Джордж Дж. Томпсон, Джерри Б. Дженкинс
Вербальное дзюдо: мощные стратегии коммуникации для разрешения споров и конфликтов

VERBAL JUDO

The Gentle Art of Persuasion

by George Thompson, Ph.D., and Jerry B. Jenkins

© 1993, 2004, 2013 by George Thompson, Ph.D., and Jerry B. Jenkins

Published by arrangement with William Morrow, an imprint of HarperCollins Publishers

© Китаев М., перевод на русский язык, 2025

© Наумова В., перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

«При всех кратковременных преимуществах жесткого «побеждающего» подхода посторить крепкие и долговременные взаимоотношения у нас вряд ли получится.

Автор «Вербального дзюдо» убеждает нас проявлять гораздо более мягкий подход! Он после многих лет и множества случаев экстремально сложного общения пришел к эмпатии, к гибкости, к умению слушать. Такому авторитетному мнению хочется верить, особенно потому, что оно основано на логичных и интуитивно понятных принципах общения!»

Кирилл Жданов, коуч и бизнес-тренер, специалист по ораторскому искусству и мастерству общения, автор книги «Возможно общаться»

* * *

Для всех, кто хочет сделать жизнь других людей лучше

С сердечной благодарностью американским полицейским, которые многому меня научили

И с благодарностью моей семье, которая, возможно, хотела, чтобы я был прилежным учеником

Предисловие
Ли Фьельстад и Пэм Томпсон

Последние 30 лет своей разносторонней жизни Джордж Дж. Томпсон III, известный как Док Рино, колесил по Америке, распространяя важное послание, в котором мир так отчаянно нуждается – о том, как важно быть терпимее к другим людям. Это послание начинается со слов об эмпатии, краеугольного камня программы Джорджа «Вербальное дзюдо». В последней главе нового издания изложены пять универсальных истин о взаимодействии людей по версии Джорджа Томпсона:

1. Все хотят, чтобы с ними обращались уважительно.

2. Всем больше нравятся просьбы, чем приказы.

3. Всем хочется знать, почему их просят или заставляют что-то сделать.

4. Все хотят делать выбор, а не слушать угрозы.

5. Все хотят получить второй шанс, совершив ошибку.

Эти простые, но важные истины, основанные на уважении, понимании и прощении могут объединять людей по всему миру. Но для достижения взаимопонимания нам нужны инструменты, а запустить этот процесс могут правильные слова.

Словесное дзюдо поможет в личном и профессиональном общении, чем бы вы ни занимались. Джордж Томпсон, вслед за древними греками, говорил, что наши убеждения определяют наши поступки. Томпсон утверждал, что чем сильнее мы отличаемся от других, тем «тактичнее» мы должны выражаться, чтобы убеждать, налаживать сотрудничество или работать в команде. «Тактическая вежливость» подкрепляет наши усилия и снижает сопротивление новым идеям или изменениям. Искреннее уважение к другим помогает сохранить тактическую позицию даже в конфликтных ситуациях. И пускай с нами не соглашаются – это не скажется на нашем чувстве собственного достоинства.

Стратегии и тактики вербального дзюдо способны превращать реактивные обстоятельства в проактивные. История показывает, что войны начинались не только из-за земель и ресурсов, но и из-за простого неуважения. В условиях, когда гнев становится новой угрозой, умение говорить спокойно и убедительно стало необходимо как никогда. В цифровую эпоху мы часто говорим то, о чем жалеем, когда наши слова уже стали известны всему интернету, а люди не забывают чужие ошибки и просчеты.

В основе вербального дзюдо лежит философия, согласно которой для достижения профессиональных целей необходимо использовать слова, обладающие настоящей силой и эмпатией. Мы строим мост, который приведет к отношениям, основанным на уважении. Крайне важно осознавать, что в любой ситуации личного или профессионального общения нужно уважать собеседника и заботиться о его чувстве собственного достоинства. Это касается полицейских и нарушителей, партнеров и конкурентов, родителей и детей, учеников и учителей, врачей и пациентов. Джордж Томпсон всегда подчеркивал разницу между сочувствием и эмпатией. Мы можем ощутить чужую боль, просто задавшись вопросом, каково было бы нам при тех же обстоятельствах. Словесное дзюдо не требует «подставлять вторую щеку» и не пропагандирует политкорректность. Мы должны уметь донести свою идею до слушателя, но не обязаны уважать недостойные поступки.

