Паз Веласко де ла Фуэнте
Извращенные преступления
Профайлер о тех, кто получает удовольствие от убийства

Моим родителям за то, что дали мне свободу быть такой, какая есть.

Творцу моей мечты за то, что сделал невидимое видимым.

Muertes nada accidentales: Un decálogo de motivos para matar

by Paz Velasco de la Fuente

© Maria de la Paz Velasco de la Fuente, 2023

This edition published by arrangement with Oh!Books Literary Agency and Synopsis Literary Agency.

© Бахтиярова Н., ООО «ТРАНСЛЕЙШН СТЕЙШН», перевод на русский язык, 2024

© Скворцов А.А., художественное оформление, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Пролог

Это неизбежно: У всех нас есть соблазн закрыть глаза и двигаться вперед, притворяясь, что ничто не может нам навредить. Так кажется удобнее, и все раздражители как будто побуждают нас к этому, однако игнорирование опасностей не избавляет от них. Ничуть. Если мы перейдем дорогу, не глядя, последствия могут быть катастрофическими. Точно так же мы не должны слушать тех, кто предлагает нам жить, не соблюдая мер предосторожности. Уверяю вас: зло существует, поджидая нас. Все мы уязвимы. И есть только одна защита – знание.

Не сомневайтесь, есть люди, которые не знают границ, которые способны полностью отдаться своим желаниям совершенно сознательно; и дело не в том, что они не уважают нашу целостность, а в том, что им нравится причинять боль. Я много лет посвятил криминальной хронике и успел в этом убедиться. Я был очень близок к действительно жестоким людям.

Не доверяйте тем, кто говорит вам, что по природе все мы добры. Это неправда. Добрые поступки, хотя они всегда работают, требуют усилий. Это значит поставить других людей выше собственных интересов. А есть те, которые ясно понимают, что служат только себе, и способны на все.

Они среди нас, и мы их видим, но нам трудно это признать. Возможно, чтобы избежать ужаса, мы ищем рациональные объяснения тем мелким вредоносным поступкам, которые наблюдаем день за днем. Мы пытаемся оправдать их, пропуская через собственный фильтр, включающий уважение и заботу о ближних. Нам трудно признать, что есть люди, которым наплевать на других. Просто наплевать. Они лишены эмпатии. Они не могут или не хотят поставить себя на место другого. Их ближние – лишь средство достижения цели, поэтому они без колебаний бьют их, очерняют, пытают, подталкивают к краю обрыва и, если нужно, столь же естественно способны ударить, переехать, уколоть, порезать или застрелить.

Средства массовой информации показывают нам их ежедневно. Они повсюду. И к сожалению, их становится все больше. Они убивают своих партнеров даже на глазах у детей. Или убивают своих детей, чтобы приумножить боль тех, кого они оставили. У них не дрогнет рука, когда они день за днем подсыпают яд в пищу, или когда они подходят сзади и стреляют в затылок, или наносят смертельный удар мачете. Они получают удовольствие, когда насилуют. Они достигают оргазма от плача, смерти и расчленения. Они сидят и смотрят, как жертва мучается в агонии, и улыбаются в камеру, входя в зал суда.

Они здесь, но мы предпочитаем обманывать себя. Нам проще укрыться в словах тех, кто твердит, что бояться нечего, что наша среда безопасна. Мы обращаемся к статистике и убеждаем себя, что есть места и похуже, чем то, где мы живем, что с нами никогда не случится ничего ужасного. Какова вероятность быть изнасилованным или убитым? Но цифры обманчивы: достаточно, чтобы худшее случилось с нами однажды. Даже если мы никогда не дойдем до крайности, правда в том, что мы всегда будем сталкиваться с извращенными людьми, способными заставить нас страдать в той или иной степени. И если у нас не будет нужных инструментов, они смогут нас задушить.

Есть люди, которые настаивают на том, чтобы заклеймить криминальную хронику как нездоровую, принизить ее ценность, но ее социальная функция фундаментальна. Быть в курсе происходящего – жизненно важно в буквальном смысле, хотя вполне естественно, что всегда найдутся те, кому невыгодно, чтобы мы были хорошо информированы. Именно поэтому криминальная журналистика подвергается таким яростным нападкам, потому что она может совершать ошибки, но она всегда на улицах, на стороне жертв, проливает свет на реалии, которые могут беспокоить власть имущих, но которые необходимо знать, чтобы мы с вами могли жить спокойно.

Наблюдая за худшими из нас, применяя научный анализ и заглядывая в бездну искаженного поведения, мы можем извлечь фундаментальные уроки для нашей безопасности. Изучение истории серийного убийцы может помочь нам понять странного соседа, который разбрасывает в парке набитые гвоздями котлеты, чтобы навредить домашним животным, или расставляет на дорогах ловушки для велосипедистов. Понимание того, что делают некоторые люди, и выявление причин их поступков помогает нам быть начеку и может спасти нас от очень неприятных ситуаций. Перспектива помогает нам правильно относиться к постоянным ссорам, доносящимся из соседней квартиры, или к человеку, который каждый день наблюдает за детьми в парке.

Не стоит пугаться. Мир прекрасен и полон хороших людей. Я всегда говорю, что зло существует, но нас, хороших людей, больше. Однако абсурдно отрицать очевидное. Есть и хладнокровные существа, которые ждут, когда мы ослабим бдительность, чтобы разрушить наше счастье. Мы не должны этого допустить.

