Катерина Цвик
Птичка в академии, или Магистры тоже плачут

Птичка в академии,

или Магистры тоже плачут

Глава 1. О назначении

Ладонь горела от боли, сердце билось, как сумасшедшее. Что я наделала?! Что теперь будет?!

Я отскочила от опешившего мужчины на такое приличное расстояние, что сама удивилась.

– Ах ты, маленькая тварь! – прошипел граф Марсель эль Лавалье. – Ты пожалеешь об этом!

Я гордо вскинула голову, глядя, как на щеке графа все ярче проступает алый отпечаток моей ладони, и не сожалела о сделанном, а если бы могла, то повторила бы снова! Гад! Как есть гад! И этот мужчина украл мой первый поцелуй?!

На глаза чуть не навернулись слезы, но я их сдержала.

– Вы сами позволили себе непростительное поведение! – твердо произнесла я.

Мне всегда казалось, что королевские служащие – самые честные и порядочные люди королевства. Дядя воспитывал меня именно в таких убеждениях. А заместитель главы департамента образования и вовсе должен быть непогрешимым! Но он… Он намеки сначала непристойные делал, а потом полез ко мне целоваться, еще и лапать начал. Нянюшка бы выразилась более предметно, но я же воспитанная эра!

– Со мной не играют, девочка, – опасно сощурился он.

Да какие уж тут игры?! Когда это я с ним играла?! Я вообще пришла получить назначение на должность помощницы штатного придворного мага! А он сначала такой любезный был, милый… и вот.

– Я не понимаю, о чем вы! – Мой голос звенел от гнева. – Я пришла за назначением на службу, а вы! Вы!..

– Так, значит, птичка? – окинул он меня пристальным взглядом. – Продолжаем играть? Что ж, посмотрим, что ты запоешь через недельку…

Я развернулась, чтобы уйти из этого рассадника разврата, когда сзади раздалось ехидное:

– …Куда же вы? А как же ваше назначение? Уйдете без него?

Я уже была готова бежать из этого кабинета куда глаза глядят, но… Этот тип ведь потом заявит, что я сама отказалась от назначения на столь престижную должность. А я ведь так хотела учиться магии у самого магистра эль Гернора! Так неужели откажусь от мечты из-за какого-то хама?

По закону после окончания учебы маги в любом случае должны отработать на государство несколько лет. Если закончили академию – пять, если, как я, проходили обучение дома – два. Но отработка обязательна. И если я сейчас уйду, то страшно представить, куда меня направит этот злопамятный упырь.

Я остановилась, вздернула подбородок еще выше, обернулась и поправила очки:

– Давайте назначение.

Мужчина как-то нехорошо усмехнулся, быстро поставил подпись на листках и протянул мне:

– Расписывайтесь.

Я решительно, пока не передумала и не сбежала отсюда подальше, шагнула к столу, взяла протянутую ручку и, не глядя на документ, расписалась на нескольких экземплярах.

Все это время эль Лавалье не сидел за столом, как положено нормальному человеку, а стоял, нависая надо мной, как изготовившийся к броску медведь. Какой неприятный человек. Даже стоять рядом с ним – испытание для моей психики.

– Могу идти? – вскинула я голову.

– Да, я вас не держу, – снова усмехнулся он. – Свой экземпляр договора не забудьте…

Я схватила бумаги и поспешила удалиться, изо всех сил старясь не перейти на бег. Но когда уже была в дверях, этот субъект окликнул меня снова:

– Эра эль Бланк, у вас четыре дня, чтобы прибыть в Анарскую академию магии и принять дела.

Я обескураженно обернулась:

– Куда прибыть?

– В Анарскую академию магию. Там как раз начинается учебный год, и необходим преподаватель по прикладной магии. – И добавил, не скрывая сарказма: – Вы же у нас в столь юном возрасте уже магистр. Нужно делиться знаниями с молодым поколением.

– Но я же… Меня же… – Я растерянно вгляделась в свой экземпляр договора. Строчки так и прыгали перед глазами, но самое главное я разглядела и потрясенно выдохнула: – Не может быть… Я же должна была отправиться на службу в королевский дворец…

Улыбка эль Лавалье стала еще шире:

– Но вы же только что сами подписали согласие на работу в столь интересном месте. Уверен, вам там понравится даже больше, чем во дворце.

Гад. Ну какой же он гад! Как в заштатной академии может быть лучше, чем в королевском дворце?! А ведь я так мечтала… Был бы дядя жив, он бы меня защитил! Он бы…

Я с трудом проглотила вставший в горле ком:

– Вы меня обманули.

Улыбка эль Лавалье стала жесткой. Он что-то еще говорил, но я его почти не слышала. Что-то про лгуний, маленьких птичек и что он будет ждать меня через неделю. В голове шумело, и я изо всех сил старалась сдержать рвущийся наружу дар.

«Нельзя. Нельзя! Самоконтроль – мое все. Без этого мне конец. Я и так…»

Внезапно я увидела, как мужчина вышел из-за стола и шагнул ко мне.

– Эра, с вами все в порядке?

Еще и обеспокоенность на лице изобразил. Гад и лицемер. Но ничего, я справлюсь. Со всем справлюсь! Дядюшка всегда говорил, что трудности закаляют и их не нужно бояться.

– Это точно не должно вас волновать! – вскинула я подбородок, беря себя в руки, и наконец покинула этот ужасный кабинет и его хозяина.

Глаза бы мои его не видели!

– Девушка, вы куда? – окликнул меня секретарь, когда я уже почти вышла из приемной. – А зарегистрировать договор?

Ух, как я в этот момент хотела сказать, что он может сделать с этим договором и куда его засунуть, но сдержалась. Я же культурная эра. У каждого своя работа, и этот клерк не виноват, что у него такой дрянной начальник.

Я подошла к его столу и протянула документ. Молодой мужчина посмотрел на мое назначение, снова перевел взгляд на меня, с сочувствием покачал головой, сделал у себя необходимые записи и выписал мне сопроводительные документы.

– Удачи вам, эра, – протянул он их мне.

– Судя по всему, она мне понадобится, – пробурчала я себе под нос, даже не представляя, насколько в этот момент была права.

Глава 2. О недоверчивых охранниках и магистрах

Экипаж вез меня по раскисшей от дождя дороге к Анарской академии магии, а я смотрела в окно на серые из-за непрекращавшейся мороси окрестности и думала о том, как внезапно все изменилось.

А ведь всего месяц назад жизнь казалась радужной, я была полна надежд. Я сдала экзамены на мага и прошла испытания на звание магистра прикладной магии. И это всего в двадцать один год! А обычно в двадцать три только оканчивают академию и еще за два-три года проходят магистратуру.

В экзаменационной комиссии сказали, что я гений, уникум. Говорили еще множество приятных слов и сразу дали направление на должность помощника придворного мага. Как же я радовалась! Только я вовсе не гений. Просто с раннего детства мне пришлось с головой окунуться в учебу. А потом мне стало по-настоящему интересно учиться. Даже слишком интересно.

– Ты уже похожа на бледную моль! Дорогая, нельзя так увлекаться книгами!

– Но, дядюшка, я сейчас изучаю интерференцию магических потоков! Это же так интересно!

– Эйлин, погулять в саду, пообщаться с подругами, наконец, состроить глазки какому-нибудь молодому человеку – вот что интересно в твоем возрасте! – сокрушался дядя.

– Хорошо, – соглашалась я. – Тогда пойду в сад, в беседке посижу, лицо солнышку подставлю. – Чмокала заботливого старика в щеку, прижимала книгу к груди и шла на свежий воздух, чтобы… продолжить чтение там.

Как мы с дядей радовались, когда я сдала экзамены и защитила звание магистра! Как мечтали, что дальше буду учиться во дворце у лучшего мага королевства!

А через несколько дней после этого… дядя не проснулся. Лекарь сказал, что он спокойно умер от старости и не стоит об этом сожалеть, потому что барон Ричард эль Бланк прожил длинную и хорошую жизнь.

Вот только мне легче от этих слов не стало. Дядя был единственным человеком, который поддержал меня после смерти родителей. Он стал тем, кто не просто приютил сироту, но дарил тепло и любовь, а еще хранил мою тайну и сделал все, чтобы она не раскрылась.

А потом были похороны, встреча с родственниками и оглашение завещания…

Карету тряхнуло на очередном ухабе. Ё-ё нечаянно уколол меня иголкой и, извиняясь, запыхтел. Я почесала любимого ежика под подбородком и вздохнула.

Мысли перескочили на другое. Не понимаю, неужели нельзя сделать нормальную дорогу к академии магии?! Или это они так сразу намекают адептам, чтобы готовились к нелегким временам?

Карета остановилась. Я выглянула из окна и увидела большие кованые ворота. В стене, опоясывающей академию, располагалась будка охраны и проходная. Из нее неохотно вышел верзила в плаще и подошел к окну кареты. Хмуро глянул на меня и заявил:

– Вступительные экзамены начнутся только завтра. Езжайте отседова. – И развернулся, собираясь уйти. – Ездеют тут всякие…

Я опешила от такого приветствия, но поспешила его окликнуть:

– Господин охранник, я приехала в академию не поступать.

Он оглянулся:

– В гости, что ли, к кому?

– Нет, я буду здесь преподавать, – приосанилась я. Брови охранника поползли вверх. Я же высунула в окошко письмо с назначением. – Вот, прочтите. – И, подозрительно нахмурившись, добавила: – Если умеете.

Охранник взял письмо и с недоумением повертел его в руках:

– Правда, что ли, преподавать приехали?

– Прочтите, – повторила я, смотря, как на зачарованную бумагу падают капли дождя и тут же и исчезают.

Охранник развернул лист и, шевеля губами, начал читать. Не уверена, что он все-таки понял, что там написано, но документ мне вернул и, еще раз недоверчиво оглядев и пробурчав что-то под нос, пошел открывать ворота.

Академия предстала передо мной громадой старинного замка. Я даже поежилась от того, как мрачно и величественно он выглядел в этот пасмурный день. Интересно, а преподаватели живут в нем или есть какой-то отдельный флигель? Я бы не отказалась от флигеля – не люблю такие каменные махины. Внутри них холодно, а зимой гуляют неприятные сквозняки. Магия, конечно, мне в помощь, но ведь не зачаруешь все коридоры – никаких сил не хватит потом эти чары подпитывать.

Извозчик довез меня до главного входа, выставил на ступеньки чемоданы, кофр с гитарой, с которой я никогда не расставалась, и был таков.

Я создала над головой защитный купол от дождя и растерянно огляделась в надежде кого-нибудь увидеть и спросить, где здесь можно оставить багаж и как пройти в деканат.

Ё-ё пыхтел у меня на руках, от волнения у него даже иголки стали еще синее – не привык он к путешествиям.

– Адептка, что вы тут забыли? – внезапно раздался голос из-за спины. Я вздрогнула и обернулась. – С какого вы факультета? Что-то я вас не припомню.

У двери стоял высокий широкоплечий мужчина и взирал на меня с неудовольствием и подозрением. Внезапно я почувствовала себя маленькой и беззащитной, как бабочка перед энтомологом с сачком. Мне это ощущение не понравилось. Я встряхнулась и гордо вздернула подбородок. Хотя, чтобы смотреть мужчине в глаза, и так пришлось ее задрать. Ё-ё, наоборот, скрутился в шар и угрожающе выставил в сторону незнакомца иголки.

– Меня зовут Эйлин эль Бланк, я магистр прикладной магии. Я получила назначение в это учебное заведение.

Бровь брюнета выгнулась, и он осмотрел меня с ног до головы, не забыв задержать взгляд на моем еже.

Ничего, пусть смотрит. Хотя я и немного устала с дороги, но выглядела как полагается преподавателю: темно-синяя юбка в пол, бежевая блуза с кружевами под горло, строгая прическа с пучком на макушке и круглые очки, которые добавляли мне возраста. Так мне дядя говорил. А домашних животных преподавателям держать можно – я узнавала.

– Вы – магистр? – наконец недоверчиво спросил мужчина.

– Я – магистр. Могу еще несколько раз это повторить, – закипала я. Неужели так сложно в это поверить?! – А вот вы до сих пор так и не представились.

Я поправила очки. Уж очень неуютно, когда тебя так пристально рассматривают.

– Простите, – не посчитал нужным даже изобразить на лице раскаяние он. – Преподаватель боевого факультета академии магистр Даниэль эль Мейр.

Даниэль, надо же. Такое красивое мягкое имя и такой колючий мужчина. Смотрит так, будто хочет удостовериться, что я тут и в самом деле стою, а не привиделась ему. А я, может, и сама готова отсюда бежать, сверкая туфельками, только куда?! Отработка обязательна, да и некуда мне теперь бежать. А потому прочь робость и неуверенность:

– Я только приехала и не знаю, куда идти.

– Пойдемте, отведу вас в ректорат, – подумав, ответил он. – А то еще на самом деле потеряетесь по дороге.

Мне хотелось возмутиться тем, что он практически приписал мне топографический кретинизм, но других провожатых я здесь не видела и не была уверена, что найду. А потому кивнула:

– Спасибо.

