Дана Делон
Амур и Психея
Повелители сердец
Новелла

© Дана Делон, 2024

© ООО «Клевер-Медиа-Групп», 2025

Prologus

ЭТОТ РАССКАЗ мог бы начаться так:

«Два божества порхали над городом любви в поисках тех самых душ, которые им предстояло объединить».

Но сперва стоит объяснить, что это за боги и почему они занимаются столь сложным делом. Да-да, влюблять людей далеко не так просто, как могло бы показаться. Но наши два героя тоже не так просты, как можно было бы подумать. Амур и Психея. Мифы об их любви вдохновили стольких великих творцов, что пара возгордилась собой. Боги любви решили, будто знают о людях все. Так ли это?.. Но обо всем по порядку.

Психея была воплощением женственности. Тонкие, идеальные черты лица. Бледная, почти прозрачная кожа с прекрасным алым румянцем. Розовые губы в форме сердца и, наконец, необычные пурпурные глаза, которые порой меняли оттенок и становились лавандовыми. Ее длинные густые волосы спадали чуть ниже колен, кончики завивались в кольца, а их цвет напоминал прекрасный весенний закат, переходящий от нежно-розового к сиреневому. За спиной у Психеи были пушистые ярко-малиновые крылья с россыпью блесток. Белоснежный хитон был заколот на плече брошью в форме сердца. Психея была ангелом любви и, наивно хлопая длинными ресницами, вершила судьбы людей.

Амур же был воплощением мужественности: крепкое красивое телосложение, идеальные широкие плечи и прекрасные руки с развитой мускулатурой. Густые светлые кудри добавляли образу обманчивую игривость. Однако за приятным лицом с прямым римским носом и огромными голубыми глазами скрывался поистине беспринципный характер. Его хитон был заколот брошью в форме стрелы. С плеча Амура свисал лук, тяжелый, из чистого золота, тетива его была создана самой Афиной и при натяжении загоралась розовым пламенем. На поясе бога любви висел колчан со стрелами – их выковал Гефест из молний Зевса. Говорили, что нет оружия на земле сильнее, чем стрелы Амура. Легенды гласят, что даже Арес, искушенный их властью, однажды выкрал одну стрелу… Так началась Троянская война – единственная в истории война во имя любви.

Амур и Психея обладали пленительной властью… такой огромной, что сама Гера им завидовала, хоть и скрывала это за холодной улыбкой и скучающим выражением лица. Но власть затуманивает рассудок. Или так говорят только о людях? Одурманивает ли власть богов? Наверняка. Амур и Психея называли себя повелителями людских сердец. Как скажут, так и будет. Ведь управляли они любовью. Самым могущественным, что есть на земле. И все же можно ли противиться воле богов? Об этом мы узнаем чуть позже.

Дорогой читатель, перед тобой открывается история любви или же разбитых чувств и надежд.

Акт I
Два Супер-Кота, или Неожиданный поворот

НЕТ НИЧЕГО ПРЕКРАСНЕЕ ВЕСЕННЕГО ПАРИЖА. Город просыпается после серой, безжизненной зимы: свинцовые тучи рассеиваются, лучи солнца прорезают небо, и начинается цветение… розы, пионы, сакуры. Весенний Париж облачается во все оттенки розового, и люди, вдыхая его сладкий воздух, перерождаются вместе со столицей. Террасы кафе заполняются, страсть понемногу овладевает парижанами, известными прожигателями жизни.

Амур и Психея обожали Париж в это время года. Они питались страстями, что кружили головы парижанам, и их любовные стрелы летали взад и вперед.

Стоял необычайно теплый день для начала весны. Люди с облегчением сбрасывали куртки, пальто, стягивали шарфы. Психея и Амур, взявшись за руки, легко перешагивали с одного облака на другое.

– Какую историю любви тебе хотелось бы написать, дорогой? – Голос Психеи напоминал Амуру пение птиц.

– Чего у нас давно не было? – поинтересовался он и задумался. – На прошлой неделе была запретная любовь в Стамбуле. Месяц назад – пожилая пара в Рио…

– Кажется, у нас давно не было любви сквозь года, – защебетала Психея. Ее крылышки трепетали. – Смотри, детская площадка.

Амур окинул взглядом шумную толпу, от которой хотелось улететь как можно дальше, но его вторая половинка была права. Давно у них не было той самой любви, что зарождается в детстве и проносится яркой вспышкой через всю земную жизнь.

– Подлетим ближе? – Психея нежно потянула его за собой, вниз.

Амур больше предпочитал небо, но спорить не стал. Им нужно было выполнять план. Любовь необходимо распространять… как вирус, сказала бы Гера. Но Амур знал, что его цель более возвышенная и не все могут постичь красоту его дел.

Тем временем на земле все было настолько человечно, что он не выдержал и нахмурился с отвращением. Нет, он любил людей, особенно творцов: писателей, художников, скульпторов, поэтов, актеров, певцов. Он вдыхал в их легкие вдохновение, награждал некоторых безответной любовью, и из их мук порой рождались шедевры.

