Night Veil
Кровь ангела: сон о вечном холоде

Пролог

Каждый проходит через такие страдания, которые ему по силе.

***

Сколько уже длился этот кошмарный сон?

Насколько давно люди созерцали, как сверху падает бесконечный снег? Они уже и года перестали считать с пришествием к господству вампиров.

Планета была покрыта толстым слоем льда и глубокими сугробами. После того как солнце погасло, наступила вечная зима. Смертельный холод выносили лишь вампиры, из-за того что почти не чувствовали его. Они мало что чувствовали.

Обогреватели, встроенные в каждое жилое здание, где жили люди, были включены до предела. Все ради того, чтобы они не умерли раньше времени, ведь те были для кровососов не больше чем просто еда. Они понимали, что без человеческой крови их роду придет жалкий конец.

Еще с прошлого столетия территории делились на <<Людскую>> и <<Вампирскую>>. На людской жили люди, состоявшие по определенному количеству в концлагерях. Небольшие гектары были обведены решетчатыми заборами с колючей проволокой. Они мешали побегу. Упыри могли бы добавить еще и ток. Но люди, казалось, давно опустили руки, что его применение вовсе и не требовалось…

<<Центр сдачи крови>>.

Стерильные стенки из светлого металла. Такой же был и пол, с которого тщательно оттирали капельки крови киборги, служившие в этом здании уборщиками.

Бывшие люди, но и толком не роботы: заменой обычных рук и ног им служили встроенные конечности из кибернетического металла и два импланта встроенные по отдельности в каждое ухо. Если у них что и было из своего, то лишь туловище с головой.

Железные двери имели темное покрытие, которое неплохо контрастировало со светлым переливом стен. На проводах, соединяющих общую систему энергии, мигали зеленые лампочки, создавая приятную палитру для человеческих глаз. По мнению некоторых, вампирам было совершенно все равно на окружающие их цвета. Зато они старались подбирать такие, чтобы люди становились на подсознательном уровне сговорчивее и чувствовали себя спокойнее. Это даже было выгоднее – давать ложную картинку о безопасности.

Вампирша диктор сидела у себя за пультом в кабинете на верхнем этаже и время от времени озвучивала своим голосом имена собравшихся доноров. Те, стоя в очереди, поочередно проходили в автоматически открывающиеся и закрывающиеся двери. За которыми распологались небольшие кабинеты по сбору крови.

Посреди всего этого немого ада стояла Джиа.

Она нервно теребила рукава своего свитера, которые не только защищали тонкие запястья от холода, но и скрывали следы уколов от игл сборных трубок… Когда назвали ее имя, она прошла через нужную дверь.

Внутри кабинета пахло стерильностью и лекарствами. В углу, у напрочь закрытого окна стояла кушетка. Рядом, у пиликающего компьютера сидел невысокий парень вампир: у него была абсолютно белая кожа., красные, будто лопнувшие капилляры, белки глаз, в то время как их радужка была лишена всякого оттенка. Он был одет в стандартную униформу сборного санитара: белый халат, перчатки, косынка и кибернетическая маска, блокирующая любые запахи. Не дающая учуять кровь.

Джиа не отличалась особой памятью, но отчего то ей стало понятно, что он новенький.

Абсолютно все вампиры, работающие в подобных центрах, сдавали тест. Их проверяли, смогут ли они выдержать вид крови и ее запах. И хоть прошедшие подобную инициацию упыри числились полноправными сотрудниками, люди все равно их побаивались. Чуть сильнее, чем более опытных. Поскольку его у них не имелось. Было не мало известно случаев, когда новенькие срывались и вгрызались в пациентов. Редко кого удавалось оттащить, пока тот не высасывал несчастного досуха…

Без лишних предупреждений Джиа закатывает рукав. Кладет руку на специальный подлокотник.

Сборщик подносит иглу. Джиа привычно стаскивает челюсть, стараясь игнорировать последующую боль от укола.

Через подобное она проходила множество раз. Но каждый раз – будто в первые.

Аппарат завибрировал. По тонким, прозрачным трубочкам потекла багровая жидкость. Джиа стала тихо дрожать.

– Не двигайся, – безэмоционально прошипел вампир, вглядываясь в измерительный экран.

Услышав предупреждение, она постаралась больше не совершать лишних телодвижений. Что с того, что больно? Подобное ожидает ее и через следующие 28 суток.

Это время срока, отведенное на восстановление сил. Они вытягивали из них частицы жизни через каждые 28 суток. Экран показал дозволенную сумму: 500 мелилитров. Не больше, не меньше – иначе можно умереть.

Вампир быстро нажал на нужную клавишу, выключая аппарат. Затем принился отсоединять от Джии иглу. Делал он все четко и аккуратно. Как и учили на курсах. С людьми было необходимо обращаться нежно. В относительном понятии.

На какой-то момент он задержал взгляд на маленькой дырочке в девичьем запястье. Из которого соблазнительно-медленно сочилась кровь.

Его зрачки расширились.

Но он тут же сбросил с себя это наваждение.

– Оно того не стоит.

Вампир протер укол спиртовым раствором. Влажная вата оставила холодный след на запястье.

Сорвавшихся вампиров, нанесших вред донорам, наказывали в соответствии с законом: умертвляли, через отрубание головы. Старый и чем-то средневековый метод. Но надежный. Лишний рот не был нужен.

Когда Джиа покинула кабинет, то за коридором увидела множество молодых мужчин и женщин, которые все еще ждали своей очереди. Детей не было, так как брать у них кровь было еще опаснее. Лишь после наступления полового созревания людей заносили в базы данных по сбору, сокращенно – БДПС. Так же, здесь не было пожилых в очередях. Люди лишились возможности стареть, умирая еще в расцвете сил, из-за частой потери крови. Вампиры снабжали их в поставках специальными продуктами, которые помогали восстановить сахар в крови. Это помогало самым выносливым дотянуть до сорока с лишним лет…

Надежнее запахивая куртку, Джиа направилась к выходу из здания. На пороге ей выдают корзинку с витаминами и необходимыми продуктами. И разумеется, небольшую сумму денег за своеобразное “пожертвование”.

Один из центров располагался недалеко от ее собственного дома. От диких животных защищали ненавистные ограждения.

Снаружи ее встречает тихая, снежная пустошь. Она включает фонарик, с помощью которого гораздо проще ориентироваться в непроглядной тьме. В сопровождении она не нуждалась…

***

Вера сидела на диване, непринужденно болтая ножками. В руках у нее был старый, потрепанный плюшевый заяц, которого ей подарили сестра и мать. Тем пришлось отдать не меньше литра крови по отдельности, за которые им разумеется заплатили. Платили всегда: *виталы – деньги, выдавали в различности от отданного количества крови. Сама валюта внешне напоминала резной, металлический шестиугольник из металла *скандий.

Взгляд малышки был направлен в экран устаревшей модели – на более дорогой телевизор средств не хватило бы. Да и получили они его как подарок. От вампиров.

Хлопнула железная дверь.

Пришла Джиа. Вера соскочила с места и всего за пару секунд оказалась у порога;

– Джиа! А мы с Гайкой хотим тебе кое-что рассказать!

Гайкой была ее плюшевая игрушка.

– Привет, – хрипло отозвалась старшая сестра с порога.

Пока она снимала с себя уличную одежду, младшая что-то все нетерпеливо щебетала.

– Ага. Отстань, я устала! – раздраженно пробурчала Джиа, отмахиваясь от ребенка словно от назойливой мухи.

Повесив куртку в шкаф, она прошаркала до своей комнаты: сил не было даже на то чтобы поднять нормально ноги. Комнату она делила с Верой. А если точнее, во всем доме у них была лишь одна комната, объединенная с ванной и кухней.