И перевела взгляд на свой багаж, не зная, что с ним делать дальше.

– Я возьму, – вздохнул эль Мейр и наклонился за моими чемоданами. – Кстати, если вы магистр, почему до сих пор не исправили зрение? – внезапно бестактно поинтересовался он.

Я вспыхнула. Я не обязана оправдываться! И вообще, кто о таком спрашивает у незнакомой девушки?!

– Значит, на то были причины, – припечатала я и, снова вздернув подбородок, направилась к двери.

– Ну-ну, пигалица, – тихо хмыкнули у меня за спиной.

И благородный порыв придержать этому нахалу дверь испарился.

Идти пришлось не очень далеко – всего на второй этаж. Он весь был отведен под кафедры, а в конце коридора располагался вход в башню, в которой находилась приемная ректора. На верхних этажах башни, судя по всему, были личные апартаменты главы академии.

В приемной нас встретила крайне примечательная эра. У меня почему-то возникло подозрение, что она является постоянной клиенткой салонов магической красоты. Уж больно выдающимся было у нее… все. Большие надутые губы, широко раскрытые глаза, брови вразлет, завитые большими локонами белокурые волосы и просто нереального размера грудь.

Я невольно посмотрела на свою скромного второго размера, подняла глаза и встретилась со смеющимся взглядом магистра. Покраснела и, чтобы этот мужлан перестал на меня пялиться, шагнула к столу секретарши и представилась:

– Добрый день. Меня зовут Эйлин эль Бланк, я прибыла по направлению из министерства образования. Вот, – и протянула документ. Не хватало еще, чтобы и она начала задавать мне глупые вопросы. – Надеюсь, эр ректор сможет меня сейчас принять?

Блондинка хлопнула глазами с нереально пышными ресницами и взяла направление.

– Добрый день. Присядьте. Я доложу о вас эру ректору, – грудным контральто сказала она и посмотрела на эль Мейра. – Даниэль, а ты что тут забыл?

Эта фамильярность показалась мне излишней, но что я знаю об их отношениях? Может, у них любовь? Я посмотрела на секретаршу, на магистра и не смогла представить их вместе. Ё-ё, вторя моим мыслям, забавно фыркнул, чем привлек внимание блондинки.

– Питомец? У нас не принято держать питомцев.

– Но преподавателям это не запрещено. Я изучала устав академии.

Секретарша удивленно выгнула бровь, недовольно поджала губы, отчего они еще больше вывернулись и, ничего больше не сказав, посмотрела на эль Мейра:

– Так что ты здесь делаешь?

– Пью кофе, – невозмутимо ответил он.

Блондинка закатила глаза:

– Шутник. Ты же ее вещи принес.

– Ты, как всегда, невероятно наблюдательна, – все с таким же невозмутимым выражением парировал эль Мейр, и я заподозрила, что здесь кто-то над кем-то издевается.

Секретарша важно кивнула и нажала на кнопку магселектора:

– Эр эль Граскейн, к вам новая преподавательница.

– Неужели министерство наконец нам кого-то прислало? – донеслось из аппарата приглушенно. – Зови!

– Эр ректор вас ждет.

И я пошла, надеясь, что смогу произвести на него хорошее впечатление. Все-таки мне в этой академии два года работать.

Когда вошла в кабинет, увидела за большим дубовым столом невысокого полноватого мужчину. Он улыбался, но почему-то все время пытался заглянуть мне за спину. Я даже обернулась, чтобы удостовериться, что зашла одна.

– А где уважаемая преподавательница? – наконец спросил ректор, и я потеряла дар речи.

– Это и есть преподавательница, – хмыкнули у меня за спиной.

Я снова обернулась. Все-таки эль Мейр тоже вошел.

– Да, я магистр прикладной магии, – отмерла я, не желая слушать очередные ремарки боевика. – И получила назначение в министерстве образования. Вот. – Шагнула к столу и протянула ректору документы.

– Занятно. – Он скептически поджал губы. – Опыта преподавания у вас, конечно, нет.

– Нет.

– А где вы обучались, простите? Что-то вот так сразу не вижу сведений об этом в ваших документах.

– На дому.

– На дому, значит… – протянул он и почесал бровь. – А сколько вам лет?

– Двадцать один, – неохотно ответила я и покосилась на эль Мейра, который красноречиво закатил к потолку глаза.

– Понятно… – И внезапно вспылил: – Да ничего не понятно! Там, в министерстве, что, с ума посходили – детей преподавать присылать?!

– Я – не ребенок, – процедила. – Я как минимум уже совершеннолетняя девушка!

Ё-ё, вспугнутый экспрессией ректора, снова скрутился в шар и выставил иголки.

– Ну да, ну да, – тяжело вздохнул эль Граскейн. Посмотрел на ежа и пробормотал: – Забавный зверек. – Снова на меня посмотрел и с укором спросил: – Как же вы вообще звание магистра умудрились получить?

– Предоставила комиссии свою магистерскую работу и защитила ее, – сухо ответила я.

– В двадцать один год?

– Да, в двадцать один год.

Не стала говорить, что тогда мне было еще двадцать, а день рождения у меня прошел всего неделю назад.

– Тогда вы – гений! – всплеснул он пухлыми руками.

– Мне так и сказали, – буркнула я.

– И что же гений будет делать в нашей академии? Вам же прямая дорога во дворец, – не то ерничал, не то и в самом деле был удивлен ректор.

– Была – во дворец… – Я опустила глаза и совсем тихо продолжила: – Стала – к вам в академию.

– Даниэль, нет, ну ты видишь?! Эта птичка уже умудрилась оттоптать кому-то в министерстве мозоль! – продолжал возмущаться ректор.

А я… А у меня…

У меня ком встал в горле. Ну сколько можно?! Что я им всем сделала?! Можно подумать, я сама себя сюда назначила?!

– Так, может, птичка и приживется у нас? – совершенно неожиданно поддержал меня эль Мейр

Я подняла на него удивленный взгляд.

– Думаешь? – Бровь ректора скептически выгнулась. – Ну ладно. В любом случае другого преподавателя прикладной магии для старших курсов у нас нет. А там посмотрим: или они ее, – неопределенно махнул рукой, явно имея в виду что-то вроде «доведут» или «изведут», – или она их. – В последнем ректор явно очень сильно сомневался.

Добейте меня кто-нибудь. Мне хотят дать старшие курсы?!

– А может, не надо? – с сомнением посмотрел на меня эль Мейр. И в другом случае я бы на него точно обиделась, но сейчас посмотрела с благодарностью. – Ее же там заклюют. Может, младшие курсы дать?

Я сглотнула и кивнула, истово поддерживая Даниэля. Все-таки не такой уж он и мужлан.

– Профессор эль Лур отказывается у них вести занятия под угрозой увольнения. Предлагаешь мне потерять квалифицированного преподавателя? – не повелся на уговоры ректор.

А у меня сердце опустилось в пятки. То есть целый профессор не хочет вести занятия у старших групп, а ректор отправляет к ним на съедение меня?!

Богатое воображение тут же нарисовало клетку с тиграми. Как я стою в ней вся такая маленькая и в очках, а напротив они: облизываются и примеряются, откуда лучше откусить первый кусок.

– Я н-не вкусная, – вырвалось у меня неожиданно.

– Что? – Брови ректора сошлись на переносице.

Я покосилась на эль Мейра и увидела насмешливый блеск в его глазах. Ну уж нет! Я не сдамся! Не возвращаться же к заместителю начальника департамента образования, чтобы принять его непристойное предложение! Уж лучше к тиграм в пасть! То есть к адептам в аудиторию.

– Говорю, что справлюсь, – прочистила я горло и снова расправила плечи. – Я постараюсь.

Из кабинета ректора я выходила с широко открытыми глазами, кипой бумаг с планами занятий и звоном в голове. Что теперь будет?..

– Не пугайтесь так. Не такие адепты и страшные. Сотня отжиманий – и все они становятся шелковыми.

Я же представила, как командую какому-нибудь обалдую: «Упал – отжался!» А он мне: «Тебе надо – ты и падай».

– Угу…

Наши шаги гулко отдавались эхом, но я почти не обращала внимания, куда ведет меня магистр. Мысли были заняты совершенно другим. Я искала выход из положения, в котором оказалась. А потому жалобно спросила:

– А применять к адептам магию совсем-совсем нельзя?

– Совсем-совсем. Только на полигоне или в качестве обучающего аспекта.

– Какое хорошее словосочетание: обучающий аспект… – задумчиво протянула я.

Эль Мейр хмыкнул:

– Вряд ли это вам так уж поможет. Только наживете врагов.

– Посмотрим. – Я вскинулась, не желая показывать, как меня придавило.

– Конечно. – Он остановился у одной из дверей в начале коридора и громко в нее постучал, а когда она открылась, произнес: – Господин завхоз, в преподавательском крыле новая постоялица. Ректор приказал выделить ей апартаменты и все необходимое, – и указал на меня.

– Ой, какая молоденькая! – всплеснул руками невысокий худой мужчина с выдающимся носом. – Или это ее служанка?

– Я – магистр прикладной магии! – отчеканила я, уже зверея, и, гордо вздернув подбородок, направилась вдоль по коридору.

– Какая милая птичка, – услышала я растерянное за спиной и уже громче: – Эра преподавательница, ваши апартаменты в другой стороне. Подождите меня немного, я возьму все необходимое и покажу вам их.

Я резко остановилась, выдохнула, развернулась на каблуках и зашагала обратно. Что за жизнь пошла? И почему все кому не лень называют меня птичкой?!

Глава 3. О подготовке к… ко всему

Весь следующий день я безвылазно просидела в своих комнатах. Только утром сходила в библиотеку и взяла учебники для старших курсов. Мне выделили покои со спальней и гостиной, окна которых выходили на сад. Как я и опасалась, для расселения преподавателей не было никаких флигелей, все жили в замке на все том же втором этаже, но в другой части крыла. К слову, гораздо более запутанной и извилистой. Сами комнаты оказались до невозможности безликими и казенными. Но разве можно было рассчитывать на что-то другое? Ничего, вот обживусь здесь немного и прикуплю разных мелочей для уюта…

Я даже слегка воспряла духом – всегда любила покупать интересные вещи в дом. Дядя говорил, что я делала дом по-настоящему живым и милым. Только кто теперь живет в том доме?.. Да и выживу ли я здесь, в академии, после встречи со старшекурсниками?

Перед глазами снова возникла картинка с тиграми и клеткой.

Я мотнула головой. Прочь упаднические мысли! Я – магистр прикладной магии! И плевать, что старшекурсники будут старше! У меня вон очки есть! Они делают меня взрослее. Наверное…

Кстати, эти очки и были моей магистерской работой. Вернее, не эти, а с противоположными свойствами. Я выдвинула и доказала теорию интерференции магических потоков при взаимодействии с линзами и отражающими покрытиями, реагирующими на потоки. Это может показаться сложным, но на самом деле все просто – я изобрела очки, которые показывают магические потоки и позволяют более эффективно проводить магические манипуляции. Обычно такому магическому зрению специально долго и муторно учатся, и оно требует предельной сосредоточенности, но теперь все станет гораздо проще.

А пришла я к этому открытию, потому что… и без очков постоянно видела эти потоки и искала способ их не видеть. Нет, я вовсе не была постоянно сосредоточенна, но события, произошедшие в детстве, спровоцировали резкий скачок силы и вот такой побочный эффект. И если какой-нибудь маг мог бы подумать, что это здорово, то я бы его разочаровала – когда перед твоими глазами постоянно мельтешат потоки силы, из-за которых ты с трудом различаешь окружающий мир, это интересно и весело только первые полчаса. Потом все становится далеко не таким захватывающим. Помню, как первое время болели глаза. Я думала, что сойду с ума. Но и это прошло. Не сразу, но прошло. А мои глаза из карих стали ярко-синими.

Но самое паршивое: узнай кто-нибудь тогда, что у меня появилась такая необычная способность, меня бы вряд ли оставили в покое. Такая «зверушка» многим могла бы понадобиться, особенно когда она сама себя еще не в силах защитить и имеет и другие проблемы с магией…

Даже не представляю, как бы повернулась моя судьба после смерти родителей, если бы не дядя. Только благодаря ему я все еще жива, здорова, обладаю магией и даже стала магистром.

Дядя… Как жаль, что он ушел…

Мне стало зябко, и я передернула плечами. Отложила бумаги с планами уроков на первый семестр, облокотилась на стол и потерла переносицу под очками.

Рядом зафырчали и уперлись холодным носиком мне в руку.

– Ё-ё, скучно тебе тут. – Я улыбнулась и почесала его под подбородком. Любил он это. Ежик снова фыркнул, и его иголки слегка засветились. – Да я и сама знаю, что засиделась. Но я должна была изучить планы занятий для старших курсов. Послезавтра начало учебного года, а домашнее обучение очень сильно отличается от академического. И знаешь что? Учебники у них тут устарели. Не понимаю, неужели министерство образования не следит за этим? Хотя что я знаю об академическом образовании?

