Дмитрий Анатольевич Правдин
Федор Углов. Хирург, победивший время

* * *

© Фонд сохранения и развития литературного, научного и общественного наследия академика Ф.Г. Углова, фото, 2024

© Д. А. Правдин, текст, 2024

© Издательство АСТ, 2024

Очерк

Стоит жить, чтоб в землю врезать след поглубже, позаметней, чтоб твое осталось дело, словно дуб тысячелетний.

Муса Джалиль

Я не был с ним лично знаком, вживую, как говорится, не общался. Не довелось беседовать и учиться у него. А видеть – видел. Причем два раза видел его живым в Хирургическом обществе Пирогова в Первом меде. А третий раз – уже мертвым, когда пришел отдать дань памяти этому поистине Великому гражданину своей страны, Великому хирургу, общественному деятелю, писателю. И, так сложились обстоятельства, последняя встреча с ним произошла в Первом меде, где его тело вынесли для прощания в одной из аудиторий на первом этаже.

Стоял теплый июньский день 2008 года. На бирюзовом небе неспешно плыли куда-то клочковатые облака. Сочные зеленые листья на деревьях тихо шелестели, приводимые в движение мягким дуновением ветерка. Тополиный пух мягким ковром прикрыл все пространство вокруг. В углу двора намело целые его «сугробы». Словно сама природа вместе с людьми скорбела о невосполнимой потере, накрыв белым саваном землю. А вскоре и небо нахмурилось, затянулось свинцовой пеленой и сверху пошел дождь. Теплый дождь – словно траурные слезы.

Через распахнутые двери аудитории входили и выходили люди. Женщины в черных платках. Мужчины с непокрытой головой. У многих на груди сверкали боевые ордена. Лица грустные и серьезные. Кто-то украдкой смахивал с лица выступившую слезу. Я тоже проследовал через вход и вошел в зал.

Внутри в центре возвышался гроб со старейшим хирургом России. Вокруг на специальных подушечках располагались его ордена и медали. В последний раз взглянул на лицо человека, еще при жизни ставшего легендой. Теперь он уходил в Вечность. Много слышал про него, читал его книги, как научные, так и художественные. Всегда восхищался его умением совмещать практическую работу хирурга с общественной и литературной деятельностью.

Фёдор Григорьевич много успел сделать за свою поистине долгую и плодотворную жизнь. Можно только белой завистью позавидовать его таланту и терпению, которыми щедро одарил его Всевышний. Стоя у гроба, я чувствовал, как вместе с ним уходит целая эпоха. Наверное, это был последний хирург, прошедший Великую Отечественную войну. А ведь перед этим ему довелось участвовать и в забытой ныне финской войне. Он лично знал многих известных людей, оставивших свой след в истории. Скорбно осознавать, что последний свидетель многих славных дел, родившийся еще при царе, покинул этот бренный мир.

Глядя на академика Углова, я осознавал, что сам он умер, а дело его живет и процветает. Остались его книги, его работы, его ученики, его близкие и родные люди. Хотелось произнести вслух: «Спите спокойно, Фёдор Григорьевич, ваше дело в надежных руках!» Очень жаль, что такой человечище больше не откроет глаза, не улыбнется, не поможет мудрым советом и не напишет умной строки. Увы, все люди смертны. И время не щадит никого. В том числе и таких известных.

Всю свою долгую нелегкую жизнь Фёдор Григорьевич служил людям, творил добро и старался принести как можно больше пользы своей деятельностью. Они от него видели одно лишь хорошее. И то количество народа, что пришло проститься с ним в сей скорбный час, – яркое тому подтверждение.

Академик

Академиками, как известно, не рождаются, ими становятся. Становятся, когда достигнут определенных успехов в своей специальности и больших высот в научном мире. Но начинать нужно с нуля, прилагая немало усердия и трудолюбия. Не стал исключением и наш герой.

Фёдор Григорьевич Углов появился на свет 22 сентября по старому стилю (или 5 октября по новому) 1904 года в забытой богом и людьми глухой таежной деревне Чугуево, примерно в 60 км от заштатного городишки Киренска Иркутской губернии. Надо сказать, что сам Фёдор Григорьевич после революции 1917 года свой день рождения отмечал исключительно 5 октября. Родился будущий академик пятым ребенком в семье Григория Гавриловича и Анастасии Николаевны Угловых.