– Может, поищем еще? – с досадой спросил он, глядя на грязных крикливых детей, сражающихся за очередь на горке.

– Не будь высокомерным, – мягко попросила Психея. – Ты не можешь дарить любовь только избранным. Они все ее заслуживают!

Амур мог бы с ней поспорить, но не стал. Она была женщиной, и это их удел – витать в облаках и мечтать о несбыточном. Нет, Амур не верил, что любви заслуживают все, и хотел дарить ее только лучшим. Но он боялся, что правда убьет в глазах жены тот мечтательный флер, который он так любил. Да, Амур был готов раздать свой дар всему человечеству – ради нее, ради Психеи.

– Сейчас мы найдем тех самых. – Она тихо хихикнула, присаживаясь на верхушку дерева.

Амур устроился рядом и огляделся. Они были недалеко от Марсова поля, где возвышалась Эйфелева башня. На ее фоне люди любили фотографироваться, целуясь. Амур не понимал, почему этот железный монстр так привлекал влюбленных. Впрочем, бог любви давно осознал одну вещь: все человеческое не познать, как ни старайся. Люди странные. Живут свою короткую жизнь и занимаются всякой ерундой вроде таких фотографий. О, если бы у него было всего каких-то жалких восемьдесят лет… Он бы, наверное, увяз в тоске от безысходности. Люди же жадны до жизни, и дети были лишь одним из доказательств этой жажды.

– Правда они миленькие? – Психея подняла тонкий палец и указала в центр. – Посмотри-посмотри. – Ее голос дрожал, а глаза заволокло лавандовой пеленой. – Чувствуешь?

Амур почувствовал – импульс, похожий на короткое замыкание.

– Она ему нравится! – восторженно защебетала Психея.

Амур улыбнулся и отвел любящий взгляд от жены. А затем он увидел их. Детей. С виду лет десяти. Девочка с непослушной копной рыжих волос и пронзительными карими глазами, сурово нахмурившись, отчитывала мальчика так строго, что Амур не мог сдержать удивления. Девочка резким движением вырвала из рук мальчишки игрушку и топнула полной ножкой по земле. Да, она явно была любительницей пирожных – округлые щечки, словом, пышка. Мальчик, напротив, казался полной ее противоположностью. Он был выше своих ровесников, сутулый и худой. После отповеди девочки он нервно сглотнул и, понурив голову, опустил бледно-голубые глаза.

– Как тебе не стыдно! – прогремела девочка и показала толстенький кулачок. – В следующий раз как вмажу!

У мальчика расширились глаза от ужаса.

– О, Олимп! Он покорен ею! – восхитилась Психея. – Чувствуешь?

Амур чувствовал, как маленькое наивное сердечко мальчика колотится в детской груди. И о чем только думал этот малец? Влюбиться в такую? Она же жуткая грубиянка! «Нет-нет. Не в мою смену», – думал он.

– Доставай стрелу.

Голос возлюбленной вызвал в нем новый приступ негодования. Какую еще стрелу? Она что, не видит? Это не девочка! Это стихийное бедствие!

Рыжая, не получив отпора, довольная, хмыкнула и побежала расталкивать всех на горке.

– Никогда, – отрезал Амур. – Никогда. Эта негодяйка испортит ему жизнь! Ты только посмотри на нее! – Амур качнул головой, и золотые кудри упали ему на лоб. – Мальчишку нужно спасать от этой… этой…

Он не хотел произносить ругательства вслух. Все-таки речь шла о маленькой девочке. Но, глядя на то, как она, расставив локти, расталкивает мальчишек и с громким воинственным криком скатывается с горки головой вперед, Амур решил, что этому НЕ БЫВАТЬ!

Психея прищурилась.

– Спасти? От девчонки? – тихо-тихо спросила она.

– Испортить жизнь так, как это способна сделать женщина, не сможет ничто, – хмыкнул Амур, но, увидев, как потемнели глаза возлюбленной, понял, что перегнул палку.

Когда-то боги любви обожали играть с сердцами людей, разлучая тех, кто казался идеальной парой, и соединяя самых неподходящих. Но Амур и Психея не просто обладали властью над любовью – они также осознавали ее хрупкость. Не каждая пара, несмотря на чувства, способна выжить под натиском реальной жизни. Боги слишком часто видели, как любовь может сгореть ярким пламенем, оставив после себя лишь пепел разочарования. Да, давным-давно они наслаждались тем, что соединяли противоположности и наблюдали за тем, что из этого получится. Но мудрость пришла с годами. И сейчас Амур точно знал: иногда разъединить двоих будет милосерднее, чем дать им слиться в губительном союзе.

Амур и Психея вели вечный спор. Они часто пытались спасти людей друг от друга, но каждый стоял на стороне своего подопечного. Он на мужской, она – на женской. И никогда еще не было такого, чтобы они пришли к компромиссу. Напротив, их споры часто перерастали в войну.