Джиа без сил падает на жесткие простыни. Вера растерянно замирает неподалеку. Она видит, как тяжело дышит ее старшая сестра, время от времени потирая свежий укол на запястье. Потом она сворачивается в клубочек, словно замерзший котенок. Взрослое тело колотит мелкая дрожь. Постепенно она перерастает в крупную… Вера бежит за корзинкой, уронив на бегу зайца. В которой роется, стараясь как можно быстрее отыскать витамины для восстановления баланса кровяных клеток.

Читать, как и все люди с этой планеты, она не умела. Вампиры лишили этот род всяческих возможностей. Чтобы сделать их обсалютно беззащитными.

Но она знала, что на нужной баночке нарисован кружок красного цвета. Отыскав ее, она тут же побежала обратно к сестре… И слава Лилит, не опоздала: Джиа теперь едва заметно подрагивала, но все еще была жива. Вера уже успела в столь юном возрасте повидать мертвецов…

Торопливо откупорив баночку, она заставила полубессознательную сестру приоткрыть рот. После чего закидывает в него сразу две кроваво-красные капсулы… Некоторое время спустя Джиа начинает дышать уже ровнее, погружаясь в крепкий сон. Вера села рядышком, на углу кровати, облокотившись спиной о нагретую стену.

Внутри которой распространялось тепло от встроенного в дом обогревателя. Свойства металла защищали от случайных ожогов, так что бояться было нечего.

Вера смотрела на спящую сестру. И в который раз успела понять: Джиа чуть не умерла. По настоящему.

***

Через пару суток к их порогу доставили тяжелую посылку с новой одеждой, игрушками и продуктами. Вера очень сильно обрадовалась! А Джию то насторожило: такие щедрые подарки могли делать лишь очень влиятельные и зажиточные вампиры. А это так же означало, что ими кто-то заинтересовался.

Конкретно – ею.

Действие 1

Правда делает нас несчастными.

***

Самым первым вампиром на земле являлась Лилит – порождение самого бога. Так же известная ныне, как первая женщина. Как и говорили про блины, что первый – комом.

Издавна всем было известно, что мать всех вампиров была наказана смертями. Собственных детей. Но несмотря на божью волю, она сумела порадить на этот свет шестерых сыновей: Каина – старшего, Мороя, Стригоя, Носферату, Лессера и Дракулу – самого младшего.

На этом бессмертная не собиралась останавливаться: она подарила каждому из своих сыновей по *семю.

Маленькое. Овальное. Мерцающее лазурно-голубым отсветом. По размеру оно было с ноготок младенца. Каждое такое находилось у Лилит в горле. Она доставала его пальцами, выворачивая глотку чуть ли не наизнанку. Каждый Сын должен был поглотить его целиком, не разжевывая.

После этого, каждый из них отыскал себе подходящую избранницу. На свет появилось шестеро девочек, каждая из которых являлась внучкой Лилит. Но в отличие от своей бабки, чье уродство жило в глубоко в душе, их было – наружное.

Сыновья были слабее матери, внуки уродливее, а Потомки – и вовсе не имели разума. Они больше походили на животных, чем на разумных существ.

Лилит бесновала от бессилия: она так хотела продолжить свой род достойным потомством! И дьявол – ее любовник, подал одну замечательную идею. Которая вовсе не была замечательна для простых смертных.

***

– Папа не дышит!

Именно с этих слов, которые произнесла маленькая Вера, началась темная полоса в жизни юной Джии.

Их отец умер приблизительно в возрасте тридцати лет. Точно известно не было, так как календари перестали вести еще несколько столетий назад. Даже не было понятно, который тогда шел год от рождества Христова.

После его ухода мать словно сошла с ума. Хотя – не словно. Ведь то, что она учудила, не вязалось в голове у любого человека, желавшего прожить свою и без того короткую жизнь до конца…

Джиа до сих пор помнит, как тогда, стоя на коленях, держала ее за плечи мама;

– Запомни: нет ничего важнее Веры. Ты должна заботиться о своей сестре. Быть ей надежной опорой и научить многому всему, что ей будет необходимо в этой жизни, – а потом, роняя крупные слезы, она оделась и вышла из дома…

Джиа помнит, как сидя на железной табуретке, смотрела в окно, за которым поднявшаяся метель старалась скрыть от ее глаз происходящее бесчинство.

Мать бросается с ножом на идущего мимо вампира-смотрителя!

Застает врасплох: получается ранить в спину, меж лопаток.

Вампир корчится в болевой судороге.

Почти все они, когда-то бывшие людьми, не имели настолько прочную кожу как у Матери и ее порождений. Но они были гораздо сильнее и выносливее людей – своего некогда вида. Так просто их нельзя было убить.

К раненому вампиру побежали соотечественники. Но их помощь была не нужна: раненный уже успел подняться. И выдергивая кухонный нож из своей спины, он швыряет его к порогу ближнего дома.

Молниеносно разворачивается передом, к ее матери.

Та пытается сопротивляться.

Но резко выброшенная рука сметает ее жалкие попытки!

Уже со свернутой шеей женщина оседает на землю… Словно грациозная танцовщица, оканчивая свой танец. Будто ворох кружащихся снежинок. Красиво. Если бы падал не человек, что секундой назад был жив.

Джиа наблюдала эту картину словно в замедленной съемке.

Когда до ее сознания дошло все остальное, то словно теряя силы, она громко рухнула на пол, опрокидывая за собой стул. Теперь не было и мамы. Джиа осталась совсем одна с маленьким ребенком на руках.

– А куда ушла мама? – на пороге, сонно потирая глаза, возникла Вера.

В своих маленьких ручках она держала плюшевого зайца. Которого недавно ей подарила мать вместе с сестрой. Джиа раскрыла рот в немом крике. И тут же прикрыла его руками.

Чтобы он не перешел в гласный.

***

Он увидел ее среди тысячи людей, преклонивших колени: темные волосы струились до середины спины, завиваясь на концах нежными колечками. Болезненно бледная кожа прелестно контрастировала с цветом волос. Глаза – совершенно обычные, карие. Как и у многих, они были обращены паралельно земле.

Он все всматривался, пытаясь поймать их взгляд в свои…

Она стояла на коленях, как и другие собравшиеся люди. Их всегда собирали и ставили так, когда в какой либо концлагерь прибывал на осмотр один из Шестерых Сыновей. Таким образом люди приветствовали важного гостя и выражали тем свою покорность.

Остальные вампиры ежедневно занимались охраной периметра и его жителей. На входе в лагерь стояли до зубов вооруженные стражи. Смотрители вышагивали тропы круглыми сутками, проверяя на исправность каждый дом. Одновременно следя за его обитателями.

Она сидела на мерзлой земле и дрожала от холода. Потрепанная шуба, длинной чуть ли не до пяток, плохо спасала от уличного мороза.

Началась метель. Ворох снега лег на голову, мгновенно окрасив макушку в белый. Почти так же, как и у него. Он заметил что у нее как и у большинства, не было шарфа и перчаток: уши раскраснелись, когда очередной порыв ветра сдул плохо сидящий капюшон. Она не стала поправлять его – двигаться до самого отъезда Сына было нельзя. Руки, судорожно сжимающие складки верхней одежды, выглядели обветренными, с не до конца зажившими болячками от тяжелой работы…

Обычно доноров не заставляли таскать тяжести и по большей части берегли. Но некоторые люди добровольно шли на подработки где требовалась физическая сила и работа руками, чтобы улучшить условия жизни для себя и своей семьи.

Ему совершенно не было ее жалко. И она совершенно не отличалась от обычных женщин. Но почему-то в тот момент он заинтересовался…

***

– Ой! А что нам принесли?! – из-за двери высунулась светло русая головка Веры.

