и немедленно подумали об одном и том же.

Так что сейчас Сэм шёл по улицам Уичито вместе с Самантой. До этого пару часов они просто бродили по городу, заглядывая в музеи с яркими вывесками, гласящими о каких-то выставках. Сейчас же – направлялись к торговому центру, где договорились встретиться в определённое время. Дин честно старался понять интересы «дуэта Самант», как он выражался, но долго не выдержал – где-то пару часов назад прихватил Каса и смылся в кино, на очередной ужастик.

Как раз в это время фильм уже должен был кончиться, а старший Винчестер вместе с ангелом – прийти туда, куда пообещал.

И он пришёл. Опоздал, но совсем ненамного – Сэм только успел отойти за соком для себя и Саманты, когда услышал голос брата. Улыбнулся, быстро расплатившись, и пошёл обратно. Вместе с девочкой присел за столик на фудкорте, взглядом нашёл Дина, который, не замечая толпы, приближался к ним и что-то доказывал Касу.

– Да я тебе говорю, это классика! – возмущался Винчестер, размахивая руками. Кастиэль хмурился, глядя на полного энтузиазма Дина, у которого прямо-таки горели глаза.

– Я не понимаю, чем тебе нравятся эти фильмы, – ответил ангел. – Мы даже не видели лица главного злодея. И мне непонятно, смогли ли его победить.

– Никто никогда не смог его победить, – восторженно воскликнул Дин. – В этом-то и прикол – он всегда возвращается, чтобы…

– Чтобы что, Дин? Снова убить невинных жителей города? В праздник? Всем сердцем я переживал за женщину, Лори. Мне жаль убитых, но её храбрость позволила остановить зло, даже если позже оно вернётся. Она хотя бы отомстила за погибших.

– Кас, ты зануда!

– У него даже нет мотивов, – сказал Кастиэль. – И я не понимаю, почему он убивает.

– Потому что это Майкл Майерс, Кас!

– Он одержим? – спросил Кастиэль, когда они подошли к самому столику. Тут Дин просто отмахнулся от ангела, обнял Саманту, потянувшуюся ему навстречу. – Разве мы не должны были бы остановить его, если бы он существовал? – хмуро спросил Кас у спины Дина. Спина не ответила – её хозяин решил, что разговор был закончен.

– Ну, как вы тут? – усаживаясь рядом с братом, спросил Дин. Сэм, улыбаясь, кивнул. Кастиэль, нахохлившийся, как обиженный воробей, сел рядом с Самантой, подальше от старшего Винчестера.

– Нормально, – ответил Сэм. – Погуляли по городу, заглянули в пару музеев…

– А это что? – Дин потянул за пушистый шарик на вязаной шапке, которую Саманта сегодня выиграла в одном из музеев. Шапка была так себе, красно-бело-зелёная, с какими-то рождественскими узорами. Она оказалась слишком большой, так что девочка отдала её Сэму. Тот же, в свою очередь, в том же музее выиграл шарф, который едва мог обернуть вокруг шеи – так что они обменялись призами и остались невероятно довольны собой.

Младший Винчестер отодвинулся, шмыгнув носом.

– Это… шапка.

– Это я вижу. С каких пор ты носишь шапки с оленями?

– Отстань, – фыркнул Сэм.

– Отстать? Домой поехать? Я запросто! – пригрозил Дин, отнимая у брата стакан с соком. – Поедешь на попутках или опять угонишь какую-нибудь развалюху?

– Эй!

– Верну сок если снимешь шапку, – пообещал старший Винчестер, делая большой глоток.

– Да его там уже почти не осталось!

– Мало я у тебя в детстве конфеты отнимал, Сэмми, – хмыкнул Дин, отставляя стакан. Сэм поджал губы, поднимая ёмкость на свет, чтобы выяснить, сколько сока у него осталось. – Ладно, – охотник постучал по столу, привлекая внимание, которое и без того было полностью сконцентрировано на нём. – Семейный совет.

– Чего тебе ещё? – недовольно перевёл на брата взгляд Сэм. Дин цыкнул на него.

– У нас тут Рождество на носу, – сказал он. Помолчал секунду, будто передумал говорить, но потом всё же продолжил: – И я думаю, нам стоит его отметить в этом году.

– Рождество? – забыв об обиде, приподнял брови Кастиэль.

– Ну да. Притащим в бункер ёлку, может, даже настоящую. Повесим шарики. Отметим, как люди.

– …случайно призовём твоими кулинарными шедеврами Люцифера, – прибавил Сэм. Брат посмотрел на него так, словно хотел оторвать голову, но Кас и Саманта засмеялись, и Дину не удалось нормально разозлиться – он заулыбался вместе с остальными, хоть изо всех сил старался этого не сделать.

– Да ладно вам, – потеплевшим голосом сказал Дин. – Не так уж фигово я готовлю.

– Поверьте мне, фигово, – снова влез Сэм, чья душа требовала мести за сок. – Я понятия не имею, как дожил до совершеннолетия. В те дни, когда отец уезжал на охоту…

– Я кормил тебя пищей богов, Сэмми, – перебил его Дин. – И вообще, затухни, не порть настрой. О чём я…

– О Рождестве, – напомнила Саманта. Винчестер посветлел.

– Да, точно. Так вот. Может, возьмём сегодня хавчика, да забудем обо всём на эти несколько дней? Завтра придумаем чего-нибудь, устроим себе праздник, ну и вообще… – тут он слегка растерянно посмотрел на остальных. Все идеи, которые вроде бы как роились в голове, показались глупыми и не стоящими того, чтобы их озвучить. Под коротким «вообще» Дин имел в виду много чего. Выбор гирлянд и шариков, или что там берут обычные люди. Желание напялить на Каса рождественский свитер, пусть даже под этот, мать его, бежевый плащ, который он почти не снимает. Желание запустить фейерверк, отбежать подальше, как много лет назад, и стоять под луной, глядя на яркие искры. Чувствовать тепло, исходящее от Сэма, Каса, Саманты – чтоб они стояли рядом с ним и тоже смотрели на эту красоту, что будет накрывать их, словно огненным щитом.

Дин смотрел на них сейчас и думал, что никто не согласится. Саманте этот праздник наверняка был чужд. Сэм, на автомате постукивающий телефоном по столу, мог возразить, что нашёл им дело, которым можно заняться завтра, забыв про праздник. Касу Рождество и вовсе было ни к чему отмечать. Разве нет?

– Будет здорово, – вместо того, чтобы отказаться, неожиданно сказал Сэм. Дин, уже морально готовый помрачнеть и согласиться на любое дело, что брат мог найти, на секунду подзавис с открытым ртом.

– Что? – переспросил он. Сэм пожал плечами.

– Будет здорово, – повторил он. – И правда. Мы сто лет не отмечали Рождество нормально.

– Десять, – зачем-то сказал Дин. Брат быстро посмотрел ему в глаза, и охотник отвёл взгляд. Да, десять. Он помнил последний раз. В тот год, когда он продал ради Сэма душу. Тогда Дину просто хотелось ещё раз отпраздновать что-нибудь вместе, неважно что. Просто иметь официальный повод порадоваться, последний раз в жизни. Строго говоря, для Дина прошло гораздо больше времени – всё же, помимо десяти лет, прошедших в реальном мире, ещё сорок он прожил в Аду. Итого – пятьдесят. Не сотня, конечно, но половина – и ему снова нужен праздник. Может, оттого, что с этой девочкой, которая так смешно обмотала свои косички шарфом, он уже привык к ним, этим радостным дням, когда все собираются вместе и чему-то радуются.

– Значит, это нужно исправить, – решительно сказала Саманта. Дин слабо улыбнулся, выныривая из воспоминаний.

– Исправим, – согласился Кас. Винчестер поймал на себе и его взгляд тоже – тогда с ангелом они ещё были не знакомы, но Кастиэль наверняка догадался, что это был за день для Дина. Он точно помнил, когда вытащил его из Ада, и путём несложных вычислений можно было понять, что десять лет назад Рождество для охотника могло стать последним.

Может, сейчас стоило бы стать серьёзнее, поблагодарить их всех, но Дин не хотел портить момент. Семейный совет, ведь так? Всё правильно. Они просто обсуждают, как будут проводить праздники. Так делают все люди, и никто не вспоминает адских псов, рвущих тебя на части, и опалённых в адском пламени крыльев ангела, который пал ради тебя.