Ё-ё зафырчал, демонстративно спрыгнул на пол и просеменил к двери. Его интересовали гораздо более прозаичные вещи, чем уровень образования адептов.

– Думаешь, стоит сходить на ужин? – Носик ежика забавно зашевелился, словно он пытался уловить вкусные ароматы. – Согласна, пирожки, купленные вчера в городе, у нас уже закончились, как и яблоки. Но как же не хочется никуда идти…

Я с тоской посмотрела в окно. Там в саду уже прохаживались адепты, возвращавшиеся с летних каникул, и их вид не внушал мне оптимизма. Широкоплечие высокие парни, бойкие веселые девушки… Все это хорошо, если не считать, что скоро я стану их преподавателем.

И я ведь совсем не трушу! Вот совсем-совсем!

Но все-таки немножечко боюсь.

Из комнаты я выходила как гвардеец на поле брани: собранная и готовая к любым неожиданностям. Только вместо фуражки на мне были очки, а вместо палаша – Ё-ё.

Резко распахнув дверь, я решительно шагнула за порог. И чуть не сползла вниз от облегчения, когда коридор оказался пуст. Ё-ё фыркнул и с удивлением на меня покосился. Пошевелил своим длинным носиком и бесцеремонно уколол меня в сгиб локтя, на котором я его держала.

– Ай! Ты чего? – возмутилась я, чуть не сбросив его от неожиданности на пол. Еж снова фыркнул и быстро, как умеет только он, взобрался по руке на плечо и уставился мне в глаза. И было в них что-то такое… воинственно-предупреждающее, что ли. – Мне уже нужно тебя бояться? – удивилась я. Ё-ё возмущенно запыхтел и выставил свои иголки по направлению нашего движения. – Это им нужно бояться? – предположила я. Ежик топнул передней лапой и с возмущением на меня уставился. – Мне НЕ нужно бояться? – Кивок. – Ты меня защитишь? – И важное покачивание головой. – Ты же мой хороший. – Я чуть не прослезилась.

Хоть кто-то в этом негостеприимном замке меня поддерживал. Хотя что значит кто-то? У меня есть настоящий друг и помощник! И с чего вдруг я так распереживалась? Подумаешь, тигры и мантикоры, то есть адепты и магистры. А я, может, и птичка, но точно не воробышек, а как минимум грифон! Вот!

Ага… с ежом наперевес.

И пока мой воинственный запал не пропал, я пошла в преподавательскую столовую. Она располагалась в правом крыле на первом этаже здания, судя по плану академии, который мне вместе со всеми бумагами вручил ректор. Рядом с ней находилась и столовая для адептов, но радовало уже то, что они раздельные.

На первом этаже оказалось очень людно. В фойе замка кучковались и уверенные веселые ребята со старших курсов, и робкие первокурсники, у которых сегодня закончились вступительные экзамены. Уж не знаю, что они все тут делали, вместо того чтобы ужинать и отправляться готовиться к первому учебному дню, но количество народа меня впечатлило.

Останавливаться я здесь не собиралась и уверенно свернула в правый коридор.

– Эй, смотри, какой у нее прикольный еж! – раздалось у меня за спиной.

– А разве в академии разрешают держать домашних животных? – послышался капризный женский голос.

– Ты ее раньше видел? Первокурсница?

Эх, Ё-ё, я не учла любознательность адептов и забыла о некоторых нюансах обучения в академии.

– Эй, постой! – Путь мне преградил высокий светловолосый парень с забавными ямочками на щеках. – Меня зовут Кайл, а тебя?

– Отойди, дылда, я первый подошел, – шутливо толкнул его в бок другой парень. Не такой высокий и мощный, но тоже очень симпатичный. – Ты поступила на первый курс? А мы с четвертого. Хочешь, все тебе тут покажем? Меня Леон зовут.

Я смотрела на парней и не знала, что им ответить. Такая фамильярная манера общения выбила меня из колеи. Неужели в академии все так общаются? Хотя судя по тому, как обращаются друг к другу преподаватели, неудивительно, что адепты не лучше.

– Да ладно тебе! Не тушуйся! – подбодрил меня Кайл. – Здесь не двор с его официозом. В академии принято общаться по-простому.

– Сразу видно, что последние два года ты не проходила подготовку в приакадемической школе, – поддержал его Леон и чуть сместился в сторону, потому что я начала потихоньку двигаться в столовую.

– Приакадемической школе? – удивилась я – никогда о такой не слышала.

– Да, в эту академию берут всех, у кого есть достаточный магический потенциал и начальные знания. И совсем не важно, простолюдин ты или высокородный эр. Все-таки Анар – это Приграничье, а тут постоянно что-то случается. Но, сама понимаешь, простолюдину подготовиться к академии гораздо сложнее, чем эру, – ответил Кайл, приноравливаясь к моему шагу. – Да и не всякий эр сможет хорошо подготовить своего отпрыска к академии, хотя тут и не сильно высокие требования. Приграничье… – пожал он плечами, будто это все объясняло.

– А ты, значит, не из наших мест, раз даже о таких школах не слышала? – задал очередной вопрос Леон.

– Не из ваших, – выдавила я бледную улыбку.

– А откуда? – тут же спросил он.

– Нет, ну какой прикольный у тебя еж! – одновременно с ним сказал Кайл.

– Его зовут Ё-ё. – Я почесала воинственно топорщившего иголки питомца под подбородком.

– А тебя как зовут? Ты так и не сказала, – напомнил Леон, когда мы подошли к столовой. – И на какой факультет поступила?

Я вздохнула:

– Я магистр Эйлин эль Бланк. Прошу прощения, но мне туда. – Я показала на соседнюю дверь. – Думаю, мы с вами скоро встретимся. – И зашагала в преподавательскую столовую.

– Не понял… – раздалось у меня за спиной.

– Это шутка такая?..

Ага, шутка! Вот такая я шутница! Ха-ха-ха… Только мне самой совсем не весело.

Я вошла в преподавательскую столовую и остановилась, осматриваясь: небольшое помещение, десяток столов, накрытых белыми скатертями, за которыми сидели и общались преподаватели. Дверь за мой спиной приоткрылась, и рядом оказалась невысокая седая старушка.

– Милочка, вы ошиблись столовой? – подслеповато посмотрела она на меня. – Адепты обедают в соседней. Ну, чего стоите? Идите-идите, нечего тут глазеть. – И начала подталкивать меня к выходу.

Нет, ну это уже ни в какие теоремы не укладывается!

– Я не адептка! – попыталась я возразить, но старушка не хотела меня даже слушать.

К счастью, наши препирательства привлекли всеобщее внимание, и в столовой оказались те, кто меня уже знал.

– Эра эль Валей, оставьте нашего молодого и многообещающего преподавателя в покое, – встал из-за стола ректор. – Эйлин, добрый вечер, проходите. Я вас представлю присутствующим.

– Да? – удивилась старушка и пристально осмотрела меня с ног до головы. – А почему же вы, милочка, с утра не пришли на планерку?

Я растерянно хлопнула глазами. Планерку? Какую планерку? О чем она?

– Я… не знала, что она была, – выдавила я наконец.

– Ох уж эта молодежь… – фыркнула старушка и прошла к одному из столиков, за которым сидел такой же древний, как и она сама, старичок. – А как же без планерки в день экзаменов? Как же без знакомства с педагогическим коллективом? – брюзжала она.

Ректор перевел взгляд на невозмутимо жевавшую губастую секретаршу, которая сидела за его столом. Та под его взглядом закатила глаза:

– Да, я не предупредила магистра. Но профессор эль Валей правильно сказала: это же очевидно!

– Ну да, ну да, – с неудовольствием поджал мужчина губы. – Только наша новая преподавательница еще совсем не ориентируется в жизни академии. И то, что для всех очевидно, для нее – нет. Запомните это, пожалуйста, милая Марлена, – мягко пожурил он.

Секретарша изобразила на лице улыбку:

– Конечно, эр ректор. Но вы же знаете, сколько у меня сейчас дел.

– Ну да, ну да, немудрено забыть, – нахмурился он. – И все же выдайте нашей птич… э-э-э… нашему молодому магистру информацию о работе деканата и ее кафедры. Завтра уже занятия начнутся, а она наверняка еще не проставила свои уроки в сетке…

И тут я поняла, что попала. Интересно, какое время осталось в той самой сетке занятий? Похоже, я скоро на собственном опыте узнаю, какое в академии самое неудачное и неудобное для всех время.

– Что же вы, Эйлин, так и стоите у входа? – снова обратился ко мне ректор. – Проходите. Коллеги, представляю вам нашего нового преподавателя прикладной магии магистра Эйлин эль Бланк.

За одним из столиков закашлялись, и я увидела молодого рыжего мужчину с торчащими круглыми ушами, которые не скрывали даже распущенные волосы до плеч.

– Профессор эль Лур, с вами все в порядке? – поинтересовался у него ректор и показал мне на него рукой: – Эйлин, знакомьтесь, это ваш коллега по кафедре прикладной магии.

Я вспомнила, что как раз этот профессор отказался вести занятия у старшекурсников и это по его милости общаться с этой занимательной компанией придется мне. Прищурилась.

– Думаю, вам стоит пообщаться. Перенять, так сказать, опыт.

Да уж, чувствую, он меня многому научит… Хотя, может, я к нему несправедлива?

Ректор по очереди представил мне присутствующих, и я искренне попыталась всех запомнить, но была уверена, что с первого раза не смогу. Вот если бы рассказали о структуре какого-нибудь заклинания – это да, запомнила бы с ходу, а имена…

– Добрый вечер! – В столовую вошел уже знакомый мне боевик, и помещение как-то сразу стало меньше. – О, Эйлин, вы здесь… Составите мне компанию? – И указал на ближайший свободный столик.

В этот момент я была ему искренне благодарна. И дальше стоять перед этими учеными мужами не хотелось. Меня представили? Представили. И ладно. А то ведь замучают сейчас вопросами!

Я вдруг поймала недобрый взгляд секретарши. Неужели она положила глаз на боевика? Он высокий, широкоплечий, пожалуй, весьма симпатичный. Не идеальный красавчик, но, как выразилась бы нянюшка, харизматичный и интересный.

– Нравлюсь? – сел он напротив меня и шутливо себя оглядел.

На моих щеках невольно заиграл румянец. Видимо, я слишком пристально на него смотрела, вот он и решил, что я с ним заигрываю.

– Не думала об этом, – ответила честно.

Дядя говорил, что правда – самое лучшее оружие.

Мужчины для отношений мне пока и в самом деле были не интересны. У сильных магов влечение к противоположному полу просыпается позже, чем у других людей. Дядя сетовал, что у меня даже для магов все как-то запаздывает, и предупреждал, что, когда это влечение проснется, нужно быть очень осторожной: то, что долго подавлялось, может стать гораздо сильнее. Правда, никогда не уточнял, в чем именно мне нужно быть осторожной.

Зато у меня была нянюшка, которая не забывала просвещать меня о последствиях такого влечения. Наверное, другим благородным эрам такое не рассказывали, но нянюшка была уверена, что благородные эры – такие же люди, как и все. А проблемы у них возникают от незнания очевидных вещей. Но я по поводу всего этого не переживала и слушала вполуха. Как-то не до того было.

– Кхм, – как-то смущенно кашлянул эль Мейр и взял в руки один из листков, лежавших на столе.

Я тоже взяла листок и увидела список блюд на завтрак, обед, ужин и даже полдник.

– Что это? Меню?

Сомневалась я не зря, потому что сверху на листке было написано завтрашнее число.

– Почти. Здесь нужно написать ваше имя и поставить галочки напротив тех блюд, которые вы захотите съесть завтра. Обычно такие листки заполняются на неделю вперед, чтобы повар сумел рассчитать количество необходимых продуктов и сделать закупки. Но первые несколько дней начала учебного года всегда сумбурные. Так что сегодня только один лист.

– А как же сегодняшний день? – всполошилась я.

Есть хотелось сильно. Да и Ё-ё проголодался. Я рассчитывала, что нас начнут кормить с первого дня.

– Сегодня всех кормят одинаково – дежурным блюдом. Не бойтесь, голодной не останетесь, – улыбнулся понявший мою озабоченность эль Мейр. – В крайнем случае можно заказать доставку еды из города, но придется ждать не менее трех часов. – Покосился на спрыгнувшего с моего плеча на стол Ё-ё. Еж начал деловито обнюхивать скатерть, подошел к облокотившемуся на стол мужчине, пристально обнюхал его и, не мигая, уставился ему в глаза. – Чего это он? – неподдельно удивился магистр.

Я фыркнула:

– Не обращайте внимания. Просто он не любит мужчин в моем окружении.

– Почему?

В этот момент официант поставил перед каждым из нас мясо с тушеными овощами, салат, хлеб, компот и даже яблоки. Их можно будет взять с собой и съесть позже. Неплохо.

– Приятного аппетита, – пожелал мне магистр, беря в руки столовые приборы. Снова покосился на рассматривавшего его с прищуром ежа. – Так что не так с мужчинами в вашем окружении?

