Ирина Кореневская
Качели времени. ОГО. Отец

Глава первая. Отец и сын

Полгода назад

Галогенные лампы старого образца больше трещали, чем давали свет и потому Налон не видел ничего дальше собственного дула. Ствол слегка подрагивал – с непривычки, ведь весит он в три раза больше прежнего бластера. Зато, говорят, и убойнее раза в три.

Парень вздохнул. Жаль было оставлять старого боевого товарища: сколько они вместе пережили, сколько раз бластер спасал ему жизнь. Но без снарядов его даже в качестве дубинки не используешь, слишком легкий. А учитывая милую привычку монстров палить, едва заметив какой-то намек на движение, до ближнего боя доходит редко. Снаряды же в этой локации отыскать сложнее, чем оружие. Так что пришлось оставить прежний бластер и привыкать к новому. Ведь рюкзак с инвентарем тоже не резиновый.

Юноша осторожно высунулся из-за угла, обозрел пространство. Если придется стрелять из нового ствола, самое главное – не опрокинуться от отдачи. Боли Налон не боится, но будет обидно, если его положит на лопатки собственное оружие. Впрочем, вряд ли в ближайшее время парню предстоит опробовать новый бластер. Кажется, единственным живым существом на этой забытой людьми и Хроносами базе, был он сам…

Треск ламп парень уже не воспринимал в качестве раздражителя, привыкнув к нему. Но что это? Кажется, изменилась тональность, частота, добавились новые звуки. Налон резко развернулся и в паре метров от себя увидел странное: пространство словно зарябило, обрело форму гуманоида и стало покрываться разноцветными пикселями.

Не дожидаясь окончательного формирования неведомого врага, юноша выстрелил и едва устоял на месте. Отдача оказалась действительно впечатляющей, но существу, которое сейчас проявлялось рядом, оружие никакого вреда не нанесло. Решив не тратить больше снаряды, юный воин замахнулся прикладом – этим бластером можно свалить с ног даже не стреляя. Где там у противника лоб?

Но когда парень уже готов был как следует приложить существо, вдруг неведомый враг схватил его за локоть, крутанул и прижал к себе.

– Спокойно, Налон. Свои.

– Папа! – воскликнул юноша, искоса глянув на того, кого собирался атаковать. – Какого мацтикона? А если бы я тебя нокаутировал?

– Была бы шишка. – улыбнулся Иосиф. – Извини, сын, но иначе тебя не дозваться было. Пришлось сюда идти.

– А что… – начал Налон, но его отвлекли новые звуки.

Из-за угла послышалось ворчание, шипение, а потом показались они. Монстры, которые до тех пор успешно прятались невесть где, теперь перешли в наступление. Отец и сын мигом прекратили разговоры и стали палить в тварей, которые наползали на них. Юноша принял упор лежа – так стрелять оказалось гораздо удобнее.

А отец выхватил из кобуры пистолет с разрывными пулями и успешно сносил монстрам головы. Сын, конечно, с большей охотой посмотрел бы, как пули попадают в животы тварям – тех тогда разрывает на кусочки. Но Иосиф играл на результат, а не на зрелищность. Сам Налон, в основном, стрелял по ногам. Этого хватало, чтобы пораженный противник затих раз и навсегда. Да, хорош его новый бластер, очень даже хорош!

– Мацтикон бы вас побрал! – вдруг воскликнул мужчина и откинул пистолет в сторону.

Кончились заряды! Парень напрягся, но отец умеет удивлять. Вот и сейчас он что-то бросил в сторону монстров, потом снова просвистела какая-то небольшая темная штучка. А следом Иосиф бросился вниз и прикрыл собой сына. Налон уткнулся носом в холодный и сырой пол, зажмурился. Но все равно увидел вспышку яркого света. А грохот стоял такой, что ему на секунду показалось: сейчас на них обвалится потолок!

Сразу после этого воцарилась тишина. Мужчина встал, помог подняться сыну и улыбнулся, кивая в ту сторону, где секунду назад были монстры.

– Здорово, да? Смотри, сынок, сколько после них оружия осталось. Держу пари: тут есть чем поживиться!

– Будет справедливо, если ты все заберешь. – улыбнулся Налон. – Ты же на них нейтронные гранаты потратил!

– А для чего они, если их не тратить? На и тебе парочку. – Иосиф протянул сыну снаряды. – Бери-бери, дарю. И тут бери, что тебе нужно, я только пистолет возьму, чтобы потом до своей локации дойти без проблем. У меня, сынок, на моей территории такая оружейная, что девать некуда.

Парень стал разбирать «наследство», доставшееся от противника и чего тут только не было! Он обнаружил снаряды для своего нового бластера, гранаты, парочку взрывающихся звездочек. А отец действительно выбрал себе только один пистолет и все. Но папа крутой, он и с ним дорогу себе пробьет.

Вдруг отец и сын услышали шипение, потрескивание у себя за спиной, резко развернулись и взяли источник звука на мушку. Но Иосиф оружие тут же опустил и Налон последовал его примеру. Перед ними возникла мама – в переднике с динозавриками и половником. Парень знал: этому половнику все бластеры его компьютерной игры и в подметки не годятся.

– Иосиф! – воскликнула Мария. – Я тебя за сыном посылала, а ты?

– Я и пошел. – улыбнулся мужчина.

За спиной у женщины вдруг появилось очередное чудовище.

– Осторожнее, мама! – воскликнул парень.

Мария развернулась и замахнулась на монстра половником. Компьютерное создание не ожидало такого и замерло. Наверное, алгоритмы засбоили.

– Я тебе сейчас! – погрозила женщина монстру. – Да и вам тоже. Жаркое стынет, закругляйтесь.

Мать исчезла, а отец с сыном, переглянувшись, ликвидировали нового врага и тоже вышли из игры. Потом отправились на кухню.

– Здорово поиграли, да, пап? – улыбнулся Налон. – Давай продолжим после ужина?

– После ужина тебе еще астрономию доделывать. – напомнила мать, накрывая на стол. – Завтра поиграете.

– Как скажешь, дорогая. – согласился Иосиф и взъерошил сыну челку. – Завтра после института можно пару часиков посидеть. А сегодня разберемся с твоей кометой. Кстати, на пятом уровне есть оружие…

– Мальчишки всегда мальчишки. – покачала головой Фаина, наблюдая за папой и братом.

В комнате, на очках виртуального шлема мальчика проявилось только что побежденное чудовище и заворчало. Потом очки снова заволокло темнотой.

***

Настоящее время. Лебединая планета

Фаина шла по улице и постоянно вертела головой по сторонам. Девочке было и любопытно, и страшно одновременно. Много чего она успела услышать про лебединую планету. Например, она знает, что люди тут не испытывают чувств, поэтому воображение уже успело нарисовать ей бездушных роботов. А еще она слышала, что местные не слишком любят чужаков. И надеялась, что не столкнется с агрессией, когда они обнаружат незнакомую девочку на своей территории.

Вообще к своим двенадцати годам Фаина с родителями и братом успела побывать на разных планетах и видела многое. Но каждое новое путешествие – это всегда открытие. Различаются люди, техника, даже уровень развития. Хотя тут оказалось несколько скучнее, чем заранее представлялось.

Лебийцы все делали размеренно и спокойно, по виду ничем не отличались от сопланетников девочки, эдемчан. А дети тут и вовсе такие же. Хотя, шаловливые непоседы наверное везде одинаково галдят и проказничают. Вот только язык у них другой и если устную речь девочка восприняла хорошо, то с письменной дела обстояли сложнее. Так она никогда не найдет нужный дом…

Фаина в нерешительности остановилась, огляделась.

– Ты что-то ищешь? – услышала она вдруг.

Повернувшись на голос, девочка увидела компанию подростков, может быть, всего года на три старше ее самой. Налон и то взрослее, ему недавно исполнилось шестнадцать! Но ребятам она этого сообщать не стала. А они смотрели на нее участливо и заинтересованно. Здесь точно никто ничего не чувствует?

– Мне нужен Оникс. – решила она заручиться их помощью. – Мне сказали, тут его все знают.

– Ну конечно!

Подростки объяснили, как девочке найти нужный дом. Фаина поблагодарила их, двинулась в указанном направлении и вскоре оказалась на скромной по размерам площади. Большое офисное здание явно не являлось предметом ее поиска, а вот маленький уютный домик рядом больше претендовал на это звание.

Перед домом на лужайке резвился малыш с забавным фиолетовым ежиком волос. Он летал на одау, то поднимаясь достаточно высоко, то опускаясь к самой земле. Рядом прыгал симпатичный щенок. И на крыльце стояла очень красивая женщина, тоже с фиолетовыми локонами, которая с нежной улыбкой смотрела на карапуза. А тот, заметив девочку, подлетел к ней.

– Ты кто? – спросил он.

Фаина заметила, что бровки у него тоже фиолетовые. Подошла и женщина, наверняка мама карапуза – они очень похожи.

– Здравствуйте. Я ищу Оникса, мне сказали, что он тут. – пролепетала Фаина.

Вообще она не робкого десятка. Но почему-то смутилась, хотя женщина смотрела участливо и дружелюбно.

– Я Оникс! – объявил ребенок.

– Нет, милый. – погладила его по голове дама. – Юная леди, наверное, имеет в виду твоего тезку. Позови его, пожалуйста.

– А! Папа Оникс! – завопил малыш, улетая в дом.

– Сейчас он выйдет. – посмотрела на Фаину женщина, после оглянулась. – А вот и Оникс. Заходите потом в гости, юная леди. У нас сегодня лимонный пирог.

На пороге действительно показался Оникс Архимеди. Мама маленького Оникса, проходя мимо него, улыбнулась парню, погладила его по плечу и скрылась в доме. А Фаина сжала кулаки.

***

– Фаина, малышка, какой отличный сюрприз! – воскликнул я и поспешил к девочке. Но заметив ее мрачное выражение лица, удивился, присел. – Что-то случилось?

– Подлец! – крикнула Фаина и врезала мне от всей души. А потом развернулась и побежала прочь.

С дерева, где уже почти достроен домик для маленького Оникса, спрыгнули двое и понеслись за девочкой. По пути они крикнули, что приведут ее обратно. Я кивнул и, ощупывая скулу, пошел обратно в дом.

Удар обычной девочки вряд ли бы разрушительно сказался на моем лице и репутации. Но в том-то и дело, что это необычный ребенок. Ее тренирует отец, а того драться учил сам дед Алекс, который, в свою очередь, перенял приемчики от собственного отца, славного воина и прежних Хроносов. Так что малышка знает как бить. Вложила в этот удар всю массу тела. А заодно и злость. Вот только злиться на меня не за что! Но каждому это не объяснишь.

Войдя в дом, я посмотрел на подругу. Она уже убаюкала малыша и теперь сидела в гостиной, на диване, положив бесконечные ноги на пуфик. В руках у нее была книга, но кажется, моя собственная «обложка» больше заинтересовала женщину.

– Только не говори, что тебя побила та маленькая милая девочка с косичкой!

Я мрачно глянул на нее. Лег поудобнее на диван, положил голову на ноги шутницы, вздохнул.

– Регин, ты не поверишь. Мне снова дали по морде, решив, что я обманываю Силию и сплю с тобой!

Регина в ответ расхохоталась.

Глава вторая. Недоверчивая гостья

– И ничего нет смешного. – буркнул я, но потом и сам фыркнул, тут же поморщившись. – Ай!

– Больно, милый? – женщина осторожно погладила меня по щеке.

– Вот так лучше. – придержал я ее руку.

– Сейчас совсем хорошо будет. – пообещала она и достала откуда-то аптечку.

– Из каких мест ты ее постоянно вытаскиваешь? – удивился я, наблюдая, как она роется в коробочке.

– Тебе скажи… Но вообще-то у меня сын растет. Который носится на этом твоем одау, как угорелый. Так что я скорее одеться забуду, чем аптечку с собой взять.

– Ну одеждой ты себя вообще мало обременяешь. – пробурчал я. – Да ты что творишь?!

Регина намазала зеленкой губу в том месте, где выступила кровь и там теперь отчаянно щипало. Садистка-медсестра осторожно подула на ранку и улыбнулась.

– Хорошо она тебя отделала, молодец. А теперь перестань вопить, а то анестетик не получишь.

Я тут же заткнулся и женщина нанесла обезболивающий спрей на область удара. Потом намазала щеку мазью от синяков, если я правильно угадал средство по запаху.

– Никсик, у меня идея! – вдруг объявила Регина и проказливо на меня глянула.

– Даже слушать не стану!

– Это еще почему?

– Да потому что когда у тебя такое выражение лица, все твои идеи имеют отношение к моему грехопадению.

– Странно, Саша говорила, что от этого анестетика пациенты минут на пять теряют способность разговаривать… – недоверчиво посмотрела она на пузырек.

– Так это надо в ротовую полость пшикать. – пояснил я на свою голову.

Коварная Регина тут же все проверила и убедилась, что говорить я и правда не могу. Ну пусть только кончатся эти пять минут!

– Так вот, по поводу моей идеи. Мне тоже надоело, дорогой, что ты получаешь по лицу просто так, хотя это забавно, конечно. Думаю, надо уже наконец сделать то, в чем нас так страстно подозревают все, кому не лень. Тогда тебе будет не так обидно. Ну, когда тебя будут бить в следующий раз.

Ответить я не смог, анестезия еще не отошла. Но чтобы эта сумасшедшая не восприняла молчание в качестве знака согласия и не перешла к активным действиям, я обеими руками изобразил живописные композиции а-ля фига.

– Какой ты грубый, милый! – возмутилась Регина и столкнула меня с дивана.

Расслабленный, не ожидавший такого коварства, я упал на пол. А глянув на женщину, обнаружил, что она смотрит на дверь и перевел взгляд туда же. На пороге стояла сердитая Фаина. Встретившись со мной глазами, она нахмурилась еще больше, развернулась. Но отступать девочке было некуда: за спиной у нее стояли Астория и Лиам.

***

Пять минут назад

Фаина неслась, не разбирая дороги. Да как он мог, этот противный Оникс! А всегда казался таким хорошим… Ничего, когда она попадет обратно на Эдем, сразу пойдет к Силии и откроет ей глаза на его мерзкую сущность! Ни одна женщина не заслужила, чтобы ее обманывали, вот Фаина и вступится за бедняжку!

– Фаина! – услышала девочка сзади.

От удивления она чуть замедлилась: голос точно не принадлежал Ониксу. А больше ее на этой планете никто не знает. Тут вдруг беглянка увидела боковым зрением, как по деревьям справа пронеслась какая-то серая тень. А потом прямо перед ней, с неба что ли, спрыгнула девушка. Среднего роста, симпатичная и смотрит участливо.

– Привет. – сказала незнакомка. – Меня зовут Астория.

– А я Лиам. – снова услышала Фаина за спиной тот же голос, что звал ее несколько секунд назад и развернулась.

Перед ней стоял парень, тоже не слишком высокий. Девочка перевела взгляд на ту, что назвалась Асторией. Зачем они преследовали ее?

– Фаина, мы друзья Оникса. Постой! – девушка аккуратно взяла Фаину за руку, когда та попыталась удрать. – Послушай, буквально минуту, пожалуйста. А потом, если захочешь, мы тебе поможем отправиться домой, на твою планету. Хорошо?

– Откуда вы знаете, что я не местная?

– Оглянись. Местные – очень спокойные существа. – улыбнулся Лиам. – И местные девочки твоего возраста не умеют так драться. Здорово!

– Это меня папа научил!

– Иосиф? – спросила Астория. – Мы еще не знакомы с твоей семьей, но много про вас слышали.

– А вы… – девочку осенило. – Вы Астория и Лиам, те самые ископаемые властяне?

– Ну не ископаемые, скорее подмороженные. – подмигнул парень. – Древние полуфабрикаты, которых нашли Лина и Оникс, все верно.

– Послушай, Фаина. – девушка увидела, что лицо малышки снова помрачнело. – Ты зря подозреваешь Оникса. Он и Регина, мама пацанчика, просто очень большие друзья. И поэтому, когда родился мелкий, она назвала его в честь своего лучшего друга. И пригласила нашего Оникса стать его крестным папой.

– Так вот почему он зовет его папой! – личико Фаины прояснилось.

– Ну да. – кивнул Лиам. – Ты же видела, он совсем маленький. Куда ему выговорить «крестный»? Кстати, крестной мамой малявки стала Александра. А ты думаешь, наша Саша потерпела бы обман со стороны внука?