– Значит, пойдём за всей этой праздничной фигнёй, да? – Винчестер заулыбался, отгоняя от себя воспоминания. – Давайте, пошли, найдём Касу фарфоровую подружку-ангелочка, – он встал из-за стола, оглядываясь и стараясь понять, куда им лучше направиться в первую очередь. Сэм, загоревшийся идеей настоящего праздника, тоже поднялся. Кастиэль, глубоко вздохнув, позволил Саманте потянуть себя за руку, и покорно последовал за Винчестерами, которые, похоже, серьёзно вознамерились оставить в этом торговом центре все деньги со своих фальшивых карточек.

Они бродили по нему около часа. Кастиэль и Саманта уже стояли в большом зале, у выхода, ожидая охотников, которые должны были притащить последние пакеты. Они вполголоса о чём-то беседовали, разглядывали, что было в тех коробках, которые Сэм притащил им несколько минут назад и попросил посторожить. И для Каса, и для Саманты это было первое настоящее Рождество, и они сошлись в своём детском интересе к традициям, которых должны были прикоснуться через пару дней.

Потому ангел и транслятор сидели на маленькой скамеечке, поставленной прямо внутри помещения, и рассматривали коробку с блестящими шарами. Дверь, что была справа от Каса, постоянно открывалась и закрывалась, впуская-выпуская посетителей. Разумеется, на них никто не обращал внимания. Хотя стоило бы.

Мимо очередных покидающих торговый центр посетителей прошла девочка. Кастиэль как раз чуть не выронил очередную коробку, так что вынужденно поднял глаза и скользнул взглядом по новой посетительнице. Она прошла, слегка толкнув ангела. Может, он хотел бы что-то сказать, но в толпе было сложно лавировать между людьми – что же, если девочка натолкнулась на него случайно и проскочила, чтобы не напороться на крики, это её дело.

Кас заметил Винчестеров, появившихся в дальнем углу зала. Он уже склонился вместе с Самантой над той самой коробкой, чтобы убрать её в пакет, когда вдруг по всему огромному помещению пронёсся дикий крик.

Ангел и транслятор вздрогнули, синхронно поднимая взгляд. Люди, толпа – они расходились, отшатывались от кого-то или чего-то, образуя некий круг. Кастиэль рывком встал, оставив Саманту с пакетами – но она даже не подумала сидеть на месте. Тоже вскочила, вцепилась в руку ангела, стараясь его удержать от необдуманных действий.

Вместе они кое-как пробрались сквозь паникующую толпу. И увидели, как та самая девочка, что толкнула Кастиэля, стоит над мужчиной, который скорчился на полу, у неё в ногах. Беспомощная, маленькая оборванка – над двухметровым амбалом, из спины у которого торчит нож.

– Это тебе от Марка, – опустившись на одно колено рядом с ним, прошептала девочка. И – Кас мог поклясться, что видел это, – её глаза изменили цвет, когда она поднялась на ноги и выдернула нож, заставив мужчину захлебнуться криком и кровью.

Было видно, как Винчестеры пробиваются сквозь толпу в другом конце зала. Но им не позволяли приблизиться, как и охранникам, которые едва успели сориентироваться. Девочка быстро огляделась и сорвалась с места, куда-то побежала. Кастиэль попытался броситься наперерез беглянке, но его затолкали перепуганные люди.

Толпу удалось полностью успокоить лишь тогда, когда приехали полицейские. Людей разогнали, оставив для допроса только тех, кто был совсем рядом с убитым, когда на него напали. Дин и Сэм вовремя вытащили фальшивые удостоверения и представились федералами. Честно говоря, Кас винил в этом себя – это он остановил братьев, собирающихся потихоньку смыться, сказав, что видел, как у девочки менялся цвет глаз. Винчестеры отреагировали немедленно, особенно Дин – он быстро бросил взгляд на Саманту и потянулся ко внутреннему карману куртки, где у него был значок. То же самое сделал и Сэм.

Именно поэтому Кас сейчас сидел с Самантой в Импале, окружённый пакетами, которые не поместились в багажник из-за кучи оружия, и прятал взгляд, чувствуя себя виноватым. Они должны были всего лишь закончить покупки и уехать, забыв обо всех кошмарах, вроде убитых амбалов, которые могли переломить такую девчушку пополам одной рукой.

– Простите, – зачем-то сказал ангел, когда Дин и Сэм сели в машину. Так и не поднимая взгляда, он нахмурился, чуть прикусил губу.

– Чего? – растерянно переспросил Дин, думающий явно о чём-то другом.

– Я испортил вам праздник, – пробормотал Кастиэль, глядя в окно. – Теперь нам придётся задержаться здесь, так ведь? – Сэм, сидящий впереди него, кивнул. Кас глубоко вздохнул.

– Нда… – протянул старший Винчестер. – Нет, ребят, мы можем забыть обо всём этом и уехать домой. Серьёзно. Это не должно быть нашим делом, в конце концов мы можем просто…

– Не можем, – вздохнула и Саманта.

– Да, не можем, – подтвердил Кастиэль. Дин закрыл глаза, откидываясь на сидении и массируя виски.

– Ладно. Тогда, Сэм, отвези Саманту в бункер. Мы с Касом тут поразнюхиваем, узнаем, откуда эта девчонка и почему у неё столько сил, а ты потом…

– Нет, – покачала головой Саманта. Винчестеры обернулись, даже Кас, всё ещё прячущий взгляд, удивлённо посмотрел на неё.

– В смысле? – не понял Дин.

– Я не поеду домой. Нельзя же вас тут оставить.

– Почему это нельзя, Сэмми?

– Кто знает, что у этого транслятора на уме? Барбара рассказывала мне, что они могут быть очень опасны. Вам не стоить разделяться только ради того, чтобы отвезти меня домой, ладно? – она посмотрела на каждого из них, стараясь говорить, как можно убедительнее. – Я останусь и помогу вам, чем смогу.

– Мы не потащим тебя на охоту, мы ведь обсуждали это, – сказал Сэм. Саманта пожала плечами.

– Я и не рвусь. Но вам может пригодиться помощь. Покопаюсь в Интернете, поищу информацию, буду на связи. Посадите меня где-нибудь в мотеле и езжайте, куда вам нужно.

Винчестеры переглянулись. Так и правда было гораздо проще.

– Ладненько, – кивнул Дин, заводя машину. – Погнали.

Наверное, это было их худшим решением за весь день.

***

Пока они ехали, телефон Дина звонил ещё несколько раз. С каждым звонком Винчестер мрачнел всё больше и больше, наконец, когда Импала остановилась возле какой-то гостиницы, охотник был просто мрачнее тучи. Он никому ничего не говорил, даже Сэму, коротко отшучиваясь и обещая всё рассказать в более приятной обстановке.

И рассказал – на ходу натягивая на себя пиджак и пытаясь найти то удостоверение, которое использовал сегодня.

– Ещё три убийства в разных точках города, – сообщил Дин, перетряхивая сумку со значками. – Она как будто знает заранее, где будут все те, кто ей нужен.

– Какую-то связь между ними обнаружили? – спросил Сэм, пытающийся нормально причесаться после той несчастной шапки.

– Нет ещё, поэтому Саманте придётся этим заняться. Скину имена жертв, постарайся что-нибудь найти, – обратился он к Томски.

– А что девочка? – кивнув Дину, спросила Саманта. Она уже сидела за столом с ноутбуком, готовая искать всё, что ей скажут.

– Постоянно уходит. Она какая-то слишком быстрая, просто Терминатор. Приходит, убивает, исчезает. Никто просто не успевает понять, что произошло, – наконец, охотник нашёл нужное удостоверение и встал со своей кровати. – Скину вам обоим адреса, давайте туда. Тела ещё не увозили, ждут нас. Потом встретимся и всё обсудим, – распорядился Дин. – Если кто что найдёт – сообщайте. И будьте осторожны, парни, ладно? – на этих словах он натянул на себя куртку и захлопнул дверь. Сэм и Кас переглянулись.

– Езжайте, – раздалось у них за спинами. – Я позвоню, когда что-нибудь выясню.

Охотнику и ангелу ничего больше не оставалось – они покинули номер и отправились на места преступлений, между которыми на первый взгляд не было ничего общего, кроме необычной убийцы.

Тем не менее, связь обнаружилась. О ней им мельком бросил один из полицейских, с которым кто-то из Винчестеров беседовал по поводу очередной жертвы – и за это охотники немедленно зацепились. Догадка подтвердилась – все четверо погибших были замешаны в одном деле.