– Она испортит ему жизнь?! – Голос Психеи больше не напоминал пение птиц, он был наполнен возмущением. – Да ты посмотри на него! Хлюпик хлюпиком! Это он ей испортит жизнь! Своей нерешительностью! Неумением постоять за себя!

Амур глубоко вздохнул и досчитал до десяти. Спорить с женой он не любил.

– Как скажешь, – наконец ответил он, решив схитрить.

В этот раз он не станет доказывать Психее, что ее подопечная – полнейшая катастрофа! В голове бога возник другой план.

– Значит, мы оба согласны с тем, что они не подходят друг другу? – Голубые глаза засверкали от предвкушения победы.

Психея высокомерно поджала губы и откинула назад длинные волосы:

– Совершенно не подходят!

– Значит, эта его симпатия – минутное увлечение и стрелы не нужны? – продолжил свое наступление Амур.

– Не нужны, – отрезала она.

Но вдруг Психея почувствовала новую искру. Всплеск эмоций. Вихрь чувств. Ее взгляд снова упал на девочку, которая вертела головой в поисках кого-то. В руках у нее было две игрушки: два Супер-Кота из мультфильма «Леди Баг». Наконец девочка заметила мальчика у выхода с площадки. Он замер у калитки, увидев ее озадаченное лицо. Она, неловко пожав плечами, взмахнула в воздухе двумя фигурками. Мальчик кротко улыбнулся и одними губами произнес:

– Дарю.

Амур и Психея переглянулись, не понимая, что только что произошло. А случилось вот что: девчонка по имени Лола Дюпон, или Ло, решила, что мальчик – Тюгдюаль Шевалье, или Тюг, как называли его все (ибо произнести полное имя казалось невозможным; мальчишку назвали в честь прапрадедушки старинным бретонским именем, символизирующим смелость и храбрость. Вкупе с фамилией Шевалье это выглядело насмешкой судьбы, вот такое он носил рыцарское имя), присвоил себе ее игрушку. Она отчитала его со всей яростью, на которую была способна в свои девять лет, а нрав у нее был вспыльчивый и горячий. Но вот теперь она осознала, что ее Супер-Кот все это время лежал на лавочке рядом с мамой, а игрушка Тюга принадлежала ему. Вот такой конфуз. Стыд, липкий и неприятный, заставил ее пухлые щеки залиться румянцем. Но Тюгдюаль выглядел так, словно ни о чем не жалеет.

– Дарю, – тихо повторил он, и сердце Ло дрогнуло.

Только это никак не входило в планы двух божеств. Амур и Психея продолжали пристально смотреть друг другу в глаза.

– Они не подходят…

– Абсолютно точно…

– Грубая девчонка…

– Неженка, а не мальчик!

– Их нужно уберечь друг от друга.

– Ну разумеется!

И тогда боги впервые разлучили Тюга и Ло. Папе мальчика предложили работу, от которой он не мог отказаться, и вся семья переехала в Тулузу. Сколько бы Лола ни ждала Тюгдюаля на площадке, притащив для извинений конфеты и двух Супер-Котов, мечтая о том, как заглянет в его голубые глаза и громко рассмеется от неловкости, этой встрече не суждено было случиться.

Мечты остались лишь мечтами.

Акт II
Здесь случилось пари и затрепетали бабочки

О ТОМ, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ, люди спорят с начала мироздания. Многие пытались заключить ее в рамки и вписать в бог знает какие определения. Но правда заключается в том, что любовь непостижима, как бы сильно человечество ни стремилось ее контролировать. Амур знал это. Он чувствовал любовь иначе. В сознании бога она напоминала огромную вселенную со сверкающими звездами и миллионом тайн. Хотя он делал вид, что познал любовь полностью!

Лола готовилась к началу учебного года основательно. Как-никак летом ей исполнилось четырнадцать лет, и в этом году она сказала себе, что у нее появится парень. Ло не строила иллюзий касательно мальчиков-подростков, прекрасно осознавая, какие они тугодумы. «Если хочешь чего-то, то добейся сама», – сказала она своему отражению. Да, характер у нее был бойкий, она не из тех, кто будет стоять в уголочке, опустив глаза в пол, в ожидании любви всей жизни. Так ведь можно простоять и целую вечность! А у нее не было вечности. Поэтому она была настроена серьезно: новый учебный год, новый класс, новые знакомства и, возможно, первый поцелуй. Хотелось ли ей, чтобы это было сказочно? Определенно. Она мечтала, как приподнимет носочек правой ноги, словно принцесса, и почувствует на своих губах теплые, мягкие губы мальчика, который ей нравится.

Романтические порывы никогда не были чужды Лоле. Но, глядя на себя в зеркало, уже в четырнадцать лет девочка прекрасно понимала: сколько бы раз папа ни говорил ей, что она самая прекрасная мадемуазель на всем белом свете, Ло явно была на любителя. С рыжими, торчащими в разные стороны волосами, фигурой шире и ростом ниже, чем у большинства девочек в ее классе. А эти веснушки? Боже, они покрывали все ее лицо! Девочке хватало смелости признаться самой себе, что внешность – не главное ее оружие. Она еще не знала о своих козырях и видела лишь недостатки. А между тем силой Ло была ее улыбка. И раскатистый смех. И задорный характер. Но, когда тебе четырнадцать лет, ты замечаешь лишь то, как не вписываешься в принятые рамки «прекрасного».