– Да она бы его по стенке размазала!

– Вот именно. Так что все в порядке. И с Региной Саша дружит. Ну что, пойдем обратно?

– Пойдем!

Властяне и юная эдемчанка отправились обратно к маленькому домику.

***

Я почувствовал, как мнение Фаины обо мне уже пробило пол и устремилось к ядру лебединой планеты. И как назло, заморозка еще не отошла. Но Лиам с Асторией решили не оставлять меня в беде.

– Мы же говорим, они большие друзья. – улыбнулась девушка.

– А друзья общаются по-разному. Да ты привыкнешь. – добавил властянин. – Мы же привыкли.

Тут, будто этого мало, зазвонил мой арновуд. Я глянул на экран – Силия. А, поскольку Регина лишила меня права голоса, ей я и сунул аппарат.

– Силия, детка, привет! – обрадовалась хозяйка планеты. – Как там мои любимые Феникс и Лидия?

Сам я в это время смотрел на Фаину. И увидел, как тень недоверия на ее лице стала таять. Девочка расслабилась и виновато глянула на меня.

– Ничего. – попытался улыбнуться я в ответ. О, речь вернулась, а за ней и мимика подтянется.

– Силия, твой благоверный обрел дар речи. – проинформировала дама с фиолетовыми волосами и сунула мне арновуд.

– Тааак. – сказала жена, увидев мою физиономию.

– Я упал!

– На чей кулак?

– А вот, полюбуйся. – я развернул арновуд ко вдруг смутившейся Фаине.

Ничего, пусть смущается. На мой взгляд, она уже вполне взрослая, чтобы нести ответственность за некоторые свои поступки.

Умная Силия поняла, по какой причине милый ребенок наградил меня синяком и рассмеялась. А потом поблагодарила девочку, но попросила больше так не делать.

– Извините. – прошелестела Фаина.

– Всякое бывает. – улыбнулась Регина. – Давайте знакомиться, юная леди. Я Регина, а вы Фаина, правильно?

– Ага. А разве леди будет драться?

– О, милая, леди может делать все, что пожелает! Особенно если того требует ситуация.

– Регин, у тебя есть чего поесть? – вмешался в их светскую беседу Лиам, выглядывающий уже из кухни.

– Спрашиваешь! Пойдемте, Фаина, мое предложение насчет пирога все еще в силе.

Регина увела девочку и властян, а я смог спокойно пообщаться с супругой. Потом и сам заглянул на кухню, в надежде чем-нибудь поживиться.

Лиам с Асторией доедали суп, а Фаина пила чай и лакомилась выпечкой. На столе стояла еще одна тарелка с куском пирога и кружкой молока рядом, возле которой я и уселся. Хозяйка дома и планеты быстро нарезала овощи, а наша внезапная гостья ее внимательно рассматривала.

– А почему у вас короткие ногти? – вдруг спросила она.

– Что? – улыбнулась женщина.

А я глянул на ее ногти и удивился. Точно помню, раньше они были очень даже длинными. Охранники порой друг другу хвастались «боевыми» шрамами от этих фиолетовых сабель. Но теперь ногти Регины действительно стали гораздо короче, округлой формы, пусть и остались того же цвета. Но это природный оттенок ногтей и волос представителей ее вида. Реакция кератина на что-то.

– Вы очень красивая женщина. – объясняла тем временем Фаина. – Яркая, у таких обычно ногти длинные, для пущего эффекта.

– Я уверена, ваша мама очень красивая. – посмотрела Регина на девочку.

– Ага.

– Но еще я уверена, что у нее тоже короткие ногти.

– Откуда вы знаете?

– Мы же мамы. Нам ни к чему длинные когти, ведь ими можно поцарапать любимого ребенка. Материнские руки дарят ласку, а не боль… Да и готовить с такими ногтями не слишком удобно, хотя это дело привычки. А эффект – он не за счет визуала достигается, поверьте мне.

Я заметил, что Регина продолжает называть девочку на вы, как и та ее. Вот это воспитание – не тыкать в силу разницы в возрасте. А уважительно относиться к собеседнику, невзирая на количество его лет. Фаина, уверен, тоже это отметила и наверняка удивилась. Впрочем, моя подруга лучше всего умеет удивлять, а еще располагать к себе, и потому ребенок продолжил задавать вопросы.

– А разве у вас нет слуг, чтобы готовили, убирали… Вы же хозяйка планеты!

– Милая, вовсе нет! Я хозяйка самой себе, а всем сопланетникам я тоже как мама. И слуга народа. Я забочусь о них, люблю и уважаю, а не командую. А в своем доме сама за собой убираю, как и положено. И просто обожаю готовить.

– И очень вкусно выходит. – поддержала Астория, нарезая себе и мужу по кусочку пирога.

Я молча пил молоко, ел выпечку и посматривал на Фаину. Что-то ее сюда явно привело – и это не желание надавать мне по морде. Сей замечательный порыв души возник сиюминутно и девочка наверняка о нем уже пожалела. Да и в целом она выглядит какой-то подавленной, хоть и пытается скрыть, что что-то не так.

Но я малышку знаю с рождения. Ее родители, Иосиф с Марией, близкие друзья Саши и Алекса. Познакомились они в результате очередных приключений бабушки и дедушки¹. У Фаины еще есть старший брат, Налон. Это сын Марии, скажем так, от предыдущего брака. Иосиф воспитывает его все шестнадцать лет парня и с самого первого дня заявил, что это его родной и любимый мальчик.

– Ведь если любишь женщину, как может быть чужим тебе ее ребенок, часть ее самой? – как-то заявил мужчина. – А чья у него там ДНК – это вообще неважно. Если я научу этого парня всему, что ему нужно, то разве я ему не отец?

И делает Иосиф так же, как и говорит. Если его отношение к Налону и Фаине как-то и отличается, то только потому, что дети разного пола. Я и сам делаю такое же разделение между сыном и дочкой. Но люблю их одинаково, как и Иосиф своих детей. Их с Марией семья всегда казалась мне счастливой.

Поэтому сейчас я с беспокойством смотрел на Фаину. Почему она здесь одна, без родителей? Или без старшего брата, который просто обожает сестренку? Чем подавлена? Как она вообще попала на планету? Туристические крейсеры сюда не ходят и незаметно тут образоваться можем только мы, потомки Хроносов. Ну и сами всемогущие, разумеется.

Когда девочка, разобравшись с пирогом, вышла помыть руки, у Регины сработала радионяня. Женщина встала из-за стола, глянула на меня.

– Я пока вас оставлю. А ты выясни, что случилось с Фаиной. Чувствую, у нее проблема.

Я отдал честь и теперь с полным правом разрешил себе встревожиться. Моя подруга – очень сильный эмпат и, даже когда она снова отказалась от чувств², ее дар остался активным. Так что Регина не ошибается.

Глава третья. Дело в Налоне

Когда Фаина вернулась на кухню, я предложил ей еще пирога, но девочка отказалась. Переминаясь на пороге, она глянула на меня. Я такой взгляд знаю – когда человек вроде и хочет попросить о помощи, но стесняется. У нас с ней ранее проблем с коммуникацией не было, поэтому я думаю, ее смущает то, что произошло сегодня.

– Забудем про наше небольшое недоразумение. – улыбнулся я. – Присаживайся и рассказывай, что тебя тревожит.

– А почему ты решил, что меня что-то тревожит? – удивленно распахнул глаза ребенок.

– Ну не просто же так ты к нам переместилась. Кстати, как ты это сделала?

Вместо ответа девочка показала небольшую пластинку с экраном и клавиатурой, похожую на земной смартфон. Ну понятно. Это портативный телепорт. Нужно ввести адрес или координаты, чтобы оказаться там, где хочешь. Потом в месте появления путешественника остается невидимая обычному глазу электроволновая метка. Она сохраняется в течение двенадцати часов. Если снова встать на нее, а потом нажать на пластине кнопку, то окажешься там, откуда перемещался.

Это одно из изобретений Саши и у всех нас есть такие пластинки, чтобы перемещаться по планетам, не дергая Хроносов. Наверное, Иосифу и Марии всемогущие тоже подарили телепорт. Те заядлые путешественники и любят с семьей умотать на другую планету, например, на выходные. А, чтобы не тратить время на перелеты, лучше сразу телепортироваться.

– Понятно. – кивнул я. – Так что случилось, милая?

– Мы уйдем, если ты не хочешь говорить при нас. – поднялась из-за стола Астория.

– Мне нужен ОГО. – выпалила Фаина.

– Тогда мы остаемся, как часть отряда. – властяне сели на свои места.

Да, отряд у нас сейчас, мягко говоря, малочисленный. Хотя и раньше таким уж обширным его назвать нельзя было – помимо меня и властян в наше развеселое собрание входили еще близнецы, мои двоюродные братья, Том и Гек. Но сейчас они на Глизе, заменяют местную власть, учат население договариваться друг с другом. И активно готовятся к двойной свадьбе со своими любимыми Аней и Яной – бывшими лебийками и тоже близняшками. Насколько знаю, им сейчас не слишком до отрядных дел – с текущими бы задачами разобраться. Но ничего страшного. Надеюсь, проблему Фаины мы и втроем решить сможем.

– Дело в Налоне. – начала девочка. – Еще полгода назад все было нормально! Но потом он стал меняться, начал ссориться с отцом и мамой. И даже со мной! Я не знаю, что случилось, но мне кажется, что это что-то плохое. Не мог он так сильно измениться сам по себе. С ним что-то происходит. Что-то очень ужасное и я боюсь, что дальше будет еще хуже. А вчера…

Заговорив о том, что ее беспокоит, Фаина перестала стесняться и выкладывала все без утайки. Итак, вчера вечером, точнее, уже ночью, она проснулась по непонятной причине, просто села, открыла глаза и уставилась в темноту. Такого с ней раньше не случалось. И почему-то девочка испугалась, хотя внешне все было нормально.

Она решила сходить на кухню, попить воды и снова попытаться заснуть. А когда проходила мимо родительской спальни, заметила, что дверь приоткрыта. Фаина ни за что не сунулась бы без спроса, но в образовавшуюся щель заметила какое-то движение и испугалась еще сильнее. Она распахнула створку и обнаружила Налона, который стоял над кроватью родителей, со стороны папы.

– Лицо у него было… Как будто не его! Я шепотом окликнула его, брат глянул на меня. Но это как будто чужие какие-то глаза, холодные и незнакомые! Ну может я в темноте перепутала. Но он вышел, а когда я спросила, что он делал, Налон так грубо сказал, что это не мое дело. И пошел к себе.

– Что еще изменилось? – я внимательно выслушал малышку, рисуя квадраты и круги на салфетке. Мне так легче думать.

– Они с папой раньше часто играли в виртуальной реальности. Ну со шлемами такими и датчиками, знаешь, да? Постоянно наденут их и сражаются с монстрами, кричат, руками-ногами дергают. А потом он сам стал играть, даже злился, если папа хотел к нему присоединиться. И как-то странно играл. Наденет шлем и спокойно сидит, молчит, ничего не делает.

– Может, кино какое-то смотрел? – предположил Лиам.

– Нет, я как-то проверила – это та же игра. Но он теперь просто сидел, не двигался, звука не издаст лишнего. И перестал с папой играть совершенно, хотя любил раньше… А потом и вовсе свой шлем забросил. Теперь без него сидит, часами в одну точку смотрит и все. Но запрещает к своей игрушке прикасаться всем, даже мне.

– Сколько лет твоему брату? – поинтересовалась Астория.

– Шестнадцать.

Властяне вопросительно глянули на меня, но я отрицательно покачал головой. Наверняка ребята подумали, что дело в простом переходном периоде. Однако надо понимать, о какой семье идет речь и я собирался посвятить властян в историю Налона и его матери. Но для этого нужно было на время удалить отсюда Фаину. Не для ее это ушей.

– Поможете? – умоляюще посмотрела на меня девочка. – Я люблю Налона. Но с ним и правда что-то творится. Что-то нехорошее. Я вам заплачу.

– Чтоб я и слов таких не слышал! Не хватало с друзей оплату требовать. Фаина, я беру твое дело. Но надо подумать, как к нему лучше подступиться…

Договорить я не успел. Дверь на кухню распахнулась и в помещение влетел на одау маленький Оникс. Он очень любит диск, прямо прирожденный летчик. А вот Регина периодически на меня ворчит, мол, ребенок так ходить разучится – только недавно освоил этот навык, как вдруг я ему одау подарил.

Сама заботливая мамочка осталась на пороге. А вот трехмесячный сенбернар Титан, которого малышу недавно подарили Том и Гек, забежал следом.

– Пойдем играть! – предложил малыш Фаине и очаровательно улыбнулся.

Я уже не раз говорил: эта улыбка в дальнейшем разобьет немало женских сердец! И даже сейчас девочка, несмотря на всю свою тревогу и озабоченность, не смогла не улыбнуться в ответ. Они вместе покинули кухню, Титан умелся следом. А Регина подмигнула. Подруга нашла лучший способ отвлечь девочку, пока я буду посвящать друзей в курс дела.

– Спасибо. – улыбнулся я ей.

– Потом расскажете, что случилось. – кивнула она и вышла.

– Хочешь сказать, это не подростковый бунт? – озвучил свое предположение Лиам.

– Хочу сказать, что с этим мальчишкой не все так просто. Необычный парень, и сама история его появления на свет – тоже.

Я постарался припомнить все максимально подробно, хотя прошло уже порядка шестнадцати лет. Да и Саша в свое время посвятила нас не во все подробности – на момент событий мне было примерно столько же лет, сколько Налону теперь. А для бабули я до сих пор несмышленыш, что уж говорить про то время!

– Когда-то деда Алекса угораздило попасть в плен к космическим пиратам. Эту историю поверхностно вы наверняка слышали. – властяне кивнули в ответ.

А я пояснил, что пираты эти были непростые. Их чудовищный корабль, на котором выросло и скончалось несколько поколений преступников, веками несся через пространство. А бензином ему служил особый биоматериал. Его извлекали из людей – подключали их к корабельной системе, двигатели тянули из несчастных ужасное «топливо», и так до полного истощения человека, до его смерти. Насколько я помню, тела тоже утилизировали каким-то особым способом, чтобы обеспечить прожорливому кораблю пропитание. А он, в свою очередь, давал пищу своим хозяевам-пиратам: обеспечивал энергию для корабельных ферм.

– Сколько же паразитов существует во Вселенной! – содрогнулась Астория. – То из сомнян³ тянут жизненные соки жуки, то из несчастных пленников – корабль.

– Но самое страшное, что в основе всех этих жутких начинаний стоит человек. – нахмурился Лиам. – Если жуки еще и могли бы сами нападать на людей, то корабль вряд ли. Самый главный паразит, увы, человек.

– Угу. – кивнул я. – Хозяева корабля, точнее, их потомки, действительно были натуральными паразитами.

Они захватывали крейсеры, забирали все, что там было ценного, а пассажиров и экипаж подключали к своим жутким аппаратам. Но не всех. Марии повезло больше, чем ее родителям, а также другим многочисленным товарищам по несчастью, которым пришлось кормить жизненными соками корабль.

Везение, впрочем, относительное. Четырехлетний ребенок остался сиротой и стал живой игрушкой для сыновей главаря банды, Аполлона. Да, все космические пираты носили имена древнегреческих богов или героев, еще и считали, что свой род ведут от жителей Олимпа. И людям, подключенным к кораблю, транслировали сны о Древней Греции, чтобы побольше выкачать из них энергии.

– Они там что, на голову больные? – не сразу поверил в очевидное Лиам.

– А чего ты от них хочешь? – удивилась Регина, которая непонятно как оказалась рядом со мной. – С рождения без свежего воздуха.

– Ты тут откуда? – настала моя очередь изумляться. – И малой где? А Фаина?

– Фаину забрала мама, Мария. – послушно начала отчитываться подруга. – Родители хватились ребенка, стали искать и Саша сдала девочку. Но я шепнула малышке, что вы постараетесь разобраться в ее деле. Сын спит, много впечатлений, новое знакомство. А сижу я тут уже минут пять, тебя слушаю.

– Ну ничего себе я повествованием увлекся, даже тебя не заметил.

– С одной стороны прямо обидно. С другой – я теперь знаю, как тебя застать врасплох.

– Успокойся, озабоченная. Ай! И хватит лягаться!

– Вас оставить наедине? – невинно поинтересовалась Астория.