Некогда хорошие друзья, однокурсники, они все вместе оказались привлечены к делу об изнасиловании и убийстве молодой девушки, что была вместе с ними на вечеринке. Тем не менее, им удалось использовать какие-то связи и не загреметь за решётку – обвинения перенесли на какого-то парня, ботаника, который вообще впервые в жизни попал на подобное мероприятие. Для парнишки всё кончилось печально, а вот эти ребята были вполне довольны жизнью и продолжали делать всё, что хотели, хоть и были теперь намного аккуратнее.

– Правильно сделала та деваха, что прикончила их, – сказал Дин, когда услышал эту историю. Он уже успел вернуться в мотель, как и Сэм с Касом – и сейчас они внимательно слушали Саманту, повествующую им о прегрешениях убитых.

– Может, и правильно, но остановить её надо, – хмыкнул Сэм. – Она же как нинздя. Мало ли, может быть, не все эти парни были виновны в том, что случилось с той девушкой? И что, если она на этом не остановится, и продолжит…

– К тому же, в этом замешан транслятор, – прибавил Кастиэль. – Я бы сказал, что это мстительный дух, но девочка…

– Да, ладно, – Дин на секунду прикрыл глаза, сжимая пальцами переносицу. – Я понял. Хорошо. Есть предложения, как мы её найдём? – спросил он. – Убийства прекратились.

– Может, она просто прячется, ведь сейчас её ищет весь город, – предположил Сэм.

– Или она не знает, куда ей идти, – вдруг подала голос Саманта. – Смотрите, – она развернула к ним ноутбук, – тех парней было пятеро, так?

– Так, – подтвердил младший Винчестер.

– Но убито четверо. Что, если она не может найти последнего?

– Хочешь сказать…

– Лютер Бэйсон. Полгода назад он переехал, купил домик за городом. Всех своих жертв она нашла либо дома, либо на месте работы. Никто не переезжал, никто не сменил работу после того случая. Только Лютер.

– Значит, она его найдёт, – сказал Дин. – Вопрос только – когда.

– И что мы будем с этим делать, – Кас встал.

– А что делать?

– Мы ведь не можем просто ждать, пока она убьёт всех! Нам нужно срочно ехать к этому, – его взгляд скользнул по монитору ноутбука, – Лютеру. Предупредить его. Или хотя бы попытаться защитить, если он нам не поверит.

– Ага. Насильно, что ли? – фыркнул Дин. Тут уже подключился и Сэм.

– Слушай, чувак, я понимаю, что ты считаешь тех парней сволочами, правда. Они и есть сволочи, но… Что, если они действительно не все виноваты в случившемся? В любом случае, нам нужно остановить транслятора, и больше у нас шанса не будет, ты же понимаешь, правда?

Дин с полминуты смотрел на брата. Серьёзно, молча, хмурясь, не желая принимать то, что Сэм пытался до него донести. Но в итоге глубоко вздохнул:

– Ладно. Поехали, – он потянулся за курткой. – Пристрелим кого-нибудь и сразу домой. Знаете, мне это дело нравится всё меньше и меньше, – он махнул рукой, – и я бы не хотел, честно говоря, останавливать девчонку. Эти уроды заслужили. Сэмми, – Винчестер обернулся к девочке, – собирайся.

– Подо… в смысле? – Сэм на секунду потерял дар речи. – Погоди, ты хочешь взять её с собой? Там ведь опасно!

– Я не хочу особо задерживаться здесь, Сэм, понятно? И если мы поймаем девчонку – Саманта единственная, кто сможет вправить ей мозги. В жопу нас, в жопу Каса, – тут ангел слегка приоткрыл рот, пытаясь что-то сказать, но Дин ему не дал даже выдохнуть, – мы сможем её только придержать. И в лучшем случае – не огрести трансляторской мешалкой по голове. Кто знает, чему она обучена? Саманта без особых знаний сумела просто взять и забрать у Каса разум. Беспрепятственно. Если ты не забыл, ангелы на порядок мощнее людей.

– Тем более! Если она хорошо обучена, то может навредить всем нам, включая и Саманту!

– Слушай, чувак, я вообще надеюсь, что мы пристрелим её, как бешеную собаку, и Сэмми не придётся даже выходить из машины, – Дин сорвался на рык, это был плохой признак – ему самому абсолютно не нравилось решение, но отступаться он не собирался. – Но что, если мы её упустим?

– И что?!

– Саманта даже знать не будет, где мы и что с нами! А потом та девка может прийти и за ней, а я, – он ткнул пальцем в грудь, – я не позволю, чтобы она спокойно открыла дверь этой бешеной сучке, думая, что это мы.

– Ладно, – буркнул Сэм. – Ладно, это… это логично, – он обернулся к притихшей замершей за столом Саманте, очень кстати не влезающей в их спор. – Собирайся, – вздохнул он. Томски кивнула и быстро побросала все вещи в сумку.

Они выехали буквально через пять минут после этого разговора, и немедленно направились к дому Лютера Бэйсона.

– Какой план? – спросил Кастиэль, когда они выехали за город.

– Приедем. Посмотрим, что там происходит. Дождёмся ниндзю. Пожмём руку, пристрелим и поедем домой, – чеканя каждую фразу, ответил Дин. Сэм приподнял брови.

– Пристрелим? – переспросил он. – Я думал, мы не убиваем детей, Дин.

– Мы оценим ситуацию, ясно? И если она не станет с нами говорить, мы должны её как-то остановить. И хорошо бы – не прикасаясь к ней, а то… – он сделал неопределённое движение рукой у виска. – Я ценю, что ты для нас сделала тогда, Сэмми, но разгуливать в юбке – не моё, – Дин тепло улыбнулся, глянув в зеркало и поймав взгляд Саманты.

– Но…

– Всё, – прервал брата охотник.

– Ты не хочешь разобраться во всём этом поглубже? – предложил Сэм. – Дин, мы…

– Мы должны были быть уже дома. Разбивать шарики своими косыми руками, а не тащиться сейчас к какой-то бешеной девке, которая валит двухметровых мужиков посреди белого дня в людном месте. Мы должны были готовиться к празднику, Сэм.

– Так вот оно что, – хмыкнул младший Винчестер. – Так и скажи, что просто хочешь забить на это дело.

– Честно? – Дин посмотрел на Сэма. – Хочу. Охренеть как хочу сейчас развернуться и поехать домой. Но не могу, потому что там этот чёртов парень, – он ткнул пальцем куда-то в темноту за лобовым стеклом. – Которого нам пригорело спасать.

Кастиэль и Саманта молчали, не вмешиваясь в разговор. Девочка обладала этим прекрасным даром, который всегда был нужен братьям – она умела молчать и не раздражать своим присутствием. Дин и Сэм могли быть невыносимы, это так, но Саманта терпела всё, что они делали. Потому что понимала, в отличие от многих людей, что хоть когда-нибудь были с ними связаны, что в конечном итоге братья просто хотят её защитить. Она не забывала об этом, когда Винчестеры говорили о ней так, как будто она их не слышит. Не забывала, когда они ругались прямо при ней. И когда перегорали – всегда подбирала слова, чтобы помирить друг с другом.

Кас же просто не любил вмешиваться в ссоры Винчестеров. Наверняка ему бы тоже сейчас досталось, займи он сторону Сэма, который, вообще-то, был прав. Но ругаться перед тем, как им будет нужно встретиться лицом к лицу с опасным противником – точно не стоило. Касу всегда вспоминались фильмы, которые он видел по телевизору – люди очень часто сожалели о том, что ссорились с близкими, после чего с ними что-то случалось. «Что-то случиться» могло в любой момент, с этой их жизнью – так что лучше ангел помолчит, оставив после себя светлые воспоминания, вместо угрызений совести. Он, конечно, не собирается умирать, но мало ли что – а если последними словами, что он услышит от Дина, будет что-то в духе «пошёл в жопу, Кас», то этого Винчестер себе никогда не простит.

Этой небольшой мудрости он научился у Саманты, и теперь старался следовать её правилу. Это было несложно, а главное – правильно.

Перепалка между братьями быстро сошла на нет. В большей мере из-за того, что они уже подъехали к домику возле маленького искусственного пруда. Дин остановил машину, и все притихли, вглядываясь в светлые большие окна. Кажется, всё было мирно – но это пока что.

Почти не договариваясь между собой, по крайней мере, вербально, охотники покинули машину и тихо направились в сторону здания. Саманта осталась внутри – она тоже поучаствовала в их немом разговоре, и без слов поняла, что должна сидеть на месте.

