Дарья Калинина
Тысяча и одна дочь

© Калинина Д.А., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Глава 1

Взлет и падение. Потом недолгое парение на одном месте и вновь резкий рывок в сторону. Трепыхание пестрых крылышек, покрытых тончайшей пыльцой, усики, трогательные тонкие ножки. Наблюдать за танцами этих ярких тропических насекомых можно было часами.

– Какие красивые! Правда, Сашенька? И порхают так занятно, словно и впрямь танцуют!

Гостья была в полном восторге от зрелища, а вот Саше было жалко этих бабочек. Оторванные от своей родной стороны, они вылупились под искусственным светом ламп в условиях, лишь отчасти приближенных к привычной им среде обитания. Они были пленницами своего стеклянного домика, за стенами которого их ждала лишь неприглядная северная зима, холод и быстрый конец.

Особенно было жалко одну бабочку. Она была заметно крупнее и ярче остальных. Резвостью она тоже отличалась от них в лучшую сторону. Порхала так резво, что ни одна из ее цветастых подружек не могла за ней угнаться. И еще была в ее движениях какая-то особенная красота и пластичность, что притягивала к себе не только взгляды людей, но и внимание других бабочек. Они были помельче, но крутились возле своей подружки целыми хороводами.

– Дамочка-бабочка со своими кавалерами кружится, – произнес неподалеку мужской голос.

Тетушка оглянулась на этого человека и тихонько ойкнула. Но в ответ на вопрос Сашеньки лишь покачала головой и сказала, что все в порядке, просто ей померещилось что-то за окнами.

Саша тоже посмотрела на темные окна, за которыми падал снег. И ей стало совсем грустно из-за поведения бедных бабочек. Хрупкие их крылышки не выдержали бы и минуты пребывания там на морозе. И еще Сашеньке показалось, что отнюдь не окна встревожили ее спутницу. Напугал ее мужчина, прошедший мимо них и бросивший странное замечание про бабочку.

Заметив, что ее тетушка как-то уже совсем не так бурно восторгается бабочками и даже, напротив, сделалась задумчива, печальна и медлительна, Сашенька предложила:

– Может, пойдем уже дальше и продолжим осмотр? Тут имеются еще две витрины, где представлены бабочки Центральной Америки. Там есть на что поглядеть.

– Подожди, я немного устала.

Сашенька с удивлением взглянула на тетушку. Впервые за время их знакомства та жаловалась на усталость. И что с ней такое случилось? Бледная, словно только что призрак увидела. Может, ей нездоровится? Бодрая-то она бодрая, но годы уже дают о себе знать.

– Где бы нам тут присесть и передохнуть?

– Пойдемте в кафе, – предложила Сашенька. – Или лучше домой?

– Нет! В кафе.

– Отлично! – обрадовалась девушка. – Это неподалеку.

И они побрели по заснеженным улицам, по дороге разговаривая о том, как им повезло встретиться и познакомиться. Тамара Викторовна не была близкой родственницей Саши, родство их было всего лишь троюродным. Но Тамара Викторовна крепко дружила с бабушкой Саши. И обе пожилые дамы считали свои отношения не столько родственными, сколько дружескими. В любом случае Тамара Викторовна приехала к ним в гости из своей Рязани, а гостей, как известно, нужно опекать и развлекать. И развлекать хорошо, чтобы они всем остались довольны. Потому что бабушка самой Саши проводила в Рязани каждый год почти все лето и, конечно, Тамара Викторовна была вправе рассчитывать с ее стороны на ответное гостеприимство.

И все было бы хорошо, пожилые дамы славно провели бы время, наслаждаясь компанией друг друга и прогулками по зимнему Петербургу, но буквально накануне приезда Тамары Викторовны в семье Сашеньки случилось несчастье. Когда путешественница уже сидела в поезде и катила навстречу своим новым приключениям, у бабушки Саши зашевелился ее камень в желчном пузыре. Да так активно задвигался, что перекрыл все ходы и выходы и пришлось хирургам удалять его вместе с самим пузырем.

Ничего опасного в этой операции не было – впрочем, как и приятного. Но прошла она для бабушки быстро и благополучно, пациентка сразу же почувствовала себя много лучше, чем до того. Так что можно было считать, что дело обошлось. Но все же бабушка на какое-то время должна была остаться в больнице и уделить всю себя родственнице в ее прогулках по городу и окрестностям не могла.

– Придется кому-то из нас сопровождать Тамару Викторовну в ее экскурсиях, – сказал папа и посмотрел на маму с невиннейшим выражением лица, которое было бы больше под стать младенцу, но никак не взрослому пятидесятилетнему мужчине.

– Нельзя даже мысли допустить, чтобы она отправилась гулять одна, – подтвердила мама, отвечая мужу таким же открытым и по-детски простодушным взглядом.

– Значит, ты берешь это на себя?

– Я?! – немножечко удивилась мама. – А почему это я? У меня работа. И вообще, это твоя родственница, если уж на то пошло.

– Позволь тебе напомнить, что мы с тобой супруги. А у супругов все общее. Даже престарелые тетушки из Рязани.

– Я не могу! У меня конференция!

– Какая у тебя в библиотеке может быть конференция?

– Очень важная!

– А у меня доклад!

– Он же через неделю.

– Все равно! К нему нужно подготовиться. Или ты думаешь, что это так просто – взять и выступить перед сотней внимательных слушателей?

Мама сказала, что она так вовсе не думает, но просит с таким же уважением отнестись к ее собственной научной деятельности:

– Моя карьера для меня не менее важна, чем твоя для тебя.

– И что же делать?

И тогда мама нашла выход, который показался им обоим гениальным:

– Пусть с тетушкой погуляет Сашка! Ей полезно бывать на свежем воздухе. А то она в своем институте совсем завяла!

– Заодно они получше узнают друг друга. А то неудобно, вроде как тетушка и племянница, а друг про дружку знают только то, как кого зовут.

Это было не совсем так, но близко к истине. И вначале Саша без всякого воодушевления восприняла новость, что семья назначила ее ответственной по тетушке из Рязани.

– А если я не хочу?

– Хочешь.

– А если я не могу?

– Можешь.

– А если я…

Договорить ей не дали. И Сашенька поняла, что все ее аргументы окажутся жалким лепетом перед великой силой под названием «чувство долга перед своей семьей». Оставалось покориться и извлечь максимум удовольствия из ситуации. К счастью, Тамара Викторовна оказалась очень активной и совсем еще не старой дамой, которая не позволяла Сашеньке заскучать ни на минуту.

– У меня ведь есть три сына, но все они выросли, занялись разными своими делами и не заботятся о том, чтобы нарожать мне кучу внуков, а еще лучше внучек! И в родне у меня сплошь мальчишки родились, хоть бы одна девочка среди всех этих боксеров, футболистов и байкеров!

Жила Тамара Викторовна отдельно от выросших сыновей, для того чтобы не заскучать, занималась репетиторством, что позволяло ей чувствовать себя нужной.

– Преподаю русский язык и литературу, и кто у меня в учениках? Правильно! Снова мальчишки!

– Я думала, что мальчики редко выбирают гуманитарные предметы.

– Но экзамены выпускные им в школе как-то сдать надо, – резонно заметила Тамара Викторовна. – Мальчики идут дальше на технические специальности, но итоговое сочинение им в школе накатать придется. Вот родители их ко мне и посылают. А девочек отправляют подтягивать хвосты по математике и физике. Увы, в этих дисциплинах я не большой знаток.

– И что? Совсем нет девочек?

– Какой-то заколдованный круг. Одни мальчишки приходят. Фактически из близких мне людей ты единственная, кто встретился за последние почти десять лет. Случайные встречи я в расчет не беру. А вот так, чтобы задушевно поговорить, поделиться с подрастающим поколением своей житейской мудростью, такого у меня, пожалуй, что и не случалось никогда. Поэтому мне так важно общение с тобой. Скажи, у тебя уже есть молодой человек?

Сашенька невольно покраснела:

– Есть, но там все сложно.

– Меня можешь не стесняться. Я ведь замуж выходила много раз.

– Сколько, если не секрет?

– Много, – отмахивалась Тамара Викторовна. – Даже точную цифру называть неудобно.

– Больше трех?

Тамара Викторовна кивала и продолжала рассказывать:

– Первый раз выскочила замуж, когда была примерно в твоем возрасте. Все меня отговаривали. И человек не нашего круга, семья там была совсем простая, мать пила, отца вовсе не наблюдалось. Мать двух сыновей одна тащила, многое, конечно, в их воспитании упустила. Милый мой муженек и выпить был не дурак, и погулять любил, да и к наркотикам пристрастие имел. Ничего серьезного, но жизнь это мне отравляло. А хуже всего то, что изменял мне со всеми подряд, хоть с моими подругами, хоть со своими. И моральные принципы имел весьма свободные, где пил и ел, мог при случае и понравившуюся вещь прихватить. Украденное продать, а деньги снова прогулять. Так что, ты видишь, мужчины далеко не всегда приносят нам радость.

– Это какой-то нетипичный случай у вас произошел.

– Да нет, – вздохнула Тамара Викторовна. – Как раз очень даже типичный. До добра его такая жизнь не довела, ясное дело. Но ты бы знала, что со мной было, когда он погиб. Думала руки на себя наложить. Одно остановило: на том свете самоубийцы гарантированно в особое отделение ада попадают, встреча с любимым даже там была бы для меня исключена. Я почему-то верила, что он пусть и не в рай, но все-таки не в такое страшное место угодит. Он же, по большому счету, никого не убил в своей жизни, сам жертвой оказался. У тебя, надеюсь, кавалер не из этой породы?

– Как вам сказать, – сказала Сашенька и задумалась.

Описать их отношения с Милорадовым она до сих пор затруднялась. Вроде как они и были, а с другой стороны, если копнуть глубже, то где были?

Тетушка поняла ее слова по-своему и горестно воскликнула:

– О нет! Только не проходимец и не гулена!

– Он не проходимец. Но только мы с ним не виделись уже полгода.

– А что так?

– Он работает в другом городе. Занят.

– Так поезжай к нему.

– Он меня не зовет.

– Сама напросись. Пойми, если ты будешь тут, а он – там, то вы так никогда можете и не сойтись. Ты поезжай к нему, да – да, нет – нет, это в любом случае будет лучше, чем твоя нынешняя неопределенность. Но постой, какой другой город? Твоя бабушка говорила, что твой мальчик учится на следователя в нашем городе. Выходит, он перевелся?