– Все так, – улыбнулась я. – Но, судя по поведению моего друга, он считает, что единственным мужчиной в моей жизни должен быть он. По крайней мере, на данном этапе, – добавила примирительно, увидев, как ежик возмущенно на меня обернулся.

– То есть это он меня так предупреждает? И пока достойных, по его мнению, рядом с вами нет?

Глаза эль Мейра смеялись, хотя выражение лица оставалось предельно серьезным.

– Именно. – Я наколола на вилку овощи и с удовольствием попробовала их. Вкусно. Все-таки пирожки – вещь хорошая, но нормальную еду не заменят. – Ё-ё, прекращай смущать человека и иди покушай. Тут для тебя есть хлеб, а на вечер будет яблоко.

– Какой занимательный у вас друг, эра, – заметил эль Мейр и усмехнулся: – Вашему избраннику придется нелегко.

Я пожала плечами и, задумавшись, вздохнула:

– Думаю, Ё-ё будет не самой главной его проблемой.

– Как самокритично вы к себе относитесь, – уже не скрывая улыбки, изучал меня эль Мейр.

– Нет, что вы. Это всего лишь рациональный подход, – ответила я.

– И чем же вы нехороши?

– А разве я сказала, что чем-то нехороша?

Я ела и думала о том, что это очень странный разговор. Как так вышло, что он свернул на мою личную жизнь?

– Но вы же сами сказали, что с вами в комплекте идут какие-то проблемы.

– И где в этой фразе слова о том, что я чем-то нехороша? – удивилась я.

Странный он. Задает совершенно нелогичные вопросы.

– Кхм, – снова кашлянул эль Мейр. – Действительно.

Тут к нашему столику подошел ушастый магистр прикладной магии и учтиво произнес:

– Эра эль Бланк, рад был с вами познакомиться.

– Взаимно, профессор эль Лур, – ответила я вежливо и отложила приборы.

– Я сейчас исполняю обязанности декана факультета прикладной магии и хотел бы обсудить с вами расписание и прочие нюансы.

– Да, конечно, это было бы замечательно. Когда мне можно подойти на кафедру?

– Завтра уже занятия, нужно торопиться. Поэтому подходите на кафедру сразу, как освободитесь. Я буду ждать вас. – И располагающе мне улыбнулся.

Может, он и в самом деле не так плох? Вон, готов пожертвовать своим личным временем ради коллеги.

– Спасибо, обязательно приду сразу после ужина.

Мужчина раскланялся с нами и ушел. А я не выдержала и спросила у эль Мейра:

– Скажите, а почему он так категорически отказался вести занятия у старших курсов?

Мужчина замялся, но ответил:

– Я не хочу повторять досужие сплетни. Скажу лишь, что одна из адепток в этом году ушла в академический отпуск. А два ее брата как раз учатся на старших курсах.

– И? – ничего не поняла я. – При чем тут академический отпуск и чьи-то братья?

Эль Мейр неопределенно повел рукой и принялся с таким аппетитом есть, что задавать другие вопросы мне показалось нетактичным. Ё-ё же забавно фыркнул, спешно дожевал кусочек хлеба и, встав передо мной на задние лапки, ткнул себя кулачком в грудь.

– Я знаю, что ты лучший, – улыбнулась я недоуменно. – С чего вдруг ты решил мне об этом напомнить?

– Похоже, это он повторяет, что достойных мужчин в академии нет, – блеснув смешинками в глазах, внезапно прокомментировал эль Мейр. – В чем-то я бы к нему прислушался.

– То есть себя вы к достойным тоже не относите? – удивилась я.

– Разве я это сказал? – почти дословно вернул мне эль Мейр мои же слова.

– И не поспоришь, – усмехнулась я. – Кстати, может, расскажете мне, какое время для занятий в академии считается самым неудобным?

Глава 4. Первый учебный день

Приветственная речь ректора звучала жизнеутверждающе и вдохновляюще. Будь я первокурсницей, точно бы прониклась. Правда, ее эффект немного смазывала стоявшая с ним рядом до неприличия… пусть будет излишне разряженная для своей должности секретарша. Возможно, так казалось только мне.

Потом все разошлись по аудиториям, а я пошла в библиотеку. Ну а что еще делать в академии, если мои занятия стоят в расписании только после обеда?

Как оказалось, больше всего магистры не любили именно это время. Я думала, что это будут утренние часы, но эль Мейр за ужином объяснил мне это так…

– У нас в академии много преподавателей в возрасте. А они встают, как правило, очень рано. Не спится им. Поэтому они с удовольствием берут утренние часы, чтобы потом отдыхать и заниматься своими делами. Магистры боевого факультета, – он улыбнулся, явно приводя в пример себя, – предпочитают время перед обедом. На голодный желудок адепты легче переносят нагрузки и физические, и магические, а потом идут восполнять силы в столовую. Да и привести себя в порядок у них больше времени. В целом все преподаватели придерживаются таких же взглядов. Послеобеденное время, к сожалению, никто не любит. А учебный процесс построен так, что все занятия провести до обеда невозможно. – Он посмотрел на меня с сочувствием. – Простите, я не подумал, что вас стоит заранее об этом предупредить.

– А что обычно происходит на занятиях после обеда? – удивилась я.

– Ничего не происходит, – вклинилась в наш разговор секретарша, которая в этот момент проходила мимо. – Это время ничем не хуже любого другого. Все зависит только от преподавателя.

– Спасибо за разъяснения, – мило улыбнулась я.

Похоже, блондинка ожидала какой-то другой реакции. Поэтому как-то неопределенно хмыкнула и удалилась из столовой.

Все-таки прав был дядюшка: обычная вежливость подчас может выступать самым надежным щитом при общении с неприятными людьми.

– Эйлин, – неожиданно позвал меня ректор. Я остановилась, и он меня догнал. Секретарша с недовольным видом шла следом. – Вы уже составили план занятий?

– Но… это ведь вы мне его дали, – растерялась я.

– Я дал вам план занятий предыдущего преподавателя. Но профессор Сурж был уже очень стар и не любил нововведений. Возможно, вы захотите как-то разнообразить уроки и привнести в них что-то свое. Не стесняйтесь. – Ректор по-доброму мне улыбнулся. – И не забудьте зайти в приемную к… – он обернулся и, в силу небольшого роста, уткнулся взглядом прямо в щедро выставленный напоказ бюст секретарши, – кхм, к милой Марлене. – Снова повернулся ко мне. – Группы наконец распределили по кураторам, и вам нужно будет взять информацию о своей.

– Моей группе? – не поняла я.

– Именно. У нас каждый преподаватель курирует какую-то группу. А кто-то и несколько. Но, конечно, вас пока так сильно нагружать никто не будет, но одну группу все же придется взять.

– А… – Я хлопала глазами, соображая, какие «замечательные» новости внезапно на меня свалились. – Что должен делать куратор?

– Да сущую ерунду, – махнул ректор пухлой ладошкой. – Провести выбор старосты, следить за посещаемостью, проводить беседы о подобающем в стенах академии поведении, помогать, если у адептов возникнут какие-то вопросы по учебному плану, и…

– Отвечать, если адепты влезут в нехорошие ситуации, – добавила щедрую ложку «меда» ко всему вышеперечисленному блондинка.

И видимо, что-то такое отобразилось на моем лице, потому что ректор тут же воскликнул:

– Ну что же вы так пугаете нашу милую птичку?! – и с укором посмотрел на секретаршу, но его взгляд сам собой сполз на самую выдающуюся часть ее тела, и ректор снова кашлянул: – Кхм, все будет хорошо, Эйлин. Вы, главное, будьте с ними построже. – Наконец, он снова посмотрел на меня и резко куда-то заторопился.

Я же стояла посреди коридора и думала о том, что…

Да ни о чем я не думала! Мне просто хотелось бежать отсюда за горизонт, туда, где нет никаких адептов, магистров и людей вообще. Потому что я точно знала, что сегодня познакомлюсь с самой неблагополучной группой и буду обязана рассказывать им, как нужно вести себя в обществе.

Стоило представить это, и у меня вырвался нервный смешок. Проходивший мимо запоздавший адепт вздрогнул и шарахнулся от меня прочь.

А я… расправила плечи и поспешила в свою комнату. Мне срочно нужна была дружеская поддержка Ё-ё, которого я оставила там, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Ну не плакать же я туда отправилась, в самом деле! Магистры ведь не плачут!

«И почему преподаватели считают, что послеобеденное время – самое плохое? По-моему, оно замечательное! – думала я трусливо, оглядывая аудиторию. – Адептов разморило от еды, они подобрели (сужу, конечно, по себе, и мне нравится так думать), а главное… они просто не пришли на занятия».

Колокол прозвенел. А в аудитории сидело всего восемь человек. Треть группы. И все они полулежали на столах или дремали с открытыми глазами.

Я подошла к кафедре и положила на нее свои бумаги. Руки подрагивали, и я спрятала их за спину.

– Добрый день, – произнесла я как можно более весомо и поправила очки.

– О, а ты кто? Новенькая? Перевели, что ли, откуда-то? – заметили меня наконец адепты и даже взбодрились.

Первое занятие у меня было с четвертым курсом моего факультета прикладной магии. В основном на этот факультет любили поступать девушки, так как именно прикладная магия могла больше всего понадобиться им в будущем. К тому же это направление было более универсальным, и на нем могли учиться адепты с любым даром, даже некроманты. Но они редко выбирали этот факультет.

Тем временем на меня уже все смотрели, и нужно было начинать занятие.

– Я ваш новый преподаватель прикладной магии магистр Эйлин эль Бланк.

– Магистр? – Одна из девушек удивленно выгнула бровь и окинула меня оценивающим взглядом.

– Именно. Я могу узнать, почему вас сегодня так мало?

– Так начало учебного года, – пожала плечами дородная сбитая блондинка, сидевшая в середине аудитории. Она подпирала рукой щеку и смотрела на меня, не скрывая скепсиса. – Отмечают уже, небось.

– А как же занятия? Без посещаемости не будет и хороших оценок, – отметила я, надеясь, что они передадут это одногруппникам.

Такая посещаемость хоть сегодня и была мне на руку, но ни к чему хорошему не приведет ни меня, ни адептов.

– И что? – зевнула она, даже не прикрыв рот рукой. – Там уже у всех женихи на мази или родители подсуетятся и все равно куда-нибудь их работать устроят.

– А те, кто все-таки пришел на занятия?.. – Я оглядела аудиторию с немногочисленными адептами.

– А у нас никто нигде не подсуетится, потому нам нужны хорошие оценки. Профессор Сурж всегда ставил их за посещение, – ответила мне соседка блондинки.

– А как же знания? – растерялась я.

Блондинка хохотнула:

– Да зачем они нам? Все равно придем на работу, и там нас научат паре-тройке заклинаний, которые нужны именно на том месте. У нас в Приграничье все по-простому. У вас что, не так?

– Но… Неужели вам самим не интересно узнать что-то новое?! – недоумевала я.

Мне было непонятно, как можно ходить на занятия и так откровенно халтурить? Во-первых, ради чего тратить столько личного времени? Во-вторых, куда смотрит комиссия по образованию? А в-третьих, прикладная магия ведь и в самом деле интересная! В ней столько всего, что я на месте ректора выделила бы несколько направлений!

– А что в прикладной магии интересного-то? – как-то по-простонародному спросила блондинка и основательнее оперлась щекой на ладонь. – Скука одна.

– Ага, – поддержала ее соседка. – Как концы ткани без шва соединить или пироги испечь, чтобы слюнки текли, мы еще на первом курсе узнали. А… – Она откинула обложку с учебника и зачитала несколько первых строк оглавления: – «Виды иллюзий и их магореализация, преломление магических потоков относительно разных поверхностей…» Пф, да кому это надо? Мы в фокусники и подмастерья артефакторов наниматься не собираемся.

– Но постойте… А как же… – вконец растерялась я.

– Да ладно тебе! Ты что, сама адепткой не была? – Блондинка махнула мне рукой. – Видно же, что только-только окончила академию. Ты лучше скажи, за посещаемость оценки ставить будешь? Или и нам к тебе на занятия приходить не стоит, магистр?

«Магистр» было произнесено с немалой долей иронии.

После этого вопроса все остальные отвлеклись от своих мелких дел и с интересом уставились на меня.

– Но… как вы собираетесь сдавать экзамены, если не будете ходить на занятия? – Я не могла принять такого отношения к предмету и терялась под насмешливыми взглядами все больше. – Дальше ведь будут еще и практические занятия.

– Там видно будет, – беззаботно ответила одна из адепток.

– Всех все равно не отчислят, а на троечку мы что-нибудь наболтаем и сделаем, – произнесла другая.

– И ректор смотрит на это сквозь пальцы? – намекнула я, что вообще-то и пожаловаться могу.

И не потому, что я злостная жалобщица, а просто так быть не должно! К тому же от растерянности я ничего более весомого придумать не смогла.

Адептки переглянулись.