Просто сидеть на месте. Это ведь не так уж и сложно, верно? Она делала это сто раз. Да все делали, но Саманта справлялась лучше остальных. Она не нарушала обещаний, она всегда была готова бежать, выполняя приказ спасать себя. Может, в ту сумасшедшую неделю, когда она носила в себе сознания Каса и Сэма, спасать себя было слишком сложно – ведь она несла ответственность за тех, кого поглотила, – но сейчас Саманта справлялась просто на отлично.

Она просто работала за компьютером и в библиотеке, отвечая на звонки братьев, когда они были на охоте. Она просто готовила для них и иногда убиралась, готовя бункер к приезду вымотанных охотников. Она просто переживала за них в безопасном месте и знала, что если они не отзвонятся, если Кас не появится или не сможет их найти, то спустя месяц ей придётся ехать к Джоди Миллс. И забыть о них, потому что так будет правильно. Так она спасёт себя, и выполнит их последнюю волю – попытку вернуться к нормальной жизни.

Саманта не спорила с этим раскладом. Никогда. И даже в ту ночь, когда познакомилась с братьями, она была готова выполнить приказ родителей бежать, спасая себя и Тома. Она ведь даже уже собрала вещи и почти сорвалась с места…

Как и та чёрная тень, что мелькнула в кустах и бросилась к дому. Маленькая, костлявая, с чем-то блестящим в руках. Определённо не Кас, не Дин – и уж точно не Сэм.

Саманта стиснула зубы. Она видела, как минуту назад кто-то из них постучался в дом и вошёл, а за ним потом, обследовав задний двор, последовали и остальные. Сердце у девочки заколотилось, она ощутила, как откуда-то изнутри поднимается волна страха. Та самая, что всегда поднималась, когда Дин и Сэм не отзванивались вовремя. Та же, что накрыла её, когда месяц назад к ним в бункер постучался раненый Кас, которого пришлось выхаживать после стычки с демонами. Тогда он, сползший с рук братьев на кровать, на какое-то время почти перестал дышать, а удары сердца стали совсем редкими – и Саманта, что была рядом с ним одна, просто оцепенела от ужаса. Это потом ей объяснили, что так Кастиэль пытался сохранить силы, давая благодати исцелить его. Но в ту минуту девочку накрыло страхом, таким, что она даже побоялась прикоснуться к ангелу, чтобы узнать, жив ли его разум или уже нет.

Этот страх заставлял её забывать обо всех приказах и правилах. Неизвестно, почему она была готова бросить родителей, но не могла бросить Винчестеров – может, потому, что они проявили к ней гораздо больше сочувствия и подарили больше ласки, чем Саманта видела за всю свою жизнь от родителей. Может, и так – но если так, то это весьма эгоистично…

В доме раздался шум. Девочка моргнула – фигура уже давно исчезла из кустов, и сейчас мелькала в окне. Саманта прищурилась, вглядываясь – и увидела, как Дина отшвыривают в сторону, словно он был куклой.

Томски часто задышала. Это было то, о чём ей говорили. У окна на секунду появился Сэм – увидел машину, быстро замахал рукой, мол, «уезжай». Саманта посмотрела – ключи Дин нарочно оставил, чтобы дать ей шанс спастись. «Уезжай», кажется, крикнул охотник и вслух, после чего ему пришлось уворачиваться от удара той самой блестящей штукой.

Ему помог Кастиэль, прикрывший Сэма и пожертвовавший своим левым плечом – Саманта вскрикнула, увидев, как чёрная фигура в прыжке сумела вонзить в него нож. Но ангел лишь поморщился, вынимая оружие из раны и пытаясь нанести удар безумному транслятору.

– Не прикасайся к ней! – вроде бы, закричал Сэм. Саманта выдохнула – нож был обычным, а значит, не мог причинить Касу существенного вреда.

Но вот Сэму и Дину – мог. Эта безумная девочка была к тому же невероятно сильна, она могла раскидать троих здоровых мужчин, как кукол – силы Кастиэля сейчас брать в расчёт не стоило, ими он не мог воздействовать на трансляторов. И может, он единственный имел какие-то шансы выжить – если только девочка не доберётся до его ангельского клинка. А она ведь может.

Саманта перебралась на переднее сидение и в нерешительности замерла. Она не могла так поступить. Должна, но не могла, нет, она не сможет. Как можно будет приехать к Джоди и сказать ей в лицо, что она бросила Винчестеров умирать? Джоди поймёт. О да, она точно поймёт – может даже простит. Но вот Саманта себя не простит. Никогда. Она будет видеть перед собой их лица, будет вспоминать каждое слово, обращённое к ней. Все эти дурацкие шутки Дина, его пристрастие к определённой марке пива. Сэма, который по интонации брата научился различать, кого из них двоих тот зовёт «Сэмми». Кастиэля, который так долго извинялся за то, что напугал её, пытаясь спасти свою жизнь.

И Саманта выскочила из Импалы. Открыла багажник, вытащила своё мачете и поспешила в дом. В конце концов, Дин был прав. Если кто и сможет остановить безумного транслятора – то это только она.

Она рывком открыла дверь. Очень вовремя – девочка как раз сжимала горло младшего Винчестера и готовилась нанести ему удар ножом, который как-то ухитрилась вернуть. Она не поглощала его, и это слегка сбило Саманту с толка – но она немедленно про это забыла, когда монстр, в которого превратилась милая маленькая девочка, оскалился и хрипло зарычал, отпуская Сэма.

– Не трогай их, – прозвенел голос Томски по помещению. Дин, даже не поднимаясь с колен, подобрался к придушенному брату и начал похлопывать его по щекам, пытаясь привести его в чувство. Сэм медленно вздохнул, потом приподнял веки, испуганно вцепился в руку брата, не понимая, что происходит. Кастиэль поднялся с пола, опираясь на почему-то слегка дрожащую руку.

Транслятор словно забыла о существовании охотников и ангела. Она сделала какие-то странные движения, склонилась, будто принюхиваясь, как собака. Саманта подняла мачете и шагнула навстречу девочке.

– Я такая же как ты, – сказала она дрожащим от напряжения и страха голосом. – Я могу помочь тебе.

Оборванка склонила голову набок. Дин потянулся к пистолету, который не успел достать за всё время потасовки, но Сэм придержал его руку. Саманта сделала ещё шаг навстречу, девочка, будто неосознанно, поступила так же.

– Я обещаю, что помогу, – твёрдо сказала Томски. – Просто поверь мне. Я обязательно что-нибудь придумаю. Мы можем помочь тебе, правда, – она протянула свободную руку к транслятору, словно желая прикоснуться к ней. Девочка шарахнулась назад, поднимая нож.

Саманта на секунду отвела взгляд – её внимание привлекло движение в соседней комнате, в которую вела арка, что была справа. Но его же, похоже, услышала и оборванка – она бросилась туда, а Саманта, забыв обо всём, кинулась наперерез.

Они сцепились. Никто даже не пытался повлиять на другую своими силами. Саманта – оттого, что физическая сила исхудавшей девочки, что была на голову ниже неё и года на три младше, поразила её. Оборванка – неизвестно, от чего. Как будто она не хотела. Или не могла…

Они разбили стеклянную дверь, ведущую на задний двор, к маленькому пруду, в котором так безмятежно отражалась луна. Саманта пыталась сопротивляться, но девочка не позволяла ей вырваться. Обе потеряли своё оружие, выронив и нож, и мачете.

Винчестеры выскочили вслед за ними на улицу. Дин пытался прицелиться из пистолета, но скоро понял, что стрелять не вариант – он мог навредить Саманте. Ей же сейчас отчаянно требовалась помощь – но яркие всполохи, что появлялись вокруг них, определённо отпугивали братьев и Кастиэля, которые могли просто быть поглощёнными безо всякого смысла, а потом – к тому же и напрасно убитыми в пылу боя.

Оборванка толкнула Саманту в сторону пруда. И та впервые пожалела, что в Уичито было довольно тепло – тончайший лёд быстро треснул, и Томски провалилась в воду. Одно хорошо – она успела схватить за руку транслятора, уже обернувшуюся к Винчестерам, и утянуть за собой.

Они продолжили борьбу в воде. Вот вода была достаточно холодной – в какой-то момент у Саманты свело ноги, и невероятно сильная оборванка начала побеждать. Она стиснула её горло, толкая под воду, заставляя захлебнуться. И тогда Саманта из последних сил вцепилась в плечо девочки, взывая ко всем силам, что ей были сейчас доступны. Она слышала, приглушённо, встревоженные голоса Винчестеров и Каса, на секунду вынырнув – увидела, как они бегут к водоёму.