Джиа стояла над одним из распакованных ящиков и с недоумением смотрела на его содержимое: теплые вязаные вещи, новая уличная одежда, простыни с одеялами и… Нижнее белье. В другой коробке были такие же вещи, но детские. Игрушки и еда с гигиеническими принадлежностями лежали отдельно.

Вера принялась с остервенением опустошать содержимое ящиков. Ее старшая сестра уставилась перед собой пустым взглядом, морально готовясь к худшему. Потомучто ничего хорошего в столь щедрых дарах не было. Они предзнаменовали скорые муки. Вампиры являлись изощренными созданиями, которые изначально задабривали жертву, а после отбирали у той надежду, заставляя испытать глубокое разочарование. Но каждый, кто родился и вырос в концлагере – и понятия не имел что это такое.

Около часа спустя содержимое всех ящиков было расставлено по нужным углам. Пока Вера радостно знакомила своего зайца с новыми игрушками, Джиа с отстраненным видом сидела на кровати и неотрывно смотрела в рабочий экран телевизора.

Сколько им осталось жить?

Через неделю привезли небольшой набор украшений. Джии они понравились, но надевать их она не хотела. Но еще больше она не хотела злить своего тайного покровителя. Поэтому все же носила их, не снимая даже перед сном.

***

Вера проснулась от чьего то разговора. Один голос принадлежал ее сестре, а второй… Был мужским. Она аккуратно приоткрыла один глаз: было темно, так как свет был выключен. Но она смогла разглядеть правее от себя обеденный стол, на углу которого сидела ее сестра. Рядом с ней стоял незнакомый мужчина: он был одет в красивый и дорогой костюм, но слишком легкого кроя для здешней погоды. Кожа его была почти что белой. А волосы будто седые: серебристо пепельные, выстриженные в небрежной стрижке, чуть выше плеч. Они были кудрявыми. И неаккуратно торчали во все стороны, словно у барашка. В одном ухе у него болталась длинная, увесистая серьга с семью красными, маленькими гранатовыми камнями. Само украшение имело плоскую форму резной шестиконечной звезды, размером с человеческий глаз, в центре которой находился наиболее большой камушек.

– Что вам нужно? – тихо, чтобы не разбудить младшую сестренку, которая по ее мнению якобы спала, задала вопрос Джиа.

Незнакомец приблизился на шаг, сокращая последний миллиметр пространства между ними.

Поставив ладони на поверхность стола, между которых оказались ее колени, вампир навис над ней;

– Можно тебя, – он выдерживает не долгую паузу – Поцеловать?

Произносит он сладостно-неописунмым голосом.

Таким, что если бы Джиа и не знала кто перед ней, она бы прониклась к нему симпатией.

– Да.

Не успевает она и слова сказать, как ощущает на своем затылке горячую руку вампира. Вторую он располагает у нее за спиной… Он судорожно сжимает ее хрупкое тело в своих руках, стараясь не сломать пока еще нужную игрушку. Это дается ему с большим трудом.

Вера и раньше видела нечто подобное. Ее мама и папа часто так делали: целовались и обнимались друг с другом. Но этот беловолосый незнакомец… Делал больно.

Джиа начала уже через полминуты мычать сквозь неразрывной поцелуй, задыхаясь. Ведь только одному из них не требовался воздух.

Вера смотрела на страдания сестры. На то, как длинные, когтистые пальцы, до синяков впивались ей в кожу… Откуда-то из глубин ее детской, чистой души, поднялся гнев.

– Не трогай ее!

Вера швырнула в вампира своего плюшевого зайца Гайку.

Плюшевая игрушка попала ему по макушке и глухо приземлилась на жесткий пол. Джиа испуганно замерла… Вампир оторвался от нее и медленно повернул голову в сторону ребенка: выражение его лица было неописуемо. Не испытывая совершенно никакого страха, Вера сбрасывает шерстяное одеяло в сторону и спрыгивает с кровати на пол. Уверенно подходит к вампиру. И складывает руки спереди, смеряя его осуждающим взглядом. Так по взрослому! Забавно чем-то: ведь это Джиа должна была защищать ее, а не наоборот.

– Пожалуйста! Она ведь еще ребе, – Джиа попыталась что-то выдавить из стиснутой страхом гортани.

Не получилось: она словно захлебнулась кипятком.

Не обратив на нее никакого внимания, вампир присел на корточки перед насупившейся Верой;

– Ну и кто это тут у нас? Смелая малышка, – он поднял плюшевого зайца с пола.

Вера со сдвинутыми бровками проследила за тем, как он резко потянул его за ручки и ножки в разные стороны… Послышался треск разорванной ткани. Порванный заяц упал к ее босым ногам. От увиденного ей захотелось громко заплакать: этот плохой вампир сломал ее лучшего друга! Он испортил подарок ее любимой сестры и мамы!

Моргнув несколько раз, Вера кое как сумела совладать с собой. Если бы она только знала, что он может отнять гораздо больше!

Она подняла на него по прежнему агрессивный взгляд и упрямо сказала;

– Уходи отсюда.

Джиа сглотнула.

Вампир ухмыльнулся;

– О, я сломал твоего лучшего друга? Прости. Силу не рассчитал. Но ведь у тебя теперь есть еще много новых друзей? – он кивнул на стоявший в дальнем углу ящик с игрушками.

Он пытался задобрить упрямое дитя и сам не до конца понимал свои действия. Ведь можно было поставить ее на место и другим способом, более надежным и действующим. Видать, ему было взаправду скучно последние сто лет.

Когда он ушел, Джиа соскочила с места. И притянув к себе сестру, принялась со всей строгостью отчитывать маленькую бунтарку.

– Он не нужен нам, – говорила Вера, уткнувшись носиком в плечо старшей сестры – Мы и без него со всем справимся.

Джиа покачала головой: темные пряди упали на лицо, обведя его ровный контур.

– Не справимся, – обреченно выдохнула она, опалив своим дыханием нежную кожу сестры у шеи.

Вера подняла на нее блестящие глаза, из которых вот-вот могли выкатиться слезы;

– Давай сбежим тогда?

Джиа не восприняла ее слова всерьез… Скинув с себя одежду пропитавшуюся одеколоном паршивца, она залезла в душевую. Где включила воду и принялась тереться мочалкой с остервенением, пытаясь смыть с себя прикосновения горячих рук…

***

Это был не кто иной, как сам Первый Сын – Каин. Самый старший из Братьев. И будто самый младший, если брать во внимание хулиганистый характер. Самый любимый Сын своей могущественной Матери.

Он присылал необходимые вещи Джии и ее сестренке. Навещал порог их дома несколько раз в месяц. Говорил то, что раньше никогда не говорил ни один парень или мужчина. Но даже несмотря на такое вполне хорошее поведение он вызывал в ней страх. И это было нормально. Это была единственная нормальная вещь, которая происходила с ней в последнее время. Хотя он и не бил, но Джиа ощущала на себе тысячу невесомых ударов каждый раз, когда он бросал в ее сторону пронизывающий до костей взгляд… Ее не ругали, но Джиа будто слышала тысячи упрекающих голосов… Каин всегда спрашивал разрешение на какое-либо действие со своей стороны. Но она прекрасно понимала: чтобы она не ответила вампиру, он сделает то, что хочет сам…

Как-то они гуляли за территорией концлагеря, по заснеженным тропам мерзлой пустоши.

– Переезжай ко мне в замок, – с серьезным видом предложил Каин.