– Это другой, – вздохнула Саша, – этот учится в нашем городе. Но я-то вам про другого рассказывала.

– Так у тебя их целых двое! – оживилась Тамара. – Вот это я понимаю! Моя порода! Скажу тебе по секрету, у меня был момент в жизни, когда я сразу с семью разными мужчинами встречалась.

– Ничего себе!

– И не говори! Сама удивилась, когда подсчитала. Как-то незаметно один за другим набрались все семеро. Но такое стало возможно только потому, что каждый уделял мне не слишком много своего времени. Так и вышло, что с этим я по средам встречаюсь, когда он перед женой изображает, что в тренажерный зал идет, с другим – по выходным, но не каждые выходные, а через-через, потому что в иные дни он еще с кем-то хороводится. Третий может вообще очень редко от семьи вырваться. Повезет, если раз в месяц ко мне завалится, но зато на пару-тройку дней задержится, своей врет, что в командировке находится. Четвертый, наоборот, появится на часок-другой и снова по своим делам убегает. Один из моих кавалеров так и вовсе за время наших с ним отношений умудрился другой женщине ребенка сделать, жениться на ней, развестись, и все это не прекращая встречаться еще и со мной. Можно такого мужчину считать своей надеждой и опорой?

– Сомневаюсь что-то.

– Вот так и получалось, что мужчин вроде бы много вокруг меня крутилось, а по факту никого рядом и не было.

– А второй ваш муж? И третий?

– Ой, про них я тебе потом расскажу. Тоже ничего хорошего собой не представляли. Никто из них меня не радовал.

– А ваш последний муж?

Но Тамара Викторовна, словно бы ее вопроса и не услышала, продолжала дальше:

– Четвертый только у меня был хороший, мы с ним трех мальчишек вместе подняли. Потом тоже зачудил, у мужиков это случается. Вбил себе в голову, что жить ему осталось всего ничего, хотя врачи никакого особого криминала в его здоровье не находили. Но он все равно сказал, что поедет в деревню, в которой родился. Хочет, дескать, повидать родные места напоследок. Поехал и помер.

– Как помер?

– Совсем! Напраздновались, баню натопили, потом в речку прыгать стали, там в проруби его товарищ Кондратий и стукнул. Но я долго горевать не умею, кто умер, тот умер, назад не вернешь. Так что я снова замуж вышла.

– И как?

– Вроде как все неплохо было, но почему-то он без объяснения причин исчез. Впрочем, как и следующий.

– Как исчез?

– С концами! Уже полгода, как от него ни слуху ни духу.

– Погиб?

– Не думаю. Я бы почувствовала. Просто дурака валяет, обиженного из себя корчит, меня наказывает, что я с ним не поехала. Надоест комедию ломать – вернется.

И тут Тамара Викторовна внезапно осеклась. Глаза у нее остекленели. Лицо побледнело. Она вскочила на ноги, но тут же опустилась обратно на стул, словно бы у нее не оставалось сил.

– Что с вами? – всполошилась Сашенька.

Но тетушка ей не отвечала. Она продолжала смотреть прямо перед собой.

Сашенька тоже посмотрела. Там было окно. И за окном мелькнул мужской силуэт. И все, ничего необычного или страшного. Просто какой-то прохожий заглянул в окно кафе, в котором сидели женщины.

Сашенька сходила за стаканом воды, который поставила перед тетей. Отхлебнув пару глотков, Тамара Викторовна потихоньку приходила в себя. Она уже не была так бледна, воду выпила до конца и взглянула на Сашеньку с благодарностью.

А потом странным, замирающим то ли от радости, то ли от страха голосом произнесла:

– И они всегда возвращаются, девочка моя, можешь поверить моему опыту.

– Кто?

– Они… мужчины. Бывшие мужья, женихи или даже просто любовники. Так что ты это учти на будущее, и если вздумаешь кого-нибудь из своих женихов бросить и удрать в другие страны, то следы за собой тщательней заметай. Совсем не нужно, чтобы, когда ты будешь счастьем с кем-то третьим наслаждаться, эти двое у тебя на пороге один за другим появились. Может создаться крайне неприятная ситуация.

– Учту, – улыбнулась Сашенька, про себя радуясь тому, что тетушка оправилась от странного оцепенения, охватившего ее недавно.

Но сейчас она полностью пришла в себя и заговорила прежним уверенным тоном.

– Хотя бывает и иначе, – болтала Тамара Викторовна. – Вот, к примеру, моя мама лишь дважды замужем побывала. С первым мужем развелась, потому что он ей изменил. Они ребенка пытались завести, да все не получалось. Мама и по докторам, и по санаториям. Уехала на очередное лечение на курорт Кавказских Минеральных Вод, а муженек ей каждый день названивает да телеграммы шлет, мол, скучаю без тебя, просто не могу. Вот она и придумала пораньше на несколько дней приехать, чтобы порадовать его, значит, своим незапланированным присутствием. Приезжает, а в кровати ее родной муж с какой-то другой бабой спит. Совсем даже посторонней. Ну, мама моя не растерялась, быстро порядок навела. Чужую бабу прогнала, мужа сковородкой отлупила, а потом развелась!

– И правильно!

– Конечно, правильно, тем более что во втором браке у нее я появилась. Если бы не ушла от своего первого, может, детей бы так и не случилось. Хотя у него потом тоже с другой женщиной дети были. Вот как бывает. Живут два человека, любят друг друга, а детей у них нет. И врачи не понимают, что и почему. А потом разводятся – и оба моментально обзаводятся детьми. Что это было, скажи мне?

– Какая-то генетическая несовместимость.

– Наверное. Но я к чему все это тебе говорила-то? А к тому, что этот первый мамин муж захотел встретиться с ее вторым, то есть с моим папой. Дескать, должен понять, в чьи руки ты попадешь. У меня к тебе еще чувства остались, не могу допустить, чтобы ты какому-нибудь уроду досталась. Мама боялась, что будет между ними драка, а ничего такого не случилось, они очень мирно между собой поговорили. Плакали даже оба от избытка чувств. Первый муж говорил, что мама – это настоящее сокровище, а он, дурак, не ценил и потерял. И очень просил папу учесть его печальный опыт.

– И как? Учел он?

– О! – еще больше оживилась Тамара Викторовна. – Про моего папеньку – это отдельная история. Я тебе ее как-нибудь потом расскажу. Папа у меня был такой выдающийся артист, что заслуживает отдельного рассказа о себе. До чего же приятно с тобой вот так болтать. Просто наслаждаюсь, когда ты рядом. Нет-нет, даже не думай, за кофе и пирожные плачу я! Если бы ты знала, сколько удовольствия я получаю, общаясь с тобой!

Сашенька могла сказать то же самое. Она положительно не понимала, как раньше могла быть недовольной общением с Тамарой Викторовной. Теперь она в ней души не чаяла. Тамара Викторовна была сама доброта и щедрость. В этот раз она заплатила за Сашеньку, и так было всюду, где бы они ни оказались. Стоило Сашеньке потянуться за кошельком, как Тамара Викторовна принималась так громко протестовать, что ничего не оставалось, как уступить.

– Ты юная девочка, а молодые вечно без денег. Сама когда-то была такой и прекрасно помню, когда всего хочется, а ни на что нет возможностей. Когда становишься немного старше, то деньги обычно появляются, но, увы, слишком поздно, они уже не так нужны, как были нужны в ранней молодости.

– Я не нуждаюсь. Мне родители подкидывают, пока я учусь.

– Но это не значит, что ты должна тратить свои карманные деньги на старуху.

– Какая же вы старуха! – рассмеялась Саша. – Скажете тоже! Вы совсем молодая!

– Нашла тоже молодуху! И, знаешь, зови меня Томой.

– Лучше уж тетей Томой.

– Ну, или так. А когда ты говоришь «Тамара Викторовна», я и впрямь чувствую себя совсем древней бабкой.

Выйдя из кафе, они обнаружили, что на улице закружилась метель. Новая порция свежего снежка присыпала многокилометровые сугробы, которые громоздились вдоль дороги, оставшись с прошлых снегопадов. Убрать их не успели, и теперь под белым тонким покрывалом они выглядели необычайно живописно. Вот только огибать их приходилось с большими сложностями.

На какое-то время Сашенька потеряла из виду свою родственницу, а когда вынырнула из-за снежной горы, то обнаружила, что тетя Тома разговаривает с каким-то мужчиной. Даже издалека было видно, что общение у них проходит в сильном напряжении. Мужчина был крупный, и сначала он просто размахивал кулаками, а потом и вовсе вцепился обеими руками в отвороты пальто женщины.

– Пусти ее! – крикнула до предела возмущенная Сашенька. – Хулиган!

Но мимо ехали машины, их шум заглушал другие звуки. И крик девушки никто из участников сценки не услышал. Не обращая внимания на окружающих, мужчина изо всех сил принялся трясти тетю Тому, ту кидало и швыряло в его могучих лапищах, словно травинку. А ведь тетя Тома и сама была женщиной крупной, значит, напавший на нее мужчина был настоящим богатырем.

Шапка с головы тети Томы упала в снег, пуговицы на пальто расстегнулись, а мужик не унимался:

– Вдвоем с Михалычем меня кинули! Поизгалялись над бедным Руфиком! Сволочь! Не жить им!

Он занес руку, словно бы для удара, и Сашенька испугалась всерьез.

– Люди! – завопила она. – Помогите!

И хоть бы кто-нибудь из прохожих обратил на нее внимание! Все продолжали бежать по своим делам, усердно делая вид, будто бы ничего необычного не происходит. Подумаешь, какой-то мужик пытается придушить свою знакомую. Делов-то!

– Сволочь! – пропыхтела Сашенька, пытаясь пробраться через заносы на помощь тете Томе. – Я тебе покажу!

На какой-то отрезок времени она потеряла этих двоих из виду, а когда обогнула гигантский сугроб, то обнаружила за ним одну тетю Тому. Кряхтя, та поднималась на ноги. Вид у нее был порядком помятый, но она была жива и, как ни странно, улыбалась.

– Что с вами случилось? – кинулась к ней девушка.

Тетя Тома долго смотрела на нее, словно не вполне понимая, кто она такая.

Потом пришла в себя, покачала головой и ответила:

– Все нормально.

– А кто был тот мужик?

– Какой мужик?

– Он на вас напал!

– Тут никого не было. И никто на меня не нападал. Я просто упала.

Сашенька смотрела на родственницу с раскрытым ртом. Зачем она врет?

– Ведь был тут мужик! Я его видела! Он на вас напал! Схватил. Тряс!