Ну же, пожалуйста, пожалуйста…

Светлая вспышка – как ответ на все мольбы, обращённые к неизвестным богам. Саманта почувствовала, как тело противницы ослабевает, и как в её собственное – врывается чужой разум вместе с потоком трансляторской силы. Она выпила её, буквально, как вампир, это было просто…

Ноги опять свело. Саманта неловко дёрнулась и с головой ушла под воду, хоть, кажется, было и неглубоко. Но она на автомате попыталась вдохнуть и хлебнула воды – поэтому забилась, ослабленная и напуганная.

Сильные руки подхватили её в тот момент, когда в глазах у девочки начало темнеть. Саманта кое-как разлепила веки и смутно увидела перед собой Сэма, всего мокрого, но крепко прижимающего её к себе. Потом закашлялась, выплёвывая воду – и её куда-то уложили, рядом она почувствовала присутствие Кастиэля и Дина.

Старший Винчестер куда-то отошёл. Вероятно, попрощаться с хозяином дома – если тот всё ещё был жив, конечно. Саманта его даже не видела, и понятия не имела, что с этим парнем случилось – успели ли они? Или та девочка, чьё сознание сейчас, как большой мешок со спутанными внутри верёвками, валялось внутри воображаемого бункера, успела на него напасть и убить?

Кастиэль скинул с себя плащ и укутал её. После этого Саманту снова подняли. Она, дрожа, прижалась к Сэму, смутно осознавая происходящее. Её трясло от холода, и Винчестер – она чувствовала это, – тоже слегка дрожал.

Следующее, что девочка запомнила – это то, как её усадили в машину. Как везли куда-то, где укрыли десятком одеял – уже нет. Она уснула ещё в Импале, когда такой же промокший насквозь Сэм Винчестер рискнул выйти на какой-то заправке и притащить ей горячего чая – живительная жидкость подействовала быстро. Даже слишком.

Впрочем, может быть, это было и к лучшему, потому что Саманта определённо простыла, спасая двух охотников и непутёвого ангела, к которому сейчас прижималась, и под чьим плащом спала всю дорогу до дома.

Глава 2

Они приехали в бункер уже под утро. Сомнительное такое утро, часа четыре – когда вокруг ещё темно, и самое время просто завалиться спать без лишних разговоров. Дин устало потянулся, забыв о чужом присутствии в машине, потом лениво зевнул, открыл дверь и тихо вышел. Кас сидел, наблюдая за ним – он боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть сон Саманты и Сэма, которые только-только успели пригреться в тёплой Импале.

Старший Винчестер открыл дверь с той стороны, где сидела девочка. Коротко кивнул Касу, устало, но ободряюще улыбаясь. Ангел неловко передвинулся, помогая Дину осторожно взять Саманту на руки. Девочка не проснулась, он только зря переживал – она лишь засопела и крепче прижалась к Винчестеру. Охотник выпрямился, легко поднимая её. Казалось, Саманта стала ещё легче с тех пор, как он в последний раз носил её на руках.

– Разбуди его, – тихо сказал Дин, кивая в сторону Сэма. – Пусть идёт в душ и валится спать у себя.

– Хорошо, – пообещал Кастиэль. Винчестер развернулся и понёс Саманту в её комнату.

Ангел осторожно дотронулся до плеча Сэма. Охотник чуть качнул головой, сонно, не желая расставаться с миром грёз. Кас на секунду прикрыл глаза и проскочил в его сон – светлый, яркий, хоть и не совсем понятный. Кажется, ему снилось утро – вот мимо пролетали лёгкие редкие снежинки, вот его дурацкая шапка, которую, как оказалось, вручила ему Саманта. Кас на секунду пожалел, что отправился с Дином в кино – похоже, он потерял шанс провести время гораздо спокойнее и без убийств маньяком в маске.

Ангел буквально заставил себя вынырнуть из сна Сэма и снова потрясти его за плечо, позвать по имени. Это не его сон, и не его воспоминания, на них Кас не имеет никакого права. Зато Дин точно будет не в духе, если придёт и увидит, как Кастиэль просто подглядывает сны его брата, вместо того, чтобы отправить едва подсохшего после купания в холодной воде Сэма в горячий душ.

– М-м-м… – младший Винчестер приоткрыл глаза. Кас убрал руку с его плеча и вышел из машины, легким хлопком приводя Сэма в чувство. Охотник лениво потянулся к дверце, открыл её, тоже покинул Импалу. Чуть покачнулся, опёрся на крышу машины, поморгал, стараясь прийти в себя. Кастиэль хлопнул чем-то снова – Сэм поднял взгляд и увидел, как ангел закрыл багажник машины. В руках у него были бесчисленные пакеты, на полу рядом – сумки с их вещами. Кас, наверное, собирался выйти из гаража и отправиться куда-нибудь в библиотеку или на кухню, но совершенно некстати он поднял взгляд и заметил состояние Сэма.

– Что-то не так? – тревожно спросил ангел. Винчестер покачал головой – так убедительно, как только смог. Волосы его всё ещё были немного влажными, и Сэм с досадой подумал о том, что ему придётся пережить, приводя их в порядок. Судя по ощущениям, они спутались, подсохли ужасно, и просто страдали сейчас, мечтая о драгоценном шампуне, на который их хозяин обычно не скупился. Но мысль эта оказалась какой-то поверхностной, она даже не задержалась у него в голове. Раньше Сэм определённо расстроился бы гораздо больше.

– Всё нормально, Кас, – сказал он. Спустя одну заторможенную секунду до Сэма дошло, что сказал он это весьма хрипло, и что слова отозвались в горле болью.

Ангел поставил пакеты на пол, рядом с сумками, и подошёл к нему. Винчестер попытался увернуться от Кастиэля, но тот оказался проворнее – он коснулся ладонью лба Сэма и нахмурился.

– У тебя начинается жар, – констатировал ангел. Сэм лишь отмахнулся.

– Пройдёт.

– Сэм…

– Пройдёт, говорю, – охотник прокашлялся, но кашель оказался гораздо более продолжительным и болезненным, чем он хотел. Кас уже потянулся к нему снова, собираясь исцелить, но упрямый Винчестер успел отойти в сторону и взять часть пакетов. – Пошли, – сказал он, поднимаясь по ступенькам. Кастиэль, глубоко вздохнув, взял оставшиеся сумки и последовал за охотником.

Они не спали ещё с час. Просто не могли уснуть – Кас остался в библиотеке, разбирать то, что они сегодня набрали. Спустя какое-то время пришёл Дин – бесшумно остановился на пороге, словно спрашивая разрешения войти. Кастиэль указал на свободное кресло рядом и Винчестер подошёл к нему, сел, взял в руки какую-то коробку. Они даже не разговаривали – просто перебирали то, что было куплено к празднику. Как будто часы не показывали четыре утра. Как будто просто обычный вечер обычной семьи. Или даже день.

К пяти утра раздался первый звук – мимо, по коридору, прошёл Сэм, жутко кашляющий. Дин вопросительно взглянул на Кастиэля, и тот лишь развёл руками.

– Ладно, – охотник встал и пошёл за братом. Касу не удалось посидеть в тишине – буквально спустя минуту старший Винчестер притащил младшего разве что не за шкирку, и усадил рядом с ангелом.

– Чего вам надо, – хрипло спросил Сэм. Сонный, в своей любимой футболке, которая заменяла пижаму, с полотенцем на голове. Дин по-хозяйски прикоснулся ко лбу брата, у которого отчего-то пылали щёки, хоть повода вроде бы не было.

– Сэм, ты же горишь, – серьёзно сказал он, хмурясь и глядя на брата.

– Да всё нормаль…

– Не всё, – глядя на Дина, признал Кастиэль. Старший Винчестер всплеснул руками.

– Очешуенно. У нас тут сидит доктор Дулиттл, а ты старательно страдаешь и строишь из себя супергероя.

– Дин…

– Кас, пожалуйста, – взглянул на ангела старший Винчестер. Кастиэль без лишних вопросов прикоснулся ко лбу вяло сопротивляющегося Сэма двумя пальцами. Лицо охотника немедленно приобрело нормальный цвет, хриплое дыхание сменилось ровным и свободным. – Ну, и чего было ломаться? – спросил Дин, усаживаясь рядом с братом. Тот пожал плечами.