В тот год Ло продумала свой образ до мелочей: голубые джинсы фасона бойфренд кое-как прятали широкие бедра, оверсайз-футболка скрывала выпуклый животик, бока и даже грудь, которая в четырнадцать лет уже была достаточно большой, чтобы вызывать неловкость. Поверх Лола надела худи – тоже на размер больше необходимого. На худи была Уэнсдей со своей коронной фразой: «Это мое счастливое лицо». Ло выпрямила непослушные волосы, и они, словно пакли, облепили ее череп. Ей нравилось то, что получилось. И она надеялась, что в школе найдется мальчик, которому это тоже понравится. По крайней мере, Ло познакомится со всеми, будет остроумной и обязательно подружится с крутыми девчонками. Вокруг таких всегда крутятся мальчишки!

Итак, Лола закинула в сумку дневник, на котором огромными буквами было написано название ее новой школы: Paul-Claudel d'Hulst, и побежала навстречу новым свершениям.

Тюг был рад возвращению в Париж. Он скучал по родному городу и за четыре года так и не привык к Тулузе. В Тулузе отец отдал его на баскетбол, и Тюгдюаль влюбился в этот вид спорта. Там он чувствовал себя как рыба в воде.

Мальчишка уезжал сутулым каланчой, а возвращался еще более сутулым и несуразным. Длинные ноги и руки казались чужими – их будто взяли у взрослого мужчины и прилепили к телу подростка. Хотя бабушка, увидев внука, восхитилась и объявила, что он красавчик, старшая сестра лишь громко фыркнула. Этот эпизод Тюг старался вычеркнуть из памяти. Неприятно, когда над тобой смеются. В общем, он был слишком высоким, с темными кудрявыми волосами и голубыми глазами, которые казались ярче на контрасте с цветом локонов.

Тюгдюаль, в отличие от Лолы, не готовился к первому дню школы. Он чуть не проспал. Вылетел из дома под крики матери о том, что это никуда не годится. Парнишка даже не умылся. Повезло, что в старых джинсах завалялась жвачка с ментоловым вкусом. Тюг сонно потер лицо и быстрыми шагами направился в новую школу – Paul-Claudel d'Hulst.

Понимаете, к чему я клоню? Да-да, Тюг и Ло будут учиться вместе! Судьба? Сомневаюсь. Может, просто удача. Или нечто большее, не подвластное… даже Амуру (только ему не говорите!).

Лола и Тюгдюаль столкнулись лицом к лицу у самого входа – больших деревянных ворот. И поверьте, вспышка, которую испытали Амур и Психея во время этой встречи, не так уж часто случалась на их пути.

– О, Олимп! Какой-то парнишка влюбился по самые уши! – закричала сонная Психея и, схватив мужа за руку, стремительно полетела на землю.

Лола не могла поверить своим глазам. Она несколько раз моргнула, стараясь сбросить оцепенение и удостовериться, что это действительно он. Тот самый мальчик с Супер-Котом. Тюг тряхнул головой, и кудряшки упали ему на лоб. У Ло перехватило дыхание.

– Нет… – прошептала Психея. – ЭТО ЖЕ ОНИ, ТЕ САМЫЕ ДЕТИ!

– Мы тогда были абсолютно правы, – фыркнул Амур, глядя на них. – Ты только посмотри, как нелепо они смотрятся рядом!

Тюг был выше Ло на три или четыре головы и ýже нее раза в два. Мальчишка попытался было что-то сказать, но не смог вымолвить ни слова. Зато Лола едва не бросилась ему на шею от восторга и переизбытка эмоций.

– НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! – завизжала она.

Тюг от неожиданности отшатнулся и покрылся алыми пятнами.

– Боже, эту пытку нужно прекратить немедленно, – зевая, произнес Амур. – Почему его родители вернулись?

– Контракт закончился, – озадаченно сообщила Психея, изучая длинный пергамент, что появился у нее в руках прямиком из облачка.

Лола схватила Тюга за длинный рукав и потянула во двор школы.

– Я Ло, Лола, – выпалила она. – Боже, я, должно быть, сплю! Что ты тут делаешь?

Тюг испуганно оглядел ее, сглотнул и несколько раз моргнул:

– Я… Э-э… Ну…

– Точно-точно, ты тут учишься! Конечно! Какой глупый вопрос.

Начал накрапывать мелкий дождик, но Лола его не заметила – все, что она видела, были кристально-голубые глаза мальчика. Того самого мальчика. Ее волосы тем временем от влажности начали вставать дыбом. Тюг с интересом наблюдал, как прическа девочки превращается в одуванчик. А Лола самозабвенно продолжала болтать.

– Я тут новенькая. Интересно, какие у нас будут учителя? А ты в каком классе?