– Ах, этот! Наверное, какой-то пьяный! Набросился на меня, принял за свою знакомую, начал упрекать, что я его подставила с каким-то пуфиком.

– Мне показалось, что он упоминал, что его кинули Михалыч с Руфиком.

– Ну, или так! – легко согласилась тетя Тома, пытаясь привести пальто в порядок. – Он так неожиданно на меня набросился, орал так громко, что у меня до сих пор гул в ушах стоит. Посмотри, сзади не очень испачкалось?

Сашенька заверила, что все в порядке, насколько это возможно после того, как человек вывалялся в жидкой уличной каше, щедро разбавленной солью, песком и реагентами.

– Только вы потеряли шапку. Вон она в снегу лежит.

– Будь добра, подними ее. А то у меня что-то поясницу защемило.

Сашенька наклонилась и подняла с земли беретик. Был он до такой степени грязный и мятый, что Сашеньку охватили сомнения.

– Вряд ли его можно будет носить, – сказала она и тут же почувствовала, как ее в согнутую пятую точку ударило что-то тяжелое.

– Ай!

Не удержавшись на ногах, Сашенька полетела носом в снег. Она постаралась изловчиться и упасть там, где снег был почище. Ей это почти удалось, пальто лишь краем попало в лужу. Но падение все равно ошеломило ее.

Сашенька полежала немного, потом подала голос:

– Тетя Тома, помогите подняться!

Никакой помощи не последовало, зато девушка почувствовала, как мимо нее бегут чьи-то ноги. Но это были чьи-то чужие ноги, причем мужские, и их было много. Сашенька насчитала три комплекта. Модные зимние кроссовки. Кожаные ботинки размера сорок пятого или даже больше. Эти два комплекта протопали мимо девушки сначала в одном направлении, а потом почти сразу в другом. Затем рядом с ней появились элегантные мужские туфли из мягкой кожи, в которых бы по паркету разгуливать, а не на зимней улице топтаться. Эти туфли ненадолго застыли возле Сашеньки.

– Пардон, мадемуазель! Разрешите вам посодействовать.

Сашенька ожидала, что ей помогут подняться, но не тут-то было. Мужчина наклонился, но вместо того, чтобы заняться Сашенькой, он аккуратно взял берет из рук девушки. А потом… он просто пошел прочь!

– Эй, вы!

От возмущения Сашенька даже не смогла выговорить те слова, которые рвались из нее наружу. Она барахталась в снежной ловушке, из которой у нее никак не получалось выбраться. А этот наглец еще и помахал ей напоследок, удаляясь в сторону Михайловского дворца. Берет тети Томы он держал в поднятой руке, словно знамя. И до чего же этот мерзавец был хорош! Светлые волосы. Фигура. Кожа, рожа – они тоже были при нем.

– Жулик! Шапку спер и не побрезговал. Зачем она ему нужна, хотелось бы мне знать!

Пока Сашенька из грязи хлопала глазами вслед прекрасному ворюге, она внезапно поняла, что не слышит больше причитаний тети Томы. Девушка посмотрела в ту сторону, где еще совсем недавно стояла ее родственница, но теперь там никого не было.

Глава 2

Какое-то время Сашенька пыталась понять, что произошло.

А потом услышала:

– Чего это ты тут разлеглась? Вставай давай!

И чья-то мощная рука в один миг вытащила ее из сугроба. Когда Сашенька приняла вертикальное положение, она сразу же почувствовала себя куда более уверенно. Тети Томы по-прежнему нигде не было видно. Зато рядом с Сашенькой стоял высокий рослый парень. Рыжий. Его смеющаяся круглая физиономия была густо усыпана веснушками.

– Ну чего? – пророкотал ее спаситель густым смачным басом. – Допрыгались?

– О чем ты?

– Увезли твою подружку двое джигитов. Я бежал к вам на выручку, да не успел.

– Какую подружку?

– Но ты же с подругой была?

– Нет, со своей тетей Томой.

– Молодая тетка?

– Лет пятьдесят. Или больше.

– Ну и дела! – покачал головой парень. – Уже и старых теток воруют.

– Я не понимаю, что ты говоришь. Где моя тетя? Ты видел?

– Так увезли ее. Двое схватили, в машину сунули и увезли. Она сопротивляться пыталась, но они ей капюшон на лицо надвинули, так и увезли.

Действительно, пальто у тети Томы было с капюшоном. И все же Сашенька пыталась убедить себя, что все произошедшее лично к ней и ее семье не имеет никакого отношения. Либо рыжий выдумывает, либо ему все показалось, либо увезли какую-то другую женщину. А пусть даже и тетю Тому, но не насильно ее в машину посадили, она сама встретила знакомых, с ними и уехала.

И тут Сашенька вспомнила про того грубияна, который напал на тетю Тому незадолго до этих событий, и снова встревожилась. Вдруг это он?

– Ты можешь описать похитителей? – спросила она у рыжего.

– Далековато было. Да и вечер уже. Не разглядел я их лиц.

– Но хоть примерно можешь описать? Был среди них такой здоровенный детина? Грубый и неотесанный?

– Один точно был здоровяк. А второй помоложе, но тоже крепкий. Похоже, они оба спортсмены.

– С чего ты взял?

– Двигались как профессиональные бойцы или боксеры. И третий с ними был. Он из машины выглядывал. Лощеный тип, хоть и не мальчик уже. Он этими двумя руководил.

Убедившись, что похищение и впрямь может иметь прямое отношение к ней, Сашенька заволновалась еще больше.

– А машина? – воскликнула она. – Машину ты запомнил?

Рыжий сконфузился:

– Большая. Вроде бы черная. Но на улице темно, легко спутать.

– А марка? Номер?

– Говорю, далеко было.

– Ты хоть представляешь, сколько в нашем городе черных машин?

– Не паникуй, – остановил ее рыжий. – У меня фотографическая память. Как машина выглядит, я запомнил. Она необычная. Что-то похожее я уже где-то видел.

– Что-то, где-то! А мою тетю тем временем увозят в неизвестном направлении!

– Она у тебя какая-то богачка? – поинтересовался парень. – Или родственники у нее в списке Форбс?

– Нет. Обычная женщина. Мать троих детей.

– Тогда ради выкупа ее вряд ли станут похищать. Да еще в центре города, где камер полным-полно, на каждом шагу на тебя чей-то красный глаз таращится.

– Камеры! – воскликнула Сашенька. – Точно! Похищение должны были записать на видео! Где тут ближайший отдел полиции?

– Могу показать!

И рыжий резво зашагал вперед по улице, Сашеньке не оставалось ничего другого, кроме как поспешить за ним по пятам.

Полицейские отнеслись к словам взволнованной девушки с пониманием и сочувствием.

– Не переживайте! – сказали ей в отделе. – Если вашу тетю и впрямь похитили какие-то негодяи, то мы вам ее живо вернем! Где, говорите, произошло предполагаемое похищение?

– Угол Садовой и Инженерной улиц.

– Район наш, – ободрили полицейские. – По адресу пришли. А время какое было?

– Десять минут назад. Уже двенадцать. Нет, даже пятнадцать.

– Ладно, посмотрим. Что тут у нас?

Полицейские пристально уставились на экран, лица у них были оживленными. Кажется, они и впрямь увидели Сашеньку и тетю Тому. Но затем выражение их лиц сменилось. Довольные улыбки на их лицах погасли, сменившись унынием. А затем они и вовсе сделались озабоченными и на них даже мелькнуло что-то похожее на страх. Ну, страх или не страх, но боязнь неприятностей – это будет точнее.

Они с опаской переглянулись между собой, двое сразу же ушли, сказав, что у них полно своих дел, а оставшийся полицейский подчеркнуто грубовато обратился к девушке:

– Ничем помочь не можем.

– Как же так? Тетю похитили! Увезли силой! Посадили в машину и увезли! Поймайте злодеев! Верните мать семейству! Это ваша работа!

Но дежурный совершенно переменился. Куда только подевалась его участливость?!

– В общем так, – резким голосом произнес он, – сейчас мы ничего предпринять не можем. Когда истечет семьдесят два часа с момента похищения, тогда и приходите с вашим заявлением. И лучше не к нам, а по месту регистрации гражданки.

– Она не местная, – окончательно растерялась Сашенька, – тетя к нам из Рязани приехала. Нам в Рязань ехать, чтобы заявление о ее похищении настрочить?

Судя по выражению лица дежурного, ему бы именно этого очень хотелось. Но вместо этого он начал выяснять, была ли приезжая гостья взята своими хозяевами на регистрационный учет.

– Нет, нам это и в голову не пришло.

– И очень напрасно. Вам следует выписать штраф за нарушение паспортного режима.

– Какой штраф?! О чем вы?! Человека похитили!

– Через семьдесят два часа! – строго повторил дежурный. – Сергиенко, проводи гражданку на выход!

И Сашеньку выставили из отделения.

Рыжий ждал ее снаружи.

– Ну чего? – сочувственно спросил он у нее. – Не приняли?

– Нет.

– Сказали, что ничего не могут сделать?

– Да. А откуда ты знаешь?

– Пока ты там с ними разговаривала, я по интернету полазил. Нашел я машину, на которой твою тетю увезли. Опознал. Вот она!

Перед глазами Сашеньки появилось что-то большое, эффектное, дорого блестящее и явно страшно дорогое.

– Это чего за агрегат?

– Это «Аурус».

– Что? На нем же президент ездит!

– На этом вряд ли. Но ты права, денег такой автомобиль стоит, что у простого человека за всю жизнь столько может и не быть. Кто бы на такой машине ни ездил, он человек очень непростой. Поэтому в полиции и не захотели с ним связываться. Прекрасно понимают, что для них это разбирательство может быть чревато большими проблемами.

– То есть если человек богат, то он может творить все, что ему угодно? Даже похищать других людей?

– Ну… да!

– Ну нет! Во всяком случае, только не с моей тетей!

Рыжий с явным интересом посмотрел на девушку:

– Будешь бороться?

– Да!

– И что собираешься предпринять?

– Во-первых, позвоню тете Томе.

И Сашенька даже рассмеялась от охватившего ее чувства облегчения. В самом деле, как она не подумала о таком простом и легком решении вопроса. Очень может быть, что тетя Тома находится в полном порядке. Никто и никуда ее не увозил насильно и не похищал, этот рыжий просто врет или фантазирует, или ему с расстояния так показалось. А если тетю Тому даже и увезли, то это были ее друзья. Давние и хорошие знакомые, которые откуда-то взялись у нее в этом городе, в котором она никогда прежде не бывала.