Деревня Чугуево, где родился Фёдор Григорьевич Углов

Отец будущего светила хирургии – из потомственных пролетариев, трудился на пароходе «Каролонец» вначале масленщиком, а после – механиком. Пароход в те далекие времена ходил по бескрайней сибирской реке Лене и ее многочисленным притокам. Развозил различные грузы и пассажиров. В теплое время года сообщение между населенными пунктами и их снабжение всем необходимым осуществлялось исключительно по воде. Зимой, когда реки замерзали, прокладывали санный путь.

Григорий Гаврилович неотлучно находился при пароходе всю навигацию. Только с ее окончанием, когда пароход вставал на зимовку в затон, он сходил на берег. На берегу осуществлял ремонт уставшего судна. Каждый год места зимовки оказывались разными. Семья неотлучно следовала за отцом. Фёдор Григорьевич впоследствии вспоминал, что им доводилось зимовать и в Усть-Куте, и в Витиме, и на речке Маме, и в низовьях Лены недалеко от Олекмы.

Суровые годы жизни в тайге почти в спартанских условиях выработали в нем много необходимых качеств, пригодившихся позднее в жизни, таких как трудолюбие, неприхотливость в быту и пище, упорство и настойчивость, стремление доводить начатое дело до конца. С самых ранних лет Фёдор Углов приучался к нелегкому крестьянскому труду. Он не чурался никакой работы и впоследствии, став уже известным хирургом и маститым ученым, мог сам и дров наколоть, и печь затопить, и побелить, и покрасить, и прибить, и прикрутить. Нравилось ему мастерить и строгать до самых почтенных лет.

Из-за частых переездов Федя пошел в школу поздно. До этого с ним занимались дома его старшие брат и сестра. Только когда пароход встал на зимовку в Алексеевском затоне, что в четырех километрах от деревни Алексеевки, где располагалась начальная школа, мальчик пошел учиться. И взяли его как наиболее подготовленного ученика сразу во второй класс.

Алексеевский затон, где работал отец Фёдора Григорьевича – Григорий Гаврилович Углов

Идти в школу приходилось, буквально продираясь сквозь дремучую тайгу по заснеженным тропам, продуваемым холодными ветрами и пронизывающим до самых костей суровыми сибирскими морозами. Поход за знаниями в столь юном возрасте занимал восемь километров – четыре туда и четыре обратно.

В 1915 году Григорий Гаврилович, скопив деньжат, смог, наконец, купить небольшой домишко в уездном Киренске. В жизни семьи наметилась некая стабильность.

Мать и сестра Фёдора Григорьевича Углова Анастасия Николаевна и Людмила Григорьевна

Брат Фёдора Григорьевича Углова Иван Григорьевич

Первая мировая война, а затем и сменившая ее Гражданская внесли свои коррективы.

Первая мировая война – военный конфликт с участием 38 стран. Начался 28 июля 1914 года и завершился 11 ноября 1918 года. Российская империя вступила в войну 1 августа 1914 года. Тогда же столица из Санкт-Петербурга была переименована в Петроград, чтобы таким образом избавиться от немецкого «бург». На фронт из Российской империи мобилизовали порядка 12 миллионов человек. Из них около 1 миллиона 800 тысяч погибло и умерло от ран. По итогу после войны распалось четыре империи: Российская, Австро-Венгерская, Германская и Османская.

Рушился старый строй. Неумолимо наступало новое время.

25 октября (7 ноября по новому стилю) в Петрограде произошла социалистическая революция. Власть взяли рабочие и крестьяне под руководством партии большевиков. Старая власть, принадлежавшая Временному правительству, была аннулирована. Временное правительство было создано после отречения императора Николая Второго в марте 1917 года. Теперь органами власти являлись Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Сокращенно – Советы. После Петрограда началось повсеместное установление власти большевиков на местах. Советская власть быстро распространилась по всей территории страны. Где бескровно, где со стрельбой.

Город Киренск

В 1919 году (тогда власть в Сибири принадлежала еще Колчаку при поддержке чехословацкого корпуса – так называемых белочехов) для семьи Угловых наступили совсем тяжелые времена.