На занятиях с представителями правоохранительных органов Томпсон часто подчеркивал, что те, чья профессия заключается в охране порядка, не могут уважать действия закоренелых преступников против беззащитных жертв. Однако мы обязаны уважать их конституционные права и надлежащим образом сопроводить их в зал суда, при этом не подрывая авторитет стороны обвинения действиями, которые поставили бы под сомнение наш профессионализм. Как сказал один полицейский из Северной Дакоты: «Мы относимся к преступникам с уважением не потому, что они этого достойны, а потому, что мы этого достойны». Профессионала от новичка отличает то, что он не дает противнику оснований для сопротивления ни словами, ни действиями.

Ученый Джордж Томпсон, который стал полицейским, а затем наставником полицейских, создал подход, получивший название «Вербальное дзюдо». В 1984 году он основал Институт словесного дзюдо и больше 30 лет возглавлял его. В 1985 году состоялся первый выпуск, а за ним множество других. Все они обучились его принципам, основанным на стремлении изменить наше восприятие конфликта и подход к решению проблем. Сфера деятельности слушателей института не долго ограничивалась правоохранительными органами, теперь это были крупные корпорации, авиакомпании и морские перевозчики, медицинские и учебные учреждения. Его популярность стремительно росла среди государственных служащих городского, окружного и федерального уровня. Присутствие института распространилось за границы Северной Америки – представительства появились в Австралии, Африке и Скандинавии, а книги были переведены на несколько языков, сделав словесное дзюдо глобальным явлением. С 1984 года более миллиона человек прошли обучение вербальному дзюдо, а еще сотни тысяч читали книги, смотрели видео и слушали аудио с изложением принципов и тактик словесного дзюдо.

Работа, которой Джордж Томпсон посвятил свою жизнь, стала самостоятельной силой. Наполненная его идеями, программа будет продолжать распространяться и завоевывать сердца людей разных профессий и из разных стран, пока его концепция не будет реализована. Институт продолжит выпускать новые книги, видео и аудиоматериалы, а также предлагать новые программы, чтобы соответствовать меняющимся требованиям мира, который иногда кажется охваченным огнем. Институт словесного дзюдо благодарит всех своих клиентов, которые поддерживали нас на протяжении десятилетий. Мы продолжаем нести послание Джорджа в будущее, как он того хотел.

Мы благодарим всех вас за постоянную поддержку вербального дзюдо и Пэм Томпсон, нового генерального директора, чутко хранящего наследие доктора Томпсона. Печаль, вызванная утратой доктора Джорджа Дж. Томпсона III, оставила пустоту в наших сердцах, но его программа и идеалы продолжат распространяться по всему миру.

Мы обещаем.

Ли Фьельстад и Пэм Томпсон.

И остальные члены нашей семьи в Соединенных Штатах Америки: Майк Мэнли, Даг Хейг, Стив Воперсхолл; а также Уильям Кинг в Австралии; Дарси Пеннок в Канаде; Бо Мунте в Швеции и Дон Голд в Африке.

Спустя годы

Книга «Вербальное дзюдо», которую вы держите в руках, впервые вышла в свет в 1993 году. Поначалу она с трудом пробивала себе дорогу на переполненном книжном рынке. Но постепенно читатели приняли ее, увидев в ней надежду на улучшение своих отношений и навыков общения через развитие эмпатии. Наши семинары и тренинги стали собирать все больше участников, и пошел слух, что словесное дзюдо действительно работает!

Мы знаем о том, что это на самом деле так, благодаря огромному количеству писем и электронных сообщений, которые получаем все эти годы. Мы видим силу этой книги во множестве отзывов, поступающих от участников наших семинаров, многие из которых приходили на курс повторно. Как сказал один из них: «Знаете, Док, словесное дзюдо изменило мою жизнь, но мне нужно вновь получать эти “скрижали завета” каждые два года». Другой написал мне вскоре после тренинга: «Спасибо, что спасли мои отношения с сыном-подростком. Вернувшись домой, я сел и поговорил с ним по-настоящему, впервые за несколько лет. Вербальное дзюдо помогло мне измениться. Спасибо!» А вот еще один случай. Один полицейский пришел на мой пятидневный курс. В первый же день, а это был понедельник, он сказал мне: «На следующей неделе я развожусь». А в четверг вечером он позвонил мне и сказал: «Док, этот курс тронул меня до глубины души. Я позвонил жене и сказал, что нам нужно отложить развод и пойти на семейную консультацию – она этого и хотела, а я нет. Я понял, что проблема во мне, и теперь я хочу сохранить свою семью». Год спустя я получил от него рождественскую открытку – на которой они с женой такие счастливые и вместе!