Последнюю мысль Сашенька постаралась отбросить как несущественную. В жизни случаются еще и не такие чудеса.

Увы! Звонок на сотовый тети Томы шел, но отвечать ей никто не торопился. А после третьего вызова и звонок перестал проходить.

– Поздравляю! Теперь похитители избавились и от смартфона! Выкинули или уничтожили.

– Что я наделала? – схватилась за голову Сашенька. – Потеряла последнюю ниточку, которая могла бы привести к тете!

– Не переживай. Если ее и впрямь похитили, то любой пацан знает, что в первую очередь нужно избавиться от смартфона. Даже странно, что до сих пор они его не выкинули.

Стоило ему это сказать, как собственный смартфон в руках у Сашеньки завибрировал. Номер был незнаком. И обычно с незнакомых номеров Сашенька вызовы не принимала, слишком много развелось всяких неприятных личностей, но тут обстоятельства были такими неоднозначными, что она ответила.

– Здравствуйте, – прощебетал тонкий голосок. – Вы мне только что звонили.

– Вам? И не думала даже.

– Ладно, пусть не мне, но ведь звонили же только что?

– Я звонила своей тете.

– Ой, как хорошо! А то я в недоумении, нашла чужой телефон и не знаю, что с ним делать. А потом вы позвонили, я ответила.

– То есть ее телефон у вас?

– У меня! Шла вдоль Лебяжьей канавки, вижу, лежит в снегу. Подняла, и он зазвонил! Ответить не успела, но номер запомнила.

– А где… как он там очутился? Вы не видели?

– Это вам лучше у своей знакомой тети спросить, я не знаю.

Смартфон вернула тоненькая девочка-подросток, которая пугливо отказалась от предложенного ей вознаграждения:

– Любой бы на моем месте поступил точно так же и вернул бы потерянную вещь!

Несмотря на бедственную ситуацию, душа Сашеньки преисполнилась гордостью за свою соотечественницу. Настоящие тимуровцы нынче растут.

Радовалась она недолго, девочка сама все испортила, добавив:

– Я еще с ума не сошла, чужое прикарманивать, тут же в центре камеры на каждом шагу! Мигом засекут, что я чужое взяла. Проблем потом не оберешься. И оно мне надо?

Увы, не врожденная честность и порядочность заставили девчонку совершить добрый поступок, а элементарный страх перед наказанием. Но Сашеньке некогда было кручиниться об этом, ей бы тетку найти.

И она спросила:

– А там рядом с этим местом, где ты нашла смартфон, большая черная машина не проезжала?

– Вроде была какая-то, – с сомнением произнесла девочка, – но только не черная, а цвета свихнувшейся свеклы.

– Фиолетовая?

– Скорее уж коричневая. Что-то вроде того.

И девочка убежала, не пожелав больше объясняться.

А когда Сашенька пробовала настаивать, она обозлилась и крикнула:

– Отстаньте от меня вы оба! Вот уж правильно моя мама говорит: не делай добра – не получишь зла! А я, дура, ее не послушалась, помогла вам, а вы теперь мне пройти не даете. Лучше бы оставила смартфон вашей тетки в снегу лежать! Пустите!

Так как на них уже оглядывались, пришлось отступить. Девочка убежала, а Сашенька осталась в полнейшем неведении и не знала, что ей делать дальше.

– Может, твои родственники знают этих, которые на «Аурусе» прикатили? – подсказал ей Рыжий. – Раз уж похищенная вам родней приходится?

– Что ты заладил, похищенная, похищенная. Может, она просто кататься поехала.

И все же Сашенька позвонила сначала папе, потом маме, потом бабушке. Лучше бы она этого не делала, потому что в родне поднялся форменный переполох. Бабушка позвонила всем трем сыновьям тети Томы, но ни один из них не мог даже предположить, кем приходился их матери таинственный владелец «Ауруса».

– Одно радует, человек на такой машине не станет похищать ради выкупа.

– Тем более что стоимость его машины превышает стоимость всей нашей недвижимости.

– А той, что оставил маме Глеб Михайлович, мы и вовсе распоряжаться не можем.

Разумеется, бабушка тут же пожелала выяснить, кто такой этот Глеб Михайлович и кем он приходился Томе. И тут стали выясняться отчаянно интересные подробности.

– Оказывается, Томка около года назад снова сходила замуж. Уже в шестой раз, если мне не изменяет память! Почти десять лет вдовела, извела меня рассказами, какие все мужики сволочи да как она их всех ненавидит, никогда больше замуж не пойдет, хватит, намучилась да натерпелась. И тут, вуаля! Замуж выскочила, а никого из нас к себе на свадьбу не пригласила!

Бабушку сильно обидело, что родственница и вообще близкий ей человечек держала от нее втайне такое грандиозное событие. Вот и доверяй после этого людям!

– И зачем ей было так поступать?

– А затем! Боялась, чтобы не сглазили ее новое счастье! Томка такая суеверная, кто бы знал! А паче всего боялась, как бы мы своими просьбами ее новому супругу не принялись бы докучать. Она же не просто так замуж выскочила, а за миллионера!

– Ну да, могу себе представить, миллионера из Рязани.

– Напрасно ты так!

– Маленький городок, откуда там взяться большим деньгам?

– Оттуда же, откуда и везде! И потом у Глеба Михайловича бизнес по всей России, в нашем городе тоже что-то было.

– И как же он из Рязани своим здешним бизнесом управлял?

– Не знаю, не приставай! Это уже неважно, потому что Глеб Михайлович умер. Главное, что Томкины ребята сказали, что мать после регистрации нового брака очень сильно к ним переменилась. Раньше всегда к себе зазывала на пироги да на борщ, а теперь все больше с Глебом Михайловичем по ресторанам столоваться стали, чтобы крабов да фазанов откушивать. А самое главное, что никого на эти свои трапезы не приглашали. Только фотки выкладывали, какие они теперь богатые, успешные и счастливые. Потом с ресторанами им то ли надоело, то ли печенка прижала, все-таки люди они уже немолодые. Томка-то еще ничего, она баба в соку, а муженек ее старый пень, хоть возраста примерно Томкиного, а все равно, сохранился плохо. Да и вообще, в таком возрасте, как бы человек ни хорохорился, к нему болячки все равно регулярно наведываются. Так что с ресторанами они завязали, стали по курортам шастать. Но и на курортах они долго не продержались, здоровье-то уже не то. Тогда они на санатории, бальнеологические лечебницы да на целебные воды переключились. Хотя еще Суворов говорил, что для русского человека самое верное лекарство – это не курорты всякие, где они, бездельники, время проводят, а жарко истопленная банька, квас с кашей да усердная молитва. Впрочем, когда и лечиться грязями им надоело, они и про Бога тоже вспомнили. Про него ведь люди как раз и вспоминают, когда ничего уже не помогает.

– Бабушка, бабушка! – взмолилась Сашенька. – Давай ближе к теме! Что там с этим Глебом Михайловичем? Могли его бизнес-партнеры раскатывать на «Аурусе»?

– Да! Могли! И более того, Леша – старший сын нашей Томочки – сказал, что у мамы возникли какие-то разногласия с бывшими деловыми знакомыми ее супруга. На время вступления в права наследования она даже нанимала себе телохранителей. Но потом все как-то улеглось. Вроде бы им удалось сторговаться. Что-то Тома им из своей доли наследства отстегнула, они и отступились. Да еще Тома к каким-то своим давним знакомствам прибегла. Те тоже посодействовали.

– Это что же за знакомства такие серьезные?

– Был у Томочки один мужчина… Нет, не муж, до свадьбы у них дело так и не дошло, да и женат он был, если мне не изменяет память. Давно это уже было, но чувства сохранились. И когда Тому припекло, то она к Евгению обратилась за помощью. Это он ей телохранителей прислал. Не просто какие-то ребята со стороны, а кадровые офицеры. Младшие, конечно, но Томе старших было и не нужно. Ну, и еще заступился за нее, где нужно. Так и получилось, что полностью оттяпать себе бизнес Глеба Михайловича у этих его деловых партнеров не получилось, Тома сохранила приличный пакет акций. Конечно, право голоса она потеряла, но она никогда и не стремилась занимать руководящую позицию. С нее было достаточно и того, что кто-то работает, а ей денежки капают.

Очень удобная позиция. Вот только жаль, что довела она тетю Тому до беды.

– Погоди, – остановила ее бабушка. – Может, это еще и не они.

– А кто?

– Ну, Евгений тоже ведь человек непростой. И люди вокруг него непростые. Сам он при погонах, а жена у него и вовсе генерал.

– А он?

– Полковник, кажется.

– Как так? Жена и обошла мужа?

– Папа ее по карьерной лестнице исправно двигал всю жизнь, так что человек она влиятельный. И в свое время она Тому серьезно предупредила: если не отвяжется от ее мужа, то будут у нее крупные неприятности. А чтобы Томе было не совсем уж обидно, познакомила ее с этим Глебом Михайловичем. Но с условием, что Тома к мужу генеральскому больше и носа не сунет.

– А Тома после смерти мужа условия договора с генеральшей нарушила? Мол, нет мужа – нету и договора?

– Может, она и не нарушала, может, ей и впрямь от Евгения только помощь в деле с наследством была нужна. Но у генеральши все равно могли закрасться сомнения. А уж когда она пронюхала, что Томка к нам в Питер прикатила, тут уж и вовсе раскричалась, прямо туши свет! Только вчера Томка мне плакалась, какими словами генеральша ее обложила. Велела сегодня же самой обратно уматывать, а не то кого-нибудь пошлет помочь со сборами.

– И откуда генеральше стало известно о приезде тети Томы?

– Может, сказал кто. А сдается мне, что и следить могла. У них с Томой был четкий уговор, к Евгению близко не подходить, ни-ни!

– Ревнивая жена – это хорошая версия, – одобрила Сашенька. – И линия с наследством и кинутыми деловыми партнерами мне тоже кажется привлекательной. Хотя они должны были бы постараться избавиться от тети Томы еще раньше. Но с другой стороны, сейчас они могут вынудить ее подписать отказ от своей доли в их бизнесе. Для этого и похитили. И генеральша, и бизнесмены – это все люди состоятельные, кто-нибудь из них вполне мог обзавестись «Аурусом». А имена какие-нибудь известны? Где их всех искать?

– Насчет партнеров Глеба Михайловича тебе лучше Леша расскажет. А вот Евгений со своей генеральшей в нашем городе служат.