– Ни в коем случае! И вообще, давайте возвращаться к нашей теме. Сейчас я тебе охоту шутить отобью. – пообещал я Регине.

Итак, красивый ребенок, который мало что мог дать кораблю, стал объектом постоянных издевательств со стороны двух избалованных мальчишек. А еще девочка прислуживала Аполлону и его семье за столом, убирала за ними, стирала. Мужчина запугивал несчастного ребенка, сыновья следовали его примеру, чтобы получить беспрекословную покорность, превратить пленницу в послушное домашнее животное. Мария стала такой внешне, а внутренне мечтала об одном: чтобы издевательства уже наконец-то превратились и ее скормили кораблю, как это сделали с ее родителями, другими несчастными.

Но постепенно, когда малышка стала превращаться в очаровательную девушку, главарь банды стал относиться к ней иначе. Он запретил своим сыновьям обижать прислугу. Освободил ее от большей части работы, стал с ней необычайно ласковым и добрым.

– Сука. – процедила Регина. – Простите ребята, аж в глазах потемнело. Вспомнила старого короля.

Я успокаивающе погладил ее по голове, обнял подругу и продолжил. Да, как и хозяйке лебединой планеты в свое время, Марии тоже пришлось терпеть домогательства от мужчины, которого она ненавидела. А Аполлона не смущала ни разница в возрасте, ни то, что у него есть супруга. Девушку он хотел взять второй женой, вообразил себя султаном. Но его семья и остальные космические пираты оказались против.

Мужчины ему завидовали, а их женщины боялись, что собственные мужья поступят так же как главарь. Но Аполлон не стал никого слушать. Ночью он скормил кораблю жену и сыновей, а утром объявил об этом товарищам. И сообщил, что так будет с каждым, кто встанет на его пути.

Глава четвертая. Настоящий отец

– Жесть! – воскликнул Лиам. – И что, никто его не сверг после этого? Хотя бы из соображений собственной безопасности.

– Ставлю что угодно – нет. – покачала головой Регина. – Если этот гаденыш так свободно и спокойно распоряжался чужими жизнями, наверняка он понимал: его окружают трусы. Которые ему ничего не сделают.

Увы, женщина оказалась права. Соратники Аполлона притихли, а сам он воплотил в реальность задуманное и объявил Марию своей новой женой. Став из пленницы хозяйкой, девушка поняла: участь ее ухудшилась в тысячи раз. Уже не стоит надеяться, что за оплошность ее казнят. Разве что главарь банды увлечется очередной бедняжкой, попавшей на корабль и избавится от Маши так, как избавился от первой своей жены. Но девушка никому не желала такой участи. Да и пленники на корабле стали появляться все реже.

Много раз Мария стояла с ножом над постелью, где в это время спал ненавистный муж, но ни разу не смогла опустить холодную сталь в его грудь. Отчаявшись, она уже хотела наложить руки на себя, как вдруг поняла, что в ее чреве растет новая жизнь. Так поступить с ребенком, который ни в чем не виноват, она не могла. Будущее виделось девушке в самых мрачных тонах, как вдруг…

Как вдруг на корабль попал дед Алекс. А за ним подтянулась и вся остальная развеселая компания: прежние Хроносы, их сын, бабуля, Майкл… Космических пиратов скрутили, отправили на Нибиру, судили и определили им меру пресечения в виде пожизненных общественных работ. Нибирийцы учли их менталитет: тем, кто мнил себя потомками богов, пришлось стать обслуживающим персоналом. Ничего плохого в этой работе нет – для адекватных людей. Но бывшим полубогам ой как нелегко пришлось. Насколько я знаю, они до сих пор отбывают наказание и поблажек для них никто не делал. А значит, бандиты так и не перевоспитались. Потому что нибирийский суд со временем может пересмотреть наказание, если видно, что человек исправился. Такое уже случалось.

Аполлону в качестве наказания хотели назначить полную изоляцию с лишением всех благ, доступных любому человеку. Отныне его рацион составляли бы вода и простая похлебка, единственным источником света в тесном карцере было бы крошечное окошко под потолком, а в душ его водили бы раз в неделю. И никаких контактов с людьми. Но негодяй самостоятельно выбрал для себя наказание и повесился накануне того дня, когда ему хотели огласить приговор.

– Легко отделался. – воскликнули хором мои слушатели.

Я согласился и закончил рассказ. На корабле, помимо взрослых пиратов, было несколько детишек. Их усыновил мой дед Иксион, посовещавшись с бабушкой Еленой. Сейчас они уже все выпорхнули во взрослую жизнь, но нежно любят свою, пусть и приемную, но семью, часто нас навещают.

– А Мария? – распереживалась нечувствительная Регина.

– Она, как и ты, уже расплатилась за все. – улыбнулся я.

В момент эпического захвата корабля семейством Архимеди Маша уже была на сносях. Ее не стали, конечно, подвергать участи пиратов, а забрали во вневременность. Там она и произвела на свет Налона и мальчишка сразу получил иммунитет ко влиянию пространства без времени – как в свое время Саша⁴, дед Алекс⁵ и дед Женя⁶. Девушка сразу полюбила сына, и впоследствии решила вместе с ним поселиться на Эдеме. Ведь среди детей космических пиратов были его родственники – бандиты уже давно все между собой перероднились.

На первое время Марии вызвался помочь эдемчанин Иосиф, который тоже был пленником корабля и раньше носил имя Фобос. Он помог спасти деда Алекса и едва не простился с жизнью, когда снова пытался уберечь его от опасности. Мужчины подружились, а Мария со временем поняла, что испытывает к Иосифу гораздо большее чувство, чем обычная благодарность. Любовь оказалась взаимной и с тех пор они неразлучны.

– Как же хорошо, что все так устроилось. – улыбнулась Регина. – Вы, Архимеди, всегда оказываетесь рядом в самый нужный момент.

– И вот, кажется, настал момент для Фаины. – вздохнул я. – То, что она рассказала, совершенно непохоже на Налона! Он очень хороший парень, любит маму, Иосифа – тот и правда стал для него родным отцом. А уж когда сестра родилась, он с первого дня стал ее обожать до безумия. Так что если бы сама Фаина не сказала, что он начал с ней ссориться – да ни в жизнь бы не поверил!

– Может, он узнал, что Иосиф ему не родной по крови отец? – предположила Астория.

– Он это знает с детства. Судебный процесс в свое время наделал много шума, были видеорепортажи, статьи в газетах и журналах. Шила в мешке не утаишь, кто-нибудь да рассказал бы мальчику – те же дети, которых усыновил дед. Не со зла, но… Поэтому Мария и Иосиф, посоветовавшись с детскими психологами Нибиру, в доступной форме все ребенку рассказали, как пришло время.

– И как он это воспринял? – полюбопытствовала властянка.

– Очень по-взрослому, хотя ему тогда года четыре было, что ли. – улыбнулся я. – Серьезно заявил, что многим с родными отцами так не повезло. И добавил: у кого-то, мол, отец родной. А у меня настоящий!

– Как это мило! – восхитилась Регина. – Извините, пойду гляну, как сынок спит.

Я усмехнулся. Став матерью, наша крутая дамочка осталась такой же крутой. Но в то же время она до одури обожает сына и в отношении маленького Оникса иногда просто с ума сходит. Удивительно, как при этом она умудряется адекватно его воспитывать и не позволяет садиться на шею себе и окружающим. Даже доблестные телохранители и то балуют его больше, чем родная мать.

– Хорошо, что она ушла. – сказал Лиам, когда за красоткой закрылась дверь. – Ей бы мое предположение не понравилось.

– Это что же такое ты сказать хотел? – удивилась его супруга.

– Мне кажется, в мальчике проснулись гены биологического отца. А учитывая то, что никто из нас не знает, кто был отец маленького Оникса – вряд ли бы Регину эта мысль не задела.

Да, имя того, благодаря кому у хозяйки лебединой планеты появился сын, нам неизвестно. Как неизвестна и другая информация о нем. Саша взяла наиболее подходящий биологический материал из вселенского банка спермы и через положенное время Регина стала мамой. Сын пока что внешне полная ее копия, поэтому даже о том, как может выглядеть его биологический папаша, мы не имеем ни малейшего представления.

Властяне начали спорить, что главнее: генетика или воспитание. Я, грызя карандаш, слушал их вполуха. Да, возможно, предположение Лиама близко к истине. Аполлон был законченным мерзавцем и мало ли что там могло теперь прийти в голову Налону… С другой стороны, остальные пираты тоже не были ангелами, но их дети выросли в достойных, добрых и замечательных людей.

– Вот что. – подал я голос, когда спор пошел по третьему, что ли, кругу. – Для начала, думаю, надо наведаться к ним домой. Поболтать с Мари и Иосифом, приглядеться к пацану. Я бы еще к его игре присмотрелся. Не люблю эти штуки. Может, там через этот шлем какая-нибудь трансляция идет? Какие-то волны или импульсы распространяет очередное мировое зло.

– Ты обо мне? – услышал я за спиной голос Регины и улыбнулся.

Да, когда-то я считал ее мировым злом, но быстро понял, что ошибаюсь. А еще понял, что мировое зло обычно не имеет при себе таблички, сообщающей об истинной его сущности и изо всех сил маскируется подо что-то вполне себе приличное и безобидное. Возможно даже под какую-нибудь стрелялку и бродилку.

– Ты то еще зло. – кивнул я. – Но сейчас мы про другое. Интересно, как бы нам попасть в дом Фаины, не вызывая подозрений у ее родителей. Хоть мы и дружим, но в гости друг к другу ходим только по праздникам.

– Твоя подружка в гостиной свою сумочку забыла. – улыбнулась Регина. – И, судя по ее хитрым глазкам – неспроста.

– О женщины, вам имя вероломство! С таких лет и уже хитрить.

– Не мы такие. Жизнь такая. – философски пожала плечами хозяйка дома. – Никсик, ты же еще не обедал, да?

Я не стал отрицать очевидное по двум причинам. Во-первых, подруга вкусно готовит. Во-вторых, все равно не отстанет. Так что пришлось покориться. Заодно я обсудил с властянами примерный план действий.

Сначала мы решили пообщаться с родителями парня, а пока кто-то из нас будет отвлекать их внимание, остальные изучат игру. Или же можно попросить Иосифа, чтобы он нам показал эти чудо-шлемы. Я такими не увлекаюсь, властяне тоже, так что наш интерес будет выглядеть естественным. А, чтобы не раздражать Налона, это надо сделать, пока его нет дома.

Потом нужно встретиться с самим объектом нашего исследования. И тут за дело должны взяться властяне. Они у нас телепаты высшей категории⁷ и, когда работают вдвоем, творят что-то невероятное. Вот и сейчас нужно использовать эту их особенность. Пусть незаметно влезут к Налону в голову, посмотрят, что там да как.

– Я бы еще вернулся немного назад и посмотрел, какие мысли посещали его голову, когда он стоял в родительской спальне посреди ночи. – нахмурился Лиам. – Что он там вообще забыл в такое время? И что хотел сделать с отцом?

– Добро. – согласился я. – Если сможете – открутите назад его воспоминания. А когда разживемся новой информацией, будем решать, что делать дальше.

– А дальше второе. – объявила Регина и поставила передо мной тарелку.

Я не стал возражать и, уплетая что-то очень вкусное, одновременно отправил Фаине просьбу прислать расписание Налона. Когда девочка предоставила данные, я сообщил, что мы зайдем на днях и занесем ее сумочку.

– Как думаешь, мы с этим делом быстро справимся? – поинтересовалась Астория.

– Чтоб я знал! Вот с этой лисой фиолетовой мы за три дня разобрались. – кивнул я на хозяйку дома. – Но застряли тут почти на год.

– С кем ты за три дня разобрался, котик? – медовым голоском поинтересовалась Регина, отвешивая мне подзатыльник. – Я что-то не расслышала.

– Почему они всегда начинают выяснять отношения, когда я что-то спрашиваю? – удивилась властянка. – Пойдем, Лиам, мне эти двое уже надоели со своей взаимной любовью и странными способами ее выражения.

– Вы не можете так жестоко со мной поступить, мы же отряд! Астория, ты с какой целью интересовалась-то?

– Да думаю, будем ли мы звать Тома и Гека?

– Не будете. – покачала головой Регина. – У них сейчас и на Глизе дел невпроворот.

– А мне кажется, это будет быстро. – пожал плечами Лиам. – Определим причину, мотивы поведения парня. Потом вправим ему мозги и готово.

– Твои слова да Хроносу в уши! – понадеялся я.

– Сашу привлекать не планируете? – поинтересовалась красотка.

– Уж одного вредного или обманутого подростка мы и сами воспитаем. – уверенно заявил я.

А потом не раз думал: и кто же меня за язык тянул? Накаркал, вот не сомневаюсь нисколько: сам все и накаркал!

Глава пятая. Гиперион

Полгода назад

– Гиперион… – раздался еле слышный шепот.

Налон, которому почему-то не спалось, навострил уши. Однако ничего больше не услышал, кроме тихого стрекотания цикад за окном. Наверное, показалось. Ему часто в последнее время слышатся звуки, которых нет на самом деле. То в полной тишине вдруг раздастся тихий стук, то словно дверь заскрипит – хотя никто в комнату не входил. Да и папа за домом следит, тут ничто не скрипит и не шатается!

Парень решил, что у него это от переутомления. Все же первый курс в институте – это совсем не то, что школа. Он, наверное, еще просто не привык к таким нагрузкам. Ведь, помимо своих астрономических лекций и сопутствующих предметов, он еще в летную школу записался. Хочет освоить пилотирование, как Труди, одна из двоюродных внучек теть Саши.

При мысли о Труди Налон улыбнулся. Гертруда… Он помнит ее столько же, сколько себя. Девушка старше на пару лет – ну и что? Они всегда отлично общались, а с недавних пор юноша стал ловить себя на мысли, что думает о подруге чаще, чем раньше. Она красивая, добрая, а еще очень умная и мастерски водит звездолеты. Это уже вызывает восхищение. И пару лет назад Труди умудрилась открыть и спасти целую планету! Налон мог бы полчаса перечислять ее замечательные качества, а то и дольше. Он и в пилотную школу записался, чтобы у них появилось больше тем для разговоров, больше общих интересов.

И это сработало! Гертруда, правда, в основном живет на Нибиру, потому что и учится там. Но на выходные приезжает домой и обязательно находит для Налона время. Они или ходят гулять, либо сидят в кафе. Или гоняют по местным учебным трассам. Труди дает высокую оценку пилотным усилиям юноши. Она такая…

– Гиперион! – услышал парень снова.

Ну вот опять! Мигом выбросив приятные мысли из головы, Налон сел, снова прислушался – но и теперь ничего подозрительного более не услышал. Да, наверное, это и правда переутомление. Он потому и попросил родителей подарить ему шлем виртуальной реальности, чтобы периодически перезагружать мозг, устающий от учебы.

Мама, правда, предложила взять паузу с дополнительными занятиями, пока сын не привыкнет к новым нагрузкам. Но он возразил, что раз уже поступил в школу, нельзя бросать начатое или делать слишком долгий перерыв. Родители согласились: они всегда учили сына, что нужно все доводить до конца.

– Но я беспокоюсь о твоем здоровье. – вздохнула мама. – Это естественно и надеюсь, ты понимаешь…

– Понимаю, мамочка! Думаю, я скоро привыкну. Но передышка в виде игр мне не помешает. В конце концов, они ведь тоже развивают какие-то навыки. Ну меткость там и ловкость, скорость реакции.

– Надеюсь, тебе никогда не придется прибегать к проверке собственной меткости в реальной жизни. – вздрогнула мама.

– Вот пусть он ее и проверяет в виртуальной реальности. – пришел на помощь сыну отец. – Мальчишки всегда мальчишки. Я бы тоже поиграл…

Мама покачала головой, но решила не спорить со своими мужчинами и дала добро. А Налон обрадовался. Играть с папой будет круто. Потому что все, что они делают вместе – это здорово. Приятно иногда провести время в чисто мужской компании!

Вскоре парень уже рассматривал новенький, блестящий и гладкий шлем, а отец примерял точно такой же. Теперь они станут настоящей крутой командой!

– Ну и что это за шляпа? – поинтересовалась тогда Фаина.

Налон улыбнулся – сестренку он обожает! С самого первого дня, как маленький сопящий кулечек появился в доме, он, четырехлетний пацан, просто влюбился в эту малышку. И сразу стал ответственным старшим братом, заботливым, сознательным. Что с того, что в них общей крови лишь наполовину? Папа всегда учил его, что родными люди становятся не по крови, а по душе. Вот и отец ему роднее, чем кто бы то ни было. А сестра и вовсе самое близкое существо на свете!