Чехословацкий корпус, насчитывавший до 50 тысяч штыков, начал создаваться в конце Первой мировой войны из пленных чехов и словаков, военнослужащих Австро-венгерской армии, воевавшей против России. Дополнен корпус добровольцами тех же национальностей. Части корпуса успели принять участие в боях на стороне России на Западном направлении против бывших австро-венгерских сограждан.

После Февральской революции корпус остался верен Временному правительству, а после Октябрьской сохранял нейтралитет. Большевики решили отправить корпус на родину через восточный порт Владивосток, дабы он не перешел на сторону формирующейся оппозиции. Первые эшелоны чехословацкого корпуса со штатным оружием стали пересекать Россию с запада на восток уже весной 1918 года. Советы, взявшие власть в свои руки по всей стране, не чинили им препятствий.

Растянувшись на несколько тысяч километров по Транссибирской магистрали, чехословаки нарушили данное большевикам обещание и 17 мая 1918 года восстали. Начали в Челябинске, а дальше по всему пути следования свергали советскую власть. Этим воспользовалась оппозиция в лице тех слоев населения, которые оставались недовольными Советами. Началась Гражданская война, быстро охватившая всю территорию бывшей Российской империи.

Создавались регулярные воинские формирования, получившие название Белой армии. В Сибири, в частности в Иркутской области, власть взял адмирал Александр Васильевич Колчак (1874–1920) – бывший известный полярный исследователь, бывший командующий Черноморским флотом (при царском режиме). Участник русско-японской войны 1904–1905 годов, участник Первой мировой войны. В 1918 году объявил себя Верховным правителем России (по сути – диктатором) со столицей в Омске. Это де-юре. А де-факто его власть распространялась на часть Сибири и Забайкалья. Иркутская губерния попала под власть Колчака. Части чехословацкого корпуса, считавшиеся союзниками адмирала, до января 1920 года расквартировались в Иркутске.

Дом Угловых в Киренске

Вот в такую не простую для страны и региона пору отец будущего академика все свое время проводит на работе, а мать тяжело болеет. Все домашние обязанности легли на четырнадцатилетнего Фёдора. Время голодное. На диктатора Колчака уповать не приходится. Вся надежда на отощавшую корову и собственные силы. И юный мужичок все лето заготавливал сено. Иногда приходилось забираться за 200 км от дома, где подросток косил, сушил, сгребал сухую траву, обеспечивая для буренки запасы на зиму.

Тогдашний Киренск, судя по рассказам Фёдора Григорьевича, – небольшой одноэтажный населенный пункт на берегу великой полноводной реки Лены, у того места, куда в нее впадает правый приток Киренга. Вся связь с внешним миром по воде. Царил там патриархальный уклад, и размеренная жизнь вроде бы никак не могла повлиять на выбор профессии врача.

Однако именно в маленьком Киренске и появилось большое желание непременно стать врачом, и обязательно хирургом. Местный хирург того времени Василий Дмитриевич Светлов, работавший в киренской больнице еще задолго до революции, как-то спас друга детства Феди, напоровшегося на сук мягким местом, и двоюродного брата Петю с приятелем Василием, получивших в пьяной драке удар ножом в руку и шею и потерявших при этом много крови.

Их исцеление произвело на будущего академика такое неизгладимое впечатление, что он загорелся желанием стать врачом и затем всю свою долгую жизнь теплым словом вспоминал киренского хирурга Светлова. К большому сожалению, дальнейшая судьба невольного крестника Фёдора Григорьевича не известна.

Все войны и революции рано или поздно заканчиваются. Отгремела Гражданская война. Вернулись на родину через порт Владивосток белочехи. Прогнали белогвардейцев.

В декабре 1919 года власть Колчака пошатнулась. Под натиском Красной армии он оставил Омск и стал отступать к Иркутску, рассчитывая на помощь чехословаков. Союзники предали его. Они отказались от борьбы с красными в обмен на беспрепятственный проезд к Владивостоку и дальнейшую эвакуацию морским путем на родину. Чехословаки выдали Колчака своим врагам, оставили Иркутск. В январе 1920 года, сломив сопротивление поредевших белогвардейцев, Красная армия заняла Иркутск и утвердила советскую власть. Адмирал Александр Васильевич Колчак расстрелян в ночь с 6 на 7 февраля 1920 года без суда по прямому указанию Ленина. Расстреляли бывшего Верховного правителя на берегу Ангары, а тело сбросили в прорубь. Власть белогвардейцев в Иркутской области закончилась.