Нет, он не имел в виду стать вечной спутницей. Ведь обращать людей было давно запрещено. Это был один из важнейших законов Ледяной Планеты, который отодвигали лишь в крайнем случае. Он был создан в связи с большим перенаселением на Вампирской Стороне: в те времена из-за этого чуть не возникла мировая катастрофа, так как число людей значительно сократилось…

Джиа остановилась, продолжая держаться за его локоть. Было очень скользко, несмотря на комья сугробов. Ведь они шли по на чисто убранной тропинке, которую покрывали ледники.

– Они давят, – произнес вампир, смотря на хоровод кружащихся в небе снежинок – И поедают изнутри. Впиваются в сердце, – он кивнул в сторону обтянутых проволокой ворот. Да. Они очень давили на любое живое создание, которое было вынуждено жить по ту сторону.

– Ты, – начал было Каин, и осекся – Вы больше с сестрой их не увидите.

– Как и других невольников, – подумала она – Которым повезет не так сильно.

Хотя, так уж сильно? Кто знает, что на уме у Каина. Возможно, их с сестрой ожидает что-то похуже смерти от недостатка кровяных тел.

– Я даю тебе выбор, – шепчет ей на ухо вампир – Потому что мне не принесет никакого удовольствия твое насильное пленение.

Джиа ничего не ответила…

На раздумья ей дали около тридцати суток. Осталось всего тридцать до… Чего? Что их ждет в недрах вампирского замка? Скорее всего – ничего хорошего.

***

Система была прочная. Но не безупречная. Изредка случались разного рода аварии. На этот раз замкнуло энергетический блок в центральном бункере, который был ответственен за связь на всей планете. Отключилось все: отопление, свет, перестала работать техника. Смотрители бегали по всем лагерям, налаживая проводки и пытались заново подключить различные функции. Людей вытаскивали из своих домов чуть ли не за шкирку, чтобы они не мешали ремонтным работам. Не прошли мимо и их дома.

Джиа и Вера отыскали в уличном погребе старое ружье. С ним когда-то выезжала за пределы лагеря их прабабушка по материнской линии, которая состояла в одном из выездных отрядов по добыче мяса. Ее звали Ева и она была вампиршей, одной из немногих кого обратили незадолго до нового закона по запрету о распространении вампиризма. На одном из выездов она пропала без вести. Ее соотечественники привезли назад лишь это самое ружье – единственное, что осталось в память о ней.

В нем было всего пару пуль. Пытаться пристрелить из него вампира было без толку. Они могут понадобится на другой случай… Джиа отворила дверь: на пороге возник вампир, одетый в темно-синюю шинель чуть выше колен и серые, облегающие брюки. Ноги были обуты в высокие сапоги из кожи, талия была подпоясана толстым ремнем, к которому крепился вибронож с лазерным пистолетом. Такую униформу и оружие носили смотрители.

Не раздумывая слишком долго, Джиа бьет его прикладом снизу вверх по челюсти!

Тот не теряет сознания, по инерции высоко запрокинув голову.

Тогда, Джиа продолжает бить до тех пор… Пока он не падает без чувств.

Слава Лилит, рядом больше никого не было. Та часть лагеря, в котором располагался их дом, заметно опустела. Юные беглянки плелись средь опустошенных строений. Снаружи дома были похожи *иглу: стародавние, самодельные домики. Которые когда-то использовались северными народами, что жили в арктических регионах. Но эти дома были сделаны из специального металла – Фатуум. Он был не самым привлекательным на вид, но являлся более выносливым. И самое главное – не пропускал внутрь мороз. Поверхность его была неровная и шероховатая, с мелкими и крупными буграми различных форм. Цвет его варьировался от светло-серого, до темно-багрового. Местами его стенки были в неглубоких царапинах, возможно из-за возни вампира и человека, которые иногда случались в таких местах. Если приглядеться получше, то можно заметить где-то въевшиеся в в металл темное пятно, с небольшой россыпью брызг… В некоторые крыши были встроены антенны. Не такие тонкие, которые можно было сдуть ветром в старые времена.

– Куда мы идем? – шепотом спросила Вера, дернув сестру за край шубы.

– К выходу, – так же тихо ответила ей Джиа – Самое важное сейчас – добраться до него.

– А что делать потом – это дело уже второе, – уже про себя закончила свою мысль она.

На выходе из лагеря стояли двое вампиров-стражей. Они были одеты в доспехи из специального пластика совмещенного со сталью. Их расцветка была белых тонов на ногах, руках и задней стороне шлема. Пластины у груди, наколенники и наплечники со сгибом у локтя были ярко-зеленого цвета. Лицевая часть шлема, с сенсорным вырезом была темная. Сама форма шлема напоминала слегка втянутую нижнюю часть морды, а верх был будто приплюснутым.

Джиа и Вера притаились за ближнем зданием. Они напряженно, с ожиданием, смотрели в сторону единственного выхода к свободной жизни. Они были на слишком далеком расстоянии, чтобы их могли учуять по запаху… Спустя пары минут ожидания к стражам подбежал один из смотрителей. Он сообщил, что среди членов лагеря есть двое бежавших, чьих имен не обнаружили в списке собранных на пересчете.

Их пропажу заметили. Отступать некуда. Иначе их отдадут под распоряжение одному из Шести Сыновей. За нарушение закона о покорности.

Поднялась сильная метель. Снег лез в глазницы и ноздри. Возможно, благодаря этому их не заметили, когда они пробежали до ворот пригнувшись, воровато облядываясь по сторонам.

Сердца отплясывали в груди бешеный ритм.

Оказалось заперто. К счастью, на земле валялась кем-то оставленная ключ карта, отсвечивая в свете луны белыми бликами. Джиа подобрала ее и приложила нужной стороной к металлическому отверстию на месте замка. Послышалось тихое пиликание… Массивные двери распахнулись, открывая им путь.

Они уже были за пределом концлагеря. Это была настоящая снежная пустыня, в которой мог любой встретить свой конец. Но помимо сугробов и льдистых скал за лагерем, меж двух границ людской и вампирской стороной, находилась железнодорожная станция. Где сев на один из поездов, можно было добраться до аэродрома. Откуда была возможность сесть на корабль и покинуть планету.

Сестры не бежали, а шли. Поскольку бегать в такой обстановке было опасно. Силы нужно было экономить… Около часа спустя они смогли достичь нужного пункта: впереди показались очертания железных рельсов и гусеница вагонов. Теперь, нужно было просто забраться в один из них и дождаться когда починят электричество. Ведь без него и станция не работала…

Джиа уже открыла младшей сестре дверь, когда их окликнул до ужаса знакомый голос;

– Какие люди все-таки неблагодарные! – внутренности стянулись в узел. Обернувшись, Джиа увидела Каина: вампир был невысокого, но и не слишком маленького роста. Он стоял в нескольких метрах засунув руки в карманы брюк.

– А я хотел, чтобы все было обоюдно, – сказал Сын Лилит, медленно приближаясь.

Она не знала, как пользоваться оружием. Поэтому постаралась повторить те движения, которые видела в фильмах.

БАХ!!!

Джиа делает выстрел.

Промахивается.

Второй получается успешнее: в белую грудь врезается разрывной снаряд.

Кровь.

Снег багровеет.

Несколько капель попадает на лица сестер.

Но Каин даже не шевелится. Та самая пуля выходит у него через рот. Он демонстративно высовывает язык, показывая потертый временем шарик. Сплевывает. И вытирая тыльной стороной ладони рот, срывается с места!

В отчаянии Джиа засовывает дуло себе в рот…

От страха Вера пронзительно визжит!

Каин вовремя перехватывает ствол и швыряет тот в сторону.

Ружье летит к вагону и проходится по его покрытию гулкой рябью.

– Разве я принуждал к чему-то?! – рыкнул не своим голосом вампир, до хруста сжимая запястья Джии – Ты моя! Я тебя отметил!