У них даже есть секретные имена друг для друга. Когда малышка начала откликаться на свое, Налону как раз поставили скобки и первое время ему трудно было выговаривать полностью красивое и необычное «Фаина». Поэтому он стал звать сестренку проще – Ина. А она и вовсе его имя сократила до двух букв. И когда у девочки спрашивали, кого она любит больше всего, кроха протягивала к брату ручки и объявляла – Он!

Проблем с дикцией у них обоих уже нет, а имена остались. Это их собственный код, так ребята зовут друг друга, но никому больше не разрешают к ним обращаться подобным образом. Должно же у брата и сестры быть что-то личное. То, что принадлежит только им.

– Это специальный шлем, Ина. – объяснял парень сестренке. – Я его надену и окажусь в виртуальной реальности. В мире, который сам спроектировал, понимаешь? И у меня там будут интересные приключения!

– Значит ли это, что в нашей реальности и со мной ты теперь будешь меньше времени проводить, Он?

– Нет конечно! Никакая виртуальная реальность тебя не заменит!

Налон предложил сестренке опробовать шлем, спроектировать мир, который ей понравится. Честное слово, он даже готов был вместе с ней часами гулять по розовому домику Барби или кататься на виртуальных пони. Но Фаина, пару раз посидев в шлеме, отказалась так проводить время и ушла в заповедник – гладить реальных пони.

А вот они с отцом часто коротали вечера в новом мире. Иногда играли по одиночке, но чаще всего плечом к плечу громили монстров. И парень не уставал восхищаться отцом: как ловко у него все выходит! Вот бы вырасти похожим на него…

Хотя они и так похожи. Мама шатенка и быстроглазая Фаина пошла в нее. А Налон светловолосый и кудрявый как папа. У них даже глаза одного цвета – зеленые. Но у отца цвет темнее, у Налона светлее. И ростом юноша уже догнал Иосифа. Наверное, его биологический родитель был выше…

Где этот человек и кто он – парня почти не интересовало. Точнее, однажды, как раз когда он узнал, что скоро в их семье появится малышка, мальчик спросил, был ли рад ему родной отец. Мама, не ожидавшая такого вопроса, вздрогнула. А папа увел сына в сторонку и сказал, что наверняка каждый отец рад своему ребенку. Но пообещал, что они поговорят о его родном отце позднее.

– А ты его знал? – полюбопытствовал ребенок.

– Знал… Очень недолго, впрочем. А теперь давай на время закроем эту тему. Мама сейчас не хочет об этом думать.

– А когда?

– Нужно, чтобы ты немного подрос, дорогой. Сейчас я не смогу тебе многого объяснить.

Мальчик почувствовал, что не только мама не хотела тогда думать об этом. Иосиф тоже отвечал не слишком охотно, хотя старался корректно подать информацию сыну. Первое время Налон ждал, когда же они вернутся к этой теме. Но потом подумал – а зачем ему говорить о человеке, который даже не дал о себе знать за все эти годы? Ну разве это отец? Его отец рядом и больше парню ничего не нужно.

– Гиперион! – опять раздался похожий на шипение голос.

– Да при чем тут титаны⁸, хотел бы я знать?! – шепотом возмутился парень.

Оглядевшись, он заметил, как стекло очков на его игровом шлеме бликануло и тут же помутнело. Очень странно! В окно не заглядывает луна, да и фонарей тут нет – не от чего отражаться свету на поверхности игрушки. И шлем он выключил, когда снял. Может быть, показалось? Да уж, с такими галлюцинациями точно надо к врачу идти.

– Гиперион! – услышал он и, поскольку так и не отвел взгляд от шлема, то снова заметил, как забликовало стекло.

А может, Налон все-таки не выключил шлем? Или на него какое-то обновление установилось и теперь техника чудит? Сколько раз парень ругался на эти обновления, отключал их автоматическую загрузку на всех устройствах и делал апгрейд вручную – все равно ведь скачается какая-нибудь зараза сама по себе, установится и начнет потом всякие коленца выкидывать. Вот, у мамы недавно миксер начал самостоятельно рецепты озвучивать, хотя его никто об этом не просил. Наверное и со шлемом такая же ситуация. Программа переустановилась или демка новой игры скачалась и пугает его теперь.

Парень взял шлем, подключил к арновуду. Быстро все проверил и удивился: нет никаких обновлений и оборудование выключено. Так что тогда происходит?

– Сынок? – шепотом позвал его отец, тихо постучавшись и засунувшись в комнату. – Милый, у тебя все в порядке?

– Да какое-то обновление, наверное, чудит и спать мешает. – так же шепотом отозвался парень. – Хочу выключить, чтобы не бормотало.

– А ты звук убери. – посоветовал отец и, пожелав спокойной ночи, удалился.

Юноша улыбнулся – ну папка, ну голова! А вот ему такая простая мысль в голову не пришла. Хорошо, что отец всегда рядом, поможет, подскажет. Налон выключил звук на шлеме и на арновуде, потом еще на колонках, на проигрывателе. И лег в кровать. Вот теперь, наконец, можно и поспать…

– Гиперион!

Да мацтикон мацтикона возьми! Налон снова сел и свирепо уставился на шлем, стекло которого опять забликовало. Может, это какой-то заводской глюк? Надо будет завтра отправить устройство производителю с претензией. Но это можно сделать только утром, а как сейчас быть? Если он вынесет шлем в коридор и тот опять начнет шипеть или вдруг станет орать – кто его знает, на что он способен, то перебудит всю семью.

Вздохнув, юноша потянулся за взбесившимся оборудованием. Его можно вырубить изнутри игры, что он сейчас и сделает. Мелькнул логотип производителя, шкала загрузки за секунду заполнилась и вот уже парень стоит в локации, в которой они сегодня играли с отцом. Теперь надо пройти в секретную комнату и там отключить это безобразие.

Налон огляделся. Главное, чтобы сейчас не полезли всякие твари – отстреливаться от них некогда. А терять жизни не с руки, их сложно находить. Да и папа наверняка поймет, что парень играл тайком. Нет, ругаться он не станет. Но не хочется, чтобы он думал, будто юноша нарушает распорядок дня, когда это вовсе не так.

Поправив бластер, Налон подошел к стене, вызвал цифровую клавиатуру, набрал код. Перед ним появилась дверь, которая тут же отъехала в сторону. Парень зашел в небольшую комнатку, стена за ним сомкнулась. Он уже двинулся к приборной панели, как вдруг услышал шипение у себя за спиной.

– Гиперион…

Развернувшись, он с удивлением увидел монстра, которого они с отцом ранее уже ликвидировали. Того самого, на которого мама замахивалась половником и чудище от такого обращения даже заглючило. Но ведь в комнату, из которой можно вырубить игру, виртуальные твари проникнуть не способны! Хотя от этого страшилища всего стоит ожидать, слишком уж оно странное. Может, вирус какой-то?

Чтобы не тратит время даром, Налон выстрелил. Но сейчас монстр даже не заметил этого. Он взмахнул лапой, задел парня и тот упал на пол, как подкошенный. А тварь наклонилась над ним, дыша смрадом.

– Гиперион…

Глава шестая. Отец?

Налон вздохнул. Вот сейчас эта вонючая гадина его слопает. Больно не будет, но жизнь он потеряет, да еще и начнет с той локации, куда подгрузился. И неизвестно, как теперь пробраться в комнату, где засел монстр, чтобы все это вырубить. Стоп! А с каких пор чудовища разговаривают? Он такого в игре не прописывал!

– Гиперион… Сынок. – вдруг произнес монстр.

– Офигел? Протри глаза формалином, какой я тебе сынок?

– В этом воплощении у меня нет глаз. – вдруг совершенно по-человечески хмыкнуло чудовище. – Ты же решил делать жутких монстров, которые ориентируются только по звуку и по запаху. И кажется, я тебя уронил, да? Прости, сынок, хотел обнять, но тело какое-то… Не самое ловкое.

– Эээ… – глубокомысленно заявил в ответ Налон.

Такого он не ожидал! Мало того, что чудовище шипело и посылало блики с выключенного оборудования. Так оно еще разумное. И кажется, даже не пытается его сожрать. Хотело бы – уже это сделало бы. А что оно там говорило про воплощение?

– Понимаю, ты удивлен. – монстр вдруг сел в позу лотоса. – Не ожидал, что какая-то компьютерная игрушка вдруг вступит в контакт. Но я не плод твоего воображения. Просто в такой форме мне легче всего до тебя достучаться.

– А ты кто, дядя? – парень отполз чуть подальше и сел.

Монстр не стал ему мешать, хотя и повернул голову в ту сторону, куда уполз юноша. Значит, он его и правда слышит. Или чует.

– Я твой отец! – торжественно объявило чудовище.

Вдруг заиграл Имперский марш⁹ и виртуальная тварь недоуменно завертела башкой. А Налон проклял все на свете. И свое слишком живое воображение, и увлеченность земной культурой. И чересчур чувствительные к мозговым импульсам датчики шлема. Он остановил усилием воли музыку и глянул на необычного собеседника.

– Ну я тебя вроде не победил еще, да и шлема в виде ведра на тебе нет…

– Понимаю. – оскалилось чудище и Налон понял, что это оно так улыбается. – Вспоминаю эти фильмы. Хотел бы я с тобой пересмотреть их все. Хотел бы играть с тобой в игры, отводить тебя в школу, хотел бы…

– Я вообще-то уже в институт пошел. Нет, ну серьезно, кто или что ты? Какой-то компьютерный вирус? Или эволюционировавшая тварь?

– Я уже сказал… Но в этом сконструированном мире я не могу отображаться иначе. Ты же сам решил, что тут будут только те гуманоиды, которые принадлежат к твоей семье. Ты, Мария, твой… Иосиф.

– Хочешь сказать, в другом виртуальном мире ты изменишься?

– Да. И, честно говоря, мне бы хотелось попасть в иное место. Очень не терпится увидеть тебя, сынок.

Налон сосредоточился. По-хорошему, конечно, надо было ставить это все на паузу, а завтра возвращаться с папой и проверять, что тут творится такое. Но назвавшись отцом, монстр его заинтриговал, так что парень решил посмотреть – правду ли тот говорит? Если он сейчас окажется в другом мире, а твари там не будет, то можно хотя бы спать лечь спокойно и страшилище его не дозовется. О, а вот и подходящий вариант.

Юноша переключился на тот мир, который создала Фаина. И обнаружил себя на берегу премилой речки, сидящим на скамейке. Бластер, который он сжимал в руках, вдруг затрещал и преобразовался в букет ромашек.

– Это очень мило, конечно. – сказал пони под розовой попонкой, который стоял рядом. – Но я рассчитывал немного на другое.

– Эээ… Будешь? – Налон от неожиданности предложил говорящему животному букет.

– Спасибо. – миниатюрное создание с челкой начало есть цветы. – И не смотри на меня квадратными глазами. Согласно алгоритмам этого мира, пони обязаны жрать траву. Это даже хорошо, что я не воплотился в ромашки. Но хотелось бы снова вернуть себе гуманоидный облик, если честно.

– Пару минут назад ты хотел меня увидеть. – напомнил юноша. – Теперь у тебя есть глаза, можешь посмотреть.

Пони удивил его еще раз, поскольку не стал спорить. Он уставился во все глаза на парня, смотрел долго, внимательно и одновременно с этим принюхивался. А потом отвернул морду, но Налон успел заметить слезы, которые быстро прятались в шерсти.

– Эй, ну ты чего? – удивился он. – Хочешь еще ромашек? Сейчас нарву.

– Нет, спасибо. Ты очень добрый парень, но другого я и не ждал. Просто… Наконец-то моя мечта осуществилась и я увидел тебя, сынок.

– Слушай, мне некомфортно, когда лошадь называет меня сыном.

– Пони не лошадь. – поправило его животное. – А самец лошади называется конем. Имей уважение к отцу! Или называй нормально, или дай мне наконец возможность предстать в своем истинном виде. В этом мире тоже нет человеческих воплощений, кроме тех, которые шлем уже видел – ваших.

– Надо создать новый мир?

– Угу. Если бы я мог, сам бы это сделал.

– А почему не можешь?

– На чьей голове шлем? Датчики улавливают твои мозговые импульсы, не мои. Так исторически сложилось, что у меня сейчас и голова-то отсутствует.

– Жуть! А почему? И что делать?

– Я тебе расскажу. Можно было бы, конечно, создать новый мир. Но детальная реальность потребует много времени и усилий, а стать пиксельными квадратами тоже не хочется. Однако если ты возьмешь меня за копыто, я постараюсь передать тебе свои импульсы. И ты увидишь мой мир, каким его запомнил я.

Брать животное за копыто парню не хотелось и он, от большого ума, схватился за хвостик. Внезапно пони-отец сильно его лягнул. Налон упал на землю и возмутился.

– Эй!

– Извини, инстинкты. – вздохнул тот. – Не хочешь за копыто – держись за ухо.

– Хорошо. – парень осторожно коснулся мохнатого уха. – Дальше-то что?

– Немного помолчи.

Юноша повиновался и увидел, как вокруг меняется обстановка. Вместо симпатичной зеленой полянки, которая раскинулась у речки, вдруг возник песчаный берег, омываемое волнами лазурного бескрайнего моря. Оглянувшись, Налон увидел величественные колонны, белые мраморные дома, а чуть дальше, на холме – огромный храм. Что еще за земная Древняя Греция?

– Правильно. – услышал он уже знакомый голос. – Отрадно видеть, что в школе ты изучаешь не только историю по сути чужого тебе Эдема.

Не понимая, почему так бешено колотится сердце, Налон медленно развернулся. Возле него стоял мужчина, которого он никогда не видел, но тут же узнал бы из тысячи. Его родной отец, его папа! И он думал, что они с Иосифом похожи? Вот что такое настоящая схожесть! Юноше не требовались ни анализы ДНК, ни какие-то иные подтверждения. Ведь он словно смотрел в зеркало!

Высокий блондин со светлыми локонами, а зеленые глаза смотрят с такой любовью, что у Налона даже дыхание перехватило. Длинные руки с такими же тонкими и нервными пальцами, как у него самого. Даже форма носа один в один. Вот только по росту парень пока что не догнал отца и сейчас уткнулся лбом в его плечо.

– Догонишь. – мужчина крепко обнял сына. – Ты точный мой слепок, сын. Мой Гиперион.

– Меня зовут Налон.

– А я хотел назвать тебя Гиперионом. В переводе с нашего родного языка это означает «самый высокий». Я не про рост, сынок. Самый высокий – значит самого высокого положения. Ты был бы царем, сын. Как горько, что сейчас это не так, что тебя этого лишили. Но я знаю, как вернуть тебе былое могущество.

– О чем ты?

– Что говорила тебе обо мне твоя мать?

Юноша пожал плечами и сообщил, что единственный раз, когда он попытался завести разговор о своем настоящем отце, внятного ответа не получил. Мужчина в ответ усмехнулся, покачал головой.

– В этом нет ничего удивительного.

– Но ничего плохого она о тебе не говорила! – поспешил добавить парень.

– И на том спасибо… Прогуляемся? Долгие годы жизни в абсолютной темноте заставили меня соскучиться по родным видам.

Налон, или как называл его отец, Гиперион, ничего не понял. Но предложение прогуляться принял и последовал за мужчиной. И не смог удержаться от главного вопроса, который его теперь терзал.

– Где же ты был все это время? Почему не дал о себе знать раньше? Куда ты вообще делся?

– Ведь у тебя относительно недавно появился этот шлем. Я всегда был рядом, но не мог об этом сказать. Только теперь удалось до тебя достучаться столь экстравагантным образом, но может, это и к лучшему? Ты уже взрослый мужчина и сможешь все правильно понять.

– Что понять?

– А вот послушай. Восемнадцать лет назад у меня было все, о чем только можно мечтать…

Отец сообщил, что в те времена его звали Аполлоном и правил он одной далекой планетой. Она носила имя Аид – не слишком привлекательное для земного уха. И именно она в свое время послужила прототипом для земных мифов о Древней Греции. Жили на ней не только люди, но и боги. А также их потомки: полубоги, появившиеся в результате союзов небожителей и простых смертных.

– Ты меня, конечно, извини. – рискнул перебить Аполлона Налон. – Но ведь научно доказано, что нет никаких богов и полубогов. Есть люди, чьи возможности, физические и психологические, простираются за пределы нормы.

