Максим Слепнев
Баня

Глава 1.

Что за чудное место эта баня? Теплое, чистое, да благоуханное… Запах в бане особенный, ни с чем другим его не спутаешь. Не так ли? Наверное, мало в мире людей, которые, в своей хлопотной жизни, хоть разок бы, не посещали баню. Ведь у каждого есть к такому месту надобность. Правду сказать, надобность к этому месту у каждого своя. Бывает люди хаживают в баню по иным затеям и нуждам. А вот по каким именно нуждам да затеям, то мало кому известно. Однако, земля, слухами полнится.

Деревня – это место, где испокон веков селятся люди, вполне себе обычные, но духом сильные. Ведь моются они не в ванной, не под душем натирают шарушки на мочалу, они ходят в баню. А мыться в бане – много духа надо. Баня – это такой деревянный, небольшой домик, в котором выстроена, прежде всего, печка из красного кирпича. Печка топится дровами до температуры нагрева, от сгорания в ней большого и не одного, беремя этих самых дров. Так что, в истопленной бане всегда очень жарко. На то она и баня! В домике этом незамысловатом, но загадочном, в бочках и ведрах, налито полным-полно чистой воды. Вода в них разная, горячая и холодная. Холодная, которой в особенности любят поливаться малые дети – это та, которая пригодна для разбавления воды горячей, той самой, что кипятилась, бурлила и прыгала в бочке на протяжении всего времени, сгорания дров в печке. В бане много всяческих необходимых для мытья тела предметов, разных тазов и мочал, щеток и потирушек. А также моющих зелий, сухих трав и веток деревьев, связанных, в так называемые, веники. Процесс похода в баню – важный процесс, происходящий периодически с каждым, желающим посетить ее, чтобы отмыть грязь со своего, а случается и с чужого тела.

Перед тем как пойти в баню, непременно рекомендуется справить нужду, свойственную каждому человеку после насыщения живота своего, потому что неизвестно, как поведет себя организм, в столь расслабляющем месте. Так что, процесс посещения бани, человеческое тело начинает с подготовительного этапа, еще до шага ступней его, на горячие доски банного пола. Поэтому люди деревенские не ходят в баню вот так – наспех, все выжидают, когда наступит тому, самое наилучшее время. Обычно это время приходится на вечер банного дня, который определен семьей таковым. В бане, которую люди деревенские любят и ласково называют банькой, так жарко, что и мозги у человека расширяются, а уши в трубочку сворачиваются. А потому, в баню лучше ходить в шапочке, чтоб слабую голову поберечь и мозг прикрыть, от воздействия жара и рук собственных, над расслабленным телом, от того самого воздействия, позволяющего вызнать всю силу своего духа. Лишь бы не переусердствовать, дабы весь он там не вышел, дух то этот. Хотя главным моментом банного мытья, люди как раз и называют тот, когда дух напрочь собирается покинуть тело и помещение. Случается и такому бывать. А потому баню, люди уважают и побаиваются ходить туда в одиночку, а даже если решаются на такой шаг в это достойно чистое место, то непременно предупреждают близких о своем таком решении. Чтоб они пришли и проверили его, через часок или другой. Не вышел ли, из моющегося в трех водах, весь его дух? Да чтоб поспели бы его поймать, дух то этот чистый, да вернуть на прежнее место. В общем, баня – место опасное, но уж очень благоприятное.

Баню топят до такой жары, что случается баня от такого пылу сгорает. А поэтому баню, по обыкновению людского размышления, ставили поодаль от жилой избы и скотного двора. Как водится, стояла она на задах, т. е. позади всех придомовых построек. Если в деревне протекала речушка, то бани ставили возле нее, чтоб легче было воду натаскивать. Если речки не было, то возле бани копали колодец для сбора воды, потому как воду натаскивали в баню ведрами и вручную. Количество ведер, измерялось емкостями. Под горячую и холодную воду. Когда мылись, воды не жалели, а потому натаскивали воды много. А если не тратили всю воду в день мытья, то ее обратно сливали в ведра и вытаскивали из бани. Особенно в холодное время года. Чтоб вода, замерзая, не разрывала емкости, в которых она находилась. Ну, а уж если воды оставалось совсем много, и выплескивать ее было жалко, то вынужденно протапливали баню в иной, не банный день. Так и говорили: « Сегодня день не банный, до жары топить не надо, что только прокурить, дабы вода не замерзла».

В общем, топка бани – дело хлопотное. Поэтому, если уж баню натопили, да воды вдоволь натаскали, то нужно бы помыться всем членам семьи. А если вода останется, то соседей пригласить посетить баню. В народе такое приглашение считалось хорошим и добрым делом, потрудится и баню натопить, чтоб не только самим вымыться, но еще и дать возможность чужим людям искупаться. Особенно хорошо было приглашать помыться стариков, так как они сами для себя, топить баню уж не в силах. Старики очень ценили проявление такой заботы о них и неустанно молились за того человека, в чьей бане они заново нарождаются. Именно так, про мытье в бане и говорили: «Помылся, как сызнова, народился!», сызнова, т.е. заново.