Давайте откроем шторы: темнота всегда пугает. Лучше знать, что угроза существует, а не бороться с монстром в темноте. Итак, дорогой читатель, вы сделали важный шаг: вы решили спуститься в наши самые темные уголки. Но не бойтесь, ведь вы сделаете это под защитой криминологической науки и под руководством лучшего из возможных проводников – Пас Веласко де ла Фуэнте, яркой и сильной женщины, которая хорошо знает, что зло можно победить, только посмотрев ему в глаза и сказав без страха: «Я знаю, кто ты».

Франсиско Перес Кабальеро

Глава 1
Деннис Нильсен
Одиночество— худший спутник

Он был мертв. У меня сложилось впечатление, что он хотел уйти, и я, должно быть, убил его. Я не помню, как душил его. Я просто сидел там в потрясении…

ДЕННИС НИЛЬСЕН

В мире очень мало криминальных историй, в которых сначала находят убийцу и лишь потом обнаруживают его жертв. Эта история – одна из таких. Деннис Нильсен постоянно пребывал в ошеломленном и обескураженном состоянии. Каждое утро, едва проснувшись, он думал, что это будет его последний день на свободе, что в любой момент полиция постучит в его дверь и он будет арестован. Но его никто не подозревал, никто даже не знал, кто он такой. Он был человеком-невидимкой, ничем не примечательным, почти разочаровывающим. Тот, на кого никто и никогда не обратил бы внимания, самый неприметный человек в толпе. Враг, скрывающийся в большом городе, ведущий двойную жизнь незаметно и анонимно: приветливый и вежливый человек, скрывающий невероятно темное и безжалостное прошлое. За этой маской нормальности прятался величайший хищник в истории Соединенного Королевства. Молчаливый серийный убийца, безнаказанно пожиравший жизнь и смерть своих жертв. И никто не догадывался, кто он на самом деле.

Зимним вечером

Холодным вечером 8 февраля 1983 года случайная находка положит конец его преступной карьере. Жители дома номер 23 на Крэнли Гарденс в северном лондонском пригороде Масвелл Хилл уже несколько дней жаловались на засор канализации. Они вызвали сантехника Майкла Катрана, который, подняв крышку канализационного люка, обнаружил субстанцию, издающую сильнейшее зловоние. Катран решил вернуться на следующий день вместе со своим начальником, чтобы еще раз все проверить: насколько он мог судить, засора не было. Затем он заметил, что труба все-таки чем-то забита. Он залез внутрь и вытащил четыре небольшие кости и нечто, напоминающее человеческие останки. Согласно показаниям двоих соседей, той ночью они слышали шаги, вероятно, соседа с верхнего этажа. Настало время звонить в полицию.

Инспектор Питер Джей отвез собранные образцы Дэвиду Боуэну, профессору медицины Лондонского университета и патологоанатому. Боуэн подтвердил, что это действительно человеческие ткани, вероятно, из области шеи, а также кости руки.

Жильцом верхнего этажа был Деннис Нильсен, работник бюро по трудоустройству в Кентиш Таун. Нильсен жил один и не общался с соседями.

Вечером 9 февраля Джей ждал, когда Нильсен вернется с работы. Он представился полицейским и сообщил, что пришел по поводу проблемы с водоотводом. Нильсен, удивленный тем, что полиция занимается таким пустяковым делом, спросил, не являются ли его спутники санитарными инспекторами. Джей ответил, что они тоже полицейские, и попросил разрешения подняться в его квартиру. Нильсен согласился.

Как только дверь отворилась, следователи сразу же почувствовали и распознали тошнотворный запах смерти.

Джей сообщил Нильсену, что они нашли человеческие останки в сточных трубах, и решил спросить прямо: «Где остальные части тела?» Нильсен спокойно указал на шкаф в соседней комнате. Внутри лежали два мешка для мусора.

Нильсен был немедленно арестован по подозрению в убийстве. Джей спросил, есть ли еще что-нибудь, что он должен знать, на что Нильсен ответил, что это долгая история. Он хотел все рассказать, но не здесь, а в полицейском участке. По дороге полицейский не переставал думать об одной детали – размере мешков. Он повернулся к Нильсену и спросил прямо:

– В мешке только одно тело или два?

Ответ Нильсена всех ошеломил:

– 16 или 16 с 1978 года, когда я убил свою первую жертву.

– Вы хотите сказать, что с 1978 года вы убили шестнадцать человек?

Нильсен посмотрел без малейшего намека на эмоции и ответил:

– Именно так.

Испуганных следователей беспокоили два вопроса. Первый заключался в том, что они имели право держать Нильсена под стражей только 48 часов, поэтому, чтобы доказать, что он был серийным убийцей на протяжении последних пяти лет, им пришлось работать день и ночь. Для этого было необходимо установить личность хотя бы одной из жертв. Второй вопрос: как могло случиться, что в Лондоне исчезли пятнадцать или шестнадцать человек и никто этого не заметил? Почему никто не заявил о пропаже этих людей?

Признание

Как только Нильсена взяли под стражу, следователям пришлось решать, какой способ допроса применить, ведь только Нильсен мог дать им нужную информацию. Сколько преступлений он совершил? Кем были его жертвы и почему он это сделал? Нильсен служил в армии и в полиции, поэтому Джей решил, что лучше всего будет провести допрос в спокойной обстановке: с сигаретой, чашкой кофе и подколками. Признание заняло более тридцати часов на протяжении одиннадцати дней. В ходе допроса, который формально начался 11 февраля, Нильсен всегда отвечал очень искусно, чтобы в любой момент избежать обвинений в преднамеренном убийстве.