– Так с них и надо начинать! Ясное дело, когда генеральша узнала о приезде тети Томы в Питер, она тут же решила, что та прикатила к ее мужу.

Но бабушку внезапно охватили сомнения:

– Я не хочу, чтобы ты лезла в это дело. Вдруг и тебя похитят? Я этого не переживу. А Томка заслужила, если так прикинуть. Всю жизнь она мужиками крутила, сколько у нее было мужей, а уж любовников, тех и вовсе не сосчитать!

– А в последнее время кто-то был?

– Говорила, что нет. Но сдается мне, что был у нее кто-то.

– Мне она говорила, что горько разочаровалась в мужчинах и что лично ей они ничего, кроме боли, не принесли.

– Говорить она могла все что угодно. Но я-то ее не первый год знаю. Не могла Тома долгое время без мужиков обходиться, не такая у нее натура.

– Может, с возрастом натура, э-э-э… немного утихла?

– Люди не меняются! – перебила ее бабушка. – И вот как мы с тобой решим, ты пока что никаких действий не предпринимай. А я завтра потребую, чтобы меня выписывали. Хватит мне уже тут на койке валяться, и так все бока себе отлежала. Я вернусь, и мы займемся поисками Томы вдвоем. Вместе оно сподручнее будет, вместе со мной и тебя не тронут, и мне не так неловко будет людей расспросами о моей непутевой Томке тревожить.

Бабушка была уверена, что нашла прекрасный выход из положения. А вот Сашенька так не думала. Пока там бабушку выпишут, пока она доберется до дома, пока то да се, от тетки Томы могут остаться ножки да рожки. И выпишут ли еще бабушку, тоже большой вопрос, что-то она ни о чем таком прежде не говорила. И даже говорила совсем обратное: что врачам ее состояние совсем не нравится и они намерены подержать пациентку у себя еще какое-то время, чтобы понаблюдать за ней получше.

Одним словом, чем дольше Сашенька слушала приказы бабушки, тем отчетливее понимала: следовать им она не станет.

Глава 3

Сашенька закончила разговор с бабушкой, но задумчиво продолжала стоять на одном месте.

– Куда дальше двинемся?

Оглянувшись, девушка с изумлением обнаружила, что ее рыжий приятель по-прежнему торчит рядом с ней. И что ему нужно? Неужели влюбился?

Мысль эта мелькнула и пропала, оставив после себя приятное послевкусие. Хоть и рыжий, а из себя красавец. Высокий, в плечах широк, и глаза хорошие. И Сашенька решила, что если даже Рыжий на нее и запал случайно, то гнать его от себя не надо, а надо, напротив, этим обстоятельством воспользоваться. В конце концов, бабушка права, одной соваться к ревнивой и обозленной генеральше опасно. Мало ли чего ей там еще почудится. Будет лучше, если при их встрече рядом с Сашенькой будет кто-то еще.

Но сначала требовалось уточнить некоторые моменты.

– Алло, Юра? Прости, что я тебя от дел отрываю, но не мог бы ты лично для меня пробить автопарк одного человечка. Кто он такой? Кулаков… Евгений. Записывай, конечно. Да, и на всякий случай посмотри, на чем там его супруга катается. Сделаешь? Ну, тогда я жду. Только мне очень срочно надо. Зачем надо? Это для моей бабушки.

Закончив разговор с Юрой, девушка оглянулась на своего помощника:

– Ну? И как тебя зовут?

– Илья.

И Рыжий шмыгнул носом. Он сильно продрог в своей коротенькой куртяшке, но не хотел показывать виду.

– Ты иди, – попыталась избавиться от него Сашенька. – У тебя дела, наверное.

– Нет у меня никаких дел! А в одиночку за генералом охотиться я тебе не позволю.

– Ты все слышал?

– Так у тебя громкость на максималке стоит. Кто угодно мог услышать, о чем вы с бабушкой разговаривали. А этот Юра? Кто он тебе?

Но Сашенька не успела ответить, потому что ей позвонил тот, о ком расспрашивал Илья.

– Узнал?

Юра был не в духе. И свой разговор начал с претензий.

– Ты чего меня подставляешь? – заорал он в трубку с такой силой, что Сашенька поморщилась, а Илья, наоборот, заулыбался. – Я лезу выяснить инфу, о которой ты меня попросила, а меня тут же за жабры хватают.

– Кто хватает?

– Письмо от внутренней службы безопасности моментально прилетает. С какой, мол, целью, младший лейтенант, интересуетесь семьей высокопоставленного чиновника министерства? Ты почему мне не сказала, что Кулаков этот – муж генеральши?

– Муж генеральши? – очень правдоподобно изумилась Сашенька. – Ой, а я и не знала! Прости, пожалуйста. У тебя теперь из-за меня неприятности будут?

– Ты действительно не знала, кем интересуешься?

По голосу Сашеньке было понятно, что Юра уже смягчается.

– Как неудобно получилось. Сильно тебе влетит?

– Обойдется как-нибудь, – вздохнул Юра.

– А вдруг премии лишат?

Такая настойчивая забота о его благополучии начала Юру раздражать.

– Отмажусь, – буркнул он, – в первый раз, что ли!

Поняв, что больше на нее никто ругаться не будет, Сашенька спросила:

– Скажи мне главное, ты узнал?

– Ну, узнал.

– И что? Какие машины? «Аурус» среди них имеется?

– Допустим, имеется. Совсем свеженький. Приобретен в прошлом месяце.

– А цвет?

– Перламутрово-фиолетовый.

Есть! Цвет взбесившейся свеклы! Теперь Сашенька была практически уверена, что нашла похитителей тети Томы. Или похитительницу.

– А зачем ты просила у меня навести эти справки?

– Это не для меня, а для моей бабушки. Вернее, для ее родственницы. Она приехала к нам в гости, собиралась наведаться еще к каким-то своим знакомым, которые и увезли ее на этом «Аурусе».

– И что?

– И пропала.

– Ну, засиделась в гостях. Сама понимаешь, у людей такого ранга есть где и как провести время с чувством, с толком, с расстановкой. Что касается Кулаковых, то я тебе сразу скажу. Они вашу родственницу на дачу к себе повезли, у них в поселке «Шестая высота» дом огромный, там и бассейн, и корт, и тир. Есть где разгуляться. А всего в нескольких километрах есть дом отдыха нашего министерства. Он небольшой, только для высшего офицерского состава. Но там и ресторан, и диско-бар, ребята, кто был, рассказывали, что дико крутое место. Сам-то я там не бывал, чином не вышел, только слышал, что в этих «Андалузах» подают черную икру прямо в копченых осетрах. Режешь рыбину, а у нее из брюха черная икра рекой течет. Небось, развлекают Кулаков с генеральшей свою гостью, пускают пыль в глаза, так что ей сейчас просто не до вас. Наслаждается женщина жизнью, а ты уже сумятицу подняла. Меня под выговор подставила. Теперь объясняйся, Юра, зачем в личных целях базу данных используешь.

– Ох, Юрка, я так перед тобой виновата. Но если я генеральшу найду, то я ей объясню насчет тебя. Может, тебе еще и повышение выйдет.

Юра сказал, что на этот счет он сильно сомневается.

– Как бы вообще не уволили, – настороженно произнес он. – Начальство мной что-то в последнее время не сильно довольно. Не лично мной, а всем нашим отделом. Говорят, что раскрываемость у нас низкая. Самая низкая по городу. Так что пойду лучше работать.

– Иди, иди, Юрочка, – сладким голосом произнесла Сашенька. – Спасибо тебе еще раз за помощь! Целую!

Когда Юра покинул эфир, девушка еще какое-то время постояла, глядя в мутную темноту Марсова поля. Вообще-то, она тоже не отказалась бы от копченой осетрины с икрой. И потанцевать. И выпить.

– А то я что-то совсем продрогла, – сказала она вслух, сама этого не заметив.

И чем дольше Сашенька размышляла, тем сильнее ей хотелось отведать яств и напитков, которыми потчевали свою гостью супруги Кулаковы.

Но когда она изложила свои соображения Илье, тот покрутил пальцем у виска:

– Ты совсем ку-ку, да?

– Почему?

– Твою тетку похитили! Ее насильно усадили в машину. И повезли совсем не осетриной лакомиться. Смотри, как бы она сама не оказалась где-нибудь в брюхе у щуки.

– Ты думаешь, что генеральша может из ревности убить мою тетю Тому? Это же преступление! А генеральша должна стоять на страже закона!

– Когда человек любит, ему не до условностей. А возможностей у такой женщины предостаточно. Скомандует – и поплывет твоя тетя по заливу с билетом до дна в одну сторону.

– Нет! Не верю! Такого не может быть!

Но против своей воли Сашенька чувствовала, как нарастает в ее душе тревога. Если эта ревнивая супруга такая могущественная, то иметь ее во врагах никому не рекомендуется. Но вдруг беззаботная тетка Тома пренебрегла элементарными правилами осторожности? И как знать, не случится ли с генеральшей временный душевный коллапс, если она заподозрит измену?

– Мы должны туда поехать! – вырвалось у девушки. – Немедленно! Прямо сейчас!

– Кто это мы?

– Я и ты.

– Вообще-то, у меня дела есть.

– Ты же говорил, что будешь со мной. Говорил, что не отпустишь меня одну и все такое.

– Говорил, – согласился Илья. – Только это было до того, как я узнал, что существует еще какой-то Юра. Кто это?

Мысли Сашеньки заметались из одной стороны головы в другую. Сказать правду? Но тогда Илья развернется и уйдет. Может уйти, запросто. А в одиночку ей лезть в пасть к тигру, то есть к обозленной ревнивой генеральше, совсем не хотелось.

– Юра – это просто мой знакомый. Даже не знакомый, а родственник. Брат!

– Брат? – моментально повеселел Илья. – Ну, тогда совсем другое дело! И куда мы с тобой поедем?

– Пригородный дом отдыха «Андалузы»!

Сашенька рассудила, что шанс встретить Кулакова, или его супругу, или хотя бы людей, близко их знавших, равновелик что в доме отдыха, что в собственном доме у Кулакова. Но пробираться в чужое частное владение было совсем уж страшно. А вот в доме отдыха наверняка будет полно других отдыхающих. К тому же среди большого скопления народа Кулаковы не осмелятся открыто напасть на бедную беззащитную Сашеньку. Даже если им очень захочется избавиться от ее расспросов, они будут вынуждены соблюдать хоть какое-то подобие вежливости и приличия.