Подобные отклики заставляют меня снова и снова делиться самыми мощными техниками, которые даны и в этой книге, чтобы они принесли пользу как можно большему числу людей. За последнее десятилетие я лично обучил тысячи полицейских в сотнях отделений: от Лос-Анджелеса и Сан-Диего до Чикаго, Нью-Йорка и округа Майами-Дейд. Во многих штатах словесное дзюдо стало обязательным обучением для полицейских, и те, кто проходит его, работают безопаснее и профессиональнее.

Но вербальное дзюдо – это хороший тренинг не только для работников правоохранительных органов и других экстренных служб, он пойдет на пользу всем. Несколько лет назад я адаптировал его для бизнеса и корпоративного мира, и теперь моя команда регулярно обучает работников сферы обслуживания, авиаперсонал, сотрудников государственных служб риелторов, врачей и всех, кто работает в потенциально «горячих» сферах обслуживания, продаж и т. п. Огромную пользу из этого тренинга смогут извлечь директора школ и учителя. А также их ученики, поэтому я разрабатываю специальный курс для детей.

Чтобы показать, насколько необходимо владение словесным дзюдо, я хочу поделиться своим личным опытом. Недавно я перенес операцию на горле из-за рака. Я потерял левую голосовую связку, а вместе с ней и возможность публично выступать, зато сейчас я здоров. Я провел 15 дней в больнице, под присмотром около 20 медсестер, врачей и студентов. Я не мог спать, есть и почти не мог двигаться. Качество ухода было очень разным: от ужасного до сносного, лишь одна медсестра отлично справлялась с обязанностями. Нигде необходимость в обучении словесному дзюдо не была столь очевидна. Почти никто не проявлял эмпатию к нам, страдающим и напуганным – мы были просто «койками». Холод и равнодушие были нормой, а ведь немного человеческого тепла или доброе слово могли бы существенно изменить ситуацию. Именно эту разницу подсвечивает наша книга.

Основной принцип вербального дзюдо – обращаться с людьми, проявляя уважение к ним и к их чувству собственного достоинства, особенно с семьей и близкими друзьями. Будьте предельно внимательны, когда разговариваете с ними, потому что словесные раны бывают глубже и затягиваются дольше, чем телесные. Как ни странно, зачастую мы меньше всего заботимся о том, чтобы быть добрее к самым близким. Измените это! В больнице я заново осмыслил то, чему всегда старался учить других: в этой жизни самое важное – отношения с людьми. Вербальное дзюдо поможет вам поддерживать эти отношения, улучшать качество жизни себе и тем, кто вас окружает. Оно спасает жизни, браки и карьеры – наверняка, поможет и вам. Пользуйтесь им!

Введение
Коммуникация как вид спорта

Уверен, что доктор Джордж Томпсон не хотел бы, чтобы эта книга стала обычным сборником забавных историй из жизни полицейских. Конечно, мы готовы рассказать и об уличных драках, которые разрешались неожиданным образом, и о попытках самоубийства, сорванных разговором по душам, и о семейных ссорах, которые утихали благодаря умелому вмешательству со стороны. Но вербальное дзюдо – это гораздо больше.

Бывший преподаватель английской литературы Джордж Томпсон имел черный пояс по дзюдо и тхэквондо, что делало его весьма необычным полицейским (кстати, он впервые надел значок, когда ему было 35).

В Институте словесного дзюдо он обучал полицейских вместо дубинок и пистолетов использовать слова. Но его услуги оказались востребованы и среди учителей, сотрудников больниц, продавцов и бизнес-руководителей. Тем не менее на кону могут оказаться жизни именно патрульных полицейских, если они неправильно подберут слова.

Тренируя десятки тысяч офицеров по всей Америке, Джордж Томпсон определил главные навыки общения, которые легко освоить каждому. Он считал, что принципы словесного дзюдо могут спасти людей от ненужных конфликтов, напряжения и обид. Эта книга предназначена для тех, кто хочет снизить уровень стресса, используя самые эффективные и мощные техники общения, доступные на сегодняшний день. Для тех, кто хочет отстаивать свои права, будь то доказать подрядчику, что с вас взяли лишнее, или серьезно поговорить с начальником, чтобы тот прекратил сексуальные домогательства. Вербальное дзюдо эффективно и в том случае, когда родители хотят мотивировать своих детей лучше учиться или объяснить им, как давать отпор обидчикам.