В Киренске, как вскоре и во всей стране, прочно утвердилась советская власть, которая позволила расширить новые горизонты в получении знаний. В 1923 году Фёдор получил в Киренске среднее образование, завершив к тому времени учебу в учительской семинарии. Полученный в ней документ давал право поступать в высшие учебные заведения.

Получив родительское благословление, юный Фёдор отправился за высшим образованием в губернский Иркутск, где тогда располагался ближайший медицинский вуз. Но ближайший на карте. А по факту дорога до Иркутска заняла двадцать два дня. Где на пароходе, где на простых лодках, где на подводах и попутных грузовиках, только появившихся в тех краях, летом 1923 года он добрался до конечной цели своего нелегкого путешествия.

Иркутск поразил его своими многоэтажными домами, мощенными булыжником широкими улицами, а главное – огромным количеством извозчичьих пролеток. Город еще не отошел от зимних боев 1920 года, когда красные отряды выбили из него остатки белогвардейцев. На зданиях еще не до конца заделали следы разрушений, а среди горожан еще остались те, кто мечтал вернуть старое время и способствовал процветанию набиравшего обороты НЭПа. В такое вот неспокойное время Фёдор Григорьевич приехал учиться на врача.

НЭП – новая экономическая политика, принятая на десятом съезде партии большевиков в 1921 году. Политика военного коммунизма, главенствующая до этого, отменялась. НЭП заменял продразверстку для крестьян, когда отбирали до 70 % урожая, продналогом. Теперь крестьяне отдавали государству до 30 %. Разрешили частную торговлю. Появились многочисленные артели, открылись коммерческие рестораны и разного рода увеселительные заведения. Ввели в оборот золотые червонцы и серебряную разменную монету. Нэпманами стали называть разбогатевших на торговле частных ремесленников, крестьян-кулаков (крепких хозяйственников, нанимавших работников и продававших большие излишки своего урожая), разного рода торговцев. Среди пролетариев нэпманы презирались. Но ничего с ними поделать не могли, так как в этот период развития они были нужны государству, чтобы поднять страну с колен после нанесенной Гражданской войной разрухи.

Проблем с поступлением в институт у комсомольца Углова не возникло. Во-первых, он хорошо подготовился, а во-вторых, у него подходящее происхождение. В те времена детей дворян и священнослужителей институты почти не принимали, а дети нэпманов вначале пару лет трудились на заводе, и лишь после этого они могли подать документы.

Учеба в институте Фёдору нравилась. Несмотря на пролетарские лозунги и новые веяния, профессорско-преподавательский состав в основной массе остался старорежимным. Из бывших, как тогда говорили. Поэтому упор делали на изучаемые в институте предметы, а не на марксистско-ленинскую подоплеку, которую пытались подвести идеологически выдержанные товарищи тех лет.

Огромным уважением и любовью пользовался преподаватель зоологии и сравнительной анатомии Владимир Тимофеевич Шевяков – ученый с мировым именем. Ему не раз предлагали уехать за границу и работать там. Но Шевяков всякий раз отказывался, говоря, что учить он будет только в России. Владимир Тимофеевич так и не перестроился. Категорически отказывался от обращения «товарищ», заменяя его на нейтральное «коллега». Особо идейные студенты писали на него доносы даже в Москву. Но там только отмахивались: оставьте в покое мирового светилу.

Если с преподаванием предметов все обстояло благополучно, то в бытовом плане не все шло так гладко. Пришлось Фёдору жить в проходной комнате съемной квартиры, а вечерами подрабатывать, так как стипендия на первом курсе составляла шесть рублей, а на втором – восемь. По мере возможностей ему помогала старшая сестра, проживавшая здесь же, в Иркутске, с мужем. Да и старший брат нет-нет, да и подкинет какую копеечку. От помощи родителей будущий академик категорически отказывался.

Помимо учебы и бытовых проблем навалилась еще и общественная нагрузка. Стараясь не выглядеть белой вороной среди коммунистически настроенной молодежи, Фёдор вступил в комсомольский отряд по борьбе с пережитками прошлого. Пришлось участвовать в рейдах по ликвидации наркопритонов, игорных домов и остатков кварталов «красных фонарей».