– Вот только как мы туда доберемся? – задумалась девушка.

– У меня есть транспорт!

На поверку транспортное средство оказалось электрокатом, но Илья упорно не желал понимать, по какой причине девушка отказывается от такой поездки.

– Никаких ограничителей скорости или прочих глупых систем безопасности в нем нет. Прокатимся с ветерком!

Но Сашу мало привлекало катание в зимнюю ночную пору на таком неустойчивом транспорте. Так и уши отморозить недолго. Нет уж, она предпочитала удобство и комфорт. Тогда Илья предложил ей электричку. Саша проголосовала за такси. В итоге сошлись на каршеринге, что было и недорого, и достаточно удобно.

– Добраться – это не проблема. Как мы внутрь попадем? Если это дом отдыха для чиновников МВД, то простых смертных, вроде нас с тобой, туда попросту не пустят.

– Там видно будет, – отмахнулась Сашенька весьма легкомысленно.

Илья оказался прав. На территории дома отдыха был установлен шлагбаум, через который невозможно было проникнуть, не имея при себе соответствующего удостоверения.

– Это было верхом нахальства пытаться прорваться туда на машине, – сказал Илья, когда их развернули обратно.

Но даже спешившихся друзей дежурные не спешили пропускать внутрь.

– А вы к кому?

– Нам необходимо повидать супругов Кулаковых.

– Если вы сюда приехали по их приглашению, то оно должно у вас быть.

– Они нас ждут. Найдите их и спросите.

Дежурные отчего-то не прониклись этой идеей и посоветовали друзьям удалиться, пока у них есть такая возможность.

– Потому что имеем распоряжение задерживать всех подозрительных лиц, вплоть до выяснения их личности и на срок до трех суток.

Сидеть трое суток в камере, ясное дело, никому не хотелось, не то у них было настроение. Поэтому Сашенька извинилась, и они с Ильей удалились, сопровождаемые пристальными взглядами охраны. От этих взглядов на спинах друзей буквально плавились дыры.

– И что будем делать?

– Попробуем через забор? Он вроде как не особо высокий.

Но штурмовать забор в пределах видимости охраны было бы глупо. А дальше начинались нечищеные снежные завалы, через которые надо было не перебираться, а прокапываться.

– Да и забор у них под наблюдением. Вон везде видеокамеры торчат.

– Тогда что? Отступаем?

Нет, отступать тоже было как-то не с руки. Не для того они тащились в такую даль, чтобы спасовать при первом же возникшем у них на пути затруднении.

– Надо подумать.

Пока Сашенька думала, прямо возле них затормозил серый минивэн с какими-то рекламами на боках. Из машины выскочил кругленький, словно колобок, дядечка, который шустро засеменил к посту охраны. Судя по тому, как уверенно он двигался, можно было не сомневаться, он тут не в первый раз.

– Хитрая морда у этого типуса, – сказал Илья. – Он похож…

Но на кого он похож, Сашенька не дослушала. Одним плавным движением она открыла дверь машины и проникла внутрь нее.

– Ты это чего?..

Но договорить Илья снова не успел, потому что дверь машины перед его носом захлопнулась. А спустя еще секунду шлагбаум открылся, чтобы пропустить ее внутрь охраняемой территории. И машина вместе с Сашенькой проехала, а Илья остался торчать снаружи.

Сашенька не очень-то хорошо соображала, что может ждать ее внутри минивэна. Почему-то ей казалось, что там перевозят какую-то технику или товары, и она рассчитывала спрятаться среди них, а потом как-нибудь прошмыгнуть и разыскать генеральшу.

Но внутри ее поджидал сюрприз. Стоило ей очутиться в машине, как на нее со всех сторон уставилось не меньше пяти пар заинтересованных глаз. Молодые ребята, никого старше двадцати – двадцати пяти, теряться в таких условиях было бы просто глупо.

– Привет, друзья! – поздоровалась девушка, пока пассажиры продолжали пялиться на нее со всех сторон. – А вот и я! Заждались, небось?

– А ты кто такая?

– Вы что? Вы меня совсем не узнаете?

Мужчины отрицательно помотали головами. Но Сашенька к этому времени уже успела оглядеться, в машине она заметила футляры от музыкальных инструментов, увидела ударную установку и сообразила, что в минивэне прикатили музыканты. Какой-то ансамбль песни и пляски, который будет развлекать господ отдыхающих.

– Я же ваша новая солистка!

Ее сообщение по какой-то причине напугало музыкантов. Они принялись переглядываться между собой с удвоенной силой.

– Выходит, Лео не врал!

– Он и впрямь Соньку уволил.

– Не верю! Он не мог!

– Что Соня скажет на это?

Один из музыкантов посмотрел на Сашеньку, явно ожидая от нее ответа.

– О! – как можно более невозмутимо произнесла девушка. – Соня полностью в курсе!

Ее не волновала ни Соня, судьба которой была Сашеньке неизвестна и неинтересна, ни тот переполох, который она навела одним своим появлением. Для девушки было важно лишь то, что их минивэн пусть и медленно, но продвигался вперед по территории дома отдыха. И с каждой минутой она была все ближе к заветной цели. Она выглядывала в окно и радостно улыбалась, торжествуя победу.

Все испортил тот самый лысый колобок, который ушел договариваться насчет пропуска для машины музыкантов. Теперь он закончил с делами на охране и возник возле минивэна как раз в тот момент, когда из него выпрыгнула Сашенька. Коротышка с изумлением уставился на девушку и собирался что-то у нее спросить, но тут его очень кстати отвлек вопросом кто-то из ансамбля. Музыканты выгружали свои инструменты, и что-то у них не ладилось. Лысый зазевался, и этого короткого промежутка Сашеньке хватило, чтобы прошмыгнуть в дверь служебного хода.

Вышедший встречать музыкантов охранник не обратил на девушку никакого внимания. Он видел, как она выбиралась из машины вместе с музыкантами, и решил, что она одна из них. Теперь Сашеньке нужно было прорваться внутрь так быстро, чтобы ее никто не остановил. Она пробежала по коридору, по пути стараясь нигде не задерживаться. Нужно было как можно скорее выбраться из служебных помещений и смешаться с толпой отдыхающих. И уж там искать генеральшу и ее супруга-изменника.

– Ой!

Девушка выскочила в празднично украшенный зал, и в глазах у нее зарябило. Почти все мужчины и многие женщины были в форме. Те из женщин, которые были не в форме, были в нарядных платьях. Смешаться с этой толпой у Сашеньки, одетой в простенькие джинсы и пестрый свитерок с оленями, шансов практически не было. Да еще ее уличная обувь выдавала ее с головой. Грязная и замызганная, она вступала в резкий диссонанс с обувью гостей. Все женщины в зале были в вечерней обуви. Одной минуты Сашеньке хватило, чтобы понять: ее, дворняжку, сейчас схватят и изгонят из этого элитного праздника жизни с жутким позором.

Итак, у нее оставалось совсем мало времени, чтобы найти чету Кулаковых. Она принялась сканировать взглядом толпу гостей, надеясь найти среди них щекастую физиономию Евгения, а еще лучше его супруги. Фотографии их обоих Сашенька уже раздобыла с официального сайта. Никаких особых усилий ей для этого прилагать не потребовалось. Но пока что генеральская пара на глаза не показывалась.

– Ты кто такая?

Обернувшись, Сашенька увидела высокого мужчину в смокинге и галстуке-бабочке. Он внимательно наблюдал за ней.

– Откуда ты тут взялась? Я тебя не знаю.

Было ясно, что это управляющий или ведущий, одним словом кто-то очень важный. И Сашенька решила: будь что будет, она будет врать до конца.

– Приехала выступать! – нахально заявила она. – Музыку заказывали? Так мы тут!

– Уже приехали! – обрадовался тип с бабочкой. – Отлично! Переодевайтесь и живо на сцену! Сейчас я покажу тебе гримерную!

Он схватил Сашу за руку и потащил ее за собой.

– Я не пойду. Мне надо в туалет! Срочно!

– Там в гримерной все есть.

И прежде чем Сашенька успела сообразить, чем для нее чревато оказаться в гримерной, как ее уже впихнули в какую-то комнату, в которой были музыканты с инструментами, а самое главное, там был Лысый, который уставился на нее в оба глаза.

– Привел вашу девчонку, – отчитался тип в бабочке. – Заблудилась, чуть к гостям не вылезла. Еще чуть-чуть, и охрана бы ее подстрелила. Лео, ты уж следи за своими артистами, знаешь, публика у нас непростая сегодня.

Лео поспешно закивал своей лысой головой:

– Все понимаю! Она новенькая! Больше ничего такого не повторится!

– Смотри, чтобы без сучка, без задоринки. Репертуар хоть выучили?

– А то как же!

– Ну, тогда поспешите!

– Все будет в лучшем виде. Дай нам полчаса.

– Десять минут!

– Двадцать!

– Пятнадцать, и ни минутой больше! Гости уже застоялись. Того и гляди начнут недовольство проявлять.

Типа с бабочкой удалось выставить, и тогда музыканты окружили Сашеньку.

– Кто ты такая? – простонал Лео. – Откуда свалилась нам на голову? Только не ври, что ты наша новая солистка и явилась, чтобы заменить нашу Соню! Я звонил Соне, у нее температура сорок, но она никого нам вместо себя не присылала. Мы уж думали, что придется нам сегодня всем по очереди вокалистами побыть, а тут ты свалилась, словно снег на голову. Ты кто?

– Ваша солистка. А Соня… Она просто забыла. Сам говоришь, что у нее жар. А где жар, там и бред.

– Что же нам теперь делать? Ты хоть петь-то умеешь?

– Умею.

– Ну… спой.

Сашенька настроилась и изобразила:

– Прекрасное далеко…

– Ой, все! – закрыл глаза Лео. – Это конец! Нам всем конец! И тебе, дуреха, тоже! Ты хоть знаешь, куда ты сунулась? Тут такие важные лица, а ты без пропуска. Нас всех, прежде чем допустить до выступления, чуть ли не под микроскопом рассматривали. Флюшка и справка из ПНД – это самое меньшее, что от каждого из нас потребовалось. И если сейчас узнают, что я провел сюда человека со стороны, который явился без всякой проверки, мне конец!

– Я исключительно добропорядочная гражданка, – сказала Сашенька. – И справку о вменяемости могу предоставить, если нужно. А флюшка у меня вообще всегда с собой. Хоть сейчас ее вам отдам.