– Конечно-конечно. Ты умный мальчик и у тебя, на радость мне, хорошее образование, светлая голова. – закивал мужчина. – Но я объясняю с точки зрения легенд, которые мой народ чтил веками. Думаю, ты поймешь, что я имею в виду.

Полубоги – люди, один из родителей которых обладал особыми возможностями, правили на Аиде. Они старались дать своему народу все необходимое, строго следили за порядком и поддерживали мир на своей планете. Восемнадцать лет назад царская ноша лежала на плечах Аполлона, но он не жаловался: ведь ему на роду предначертано править.

Народ, по словам мужчины, его любил за справедливость и внимание к нуждам даже последнего нищего. А в его дворце тоже царили любовь и взаимопонимание. Аполлон воспитывал двух сыновей, Гелиоса и Геракла. Юноши были его отрадой, светом в окошке, особенно после того как любимая жена Медея, в результате долгой болезни, отошла в мир иной. Потрясенный ее кончиной, Аполлон и мысли не допускал о том, что в его шикарном дворце вдруг появится новая хозяйка. Он понимал: никто не заменит мальчикам мать, а сам мужчина никому более не сможет открыть свое сердце так, как открыл его когда-то Медее.

Но человек, даже великий правитель, не способен распоряжаться собственной судьбой. И уж тем более ему неведомо, какие испытания приготовила эта самая судьба. Едва ли не давший обет безбрачия Аполлон вскоре встретил ту, что одним только взглядом сумела залечить его душевные раны и покорить истерзанное сердце.

– Твоя будущая мать. – даже теперь лицо отца посветлело, едва он заговорил о ней. – Мария. Эта девушка стала для меня дороже жизни. Вот только никогда мне в голову не приходило, что за счастье с ней я действительно расплачусь жизнью… Но это ничего. Страшнее то, что я расплатился возможностью быть с тобой, сын.

Глава седьмая. Мария

– Человек грешен. – признался Аполлон. – У нас с твоей матерью большая разница в возрасте. Но когда я увидел ее, то не думал об этом. Я вообще потерял возможность рассуждать здраво и руководствовался сердцем, а не головой.

Мужчина поведал, что Мария была дочкой его доброй служанки. Женщина привела ее во дворец еще при жизни Медеи и попросила монархов позаботиться о ее ребенке. Несчастную прислужницу съедала та же болезнь, что впоследствии поставила точку на жизни царицы. А отец со старшими сыновьями подался в далекий край на заработки.

Аполлон и Медея согласились приютить девочку. Той тоже суждено было служить царской чете и их детям, однако никто не видел в этом ничего зазорного. Быть хорошим слугой также почетно, как и хорошим правителем. Во дворец Мария попала совсем еще ребенком, крошкой четырех лет. Царь и не помнил, как она тогда выглядела. Разумеется, никто не стал тут же нагружать ребенка работой.

Сначала малышка была при матери, до последнего дня несчастной служанки. Потом жила в покоях Медеи, которая заботилась о ней так же, как и когда-то родительница. Девочка ухаживала за царицей, когда ту поразил недуг, но Аполлон, убитый горем, тогда малышку не замечал – как и никого вокруг.

Но шли дни, которые складывались в годы. Мария, после смерти царицы, попросилась ухаживать за садом и никто не стал ей перечить. В царских покоях долго не видели девушку, а Аполлон уже и забыл о ее существовании. Как порядочный вдовец, о молоденьких девицах он и мысли не допускал.

Все свое внимание сосредоточил мужчина на сыновьях, на своей главной радости. Он старался вырастить их правителями, достойными своего народа. Чтобы потом, когда наконец настанет время Аполлона присоединиться к Медее, он смог сделать это со спокойным сердцем. Мальчики росли, отец любовался ими и гордился.

Но постепенно повзрослевшие парни стали более самостоятельными и проводили время не в компании отца, а за более интересными занятиями. Мужчина не роптал и понимал: это естественный процесс. Не должны юноши все время держаться за отцовскую руку, как в детстве, когда делали первые шаги. Теперь время идти им своей дорогой. Понимать-то понимал, но затосковал еще сильнее.

И в тоске своей все чаще предпринимал пешие прогулки по огромной территории дворца и прилегающего к нему сада. Загрузить ноги ходьбой, глаза созерцанием – вот простой рецепт скоротать время и хотя бы на время забыть о тоске, разъедающей его изнутри. Каждый день Аполлон бродил вдоль высоких белых стен, гулял по тенистым аллеям, отдыхал в беседке.

И однажды забрел дальше обычного, задумавшись. Обнаружив это, мужчина решил возвращаться, как вдруг его тонкий слух уловил нежное пение. Прислушавшись, он, заинтригованный, отправился на звук. Эту песню когда-то Медея пела их мальчикам на ночь. А что же за соловей в человеческом обличии исполняет ее сейчас?

Пройдя совсем немного, Аполлон увидел картинку, настолько пасторальную, что в другой ситуации ему бы рот свело оскоминой. Но только не в тот момент: слишком уж он очаровался с первого же взгляда.

В тихом уголке с астрами пела девушка необыкновенной красоты. Нежно касаясь цветов, она трогательно ухаживала за ними, а голос ее словно гладил лепестки – нежнее и ласковее, чем руки, порхающие над ними. Дотронулся чистый голос и до сердца царя, который замер, словно завороженный.

Когда девушка заметила монарха, то почтительно поклонилась ему. А он, все еще находясь под впечатлением, стал расспрашивать чудесное создание – кто она? Как оказалась в этом саду? Что здесь делает? Мария представилась, напомнила ему историю своего появления во дворце и пояснила, что после смерти матери и трагического ухода царицы, которая в некоторой степени заменила сироте родительницу, девушка стала ухаживать за садом.

Правитель не мог поверить своим глазам: как из маленького и вполне заурядного бутона вырос такой чудесный цветок? Он по-прежнему не помнил Марию крохой, как будто впервые увидев ее только сейчас. И показалось ему, что и весь мир царь видит как-то иначе, словно тоже впервые.

Смутившись, он попрощался с девушкой и поспешил во дворец. А там никак не мог найти себе места и на следующее утро снова отправился в сад. Марию он застал на том же месте, но подойти не решился и долго любовался ею издали.

– Так в моем сердце зародилась любовь к твоей матери, сынок. – признался теперь Аполлон. – Но не зря ведь астры означают обман.

– Хочешь сказать, мама тебя в чем-то обманула? – возмутился Налон.

– Никогда не скажу подобного и никому не позволю! – тоже возмутился отец. – Что бы ни произошло между нами, я поклялся защищать и любить ее перед алтарем. И сдержу эту клятву, пусть она и стоила мне жизни.

Парень удивился. Обманутые мужья, да еще лишившиеся жизни по вине жен, на что намекает Аполлон, обычно ведут себя иначе. Хотя, может, он что-то не так понял?

А бывший царь далекого Аида продолжил. Любовь расцвела в его сердце и Аполлон, будучи уже зрелым мужчиной, сразу понял, что за чувство он испытывает. Ему стало стыдно перед покойной супругой, перед сыновьями, перед девушкой, к которой он не должен был питать такие чувства… Но Аполлон ничего не мог с собой поделать.

Первыми поняли, что что-то изменилось, сыновья. Все же они хорошо знали своего отца и были внимательны к нему. Мужчина не стал таиться и честно рассказал о том, что его терзает. Он ждал от юношей осуждения, непонимания, может быть, даже злости… Но встретил искреннюю радость. Парни благословили отца и пожелали ему счастья с девушкой, которая вернула Аполлону вкус к жизни.

Но он, в ответ на эти пожелания, лишь горько усмехнулся. Будто посмеет царь открыться той, что годится ему в дочки! Тогда Гелиос и Геракл, не поставив отца в известность, сами поговорили с девушкой. А уже после этого рассказали отцу, как зарделись ее щеки, как опустила она взгляд, но как засветилась при этом! Аполлон же обнаружил: это известие принесло ему столько счастья, что злиться на чрезмерно самостоятельных отпрысков почему-то не получается.

Быстро сыграли свадьбу, на которой сыновья сделали новобрачным еще один, поистине царский, подарок. А именно: они заявили, что не станут претендовать на престол – пусть он достанется ребенку Марии. Геракл и Гелиос же станут верными друзьями и надежными товарищами будущему наследнику. Казалось, жизнь не может быть лучше!

Однако царь ошибался. Через некоторое время молодая супруга сообщила новость, услышав которую монарх решил, что пора бы уже сойти с ума от счастья. Она носит под сердцем царское дитя и скоро на свет появится ребенок. Аполлон уже и имя для него выбрал: Гиперион…

– И что же случилось? – полюбопытствовал Налон.

Лицо Аполлона, только что сиявшее от радостных воспоминаний, мигом помрачнело. Он помолчал некоторое время, а потом с тяжким вздохом продолжил. Купаясь на вершине блаженства, мужчина совсем позабыл, что жизнь изменчива, как и некоторые представители этой самой жизни.

Среди его подданных, был молодой парень по имени Фобос, конюх. Аполлон знал его по имени, так как до болезни Медеи просто обожал верховые прогулки в компании первой супруги. Фобос хорошо заботился о лошадях, был прилежным, старательным слугой. А царь всегда ценил и как следует вознаграждал хороших слуг.

После смерти Медеи он утратил интерес к верховой езде, но по-прежнему содержал лошадей и следил, чтобы о них достойным образом заботились. Фобос выполнял его указы и обожал животных, делал даже больше, чем просили. Еще он подружился с Гелиосом и Гераклом, ведь парни, в отличие от отца, часто оказывались в седле. А тот нисколько не возражал, чтобы принцы общались с простым конюхом. Снобизмом Аполлон никогда не страдал. А уж после того как женился на садовнице – тем более.

Мария поначалу лошадей боялась и царь не осуждал ее за такой страх. Она юная, тонкая девушка, хрупкая словно цветок. А даже самая изящная лошадь все равно окажется огромной махиной рядом с красавицей. Но сыновья монарха, которые относились к мачехе, словно к родной сестре, периодически предлагали ей прогуляться с ними на конюшню, убедиться в том, что потрясающие животные не так страшны, как кажется. И демонстрировали свои успехи в верховой езде – оба прекрасно овладели искусством джигитовки.

Постепенно Мария привыкла к лошадям, стала приходить на конюшню уже без сопровождения принцев. Аполлон несколько раз составлял ей компанию. Он мечтал возобновить прогулки и воображение уже рисовало ему, как они будут с супругой, рука об руку, мчаться по полям, лесам, наслаждаясь скоростью, выносливостью их коней, обществом друг друга.

Но когда он узнал, что в очередной раз станет отцом, мысли о прогулках пришлось отложить. Это ничего: жизнь только начинается и у них все впереди. Успеют и вдвоем покататься, и потом вместе с юным наследником. Аполлону не терпелось скорее взять его на руки, повести по этой жизни и научить всему, что умеет он сам. В том числе и помочь своему ребенку стать прекрасным наездником. А еще – лучшим царем для своих подданных, любимым сыном и счастливым человеком.

– Я мечтал передать тебе все, чем владею, Гиперион. Окружить своей любовью и заботой. Каждый день я открывал глаза с мыслью: скоро у меня будет сын! Каждый день я обнимал Марию и благодарил ее за то, что она дает мне столько счастья. Я обещал сделать ее счастливой и видит небо: прилагал к этому все усилия!

– Но не зря же ты упомянул Фобоса. Я знаю – так звали па… Так звали Иосифа раньше, но после какого-то происшествия он захотел сменить имя на более радостное.

– Происшествие… – горькая усмешка исказила черты лица его отца. – Происшествие… Это происшествие сверкнуло молнией холодной стали, разделив их жизни на до и после. И прервав мою. Что я помню? Помню, как воспарил мой дух, прочь от покоренной плоти. Помню прекрасные лики моих мальчиков, навсегда обезображенные смертью. Помню свои скитания во тьме, помню, как было больно мне, уже не имеющему тела. Это происшествие рассекло не только мое тело, но и душу. Оно лишило жизни меня, моих сыновей. Но самое главное: оно лишило меня тебя.

– Как?!

Аполлон печально посмотрел на сына, покачал головой. А потом, будто бы решившись, снова заговорил.

– Это была темная, ненастная ночь. Дождь стучал по крыше, а я метался по кровати. Мария, которая уже совсем скоро должна была осчастливить меня наследником, теперь спала в других покоях. А ко мне сон не шел, ведь рядом не было ее. Вдруг я открываю глаза и вижу над собой любимую… Но радость была недолгой, сын. За ее спиной стоял Фобос. А в руках он держал мой меч, символ моей царской власти.

Глава восьмая. Побег

Настоящее время. Лебединая планета

Я осторожно пробирался в потемках, не совсем понимая, как оказался в старом разрушенном здании. Темно – хоть глаз выколи и ни единого источника света. Мелькнула мысль включить фонарь на арновуде, но почему-то я ее тут же отогнал. И даже не вызывало удивления то, что я нахожусь в незнакомом здании. В голове билась только одна мысль: как бы поскорее отсюда выбраться.

Вдруг я почувствовал на своей груди чьи-то руки. Ласковые, женские ладошки осторожно коснулись моей кожи. Силия? Я было улыбнулся, но тут же нахмурился – что она тут делает? И вдруг явственно услышал голос, который определенно не принадлежит моей супруге.

– Да проснись ты уже! – воскликнула Регина и я ощутил, как меня трясут.

– Регин, ты обалдела? – возмутился я, открывая глаза. – Может, ты хотя бы пока я сплю, меня домогаться не будешь?

Тут я ощутил удар такой силы, что кубарем слетел с дивана. Разгневанная хозяйка планеты нависла надо мной и уже замахнулась для того, чтобы следующим ударом вогнать меня в пол. Но я, сам не понимая, как, забился под диван. Уж больно нехорошо у нее глаза сверкнули, тут и в щель между половыми досками от такого нечаянно залезешь.

– Эээ… Оникс? – женщина легла на пол и заглянула под диван. – Это ты как?

– Сам не знаю. – честно признался я. – У тебя вид такой грозный сделался, я испугался!

– А ты всякую хрень неси поменьше! – посоветовала она и рассмеялась. – Да уж! Ситуация из серии нарочно не придумаешь. Вылезай давай, я передумала тебя убивать.

Я попытался вылезти так же, как и залез, но обнаружил, что застрял. Ну не беда! Приподняв диван, я кое-как выбрался из-под мебели и с опаской уставился на подругу. Мало ли что ей в голову взбредет. Но она уже уселась в кресло и с любопытством наблюдала за мной.

– Что случилось-то? – поинтересовался я, садясь на свое недавнее убежище. – И… Блин, ты зачем меня ударила?!

– Судьба у тебя такая – вечно по лицу прилетает, зайка. То от других, когда думают, что ты со мной спишь. А теперь и от меня – за то, что ты думаешь, будто я так уж об этом мечтаю!

– Можно подумать, нет!

– Вне зависимости от моих желаний, приставать к спящему и пользоваться его уязвимостью я не стану! – отрезала Регина.

– Так я не понял, да или нет?

– Это сейчас так важно? Я хотела тебя разбудить, вообще-то. А ты начал вопить про домогательства. Это уже наглость, милый.

– А чего ты меня наглаживала?

– В каком, интересно, месте? Любопытные сны тебе снятся! Я тебя позвала пару раз, потом трясти начала. И все. А ты…

– Точно? – решил я проявить бдительность.

– Лиам! – женщина повернулась к книжному шкафу. – Ты хоть скажи этому дураку!

– А? – поднял парень голову от книги.

Глянув на властянина, я понял, что Регина говорит правду. Хотя надо было и раньше это осознать: она никогда не врет. И уж точно не стала бы меня лапать на глазах у посторонних. Она и наедине-то через раз свято чтит личные границы. Тут мне стало стыдно и я извинился перед подругой.

– Не приму извинений, пока не расскажешь, что же тебе такое снилось. – пригрозила Регина. – Но об этом потом. У тебя арновуд разрывается. Как ты умудрился его не услышать-то?

Я потянулся за аппаратом. Как как? Да вот так! Мы с Силией и детьми вчера в заповедник ходили и, кажется, зря это сделали. Феникс-то ничего, с удовольствием провел время, разглядывая и гладя животных. А вот для малышки Лидии оказалось слишком много впечатлений. Половину ночи фестивалила, сама не спала и нам не давала.