Словесное дзюдо предназначено для тех, кто хочет более открытых и качественных отношений с родственниками, коллегами и друзьями, а помогают в этом техники достижения взаимопонимания и эмпатии. Нередко ученики подходили к Джорджу Томпсону после урока и говорили: «Жаль, что я не знал о вас, когда был в двух предыдущих браках!»

Эта книга отличается от других книг по общению тем, что предлагает решения, которые работают даже в стрессовых ситуациях. Это техники, неоднократно проверенные в ситуациях, когда речь шла о жизни и смерти.

Словесное дзюдо поможет вам развить мыслительные и поведенческие привычки, которые вырабатываются в ходе долгих занятий боевыми искусствами. В нем сочетаются лучшие элементы восточного образа мышления (в первую очередь, идея использования энергии негативных ситуаций) с западными философскими концепциями (вроде Золотого правила нравственности [1] или принципов, изложенных Аристотелем в трактате «Риторика»).

Необязательно хорошо разбираться в философии, чтобы освоить вербальное дзюдо. Джордж Томпсон показывает на простых примерах из собственной жизни, как он и другие «старые полицейские псы» умело избегали опасности с помощью слов. Он рассказывает забавные истории из собственного родительского опыта о том, как он умудрялся перехитрить своих троих одаренных детей.

Освоив словесное дзюдо, вы научитесь общаться с кем угодно, не вызывая и не обостряя конфликты. Вы научитесь хвалить, не вызывая подозрений в манипулировании, а также конструктивно критиковать, проявляя эмпатию, чтобы люди не принимали сказанное близко к сердцу, а получали мотивацию к изменениям и продолжали ощущать себя ценными членами команды. Еще вербальное дзюдо предлагает решения для работы с людьми, находящимися под влиянием алкоголя, наркотиков, страха, ярости или обыкновенной глупости.

Джордж Томпсон говорил так: «Нигде я так эффективно не усваивал эти принципы, как на улице, работая полицейским. Я привожу много примеров из моей профессиональной практики того времени, потому что, на мой взгляд, легко провести параллели между ними и ситуациями из повседневной гражданской жизни. Я надеюсь, что люди четко разглядят в этих историях суть вербального дзюдо. Иными словами, если какой-то метод не работает на улице, его нельзя использовать дома или в офисе. А если работает – что ж, попробуйте и убедитесь сами…»

Глава 1
Рождение самурая коммуникации

Это было самое необычное разрешение конфликта из всех, что я видел. Я работал в полиции всего десятый день, когда в два часа ночи нас с напарником отправили на Восточную сторону Эмпории, штат Канзас, чтобы утихомирить супругов, которые агрессивно ссорились в одном из домов, уже имевшем дурную славу из-за случаев насилия и наркоторговли.

Еще с улицы мы услышали неистовые крики ругающейся пары. Дверь была приоткрыта, и мы заглянули внутрь. Брюс сразу вошел, даже не постучав. Он прошел мимо ссорящейся пары, снял фуражку, вздохнул и устроился на диване. Не обращая внимания на хозяев, он взял газету и начал листать раздел объявлений!

Я остался у двери, держа руку на рукоятке своего револьвера 357 калибра, в полном недоумении. Казалось, Брюс нарушал все правила поведения полицейских. Он вошел в дом, не представившись, не спросив разрешения, даже не объяснив, зачем он здесь. Он вел себя так, будто приехал навестить родственников.

Брюс продолжал читать газету, а пара продолжала ссориться, время от времени поглядывая на полицейского. Меня они даже не заметили. Когда муж начал оскорблять жену, Брюс громко пошуршал газетой.

– Эй, ребята! Прошу прощения! Вы меня слышите?!

Удивленный муж резко повернулся к Брюсу:

– Ты что тут делаешь?!

Брюс сказал:

– У вас телефон есть? Посмотри-ка сюда, 1950 год, Додж! Отличное состояние! Можно мне позвонить? Знаю, что поздно, но не хочу упустить эту машину. Где у вас телефон? Мне нужно позвонить прямо сейчас!

Муж, ошарашенный, указал на телефон. Брюс встал, набрал номер и что-то пробормотал в трубку. Затем с разочарованием положил трубку:

– Можете представить? Отказались со мной говорить, потому что сейчас два часа ночи!

К этому моменту ссора утихла, пара стояла в таком же недоумении, как и я.

– Кстати, – сказал Брюс с улыбкой, будто только что заметил, – у вас что-то случилось? Мы с напарником можем чем-то помочь?