Он вновь открыл рот, чтобы ответить, что он тоже новенький, но она снова спешно его перебила:

– На вид мы ровесники, было бы круто, если бы мы оказались в одном классе, правда?

Ей показалось или он действительно кивнул? Отмахнувшись от этой мысли, она продолжила:

– А ты в английском шаришь? Вот я не очень! Если что, будешь мне помогать, ладно? – Слова вылетали из ее рта со скоростью света, и она ничего не могла с этим поделать. Слишком нервничала.

Амур сел на тучу и качнул головой:

– Ужас, она даже не дает ему вставить хоть слово!

– Да, она боится неловкой паузы, а твой парень – тормоз! Молчит, словно воды в рот набрал, – отругала мужа Психея.

Бог любви захохотал:

– Да у нее язык как вентилятор – работает без остановки!

Психея сложила руки на груди:

– Конечно, всегда мы виноваты! Думаете, это так легко – спасать разговор?

– СПАСАТЬ?

– А ты думаешь, чем она занимается? Бедная, бедная девочка, – запричитала Психея и спрятала пергамент обратно в облако.

Амур громко фыркнул:

– Так, все, нам срочно нужно продлить рабочий контракт его отца.

– Да-да, чем быстрее, тем лучше!

И все бы так и закончилось, но неожиданно рядом возникла Гера. Короткая стрижка подчеркивала острые черты лица: выпирающий нос с горбинкой и подбородок, который торчал так, словно жил своей жизнью. Одета она была в легкую синюю накидку под цвет волос. Богиня скучающе оглядела Амура и Психею.

– Чем занимаетесь? – спросила она, внимательно изучая выражения их лиц.

Говорили, что Гера умеет читать мысли, – столь пронзительно смотрели ее глаза цвета индиго.

– Устраиваем судьбы, – Амур выпрямился и расправил плечи.

Ему не нравилось, что рядом с Герой он раз за разом чувствовал себя маленьким мальчиком. Он бог любви!

– Получается? – насмешливо уточнила Гера и недобро оскалилась. – Планируете разлучить эту парочку? А я думала, вы, наоборот, сводите…

Нет, она правда могла читать мысли, иначе откуда ей это было известно?

– Они не подходят друг другу, – тихим неуверенным голоском прошептала Психея.

– Да? А вы тогда при чем? – Гера приподняла идеальную бровь и надменно выпятила подбородок. – Или боитесь, что ошиблись?

– Мы никогда не ошибаемся! – слишком резко произнес Амур.

Это было ошибкой. Гера обожала споры и сейчас, учуяв уязвимое место Амура, намеревалась бить прямо в цель.

– Тогда зачем вам нужно их разлучать? – Она сузила глаза и сделала шаг навстречу Амуру. – Если ты всесильный бог любви и никогда не ошибаешься?

Амур молчал, сжав губы в тонкую линию, и смотрел на нее исподлобья. О надменности Геры ходили легенды, и все они меркли по сравнению с реальностью!

– Что ты хочешь? – все же спросил бог любви, предчувствуя подвох.

– Как насчет пари? – Темные глаза царицы Олимпа засверкали. – Вы не станете отправлять этого мальчишку куда подальше, и мы посмотрим, что из этого выйдет.

– Я. Никогда. Не. Ошибаюсь, – чеканя каждый слог, проговорил Амур.

Тучи над Парижем сгустились, и дождь стал лить с новой силой. Амур действительно верил… верил в свою правоту. Казалось бы, вмешательство богов любви – это всего лишь игра, но, как ни парадоксально, в некоторых случаях они действовали стратегически. Амур лишь хотел выполнять свой долг – дарить людям любовь! А для этого иногда нужно было прибегать к хитростям. Например, некоторых нельзя было сводить слишком рано; некоторых, как Лолу и Тюга, нужно было разбросать по разным уголкам планеты! Амур, в отличие от других богов, изучал свои промахи, хоть в них никогда не признавался… А также, по секрету, бог любви ненавидел ошибаться!

– Вот и посмотрим, – подмигнула Гера.

Впервые за много веков на лице Геры проступило настоящее любопытство. На что же способны эти дети? Неужели им под силу доказать, что Амур не всесилен? Что бог любви не всезнающий?

Лола продолжала болтать, а Тюг – наблюдать за тем, как ее волосы все сильнее пушатся вокруг головы. Гера от предвкушения едва не потирала ладони. В сердце Амура пробивался маленький росток сомнения: контролирует ли он любовь на самом деле? Но божественное эго не было готово отступать.

– Вот и посмотрим, – прогремел он.

Психея переводила растерянный взгляд с Амура на Геру. Спорить с мужем она любила, а вот с царицей Олимпа старалась видеться как можно реже.

Лола громко расхохоталась над собственной шуткой, и Психея почувствовала, как сердцебиение Тюга участилось. Парнишка во все глаза смотрел на странную девочку, чьи рыжие волосы, словно наэлектризованные, торчали как антенны. Психея знала, что Амур тоже чувствует тепло, которое томится в мальчишеском сердце, дрожь в теле и нервозность. Лола наклонила голову набок и изучающе оглядела Тюга. В ее сердце затеплилась надежда, а в голове пронеслась мысль: может, он тот самый?..