Дочка угомонилась только под утро, а я встал уже через пару часов, отвел сына в школу, занялся коровой, потом домашними делами. И к Регинке переместился как раз для того, чтобы немного отдохнуть. Как ни странно, но дом хозяйки лебединой планеты, где проживает сама темпераментная дамочка и ее шустрый годовасик, оказывается порой самым спокойным местом. Вот я и уснул, как убитый, и видел во сне всякую чушь. Зато хоть отдохнул, да и пробуждение оказалось, мягко говоря, бодрящим. Это хорошо, нам скоро отправляться обратно на Эдем в гости к На…

Додумать мысль до конца я не смог. Увидел на экранчике двадцать один пропущенный вызов от Фаины. Когда я сообщил об этом Регине и Лиаму, оба удивились.

– Звони скорее. – сказала женщина. – Сомневаюсь, что она по поводу своей сумочки так распереживалась. Кстати, держи.

Подруга вручила мне торбочку девочки.

– Ага.

Я набрал номер Фаины, но теперь она не отвечала. Растерянно посмотрел на Лиама.

– Думаю, надо идти к ним домой. Где Астория?

– Она на Глизе. Помогает всем близнецам со свадьбой. – пояснил парень. – Давай вдвоем сходим. Вдруг там что-то срочное?

– Идите. – кивнула Регина. – Я ее к вам отправлю, как явится.

Я активировал свою телепортационную пластинку и через секунду мы с Лиамом уже стояли на пороге дома, в котором живет семья Иосифа. Я собирался было позвонить в колокольчик, висящий рядом с дверью. Но услышав встревоженные голоса взрослых и всхлипывания Фаины, наплевал на вежливость и залетел в прихожую. Властянин последовал за мной.

Насторожившие нас звуки доносились из гостиной, куда мы и побежали. Обстановка там царила совершенно непохожая на обыкновенное времяпрепровождение счастливого семейства. Растерянный Иосиф мерил шагами комнату, а на его щеке цвел не до конца залеченный синяк – кажется, вчерашний. Глаза у мужчины были такие, что без слов стало понятно: случилось что-то из ряда вон выходящее.

Мария сидела на диване, уткнувшись в арновуд, нажимала на кнопки. Ее глаза оказались такими же – смесь растерянности со страхом, а общее выражение лица ясно давало понять: женщина не понимает, что же ей предпринять теперь. Фаина всхлипывала, шмыгая покрасневшим носом. А Налон… Его нигде не было.

– Что? – поинтересовался я, опуская приветствия.

– Оникс! – девочка бросилась ко мне, игнорируя свою сумочку, которую я положил на диван. – Он пропал!

– Налон сбежал. – растерянно дополнил Иосиф.

– Так, понятно. Когда? Что предшествовало его побегу? Откуда у тебя этот синяк?

Никто не удивился моим вопросам, а мужчина стал послушно отвечать на них. Вчера после ужина у них с сыном произошла ссора. В последнее время это часто случалось. Парень вспыхивал на ровном месте и обвинял родителей в том, что из-за них его жизнь пошла совсем не так, как должна была, что они его обманывают, даже в том, что Фаину они любят больше, чем его.

– Но ведь это не так! – сокрушался сейчас Иосиф. – Да, в некоторых моментах я с ним строже, однако вовсе не потому, что якобы люблю парня меньше. Но в последнее время он так себя ведет…

– Я думала, надо перетерпеть, проявить понимание. – подняла на нас красные глаза Мария. – Переходный возраст. Но вчера его, уже ставшие привычными скандалы, переросли в какое-то стихийное бедствие!

Еще днем, придя из института, парень заперся в своей комнате. Потом вышел к ужину, но молчал, не реагировал на попытки родителей и сестры с ним заговорить. А когда все наелись, Мария попросила Налона помочь ей убрать со стола. Раньше сын беспрекословно выполнял эту просьбу, да ему даже напоминать об этом не приходилось. Но вчера раскричался на ровном месте и заявил, что если бы не родители – ему вообще не пришлось бы возиться с грязными тарелками никогда в жизни. Женщина попросила его успокоиться, а мальчик, обычно ласковый и тихий, вдруг назвал ее лгуньей.

Иосиф, конечно же, этого не стерпел и потребовал, чтобы Налон немедленно извинился перед матерью. Но тот напал на отца, ударил его в лицо и скрылся в своей комнате. Родители и Фаина даже не сразу поняли, что произошло. Но потом захлопотали, занялись уже проявившимся синяком. Парня решили не трогать – пусть посидит, осознает, что натворил, успокоится.

– Не бить же его, в самом деле. – посмотрел на меня Иосиф. – Мы его так не воспитывали.

– А сегодня утром… – кажется, Мария не слышала, что говорит супруг. – Я зашла в его комнату. А постель даже не расстелена, вещей некоторых нет, окно открыто. Он сбежал!

– Вот это все уже совсем не переходный возраст. – покачал я головой. – Начнем поиски с того места, где его видели в последний раз.

Все мы отправились в комнату парня. Я внимательно оглядел пространство. Очень аккуратно, у меня в подростковые годы на личной территории было гораздо больше бардака. Да и сейчас иногда, чего греха таить… Но у Налона царит просто образцовый порядок, кровать аккуратно застелена, вещи в шкафу рассортированы по цветам и длине. Даже карандаши на столе стоят по цветам в разных стаканчиках!

– Оникс. – Лиам догадался заглянуть под кровать и достал оттуда шлем виртуальной реальности.

А мы все ахнули. Стекло разбито, на металлической части множество вмятин, тканевая обивка вырвана с мясом и компьютерная «начинка» игрушки тоже вся уничтожена.

– Карта памяти… – Иосиф поднял за проводок какую-то маленькую штучку. – Ее уже, наверное, не восстановить.

– Не трогай. – остановил я его. – Саша может попробует что-то с ней сделать. А с твоего шлема нельзя посмотреть, что у него там в игре происходило?

– Нет. Он от меня отключился еще несколько месяцев назад, сам по себе играл. Как раз перед началом всех этих скандалов.

– Что из вещей пропало? – Лиам достал блокнот.

– Все теплое. – послушно откликнулась Мария. – Свитера, горнолыжные штаны, термобелье. Тут-то, понятное дело, он их не носит, но если отправляемся на холодные планеты… А еще пуховик, шапка, зимние ботинки. Вообще ни одной теплой вещи не осталось.

– Мари, составь пожалуйста список, цвет, наименование, количество. – попросил я. – Да, кстати, это мой друг, Лиам. Фаина!

– А?

– Показывай тайники.

– Откуда…

– Оттуда. Я тоже был подростком.

Девочка колебалась лишь мгновение. Она умная, поняла, что чем больше у нас будет информации, тем быстрее брат найдется. Конечно, обманывать доверие Налона, раскрывшего любимой сестренке все свои секреты, Фаина не хотела. Но сейчас иначе поступить было нельзя. Поэтому она подошла к кровати и попросила перевернуть матрас.

Когда мы с Лиамом это сделали, то обнаружили пришитый к обратной стороне тканевый карман. А в нем папку с рисунками. Налон очень любит рисовать и я надеюсь, что он выплескивал на бумагу свои переживания. Так что мы решили изучить его художества в спокойной обстановке.

А Фаина уже вытащила из стола ящик, сбегала на кухню, принесла ножик и поддела дно. Ящик оказался гораздо глубже, чем мы думали и в открывшемся пространстве обнаружился толстый журнал с непонятными символами. Наверняка какой-то шифр.

– Ключ к шифру знаешь? – спросил я девочку.

– Не… Я даже не знала, что он что-то шифрует.

– Ничего страшного. На отрядном звездолете есть дешифратор.

– Где? – не поняли несчастные родители.

– На звездолете нашего отряда. Отряда, который сейчас же отправляется искать вашего мальчика.

Глава девятая. Новые члены отряда

И разумеется, сразу никто никуда не полетел. Сначала пришлось объяснять Иосифу и Марии, что именно мы делаем, почему мы отряд и все подробности. А заодно еще и про то, что Фаина уже вчера к нам обращалась за помощью. Потом, с уже присоединившейся к нам Асторией, мы отправились к бабуле во вневременность.

– Почему они сразу ко мне не обратились? – удивилась Саша, суетившаяся в лаборатории в компании Регины.

– Ты что тут делаешь? – удивился я, глядя на подругу. – Где сын?

– Дома, с Алексом. – ответила женщина. – Я помогаю. У кого-то пропал сын, я же не могу в стороне сидеть!

Я подумал, что от хозяйки лебединой планеты толку мало – чем она может помочь-то? Но та отправилась к обозревателю галактик и оттуда связалась с Глизе, а также с межгалактическим советом, заполнила заявки на поиски мальчишки. Глядя, как она ловко разбирается со всеми бумажками и формами, я понял: да, в вопросах бюрократии от Регины пользы больше, чем от всех нас.

– Я его не чувствую. – вдруг произнесла Александра, до того сидевшая с закрытыми глазами. – Ни на Эдеме, ни где-то еще.

– Прячется. – уверенно заявил я и аккуратно положил на стол шлем. – Саш, ты сможешь восстановить штуку?

– Твою мать! – восхитилась бабушка. – Это молотком что ли? Активно махал.

– Чем ему техника-то не угодила? – запоздало удивился Лиам, рассматривая второй шлем. – А вот через этот надо постараться увидеть, что творилось на поврежденном устройстве.

– Майкла позовите. – распорядилась Хронос. – Я могу починить эту фигню, но в консервах сын лучше разбирается.

– В серверах, мама. – поправил сын, появляясь из ниоткуда и надевая шлем.

Я огляделся. Все при деле. Саша работает со шлемом, Регина заполняет бумаги. Майкл водит руками по пространству. А Астория рассказывает Лиаму, что близнецы и рады бы к нам присоединиться, но у них действительно настоящий завал. Ну и ладно. Честно говоря, мне сейчас бы кое-кто другой пригодился…

Я вышел к обозревателю, где по-прежнему корпела над документами Регина.

– Только не отвлекай! – предупредила она, не поднимая головы от работы. – Собьюсь обязательно.

– Да мне обратно на Эдем надо. А ты справишься. – чмокнул я ее в темечко.

– Оникс! Зараза! – вслед мне полетела ее сумочка и тюкнула по затылку, прежде чем я нырнул в обозреватель. Блин, в следующий раз надо быть проворнее.

Я направил стопы в родительский дом, по пути односложно отвечая эдемчанам, которые подходили ко мне. Они уже знали, что Налон пропал и прочесывали планету. А еще знали, что если сегодня мальчишку не найдут, завтра мы отправимся на его поиски своим отрядом. Я же думаю, что так и будет. Ведь если его Саша не почувствовала, либо у парня очень мощная защита… Что почти невозможно. Либо он очень далеко и, чтобы его найти, нам нужен особый член отряда. Остается только его уговорить.

– Здравствуйте маменька. – заявил я родительнице, когда та открыла мне дверь. – Дома ли Гертруда?

– Ты что, паразит, задумал? – мрачно осведомилась маменька, сжимая в руках мысленную скалку. – Зачем тебе сестра?

– Затем, что Налон пропал! – огорошил я ее, обезопасив таким образом себя.

Мама охнула и засыпала меня вопросами. Ну она как всегда! Все уже знают, а до нее новости доходят уже тогда, когда утратили актуальность. Посоветовав женщине, которая произвела меня на свет, включить новостной канал арновуда, я ринулся в комнату Гертруды. Та ожидаемо обнаружилась на кровати, с одной из книг Асалы в руках.

– Привет, сестренка. – плюхнулся я рядом с ней. – Настало время присоединиться к нашему отряду.

– Братец, отвали, а? – отозвалась непочтительная сестра, перелистывая страницы.

– Труди! Налон пропал! – выпалила мама, врываясь в комнату.

– Что?! – вот теперь Гертруда отложила книгу.

Интересно, а в этой семье новости не читают принципиально?

– Вот тут говорят, что сейчас обыскивают весь Эдем. – сообщила родительница, потрясая арновудом.

– Не найдут. – покачал я головой.

– Почему?! – обе возмущенно на меня уставились.

– Потому что он с собой теплую одежду взял. Если он не отправился на горнолыжный курорт в нижнем сегменте планеты, то парень явно уже где-то в космосе. И ты, Труди, можешь нам помочь его отыскать.

– Вот паразит, а?! Наверняка смотался куда-то развлекаться, а родители теперь себе места не находят! – с чувством произнесла мама и отвесила мне подзатыльник за всех родителей сразу.

– Какая ты, мам, тонкая и впечатлительная натура. – отсел я от нее подальше и глянул на сестру. – Помоги пожалуйста. На тебя вся надежда, навигатор!

– Но я не знаю… – растерялась Труди. – Я же места нахожу, а не людей.

– Попробовать-то можно! – и видя, что она колеблется, добавил. – Место первого пилота на отрядном звездолете твое!

– Мам? – Гертруда глянула на маму.

– Если ты можешь помочь… Бедные Мария и Иосиф! Оникс, за сестру головой отвечаешь!

– А как иначе? Потопали во вневременность, план составлять.

Народу в обители Хроносов за время моего отсутствия прибавилось. Я обнаружил в гостиной на диване сердитую Фаину. Рядом с ней сидела Регина и успокаивала девочку. А в кабинете спорили Саша и Иосиф.

– Что? – поинтересовался я.

– Юная леди хочет лететь с вами. – проинформировала меня подруга. – Ей отказали.

– Фаина, помнишь Гертруду? Она тоже летит с нами. А я пойду тебя отпрашивать, это неплохая идея.

– Правда? – просияла девочка.

Я кивнул и вышел из комнаты. Но не успел сделать и пары шагов по направлению к кабинету, как мне на плечо легла ручка с фиолетовыми ногтями.

– Ты уверен, что это хорошая идея?

– Это замечательная идея, Регин. Она поможет найти Налона. Я и Труди с Фаиной оставил для этого, им предстоит поработать в команде.

– Не знаю, маленькая девочка…

– За ней есть кому присмотреть. Тем более, если станет жарко, Саша всегда сможет ее забрать.

– У тебя уже план есть?

– Некоторое подобие. Интуиция.

– Пойдем. – улыбнулась подруга. – Постараюсь тебе помочь.

Я улыбнулся в ответ. Спасибо мирозданию за встречу с этой женщиной! Даже понимая, что как такового четкого плана у меня нет, подруга уже верит в меня. А это главное. Она в свое время уже поняла, как это важно, чтобы в тебя поверили. И сейчас оказывает мне очень большую поддержку. Хотя, честно сказать, я немного растерян: подростков, пребывающих в странных настроениях, мне искать еще не приходилось. Но интуиция и правда подсказывает, что делать. А вера Регины в меня придает сил.

– Это еще что за делегация? – удивилась Александра, когда мы паровозиком вошли в кабинет.

– О чем спор?

– Иосиф хочет лететь с вами.

– Там мой сын. – пояснил мужчина.

– Дорогой, мы даже не знаем, где оно – это «там». – попыталась вразумить его всемогущая.

– Да хоть где! Я должен ему помочь. Звездолет пропал, значит, он даже не на Эдеме. Предлагаешь сидеть и ждать?

– Да. Я понимаю твои родительские чувства. Но у ребят правда больше опыта, чем у тебя, Иосиф! Зачем ты…

– Пусть летит. – перебил я бабулю. – Но и Фаина тоже.

– А она-то зачем? – хором воскликнули Саша и Иосиф.

– Затем, что у нас никаких зацепок. А у нее с братом удивительная связь, по которой Гертруда, как по ниточке, приведет нас к Налону.

Александра помолчала секунду.

– Я против несовершеннолетних в приключениях, которые могут оказаться опасны. Но ты прав. К тому же, если станет жарко, я всегда смогу вас всех забрать… Регина, ты чего фыркаешь?

– Нет, ничего. – отмахнулась подруга и удивленно посмотрела меня. А я пожал плечами – эта бабуля мне уже почти тридцать лет знакома, что тут удивительного?

– Один вопрос! – нахмурилась Александра. – Как быть с Марией? Сын пропал, муж с дочкой улетят. Она одна с ума сойдет!

– Давайте я ее к себе заберу. – предложила Регина. – Пусть в комнате малого пока живет, он ею все равно не пользуется.

– А ведь это хорошее предложение. – оценила Хронос. – На Эдеме участливые и сочувствующие сограждане ей покоя не дадут. А лебийцы не побеспокоят. К тому же там ее никто не знает. И вам есть о чем потрещать, судьбы у обеих…

– И мое маленькое солнышко ей голову забьет, для переживаний места не останется. – улыбнулась фиолетовая лиса.