Его трясет от ярости: он злится на нее. Ощущает себя преданным.

– Беги! – истошно кричит она сестре.

А потом смолкает, в иступляющей боли от вонзившихся в плечо клыков…

Каин сжимает ее в смертельных объятиях, припадая белыми губами к пока еще теплой коже.

Роняя слезы, Вера бежит прочь изо всех сил.

Со спины доносится треск чужих костей и предсмертные стоны.

Джиа смотрит на удаляющуюся фигуру сестры, и успевает сделать облегченный выдох. Она ее защитила…

Вера бежала по сугробам, едва не утопая в них. Не разбирая дороги.

Каину явно было все равно на сбежавшего ребенка. Его волновала лишь “конфета”, которую несмотря на все свои старания он заполучить не сумел.

Уже где-то на бескрайних просторах, когда очертания поезда размылись и исчезли, Вера без сил упала лицом в снег. Теперь ее сестра была мертва.

Уже по настоящему.

Действие 2

Ненависть – это то, что будет всегда на втором месте после любви.

***

Холод.

Он пронизывал так, будто она до сих пор находилась на той богом забытой планете. Он ощущался сквозь сон.

Сон ли?

Вера стояла посреди оголенной, льдистой пустоши. Все выглядело так, будто кто-то смел лишний снег. Слишком ровно. Слишком чисто. Лишь белая, с небольшим слоем снежинок земля, хрустела под ногами. А еще было очень тихо: не дул ветер, хотя его рев накрепко засел в ее памяти. Она стояла посреди пустого пространства до тех пор, пока ее слух не уловил чьи-то тихие всхлипы. Она всматривалась перед собой, сузив карие глаза, пока вдалеке не стали вырисовываться знакомые очертания.

– Сестра! – воскликнула она, срываясь с места.

Джиа стояла, обняв себя руками. Она постоянно сжималась от холода, который почему-то не чувствовала Вера.

– Как же тут холодно, – все бормотала Джиа, выпуская клубы пара изо рта.

Вера остановилась в двух шагах от нее.

Потянулась рукой к ее обмороженному лицу;

– Сейчас. Пойдем со мной, я смогу согреть тебя.

Джиа отшатнулась от нее, словно от огня. Как-то неестественно замотала головой. Ее волосы стали извиваться в такт дерганым движениям.

– Ты! Ты оставила меня здесь! Это ты со мной сделала!

Ее голос, полный упрека, дрожал и был сиплым. Это картина вызвала в Вере жалость.

Одними губами она произнесла;

– Джиа.

Старшая сестра покачала головой, отказываясь идти на контакт. И отступила на шаг в поднявшийся туман, что скрыл собой ее хрупкий силуэт. Вера метнулась к тому месту, на котором только что стояла ее сестра. Но вместо родного человека она налетела на ворох кружащихся снежинок, что лезли ей в глаза и ноздри. Вера громко закричала от беспомощной ярости…

***

И проснулась. Похлопала все еще слипшимися глазами. Приняв сидящее положение, с недоумением оглядела окружающую себя обстановку.

Слева от кровати, на которой она лежала, стояла тумба из простого дерева. Редкий материал в настоящее время, который уже давно не использовали. Так как деревья росли лишь на ее родной планете, до того как потухло солнце… Справа находился платяной шкаф с ржавыми дверками. Там хранилось небольшое количество одежды, которое она удосужилась собрать за пятнадцать лет по прошествии своего побега с Ледяной Планеты – так теперь называлась некогда прекрасная земля.

Заправив за собой постель, Вера принялась неспешно натягивать на себя обмундирование. Оно состояло из массивных закрытых сапог., комбинезона из плотной ткани, не пропускающей радиацию., и металлических пластин в виде наколенников… Гравитация на Марсе была не очень стабильная. Приходилось в меру утяжелять свои костюмы. Но несмотря на суровые условия даже тут отъявленные модники нашли выход: в магазинах продавались пластины разной цены и формы. Какие-то были простые и дешевые, а какие-то были изготовлены из дорогого металла и даже имели симпатичную гравировку.

Образ завершала небольшая респираторная маска, фильтрующая окружающий воздух.

Отмосфера в целом была приемлема для дыхания, но всего за два дня можно было запросто получить излучение.

Взглянув на свое отражение в старом треснувшем зеркале на одной из выдвижных дверок шкафа, Вера увидела взрослую девушку: у нее были светлые, почти что блондинистые волосы, длинной чуть ниже лопаток. Большие, светло-карие глаза, словно зерна кофе. Губы – изящные, бантиком. Нос был идеально ровный – как греческий. На нее смотрела высокая особа с подкаченным телосложением.

Собрав волосы в низкий хвост, она подошла к входной двери своего жилища: дверь была револьверная. По ее центру располагался вал, к которому крепились четыре створки рычага для более удобного вращения.

Ее дом изнутри больше напоминал каюту космонавта: стены с полом были металлические. Они идеально защищали от большинства неприятных факторов внешней среды.

Вера сделала два круговых вращения вправо, открывая дверь.

***

Она и сейчас помнит, как плелась средь заснеженных гор, словно в бреду. И наверное, лишь по воле настоящего чуда сумела добраться до ближайшего аэродрома. А возможно, что ей просто повезло. Может быть, еще помогло и то, что незадолго до побега она просматривала по телевизору передачу с рекомендациями по выживанию в диких степях… Вера не знала, сколько времени заняло ее путешествие. Она старалась поддерживать силы путем поедания сырого мяса, которое добывала из небольших трупов издохших животных. В рацион вошли зайцы, олени, и даже один медведь. Было еще немного консервов в дорожной сумке, которую она прихватила с собой из дома… Иногда приходилось противостоять диким хищникам. В основном чаще встречались волки. В этом помогал вибронож того смотрителя, который она ранее предусмотрительно стянула с его пояса, когда тот потерял сознание после внезапной атаки Джии. А вот пистолет оказался бесполезен. Так как его забыли перезарядить, из-за чего энергии внутри на шокерные выстрелы не было… Вера едва не окоченела, несмотря на теплые вещи и редко попадающиеся генераторы, от которых исходило небольшое тепло.

Когда она добралась до пункта назначения, то из разговора рабочих узнала, что со дня бури прошло шесть суток.

Со времен, как солнце перестало светить, такие термины как – день, ночь и вечер стали бесполезны в применении речи.

Ее шесть суток – стали как шесть кругов собственного ада.

Вера спряталась за углом административного здания: высокий оваольнообразный купол представлял из себя место, где проводились проверки импортных товаров, а так же общих данных о привозных кораблях и пилотах. Сзади строения находилась посадочная площадка: невысокие железные ограждения стояли вдоль посадочной полосы, которую постоянно чистили киборги. Сигнальные огни во встроенных лампочках давно погасли, так как космический борт уже стоял на месте.

Вера рискнула выглянуть из своего не очень надежного укрытия. Внешне корабль напоминал силуэт черепахи, вымершего животного. Передняя часть была оборудована под голову и имела два непробиваемых лобовых стекла округлой формы. Нижняя часть, похожая на рот, открывалась спусковым трапом. Задний корпус был выше, на его покрытие виднелись узоры в виде переплетенных пятиугольников.

Снаружи, как и внутри здания, были установлены камеры. Ее заметят. Она не успеет добежать и до грузового отсека… Внезапно в ее головке вспыхнула рискованная идея!

Вера подняла голову в верх: с крыши здания на нее смотрела округлой формы камера с красным свечением. Через которую за всем происходящим снаружи следила охрана.

Рассчитав траекторию, Вера прицелилась ярко-голубым всполохом виброножа…

ЖУХ!