Нужно было срочно что-то делать. Отправить парнишку подальше они не могли! Психея оглядывала идущих в школу учеников и судорожно пыталась что-то придумать. Ей нужна была гениальная идея! Да, вот оно… Гениальной идеей оказался старшеклассник лет шестнадцати. С модной стрижкой (точнее ее отсутствием), нахальной улыбкой и ленивой походкой. Пока он шел вдоль тротуара в сторону школьных ворот, девочки по обе стороны дороги едва не падали в обморок. Его звали Тимоти. Непослушные густые каштановые волосы развевал ветер, а глаза невероятного зеленого оттенка искрились весельем и легкой хитринкой. Психея бросила беглый взгляд на Геру – та все еще ехидничала с Амуром. Богиня любви воспользовалась ситуацией и быстро взмахнула тонкой розовой ручкой. Вокруг Лолы запорхали голубые бабочки, и, когда мимо проходил Тимоти, их крылышки заволокли лицо девочки… Один мимолетный взгляд зеленых глаз парня – и Лола почувствовала, как превращается в лужицу. В фан-клубе Тимоти Шалане случилось прибавление.

Тюг несколько раз моргнул и тихонько откашлялся, чтобы хоть как-то привлечь внимание новой подруги. Но все, что видела Лола, – это каштановые непослушные волосы и обаятельная улыбка старшеклассника.

Акт III
Безответная любовь, или Магия дурацкого Тимоти Шалане

ПРОШЛО ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ с начала учебного года, и Тюгдюаль втайне ненавидел этого шестнадцатилетнего самовлюбленного индюка. Тот первый день сентября принес как хорошие новости – Тюг и Ло оказались одноклассниками, так и не очень – в лице тупого Шалане, который, даже проходя по школьному коридору, любовался собственным отражением в окнах. Лола, конечно, этого не замечала. Тюг был удивлен, как у девочки с высшим баллом по математике и физике не хватает мозгов увидеть очевидное – самовлюбленность придурка Тимоти. Но нет, Лола хранила в телефоне скрины с фотографиями из его соцсетей. А еще на переменах Ло и Тюг все чаще оказывались там, где бывал Шалане, и девчонка, вся красная, еле живая, поглядывала на него из-за угла.

Сегодня Тюгдюаль был твердо намерен нарушить эту «традицию».

– Я не пойду на третий этаж! – заявил он серьезным тоном, который весь вечер репетировал перед зеркалом. – У нас информатика на нулевом. Ты предлагаешь потом опять бежать со всех ног?

– Ну пожалуйста, Тюги, – умоляла его Лола, округлив большие карие глаза, – я же не могу стоять там одна, как идиотка.

– Мы могли бы просто туда не идти!

– Тюги, я не видела его весь день!

– Утром мы чуть не опоздали на историю, потому что ты ждала его у метро, – напомнил Тюгдюаль, но уже менее решительно.

Его злость таяла под взглядом Лолы, и он не мог ничего с собой поделать. Она захлопала ресницами, заправила за ухо выпрямленную прядь волос и прошептала:

– Последний раз, честно!

Тюг знал, что вчера тоже был «последний раз». Он также знал, что не в силах ей отказать, как бы ни настраивал себя весь вчерашний вечер. Стоило ей посмотреть на него этим самым взглядом – и он был готов сделать что угодно. Даже караулить индюка Шалане, который менял девчонок как перчатки.

– Ладно, пошли, – пробормотал парнишка.

Лола запрыгала на месте и громко захлопала в ладоши.

– Ты лучший! – крикнула она и чмокнула друга в щеку.

Сердце Тюга сделало кульбит. Щеки и шея покрылись румянцем. Если бы Лола была хоть капельку более внимательной, то заметила бы, как смутился ее друг. Но в голове у девочки большими неоновыми буквами горело лишь одно: ТИМОТИ ШАЛАНЕ. Как два истукана, ребята стояли перед классом последнего, и Лола с замиранием сердца ждала появления предмета своих воздыханий.

– Тюги, мы могли бы вместе поработать над биологией? – спросила она, внимательно следя за появлением людей в коридоре.

– Конечно, – тут же согласился мальчик.

– Тогда после школы к тебе? – Она улыбнулась, и Тюгу показалось, будто кто-то со всего размаху дал ему в живот.

– Да-да, – хрипло выдавил из себя мальчишка.

Пока Лола изучала коридор и, о боги, ждала появления самого невероятного и неповторимого, Тюг достал телефон и написал старшей сестре: «СОС, ПРИБЕРИ МОЮ КОМНАТУ, ПОЖАЛУЙСТАААА».

Это был поистине крик о помощи. Ответ последовал незамедлительно:

«НИКОГДА В ЖИЗНИ! ТУДА БЕЗ ПРОТИВОГАЗА НЕ ЗАЙДЕШЬ!»

Тюг возвел глаза к потолку. Он знал, что сестра любит, когда ее уговаривают.