– Жаловаться не советуем – тебе же хуже будет, можешь не сомневаться, – заявила мне подруга пышечки и тут же завела с ней тихую беседу.

Все остальные последовали их примеру, а я стояла и никак не могла понять, как это: просто ходить и сидеть на профильных занятиях?! Как это «на троечку»? Что значит «тебе же хуже будет»?!

– И все же сегодня я прочитаю вам первую лекцию, – неуверенно начала я занятие. – Давайте рассмотрим, что такое иллюзия…

Буквально через пару минут поняла, что никто меня не слушает и слушать не собирается. Я говорила все тише, голос срывался, а насмешливые косые взгляды адепток добивали мою самооценку.

Я замолчала на полуслове и сглотнула появившийся в горле ком. Такого пренебрежения я не ожидала. Мне… нужно поговорить с ректором. Да, он должен помочь. Не может быть, чтобы не помог. Пусть он хоть с ними поговорит и вразумит своим авторитетом, если я не могу!

Эта мысль придала мне сил, и я, вздернув подбородок, решительно вышла из аудитории и направилась в приемную ректора. Но даже не дошла до главного холла, как встретила ректора с секретаршей, которые куда-то шли.

– Эйлин, – нахмурился ректор, – вы почему не на занятиях? Насколько я знаю, после обеда у вас каждый день по две пары. И с утра тоже имеются.

– Эр ректор, адепты не хотят учиться! Представляете, они мне угрожают, что не будут ходить на занятия, если я не буду ставить им хорошие оценки за посещаемость. Понимаете, не за знания, а за посещаемость!

Я выпаливала слова, пытаясь донести до него глубину своего возмущения. Но никак не ожидала, что мне ответит секретарша, а главное – как!

– Милочка, а кто сказал, что будет легко?

Я хлопнула глазами оттого, что мне на голову будто вылили ведро ледяной воды.

– Марлена, – посмотрел на нее с укором ректор.

Но она не обратила на это никакого внимания:

– Вы магистр магии. Вы пришли преподавать? Так преподавайте. Если знания адептов по окончании семестра не будут соответствовать необходимому уровню, в этом будете виноваты вы, а не они. Вытирать вам слезы и выстраивать для вас отношения с адептами никто не нанимался.

В коридоре повисла звенящая тишина. Я просто не знала, как реагировать на подобную отповедь.

– Эйлин, Марлена, конечно, высказалась очень резко, но в общем и целом она права, – немного смущаясь, мягко сказал ректор. – Я не смогу присутствовать на всех ваших занятиях, чтобы служить пугалом для адептов. Вы преподаватель. Так сделайте так, чтобы им было интересно.

Я смотрела на этого немолодого полного мужчину с доброй всепонимающей улыбкой и с ужасом осознавала, что помощи ждать неоткуда.

– Интересно? – повторила по инерции, и у меня вырвалось: – Так, может, мне для адептов нужно сплясать?

Это я точно от нервов ляпнула, не иначе.

– Ну что вы, я не это имел в виду, – по-отечески потрепал меня по руке ректор. – И не расстраивайтесь так. Это всего лишь первый день. Адепты еще не отошли от каникул, скоро все обязательно наладится. Идите на занятия, Эйлин, идите. Не нужно оставлять адептов одних. Мало ли что может прийти им в голову в отсутствие преподавателя.

– А отвечать вам, – напутствовала меня Марлена.

И эти двое торопливо пошли дальше.

Я же застыла на месте, не в силах сделать и шага. Может, все-таки стоит вернуться в столицу, пойти к заму министра образования и ответить на его неприличное предложение? Тогда все станет просто и легко. Я отправлюсь во дворец к профессору эль Гернору и… перестану себя уважать.

– Эйлин? – внезапно раздалось совсем рядом, и мне в глаза с беспокойством заглянула та самая старушка-профессор, которая вчера хотела вытолкать меня из столовой. – Все так плохо? – спросила она, взяла меня под руку и отвела к окну. – Знаете, когда я начинала преподавать, это был сущий кошмар! – Она почему-то тепло заулыбалась, явно уйдя в далекие воспоминания. – Но все проходит. Вы обязательно наберетесь опыта и сладите с этими исчадиями Пустоши. Главное, не робейте и не показывайте, что вы их боитесь.

– Так обычно входят в клетку к тиграм. – Отчего-то простое человеческое участие этой старушки разжало тугой ком у меня в груди, который мешал дышать.

– Хорошо сказано! – усмехнулась она. – Помните: безвыходных ситуаций не бывает. А иногда, чтобы изменить ситуацию, нужно всего лишь изменить отношение к ней.

– Хорошо сказано, – грустно улыбнулась я, вторя ей. – Только я не могу представить, как к моей ситуации можно относиться иначе.

– О, тут много вариантов! – всплеснула руками старушка, и завитые седые локоны вокруг ее лица забавно качнулись. – Можно воспринимать ваше назначение как новую ступень для развития личности, можно представить, что вы самая настоящая укротительница, и научиться ловко пользоваться кнутом и угощением, а можно представить, что все это игра и только от нас зависит, насколько она будет увлекательной!..

Не заразиться ее оптимизмом и не улыбнуться в ответ было невозможно.

– Вот! Совсем другое дело, птичка моя. – И на этот раз «птичка» совсем не вызвало раздражения. – Теперь мне нравится ваш настрой.

– Спасибо вам, – искренне поблагодарила я профессора, сморгнула, чтобы избавиться от непонятно откуда взявшейся на глазах пелены, и… пошла обратно.

Зашла в аудиторию, не потревожив беседовавших и занимавшихся своими делами адепток, тихонько села за одну из парт и глубоко задумалась.

Что-то однозначно нужно менять. Конечно, еще пару дней назад я вообще не собиралась ехать в академию, чтобы кого-то чему-то там учить. Более того, буду честна хотя бы с собой, я боялась этого. Да и сейчас не особенно что-то изменилось. Ну не было у меня опыта выступлений перед большой аудиторией, а тем более работы с адептами. Я вообще обучалась дома один на один с профессорами. Но все же попробовать взглянуть на все иначе, как советовала профессор эль Валей, точно стоило. И не потому, что я не хотела возвращаться в департамент образования к эль Лавалье, хотя и поэтому тоже. Но главным образом потому, что меня до глубины души возмутило такое отношение к магии! Я не понимала ректора, который смотрел на это сквозь потоки, не понимала адептов, которые откровенно филонили, и не желала становиться для них чем-то, что легко можно подвинуть и забыть.

В чем-то Марлена права. Я магистр магии и преподаватель. А значит, должна сделать так, чтобы мой предмет учили и уважали. И кое-какие мысли у меня в голове уже начали появляться. Не знаю, насколько правильные и удачные, но… поиграем!

Я посмотрела на хихикавших и занимавшихся своими делами адепток и твердо решила: следующую пару я так бездарно не провалю.

Глава 5. О том, что магия в руках магистра – это МАГИЯ!

Следующая пара у меня ожидалась у адептов четвертого курса боевого факультета – той самой группы, которую я теперь курирую.

После предыдущей пары я была уверена, что на последнюю сегодня, практически вечернюю, в первый учебный день никто не придет. И все же была настроена провести занятие, даже если явится хоть один человек. И провести так, чтобы он проникся и другим передал, что прикладная магия в руках магистра – это МАГИЯ!

Каково же было мое удивление, когда я увидела, что ошиблась. Адепты не наплевали на занятие! Аудитория медленно, но верно заполнялась. Кто-то перешучивался, кто-то был хмур, кто-то откровенно негодовал, но почти вся группа была в сборе. С ударом колокола, возвещавшим начало урока, в лекционный амфитеатр ввалился какой-то парень и, зыркнув на кафедру, где я сидела за непрозрачным щитом, неохотно начал подниматься на последний ряд.

Однако оказалось, что он ввалился не сам – его впихнули. И я даже сразу увидела кто – мои вчерашние знакомцы Леон и Кайл, которые хотели провести для меня экскурсию по академии.

Они зашли последними, пристально осмотрели своих одногруппников, удовлетворенно друг другу кивнули и сели в центре аудитории. Неужели это им я обязана такой невероятной явкой адептов? Теперь вся группа была в сборе.

Но не время думать о посторонних вещах.

Я сняла очки, потерла переносицу и увидела совершенно иную картину реальности.

Академии магии построены на местах силы, где магические потоки особенно сильные и стабильные, поэтому я не удивилась, когда мир перед глазами заиграл яркими красками.

Каждая магия имеет свой цвет, и, переплетаясь, потоки подчас приобретают самые удивительные оттенки. Я давно уже привыкла видеть мир таким, но все равно на мгновение замерла, пораженная буйством красок.

Маги интуитивно чувствуют потоки и могут творить заклинания напрямую, используя разные потоки для разных видов заклинаний. Но это не самый простой способ. Основной – когда маг для сотворения заклинаний обращается к своему источнику. В нем магия перерабатывается из внешних потоков в тот тип, к которому предрасположен маг.

Но используется такая сила только для одного вида заклинаний, потому и важно владеть более сложными способами волшбы. К тому же резервы мага не безграничны, а в пространстве много потоков – только бери. Единственное, с внешними потоками обращаться куда как непросто, но при должном терпении и умении освоить их применение возможно. Я это умение тренировала постоянно.

Сняла щит, который накинула не из страха или неуверенности, а просто потому, что не хотела вступать в разговоры с адептами до начала урока. Это бы испортило мне эффект неожиданности. А сейчас он проявился в полную силу.

– О! А так это и есть наш новый магистр?! – воскликнул кто-то с задних рядов, и все затихли и уставились на меня.

Я оглядела их в ответ. Группа в основном состояла из парней, девушек было всего три.

– Добрый день, – как можно более уверенно произнесла я. – Меня зовут магистр Эйлин эль Бланк.

– Не, ребят, вот не зря вы меня сюда припинали, – расплылся в улыбке парень, которого впихнули в аудиторию мои знакомцы. – Чувствую, я буду на этих парах самым прилежным адептом.

– Не поверю, Рэй, пока не увижу, но направление твоих мыслей мне понятно, – ответили ему с другого конца аудитории.

– А уж я каким прилежным стану! – подхватили в другом конце. – Вот все сделаю, чтобы наш магистр хоть разочек нам улыбнулась! А то стоит вся такая строгая.

И я поняла, что упражняться в острословии эти ребята могут хоть до утра и нужно действовать.

– Вот и замечательно! – припечатала я.

Создала иллюзорную ступеньку и… поднялась на нее. Потом сделала еще одну, и еще – белую, розовую, фиолетовую, с золотистыми узорами… Адепты притихли, наблюдая за мной. Я поднималась все выше и продолжала творить иллюзии: постепенно у меня отрастали стрекозиные фейские крылья, удлинялись кончики ушей, строгая одежда сменилась на летящее шелковое платье, вокруг запорхали бабочки, а на голове сплелся венок из полевых цветов. Когда я поднялась метра на два от пола, за моей спиной в воздухе появился золотой трон, на который я величественно села.

Тишина в аудитории стояла гробовая. Но больше всего меня повеселили широко раскрытые глаза и рты адептов. Так и хотелось злобно крикнуть замогильным голосом: «Смотрите и внемлите мне, людишки! Уваха-ха!» Но я сдержалась. Самое главное было впереди.

Но лучше бы я на этом и закончила представление…

– Фея? – тихо предположил Кайл.

– Да ну на фиг, – возразил Леон. – Они же только в Пустоши встречаются. И говорят, жуть какие злобные.

– Говорят, – фыркнула я. – И как вы только бестиологию учите?

На моем лице тут же начали отрастать устрашающего вида клыки, зрачки сузились и вытянулись вертикально, а глаза увеличились и заняли пол-лица. На руках удлиннились когти, которым позавидовал бы любой монстр из Пустоши. Эти когти я со злорадной улыбочкой выставила перед собой… и внезапно прыгнула на боевиков.

Не я сама, конечно, а иллюзия, но кто же знал, что боевики окажутся такими нервными и неспособными отличить элементарную иллюзию от реальности?! И слава богам, что я догадалась на всякий случай набросить на себя не один щит, а целых три.

Почти все адепты мгновенно закрылись щитами, а в иллюзию феи от них полетели фаерболы, воздушные кулаки, водные шары и даже туча растительных шипов. О чем они только думали, запуская все это в закрытом помещении?!

Все-таки хорошо, что я магистр прикладной магии, а еще лучше, что сняла очки и смогла засечь все эти заклинания еще на стадии их формирования. Только поэтому мне удалось перехватить и нейтрализовать большинство из них сетью Валентайна, а остальные приняли на себя щиты.

Хотя нет, нейтрализовать удалось не всё – какой-то умник зачем-то кинул огненный шар не в иллюзию, а в потолок, и на нем появилась большая вмятина в ореоле копоти. Ну и как береничка на торте – «люблю» я эту ягоду до невозможности – всех, кто сидел под этим местом, засыпало кусками штукатурки и пылью.

В аудитории вновь повисла тишина. Все адепты смотрели то туда, куда прыгнула фея, то на меня, продолжавшую сидеть на троне уже в своем обычном виде, то на поврежденный потолок.