Она попадает: светящееся лезвие, вертушкой, срезает крепкий провод, которым крепилась к стене здания камера.

Уняв быстро стучащее сердце, она проделывает то же самое и с двумя другими камерами. К четвертой не успевает, так как вампиры довольно быстро замечают сбой и выскакивают наружу. Вера успевает уже отчаяться… Как издалека стал прорезаться чей-то грузный силуэт, идущего на четвереньках.

– Медведь! – поняла она.

И хитро улыбнулась… Вера принялась подпрыгивать на месте и размахивать руками, стараясь привлечь внимание хищника.

В это время, один из вышедших нарушу вампиров, услышал подозрительный хруст снега под чужими ногами. Зайдя за угол здания, он увидел Веру.

– А это еще что за, – с недоумением зашипел он.

Но был прерван громким рычанием рассвирепевшего медведя. Что побежал в их сторону, разбрасывая своими лапами густые комья снега, словно бык на корриде.

Многие животные боялись вампиров и при встрече старались унестись подальше от тех. Но некоторые – ненавидели и нападали. И терзали более яростнее, чем людей.

Как не странно, медведь словно не заметил ее! Все внимание зверя было сосредоточено на вампире, который выставив железный посох с лезвием на конце, пытался защититься… Пока зверь и индивид бились в кровавой схватке, Вера изо всех сил припустила к кораблю. Мысленно она молилась, чтобы ее не перехватили на полпути. И ей снова везет: она успевает прошмыгнуть в открытую пасть трапа до того, как остальные члены охраны замечают ее.

Вера выбирает удачное место: она прячется в грузовом трюме, который располагался чуть ли не на самом дне перевозного транспорта. Она укрылась плотной, пыльной накидкой, чтобы ее не заметили в случае чего.

Вампир, увидевший ее на улице, не успел рассказать про нее: медвежьи когти добрались до его сонной артерии раньше. Но товарищи того справились со зверем гораздо быстрее. Так как ранее Вера сломала некоторые камеры, а ее запах перебил аромат убитых вампира и медведя, работники не заподозрили ничего и вернулись к своим делам. Разумеется после того, как убрали тело своего сотрудника и отправили тушу зверя на мясной завод… Но они не проверили содержание груза, о чем иногда забывали.

Поставщиками оказались не кто иные, как специально нанятые ррэдерры – эволюционированные люди, чьи предки бежали на Марс с начала времен Вечного Сумрака. Они имели кожу с красно-оранжевым отливом. Густые, прямые как леска, черные волосы, насыщенные меланином (цветовым пигментом), который защищал кожу их головы от вредоносного воздействия неблагоприятной среды. Их глаза были чрезмерно узкого, или широкого разреза. Рост у них был не очень высоким, но телосложение у многих по сравнению с людьми было крепкое.

Веру обнаружили, когда спустя сутки начали делать обход по трюму. Он был достаточно большой. Ее нашел мальчик примерно ее же возраста. Больше детей кроме их двоих на борту не было…

Ррэдерры говорили на различных языках, которые использовались в эпоху Солнечного Века – так называли то время, когда светило солнце. Но основным у них был старо-славянский.

Среди них нашлись те, кто говорил и на ее родном наречие – Вриколакс. Это был язык вампиров, который вынужденно переняли люди с ее планеты.

Она рассказала им свою историю… Команда долго спорила между собой, решая, как лучше всего поступить с маленькой беглянкой. Больше всех за Веру заступался нашедший ее мальчик.

Так они долетели до Марса. Где высадились и отпустили ее на все четыре стороны… Нельзя сказать, что ей сильно повезло: хоть члены экипажа и не были лишены человечности, но рисковать везти ее с собой дальше они не собирались. Ррэдерры славились по большей мере продажным характером. Их так же описывали как тех, кто всегда шел в сторону дующего ветра. Их кровь не прививалась в желудках вампиров, из-за чего они и не стали их рабами.

Светлый Город – это пожалуй единственное место, где можно спрятаться от вечно голодных отродий Лилит. Он располагался в одном из глубоких кратеров планеты. Отовсюду исходили ультрафиолетовые лучи, которые светились изнутри декоративных фанариков, что были оборудованы на китайский манер. Свет в этом месте никогда не выключали. А если смотреть на город с высоты птичьего полета, можно было узреть множество огней различного отсвета. Что плавно перетекали в другие, схожие оттенки… Или обрывались на неожиданном, не совсем гармоничном цвете!

– Красиво! – это было первое слово, которое тогда пришло в голову маленькой Вере, когда она впервые увидела место, в котором ей предстояло вырасти.

***

Сейчас она уже была взрослой девушкой. Как оказалось, она была не единственной, кому удалось сбежать с Ледяной Планеты. Такие как она – на Марсе редкостью особой не были. Несмотря на диктаторскую политику, установленную вампирами, смышленые смельчаки нашлись и в других лагерях. Многие бежали именно сюда. Но, несмотря на казалось бы благоприятные условия жизни, было и много минусов. Город, можно сказать, по большей части был сам по себе: без официальной власти и контроля. Из-за чего происходили частые грабежи, убийства и другого рода хулиганства. Жившие в нем люди просто не могли не знать базовых приемов самообороны.

Вера остановилась в дверях местного бара. Поднатужившись, толкнула их вперед: взору предстала шумное заведение. Прожектора переливались различными цветами, время от времени сменяя друг друга. По всему залу стояли невысокие столики с металлическим стержнем, исходящим прямо из пола. В центре зала стоял высокий выступ с шестом, уходящим в самый потолок.

На нем уже вовсю делала растяжку Айлин – местная танцовщица. Она была марсианского происхождения, чьи большие глаза вводили в приятный транс каждого посетителя.

Левее от входа возвышалась небольшая сцена, на которой распевались недавно устроившаяся в это заведение девушка. Ее имени Вера пока не знала. Вытерев подошву о коврик, она прошла к рабочей раздевалке. Где застала какого-то парня за обыденным делом: переодеванием в рабочую форму.

Тот, судя по внешним данным, имел восточно-монгольские корни: темные, с хитрецой глаза, бросили на нее взгляд через смуглое плечо.

Заметив, как она смотрела на него с легким недоумением, он поспешно протараторил;

– Я здесь новенький! Просто Майси еще не успел всем рассказать,

– услышав имя начальника, Вера остановила его резко поднятой рукой. Тратить время на бесполезные разговоры она не любила.

– Закончил? Выметайся и дай мне переодеться, – довольно грубо обратилась к нему она, направляясь к своему шкафчику с одеждой.

Ничего не ответив ей, юноша поспешно вышел в коридор… Спустя пары минут Вера была во все оружие: ее плечи облегчала белая рубашка с короткими рукавами, на вотротнике которой была привязана бабочка галстук. На ногах красовались черные брюки с высокой талией, чья штанина чуть расширялась к низу, создавая красивый и изящный силуэт. Завершительным элементом образа был красный фартук, который она повязала за не длинные завязки на талии. Напоследок она перевязала непослушные волосы потуже и выскользнула за дверь…

Стоя за барной стойкой, Вера протирала бокалы. Одновременно наблюдая за тем, как по всему залу носился тот новенький: в руках у него был тяжелый, чугунный поднос с закусками. Он явно держал его неумело, едва не роняя тот на очередного посетителя. Но всякий раз ловко ловил его, каким-то чудом не роняя ни крошки его содержимого! Со стороны это выглядело настолько забавно, что Вера даже не удержалась от легкой улыбки.

На миг их взгляды пересеклись…

Темноволосый хитрец улыбнулся в ответ…

Вера почувствовала, как ее сердце отчего то замерло…

А затем принялось биться с бешеной скоростью, будто за ней гналась группа вампиров!