Я на радостях обнял Регину. Как все удачно складывается!

– Так, хватит развратничать прямо на глазах у бабки! – шутливо стала прогонять нас Саша. – Если с составом поисковой экспедиции вы определились, пошли снаряжать новых членов отряда. А утром в путь. Оникс, ты домой иди, жену хотя бы предупреди.

Я отдал честь и тут же оказался у себя на кухне.

– Папа пришел! – завопил Феникс, бросаясь мне на шею.

Прибежала Лидия, за ней спешила Силия. Я, не отпуская сына, обнял и своих девочек. А супруга дала им по яблоку и отправила в сад.

– Налон пропал. – сообщила она мне.

Вот в моей собственной семье о новостях узнают сразу же.

– Да. – кивнул я. – Силия, мы завтра вылетаем его искать. Извини, что как снег на голову…

– Ребенок пропал. Надо найти и вернуть на место. Бедная Мария, я бы с ума сошла, если бы Феникс сбежал! Кто с тобой летит?

– Лиам, Астория. – начал перечислять я. – У близнецов завал с планетой и свадьбой, так что самоотвод. Впрочем, они еще не знают подробностей, я поговорю с ними. Еще Гертруда, Фаина…

– Зачем ты ребенка тащишь? – удивилась Силия.

– Она у нас единственная зацепка. Только Фаина может почувствовать брата, привести нас к нему. Иосиф тоже летит, так что все в порядке.

– А Мария?

– Побудет на лебединой планете. Здесь достанут сочувствием и расспросами, там ее никто не знает. Поживет у Регины.

– То есть, Регина с тобой не летит? – словно невзначай поинтересовалась Силия.

– Нет. – я удивился. – А зачем? Она лидер планеты, а не член отряда. А нами командовать не надо, мы сами с усами.

– Ну мало ли. Развеяться решит, она же собиралась присоединиться к вашему отряду.

– Она шутила так. Да и где там развеиваться, у нас спасательная экспедиция, а не прогулка с увеселениями… Силия, а хочешь с нами?

Предложил я внезапно даже для самого себя, чисто интуитивно. Очень уж меня озадачило то, что любимая жена вдруг стала задавать такие вопросы – это на нее непохоже. Да, понятно, что наши с Региной отношения могут показаться кому-то со стороны совсем не тем, что есть на самом деле. И по лицу я от тех, кому так показалось, уже неоднократно получал. Взять хотя бы Фаину.

Но тут ключевое – со стороны. Силия прекрасно знает, что я люблю ее и ни на одну другую женщину не посмотрю такими же глазами. Да, Регина очень красивая, яркая, эффектная, сексуальная, умная. И мы действительно сильно друг другу симпатизируем, но оба мы – честные люди. Если бы я не был женат, возможно, наши отношения развивались бы иначе. Хотя не уверен, что хозяйка лебединой планеты на самом деле была бы в восторге от такого партнера как я. Но у меня жена, дети, семья и ничего менять я не собираюсь.

– Нет, ты прав. – улыбнулась Силия в ответ на мой вопрос. – Это серьезное дело. Поскорее верни мальчика домой и сам возвращайся быстрее. Мы всегда тебя очень сильно ждем и скучаем.

Я улыбнулся в ответ, крепко обнял жену, пообещал оперативно справиться с нашим новым делом и отправился к детям.

Глава десятая. Доказательства

Около полугода назад

Когда Аполлон обвинил Иосифа в том, что мужчина лишил его жизни, Налон тут же вышел из игры. Рывком сняв с головы шлем, он долго сидел, уставившись в одну точку. Разумеется, первым делом он не поверил новоявленному отцу – да что за бред вообще? Иосиф все эти годы был рядом с ним, Налон знает его лучше, чем самого себя! И знает, что папа никогда не поднимет руку на другого человека.

К тому же Аполлон сказал, что и мама была рядом. И хотя мужчина не обвинял ее и уже ранее упоминал, что любимую супругу не позволит дать в обиду, его ремарка косвенно намекала на то, что мать тоже участвовала в убийстве. Это тоже невозможно! Мама такая любящая, такая ласковая, такая… Даже беззащитная! Нет, Налон решительно не верил в то, что сказал ему отец.

Да и отец ли он? Конечно, внешне они похожи, как две капли. Но и на Иосифа он похож, да к тому же парень знает, что у каждого существуют двойники – про это говорила подруга семьи, тетя Саша. Так что не исключено, что Аполлон ему вовсе не отец, а просто какой-то мошенник, который решил воспользоваться их сходством в своих целях.

Подумав об этом, парень отодвинул шлем подальше от себя и лег спать. Негодяй-отец его больше не беспокоил, но спалось юноше все равно плохо – все, что он услышал сегодня, не лезло ни в какие рамки и отгоняло Морфея. Уже на рассвете Налон ненадолго забылся тревожным сном и, когда мать, удивленная тем, что обычно бодрый мальчик до сих пор в кровати, стала его будить, даже не понял, где находится.

Зато Иосиф удивленно посматривал на сына, когда тот, зевая, пытался позавтракать.

– Ты так и не смог выключить обновление? – поинтересовался он. – Или решил поиграть?

– Почему сразу поиграть? – удивился парень. – Нет, я выключил звук и лег спать.

– Извини, сынок. Просто вид у тебя неважный, невыспавшийся. Пожалуй, я отнесу твой шлем сегодня в мастерскую.

– Не надо.

– Точно?

– Да. С ним все в порядке.

Отец пожал плечами и согласился не трогать игрушку. А Налон вдруг удивился: почему это у Иосифа возник такой интерес к его шлему? А что если на секундочку предположить, что все рассказанное Аполлоном – правда хотя бы наполовину? Может, Иосиф знает, что бывший царь умеет проявляться в виртуальной реальности и теперь заподозрил, что именно это и произошло? Хотя нет, вряд ли бы тогда юноше подарили шлем.

Следующие несколько дней Налон был сам не свой. Наверное, надо было забыть эту историю и спокойно жить дальше. Но он не мог! Аполлон, как ни крути, очень на него похож и потому парень уже считал его родным отцом, которого всегда, сколько себя помнит, желал найти. Пусть и не хочет признаваться себе в этом.

Да, он сам уговаривал себя, что неважно, кто именно поделился с мамой биологическим материалом. Какая разница, если все эти годы его не было рядом? Но разница была. Не зная этого человека, Налон не мог до конца осознать самого себя. Кто он, откуда, какой он? Ответить на эти вопросы можно было лишь увидев отца. Без такого знакомства парень и дальше не смог бы понять, каков он сам. Но и теперь мало что понимал. Внезапный отец внес в его жизнь и голову еще больше сумятицы, чем ясности. У парня осталось очень много вопросов. Он чувствовал, что хочет снова надеть шлем и встретиться с Аполлоном, задать ему эти вопросы. Но боялся.

Одно дело – знать, что папа где-то был или есть. Просто у них с мамой не заладилось или отец покинул этот мир раньше, чем сын его узнал. В такое развитие событий, пусть и достаточно печальное, юноша верил всю сознательную жизнь. Это понятная ситуация, многим людям приходится через такое пройти. И в этом случае встрече с отцом, который умудрился прийти оттуда, откуда не возвращаются, Налон был бы рад.

Однако увы! Знакомство принесло не только и не столько радость. Аполлон, пусть и сам того не желая, поломал всю предыдущую жизнь парня, такую привычную, знакомую. Если он соврал – это уже неприятно. Быть сыном лгуна – не о таком парень мечтал. А если он сказал правду?

Тогда выходит, что ему всю жизнь врали самые близкие и родные люди: мама и Иосиф. И они вовсе не те, кем всегда казались. Такое открытие было ужаснее во много раз! Мама потворствовала убийству папы и живет с убийцей! И оба они врут ему в лицо… Так ли это на самом деле?

Следующие несколько дней Налон был сам не свой. Он мало общался с отцом и матерью, да и с сестрой увеличил дистанцию. В голове его постоянно метались мысли, которыми он не хотел ни с кем делиться. Да и вообще старался держаться подальше от семьи, которая вполне могла оказаться для него далекой и чужой, если все сказанное Аполлоном – правда.

Родители были удивлены такими изменениями в характере парня. Отец пару раз предлагал поиграть вместе, но получал отказ. Пока что Налон даже браться за шлем не хотел! Мама пыталась вывести его на разговор, но напрасно. А сестренка, тонко чувствующая настроение любимого брата, не лезла к нему со своим общением. Но всегда была рядом. Однако и ее юноша старался сторониться. Ведь это родная дочь Иосифа – мужчины, который вполне мог оказаться убийцей.

Налон не знал, как быть. Он бесцельно слонялся по улицам и вдруг, в один из дней, наткнулся на Труди.

– Привет! – радостно обняла его девушка.

– Ой. Привет, Труди! – обрадовался он в ответ.

Надо же, юноша совсем забыл, что уже наступили выходные и девушка прилетела домой. А раньше считал дни до их встречи. Но теперь все изменилось. И чуткая Гертруда это поняла, сразу поинтересовавшись, что случилось у парня. Разумеется, он не мог ей открыться. Но вот прогуляться в ее компании не отказался.

– Как бы ты поступила… – начал Налон, когда они шуршали листьями в парке. – Как бы ты поступила, если бы вдруг получила информацию, которая несовместима со всей твоей предыдущей жизнью?

– Присмотрелась бы к информатору. – без раздумий ответила Труди. – Я не сделала этого, когда Давид солгал о гибели Вселенной и семьи… Хотя уже тогда ему не доверяла. Но из моего сновидения в принципе было сложно как-то что-то проверить.

– У тебя тогда, наверное, весь мир перевернулся. Все, что было родным и привычным теперь просто кануло в Лету и непонятно, как же жить дальше, что делать. И ничего не изменить.

– Ты так хорошо меня понимаешь. – девушка погладила его по руке. – У тебя точно все в порядке, Налон?

К сожалению, рассказать ей, что происходит, парень не решился. Хотя и сам сейчас испытывал похожие ощущения. Слава Хроносам, все его близкие живы и здоровы. Разве что кроме отца. Но ощущение того, что привычный мир летит в тартарары, не покидало юношу.

– Нет, все в порядке. Но как ты тогда справилась? Еще до того, как вас спасли.

– Я просто поняла, что надо жить дальше. В любом случае. Жизнь не спросит тебя, хочешь ты этого или нет. Она просто продолжится и все тут. А тебе рано или поздно придется к ней присоединиться. Это я поняла и когда ушла Асала… И еще – я решила действовать. Ба Саша часто говорит, что надо быть занятым и это лучшее лекарство ото всех болезней. Она права.

В тот день они долго гуляли и разговаривали. Хорошо, что Гертруда старше его – она может многое подсказать и рассказать. Налон был очень благодарен ей за эту прогулку. А вечером, сделав все свои дела, он задумчиво взялся за шлем. И, как назло, в это время в комнату заглянул Иосиф.

– Хочешь поиграть, сынок? – улыбнулся он. – Может, давай вместе?

– Я могу хоть немного побыть один и сделать что-то самостоятельно? – проворчал парень в ответ. И тут же устыдился, глядя на удивленного Иосифа. – Прости, пап. Я, наверное, устал. Мне сейчас не до активных игр.

– Конечно, мой хороший. Отдыхай, развлекайся.

Налон устыдился. Отец не разозлился, не обиделся. Он с пониманием относится к сыну, даже если тот рычит на него, ощетинившись. И как в нем можно сомневаться? Впрочем, сейчас он вернется в мир Аполлона, призовет того к ответу и расставит все точки над И. Надо все выяснить и, как посоветовала Гертруда, присмотреться к папочке. Может, ему просто нужно запудрить сыночку мозги? Тогда надо понять – с какой целью он это делает?

Загрузка заняла доли секунды и вот Налон уже стоит на берегу. А отец – рядом и смотрит на него сочувственно.

– Не верь маскам Фобоса, сын. Я тоже считал его хорошим человеком.

– А я и сейчас считаю! И у меня есть к тебе вопросы!

– Задавай и я отвечу. Между нами не должно быть недопонимания. Но прежде хочу сказать – мне нравится твоя девушка. У тебя хороший вкус, сынок. И она может стать прекрасной царицей: миловидная, умная…

– Да подожди ты с девушками и царицами! Откуда вообще ты про нее узнал?

– Я всегда рядом, сынок. Я могу слышать мир твоими ушами и шестнадцать лет только это и было для меня отрадой. До того как я смог с тобой поговорить.

– Да? Почему же ты не позвал меня обратно, когда я ушел?

– Потому что не хочу торопить события, навязываться. Ты умный парень, но тебе требовалось время и я его дал. Я готов дать тебе все, что в моих силах, сын! И я знал, что ты вернешься.

– Откуда?

– Я твой отец. – просто ответил Аполлон.

– Ну допустим. Но где доказательства того, что все сказанное тобой правда?

– Доказательств нашего родства, я думаю, предостаточно? Ты словно моя копия, а наша ментальная связь подтверждает родственную.

– Да нет! Как ты докажешь, что Иосиф и правда сделал то, о чем ты рассказывал?

– Ты видел его шрамы? – дождавшись, пока парень нехотя кивнет, Аполлон усмехнулся. – Если ты спросишь, откуда они, Фобос не ответит. А я скажу. Он не ответит и если ты спросишь, как они познакомились с Марией. Как и она сама.

Юноша призадумался. А ведь что-то в этом есть. Руки и ноги Иосифа действительно покрывают многочисленные мелкие шрамы. Есть они и на груди, на голове – в области висков. И мужчина действительно никогда не рассказывал, откуда они появились. Только сообщил как-то маленькому любопытному Налону, что так неудачно упал в крапиву. И лишь теперь парень понял: это была ложь.

О том, как родители познакомились, они тоже не говорили. Фаина как-то спросила об этом, когда Иосиф с мамой праздновали очередную годовщину брака. Но они покачали в ответ головой, сказав, что это было давно и неинтересно. Теперь парень тоже не увидел в этом ничего хорошего. Ведь все счастливые пары, к коим относят себя и родители, обычно обожают рассказывать об истории своей любви. Даже если она самая зауряднейшая в мире. Аполлон вот с удовольствием вспомнил первую встречу с Марией и по его лицу было видно, что он до сих пор любит вторую жену. Несмотря ни на что.

Глава одиннадцатая. Тайна Фобоса

– А еще – ведь Мария не эдемчанка. – как бы невзначай заметил бывший царь. – Уверен, никакой родни с ее стороны ты никогда не видел. Потому что вся она осталась на моей далекой планете. На твоей планете.

– Зато Иосиф родом с Эдема. – Налон ухватился за этот факт, как утопающий хватается за соломинку. – Тут его родители, бабушка с дедушкой…

– Это чужие тебе люди. – напомнил Аполлон. – А теперь послушай мою историю дальше.

Отец продолжил с того момента, на котором парень сбежал. В ту страшную ночь кровожадный Фобос расправился сначала с его дорогими мальчиками, а потом уже с самим Аполлоном. Мария стояла рядом и смотрела на то, как ее муж испускает последний вздох, а из глубокой раны на шее толчками выливается алая жидкость…

– Нет! Мама бы никогда так не сделала!

– То есть в то, что Фобос, уж прости, мне так его привычнее называть… В то, что Фобос может лишить жизни человека – ты веришь. – усмехнулся Аполлон.

– Нет… Ну нет же!

– Мирный эдемчанин без колебаний громит монстров в игре – не правда ли, очень странно? И где он научился так сражаться?

– Ну он с дядей Сашей тренируется…

– Мой дорогой, для тренировок нужно желание. Зачем бы миролюбивому человеку учиться драться и стрелять, орудовать мечом? Знаешь, хоть я и царь, но меч брал только для церемонии коронации. И сыновей своих не учил сражаться! У нас мирная планета, на ней не было врагов. Как мне казалось.

– А как же Иосиф попал на твою планету?

– Ох, сынок, это я узнал уже впоследствии. Жизнь после смерти порой очень облегчает поиск нужной информации.

Став духом, Аполлон смог перемещаться по пространству. Большую часть времени он следовал за Марией – ведь в ее чреве был его сын. Но также проследил и путь Фобоса-Иосифа, поинтересовался, чем тот занимался до того, как оказаться в его царстве.