Несмотря на установившуюся в стране власть Советов, граница с Китаем существовала тогда лишь на карте. И текли из Китая в Иркутск вместе с подозрительными личностями наркотики и дешевый алкоголь. Город еще помнил ту веселую и разухабистую жизнь, что бурлила в нем еще каких-то три года назад. Комсомолец Углов активно помогал выкорчевывать эту заразу.

Увы, с проклятым наследием прошлого боролись на голом энтузиазме. Стипендии и эпизодических заработков не хватало. Поэтому Фёдор после первого курса устроится на сплав карбасов – таких специальных больших и тяжелых лодок для перевозки различных грузов. Сплав проходил по реке Лене в тяжелейших условиях, среди грубых персонажей с разными, сложными судьбами. Однако студент смог быстро завоевать их авторитет не только своей работоспособностью и неприхотливостью в быту, но и стихами. Да, Фёдор Григорьевич знал множество стихов наших классиков: Пушкина, Некрасова, Кольцова, Лермонтова. И его тихий, вкрадчивый голос действовал завораживающе на лихих забияк и смутьянов у ночного костра в период остановок на берегу Лены. Расстался он с командой после сплава по-доброму, с предложением повторить сплав на следующий год.

За время плавания по Лене удалось Фёдору и заскочить в родной Киренск. Городок показался ему теперь маленьким и тесным. После второго курса, дойдя со сплавом до родимой сторонки, он устроился в киренскую больницу фельдшером на все лето. Здесь под руководством обожаемого им хирурга Светлова он стал приобщаться к практической медицине. В Иркутске хорошо преподавали предметы, но к больным особо не подпускали. Только теория. Так делал свои первые шаги к заветной цели студент Углов.

На четвертом курсе произошло несчастье: он заболел брюшным тифом с гнойными осложнениями. Не раз и не два Фёдору вскрывали образовавшиеся гнойники. Особенно врезался в память заработанный им гнойный мастоидит, когда студенту практически наживую долбили череп, чтобы опорожнить скопившийся в сосцевидном отростке гной. Эту нестерпимую боль он стоически перенес. Но дал себе слово, что если станет хирургом, то от его рук пациентам больно не будет. И всю оставшуюся жизнь следовал данному обещанию.

Из-за болезни пришлось выпасть из обоймы. К тому времени Фёдор женился на однокурснице Вере. Та буквально вытащила его с того света, не отходя от больного ни на минуту. После выздоровления решили сменить суровый сибирский климат на более мягкий. У супруги родственники проживали в Саратове. Решено было перевестись в Саратовский медицинский институт.

Фёдор Углов в 1926 году. Фотография сделана во время поездки в Ленинград

Хирургическое отделение Саратовского медицинского института

Старинный, большой и красивый город на Волге понравился нашему герою. А пуще всего его привлекли новые, только что отстроенные клиники института и плеяда преподавателей, чьи имена были тогда на слуху в медицинском сообществе: Миротворцев, Какушкин, Разумовский и другие.

Во время учебы в Саратове в возрасте 58 лет умер отец. Фёдор Григорьевич очень переживал, что не успел доучиться и спасти родителя.

В институте для Фёдора произошло знаковое событие, предопределившее его дальнейшую жизнь. В составе группы из тридцати отличников учебы он совершил путешествие в Ленинград. Две недели ушло на дорогу. И две недели, целых две недели, он провел в городе, который навечно поселился в его сердце.

Федор Углов и его первая жена Вера Михайловна после окончания Саратовского медицинского института

Ленинград восхитил и очаровал Фёдора. Он влюбился в его гранитные набережные, разводные мосты, необычайной красоты дома и дворцы, прямые и широкие проспекты. Город-музей, где каждый дом является произведением искусства, город, овеянный многовековой славой, город трех революций. Побывав первый раз в Ленинграде, он поставил себе цель туда вернуться, но уже навсегда.

И вот государственные экзамены позади. На руках диплом о высшем образовании и направление в село Кисловку Николаевского района Нижневолжского края. Надлежит прибыть к месту первой работы первого июля 1929 года. Теперь это территория современной Волгоградской области. А села Кисловка больше не существует. Оно попало в зону подтопления построенной Волжской ГЭС. И ее жителей в 1952 году переселили в другие места.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.