– Кхм, – прокашлялась я. Встала, развеяла трон и спустилась по ступенькам на пол. – Что ж, как минимум боевку вы знаете неплохо. В прикладной же магии – полные неучи.

– Это еще почему? – попробовал кто-то неуверенно вякнуть.

Я даже нашла этого адепта взглядом и покачала головой:

– А как назвать тех, кто не может отличить элементарную иллюзию от действительности? И ладно еще ступеньки, трон, платье… но на вас ведь летела совсем простенькая и даже полупрозрачная иллюзия! Вы такие на втором курсе должны были научиться различать! А если бы я не успела погасить ваши заклинания? Что бы сейчас было с этой аудиторией и как бы вы объясняли все преподавателям и ректору? Хочу напомнить, что за применение боевых заклинаний вне установленных для этого мест адептов могут исключить из академии!

Я покосилась на потолок и вздохнула – мне от ректора прилетит первой. Я ведь этот беспредел спровоцировала. Но кто же знал, что адепты настолько не знают предмет?! Они ведь уже на четвертом курсе!

– Так еще прибегут… – протянул Кайл, как и все, косясь на потолок. – Ректор точно засек возмущение магических потоков.

– И будем мы всей группой писать объяснительные, а потом не меньше месяца отрабатывать на подсобных работах, – согласился с ним Леон.

– Вот секретутка-то порадуется…

– И не говори, вот где злобная фея.

– Или рыбка…

– Не, рыбка даже звучит мило, а там акула.

– Крокодил…

Ах какой разброс мнений! Фея, рыбка, акула, крокодил…

– И я с вами, – вздохнула я.

– Что? – удивились адепты.

– Говорю, и я с вами писать и отрабатывать буду.

– Это почему? – удивились они.

– Так я теперь ваш куратор.

– Э-э-э… – протянул кто-то.

– Но это неважно. Главное, вы ведь и в самом деле не различили элементарную иллюзию. А любая иллюзия может скрывать нечто крайне опасное. Вы должны уметь это распознавать, смотреть вглубь. Понятно, что иллюзии высшего порядка так просто не пробить, а для вас это пока вообще невозможно, но я ведь показала только то, что вы должны были изучить еще на втором курсе!

О том, что я использовала комбинированные иллюзии, в которых ступеньки и трон укрепила сжатием воздуха, я благоразумно умолчала. Но фея-то, летевшая на них, и ее образ на мне были простыми иллюзиями!

– Так у нас был профессор Сурж, а он…

– …ставил оценки за посещаемость, – закончила я фразу за адепта. – А в Пустоши иллюзорные ловушки – не редкость. И именно к службе на ее границе вас готовят.

Моему дяде в юности пришлось там побывать, и он не раз меня наставлял, чтобы я ни в коем случае и ни при каких обстоятельствах не соглашалась там работать. Даже если мне предложат большие деньги и скажут, что нужно туда заглянуть всего на минутку.

– Тогда почему нам об этом не рассказывали на боевке? – спросил невероятно рыжий и конопатый адепт.

– Возможно, еще расскажут. Программа в академии составлена комплексно. На разных предметах вам дают знания так, чтобы вы их комбинировали и применяли на поле боя и в жизни. Кто же виноват, что вы не берете то, что вам дают? Насильно вам в мозг знания никто впихнуть не может.

«А потом оказывается, что у нас несопоставимо большие потери на границе», – подумала я с тревогой за этих адептов.

– Но мы думали, что уж что-что, а прикладная магия нам точно не понадобится, – растерянно призналась стройная невысокая брюнетка с короткой стрижкой и резкими чертами лицами. – Это же магия домашних клуш!

– И как? Только что вы себя кем ощутили? Сильным и готовым ко всему боевиком? – скептически выгнула я бровь.

И подумала, что не знаю, как она, а я почувствовала себя полной дурой – так подставиться в первый рабочий день! Называется, захотела впечатлить адептов. Нет, у меня это получилось, но что в итоге? Они ведь и в самом деле чуть не разнесли аудиторию и едва не прикончили меня! Хотя меня бы они даже не ранили – магистр я или нет? – но тем не менее.

В наступившей тишине мы все услышали за дверью приближавшиеся к аудитории шаги.

– Ох, что сейчас будет… – донеслось с задней парты, и тишина в аудитории стала невероятной.

Кажется, адепты, «предвкушая» момент истины, перестали даже дышать.

Н-да, кто бы мог подумать, что я когда-нибудь обрадуюсь тому, что была шкодливым ребенком? Нет, я вовсе не специально несколько раз чуть не разрушила дом дядюшки. Свою комнату я даже не вспоминаю – она была на грани полного разрушения, наверное, несколько сотен раз. И если бы я постоянно при этом попадалась, то все детство точно не вылезала бы из угла. Всегда удивлялась терпению и самоотверженности своего дядюшки. Сама бы я, наверное, побоялась селить такого ребенка, как я, в своем доме. Но еще больше я всегда поражалась его мудрости и дальновидности. Всего несколько отработок наказания в кухне и в конюшне – и я нашла и выучила сложное, но необходимое заклинание восстановления. Сначала, правда, я выучила более простые заклинания иллюзий, но они прокатили только один раз – дядя их быстро раскусывал и убирал. Да и жить в руинах – то еще удовольствие.

Тут, в аудитории, иллюзия тоже вряд ли подойдет. Если ее не видят адепты, это не значит, что не заметят преподаватели и ректор. Тем более что действительно сильную иллюзию нужно привязывать к предмету, то есть, по сути, делать артефакт, а на это времени не было совсем.

Размышлять дальше было некогда – шаги уже приблизились почти вплотную к аудитории. Я кинула заклинание на дверь, чтобы придержать визитеров, и начала сплетать магические потоки.

За ручку двери дернули.

Крупные части пробитого перекрытия начали возвращаться на свое место. Копоть с потолка черно-серой струйкой полетела в приоткрытое окно.

В дверь требовательно постучали.

Мелкие частицы потолка закружились над адептами затейливым вихрем, точно вставая на свои места.

В дверь уже забарабанили:

– Магистр эль Бланк! У вас все хорошо? Откройте!

В воздухе зависла белая пыль штукарки, которая поднималась прямо с волос адептов.

В дверь стукнули так, что я начала опасаться, что ее вынесут.

– Все хорошо! Не ломитесь, дверь открыта! – сказала я громко, сосредоточенно изучая белое пятно нового потолка. Нахмурилась, маленьким вихрем сняла слой пыли с одного из шкафов и распределила ее по потолку, ровняя цвет. – Открыто! – И сняла запирающее заклинание.

В аудиторию плечом вперед тут же ввалился магистр эль Мейр. Он явно вознамерился во что бы то ни стало выбить дверь. Только зачем плечом?

Следом за магистром вошел взволнованный ректор, за ним секретарша с ехидным выражением лица и еще несколько преподавателей.

– С вами все в порядке? – с беспокойством оглядел меня Даниэль.

Я сделала недоуменное лицо и наивно хлопнула ресницами. Мол, чего это он? Кстати, этот взгляд был у меня не раз отработан на дядюшке. Правда, он уже знал, что если я смотрю на него так, то точно где-то нашкодила, но тут-то меня еще так хорошо не знали.

Несколько мгновений преподаватели дружно смотрели на меня, потом на адептов, у которых на лицах застыло одинаково обалдевшее выражение.

– Что это с ними? – недовольно спросила секретарша.

– Так… учатся, – не сразу нашлась я с ответом.

– С таким придурковатым видом?

И тут мне стало за адептов обидно. Вид у них был ни разу не придурковатый. Удивленный и ошарашенный – да, но не придурковатый.

– Нормальный у них вид. А что бы вы сказали, если бы я продемонстрировала вам вот это? – И отрастила себе огромное иллюзорное паучье брюшко, хитиновый панцирь, лапы и даже жвалы.

Преподаватели дернулись, но быстро взяли себя в руки. Все-таки для них такая простенькая иллюзия – лишь элемент неожиданности. А вот секретарша повела себя необычно. Она икнула, растерянно подняла руку, прошептала:

– Арахнидка… – И потеряла сознание, правда, как-то так ловко свалилась, что оказалась на руках боевика.

– А, так у вас тут лекция об иллюзиях, – понимающе закивал ректор и покосился на Марлену на руках Даниэля. – Ну хорошо, не будем вам мешать. Пойдемте, коллеги, пойдемте!

Несмотря на все мои ухищрения, по виду эль Мейра было видно, что он что-то заподозрил. Он еще раз окинул аудиторию цепким взглядом и хотел о чем-то еще спросить, но ректор снова его поторопил:

– Даниэль, пойдемте! Марлене нужно оказать помощь.

Когда за ними закрылась дверь, я облегченно выдохнула, убрала иллюзию и посмотрела на адептов:

– Ну что, продолжим?

– А мы так же сможем? – восхищенно спросила брюнетка.

– Конечно, – пожала я плечами, не уточняя, что именно она имела в виду: иллюзии или заклинание восстановления. Я их всему научу, если захотят. – Не сразу, но при желании все возможно. В прикладной магии главное – иметь немного терпения, побольше фантазии и щепотку заинтересованности.

– Звучит как рецепт приготовления блюда, – хмыкнула сидевшая рядом с брюнеткой высокая крепкая шатенка.

– Именно! – улыбнулась я. – Но готовить я не очень умею и не люблю.

– Как так? – удивился Кайл. – Ты же… Вы же магистр прикладной магии!

Я задумчиво оглядела адептов.

– У вас у всех какое-то предвзятое отношение к прикладной магии. Давайте для начала вспомним, что же это за магия такая. Вот вы, – я указала на Кайла, – представьтесь, пожалуйста.

– Кайл эль Дуэйн, – с готовностью ответил парень.

– Отлично, адепт эль Дуэйн. Так что такое прикладная магия?

– Магия, призванная помогать в бытовых вопросах, – пожал он плечами.

– Все так считают? – Адепты молчали, явно согласные с Кайлом. – Хорошо, но почему тогда ее не назвали бытовой?

Адепты пожимали плечами и переглядывались.

– Хорошо, вернемся к программе первого курса. – Я зашагала вдоль первых рядов и взмахнула рукой – на доске замелькал мелок, записывая за мной определение. – Прикладная магия – это практическое применение магических знаний и навыков для достижения конкретных целей или решения определенных задач. Она может включать в себя использование заклинаний, амулетов, талисманов, рунических символов и других магических инструментов для изменения реальности в соответствии с желаемым результатом. – Я оглядела внимательно слушающих и даже записывающих за мной адептов. – Неужели в вашем представлении изменение реальности – это помощь в банальном приготовлении пищи или пошиве одежды? Да, это прикладная магия тоже может, но это лишь очень незначительные ее возможности. Прикладная магия призвана помогать людям в любых жизненных ситуациях. Я понимаю, почему в этой академии преимущество отдается боевой магии, лекарской, артефакторской и даже некромантской – вас готовят к жизни на границе с Пустошью. Но это ведь не значит, что все остальное не нужно! Скажу больше, артефакторика – это тоже прикладная магия, хотя ее принято считать отдельным направлением. Снимите с глаз шоры. Магия гораздо интереснее и многограннее банальной необходимости выжить! Магия помогает ЖИТЬ! Ярко, интересно, удобно и приятно! – Я сдула со лба локон. – Жарковато, не правда ли? Что я там говорила о том, что прикладная магия делает жизнь приятней?

Сосредоточилась, закрутила у потолка воздушные магические потоки, навесила на них заклинание охлаждения, и в помещении сразу стало намного комфортней. Это ощутила не я одна.

– Вы и этому нас научите? – спросил парень с передней парты, азартно поблескивая глазами.

– Вообще-то, это заклинание второго курса, – сокрушенно вздохнула я. – Похоже, мне придется сделать для вас факультатив, иначе вы просто не потянете программу. Я понимаю, что у вас и так мало времени, и…

– Мы будем ходить! – внезапно заверил меня переглянувшийся с Кайлом Леон. – Мы с Кайлом точно.

– А чего это сразу только вы? – возмутился парень с последней парты. – Я тоже буду!

– И мы будем! – загомонили все.

– Ша! – стукнул ладонью по столу молчавший все это время высокий мощный брюнет. Я таких больших мужчин раньше и не видела. Он один занимал два места. Наверняка в его роду затесались мифические великаны. И судя по всему, этот адепт имеет авторитет в группе. – Все будем ходить. Эра магистр, назначайте время…

Колокол возвестил об окончании пары, и я даже не сразу в это поверила – так быстро пролетело время. Адепты тоже недоуменно переглядывались, не торопясь покидать аудиторию.

– Задержитесь на минутку, – поторопилась я сказать, пока не поднялся шум. – Я теперь куратор вашей группы. В ближайшие дни нам с вами нужно выбрать старосту. Подумайте об этом заранее, чтобы не тратить время после занятий. Если у кого-то возникнут какие-то вопросы по учебе или проблемы личного характера – обращайтесь, буду рада выслушать и помочь, – выдохнула я почти на одном дыхании. – Все, занятие окончено. Хорошего вам вечера. Завтра у нас с вами первая пара, надеюсь увидеть группу в полном составе.