И узнал, что в свое время пригрел на планете космического пирата. Фобос, выросший на Эдеме, никогда и ни в чем не нуждавшийся, оказался подгнившим фруктом. Он с юности много путешествовал, связался с дурной компанией и долгие годы грабил корабли в космическом пространстве, мучил и убивал людей. А когда на хвост ему и его банде плотно села межгалактическая полиция, сбежал на далекую планету и устроился конюхом на царскую конюшню, планируя в укромном уголке пересидеть бурю.

Там он познакомился с Марией и влюбился. Аполлон заметил, что в этом вопросе он вполне понимает своего убийцу. Ведь девушка действительно была настоящим чудом. Его, убежденного вдовца, она превратила во влюбленного и счастливого мужчину. А Фобос, юноша без руля и ветрил, вдруг захотел прибиться уже к спокойной гавани, жить тихо, с любимой, детьми.

– Если бы они встретились до того, как я взял Марию в жены – я бы их благословил. – вздохнул теперь царь. – Ее счастье для меня важнее собственного. Или если бы они пришли ко мне, повинились, я не стал бы препятствовать их любви, сынок!

– А что бы ты сделал?

– Дождался бы, пока ты появишься на свет и забрал бы тебя. Извини, сын, но мне без тебя никак. А их бы благословил и устроил их жизнь – на этой планете или на другой, дал бы денег. Для меня, повторюсь, ее счастье важнее моего.

– А как же измена?

– Это же не государственная измена! И если Мария до сих пор живет с этим мужчиной – думаю, она его любит. Или любила тогда. А сердцу не прикажешь, оно решает без нашей царской воли.

Налон удивился. В его воображении все цари – существа весьма крутые по характеру. Он даже может назвать парочку венценосных особ, которые жестоко расправлялись с супругами лишь потому, что те им надоели. А за любовь к другому мужчине уж тем более не сносили бы головы!

– Ну у нас все же не Средневековье. – пожал плечами Аполлон.

– Ты обещал рассказать, что было дальше. И все равно я не верю, что мама стояла и смотрела, как ты умирал.

– Я не знаю, что ее сподвигло на это. Может, Фобос запугал Марию и заставил? Да и стояла – слишком громко сказано. Ей через минуту стало дурно, ведь жена, точнее, уже вдова, была сильно на сносях. Фобос увел ее из покоев царя.

Незримый отныне человеческому глазу Аполлон последовал за ними. До рассвета Фобос праздновал победу и свободу, а Мария лежала на кровати и по ее лицу сложно было понять – сожалеет ли она о происходящем или нет. Когда же наступило утро, любовники собрали народ и объявили о том, что сделали.

Фобос считал, что теперь он станет новым царем, но упустил из виду одно простое обстоятельство: они все же не в Древней Греции и право сильного тут не является определяющим. Толпа его едва не разорвала: ослепленные гневом люди тут же схватили преступника, чтобы отнять то, что он отнял у их любимого царя и принцев – жизнь.

Но Мария спасла любовника. Женщину никто и пальцем не тронул: даже озверевшие подданные не допускали мысли напасть на царицу, которая к тому же носит под сердцем наследника престола. Она вступилась за Фобоса, и того увели в темницу – лелеять шрамы, которые навсегда остались у него на память о народном возмущении. А царицу проводили в ее покои и там оставили.

Днем был собран срочный совет, на котором постановили: казнить преступника завтра утром. Тела царя и его сыновей убрали, похоронили с приличествующими случаю почестями. А Марии заявили, что она останется во дворце, где и произведет на свет нового царя. Мать будет с ним столько, сколько потребуется, чтобы ребенок рос здоровым. Но потом за его воспитание будет отвечать совет. А когда Гиперион повзрослеет настолько, чтобы сесть на престол, он сам решит, что ему делать с матерью.

Однако вышло иначе. Мария освободила цареубийцу и они бежали под покровом ночи. Парочка улетела с планеты на звездолете Фобоса – его в свое время царь разрешил оставить в ангаре с местными кораблями. И хоть царские суда более комфортабельные, их парочка проигнорировала. На борту у преступника не было опознавательных и отслеживающих систем, зато имелись нелегальные турбоускорители. Настоящая пиратская машина! Поэтому они сумели скрыться от совета и аидцев, жаждавших крови преступника.

Мария и Фобос, а вместе с ними и незримый дух Аполлона, отправились на Эдем. Он находится далеко от Аида и потому весть о преступлении туда так и не добралась. Сами же путешественники вскоре были на месте и Фобос представил всем Марию в качестве своей жены. Здесь они и живут с тех пор.

– Никогда не задумывался о том, откуда у них средства на такой замечательный дом? – поинтересовался Аполлон, когда они с Налоном снова отправились на прогулку по берегу.

– Ну вообще-то родители работают!

– Я неправильно выразился. Откуда тогда у них были средства, чтобы по прилету на Эдем взять этот замечательный дом? Ты живешь в нем с рождения и согласись: для молодой пары он весьма роскошный: четыре комнаты, не считая гостиной, зимний сад, мастерская, мансарда. Это дом респектабельной пары, а не двух молодых людей, которые только делают первые самостоятельные шаги в жизни. У родителей Фобоса дом поскромнее!

– Так они там вдвоем живут, зачем им хоромы. А почему ты спросил?

– Да потому что все это куплено на золото, веками принадлежавшее моей семье.

Да, Фобос и Мария убегали с Аида не с пустыми руками. Преступник, поняв, что царского престола ему не видать, от царского золота отказываться не стал. Его заполучить проще. Поэтому они доверху набили звездолет тем, что унесли из царской сокровищницы. А по пути на Эдем, заглянули на пару планет, где у Фобоса имелись связи и обменяли все награбленное на галактические кредиты. На них и обустроились с комфортом, прибыв на постоянное место жительства.

– Ты не можешь себе представить, как меня захлестывал гнев, когда я видел, как Фобос таскает Марию по всем этим притонам! Я боялся, что его прирежут, а ее участь окажется еще ужаснее. Ее и твоя. Если уж решил сбывать краденое – спрячь девушку, оставь ее на какой-нибудь спокойной планете, а не рискуй ею ежесекундно! К счастью, все обошлось, но до сих пор меня окутывает липкий, вязкий ужас, когда я думаю, как он был неосторожен.

Налон в ответ только похлопал глазами. Кажется, отца больше возмущало это обстоятельство, чем то, что его лишили жизни и украли его золото. Нет, решительно, парню пока сложно понять Аполлона.

– То, что не стало моего физического воплощения – уже было пройденным этапом. – улыбнулся отец, легко сосчитав мысли парня. – Но я же люблю ее. До сих пор. Что касается золота – ей я бы и так отдал все без остатка. Оно для нее и тебя было предназначено. И я страшно благодарен Марии за то, что она оставила тебя, не отдала в приют, а вырастила, воспитала достойным человеком. Хотя боялся, что Фобос захочет избавиться от чужого ребенка.

– Почему он этого не сделал, как ты думаешь?

– Кто его знает? Может, не хотел потерять Марию. А может, принял тебя как родного из-за любви к ней. Ведь если любишь женщину – как не любить ее дитя, часть ее самой?

Налон вздрогнул. Эту фразу он не единожды слышал от самого Иосифа. Или теперь называть его Фобосом?

– Я бы принял детей Марии, вне зависимости от того, кто бы был их отцом. И сужу по себе, сын. Но у Фобоса могла иметься еще одна причина.

– Какая?

– Ты – царь Аида. Законный претендент на престол. И если ты появишься на моей планете, тебя тут же коронуют и усадят на трон.

– Ну да! Только меня и ждали. Столько лет прошло, уже наверняка кто-то сидит на этом троне.

– Нет, сын. Я же по-прежнему легко перемещаюсь в пространстве… Совет управляет государством, но стоит предъявить тебя и твои права на трон, как он уступит тебе место. Может быть, Фобос рассчитывает короновать тебя и жить припеваючи, как отец царя? Вдруг за столько лет он не отказался от своих притязаний на твое место?

– Да кто поверит, что я царский сын? У меня даже родимого пятна нет, как в индийских фильмах.

– Зато у Марии сохранились некоторые драгоценности, передающиеся в нашем роду из поколения в поколение. Достаточно предъявить их и тебя – народ преклонит перед тобой колени. А твоя внешность поможет вспомнить царя. Не так уж много лет прошло, и как я выглядел, еще не все забыли.

– А Ио… Фобос, по-твоему, дурак? Возвращаться на планету, где его один раз уже чуть не четвертовали.

– Он сильно изменился внешне, сменил имя. Его, в отличие от меня, помнят не так хорошо. Народ запоминает царей и героев, но не преступников, удел которых – презрение и забвение.

Налон задумался. Вроде бы пока все гладко и он уже действительно начинает верить Аполлону. Тот говорит очень убедительно и доказательства приводит. Осталось выяснить только один момент.

– Для чего ты мне все это рассказал? Зачем встретился со мной? Чего хочешь?

– Мой мальчик, для меня счастьем было уже просто с тобой пообщаться, увидеть тебя вот так, побыть с тобой в одном измерении. Но да, есть и кое-что еще. Я хочу того же, чего, возможно, хочет Фобос. Я хочу посадить тебя на трон. Ведь он твой по праву.

Глава двенадцатая. Как можно быть такими слепыми

Настоящее время

– Поехали! – воскликнул я, когда мы оторвались от земли.

Мои соотрядники фыркнули, но ничего не сказали. Астория с Лиамом изучали карту галактики и строили предположения, куда именно могло унести нашего мальчика. Фаина прилипла к иллюминатору. Ее семья, как я уже говорил, чаще телепортируется, чем летает, поэтому многое для нее оказалось в новинку. А Иосиф следил за дочкой и нервничал.

– Успокойся. – подсел я к нему. – Найдем Налона, не успеешь глазом моргнуть.

– Сейчас я за Марию переживаю. – признался он. – Одна, на чужой планете, где ей все незнакомо.

– Лучше было бы, если бы она одна дома осталась, где все о сыне напоминает? И не одна она там. Регина о ней позаботится. Поможет отвлечься, как и новая обстановка. Мари будет занята тем, что станет изучать окружающее пространство… И меньше будет тратить сил на то, чтобы переживать.

Я старался успокоить друга Хроносов, хотя сам понимал, что послужило причиной для его беспокойства. Нас снова провожало все семейство. А еще, конечно же, Мария, Регина. Последняя познакомилась с ней накануне, и после нашего отлета Саша обещала перенести их на лебединую планету. К моему удивлению, туда же засобиралась и Силия, решив на денек подкинуть детей моим родителям.

Но подумав, я решил – пусть. Жена у меня умница и наверняка, увидев, как растеряна наша Маша, она захотела помочь ей адаптироваться. Регина ведь, по сути, чужая пока женщина для матери Налона. А так будет кто-то из своих на новом месте, поможет привыкнуть. Но у Иосифа не идет из головы растерянность Марии, когда она прощалась с ним.

– У меня не идет из головы один разговор с Налоном. – вдруг сказала Труди.

Я, как и обещал, уступил ей кресло первого пилота. Все равно она обращается со штурвалом лучше меня. И сейчас сестренка уверенно выводила нас в космическое пространство.

– Какой разговор? – Иосиф тут же нашел новый повод для переживаний.

Не отрывая взгляда от мониторов, Гертруда рассказала, что около полугода назад случайно столкнулась с парнем на улице. Он был подавлен, задавал вопросы, которые тогда уже показались ей необычными. Но теперь девушка поняла: что-то действительно было не так.

– Если я правильно помню, он спрашивал, как быть, если узнал, что живешь совсем не той жизнью, которую всегда знал… Как оправиться от потрясения. Что-то такое.

– А ты?

– Ну я поделилась своим опытом, вспомнила, что было со мной на Сомне. Сказала, что любую информацию, точнее, ее источник, надо проверять. И обязательно жить дальше. Спросила, все ли в порядке… Он ответил утвердительно.

– Понятно. – кивнул я. – Ладно, вы меня извините, я хочу посмотреть его рисунки, попытаюсь расшифровать журнал…

– А мне что делать? – Труди повернулась ко мне. – Я положила корабль в дрейф, но не понимаю, куда нам дальше лететь.

– Мы выписали ближайшие планеты, на которых сейчас холодно. – отозвалась Астория.

– Давайте там для начала поищем? – предложил Лиам. – Надеюсь, Налон не удрал за пределы галактики.

– Действуйте. – согласился я и, захватив сокровища тайника нашего беглеца, отправился в комнату связи.

Там я уселся в кресле, запустил дешифратор и отсканировал пару страниц из журнала. Теперь прибор отрабатывал полученную информацию. А я взял папку с рисунками, потянул за шнурок. Но не успел еще достать первый же лист, как сам себя остановил и активировал бортовой арновуд, набрал по памяти номер.

– Да? – услышал я удивленную Силию.

– Привет, милая. – улыбнулся я. – Как ты?

– Мы уже на лебединой планете. – отчиталась супруга. – Регина показала Марии дом, познакомила с сыном, потом ее вызвали в офис.

– А ты сейчас что делаешь?

– Гуляю возле дома. Маша прилегла отдохнуть, устала от переживаний, впечатлений…

– Силия, я растерян и, кажется, возмущен. Слушай, чем больше подробностей я узнаю, тем больше недоумеваю!

– Да что случилось?

– Понимаешь, это ведь с Налоном не вдруг произошло! Полгода парня что-то терзает, а все вокруг не замечают. Моя сестра, его сестра. Родители считали, что у него просто подростковый период такой…

– Но ведь его сестра обратилась к тебе за помощью!

– Через полгода! Ладно, она ребенок и хорошо, что обратилась вообще. Но остальные мы все?! Я ведь тоже иногда сталкивался с ним на улицах и ничего не понял.

– Ты с ним мало общаешься. И тебя часто нет на Эдеме.

– А родители?! Силия, а вот если Феникса или Лидию что-то будет грызть, мы тоже это пропустим? И потом будем их по всей Вселенной искать?

– С нами такого не случится. – уверенно заявила жена. – Милый, ты что-то еще хочешь сообщить? А то я до булочной дошла и уже минуты две у порога топчусь. Хотела Мари булочек купить.

– Извини, дорогая. Наберешь меня вечером, как будешь свободна?

– Ну конечно! Целую!

Я отключился, чувствуя какую-то неудовлетворенность. Потом все-таки открыл папку, достал лежащий первым лист. Налон рисует обыкновенными цветными карандашами и до того, как я когда-то увидел его работы, думал, что это несерьезный инструмент, для разминки, так сказать. Но парень удивительно воплощает с помощью грифелей разных оттенков то, что приходит ему в голову.

Вот и сейчас я увидел просто шикарную работу! Зеленые холмы, среди которых наполовину спрятан величественный храм из белого мрамора. Белоснежные дома поменьше, берег – с песком цвета слоновой кости, небольшая полоска моря у самого низа, словно смотришь на все это с корабля, который вот-вот пристанет к земле. Напоминает Древнюю Грецию, все такое спокойное, умиротворенное…

Следующий рисунок оказался двойным портретом. Я увидел двух близнецов, красивых юношей. Парни стояли, обнявшись, уверенно и гордо смотрели вперед. На заднем плане паслись две лошади, тоже одинаковые. Интересно, кого Налон имел в виду? Взяв следующий лист, я вздрогнул. Те же близнецы, снова в обнимку, но лежат на большой кровати, на красном покрывале. И красное оно от крови, которая сочится из многочисленных ран несчастных жертв, по злой воле какого-то жестокого убийцы!

Новая работа опять заставила меня вздрогнуть. Мужчина лет сорока, одновременно похожий и на бедных близнецов, и на самого Налона, тоже лежит на кровати. У него перерезано горло и юный художник правдоподобно, а от того еще более жутко, изобразил выливающуюся низким фонтанчиком кровь. Рядом, спиной к зрителю, стоит и палач – широкоплечий мужчина с тяжелым мечом в руках. Чуть поодаль расположилась женщина, сложившая руки на большом животе. Невзирая на то, что будущая мать тоже была нарисована лишь со спины, что-то в ее облике показалось мне знакомым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

 Качели времени. У времени в плену

Вернуться

2

 Качели времени. ОГО. Регина

Вернуться

3

 Качели времени. Симбионт

Вернуться

4

 Качели времени. In tempus et spatium

Вернуться

5

 Качели времени. Лабиринт времени

Вернуться

6

 Качели времени. Сказки сумасшедшего ученого

Вернуться

7

 Качели времени. Папина дочка

Вернуться

8

 Мифы Древней Греции

Вернуться

9

 Звездные войны

Вернуться