«СДЕЛАЮ ЧТО УГОДНО!» – отправил он в надежде, что ей от него что-то да будет нужно.

На этот раз Тюг ждал долгих три минуты. Его сердце бешено колотилось. Мальчик силился вспомнить, сколько тарелок с едой спрятано под кроватью и где именно были разбросаны грязные вещи. Спойлер: тарелок было семь, и мама была уверена, что они просто разбились… но нет, они плесневели в комнате ее сына-подростка. Грязных вещей было так много, что не сосчитать, а некоторые носки действительно представляли собой химическое оружие.

«В ПЯТНИЦУ РОДИТЕЛИ УЕЗЖАЮТ В НОРМАНДИЮ К ДЕДУ, И Я УСТРОЮ ВЕЧЕРИНКУ. А ТЕБЕ НУЖНО БУДЕТ УЙТИ».

Это означало, что на постели Тюга кто-то будет делать неподобающие вещи… а еще, скорее всего, им обоим потом достанется от родителей, ведь не было еще ни одной вечеринки, о которой мама бы не пронюхала.

«ДУМАЙ БЫСТРЕЕ! ЭТО МОЕ ПЕРВОЕ И ЕДИНСТВЕННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ!»

Тюг сделал глубокий вдох.

– Слушай, – начала тихо Лола, привлекая его внимание.

Мальчик несколько раз моргнул и отвел взгляд от экрана. Волосы упали Ло на глаза, и Тюг еле сдержал порыв смахнуть их. Прямые, они висели словно сопли. Он не любил, когда она выпрямляла их, и предпочитал природные кудри, но Лола ненавидела свои завитушки.

– Может, после биологии посмотрим что-нибудь? Мама опять задержится на работе, не хочу сидеть дома одна, – призналась Ло и нахмурилась.

Мама Лолы работала в американской фирме с их типичными стандартами: хорошая зарплата и жизнь во имя работы. Отец же был пилотом, летавшим по всему свету. Родители были уверены, что в свои четырнадцать лет Ло уже достаточно взрослая, чтобы позаботиться о себе. И все это было так… Но иногда становилось так тоскливо, что она ненавидела тишину своей квартиры.

– Или у тебя были планы? – Она заглянула ему в глаза с надеждой.

Лола скрестила пальцы в замок. Они дружили уже несколько месяцев, но мальчик ни разу не звал ее в гости, а сейчас она сама напрашивается… Но ведь это был ее Тюги. Ее Тюгдюаль. Смешливый, неловкий и бесконечно добрый.

– Нет, – пискляво ответил Тюг и тут же с ужасом прочистил горло. – Посмотрим все, что захочешь! – пообещал он и, еще раз перечитав сообщение сестры, быстро набрал ответ с одним-единственным словом: «ХОРОШО».

Тюг прекрасно осознавал, что после пятницы ему придется выкинуть свое постельное белье и проветривать комнату недели три…

«ТОГДА ДОГОВОРИЛИСЬ», – написала Стефани. Мальчик представил довольное лицо сестры, а затем разъяренное – матери, когда она обо всем узнает. Ему отчаянно хотелось все отменить. Тюг прикрыл глаза. На что он только что согласился? Какой ужас. Но страшнее было бы привести Лолу в свой беспорядок! Тюг выпрямился и попытался приободрить себя: зато после уроков они что-нибудь посмотрят вместе и, может быть… ну вдруг! Ему хватит смелости, и он признается подруге в своих чувствах? Порой он не спал ночами напролет, представляя, как возьмет Ло за руку, заглянет ей в глаза и прошепчет:

– Ты мне нравишься…

В его мечтах она несколько раз удивленно моргала, а затем целовала его. По-настоящему. Как в фильмах. Он только надеялся, что в этот момент у него будет свежее дыхание и он не утопит ее в слюнях – страх четырнадцатилетнего подростка номер один. Тюг даже смотрел туториал о том, как правильно целоваться, и тренировался на помидорах. Об этом эпизоде своей жизни он никому и никогда не расскажет. Есть вещи, которые должны уйти с человеком в могилу!

Тюг спрятал телефон в карман и похлопал по нему рукой. «Может быть, сегодня случится чудо? Исполнится моя мечта – поцелуй с Ло?» – сверкало и переливалось в кудрявой мальчишеской голове.

К сожалению, Тюг понимал, что это был лишь плод его фантазий. Как и рельефный бицепс под кофтой, который он воображал у себя в этих мечтах. Да-да, мальчики тоже грезят всякой ерундой. В мечтах Тюга, где они с Ло наконец-то целовались, он часто был в черном обтягивающем лонгсливе с широкими плечами и мощными бицепсами. В реальной жизни, как бы сказала его старшая сестра, этим даже не пахло.

А еще эти мечты каждый раз разбивались о тихое аханье Ло, когда в поле ее зрения появлялся заносчивый придурок Тимоти Шалане.