Вот как-то раз, гостили мы с супругой, у ее бабушки с дедушкой, в деревне. Приехали мы туда поздно вечером, в пятницу. А на завтра, значит, суббота была, и как повелось в их семье – банный день. Жена вечером долго с бабушкой секретничали. Я с дороги, поел, да и спать лег. С утра я проснулся ранехонько, жена еще спала, бабушка Клавдия уж пироги стряпала, а дед Леша возле дома все что-то молотком стучал. Надо сказать, что сам я – парень городской, и кроме как к бабушке и дедушке жены, в деревню раньше никогда не ездил. Вот даже в дикой молодости не приходилось посещать столь дивного места. А место это было действительно дивное. По одному краю деревни протекала речка, небольшая, но полноводная такая, суетливая. Речка называлась Холодная. Все потому, что Тимрязановка – так называлась деревня, как-бы пряталась в лывинке , которую со всех сторон окружал древний сосновый бор. Вековые сосны росли густо, ровно, как по военной выправке. Своими могучими кронами, они создавали тень, почти на всем пути течения реки. Поэтому вода в ней не прогревалась солнцем, оставалась всегда холодной. Лесной массив был дивный, богатый. Он по всей окружности деревни стоял на виду, на возвышенности, а потому казался очень глубоким и таинственным. Впрочем, таким он и был. Ведь ближайшая деревня, мордовская, находилась километров за двенадцать от Тимрязановки, а город и того дальше, километров за семьдесят. Кстати именно в этом городе мы с женой и жили и трудились. В соседней, той самой мордовской деревне, находились больница и аптека, школа и садик, пожарная и полиция, дом культуры и сетевые магазины, железнодорожный вокзал и таксопарк, в общем, вся необходимая для человека инфраструктура. Ну а здесь, в Темрязановке… здесь работали: фельдшерско-акушерский пункт, в котором лечила всех одна медсестра; почтамт, с двумя служащими; магазин, в котором трудились две продавщицы посменно. А еще, участковый, который крайне редко «пролетал» на старом, затырканном дорогами, уазике. Также здесь имелся свой маленький сельский дом культуры – клуб, который я не раз не видел открытым. Еще, прямо возле речки, стоял большой деревянный дом с мансардой. Мне сказали, что это баня местного барина Стеклова. Но что-то мне подсказывает, что меня обманули, так сказать подшутили надо мной. По тому как, поверить в то, что в деревне жил барин, я не мог. Да и знал я, что местные люди очень уж талантливы в том, чтобы приляпывать чуть ли не каждому человеку свое прозвище. Правду сказать, каждое приляпанное прозвище непременно было оправдано какой-нибудь толковой историей. Хотя, бывало такое, что история забывалась, а прозвище крепко прирастало к его носителю и ко всем его родственникам. Наверное, именно таким образом, когда-то давным-давно и были придуманы фамилии. В общем, думается мне, что и с барином, та же история.

В Тимрязановке жили русские, за исключением малого количества мордвинок, вышедших в свое время замуж за местных мужиков. Поэтому традиции и обычаи, мне были вполне понятны и знакомы. И все-таки, когда я приезжал сюда, старался схватывать информацию прямо на лету, узнавать что-то новое и интересное о жизни деревенских людей. Их говор, мышление – все меня удивляло. В город приезжаем, а я жене с деревенским акцентом что-нибудь рассказываю – она хохочет.

Истории из жизни людей были разными – веселыми и грустными, смешными и трагическими. Все это составляло общую историю деревни и ее жителей, передаваемую из уст в уста, от старого поколения – молодым. Истории, происходящие с человеком в бане – неотъемлемая часть истории русского человека на все времена. Как и многие другие, баньку мы с друзьями всегда уважали и в городе обязательно ее посещали, ну прямо как в известном кино, что называется традиционно. Но городская баня отличалась от бани деревенской. Баня в деревне, казалась мне более уютной для восприятия души. Хотя цель посещения деревенской бани, ничем не отличалась от цели посещения бани городской. И туда и туда люди ходили помыться и попариться, в основном это происходило в день субботний. Сегодняшняя суббота в деревне особенно радовала меня этим событием – походом в баню.

Глава 2.

Вышел я из дома на двор, так сказать, глянуть, что к чему по погоде. Только на крыльцо ступил, дед Леша кричит из сарая:

–Серега, ты?

– Да – отвечаю я.

– А я и слышу, как вроде под Клавдией иначе доски скрипят, а Любашу, так совсем не услышишь, как ступает. Значит, правильно угадал. Ты вот что, там, в предбаннике, ведра чистые стоят. Надобно воды в баню натаскать. Да больше таскай, полны бочки и ведра все полны, а то народу много мыться будет. Мы, да вы, да Лидию с теть Нюрой надо будет позвать. Ты воды натаскай, а я затоплю- указывает дед Леша.

– Так время утро, а моемся вечером. Вы что ее, до вечера топить будете?– спрашиваю я.

–Так я ж не сразу затоплю, попозже. А воды надо сразу натаскать, чтоб дело сделано было – разъясняет мне дедушка.

– Сейчас покурю и кофе допью, да кроссовки надену, а то я в тапках вышел.

– Ну, давай- давай, не торопись, да поспешай. А покурить то и я с тобой покурю, пожалуй, а что не покурить хорошего табачку, да с кофием, ну аристократы – шутит дедушка.

–Да ладно ты, дед, какие мы аристократы. Это уж привычка просто, да вредная и не отвяжешься, знал бы, не начинал никогда .

–Да все вредно, что на земле. И жить вредно, сынок, и помирать- говорит дед.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.