Муж и жена опустили глаза и покачали головами:

– Да нет, ничего такого.

Мы немного поболтали с ними, напомнили, что уже поздно, и соседям было бы приятно отдыхать в тишине. Вскоре мы ушли.

Я был сильно озадачен. Ранее в тот же вечер мы разняли подобную ссору по стандартному полицейскому протоколу: взяли ситуацию под контроль, вежливо развели стороны, успокоили их, а затем свели обратно, что разрядило обстановку. Меня учили именно так, а это что за новый способ?

Как специалист по английской литературе, который 10 лет преподавал Мильтона и Шекспира, я видел немало необычных поворотов сюжета. Но чтобы полицейский утихомирил двух «дикарей», неожиданно зайдя к ним в дом как беспардонный, но дружелюбный гость? Брюс вынудил их сыграть роль хозяев, хотели они этого или нет.

Как только мы вернулись в патрульную машину, я спросил:

– Что это было? Почему мы сначала разняли ссору обычным способом, а потом ты устроил этот газетно-телефонный цирк?

Он пожал плечами:

– Я не знаю. Я работаю на улицах уже больше 10 лет. Просто научился.

– Слушай, я, хоть и новичок, – сказал я, – но уже не мальчик [Мне тогда было 35]. У меня нет 10 лет. Меня могут пристрелить, если я попробую такое повторить. Расскажи, как ты понял, что это сработает?

Тогда я еще этого не осознавал, но в тот вечер родилось словесное дзюдо и состоялся первый урок на моем карьерном пути самурая общения. С детства я занимался боевыми искусствами и имел черные пояса по дзюдо и тхэквондо, но никогда не видел, чтобы подобные принципы применялись так эффективно в жизни.

Но практиковать боевые искусства в зале с вежливыми соперниками, которые кланяются друг другу, вместе учатся и соревнуются – это совсем иное. В дзюдо я научился перенаправлять энергию соперника в своих интересах. Если он шел на меня, я отходил в сторону и применял прием, благодаря которому использовал его собственную силу, чтобы провести его мимо себя и взять в захват. Но Брюс Фэр сделал почти то же самое без малейшего намека на применение силы. С помощью слов, газеты и телефона он успокоил двоих разъяренных людей, применив техники, которые освоил вместе с приобретенным опытом.

Я был заинтригован. Все время своей службы в полиции – от патрулирования улиц до переговоров с заложниками – я внимательно наблюдал за такими парнями, как Брюс. Я начал методично изучать техники общения опытных полицейских, носил с собой диктофон на каждый вызов. Я обращал внимание не только на то, что говорили, но и как это говорили. Раз за разом я видел, как более опытные офицеры разыгрывали разные роли, ловко манипулируя энергией людей, чтобы уладить потенциально опасные ситуации.

Я совершал все ошибки, какие только можно совершить в общении, поэтому я не гуру, представляющий собой идеал безупречности. Скорее я тот, кто сумел научиться чему-то на своих ошибках. Если я смогу избавить вас от тех трудностей, через которые прошел сам, то буду считать, что справился со своей задачей.

Я быстро убедился, что хорошие полицейские – это величайшие мастера общения. Им часто приходится давать команды и добиваться подчинения от враждебно настроенных людей. Несмотря на мое университетское образование, полученное в Принстоне у лучших профессоров, я понял, что настоящую школу жизни я прохожу на улицах Эмпории.

У меня есть три главные цели. Первая и самая важная – обеспечить вашу личную безопасность. Правильная координация между мыслями и словами – величайшее умение в мире, потому что, совершив ошибку, вы можете оказаться в серьезной опасности. Вы можете разрушить брак, лишиться карьеры, спровоцировать насилие, испортить себе репутацию, оттолкнуть людей и остаться без друзей. Я знаю об этом на собственном опыте.

Неважно, кто вы, руководитель или домохозяйка, словесное дзюдо как минимум поможет вам сохранить свою жизнь. Конечно, полицейские – основная аудитория моих курсов на протяжении многих лет – гораздо чаще сталкиваются с угрозой насилия, чем остальные. Тем не менее большинство людей, попадающих в больницу с травмами, получают их в результате разлада между мыслями и словами. Вот почему я говорю полицейским, что самое опасное оружие, которое они носят, это не пистолет 9 мм, не револьвер 357 калибра и не дробовик. Их самое опасное оружие – это «заряженный» язык (об этом позже).