– Завтра первая пара у вас?! Кто тот гад, который составлял расписание?! – простонал Леон.

Адепты явно заинтересовались, но праздновать сегодня собирались на совесть, потому посещение первой пары, а может и второй, в их планы не входило. Но им некогда отдыхать. Нужно наверстывать упущенное. А потому стоило адептов немного простимулировать.

Я улыбнулась:

– Завтра я расскажу вам об одном заклинании, которое вам точно пригодится. Причем уже утром. Оно называется оздоровин, но в народе ему дали другое название – антипохмелин. – Адепты слегка обалдели и приободрились. И я решила их добить: – Первой десятке пришедших окажу помощь сама, остальным придется осваивать заклинание с больной головой.

Когда адепты покинули аудиторию, я устало села на стул и выдохнула. Надо же, как выматывает преподавание. Сил не осталось даже встать. Грела лишь надежда, что я быстро втянусь и станет попроще.

Внезапно дверь приоткрылась и в проеме показалась светлая макушка Кайла.

– Магистр, – во все тридцать два зуба улыбнулся он, – сегодня первый день занятий.

– Я знаю.

– Праздник.

– Угу.

– Большой праздник… для адептов.

– И?

– А вы наш куратор.

– Эль Дуэйн, хватит ходить вокруг да около! – не выдержала я.

– Нас нужно проконтролировать! – появилось над его головой лицо Леона.

– Пронаблюдать, чтобы мы не наделали дел, – кивнул Кайл.

– Удостовериться, что утром мы сумеем дойти до ваших занятий.

– Ага, откурировать, так сказать, – чуть ниже Кайла высунулся чернявый, которого впихнули на занятие последним. Он так широко улыбался… даже как-то слишком.

– Откурировать… – повторила я, хлопая глазами.

И почему мне кажется, что это слово даже звучит как-то нехорошо?

Глава 6. О том, что работа куратора разнообразна и крайне непредсказуема

«И почему я согласилась?!» Эта мысль билась у меня в голове все то время, пока я шла рядом со своими адептами по коридорам академии. Вернее, пока я по ним шла, мне все еще казалось, что я поступаю правильно, согласившись пойти с адептами в местный кабак и проследить, чтобы празднование начала учебного года не закончилось для них нехорошими последствиями. Но стоило немного подумать, как мое мнение изменилось, но было уже поздно.

– Мы ведь точно что-нибудь учудим, – вздохнул Кайл.

– Опять городскую стражу вызовут, накатают телегу в академию… – протянул Леон.

– А мы, можно сказать, впервые за все время не хотим подводить своего куратора, – закончил чернявый Рэй и вздохнул. – Но без вас все точно опять пойдет по старому сценарию.

– Какому еще сценарию? – хлопнула я глазами. Мне не хотелось никуда идти.

– Старому, – повторил Рэй. – И хорошо, если нас в кутузку не заберут, а то ведь на втором курсе было и такое. Вот тогда нашему куратору попало…

– Так, может, не нужно никуда идти? – забеспокоилась я.

По-моему, это логично.

– Как это не нужно?! – возмутились они в три голоса. – Это же традиция всех адептов королевства Ремар!

– И не только его!

– Но если все всегда заканчивается так плохо…

– Не в этот раз! Ведь теперь с нами будете вы! – воскликнул Кайл.

– Да-да, – поддержал его Леон.

– Традиции надо чтить! Не так их у адептов и много, – серьезно заявил Рэй. – И нам без вас в этот раз никак.

– Да, магистр, спасите наши традиции. – Кайл и Леон одновременно дурашливо приложили ладони к сердцу и посмотрели на меня так, что я немного опешила от напора этой троицы.

Конечно, я понимала, что они утрировали, но в то же время адепты говорили так убедительно, что я не смогла с ходу им отказать:

– Может, все-таки не надо?

– Надо! Все наши вас ждут!

– Вы теперь за нас в ответе и просто обязаны откурировать, – посмотрел на меня Рэй честными-пречестными глазами.

– Эмм… давайте без этого слова – оно вызывает у меня нехорошие ассоциации, – кашлянула я, все еще колеблясь. Но встретилась с просительными взглядами парней и все же решилась. Но не без условий. – Хорошо. Но к одиннадцати вечера вся группа должна вернуться в академию. Завтра ведь занятия, всем нужно выспаться. Идет?

– Вот вы это и проконтролируете, – радостно заулыбались парни.

Я тяжело вздохнула:

– Когда сбор? Где находится ваш кабак?

Адепты переглянулись.

– Так сейчас и поедем. Дело-то уже к ужину.

– Но мне нужно еще зайти к себе…

– Зачем? Вы прекрасно выглядите. О деньгах не беспокойтесь. Мы же вас пригласили, – невинно хлопнул глазами Леон.

– Но я так не могу! – возмутилась я всему и сразу.

– Ну, не хотите, чтобы мы за вас платили, тогда откроете в кабаке кредитную линию. Там охотно идут навстречу магистрам, – пожал плечами Кайл.

– Да и некогда по академии ходить. Ребята и наемные экипажи уже ждут у ворот.

– Да, мы ждем! И экипажи ждут! – раздалось из-за неприкрытой двери, и в аудиторию ввалились еще шесть адептов: три девушки и три парня. – Пойдемте, а? Там уже целый серебряный набежал за ожидание. Возницы возмущаются. Ребята буквально за руки их держат!

– Но…

Я совсем растерялась. Такое впечатление, что они знали: стоит мне попасть к себе в комнату – и я одумаюсь и точно никуда не поеду. А ведь я бы так и сделала!

– Пожа-а-алуйста, – улыбаясь, заканючили девушки, – без вас никак!

И я сдалась:

– Ну… хорошо.

«И почему я согласилась?!» – в который раз подумала, уже сидя в битком набитом экипаже. С обеих сторон меня стиснули широкие плечи парней. Напротив не менее тесно сидели еще четверо адептов.

И все же ехать вот так, в компании этих радостно гомонящих ребят, было необычно. Неудобно, душно, но весело.

У меня были друзья, пусть не очень близкие, и иногда я встречалась с ними на прогулках или на балах, на которые ездила без удовольствия – дядюшка настаивал. Там все было совсем иначе. Здесь же царила атмосфера бесшабашности, предчувствие веселья и ощущалось, что адепты дружны и делают все сообща.

Для меня это было ново. Да и в такое место, как кабак в Приграничье, я тоже ехала впервые.

Когда мы вошли в каменное приземистое здание, то первое, что бросилось в глаза, – дубовые столы и лавки. Никаких стульев, скатертей и других атрибутов приличного заведения, в каких я бывала раньше.

– Это лучший кабак в Анаре, – заверил меня Кайл. – Не ресторация, конечно, но адепты обычно отдыхают именно здесь. Мы заранее заказали места на всю группу. Вон, смотрите, ребята поехали раньше и уже сделали заказ на всех.

– Ага, этот кабак славится своими копчеными ребрышками и пивом, – присоединился к разговору Рэй.

– Да не стойте, магистр, пойдемте! – подхватили меня под руки Шейла и Мирта. – Ваше место во главе стола!

– Да?

Я снова растерянно обвела взглядом помещение, увидела несколько откровенно странных компаний и даже получила пару подмигиваний от мужчин уголовной наружности. Сглотнула, хлопнула глазами и пошла, подталкиваемая под локти, к длинному столу, стоявшему недалеко от сцены.

– Здесь каждый вечер играют и поют, а иногда даже приглашают танцовщиц, – пояснил Кайл. – Я же говорю – это лучший кабак в Анаре.

– Лучший… – по инерции повторила я и уставилась на сцену.

Там я, к удивлению, увидела вполне приличное пианино и прислоненную к нему гитару. «Интересно, что тут играют и поют?» – подумала, но развить эту мысль не успела – как раз дошла до стола. Адепты, приехавшие сюда раньше, загомонили, встречая нас радостными восклицаниями, а несколько подавальщиц со стуком и широкими улыбками поставили на стол сразу с десяток кружек с пивом.

– А мы вовремя! – воскликнули весело мои спутники.

– Ага… – протянула я, в который раз мысленно задавая себе вопрос: «И почему я согласилась?!»

– Держите, магистр! – Рэй сунул мне в руку кружку, полную пенного напитка.

Все остальные быстро разобрали другие и в мгновение ока помогли донести со стойки оставшиеся.

– С началом занятий! Пусть этот год принесет нам только хорошее! – выкрикнул Кайл.

– Он уже принес нам магистра эль Бланк! За магистра! – поддержал друга Рэй.

– За начало учебного года и за магистра эль Бланк! – подытожил Леон.

– За магистра!..

– За год!..

Адепты стучали краями кружек, не обошли стороной и меня, а кто не дотянулся – весело отсалютовали. Не пригубить после этого напиток было бы неправильно.

Отпила. А неплохо! Я думала, будет горько или кисло, а оно… неплохо. Освежает. И, похоже, совсем легкое. Отпила еще немного. На квас похоже, который у нас в парке продавали. Я пиво до этого еще ни разу не пробовала. Вино – да, даже коньяк однажды ради интереса. Дыхание тогда перехватило так, что я едва откашлялась и с тех пор зареклась даже пробовать крепкий алкоголь.

– Магистр, а в какой академии вы учились? – спросил меня сидевший рядом Рэй.

– Наверное, в столичной, – беззлобно хмыкнула Шейла.

Отчего-то признаваться, что я в академии не училась, не хотелось. Но и не ответить было нельзя.

– В хорошей. – И, поправив очки, поспешила спросить: – А как местный кабатчик относится к тому, что у него отдыхают адепты магической академии? Если кто-то решит помагичить в помещении, может случиться всякое.

– Тут и без адептов может случиться всякое, – хохотнул Кайл. – Приграничье же.

– Это да, – поддержал его Леон. – Но во всех кабаках Анара оповещалки стоят. Стоит кому-то потревожить магический фон, как сюда спешит ближайший патруль. На что-то мелкое оповещалки не реагируют, а на остальное… – Он развел руками.

– Да и стены этого кабака так замагичены, что переживут даже взрыв, – авторитетно кивнул Рэй. – Все-таки это излюбленное место адептов, и кабатчик подстраховался.

– И вообще, у нас в Приграничье не принято магичить в общественных местах.

– Не принято, – фыркнула Мирта. – Просто штрафы за применение магии в общественных местах такие, что больно бьют по кошельку даже аристократов. Я думала, везде так. Разве нет? – И уставилась на меня.

– Так, – подтвердила я. – Просто необученные маги – это зона риска. А здесь таких вон сколько отдыхает. Достаточно одному утратить контроль…

– Это да, но такого свои же вразумят. А если без драки совсем никак, то проще договориться о дуэли и сразиться на следующий день в академии, чем потом огребать от всех и сразу, – со знанием дела кивнула Мирта.

Я не могла с этим не согласиться. Но на втором курсе их группа побывала под стражей. А это значило, что среди адептов благоразумие не всегда берет верх над эмоциями.

Кабак потихоньку заполнялся новыми посетителями, и я увидела, как к нам с кружками в руках идут незнакомые ребята.

– Привет! – радостно замахали они нашему столу.

– Привет! – полетело им в ответ.

– Это лекари с четвертого курса, – просветила меня Шейла. – Мы к ним часто после боевки наведываемся.

– С началом учебного года! – отсалютовали те нашему столу, и все снова выпили.

– У вас новенькая? – с улыбкой поинтересовался один из лекарей. Высокий худой блондин с приятными чертами лица. – Такая симпатичная. Я у нас в академии таких не видел. Или это чья-то сестра на первый курс поступила?

– Ага, новенькая, – рассмеялся Кайл. – Знакомьтесь, это наш новый магистр прикладной магии. Вы к ней на занятия тоже скоро попадете. – И уже мне: – Магистр, это группа лекарей четвертого курса.

– Ну ты и шутник, – рассмеялся блондин. Не увидел на лицах боевиков ответного веселья и присмотрелся ко мне внимательнее. – Да ладно?!

Я важно кивнула и нервно выпила еще немного пива. В голове появилась некоторая легкость.

– Да, я магистр прикладной магии Эйлин эль Бланк. Завтра моя лекция у вас после обеда. Не опаздывайте.

– Да-да! Не опаздывайте! – переглянувшись, закивали боевики. – У нас сегодня кое-кто чуть в штаны не наделал после того, что показала магистр! – поделился впечатлениями Рэй.

Блондин и его друзья покосились на меня с опаской:

– Вы что, какое-то зелье или заклинание тестировали? Если к нам не заглядывали, значит расстройство желудка было кратковременным?

– Да ничего мы не тестировали, – рассмеялся Рэй и в лицах рассказал о том, что я показывала.

– Обалдеть ты гад! – внезапно заявила девушка-лекарь.

– Это еще почему? – опешил Рэй. И не только он.

– Теперь мы знаем, что будет, и нам неинтересно!