Акт IV
Вопреки всему и несмотря ни на что

ЛОЛА УМИРАЛА ОТ ЛЮБОПЫТСТВА. Как же выглядит комната Тюга? Она знала, что у него есть старшая сестра, даже видела ее страничку в соцсетях. Стефани было шестнадцать лет, и она была очень крутой! Стильной брюнеткой со сверкающими голубыми глазами. Стеф ходила в другую школу. Лола надеялась встретиться с ней и, быть может, даже подружиться. Девочке так и не удалось завести ни одной подруги – одноклассницы смотрели на нее немного свысока и постоянно болтали о глупостях. Лола была благодарна судьбе, что в начале года встретила Тюга. Без него школа была бы невыносимой. С того момента как Лола и Тюг столкнулись в первый учебный день, их дружба расцвела. Искренность, с которой они относились друг к другу, помогла этой дружбе окрепнуть и стать чем-то особенным для них двоих. Бесхитростные, добрые, наивные, они переживали вместе все: от беззаботных подшучиваний над учителями до глубоких разговоров о будущем. Тюг с готовностью поддерживал идеи Ло, а девочка находила в друге то спокойствие и тепло, которых порой не хватало ей самой. Они могли часами бродить по улочкам Парижа, обсуждая любимые книги, фильмы, сериалы, делясь сокровенными мыслями. Лола чувствовала, что может рассказать другу все на свете, зная, что он всегда ее выслушает. Тюг же был готов слушать Ло часами, наслаждаясь ее голосом и мыслями. Он был тем, кто подставлял ей плечо в трудные моменты, и Лола отвечала ему тем же. Иногда им казалось, что они знают друг друга тысячу лет, а может, и лучше, чем самих себя.

– А почему вы с сестрой не ходите в одну школу? – спросила Ло по дороге к дому Тюгдюаля.

– Она заставила родителей записать ее в старую, чтобы быть с друзьями, – пояснил он.

Лола кивнула. Тюг выглядел странно, словно нервничал, только она не могла понять причины.

– А ты не хотел пойти в старую школу?

– О нет, у меня там почти не было друзей, к тому же ездить каждое утро… – Мальчик взъерошил непослушные волосы. – Ты же знаешь, я люблю просыпаться за пять минут до звонка.

– Кажется, ты наговариваешь на себя, – улыбнулась Лола, хитро сощурив глаза. – Ты встречаешь меня у метро каждое утро!

Он сглотнул. Знала бы Лола, что она была единственной причиной, по которой Тюг не опаздывал в школу.

– Это чтобы тебе не было скучно, – отмахнулся он, покраснев.

Она шла рядом с ним вприпрыжку, слегка улыбаясь.

Амур и Психея молча наблюдали за подростками. Богиня любви, сидя на облачке, расчесывала свои длинные розовые локоны, а Амур хмуро поглядывал на парочку и пытался придумать, что же с ними сделать. Про спор Амура и Геры уже говорил весь Олимп! Дионис не растерялся и даже начал принимать ставки. К своему успокоению, Амур в этих ставках пока лидировал. Ситуация, правда, немного изменилась, когда на свою мать поставил Арес. Все знали, как бог войны ненавидит проигрывать, и решили, что ему известны детали, о которых никто не знает. Психея слышала сплетни от нимф, но не передавала их Амуру. Как обычно бывает, слухи были интереснее самой истории. Кто-то с серьезным лицом пересказывал сюжет «Ромео и Джульетты» Уильяма Шекспира, чтобы добавить происходящему ДРАМЫ. Психея подозревала, что за этими россказнями стоял Гермес – главный сплетник Олимпа.

– Он влюблен в нее, и с каждым днем эта любовь крепнет… – на выдохе произнес Амур.

– Но она не любит его, а значит, все хорошо. – Психея попыталась ободряюще улыбнуться.

– Она ПОКА не любит его. – Амур почесал кудрявую макушку.

– Да брось! Сколько мужчин пали жертвами френдзоны? – Психея легкомысленно рассмеялась.

Только Амур не разделял ее уверенности. Да, френдзона – та еще засада. Но бывали и те, кто победно из нее выбирался. Здесь стоит подчеркнуть – таких было меньшинство. Но это не невозможно! В памяти Амура всплыл Орфей, сотворивший во имя любви такое… Все боги Олимпа были уверены, что он не справится, а он взял и вытащил свою Эвридику из царства мертвых. Аиду пришлось забрать их обоих, а людям рассказали, что Орфей не прошел испытание – не выдержал и обернулся на любимую… Да, боги иногда жульничают. Но сами подумайте, что бы было, если бы Орфея и Эвридику отпустили? Прецедент, который Аиду был совершенно не нужен! Ринулись бы все доблестные рыцари спасать своих дам из царства мертвых! И с кем бы тогда Аид остался? В общем, после того случая все боги уверовали в силу любви и даже немного ее побаивались. Все, кроме Амура, который этой силой управлял. Но вот впервые за тысячелетия он сам испытывал неприятное чувство, скрутившее его живот. Он смотрел на Лолу и Тюга и искренне надеялся, что никакого прецедента они ему не создадут…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.