Нильсен рассказывал о своих преступлениях совершенно откровенно. Он говорил без остановки, сообщая мельчайшие подробности, делясь темными и кровавыми секретами, чтобы произвести впечатление и казаться опасным. Он прекрасно помнил каждую из своих жертв: как они выглядели, какой у них был акцент, как они были одеты, давал очень точные и подробные описания каждого убийства и каждого последующего расчленения. Казалось, он был абсолютно спокоен и наслаждался рассказом, тем самым питая свою фантазию. Он гордился содеянным, словно сам не мог поверить, что такой неприметный человек, как он, мог лишить жизни стольких людей. В каждой интонации, в каждом жесте чувствовались его величие и самодовольство. Впервые на него не только обратили внимание, но и он сам почувствовал свое могущество: он прекрасно понимал, что следователи могут продолжить расследование только в том случае, если он признается и раскроет личности своих жертв. Все было в его руках. Контроль был у него. У него.

Только у него. Слушать, как он хладнокровно и с абсолютным отсутствием эмпатии рассказывает обо всем, что сделал со своими жертвами, и о том, как жил с ними в течение нескольких месяцев, было страшно.

Трупы в Крэнли Гарденс

Нильсен признался, что в мешках находились останки троих мужчин. Затем он предложил следователям осмотреть определенные места его квартиры, чтобы найти то, что там было спрятано. Он прятал их везде. Первой жертвой, которую удалось опознать, хотя и не первым убитым им человеком, был Стивен Синклер, 20-летний наркоман, с которым он познакомился в конце января 1983 года. Вторую жертву он назвал «охранником» Джоном. А вот о третьей не сообщил никаких подробностей. Доктор Боуэн подтвердил, что отпечатки пальцев у одного из тел действительно совпадали с отпечатками пальцев Стивена Синклера, имевшего судимость за мелкое правонарушение – теперь Нильсену могло быть предъявлено обвинение в убийстве.

Нильсен рассказал, что все началось на Мелроуз Авеню, где он проживал до этого, и что останки его предыдущих жертв можно найти в саду. На самом деле три тела, найденные в Крэнли Гарденс, были его последними.

Таблица 1. Жертвы, убитые в Крэнли Гарденс в 1982–1983 годах. Все они были бездомными.[1]

Сад на Мелроуз Авеню

Нильсен привел двух следователей в свой прежний дом, где он проживал с 1976 по 1981 год. Там он указал на участок в саду, где были найдены останки. Он признался, что убил тут около 12 или 13 человек, после чего расчленил тела и сжег останки в трех разных кострах и в разное время. Чтобы скрыть запах, он сжигал рядом с телами старые покрышки.

После кропотливой работы Джей и его команда нашли останки человеческого пепла и фрагменты костей, принадлежавших восьми разным жертвам. Перед тем как их сжечь, Нильсен прятал останки под половыми досками первого этажа. Из его неторопливого и хладнокровного рассказа следователи получили достаточно доказательств для идентификации нескольких жертв, так что после визуального осмотра и обыска дома Нильсену были предъявлены обвинения по шести пунктам в убийстве и трем пунктам в покушении на убийство.

Невидимые преступления

Мелроуз Авеню, 195

30 декабря. Новогодние праздники. Нильсену одиноко, и он решает отправиться на поиски компании. Как обычно, он идет в один из пабов, где и встречает свою первую жертву. Его зовут Стивен Холмс, ему четырнадцать лет. Нильсен приглашает парня домой, чтобы вместе встретить Новый год и напиться до беспамятства. Проснувшись, он вновь ощущает жуткий страх покинутости и одиночества. Он боится, что этот мирно спящий подросток уйдет, но не знает, как его удержать. Опустив взгляд на пол, он рассматривает брошенную одежду и замечает галстук, который носил накануне вечером, и вдруг понимает, что должен сделать. Он завязывает галстук на шее Стивена и начинает его душить, но мальчик просыпается и оказывает сопротивление. Нильсен продолжает затягивать галстук. Стивен становится все слабее и слабее и теряет сознание. Тогда, чтобы завершить дело, Нильсен решает погрузить его голову в ведро с водой. Затем он моет тело, тщательно вытирает и надевает на него чистые носки и нижнее белье.

Нильсен живет с трупом целую неделю.

Он купает его и ухаживает за ним каждый день, усаживает перед телевизором и укладывает в постель. Лишь спустя неделю он решает спрятать труп под половицами. Там он останется на восемь месяцев.

Проходит почти год, прежде чем Деннис Нильсен снова совершает убийство. Это происходит 3 декабря 1979 года. В пабе «Принцесса Луиза» в Сохо он встречает Кеннета Окендона, канадского студента, приехавшего в Лондон. Они гуляют по городу и фотографируются. Нильсен приглашает его к себе домой перекусить и выпить пива. Там он настороженно наблюдает за парнем. Он понимает, что, как и Стивен, Кеннет тоже уйдет, и решает его убить. Он знает, что это единственный способ его удержать. Ночью, изрядно выпив, он душит Кеннета шнуром от наушников, когда тот слушал музыку. Затем он повторяет тот же ритуал, как и с первой жертвой, и укладывает его на кровать. Следующие две недели все повторяется: он усаживает его перед телевизором, одевает… Пока опять не прячет труп под половицами.

После первых двух убийств период охлаждения сокращается. В течение следующих 20 месяцев Нильсен убивает еще десять человек. Убийство становится для него привычкой: оно доставляет ему удовольствие, и он теряет страх. Никто не постучал в его дверь ни после смерти Стивена, ни после смерти Кеннета, поэтому он дает волю своим желаниям.