Вторая цель – повысить ваш профессионализм. Независимо от того, работаете вы в розничной торговле или оптовой, в корпоративной среде или на государственной службе, вы – профессионал. То, что я предлагаю здесь, заметно улучшит ваши результаты, снижая недовольство тех, с кем вы работаете, и уменьшая ваш личный стресс.

Если вы научитесь использовать слова так, чтобы не провоцировать при этом конфликты, у вас будет меньше жалоб на работе и меньше ссор с друзьями и близкими. Значительно снизится стресс, который вы обычно создаете себе сами своим отношением к людям. Уменьшив склонность к конфликтам, вы снизите уровень стресса.

Моя третья цель – повысить вашу эффективность, улучшив качество вашей работы.

Это даст вам дополнительное преимущество в виде поднятия самооценки. Повышение эффективности означает в том числе улучшение навыка «выражаться правильно» с первого раза, чтобы не извиняться, пытаясь объяснить, почему вы сказали что-то, как это делают многие из нас.

Представьте, что думали мои бывшие коллеги из академической среды, зачастую не применяющие на практике то, чему учат других, обо мне, странном парне, который любил ездить с полицейскими и заниматься дзюдо и карате в свободное время!

Я мог бы чувствовать себя неуютно как в преподавательской, так и в полицейской среде, если бы не создал систему общения, универсальную для всех.

Глава 2
Мотивируя несогласных

Позвольте вкратце рассказать о том, что я осознал за годы преподавания. Обучение – это процесс, в котором вы помогаете людям продвигаться от того, что они знают, к тому, чего они не знают. И я понял, что лучший способ обучения мотивированного студента – обращаться к его сознанию через метафоры и сравнения, которые ему понятны и близки.

Учитель, ведущий урок в сухой, скучной манере, говорит только о том, что знает сам, как будто предполагая, что ученику все само собой понятно. Но это не так. Учитель говорит о чем-то, что ему самому хорошо известно, но, если он не переложит свои слова на опыт ученика, обучение не состоится.

Другая крайность, – и это тоже неприемлемо, – учитель, который перемещает учеников из одной знакомой им области в другую, тоже знакомую им область.

Меня всегда учили, что преподаватель должен отлично владеть материалом, чтобы войти в класс и просто его изложить. Учитель дает информацию, ученик ее принимает. Если ученик чего-то не понимает, то терпит неудачу. Но в реальном мире так не работает. В реальном мире учитель должен знать свою аудиторию и начинать с того, что ей уже известно, а затем вести к тому, что они еще не знают.

Когда вы используете вербальное дзюдо, у вас всегда есть аудитория – человек или люди, на которых вы его практикуете. Это могут быть не школьники на уроке, а сотрудники в офисе. Возможно, вы имеете дело с аудиторией в лице одного человека: вашего босса или супруга. Это может быть капризный ребенок, несговорчивый арендодатель или проблемный сосед. Как и полицейский на улице, вы должны уметь «прочитать» свою аудиторию, владеть теми инструментами, с помощью которых можно достичь желаемого результата в конкретной ситуации, и знать, какой из множества методов позволит вам достичь нужного результата. Часто лучший способ «прочитать» целевую аудиторию – увидеть человека таким, каким он видит себя сам. В этом и заключается суть эмпатии.

Используя язык своей аудитории, вы можете сделать незнакомое понятным. Альберт Эйнштейн был в этом мастером. Он мог, сидя на Принстонской площади, объяснять самые сложные идеи на воздушных шарах и апельсинах. Карл Саган [2] делал то же самое. Великие мыслители обязаны выражаться просто. Они понимают сложные вещи, но объяснять их должны так, чтобы понять мог каждый.

К примеру, в этой книге я упоминаю случаи, когда полицейский пытается успокоить напуганного и потенциально опасного дебошира. В классическом «мачо»-подходе офицер бы бросал вызов: «Брось нож, иначе я тебя вырублю! У тебя нет шансов, я тебе голову снесу!» – что-то в этом роде. Это фактически вынуждает человека атаковать, защищать свою честь и спасать лицо.

Но что, если полицейский проявит эмпатию и скажет: «Эй, приятель, давай сделаем друг другу одолжение. Ты же не хочешь провести ночь у нас в участке, есть казенный ужин, спать на стальной койке и скучать по своей подруге. А я не хочу проводить время за печатной машинкой, часами заполняя отчеты по этому делу. Если мы договоримся, ты поужинаешь у себя дома, проведешь время со своей любимой и проснешься завтра утром у себя постели. А я смогу вернуться к своим делам».