– Да что толку, если списки давно согласованы, а в списке у нас имя Сони числится. Тебя же не Соней зовут?

– Я Саша.

– Плохо очень ты поступила, Саша. Очень! Но теперь уже ничего не поделаешь. Будем продолжать игру. В общем, петь ты не умеешь и слуха у тебя нет, но это и неважно, потому что выучить репертуар Соньки ты все равно бы уже не успела. В принципе, мы на это и не рассчитывали. Двигаться ты хоть можешь?

– А что надо? Танцевать? Я умею.

И Сашенька принялась извиваться, стараясь, чтобы это выглядело максимально соблазнительно. Но Лео снова был недоволен.

– Стоп! – замахал он руками. – Хватит тут стриптиз перед моими парнями изображать. Возбудятся, а им еще выступать.

– Все так плохо?

– Исполняем мы наш питерский рок. Так что обойдись без этой пошлятины с вилянием бедер. Тебе с твоей фигурой лучше всего просто ходить по сцене. Туда-сюда. С этим ты хоть справишься?

– Конечно!

Сашенька постаралась, чтобы это прозвучало как можно более уверенно. И Лео смягчился.

– Ладно, так и решили, ты будешь ходить и открывать рот под фанеру. В принципе, может получиться даже неплохо. Фигурка у тебя симпатичная. Мордашку мы тебе сейчас накрасим так, что родная мать не узнает. Наденешь платье Соньки – никто тебя от нее и не отличит. Близко к публике просто не суйся. И в разговоры не лезь. Но за этим я сам лично прослежу. В случае если станут приставать с предложениями выпить, скажешь, что здоровье не позволяет. Ну, ребята, хватайте ее и вперед!

Дальше Сашенька помнила плохо. Ее причесывали, красили, наряжали. Оказывается, вместе с музыкантами приехал и их гример – женщина таких необъятных размеров, вся сплошь состоящая из уютных складок жира. В них она прятала и гримерные кисти, и зеркала, и расчески. Перед ней был плакат, на котором была изображена блондинистая девица с торчащими во все стороны острыми пучками волос.

– Ой, не похожа, – сокрушалась гримерша, старательно замазывая Сашеньке лицо гримом. – Ой, халтура!

Но когда закончила, то неожиданно сама же объявила, что получилось отпадно. И успех им всем гарантирован.

– Лишь бы ты, девонька, не стушевалась на сцене. Соня у нас не первый год выступает, а ты новенькая. Вдруг испугаешься? Если ступор нападет, то беда. Ром, а Ром, слушай, дай ей глотнуть своей волшебной настойки.

– Сколько раз тебе повторять, это абсент.

– Знаю я твой абсент. Спирт тебе мать из психушки тащит. А полынь у бабки на даче на участке растет. Тащи сюда!

От лютой горечи у Сашеньки глаза полезли на лоб. А огненный смерч прожег ей кишечник до основания. Сашеньке казалось, что вместо кишок у нее теперь в животе одно сплошное огненное озеро.

– Я умираю!

– Говорил же, не надо. Она непривычная.

– Ничего, сейчас все пройдет.

Гримерша оказалась права. Когда огненная лава в желудке улеглась, то Сашенька почувствовала себя значительно лучше. И она объявила своим друзьям, а они таковыми все ей уже казались, что она готова к выступлению.

Глава 4

Как прошла первая часть концерта, Сашенька не помнила. Она ходила по сцене, как ей казалось, очень уверенно открывала рот, и публика после каждого исполнения отзывалась бурными аплодисментами. Причем, чем громче становились аплодисменты, тем больше пустых бутылок со спиртным появлялось на столах. Сашеньке некогда было задумываться об этой закономерности, но подспудно она ее все же тревожила.

Девушке было невдомек, что причиной такого сказочного изобилия на столах был не кто иной, как сам Лео. Он сумел договориться с типом в бабочке, которому объяснил, что певица не в голосе, сама не своя, поэтому нужно как-то поддержать исполнительницу. И тот расстарался, дал приказ официантам обслуживать всех подряд, несмотря на ранги, и чтобы ни один гость не сидел бы с пустым или хотя бы наполовину пустым бокалом.

В перерыве между двумя песнями Сашенька спросила у Ромы:

– А что за праздник хоть?

– Юбилей Галины Павловны.

Это прозвучало так, словно Сашенька была обязана знать, кто это. И девушка не решилась расспрашивать.

Гости отмечали праздник уже давно. Музыканты как раз застали тот момент, когда официальная часть плавно и стремительно перетекала собственно в банкет. Истомленные ожиданием гости очень быстро набрались под завязку, начали и сами лезть на сцену, и про Сашеньку все забыли. То есть она думала, что забыли, но оказалось, что нет.

Внезапно девушка почувствовала, как с двух сторон ее нежно и в то же время сильно обхватывают чьи-то руки. Ноги плавно отрываются от пола. И ее куда-то несут. Самопальный абсент, который Рома делал из полыни и разведенного до семидесяти градусов спирта, уже перестал действовать, от былой лихости не осталось и следа, девушка запаниковала. Впрочем, оглянувшись, она обнаружила, что этой же участи подверглись и все ее коллеги по сцене, за исключением самого Лео, который семенил позади процессии с выражением скорбной покорности на лице.

– Что происходит? Куда это нас переносят?

Музыканты этого не знали. Не знал даже лысый Лео, который теперь также путешествовал по воздуху. Вместе с ними двигались и их инструменты. Объяснения были даны лишь в машине, где Сашенька оказалась вместе с Лео. Остальных музыкантов, а также их инструменты распихали по другим машинам.

И кавалькада тронулась. Настроение у всех участников этой затеи было превосходное.

– К Галине Павловне поедем! – объяснили они. – А то непорядок получается. Это же ее праздник, а все веселятся, она одна не радуется. Ваша Соня – ее любимая певица. Уж мы сами не свои будем, а нашу любимую начальницу порадуем!

Протестовать было невозможно. Доказать что-либо тоже. Пришлось подчиниться.

– А кто эта Галина Павловна? – наконец спросила Сашенька.

Лео выпучил на нее глаза:

– Ты чего вообще? Хозяйку праздника не знаешь?

– Нет. Откуда?

– Ты только при ней этого не ляпни!

– Так кто она такая?

– Госпожа Кулакова – начальница всех этих чубриков!

– Начальница!

– Генеральша!

– Ой!

Сашеньке сделалось очень сильно не по себе. Вроде бы и везли ее в нужном направлении, на встречу с человеком, которого она и сама стремилась повидать. Вот только движение это теперь происходило вроде как независимо от желания самой девушки. И это не могло не настораживать.

Генеральша их приезду была не слишком рада. Судя по тяжелому бархатному халату, она уже приготовилась отдыхать. И даже многочисленные упоминания подчиненных о сюрпризе, который они стремятся сделать своей дорогой начальнице на ее праздник, женщину не смягчили. Сначала она посылала их открытым текстом, но, убедившись, что подчиненные в данном случае не собираются ее слушаться, сменила пластинку и попыталась воздействовать лаской:

– Валите, мои дорогие, назад на праздник. Я уже напраздновалась на сегодня.

– Галина Пална, вы хоть одним глазком взгляните, кого мы вам привезли.

И мужчины вытолкнули вперед музыкантов, которые, в свою очередь, постарались спрятаться за спинами Лео и Сашеньки.

– Что скажете? Хорош подарочек?

– Всем отделом скинулись, чтобы вас порадовать!

Галина Павловна радоваться по-прежнему не торопилась.

– Кто это? – с недоумением спросила она.

– Лео, скройся!

И когда продюсер шмыгнул в задние ряды, Сашеньку еще немного толкнули вперед.

– А теперь узнаете? Это же Соня! Ваша любимая артистка!

Сашенька по глазам генеральши видела, что та прекрасно знает, что перед ней никакая не Соня. И сейчас доведет это до сведения своих подчиненных. И что тогда эти доблестные офицеры сделают с Сашенькой за обман, думать не хотелось. Что-нибудь очень и очень плохое и неприятное.

Времени было в обрез, и Сашенька не стала его терять.

– Верните мою тетю Тому! – выкрикнула она прямо в лицо оторопевшей начальницы. – Что за манеру взяли живых людей увозить на своих «Аурусах»! Пусть у тетки что-то даже и было с вашим мужем, это еще не повод, чтобы использовать служебное положение для сведения личных счетов!

Повисла напряженная пауза, во время которой все пытались осмыслить услышанное.

А Сашенька продолжала возмущаться вслух. Видимо, выпитый ею абсент имел очень коварное и отсроченное во времени действие, которое наступило только сейчас.

Девушка громко кричала:

– И заранее учтите, что о вашем поведении будет доложено на самый верх! Да-да, прямо туда! Думаете, на вас управы не найдется? Еще как найдется! Верните семье Тамару Викторовну, если она еще жива, конечно!

Генеральша побагровела. Она взглянула на подчиненных, которые застыли, словно на параде. Кажется, многие из них даже протрезвели.

– Все по домам!

Голос генеральши был звонок, как сталь. И резал не хуже. Все тут же кинулись исполнять ее приказание. И пьян, и трезв – каждый стремился убраться подальше. Меньше чем за минуту внутренний дворик совершенно опустел. Осталась только Сашенька.

– Ты что плетешь, девчонка?! – обратилась к ней Галина Павловна. – В чем ты меня обвиняешь? В каких таких грехах?

– Вы своего мужа ревнуете, это всем известно. Но тетя Тома им совсем не интересуется. У нее другой мужчина есть! И ваш муж ей совсем не нужен, оставьте его себе!

На какой-то момент Сашеньке показалось, что генеральша сейчас ее придушит. Вот протянет свою холеную руку, и хрустнут тоненькие позвонки у Сашеньки на шейке. Но обошлось. Вместо того чтобы растерзать Сашеньку, генеральша обернулась к мужчине, который на свою голову как раз в этот момент выглянул из дверей дома. Он тоже был в халате, казался изрядно навеселе, а его голая грудь дымилась на морозце, словно он явился прямиком из бани.

Это и был Евгений Кулаков, муж вспыльчивой генеральши. Выглядел он значительно моложе своей супруги. И можно было не сомневаться, кто в этой паре является головой, а кто шеей. Но сейчас женщине было не до эффектных внешних данных своего супруга. Она была в ярости и не собиралась этого скрывать:

– Значит, ты все-таки снова встречаешься с этой паскудиной!

– О чем ты говоришь, дорогая?

– Ты прекрасно знаешь, про кого речь! Твоя прекрасная Тамара! Она снова здесь!