Однако остается одна загадка: не все мужчины, приходившие к нему в дом в течение пяти лет, были убиты, поэтому по-прежнему невозможно сказать, что было главным элементом, побудившим Нильсена одних убить, а других оставить в живых.[2]

Таблица 2. Жертвы, убитые в доме на Мелроуз-авеню в 1978–1981 годах: пятеро из них были установлены, еще четверо остались неопознанными. Хотя Нильсен утверждал, что убил 15 молодых людей, в тюрьме он признался, что выдумал трех жертв, чтобы соответствовать тому, что он первоначально сообщил полиции.

Район охоты Нильсена

Охотник идет туда, где есть добыча. Разумный выбор территории для охоты – обязательное условие для успешного убийства, и этот выбор зависит от личности и потребностей конкретного убийцы. Большинство из них нападает в знакомом им месте, где они чувствуют себя комфортно. Жертва выбирается исходя из совокупности обстоятельств, которые делают ее доступной для агрессора и уязвимой для нападения (Canter, 1994, стр. 188). С учетом этих критериев серийных убийц можно классифицировать в зависимости от их мобильности.

Преступная динамика Нильсена была четко определена: он жил, работал и выбирал жертв в хорошо знакомом ему небольшом районе между Вест-Эндом и Северным Лондоном. Его конкретным местом охоты были пабы. Нильсен заходил туда выпить пива и поболтать с молодыми людьми; он всегда был дружелюбен, вежлив, щедр и под предлогом продолжения пьянки или ужина отвозил их домой. Он точно знал, к кому подойти, с кем поговорить или предложить помощь, особенно молодым людям, живущим на улицах.

Его географическое поведение при поимке жертв было неоднозначным (Rossmo и Rombouts, 1997):

• Охотник. Из своего дома он отправлялся в близлежащие развлекательные заведения, где, как он знал, можно было найти нужный тип жертвы.

• Ловец. Выбрав жертву, он обманывал ее, притворяясь невинным и дружелюбным; это была простая уловка, чтобы заставить жертву пойти с ним домой, где уже в большей безопасности он убивал своих жертв.

Нильсен всегда действовал преднамеренно и хладнокровно. Его жертвы были беспомощны, пьяны или спали, что гарантировало отсутствие сопротивления при атаке или криков о пощаде. Большинство из них он предварительно душил до потери сознания, чтобы потом легко их утопить. Он должен был быть уверен в их смерти.

Лондон

Изображение 3. Нильсен жил, работал и выбирал жертв в районе между Вест-Эндом и Северным Лондоном.

Эмоциональный вакуум в жизни Нильсена

Нильсен родился на северо-западе Шотландии в холодный ноябрьский день 1945 года, и этот холод сопровождал его всю жизнь. В детстве он почти не видел своего отца, норвежского солдата, который после немецкого вторжения бежал в Шотландию, где в 1942 году женился на Элизабет Уайт. Настоящей семьи у них так и не получилось, и в конце концов супруги развелись. Нильсен и его братья росли вместе под строгим надзором бабушки и дедушки, пока их мать не вышла замуж во второй раз. Хотя его детство прошло в довольно репрессивной среде – в духе педагогических методов 1950‐х годов, – маленький Деннис был счастливым ребенком, который ездил с семьей на воскресные пикники и наслаждался долгими прогулками на плечах у деда, когда тот рассказывал ему истории о море. Дедушка был для него героем и защитником. На самом деле, когда тот уходил в море, жизнь Нильсена пустела до его возвращения (Foreman, 1992, стр. 122). Дед был его единственным близким человеком до тех пор, пока его не унес сердечный приступ во время рыбалки в Северном море. Нильсен описывает воспоминание о теле деда в гробу как самое яркое в его детстве: мать не сказала ему, что дед умер, и он не знал об этом, пока не увидел гроб в гостиной. Для него это была тяжелейшая утрата, означавшая и его эмоциональную смерть.

Когда Нильсену было пять лет, любимый дедушка стал первым мертвецом, которого он увидел: с тех пор образы любви и смерти навсегда слились в его сознании.

Маленький Нильсен так любил своего деда, что тоже хотел умереть. Он не понимал, почему тот ушел. Он чувствовал себя брошенным и беспомощным.

После этого Нильсен стал одиноким мальчиком-интровертом, рос с матерью, которая не проявляла к нему никакой привязанности. Пустоту, образовавшуюся после внезапного исчезновения деда, заполнили порывы его воображения, которые постепенно привели его в мир, где перемешались фантазия и реальность. И никто, кроме него, не мог увидеть этот мир. Однако он никогда не проявлял злости или жестокости по отношению к животным или другим детям, не был агрессивным – напротив, маленького Нильсена ужасала жестокость, которую проявляли некоторые его одноклассники. Над ним самим издевались в школе, потому что он был из бедной семьи и не имел будущего.

Достигнув полового созревания, он понял, что испытывает романтические и сексуальные чувства и стыдыться этого. Смущенный, пристыженный изгой, он заставлял себя скрывать их: мораль общества и церкви в то время была очень репрессивной, и его внутренние удовольствия и желания должны были оставаться в тайне.