Вот как это работает: нарушитель становится союзником офицера на благо обоих. Что произошло? Офицер сумел мотивировать несговорчивого человека добровольно соблюдать требования – главная цель словесного дзюдо. Если вы понимаете, как освоение этого навыка улучшит ваши отношения и вашу жизнь в целом, значит, вы – мотивированный ученик, который выбрал правильную книгу.

Глава 3
Боевое крещение

Моя биография – странная смесь физического и интеллектуального опыта, какой я больше ни у кого не встречал. Я мужчина средних лет, бывший спортсмен с определенным багажом за плечами. Я могу накричать на человека и повалить его на землю, а могу улыбнуться и уладить конфликт одним метко подобранным словом. Звучит ли это как описание доктора наук?

Я такой же, как и вы. Если меня подрезают на дороге, мое первое желание – отомстить. Если на меня кто-то нарычит, моя первая реакция – ответить в том же духе. Проблема в том, что, как и большинство здравомыслящих людей, поступив так, я потом пожалею. Мне понадобилось время, чтобы осознать: эксперт в вербальном дзюдо – это человек, которому самому оно необходимо. Да, именно так. Мне смешно осознавать, насколько быстро я грожу кулаком или показываю кое-что похуже другим водителям по пути в аэропорт, откуда я должен лететь в другой город и проводить курс о том, как правильно реагировать в сложных ситуациях.

Но именно поэтому я так хорошо подхожу для своей работы. Успех моего Института словесного дзюдо позволяет мне с благодарностью оглядываться на воспитание, которое я получил и которое могло бы озлобить другого человека.

Я родился в семье военного. Брак моих родителей распался, когда мне не было и трех лет. Моя мать отправила меня к бабушке и дедушке в Итаку, штат Нью-Йорк, дав несколько долларов проводнику, чтобы тот присмотрел за мной в поезде.

Я помню, как рос практически в одиночестве, бродил по окрестностям, как дикарь. Одно из самых значимых событий в моей жизни – встреча с пожилым индейцем чероки по фамилии Свифтвотер, который научил меня идти по следу. Он считал себя в долгу перед моим дедом, потому что тот, будучи студентом-юристом в Корнельском университете, помог ему не потерять его 40 акров земли. Так что Свифтвотер взял меня под свое крыло, и я наслаждался редкой привилегией изучать индейские обычаи.

Будучи воспитанным в доме преподавателя университета Лиги плюща [3], где я каждый день много читал и учился говорить правильно, я был очень озлобленным ребенком. Я и представить себе не мог, что получаю необычайно разносторонний опыт, в котором сочетался утонченный мир академического образования и моя тяга к спорту. Я чувствовал себя отвергнутым матерью и обузой для своих бабушки и дедушки. С детского сада я был ребенком, которого вижу в себе и по сей день: со вспыльчивым характером, не умеющим ладить с другими.

У меня было два принципа: «не позволяй никому себя топтать» и «думай только о себе».

Я ненавидел школу. Я всегда спорил, всегда задавал вопросы, никогда не делал того, что мне говорили, пока не получал объяснений. Я хотел выигрывать все споры, все драки, все игры. Характеристика в моем школьном деле была полна мрачных прогнозов. В старших классах я был звездой спорта, чемпионом Америки по плаванию, но по-прежнему не проявлял усердия в учебе.

Осенью 1959 года, когда начался мой последний год учебы в школе, одна пожилая учительница, которая чего только не перепробовала, чтобы достучаться до меня, как-то раз отвела меня в сторону и сказала: «Может, ты и крутой пловец, но в жизни будешь сидеть на скамейке запасных. Ни один колледж не примет тебя с такими оценками, ты ни на что не годишься».

Я сидел, хмуро ожидая нотаций, упреков, типичного «так что тебе лучше начать учиться, молодой человек». Но этого не последовало. Она больше ничего не сказала. Она вынесла вердикт. Школа сделала все, что в ее силах. Я бесполезен и ничего не добьюсь, ну что ж, удачи мне.

Скорее всего, ее уже нет в живых, и я никогда не узнаю, осознавала ли она, что именно этот вызов станет моей последней надеждой. Я вылетел оттуда, полный решимости доказать, что она не права.

И я доказал.

Я мгновенно стал круглым отличником и получил приглашение в несколько престижных вузов. Я поступил в Колгейтский университет, где выбрал специализацией английский язык. Я все еще был своенравным, но учился направлять гнев и агрессию в более приемлемое русло. Мне нравилось читать и учиться, размышлять, анализировать и обсуждать. После окончания университета я захотел преподавать. Когда в средней школе Принстона (штат Нью-Джерси) открылась вакансия, я решил попробовать свои силы. Я совсем не представлял, во что ввязываюсь и как это поможет мне в жизни.