Что же могло ее напугать?!

Недовольным покупателям парень заговаривал зубы. А некоторым посетительницам строил глазки.

– Он вообще где-нибудь раньше работал? – поинтересовалась у себя с сарказмом в мыслях Вера, смешивая ингредиенты для коктейля подсевшему посетителю.

Рядом на какой-то момент остановился Шиво – их повар. Бросив короткий взгляд на новенького, пожилой ррэдерр придирчиво покачал головой… Когда содержимое подноса опустело, то горе официант плюхнулся на стул напротив Веры.

Он вел себя достаточно раскованно и так же пытался строить ей глазки, кокетничая.

– Меня зовут Фернандо! А тебя, солнцеликая сеньорита?! – игриво поинтересовался темноглазый, поставив поднос на гладкую столешницу.

– Вера, – довольно сухо ответила она ему, демонстративно не смотря в его сторону.

– Ве-ра, – растянул он ее имя на два слога, словно тягучую сгущенку на языке – Коротенькое имя.

– Я с Ледяной Планеты, – резко отрезала собеседница.

Эти слова заставили ее новоиспеченного знакомого пристыженно замолчать… Люди, бежавшие из концлагеря, всегда носили короткие имена без фамилии. Поскольку вампиры ввели некие критерии по этому поводу: люди числились низшей расой, поэтому не были достойны носить больше пяти символов в своем имени. В то же время люди, родившиеся на Марсе, носили имена с неограниченным количеством букв.

– Значит не любишь вампиров, – констатировал Фернандо, подперев рукой щеку.

Его угольные глаза прожгли ее каким-то странным, подозрительным взглядом… Вере стало не по себе.

– Не люблю, – она отвернулась.

– Ясненько! – по лисьи заулыбался тот.

Громыхнула входная дверь. Все посмотрели в сторону вошедших… Когда Вера увидела их, то чертыхнулась про себя: это был ее коллега по работе, который часто опаздывал на свою смену. В компании с начальником. Кого-то ждал серьезный выговор, если не увольнение… Заметив перемену в ее настроении, Фернандо вопросительно изогнул бровь. Вера закатила глаза, ухмыльнувшись.

Тем временем, опоздавший человек направился в раздевалку. А когда вышел обратно в зал, то с недовольным выражением лица направился в их сторону.

– Быстро вернулся! – заметила про себя Вера – Но почему форму не надел?

Молодой мужчина остановился у стойки. И сложив руки у груди, недовольно посмотрел на Фернандо;

– Какого черта на нем моя форма?! – Вера вошла в легкий ступор…

К ним подошел начальник, ворчливо шепелявя;

– И чтобы это было в последний раз-з! Надоело уже терпеть твои опоз-здания! В следующий раз-з уволю! – Вера недоуменно посмотрела на заведующего. Перевела взгляд на заметно притихшего Фернандо.

И остановила его на молодом человеке;

– Этот человек назвал имя нашего заведующего, – Парень закатил глаза, игнорируя яростно жестикулирующего Майси;

– Неудивительно что угадал с первого раза! Оно тут популярное..

ВЖИХ!

Секунда – и только что лежавший на столе поднос полетел в сторону возмущающегося юноши!

Грохот от упавших на пол тела и чугуна заглушила играющая в помещении музыка.

Вера успела только глазами хлопнуть, а Фернандо уже и след простыл!

– Да кто он вообще такой?! – пронеслось бегло в мыслях Веры.

Она отложила свое занятие и выйдя из-за стола, помогла вместе с заведующим подняться упавшему коллеге. Но не успел парнишка оправиться от увесистого предмета, как в бар, громко крича, ворвалась группа из восьми ррэдерров. На них были тяжелые доспехи с ярко-красными полосами в зоне груди. Такие метки соответствовали наемникам: нелегальным помощникам вампиров. Впрочем, работали те и не только на кровососов.

– *Где этот чурка*?! – вопросил один из них на татарском.

Бегающий взгляд разъяренного наемника прошелся по каждому лицу в помещение. И остановился на Вере… Она же, стараясь по прежнему выглядеть невозмутимо, махнула рукой куда-то в сторону. Наугад указывая предположительное направление.

Когда группа из нежданных гостей скрылась из виду, Вера направилась в сторону заднего выхода…

Она нашла Фернандо в подсобке с рабочим инвентарем.

– Я сейчас все объясню! – он поднял руки в примирительном жесте.

Вера прожгла его убийственным взглядом.

– Но лучше это делать на ходу! – он бесцеремонно схватил ее за руку – Мое настоящее имя – Фернандо Ульген, – он поволок ее за собой к выходу – За мной охотятся наемники, как ты уже поняла, – они выбежали наружу: в ноздри ударил скупой воздух неблагоприятной атмосферы.

– Я состою в группе по борьбе с вампирами под названием <<Херувим>>. Таких как я не мало. На одной вылазке я знатно засветился! – они минули небольшое расстояние от здания.

И остановились около парковки, на которой в один ряд стояли пиробайки. У них была конструкция напоминавшая мотоцикл. При езде они испускали из выхлопных труб огонь, благодаря чему и получили такое название.

– Стой! – Вера выдернула свою руку из его хватки.

Всем своим видом она продемонстрировала недовольство происходящему.

Поняв ее настрой, Фернандо поднял руки;

– Прошу, помоги мне! Это ведь отличный шанс насолить вампирам! Не так ли?! – с чувством произнес он.

И заглянул в глаза напротив: и увидел, как в них зажегся огонек. Попал в яблочко.

– Садись, – тяжело выдухнула Вера – Но если поймают, – она сделана небольшую паузу, помрачнев лицом – Я не знаю что сделаю с тобой на том свете, когда нас убьют, – она села на переднее сидение транспорта.

– Я смотрю ты весьма оптимистично настроена! – проказливо улыбнулся Ульген, усаживаясь на второе сидение.

Несмотря на то что он впервые видел ее, Фернандо отчего то хотелось ей довериться. Или дело было в том, что другого выбора у него не было.

– Эм, – азиат замялся – А это твой? – спросил запоздало он, имея в виду транспортное средство.

– Честно? Нет и понятия не имею чей, – ответила Вера, заводя мотор.

Фернандо обвил ее талию руками, чтобы удержаться.

И рассмеялся ей в ухо;

– А ты не такая скучная, как я подумал изначально! – пиробайк тронулся с места, оставляя за собой дорожную пыль…

По пути Фернандо сделал попытку уговорить ее вступить в свою “группу”. Вера отказалась. И на вопросы о том, куда она держала курс, давала непонятные и расплывчатые ответы. После чего они какое-то время ехали молча…

– Моя сестра когда-то пожертвовала собой ради меня, – возобновила разговор спустя недолгое время молчанмя она – И я не собираюсь рисковать своей жизнью зря. Потомучто она хотела, чтобы я жила долго.

– Так ее убил вампир, – с сочувствием прошептал Фернандо, положив свой подбородок ей на плечо – Разве тебе никогда не хотелось отомстить? – этот вопрос заставил Веру задуматься. Серьезно задуматься. Скорбь и печаль стали ее постоянными спутниками еще с детских лет. Но тогда ей приходилось учиться самостоятельно выживать на улице. Тогда у нее не было времени на мысли о мести.

Вера припарковала пиробайк недалеко от своего дома. Это было тихое, но хорошо освещенное место на краю города, в котором можно было укрыться от преследования.

– Я буду ждать тебя по этому адресу, – Фернандо вручил ей планшет с электронной картой местности – Передумаешь, приходи. Мы всегда рады пополнению! – напоследок он одаривает ее безбашенной улыбкой. И поворачиваясь спиной, накидывает капюшон утепленного пальто. Направляясь в нужную себе сторону…

Вера зашла в свой дом. Она никак не могла перестать думать о таком заманчивом предложение. Долгое время она лелеяла свою ненависть к Каину и всем вампирам, будучи неспособной к отомщению.