Нильсен бросил школу в возрасте 16 лет. Его успехи в учебе были выше среднего, особенно в искусстве и истории. Тогда же он поступил на военную службу. Он описывает эти годы как самые счастливые в своей жизни. Он сдал экзамен на офицера общественного питания и получил свою первую должность повара на службе британской армии в Норвегии. Там он научился пользоваться разделочным ножом и забивать скот. Примерно в это же время он начал сильно пить, чтобы побороть свою застенчивость, и стал чаще предаваться своим фантазиям. Однажды ночью он напился до беспамятства в доме молодого немца. Утром Нильсен проснулся раньше хозяина, и именно образ спящего неподвижного юноши почему-то стал частью фантазий, которые он развивал в течение некоторого времени, и часто представлял молодого человека полностью бессознательным или даже мертвым. Нильсену было 19 лет. Вскоре после этого он добавил новый элемент к своим фантазиям: начал использовать большое зеркало, в котором мог наблюдать собственное отражение, не стесняясь лица. Таким образом, он начал представлять себя другим человеком, с кем он вступает в половой акт. Это позволило ему визуально разделить свою личность (Coffey, 2013, стр. 86–87).

После 11 лет службы в армии он вернулся в Лон-дон. Там он начал обучение на полицейского, которое закончил в апреле 1973 года. Все коллеги восхищались его работой: Нильсен был спокойным и дотошным полицейским, но ему не хватало армейского духа товарищества. Часть его подготовки включала посещение морга, где новобранцев приучали к мертвым телам. Вместо того чтобы испугаться, Нильсен почувствовал странное очарование при виде этих безжизненных тел. В это же время он начал посещать пабы, где завел несколько случайных связей, но его главным желанием было найти постоянные отношения. Ему нужен был кто-то рядом.

В конце 1974 года Деннис Нильсен ушел из полиции. Во время одного из своих ночных дежурств он обнаружил двоих мужчин, которых следовало арестовать за хулиганство, однако он не смог их задержать, после чего внезапно решил уволиться. Вскоре он нашел работу государственного служащего в бюро по трудоустройству. В его обязанности входило помогать неквалифицированным рабочим найти новую работу. Его работоспособность и преданность делу позволили ему подняться до должности среднего звена в бюро по трудоустройству Кентиш-Тауна, которую он занимал на момент ареста в 1983 году.

В 1975 году Нильсен познакомился с Дэвидом Галлиханом, когда увидел, как двое мужчин угрожали избить того у дверей паба, и Нильсен вмешался. Галлихан был безработным и ночевал в приюте, поэтому Нильсен предложил ему помощь. На часть наследства, оставленного ему отцом, Нильсен снял первый этаж дома 195 по Мелроуз-авеню и поселил Дэвида в отдельной комнате. Поначалу все шло хорошо, но со временем их жизнь резко ухудшилась, возможно, потому, что Дэвид не работал. Конфликты возникали все чаще, и в 1977 году Галлихан ушел. Позже на допросе он будет утверждать, что Нильсен часто оскорблял его во время ссор, однако никогда не применял к нему физического насилия.

Стресс сильно переполняет любого человека, который не знает, как с ним справляться. Именно стресс может стать тем триггером, который заставит человека перейти определенные границы. В случае с Нильсеном это был уход Галлихана, повергший его в абсолютное одиночество и изоляцию. Поворотный момент, изменивший его навсегда.

Следующие полтора года Нильсен пытался знакомиться с другими людьми, но не мог поддерживать общение дольше двух недель.

Нильсен убедил себя, что он навсегда останется один – у него никогда не будет не только семьи, но и друзей. Он погрузился в работу, а вечерами выпивал, смотрел телевизор или слушал музыку.

Невыносимое одиночество

Одиночество переживается как чувство, связанное с состоянием эмоциональной отстраненности, оказывающее очень значительное влияние на антисоциальное и гомицидальное поведение; в самых крайних проявлениях оно может привести к социальной, эмоциональной и моральной нечувствительности и безразличию к жизни других людей, враждебности и гневу (Martens и Palermo, 2005, стр. 305).

Всю жизнь Нильсен чувствовал себя одиноким и отвергнутым. Он рос, не умея формировать эмоциональные связи с другими людьми. Потеря деда и второй брак матери, от которого родились четверо детей, загнали его в угол и лишили столь необходимой привязанности. Вид трупа человека, которого он любил больше всех, оставил на нем неизгладимый след, который вылился в извращение. У него появился некрофильский инстинкт и неестественный сексуальный импульс, которых он сначала не понимал, но которые росли внутри него. Позже, в подростковом возрасте, он начал испытывать мрачное увлечение смертью, которое он относил к определенным сексуальным фантазиями, связанным или не связанным с возможным физическим насилием со стороны его деда, хотя в этом отношении мы знаем только то, что рассказывал сам Нильсен.

Он часто притворялся трупом, лежащим на полу перед зеркалом. Он покрывал свою и без того белую кожу тальком и красил губы синей помадой. Затем он наблюдал за собой, наслаждаясь собственным образом. Пока эти фантазии были только частью его интимной жизни и психического уединения, Нильсен оставался в безопасности, но растущее внутреннее давление заставило его наконец обратиться к реальному опыту смерти.

Сначала он компенсировал свои сексуальные фантазии, созерцая собственное обнаженное тело в зеркале, но наступил момент, когда этого стало недостаточно. Неудачи, которые он испытывал в своих чувствах, становились все более невыносимыми. Поэтому он решил создать свой собственный мир, чтобы облегчить душевные страдания из-за всех неприятий, унижений и отверженности, которые он пережил с детства. Однако если что и толкало его на убийство, так это невыносимое одиночество и патологическая потребность в компании. У Нильсена не было друзей, потому что он не умел общаться с другими людьми; он общался только с теми, кого встречал в пабах, куда ходил, чтобы утопить свое одиночество в бутылке. Когда пабы закрывались и кто-то соглашался продолжать пить у него дома, мысль о том, что Нильсен утром снова останется один, была слишком болезненной. Он мог представить лишь единственный способ, чтобы новый гость остался с ним. Таким образом, его преступное поведение было не только выражением ужасных страданий, которые причиняло ему одиночество, но и попыткой выжить. На самом деле Деннис всегда был в поисках настоящего друга на всю жизнь.