Мне предстояло преподавать английский язык и литературу, в том числе в одном коррекционном классе. Никто не сказал мне, что предыдущего учителя избили и оставили истекать кровью в его же машине. А учительницу, работавшую до него, свесили головой вниз из окна второго этажа, держа за ноги. Это был класс, который пережевывал и выплевывал учителей.

Так называемые «неакадемические студенты», старшеклассники, которые точно не собирались поступать в колледж. Я подумал, что им понравится настоящая экшн-литература, и дал каждому ученику по экземпляру книги о мужчинах и войне под названием «Бог – мой второй пилот». Было 8:05 утра, а мне еще не было 22 лет.

Спустя минуту огромный парень по имени Пит встал и демонстративно разорвал книгу пополам. «Я не собираюсь читать эту чушь», – сказал он, и листы упали на пол. Остальные ученики, все до единого, последовали его примеру.

Что теперь? Я не мог побить 30 человек, как бы мне этого ни хотелось. И если бы я отправил их к директору, я показал бы себя как слабохарактерного приверженца дисциплины. Вот это мотивация! У меня не было ни единой идеи, ни малейшей подготовки. Класс смотрел на меня вопросительно, как будто бросая мне вызов.

Отчаявшись, я указал на Пита и назвал его Джеком.

– Чем ты занимаешься, Джек? – спросил я.

– Чего? – он нахмурился и сузил глаза.

– Что ты делаешь по жизни, что дает тебе право рвать книгу?

– Я механик, – ответил он.

– Серьезно? Автомеханик?

Он кивнул:

– Лучший в городе.

– Да ну? А если я скажу, что не верю ни одному твоему слову?

– Почему? Я правда механик.

– Лучший в городе?

– Спроси у кого хочешь.

– А как насчет доказательств?

– Каких?

– Ну вот что. Раз ты не хочешь читать книги, завтра твоя очередь.

– Какая очередь?

– Ты будешь учителем, – сказал я. – Принеси сюда карбюратор и научи тому, что умеешь, класс. Если ты лучший, значит, должен уметь объяснить, что делаешь.

– Ты издеваешься?

Я посмотрел ему в глаза и покачал головой.

– Договорились, – сказал он.

Следующим утром я должен был заподозрить неладное, когда он явился с завернутым в газету карбюратором, с которого капал бензин. Где он его достал до меня дошло, только когда я услышал, как другой учитель жалуется, что из его автомобиля исчезла эта запчасть.

Пит не стал дожидаться приглашения. Он вышел вперед, велел мне сесть и с грохотом водрузил карбюратор на стол. «Все заткнулись!» – скомандовал он.

Я ничего не понимал в устройстве автомобиля, пока не послушал Пита. Оказавшись в своей стихии, он был красноречив, говорил с увлечением. Он не только знал свое дело, но и умел его объяснить.

После я сказал ему, что он хорошо справился, и спросил, разбирается ли он в карбюраторах гоночных автомобилей.

– Нет, я только знаю, что они другие.

– Узнай, в следующем месяце повторим.

– У меня нет гоночных машин, на которых можно учиться.

– Неважно, где ты возьмешь информацию. Попробуй сходить в библиотеку.

Он выругался:

– Я ни разу не был в библиотеке и не собираюсь туда идти.

– Неважно, где ты возьмешь сведения, но найди и научи нас.

Я спросил другого парня, который оказался бильярдистом, провести мастер-класс. Я привез небольшой бильярдный стол, и этот парень, который проваливал все экзамены по математике и физике, рассказал нам об углах, трении и торможении больше, чем я слышал за всю мою жизнь. Я предложил ему рассказать о великих бильярдистах в качестве второго доклада. Одна из девочек рассказала о своей работе в пекарне. Парень из деревни рассказал о капканах для зверей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

ЗОЛОТОЕ ПРАВИЛО НРАВСТВЕННОСТИ – «(Не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе». Данное нравственное требование фигурировало под разными наименованиями: краткое изречение, принцип, заповедь, основной принцип, поговорка, предписание и т. д. Термин «золотое правило» за ним закрепился с конца XVIII века.

Вернуться

2

Карл Саган (1934–1996) – американский астрофизик, популяризатор науки.

Вернуться

3

Лига плюща (the Ivy League) – ассоциация восьми престижных американских университетов.

Вернуться