– Неудобно как-то, – он на секунду удержал руку Каса рядом, благодарно её пожимая. Ангел чуть улыбнулся в ответ.

– Мне не трудно, Сэм.

– Я знаю, да, то есть… Просто мне всегда кажется, будто ты берёшь всё это на себя. Мерзкое такое ощущение.

– Исцеление серьёзных ранений или воскрешение могут ослабить меня, потому что потребуется много сил, – сказал Кастиэль, снова поднимая какую-то коробку, – но обычная простуда мне под силу, Сэм. Обращайся.

– Мне, кстати, тоже всегда было интересно, как это работает, – встрял Дин, всё это время наблюдающий за происходящим. – Как ты лечишь, Кас?

– Это… хм, – ангел положил коробку на колени, взглянул на охотника. – Это сложно объяснить.

– А ты попытайся, – предложил Дин. Кас вздохнул.

– Я бы не хотел напоминать, но какое-то время ты, Дин, не был человеком, ведь так?

– Было такое, – нисколько не обидевшись, подтвердил Винчестер.

– И твоя душа преобразовалась в демонскую сущность. Это не совсем то же, что и у ангелов, поскольку демон – всё же мутировавшая душа, а благодать – некая субстанция, чуть более отдалённая от этого понятия, но по ощущениям может быть очень близко. Я использую силу, подобную той, что ты чувствовал тогда.

– И никаких зеркальных ран или простуд?

– Я же не умер, когда воскресил тебя, – улыбнувшись слегка наивному вопросу охотника, ответил ангел. – Это ослабляет, потому что расходует силы, а не потому, что я беру на себя всё, что исцеляю. Если рана не тяжёлая, я даже ничего не почувствую. Разве ты не пробовал исцелять себя, Дин?

– За меня с этим справлялась Метка, – ответил Винчестер. – Всё-таки, я был не обычным демоном.

– А других демонов?

– Мы с ними не особо ладили.

– Может, хватит уже об этом? – поморщился Сэм. Кастиэль и Дин замолчали.

– Идите, отдохните, – наконец, сказал ангел после неловкой паузы, – я закончу здесь и пойду к Саманте. Думаю, если Сэм простыл после этого пруда, то девочка – тем более.

– Ладушки, – согласился старший Винчестер, откладывая порядком поднадоевшие коробки, – доброй ночи, – Кастиэль только кивнул в ответ. Сэм, помедлив, поднялся и вышел вслед за братом.

Кас же, как и обещал, закончил с коробками и отправился в комнату к девочке, которой наверняка сейчас было не легче, чем Сэму с полчаса назад. Тихо вошёл в тёмное помещение, моргнул, включая «ночное зрение». Как у ангела, у него было кое-какое преимущество над людьми, и это – одна из привилегий.

Глаза его слегка подсветились. Кас разглядел стул, кровать, Саманту, укрытую несколькими одеялами. Дин, похоже, позаботился о девочке, на минуту разбудил, предложил переодеться во что-то тёплое и сухое. Но сейчас Саманта спала, и будить её Касу не хотелось.

Так что он просто тихо присел рядом, не включая ночника. Вслушался в тишину и тихое дыхание девочки. В этом была вся прелесть того, что ему не нужно было спать – вот такие моменты наполняли бессмысленные пустые ночи чем-то особенным. Кас мог просто слушать, как бьются сердца важных для него людей, смотреть, как меняются во сне их лица, иногда – слегка подглядывать, как сегодня, в машине. Это заставляло почувствовать лёгкую зависть из-за утраты возможности спать, и одновременно – радость за тех, кому это было дано.

Когда Саманта слабо закашлялась во сне и стянула с себя одеяла, Кас нахмурился. Похоже, девочка и правда заболела. Осторожно, чтобы не разбудить, ангел коснулся её лба – и правда, температура была. Кас закусил губу. Сэму он помочь мог, но вот девочка… Как транслятор, она была неуязвима ко всем воздействиям магического рода. К сожалению, не только негативным – робкая напрасная попытка Каса помочь разбилась о невидимый несокрушимый барьер. Что же, ничего. Утром кто-нибудь из них съездит за лекарствами для Саманты. Они справятся.

На секунду девочка приоткрыла глаза и встретилась с ним взглядом. Кастиэль замер, уже собираясь извиняться за то, что разбудил, но Саманта толком не проснулась – слабо улыбнулась, увидев его в слабом свете излучаемой благодати. Что-то прошептала.

– Спи, – мягко улыбаясь в ответ, сказал Кас. Погладил её по чуть влажным волосам.

– Кастиэль?.. Ты в порядке?..

– В полном. Я буду здесь. Обещаю. Спи, – и девочка закрыла глаза, доверчиво прильнув к тёплой руке ангела.

Кас долго смотрел на неё, не смея отнимать от изголовья кровати ладонь. Саманте определённо было плохо. Она замёрзла в холодной воде, простыла, у неё начинался жар, как и у Сэма – но первое, о чём девочка беспокоилась, это он, Кастиэль. Может, она видела, как сумасшедшая оборванка вонзила ему в сердце нож – ему было практически всё равно, рана заросла почти немедленно, но наверняка Саманту это напугало.

Кас чуть улыбнулся – он вспомнил своё последнее серьёзное ранение. Кажется, это было недели четыре назад. Тогда он что-то не поделил с демонами и получил удар ангельским клинком в бедро и грудь. До сердца лезвие не дошло, но было близко – с трудом одолев демонов, Кас кое-как перемотал раны и поспешил в единственное место, где мог оказаться в безопасности, где мог подлечиться и получить необходимую помощь – в бункер к Винчестерам. Когда он вошёл, то уже едва был в состоянии осознавать происходящее – просто упал на пол, кашляя кровью и пытаясь собраться с силами, чтобы позвать на помощь.

Тогда, кажется, братьев позвала Саманта – Винчестеры примчались, подняли его, дотащили до какой-то комнаты, уложили на кровать. Кас очнулся от того, что раны пощипывало – это Саманта умудрилась расстегнуть его окровавленную рубашку и пыталась обработать их, щурясь от яркого свечения благодати.

– Не надо, – слабо-слабо тогда сказал ей Кас. Девочка чуть не выронила то, что держала в руках. Ангел с трудом сумел объяснить, что с ним произошло – но если Дин и Сэм отнеслись к этому чуть спокойнее, зная, что он сможет исцелиться, то Саманта не отходила от него ни на шаг. В какой-то момент Кас решил понизить активность сосуда, чтобы сберечь силы и направить всё на скорейшее исцеление – и только когда в следующий раз открыл глаза, понял, как напугал девочку своим состоянием. Саманта сидела рядом, едва дыша и глядя на него во все глаза, кончики её пальцев дрожали в сантиметре от ладони ангела, словно она хотела проверить, жив ли он. До Каса довольно быстро дошло, что про отпечатки крыльев, принцип работы благодати и самолечения Саманта ничего не знала. Ангел понял, как это выглядело для неё, когда он неожиданно почти перестал дышать практически у неё на руках – а ведь братьев дома не было. Помочь было некому.

Дин и Сэм бы не испугались, только порадовались бы тому, что он приходит в себя, но вот девочка…

Кастиэль дотронулся до едва выделяющегося шрама под рубашкой. Скоро он должен был и вовсе исчезнуть. Несмотря на боль и опасность Кас почему-то вспоминал тот случай с теплотой, и может быть, даже не хотел бы избавляться от шрама. В шрамах – история, и хоть не хватит и тысячи сосудов, чтобы вместить всё, что ещё придётся пережить ангелу, это хоть как-то сближало его с людьми. Хотя бы на этот момент.

Кас вернулся мыслями к Саманте. Вспомнил, как девочка заботилась о нём, когда он решил слегка притормозить процесс исцеления, чтобы больше её так не пугать. Зашила пострадавший в бою плащ, сидя рядом. Помогла надеть новую рубашку, когда он сумел хотя бы ровно сесть спустя пару дней. Даже утащила в стирку брюки, как бы ангел ни сопротивлялся этому. Тогда она, хитро улыбаясь, напомнила, что видела некоторые его воспоминания, и эпизод с Эйприл – в том числе. Касу пришлось замолчать и сдаться. Винчестеров они встретили уже вместе, оба способные передвигаться, хоть и жутко уставшие – ангел не спал и тратил все силы на исцеление себя, а Саманта старалась проводить с ним как можно больше времени.