– Не нервничай, любимая, – взмолился Кулаков. – Я тебя умоляю! Тебе нельзя волноваться. У тебя давление поднимется.

– А ты только сейчас о моем здоровье заволновался! Раньше надо было думать! До того, как ты притащил к нам в дом эту дрянь!

– Я не тащил! С чего ты взяла?

– А зачем она прикатила в город? Скажешь, что не к тебе?

– Нет! Я тебе уже сто раз говорил, что не имею к ней никакого отношения. А ее приезд… Я ничего не знал о нем! И более того, я был против, чтобы она приезжала!

– Значит, ты все-таки знал!

– Ты мне только что об этом сказала.

– Еще раньше ты тоже это знал.

– Нет. Хотя… Ну да, признаюсь, что Тамара мне звонила. Сказала, что у нее в Питере назначена встреча. Предлагала увидеться. Но я сразу же категорически запретил ей это делать!

– Что? Встречаться с тобой запретил?

– И приезжать ей в Питер я тоже запретил!

– Но она ослушалась! – воскликнула Галина Павловна.

– Представляешь, до чего дело дошло!

– Она за это мне ответит!

– Галя, у нее были какие-то проблемы. Когда я ей запретил приезжать, она разрыдалась. Но не из-за меня или тебя. У нее было горе. Она сказала, что у нее тут живет любимый мужчина, словно бы мне есть какое-то дело до этого! К нему она и приехала. И я с ней не встречался! Клянусь тебе!

Генеральша повернулась к Сашеньке:

– Почему же ты решила, что твоя родственница похищена мной?

– Из-за вашей машины, – вздохнула Сашенька. – «Аурус» – это вам не что-то типовое, таких машин на весь город раз-два и обчелся. А уж цвета свихнувшейся свеклы и вообще одна-единственная.

– Ах, вот оно что! Ее увезли на «Аурусе».

Генеральша как-то сразу странно присмирела и притихла.

– Зайдите в дом, – предложила она. – Там и поговорим спокойно.

Дома у генеральши было неожиданно уютно. Сашенька даже удивилась. Оказывается, такая громкая и властная женщина в быту предпочитала уютные домотканые салфеточки и коврики.

Генеральша сразу же указала Сашеньке на одно из больших и глубоких кресел, в котором могло поместиться до трех девчушек вроде Сашеньки. Кулаков устроился в соседнем кресле, он не сводил с девушки своих маленьких цепких глазок. И казался Сашеньке похожим на декоративную комнатную собачку, пучеглазую, громкоголосую, но в целом не очень-то и опасную.

– Выпьешь? – спросил он у девушки.

– Не откажусь.

Кулаков крякнул:

– Вино? Мартини? Шампанское?

– Коньяк.

Кулаков крякнул повторно:

– Вся в свою тетку.

Сама генеральша, когда вернулась в комнату, заняла целый диван. Она приняла из рук мужа бокал, в котором был намешан сложный коктейль со льдом и ломтиком лимона, и благодарно ему кивнула. Вообще, настроение у нее переменилось, и на своего мужа она теперь поглядывала без былой враждебности, а вроде как даже со страхом, словно призывая его себе в защитники. Если бы Сашенька не была так потрясена всеми выпавшими на ее долю приключениями, то она бы сказала, что Галина Павловна отчаянно трусит. Что-то в словах Сашеньки заставило ее испугаться. И это напрямую касалось машины, на которой произошло похищение.

– И давно ли произошло похищение? – спросила она у Сашеньки.

– Нет. Это случилось сегодня около шести вечера.

– Я была в это время в отделе! – мгновенно отреагировала генеральша. – Принимала поздравления. Меня все видели!

– Я и не говорю, что вы сами сидели за рулем «Ауруса». У такой важной дамы наверняка есть шофер, чтобы самой не крутить баранку.

– Этой машины у меня больше нет. Сегодня днем я передала ее новому владельцу.

– И кто он?

– Тебя это не касается.

– Еще как касается! – возмутилась Сашенька. – Значит, это он и похитил тетю Тому!

И снова слова Сашеньки вызвали удивительную реакцию, генеральша с мужем переглянулись в большом страхе.

– Что он задумал? – спросила она у мужа.

– Клянусь тебе, Галя, я ничего не знал!

Сашенька нахмурилась:

– О ком вы говорите? Кто задумал? И что? Тете Томе грозит опасность?

– Посиди тут одна, детка. Поскучай немножко. А нам с дядей Жекой нужно кое-что обсудить наедине.

Сашенька послушно кивнула, потому как другого выхода у нее и не было. Генеральская чета удалилась и плотно закрыла за собой дверь. Как только это произошло, Сашенька поднялась с кресла и на цыпочках прокралась к дверям. Конечно, она рисковала. Если бы хозяева сейчас выглянули, то они мигом бы засекли маневр своей гостьи. И было бы очень стыдно. Но Сашеньке почему-то казалось, что генеральша с мужем находятся в таком стрессе, что им будет не до нее.

Так оно и оказалось.

– Звони Дёме, – велела генеральша, едва оставшись, как она считала, наедине с мужем. – Немедленно!

– Я уже звонил.

– Еще звони! Я хочу знать, что затеял этот ненормальный! Звонишь?

– Звоню! Не отвечает.

– Еще звони!

– А сама чего не звонишь?

– Мне он тоже не отвечает.

Судя по звукам, генеральша с супругом тщетно пытались дозвониться до некоего Дёмы, но это у них не получалось.

– Может, девчонка врет?

– Она сказала правду. Я сразу же проверила ее слова. По камерам все видно. Все она сказала правильно. Твоя Тамара. Наша машина. И кто-то в ней, кто и увез бабу.

– Кто увез? Наш Дёма?

– Возможно. Похитителей на улице было двое. И еще как минимум один находился за рулем. Возможно, Дёма, возможно, кто-то другой.

– Но машина наша!

– Наша.

– Тогда звони!

Но, кем бы ни оказался этот Дёма, выходить на связь с генеральской четой он не захотел.

– Надо его отыскать. Галя! Я задействую ребят!

– Он же наш с тобой сын. Если не хочет, чтобы мы его нашли, мы его и не найдем.

– И что же делать?

– Первое, надо избавиться от девчонки.

– Избавиться?.. Как? Галя!

Голос Кулакова дрогнул. Он задрожал. А уж как задрожала Сашенька, это и объяснять никому не нужно.

– Да не трясись ты так! – прикрикнула на мужа генеральша. – Я ничего такого не имела в виду. Девчонку нужно вернуть домой, по дороге постарайся ее успокоить. Придумай что-нибудь. Скажи, что найдешь ее тетку, или кем ей там Тамара приходится.

– А на самом деле?

– Плевать мне на Тамару! – рявкнула генеральша так громко, что Сашеньку прямо откинуло от дверей обратно к креслу. – Найди мне моего сына, кретин!

Кулаков вылетел из-за дверей, красный и злой. Но, увидев бледную Сашеньку, он сделал над собой усилие.

– Подожди чуток! – велел он ей. – Я сейчас!

Он скрылся в другой комнате, наверное, переодевался. И тут Сашенька отмерла. Одним махом она пересекла комнату, распахнула входную дверь и очутилась на улице. Страшно ей не было. Вокруг было белым-бело от выпавшего накануне снега. Множество фонарей помогали освещать территорию загородного дома генеральской четы. Дорожки были почищены и вели прямиком к воротам, к которым Сашенька и полетела стрелой.

Ей снова повезло. Ворота были открыты. И она выскользнула на улицу. Тут тоже было светло, чисто и… очень холодно. Только сейчас Сашенька сообразила, что совершила ошибку. Убегая из чужого дома, она накинула какую-то хозяйскую шубейку, но при этом забыла поменять обувь. И сейчас она была в сценических ботфортах на высоких каблуках, очень эффектных, но совершенно неспособных согреть ее пяточки.

– Ой-ой-ой! Какая же я дура! И что же мне делать?

Сашенька завертелась на одном месте. Внезапно она увидела свет фар какой-то машины и замахала руками, призывая водителя подъехать поближе.

Машина подъехала:

– Залезай!

Это был Илья. Ее рыжий друг с кучей веснушек на его круглой физиономии.

– Откуда ты тут взялся? Как ты меня нашел?! Я бы без тебя пропала.

– Больно такая уж великая тайна, – улыбнулся Илья, стараясь не показывать девушке, как он смущен ее похвалой. – Подождал, пока тебя не вынесут из этой «Андалузы», а потом просто поехал за вашим кортежем. Поселок-то не охраняется, никто меня не остановил. Ты в порядке?

– В полном.

– Что удалось узнать?

– У меня есть план.

Сашенька уже поняла, что Кулаковы не намерены помогать ей в поисках тети Томы. Но зато они станут искать своего сына, который, судя по всему, и стоит за похищением. И если Сашенька сможет проследить за действиями Кулакова, то он, вполне вероятно, разыскивая своего сына, приведет сыщицу прямиком к тете Томе.

– Если этот Дёма и впрямь похитил тетю Тому, то явно не для того, чтобы просто немного покатать ее на родительском «Аурусе». Какова была его цель, неизвестно. Но если тетя Тома до сих пор с этим Дёмой, то нам надо всего лишь следовать по пятам за Кулаковым. И он сам сделает за нас всю работу.

– А может, нам вообще не нужно ничего делать. Ведь если Кулаков найдет своего сына, то он заставит отпустить твою тетю Тому.

Но Сашеньке по какой-то причине не хотелось оставлять наедине Кулакова и тетю Тому. Неизвестно, не вспыхнут ли тогда старые чувства. А как на это отреагирует мадам генеральша? Нет, рисковать Сашенька в таком деликатном деле не собиралась.

– Мне будет спокойнее, если мы сразу же заберем тетю Тому и доставим ее домой.

Илья больше не возражал:

– Я лишь хочу тебе сказать, что бензина у нас осталось километров на сорок. И если придется ездить всю ночь, то мы попросту сядем на мель.

– Найдем заправку и решим проблему.

– У тебя есть деньги?

– Конечно!

Сашенька сказала и тут же поняла, что нагло врет:

– Ох! Деньги-то у меня остались в сумке.

– А сумка?

– Она у музыкантов. Когда они лепили из меня солистку Соню, то переодели в ее сценический наряд. А мои вещи оставили в гримерной. И когда меня тащили к генеральше, то я про сумку и другие вещи даже и не вспомнила.

В карманах нашлось всего несколько конфетных фантиков. Видимо, Соня была большой сладкоежкой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.