Ему нравились люди со слабым характером, рядом с которыми он мог почувствовать себя сильным и властным, прямо противоположным тому, каким он был в повседневной жизни. Это было глубоко в его психике. В то же время он верил, что только он может защитить тех, кому нужна помощь.

Еще одним мотивирующим фактором к некрофилии Нильсена мог стать страх быть отвергнутым, поэтому он выбирал тех, кто уже точно не мог оказать никакого сопротивления. Находясь рядом с трупами, он чувствовал себя одновременно сопричастным и могущественным. Он мог смотреть с ними телепередачи или разговаривать часами… Они никогда не отвечали, не спорили, а главное – позволяли ему чувствовать себя хозяином положения. Они бы никогда его не покинули. Важным было per se (пер. с лат. – по существу, как таковое) не само убийство, а то, что происходило после него. В большинстве случаев Нильсен мастурбировал, стоя или лежа рядом с трупами, но он никогда не проникал ни в одну из своих жертв post mortem (пер. с лат. – посмертно). Все его сексуальные отношения были интеркруральными (coitus interfemoris) (пер. с лат. – межбедренный секс), то есть он просто терся пенисом между бедрами трупов или о них для сексуального удовлетворения.

После убийства он следовал одному и тому же ритуалу со всеми жертвами. Он купал их с особой тщательностью, сбривал волосы на туловище, чтобы они соответствовали его физическому идеалу, и скрывал все недостатки кожи с помощью грима (Coffey, 2013, стр. 206). Затем он одевал трупы в нижнее белье и носки и усаживал на диван или в кресло, чтобы поговорить. С ними он чувствовал себя комфортнее, чем с живыми людьми. Он даже писал им стихи. Они были идеальными спутниками и всегда ждали, когда Нильсен вернется домой в свою жизнь, которую он мог сделать прекрасной только таким образом.

Почему Нильсен не был арестован раньше?

Нильсен мог быть арестован намного раньше, что спасло бы множество жизней, но несколько обстоятельств этому помешали.

В октябре 1979 года он попытался убить Эндрю Хо, студента из Гонконга, с которым познакомился в пабе по улице Сент-Мартинс-Лейн. Он отвез его домой и попытался задушить, но Хо удалось сбежать и сообщить о случившемся полицейским. Они допросили Нильсена, который сказал, что это была обычная ссора между друзьями, а сам студент не стал выдвигать обвинения, испугавшись публичного разбирательства.

В большинстве случаев об исчезновении других жертв Нильсена никто не заявлял вовсе, поэтому расследования даже не начинались. А исчезновения Кеннета Оккендона и Мартина Даффи, которые все-таки были зарегистрированы, посчитали пропажами, никак не связанными с серийными убийствами.

Еще одним фактором стал тяжелый экономический кризис и высокий уровень безработицы в стране. Некоторые из жертв были молодыми людьми, приехавшими в Лондон из разных сельских городов в поисках работы. Многие из них не имели постоянного места жительства и никого не знали, поэтому их исчезновения остались совершенно незамеченными. Радушие и щедрость, проявленные к ним Нильсеном, стали ловушкой, которая привела их прямо к гибели.

Кроме того, Нильсен знал, что четыре жертвы, которым удалось спастись [3], никогда не донесут на него. Карла Стоттора полиция назвала «истериком», когда он свидетельствовал, что Нильсен пытался утопить его в ванне в мае 1982 года. Ко всем жертвам, которые доносили на Нильсена, относились с презрением. Их игнорировали, оставляя с травмой от осознания того, что на них было совершено покушение, подвергая их повторной виктимизации, от которой им было очень трудно оправиться.

Судебный процесс

Весь Лондон с нетерпением хотел посмотреть на Нильсена. Все, что о нем знали, – это были те ужасающие преступления, о которых написала пресса. Люди представляли себе монстра, грубого и здорового дикаря, с лицом человека, потерявшего все и не испытывающего ни малейшего сочувствия ни к кому; злодея, внушающего ужас одним лишь взглядом. Но реальность оказалась совсем иной: внезапно перед лондонцами, перед всей Англией и всем миром предстал худой, хрупкий, невзрачный мужчина. Как могло случиться, что такой человек оказался жестоким серийным убийцей? Его образ полностью разрушал стереотип чудовищного душегуба.

Судебный процесс начался 24 октября 1983 года в зале номер 1 суда Олд-Бейли. Нильсену были предъявлены обвинения по шести пунктам в убийстве и по двум пунктам в покушении на убийство. В ходе процесса под сомнение ставилась не его вина, поскольку он сам признался в содеянном, а его психическое состояние не только в связи с самими преступлениями, но и в отношении манипуляций с телами post mortem. Прокурор настаивал, что имело место преднамеренное умерщвление с заранее обдуманным намерением, поэтому Нильсен виновен в убийстве. Защита, напротив, утверждала, что его «психическая аномалия» снижала его ответственность за свои действия, поэтому, согласно разделу 2 британского Закона о непредумышленном убийстве 1957 года, он может быть обвинен только в непредумышленном убийстве [4]. Судебный процесс должен был завершиться в кратчайшие сроки. Поскольку Нильсен признал себя виновным, предполагалось, что доказательства не будут представлены и семьям жертв не придется слушать о том, как он расчленял их близких. Но, неожиданно сменив адвоката, Нильсен заявил перед присяжными свою невиновность. Адвокат посчитал, что у него достаточно оснований, чтобы аргументировать снижение ответственности, и поэтому необходимо представить все соответствующие доказательства.