Теперь была его очередь. И Кас даже пожалел, что ему будет не так трудно сделать то же самое для девочки, ведь отсутствие сна его никак не беспокоило.

Так, предаваясь воспоминаниям и размышляя о чём-то, Кастиэль и провёл целую ночь.

Утром Саманта упрямо выбралась из постели. Было видно, что девочка изо всех сил старается не разболеться, чтобы не испортить ни себе, ни другим праздник, который должен был быть вечером. Она встала чуть позже обычного, и когда вышла вместе с Касом – шмыгнула заложенным носом. Тем не менее, запах отчётливо ощущался даже так – Кастиэль улыбнулся, поняв, что он обозначает.

Они с Самантой вошли на кухню. Возле плиты стоял Сэм. Справа на тарелочке возвышалась горка блинчиков, приготовленных, судя по всему, по рецепту Саманты. Услышав за собой шаги, младший Винчестер обернулся – и смущённо опустил взгляд, когда услышал сдавленное хихиканье.

– Ну, проспорил я Дину, – сказал он, пряча улыбку. – Пришлось, – охотник поправил на голове ободок с оленьими рогами. – Доброе утро, – прибавил он в конце. Саманта хотела ответить, но из груди её вырвался только кашель.

– Кто тут у нас болеет? – появился сзади старший Винчестер. Саманта обернулась, охотник подошёл ближе и сгрёб её в объятия. Томски улыбнулась ему в грудь, чувствуя, как мишура, которую Дин обмотал вокруг шеи, щекочет ей нос. – Болеешь? – на секунду отстранил её от себя Винчестер. Саманта кивнула. Охотник ещё раз прижал её к себе, потом снял с себя гирлянду и повесил её на Каса, который даже не успел возмутиться. – Ладно, тогда ешьте без меня. Я пока сгоняю в город, куплю нашим девочкам таблетки.

Сэм приподнял брови.

– А что? – невозмутимо продолжил его брат. – Тебя я тоже заставлю их выпить. Кас, присмотри за ними, ладно? – Дин ещё раз старательно обернул длинную гирлянду вокруг шеи ангела, который попытался от неё избавиться. – Обе эти Саманты непредсказуемы.

– Смешно, Дин, смешно, – фыркнул Сэм, ещё раз поправляя вечно спадающие рога. Брат его, расхохотавшись, скрылся где-то в коридорах бункера. Спустя пару минут раздался хлопок тяжёлой двери гаража, подтверждающий, что Дин и правда уехал за лекарствами.

Они позавтракали без него. Позже охотник приехал, загрузил Саманту таблетками и хотел было проскочить на кухню, но та ему не позволила.

– Нет, – сказала Томски, закидывая в рот сладкий шарик от боли в горле. – Иди, займись с Сэмом делом.

– Да плевать я хотел на это дело, – возмутился Дин, – ты же болеешь, тебя вообще здесь быть не должно!

– Мы займёмся готовкой, – пообещал Кас, мягко оттесняя охотника плечом к выходу. – И правда, Дин, сделай что-нибудь другое.

– Что? Мы уже всё развесили – ну да, ёлка не ахти, но есть ведь, и вообще…

– Значит, поищи что-нибудь о вчерашнем деле. Та девочка сейчас в больнице, её давно уже могли опознать, может быть, это что-то нам даст.

– Ничего уже нам не надо давать, мы со всем разобрались!

– Нет, Дин, – возразила Саманта. – Она всё ещё где-то здесь, – девочка коснулась пальцем виска. – Она молчит и лежит на месте. Как огромный живой мешок, в котором всё перепутано.

– Так нам надо её допросить, раз так, – немедленно отреагировал охотник. Саманта покачала головой.

– Не получается. Я пыталась вызвать её, поговорить с ней, добиться хоть какой-то реакции – и ничего. Пока ничего.

– Ладно. Кас, ты присмотри за ней, мало ли, вдруг наша пассажирка очнётся, – Дин выпрямился и вышел с кухни. Кастиэль, выглянув в коридор и удостоверившись, что охотник ушёл, наконец-то снял с себя гирлянду.

– Она совсем не поддаётся? – спросил он, обернувшись к Саманте. Девочка глубоко вздохнула.

– Не знаю.

– То есть?

– Это сложно объяснить. Она как будто хочет что-то сказать, но просто не может.

– А залезть к ней в память ты не можешь? – предложил ангел. Он помнил, как Саманта делала это с ним – тогда это было довольно больно, но позже, когда девочка поняла, как нужно подключаться без вреда для чужого разума, проходило совершенно незаметно.

– Я пыталась. У неё внутри такой клубок из разных воспоминаний, что становится жутко. И знаешь, мне кажется, как будто это всё разные люди. Но других сущностей я не ощущаю, она как будто… Не знаю… – Саманта прикусила губу, переносясь в воображаемый бункер. Снова присела на корточки рядом с девочкой, лежащей на диванчике и обнимающей двойника того медведя, что ей когда-то подарил Кас. Здесь транслятор казалась ещё более худой и бледной. Она вся дрожала, часто жмурилась, обнимая игрушку. Но почти никак не реагировала на действия Саманты. Однако, с каждой новой попыткой реакция появлялась и была чуть более активной и продолжительной.

Вот и сейчас она слабо повернула голову к Томски, демонстрируя прозрачные светящиеся прожилки, исходящие от висков к лицу и шее, заставляя Саманту вскрикнуть от неожиданности. И тихо-тихо, одними губами, прошептала короткое:

– Помоги.

Томски резко открыла глаза. Кастиэль этой её заминки не заметил – он стоял, отвернувшись, возле раковины, и что-то мыл. Саманта быстро поморгала, стараясь прийти в себя. Каждый раз, как она прикасалась к этой странной девочке, у неё начинала болеть голова. Пустота бункера-двойника пугала как никогда. Вот в этом, настоящем, пахло хвоей – неужели, Дин и правда притащил ёлку? Настоящую? Где он её нашёл в последний день перед Рождеством?

В этом бункере рядом находился ангел, который в тяжелые моменты мог укрыть крыльями, пусть даже теперь это было невозможно почувствовать физически. Здесь был Сэм, с его рожками на голове.

А в том, который Саманта создала – ничего и никого. Только она и та странная-страшная девочка, к которой было жутко прикасаться.

И почему-то очень хотелось это сделать, словно что-то притягивало к ней, заставляя пытаться заговорить с ней снова и снова.

Когда Саманте это удалось, она едва не выронила салатницу. Выпала на несколько минут из реальности, слушая и внутренне содрогаясь от каждого тяжёлого слова собеседницы. И не только от слов – что-то внутри неё сейчас словно ломалось, рвалось, рождалось… Или умирало вместе с этой странной девочкой.

Кастиэль думал, что Саманта не расслышала его вопрос. Он сам его уже успел забыть – может, потому, что уже нашёл, что искал. Может, ещё по какой-то причине. Но вот тот факт, что девочка ему не ответила, ангела отчего-то встревожил.

Он оглянулся, посмотрел на неё. Они находились на кухне уже несколько часов, и Кас старался особо не мучить Саманту беседами – он понимал, что ей трудно говорить с больным горлом. Может, ей стало хуже? Или она ответила ему жестом, а он и не заметил?

– Саманта? – позвал Кастиэль. Никакой реакции. Ангел нахмурился, заметив, что девочка отложила нож, которым нарезала что-то для салата. Она сидела к нему спиной, так что Кас подошёл ближе и коснулся её плеча, снова позвал, уже громче: – Саманта!

Томски вздрогнула. Рывком обернулась, хмуро окинула взглядом.

– Что тебе надо? – грубовато спросила она. Кас заморгал, пытаясь понять, в чём провинился.

– Я… просто переживаю за тебя, – наконец, сказал он. – Я подумал, тебе нехорошо, и…

– Лучше всех, – резко ответила Томски, спрыгивая с высокого стула и подхватывая всё, что успела нарезать. – Не беспокойся, – здесь у неё голос смягчился, как будто ничего не случилось. Кастиэль непонимающе посмотрел на девочку.

– Что-то случилось? – спросил он. Саманта передёрнула плечами. – Са…

– Нам надо закончить готовить, – перебила его девочка. Кас замолчал на полуслове, и послушно шагнул обратно к столу, где резал мясо. Ладно. Может быть, она задремала, и он её напугал. Ничего страшного, Саманте ведь наверняка сейчас всё ещё нехорошо.

Ничего. Он присмотрит за ней, как и обещал. Больше не будет молчать и игнорировать её присутствие. Он справится.