– Не переживайте, – поторопилась я их успокоить, – завтра покажу вам кое-что другое. Ближе к вашему профилю.

– Да? – Адепты заинтересовались. – А что?

– Увидите, – загадочно улыбнулась я, уже зная, что покажу им того же арахнида, но в разрезе. Специально для этого загляну в анатомический атлас чудовищ Пустоши, чтобы обновить знания.

– Тогда мы точно будем!

– А можно мы тоже придем? – внезапно спросил Леон.

– Вообще-то, у вас в это время будут другие занятия, – удивленно ответила я и, останавливая уже набравшего воздух для возражения парня, добавила: – И я, как ваш куратор, не могу допустить, чтобы вы их пропустили.

Леон с шумом выпустил из легких воздух, так ничего и не возразив.

– Ты… Вы их куратор?! – Лекарь-блондин с возмущением осмотрел боевиков. – Что вы пообещали за это нашей секретутке?

– Ничего, – рассмеялся Кайл.

– Везучие засранцы! – в сердцах воскликнул блондин. Посмотрел на меня, ойкнул и исправился: – То есть вы везучие счастливчики.

– Вот! – назидательно поднял палец Рэй. – И не завидуй.

– Ага, зависть – плохое чувство, – поддержала его Шейла.

В этот момент нам на стол принесли еду, и беседа свернулась. Лекари отошли к своему столу, прозвучал очередной тост, и я попробовала те самые хваленые ребрышки, о которых говорили парни. Вкусные.

Вечер проходил не так ужасно, как я успела себе навоображать.

– Скоро музыканты подойдут, – запивая ребрышки пивом, проинформировал меня Рэй. – Будет весело!

Глава 7. О веселье и песнях

И было действительно весело! Такую музыку и песни я слышала всего несколько раз, когда мы с дядей выбирались на народные гуляния. И после второго раза он, к сожалению, зарекся меня на них водить.

Ну а что? Я всегда была любознательным ребенком. А веселые народные песни запоминала на раз. Кто же виноват, что они не всегда бывают приличными, а у меня звонкий голос?

Однажды к нам приехали гости с детьми. И пока взрослые чинно общались за чашкой чая, мы, дети, остались предоставлены сами себе. Мне тогда совсем не хотелось с ними общаться – не терпелось проверить одно заклинание, которое я вычитала накануне. Но обязанности хозяйки дома никто не отменял. Я откровенно маялась и, когда скука достигла апогея, пересела в уголок, взяла гитару, на которой училась играть, и тихонько запела песенку. Дети тут же подсели ко мне и попросили сыграть что-нибудь еще такое же интересное. Ну я и выдала весь репертуар, который запомнила после недавнего гуляния. К концу мы уже все дружно горланили песенку с нецензурными вставками. Было весело. Но нас нашли взрослые… Меня тогда не сдали. Но дядя точно знал зачинщика, а эти гости к нам больше не приезжали. К нам почему-то вообще после первого-второго посещения редко кто приезжал с детьми снова.

От этих мыслей я, несмотря на то что песни становились все веселее, а народ начал выходить на танцпол, загрустила. Отпила еще пива из снова наполненной кружки. Удивилась. Здесь же вроде нельзя пользоваться магией? Как она пополнилась? Но тут адепты начали подниматься из-за стола, а Кайл весело улыбнулся и протянул мне руку:

– Магистр, окажите мне честь с вами потанцевать!

Я задумчиво оглядела скачущих адептов, подумала немного и протянула ему руку:

– А почему бы и нет?

Встала и почему-то покачнулась. Какие-то кривые у них тут полы. Нужно будет попенять кабатчику.

Кайл ухватил меня под руку и закружил. Потом мы разошлись, смешались с остальными танцующими, топнули, хлопнули, снова сошлись, весело улыбаясь и заряжаясь всеобщим весельем. Топ-хлоп, шаг по кругу. Топ-хлоп, разошлись. Топ-хлоп, закружились. Топ-хлоп, его руки на моей талии, и я взмываю вверх.

После Кайла меня пригласил Рэй, потом Леон, потом к нам подошел блондин с лекарского факультета, но парни снова утянули меня к столу, чтобы сказать тост и выпить. Пиво хорошо утоляло жажду.

Только в голове почему-то зашумело и перед глазами поплыло. Что за ерунда? Может, очки нечаянно заляпала? Хотела их снять и протереть, но сидевшие рядом Мирта и Шейла переглянулись:

– Магистр, а давайте ненадолго выйдем на свежий воздух? По-моему, нам всем нужно немного проветриться.

– Да, душно здесь, – согласилась я, и мы пошли к выходу.

Точно пожалуюсь кабатчику на пол.

На улице в голове немного прояснилось. Свежий воздух взбодрил. Я оглядела полутемный двор кабака. Глянула на освещенную лужами света от фонарей дорогу и… все-таки протерла глаза.

Не думала, что пиво так сильно пьянит! А ничем, кроме алкогольного опьянения, я не могла объяснить появление тех, кого увидела медленно идущими по улице и о чем-то сосредоточенно беседующими.

Я даже специально подошла ближе к невысокому забору, опоясывавшему трактир. Девочки остались увлеченно болтать у входа в кабак.

– Вы! – помимо воли вырвалось у меня гневное. – Это вы!

Мужчины посмотрели на меня и остановились. Надо же, я только сейчас заметила, что замминистра образования не менее высокий и широкоплечий, чем наш магистр боевой магии. Еще и глазами зелеными сверкает так, будто кот какой-то. И как только при своей кабинетной работе не потерял спортивную форму? Фу таким быть! Внешность должна соответствовать содержанию! А он гад! Как есть гад! И вообще, первый поцелуй у меня украл!

– Что вы здесь делаете? – внезапно требовательно спросил у меня боевик.

– Я?! Что я здесь делаю?! – возмутилась я до глубины души. – Это что он здесь делает?! – И ткнула пальцем в эль Лавалье.

Мужчины переглянулись и посмотрели на меня ну очень странными взглядами.

– Вам показалось, – внезапно выдал эль Мейр.

– Что показалось? – вытаращилась я на него.

– Я здесь один.

Я даже не поняла сначала, что он сказал.

– А этот индивид, по-вашему, мне мерещится? – наконец отмерла я, созерцая этот донельзя наглый дуэт мужчин.

– Да, – кивнули оба.

– А если он мне мерещится, можно я дам ему в глаз? – неожиданно даже для себя спросила я. И наверное, даже сразу бы это и сделала – я чувствовала, что сейчас и в глаз, и под дых, и по коленной чашечке не постеснялась бы дать своему обидчику… но мне помешал забор.

Мужчины снова переглянулись, и боевик внезапно ткнул мне пальцем за спину:

– По-моему, там кому-то плохо.

Я обернулась, увидела с интересом смотревших на нас адепток, к которым подошли уже несколько одногруппников. Все вели себя адекватно. Плохо точно никому не было.

Я повернулась назад к боевику, увидела, что он стоит один, и обличительно произнесла:

– Вы меня обманули!

– Послушайте, а что вы здесь делаете? – предпочел проигнорировать он мои обвинения.

– Курирую, – мрачно ответила я. – Где этот гад?

Где-то на периферии сознания я понимала, что называть прилюдно гадом замминистра образования неправильно и даже вредно. Но именно сейчас слова из песни, которая играла и била в набат в моей душе, выбрасывать не хотелось.

– Не понимаю, о ком вы. Я шел по улице один.

– Не верю! – Магистр смотрел на меня такими честными глазами, что я засомневалась. И произнесла уже менее уверенно: – Вы же с ним разговаривали…

– С кем? – Боевик изобразил настоящее беспокойство о моем душевном здравии. – Эйлин, вы сегодня пили?

– Я?! – почему-то возмутилась, но под требовательным взглядом потупилась и призналась: – Ну разве что немного пива.

– Вам нельзя пить, – уверенно произнес он.

– Я уже взрослая девочка и сама решаю, что мне делать, а что нет! – вздернула подбородок. Сколько можно меня воспитывать?! И кому?! – И вообще, я тут ребят курирую!

– Ага, нас! – подошли к нам мои адепты.

Бровь магистра выгнулась, и он окинул меня скептическим взглядом:

– По-моему, вы делаете это как-то не так.

– Ошибаетесь! – встал на мою защиту Рэй. – Наш куратор нас курирует так, как надо! И вообще, – обернулся ко мне, – магистр, а пойдемте уже внутрь. Без вас там скучно.

– А по-моему… – начал было боевик, но я его прервала:

– А по-вашему, вы тут в одиночестве куда-то шли. Вот и идите. – Развернулась и вместе с адептами пошла в кабак.

И в этот момент такой смелой и независимой себя ощущала, прямо ух! А еще обиженной и немного уязвленной. Хотя эмоций во мне сейчас перемешалось гораздо больше, но кто же будет в них разбираться?

Вошла внутрь с ощущением какого-то злого азарта. И… услышала последние аккорды танца. Музыканты принимали аплодисменты, кланялись и собирались уйти на перерыв.

И так этот перерыв сейчас не стыковался со звучанием моих душевных порывов, что я внутренне возмутилась и решительно поднялась на сцену. Подошла к слегка опешившему гитаристу, улыбнулась и попросила:

– Можно ненадолго взять ваш инструмент?

– Такой красивой девушке я готов отдать любой свой инструмент, – расплылся в улыбке музыкант.

– Нет-нет, больше ничего не нужно, – заверила я. – Только гитару. На остальном я играю плохо. Разве что на пианино, но…

– Так я научу. – И он странно пошевелил бровями. – На очень интересном инструменте играть научу.

Я озадачилась и вопросительно посмотрела на гитариста. Он улыбнулся еще шире и задвигал бровями активнее.

– У вас что-то с лицом? – решила уточнить я, уже догадываясь, что он имел в виду какую-то похабщину, но не совсем улавливала смысл.

– Ага, зубы ему жмут, – угрожающе сказал вставший рядом Рэй.

– Прямо во рту не помещаются, – поддержал его подошедший Кайл.

– И ночью по улицам ему ходить темно и несподручно, – раздался голос Леона.

– Почему? – не уловила я связи.

– Потому что фонаря не хватает.

– Фонаря? – переспросила, глядя, как гитарист с удивительной скоростью исчезает со сцены.

– Угу, под глазом. Не обращайте внимания, магистр. Вы хотели сыграть? – спросил Леон.

Мой энтузиазм уже немного поутих. Я посмотрела на гитару и огляделась. Поймала на себе заинтересованные взгляды собравшихся и осознала, что поторопилась выходить на сцену.

– Э-э-э… – судорожно соображала, как теперь отказаться от выступления и не показаться трусихой.

– А вы знаете вот эту? «Боевику никто не пишет»? – внезапно с горящими глазами спросил Рэй. – Или «Поздний вечер в сарае нас любовью не жалует»?

– Рэй, ты еще вспомни «Хоп-хэй, не прибей. Есть золотой? Золотого нет?», – с укором посмотрел на него Кайл.

– А есть и такая? – удивилась я.

Как, оказывается, богато народное творчество, а я и не в курсе.

– Магистр Эйлин, по-моему, вам лучше вернуться в академию, – внезапно раздался мрачный голос боевика, появившегося около сцены.

И если до этого момента я и сама начала об этом задумываться, то теперь точно не собиралась никуда уходить. Вот еще, слушать этого предателя!

Почему предателя и в чем, собственно, он меня предал, я бы вот так с ходу и не сказала, но сейчас мне это было и не так важно. Во мне снова взыграл дух противоречия.

Я перекинула через плечо ремень гитары, провела по струнам пальцами, проверяя звук и настройку, выдвинула одну ногу вперед и заиграла.

А играла я хорошо. Не зря училась. Поначалу, правда, занятия музыкой казались мне пустой тратой времени, которое можно было провести с интересной книгой или проверяя в деле новое заклинание, но потом втянулась и мне даже понравилось.

И сейчас, глядя на боевика-предателя, я резко ударила по струнам и провела сложный пассаж с верхних ладов вниз. Зацепила нить силы магии воздуха, увеличила звучание, делая его более объемным, и почти минуту с наслаждением выдавала сложные струнные комбинации, чередуя их с резкими аккордами. Вот такое у меня сейчас было настроение: рваное, задиристое, азартное.

Такую музыку обычно играют южане. Заезжал к нам как-то в гости один старинный друг дядюшки с сыном. И этот парень играл на гитаре именно такие мелодии. Без слов. Но когда струны поют ТАК, слов и не нужно. В тот момент в моем личном рейтинге кумиров он встал на одну ступеньку с архимагистром эль Апенвальдом, трактатами которого я зачитывалась.

Всю неделю, в течение которой они у нас гостили, бедный парень от меня прятался. Наивный. Спрятаться от мага в его собственном доме нереально. Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как меня учить.

Думаю, сейчас он бы оценил мое выступление. По крайней мере в зале перестали шуметь, взгляды всех были направлены на меня, и даже эль Мейр, скрестив на груди руки, отступил к одному из столов и задумчиво меня разглядывал. Я отметила это лишь мельком и снова сосредоточилась на музыке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.