25 октября обвинение вызвало трех свидетелей, которым удалось сбежать от Нильсена: Дугласа Стюарта, Пола Ноббса и Карла Стоттора. Ноббс описывал Нильсена как дружелюбного человека, который не проявлял к нему насилия. Он пригласил его к себе в Крэнли Гарденс, и они изрядно выпили. На следующий день он проснулся с сильной головной болью, посмотрел в зеркало и заметил красное пятно на своей шее. Он попрощался с Нильсеном и отправился в больницу. Там ему сказали, что его пытались задушить, но Ноббс ничего не мог вспомнить. Более того, он не стал обращаться в полицейский участок, потому что был уверен, что там ему не поверят. В конце своих показаний Ноббс сказал, что Нильсен был все время вежлив и не проявлял никаких признаков жестокости или агрессии.

Показания Стоттора были более ужасающими, потому что он как раз помнил, что Нильсен пытался утопить его в ванне, засунув сначала в спальный мешок. В конце концов он потерял сознание. Придя в себя, он обнаружил, что лежит на диване, а нападавший растирает ему ноги, чтобы привести в чувство. На шее у него был красный след. Он оделся, и Нильсен сам проводил его до станции метро.

Защита использовала оба эти показания, утверждая, что Нильсен мог вести себя нормально, но в некоторых случаях, когда им овладевал неконтролируемый импульс убийцы, он становился непредсказуемым.

На следующий день была зачитана стенограмма признания Нильсена.

Ужасающие описания обезглавливания, потрошения и расчленения потрясли всех присутствующих.

Некоторые присяжные плакали, однако Нильсен слушал безучастно. Он всего лишь уточнил некоторые из своих показаний.

Судебный процесс длился более двух недель. Деннис Нильсен был приговорен к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение в течение 25 лет. Ему было 38 лет. Он умер в тюрьме в возрасте 72 лет 12 мая 2018 года.

Личность Нильсена

Логично предположить, что человек, совершающий преступления ante mortem (пер. с лат. – до смерти) и post mortem (пер. с лат. – после смерти) его жертв, подобные деяниям Нильсена, страдает неким психическим расстройством, но психиатрам не удалось этого доказать. Вероятно, что в сознании Нильсена слились воедино понятия любви и смерти, чего наряду с одиночеством и чрезмерным употреблением алкоголя было достаточно, чтобы он потерял контроль над собой и совершил убийство, как только в его фантазиях оно стало вероятным.

Психиатры защиты доктор Джеймс Маккейт и доктор Патрик Галлвей опубликовали отчеты, в которых дается представление о личности Нильсена (Coffey, 2013, стр. 258, 260; Masters, 1985, стр. 211, 221).

Проблемы с выражением чувств и недостаток эмоционального развития.

Нарциссические черты, отраженные в его признании.

Некрофилия. Ассоциация между бессознательным телом и сексуальным возбуждением.

Дезадаптивные формы поведения, сочетание которых сделало его смертельно опасным человеком.

Нарушенное чувство идентичности.

Шизоидное расстройство личности. Внутри Нильсен был слабым, уязвимым и эмоционально зависимым человеком, что он пытался компенсировать чрезмерным стремлением к власти и превосходству над своими жертвами. Больше всего он боялся, что его бросит тот, к кому он был эмоционально привязан. Его шизоидные черты удавалось сдерживать, пока он поддерживал отношения с Галлиханом. После того как тот прекратил с ним общаться, чрезмерная изоляция, чувство унижения и обиды спровоцировали его кровожадное поведение.

Эгоцентризм. Нильсен всегда оставался незамеченным, но теперь на него обратило внимание все британское общество.

Дневники Нильсена

Во время пребывания в тюрьме Нильсен не терял времени даром: он записал около 250 часов аудиопленки и вел дневник из 50 тетрадей, уникальный в истории криминальной психологии по своей искренности и тщательному исследованию каждого из своих преступлений. Дневники Нильсена свидетельствуют о его слабой или неадекватной личности (Ramsland, 2019), а также дают ему возможность постоянно переживать свои преступления заново.

Он также сочинял стихи, писал прозу и делал зарисовки своих жертв, как он их запомнил, которые собрал в жуткую коллекцию рисунков «Монохромный человек: грустные наброски». В них он показал свою абсолютную отстраненность и полное отсутствие эмпатии к смерти другого человека. По сути, его стихи показывают нам эмоционально мертвого Нильсена, внутри которого нет совсем ничего.

Изображение 4. Набросок одной из жертв. (Источник: Brian, 1995, стр. 306–307)

После многочисленных бесед и переписки с Брайаном Мастерсом появилась его биография «Убийство за компанию», опубликованная в 1985 году. Он также написал мемуары «История тонущего мальчика: автобиография», послужившие прологом криминологу Марку Петтигрю и опубликованные только в 2021 году – более чем через два года после смерти Нильсена. Их редактировал Марк Остин, который общался с Деннисом Нильсеном на протяжении 27 лет. Однако его чрезмерно извращенные фантазии были удалены перед публикацией.