Кастиэль поглядывал на Саманту ежеминутно, стараясь делать это как можно более незаметно. Девочка передвигалась по кухне чуть заторможено, но делала всё по порядку, как было нужно. Ничего странного ангел больше не заметил. Когда они закончили готовить, уже приближался вечер – перекусив чем-то, чтобы просто заесть таблетки, Саманта предложила пойти к Винчестерам, утонувшим, судя по всему, в очередном деле. Периодически, конечно, на кухне появлялся Дин или Сэм, чтобы взять чего-нибудь пожевать, снова намотать на Каса мишуру или предложить помощь, но обычно они отсылались обратно. По ним просто было видно, что сейчас им не до того.

И вот как раз наступил момент выяснить, чем же братья были заняты полдня.

Кас и Саманта вошли в украшенную библиотеку. В углу стояла небольшая ёлка, под которой лежали какие-то свёртки – похоже, подарки. Кастиэль заметил на одном из них своё имя и вопросительно посмотрел на Дина – тот подмигнул, ухмыляясь. Ангел заинтересовался. Но правила ему объяснили ещё утром – не лезть, пока не разрешат. А когда разрешат – другой вопрос, это знают только Сэм и Дин. Ладно, он потерпит.

Томски снова закашлялась, но быстро подавила приступ и закинула в рот ещё один шарик.

– Что там у вас? – спросила она севшим голосом. Сэм поднял голову, опять уронив рожки на шею. Дин, не глядя, поправил их брату, и тот лишь терпеливо вздохнул.

– А у нас тут много интересного, – сообщил он, отодвигая свободное кресло рядом с собой. – Садись, Сэмми.

Саманта села. С другой стороны, слева от Сэма, присел и Кастиэль.

– Так вот, – выдвинув ноутбук так, чтобы всем было видно, начал говорить младший Винчестер. – Мы ж чего так долго-то, – он кашлянул, стараясь прочистить горло, и поймал на себе взгляд Дина – весьма серьёзный и недовольный. Пожалел, что не сдержался, и продолжил как можно скорее: – Смотрите. Помните того парня, которого обвинили в изнасиловании девушки на вечеринке?

– Да, студент-второкурсник, – подтвердил Кастиэль.

– Так вот, его не посадили.

– То есть как? – приподняла брови Саманта, внимательно глядя на экран.

– А вот так, – вступил Дин. – Суд долго не признавал его вину. Дело просто было сфабриковано против него – пацану нравилась Ребекка, та девушка, но он боялся к ней даже подойти. И он застукал тех парней, когда они издевались над ней. Попытался заступиться, но ему самому досталось… потом сказали, что следы от побоев – это попытки Ребекки защититься.

– Разве это не бред? – спросил ангел.

– Конечно, бред, Кас, – усмехнулся Сэм, выводя на экран фотографии тела со следами от ударов. – Если бы та девушка была на такое способна, он бы не смог на неё напасть в одиночку.

– И что с ним случилось? – поторопила Саманта, почему-то морщась.

– Его таскали по судам. Потом один из судей назначил ему психологическую экспертизу – и парень пропал.

– Как? – не понял Кастиэль.

– Пуф, – Дин щёлкнул пальцами, – испарился.

– Буквально?

– Практически. Когда его должны были забрать из очередной психбольницы, врачи отказались его выдавать. Потом сказали, что он сбежал. Ещё позже – нашли, вроде бы как в коме. И было это ещё до появления Пустот и Амары, если тебе интересно.

– Что с ним там сделали?

– Неправильный вопрос, Кас. Не что, а почему именно там. Как нам удалось выяснить, – Сэм пощёлкал на клавиатуре и вывел какую-то сводку. – Именно в этой больнице пропадало больше всего пациентов. Некоторых так и не нашли, другие – как раз оказывались в коме, или каком-то подобном состоянии. Что интересно, случается это только с теми, кто попадает в больницу для специальной экспертизы, которую требует суд. Или полиция.

– Значит, кто-то истребляет преступников, – заключил Дин.

– Но зачем? И почему тогда пропал этот парень?

– Марк Стейсон. Безобидное милое существо, лучший ботаник на курсе, – Дин пожал плечами. – Неизвестно. Может быть, те, кто уничтожает маньяков, тоже не всеведущи, – и он опустил крышку ноутбука.

– Подожди, а что с той девочкой? – напомнил ему Кастиэль. Винчестер недовольно поджал губы. Сэм, заметив настроение брата, повернулся к ангелу и сам вполголоса заговорил:

– Джейн Роджерс. Тринадцать лет. Несколько лет назад попала в детский дом. Потом оттуда куда-то переехала, судя по документам – в приёмную семью.

– Ага, вот только в той школе, где она официально числится, про неё никто не слышал, – буркнул Дин, отворачиваясь и подбирая с пола ещё одну гирлянду.

– Да. Глухо, – признал Сэм. – Остаётся только ждать, пока она не очнётся и не расскажет нам что-нибудь сама.

– А пока она этого не сделала, нам нужно отпраздновать Рождество, если вы не забыли, – напомнил Дин, шурша гирляндой, которую пытался напялить на себя. – Кас, слушай, вообще, подарки открывают с утра, но… – охотник подошёл к ёлке, склонился и подобрал свёрток, который Кастиэль заметил несколько минут назад. – Короче, посмотри сейчас.

Ангел растерянно посмотрел на Винчестеров.

– Сейчас? – переспросил он.

– Да, давай, – Дин приблизился и втолкнул ему в руки подарок, косо упакованный в блестящую бумагу. – Ну Кас, не тяни, там ещё есть, остальное утром откроешь, – Винчестер сел прямо на стол, нетерпеливо начал по нему постукивать, странно улыбаясь. Сэм ободряюще кивнул, и ангел потянул за ленту, а потом аккуратно развернул упаковку.

– Что это? – спросил он, поднимая нечто мягкое и большое на свет. Саманта где-то сзади тихо рассмеялась, сообразив раньше, чем Кастиэль. Сэм усмехнулся, толкая брата ногой.

– Лично от меня, – с широчайшей улыбкой заявил Дин. – Надевай.

– Что?

– Прямо сейчас, и никаких отговорок, Кас, – Винчестер потянул ангела за руку, заставляя встать, чтобы можно было лучше разглядеть подарок. Это был тот самый рождественский свитер, о котором Дину подумалось вчера. Чёрта с два Кастиэль откажется, охотник сейчас был готов насильно сорвать с него надоевший костюм и напялить этот свитер, даже если придётся заковать ангела в наручники. По его лицу Кас это понял. Хмыкнув, взял подарок и куда-то удалился.

– Ты неисправим, – засмеялся Сэм, когда шаги ангела стихли в коридоре. Дин гордо выпятил подбородок.

– А то!

Брат только покачал головой.

Кас вернулся через пару минут – как заказывали, в свитере и своём неизменном плаще. Дин цокнул языком, критически оглядывая ангела.

– Ну-ка, повернись. Угадал с размером? – он по-хозяйски взял Божьего воина за плечи и заставил развернуться. Кас мягко освободился из его хватки, качая головой:

– Дин, ты ведь стащил однажды одну из моих рубашек. Ты не мог ошибиться с ним.

– Ну, мне срочно надо было прикинуться федералом, – смутился Винчестер. – Зато ты можешь тырить вещи у меня, если надо, теперь будем знать, что у нас один размер, – он услышал, как Сэм сзади прыснул, и шикнул на него: – Затухни.

Наверное, на этом их праздник кончился. С другого края стола раздался тихий жалобный стон, и улыбки на лицах парней погасли, когда они увидели, как Саманта медленно теряет сознание, опускаясь на стол, и пытаясь удержаться ровно на стуле.

Вот уже два часа они сидели возле её постели. Растерянные, не понимающие, что им делать, и абсолютно сейчас беспомощные. Температура у Саманты зашкаливала, девочка периодически задыхалась от кашля – не такого, как утром, а мучительной удушливой волны. Ей становилось всё хуже, несмотря на все меры, что братья предпринимали, чтобы как-то сбить жар и привести Саманту в чувство.

– Как она могла так свалиться после пяти минут в пруде? – не выдержал Дин. Саманта чуть приоткрыла глаза, вяло, не осознавая, что происходит. Сэм сменил влажное полотенце у неё на лбу и шикнул на брата, стараясь ободряюще улыбаться девочке. Она скользнула по нему мутным взглядом, чуть разомкнула губы, чтобы что-то сказать, и снова затихла. Старший Винчестер прикусил язык.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.