Усевшись на край кровати, она вспомнила, как ее отец стоял у зеркала. У которого часто подравнивал усы. Он был невероятно спокойным и терпеливым человеком, душой компании… Мама была его полной противоположностью: вспыльчивой. И чем-то авантюристичной. Строгой, но достаточно заботливой, как и любая другая любящая мать. Она часто открыто возмущалась о несправедливом отношении вампиров к своему виду. За что пару раз отхватывала от смотрителей… Джиа. Ее было не понять: то она была безразлична к окружающему миру, живя в собственных фантазиях. Которые возможно и спасали ее от сумасшествия. На какое-то время она словно оживала: вытворяла такое, что даже их безбашенной матери и не снилось! Сестра часто играла с ней. Рассказывала сказки. Ругала, когда Вера хулиганила или не хотела слушаться. Иногда била, но не сильно. А еще любила – безусловно.

Выныривая из болезненных воспоминаний, Вера протяжно вздыхает. Доставая из сумки планшет, она включает карту.

Тщательно всматриваясь в отмеченный на ней пункт, она сдвигает брови и буркает;

– Да пошло все к чертям, – именно с этой фразы начинается следующий жизненный этап.

Действие 3

Невозможно даровать благо, не сделав перед этим больно.

***

Округа была охвачена гулкой тишиной.

Вера брела средь голой пустоши, еле переставляя ноги. Желудок брал уже которую ноту! Шерстяная шубка грела плохо, так в ней еще образовалось пару дыр! Она уж очень быстро износила свои новые вещи, подаренные проклятым Каином. Сняла бы их – даром не нужны! Вот только умереть от обморожения, после всего пережитого, не хотелось.

Она не знала, сколько шла. Но в какой-то момент наткнулась на внушительное углубление. Кажется, кратер?

– Да! Именно такую ямку я видела по телевизору! – но если чем и привлекла ее внимание эта ямка, то обилием света. Который исходил из ее глубоких недр… Вера подошла ближе. Ее взору предстала воистину удивительная картина: глубоко внизу стояли домики различных геометрических форм. Повсюду были подключены ярко-горящие фонари круглых и квадратных форм. Они переливались различными цветами. Это было невероятно красиво! Вера настолько увлеклась подобным зрелищем, что случайно подошла слишком близко к краю. Но заметила это она лишь тогда, когда камень под ее ногой треснул… Она полетела вниз, инстинктивно попытавшись за что-нибудь ухватиться. Но маленькие пальчики нащупали лишь воздух. Вера закрыла глаза от страха…

Неожиданно она почувствовала, как вдруг перестала падать. Прощупав руками пространство вокруг себя, она обнаружила, что приземлилась на что-то упругое.

Открыв глаза, Вера увидела, что сидела на туго натянутой сетке.

– Эва! Кого занесло! – прокричали откуда-то снизу.

Опустив взгляд, Вера увидела группу столпившихся под собой мальчишек: почти всем на вид было не больше двенадцати. И одеты они были необычно: обувью им служили высокие сапоги с железными пластинами, которые крепились на лодыжках. Одеты они были в серые комбинезоны с длинными рукавами из плотного синтетического материала. Лица закрывали респираторы из черного пластика.

Похожие Вера видела у некоторых вампиров, только те были белого цвета. А старые обычно имели пятна и непонятно откуда возникшие царапины. Благодаря чему можно было определить новое оборудование или нет. Ведь сборщики крови были обязаны следить за их исправностью, так как в случае неожиданной поломки они могли остаться без надежного средства защиты от озверения…

Среди мальчишек был один, что выглядел старше и сильнее других. Он смотрел так дерзко, что было понятно – он был их лидером.

– Малая! Помощь нужна?! – спросили снизу.

После того как мальчики получают утвердительный кивок, то тут же разбегаются в разные стороны… Сначала Вера не понимает. Каждый из них подбегает к отдельному крюку, на которые крепились петельки от веревочной сетки. Когда Веру спустили вниз, то окружили плотным кольцом, с любопытством рассматривая со всех сторон. Им была интересна столь необычная гостья: бледная, почти как вампир. И светленькая – так не похожая на них, загорелых и румяных брюнетов.

Они отвели ее к заброшенному складу. Где Емельян, тот самый главарь, коротко объяснил;

– Такую сетку поставили местные, чтобы люди, которые найдут это место, случайно не разбились насмерть. А всего входов тут два: этот, сверху! И другой через катакомбы, – ребята какое-то время уговаривали ее рассказать, что с ней приключилось.

Она рассказала. И после того как Вера поняла и убедилась что находится в полнейшей безопасности, решилась дать волю слезам. Что упрямо не шли из глаз на протяжении тех злополучных суток. Пока не до конца сформировавшаяся психика берегла ее сознание от стресса, который мог погубить раньше времени.

Мальчишки решили принять ее в свои ряды. Они сами являлись бездомными сиротами, поэтому смогли проникнуться пониманием и сочувствием к ней.

Они воровали, таким образом выживая. Этим же навыкам они научили и Веру. Потихоньку она начинала привыкать к такой жизни. И в какой-то момент даже думала, что нашла свою новую семью.

***

Но через несколько лет, когда ее фигура стала приобретать женственные изгибы.. Все кардинально поменялось.

– Не трогайте меня!

– А ну не рыпаться!

Пятеро парней вжимали ее в холодную стену. Сомнений в их намерениях не оставалось.

Вера и прежде замечала на себе их странные взгляды. Но ошибочно не придавала этому значения. Похоже ее друзья считали, что ей пора отработать долг.

– Ты либо снимаешь трусы, – в руках Емельяна сверкнуло лезвие ножа – Либо я засуну тебе это в зад насильно, – Вера вжалась в стену сильнее… Один из них осмелился подойти ближе. И запустить свои руки туда, куда не следовало.

Она бьет наотмашь!

Так сильно, что слышен хруст носовой косточки!

Но ее было уже не остановить: словно одичавший зверь, она непрерывно наносила удары.

Царапалась.

Кусалась.

Но не все атаки были успешны.

До тех пор, пока ей не удалось выудить нож из рук Емельяна.

– Всех порежу! Не подходите! – отчаянно закричала Вера, взмахнув орудием в воздухе.

Емельян, стоя на безопасном расстоянии от нее, смотрел на происходящее с шоком: только что их жертва перетянута в свою сторону одеяло! Превратившись в охотника… Он сам остался цел и невредимым, если не брать в расчет легкого тычка в грудь, который получил от нее,

Когда она выбежала наружу со склада. Останавливать ее не стали. Возможно, они рассчитывали что она вернется когда устанет или проголодается… Еду они делили между собой. Она была или украденная, или отданная кем-то из прохожих, которым было жалко сирот. А самому достать пропитание было задачей не из легких.

Но Вера предпочла валяться на помойке в скрюченном состояние, на грани истерики. В таком виде ее и нашли двое необычных людей: это были мужчина и женщина. Но что сразу бросилось юной Вере в глаза, так это их кожа. Местами обвисшая, покрытая какими-то темными пятнами. И волосы их были почти такие же бесцветные, каку Матери и Сыновей.

Прежде Вере никогда не доводилось видеть старых людей. Даже тут, на Марсе, их было не очень много.

Вера продолжала лежать на земле. Скинув капюшон, старушка вышла ей навстречу. Когда покрытое глубокими морщинами лицо нависло над ее осунувшимся, то до слуха донесся обеспокоенный старческий голос;

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.