Выводы

Преступления Нильсена были частью его мира тьмы, поглощавшего своими фантазиями и одиночеством. Понятия любви и смерти слились в его сознании, и после внезапной и необъяснимой потери деда смерть стала единственным известным способом почувствовать любовь.

Его убийства были извращенной формой поиска близкого человека. Нильсен убивал не по обычным для серийного убийцы причинам, а потому что ему нужен был кто-то рядом: кто-то, кто будет ждать его возвращения домой.

Большинство серийных убийц планируют, как избавиться от тел своих жертв, чтобы не быть пойманными. Нильсен поступал так же, и поначалу это работало. Но переезд с намерением начать новую жизнь повлек за собой ошибку, которая в свою очередь и привела его в тюрьму. По иронии судьбы именно решение о переезде привело к его аресту и осуждению, иначе Нильсен не перестал бы убивать.

Часть его жертв тоже были одиноки, очень одиноки, настолько, что трое из них до сих пор не опознаны. Некоторые из них умерли в поисках дружбы, но они были убиты дважды: сначала Нильсеном, а потом обществом, не заметившим их пропажи.

КРИМИНОЛОГИЧЕСКАЯ КАРТОЧКА Д. НИЛЬСЕНА

Глава 2
Натан Леопольд и Ричард Лёб
Над добром и злом

Это был просто эксперимент. Для нас попробовать совершить преступление так же просто, как для энтомолога насадить жука на булавку.

НАТАН ЛЕОПОЛЬД

У Натана Леопольда и Ричарда Лёба было все. Они были молодыми и яркими членами двух самых влиятельных и богатых семей в Чикаго. Леопольд, обладавший незаурядным интеллектом, был одержим идеей «сверхчеловека», предложенной немецким философом Фридрихом Ницше. Лёб, заядлый читатель криминальных романов, был убежден, что сможет совершить идеальное преступление. Обоих объединяла общая цель: доказать свое интеллектуальное превосходство (Brian, 1995, стр. 106–107), совершив убийство, которое никогда не будет раскрыто (Geis и Bienen, 1998, стр. 13–47). Они считали себя выше любых социальных или моральных правил, ограничивающих действия и поведение обычных людей.

Многие специалисты в области права, психического здоровья и средств массовой информации работали совместно, чтобы разобраться в этих событиях (Fiorini, 2005). Поиск объяснений произошедшего превратил дело Леопольда – Лёба в социально-экономический, культурный, юридический и психиатрический вызов. Все пытались ответить на один и тот же вопрос: почему было совершено преступление?

Леопольд и Лёб нарушали привычные криминальные шаблоны и предубеждения того времени, связывающие преступность с определенным социальным классом. Американское общество было обескуражено, обнаружив, что самые страшные преступления были совершены молодыми людьми не из маргинальной среды и с ограниченными возможностями – напротив, их совершили представители самого защищенного и привилегированного социального класса Америки.

Факты

Чикаго, 21 мая 1924 года

Уже поздний вечер, а маленький Бобби Фрэнкс все еще не вернулся из школы. Обычно он идет домой пешком: его учебное заведение, Гарвардская школа для мальчиков, находится недалеко от его дома на Эллис-авеню в Кенвуде, одном из самых элитных районов Чикаго. Его отец, богатый и известный бизнесмен, не может больше ждать и отправляется на его поиски. Он встревожен. Пока его нет, раздается телефонный звонок. Отвечает мать Бобби, Флора, которая осталась дома на случай возвращения сына или звонка мужа с известием о его местонахождении. Это не муж. На другом конце провода мужской голос сообщает ей: «Ваш сын похищен. С ним все в порядке. Завтра будут дальнейшие новости».

Чтобы избежать нежелательных последствий, если это событие попадет в прессу или полицию, Джейкоб Фрэнкс решает поначалу не сообщать о нем, но после нескольких часов отсутствия связи с похитителями он все-таки отправляется в полицейский участок. Было два часа ночи. Через несколько часов, около 9 часов утра 22 мая, супруги Фрэнкс получают отпечатанное на машинке письмо. Обращение в нем предельно формальное: «Уважаемый сэр…». В остальной части письма говорится, что Бобби будет освобожден в обмен на 10 000 долларов (около 165 000 долларов по нынешнему курсу), и дается ряд инструкций: выкуп должен быть выплачен мелкими, использованными и пронумерованными купюрами, которые должны быть помещены в завернутую и запечатанную коробку. Все должно быть готово к часу дня: в это время им позвонят и сообщат подробности. В конце письма их заверяли, что сын вернется домой через шесть часов после оплаты, и предупреждали, чтобы родители не обращались в полицию, если хотят увидеть его живым. Но Джейкоб Фрэнкс уже сообщил о похищении.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Голова, руки и верхняя часть торса хранились в коробке из-под чая в гостиной, а ноги и нижняя часть торса – под ванной (Master, 1985, стр. 18).

Вернуться

2

В возрасте 60 лет Нильсен прислал из тюрьмы письмо в газету Evening Standard, в котором признался, что Стивен Холмс был первой из его 12 жертв. См. статью «Серийный убийца Деннис Нильсен признался в первом убийстве», опубликованную газетой Evening Standard (2012).

Вернуться

3

Кроме Эндрю Хо (1979) еще были Дуглас Стюард (1980), Пол Ноббс (1981) и Карл Стоттор (1982).

Вернуться

4

Можно обратиться к Закону об убийствах (Homicide Act) 1957 года на сайте <www.legislation.gov.uk>

Вернуться