Роза Роуль
Жизнь по правилам

Глава ОДИН.

Мы с моей лучшей подругой Пейтон отмечали ее лучший месяц на работе: она заработала на сорок тысяч долларов, больше, чем я за весь год после уплаты налогов. На самом деле она заработала их за несколько ночей, и заработала она их, продавая свое тело мужчинам. Пейтон была настоящей высококлассной шлюхой.

"Я предоставляю услуги", – пошутила она. "Похотливые и богатые мужчнины могут взять на меня".

Она была проституткой с золотым сердцем, то есть золотоискательницей, и выбрала эту "карьеру", несмотря на то что получила степень в области коммуникаций в Северо-Западном университете. Она сама выбрала ее. Не было никакой потребности или цели, которая заставила бы ее занять эту должность, хотя я часто задавалась вопросом, не было ли у нее эмоциональной потребности, которую она отчаянно пыталась удовлетворить.

Нас случайно определили соседями по комнате на семестр обучения в колледже, когда мы учились за границей в Амстердаме. Я выбрала этот город, потому что посещение школы за границей отлично смотрелось в резюме, а она поехала, потому что, как я подозреваю, ей было скучно. Той весной она обнаружила свою эксгибиционистскую наклонность именно в квартале красных фонарей. Весь этаж американского общежития решил пойти вместе на секс-шоу, в основном в шутку, и ведущий, который вел шоу, засмотрелся на мою роскошную соседку по комнате.

Мой рот открылся, когда артисты пригласили Пейтон присоединиться к ним, и я в зачарованном ужасе наблюдала за ее триумфальным выходом на сцену. В тот вечер она не участвовала в сексе, но без проблем демонстрировала бархатную кожу своих грудей и трогала обоих исполнителей везде и всюду.

Мне стало не по себе, но, если честно, я даже позавидовала. Не столько выступлению, сколько ее полному отсутствию запретов во время и отсутствию стыда после. Уверенность сочилась из каждой ее клеточки. Она была привлекательна, но ее нетипичная внешность делала ее безумно сексуальной. Несмотря на то, что я натуралка, я была влюблена в нее.

Сейчас мы стояли в одном из самых тихих уголков ее любимого места – модного бара, где ни один напиток не стоил меньше двенадцати долларов и который также был переполнен придурками, желающими перепихнуться.

"Это от вон тех джентльменов", – сказала худая, как содовая соломинка, официантка, передавая нам напитки и жестом указывая на другой конец бара. Обычно эти засранцы путешествовали парами, и менее привлекательный из них пытался завязать со мной разговор, пока другой делал все возможное, чтобы подцепить Пэйтон. Она была высокой и стройной, с яркими голубыми глазами, а я была версией бедняка. У меня были русые каштановые волосы, а у нее – блестящие черные вишневые локоны. Мои изгибы – это бедра, в то время как у нее они располагались сверху, чтобы быть максимально привлекательными. Мое лицо было простым и непримечательным, а ее – экзотическим.

"Я думаю, ты должена это сделать", – сказал Пэйтон.

"Что делать?" спросила я. Пара в костюмах заметила, что мы приняли их напитки, и теперь приближалась к нам.

"Пойдем со мной в следующий раз – Попробуй". Она предлагала это уже как минимум в третий раз.

"Не может быть. Вы со мной не знакомы?" Она одарила мужчин знающей улыбкой.

"Я Тодд", – сказал парень, еще не дойдя до нас. Если бы он попытался, то не смог бы выглядеть более шаблонным придурком. "Это мой друг Джон".

Джон на мгновение задержал на мне взгляд, а затем, казалось, боролся с желанием оглядеться в поисках лучшего варианта.

"Спасибо за это", – сказала Пэйтон. "Мы хотели пить. Я Пэйтон, а это Иви, и я как раз просила ее присоединиться ко мне в следующий раз, когда я буду встречаться с клиентами".

"Вы работаете вместе?" спросил Тодд. От него пахло так, словно он стоял слишком близко к фабрике одеколонов, когда она взорвалась.

"Нет, – продолжила она, – но думаю, ей бы понравилось".

"Чем вы занимаетесь?"

"Я из эскорта".

Тодд ошеломленно моргнул. Затем на его лице расцвела улыбка, и мы увидели его слишком белые зубы.

"О, да? Я тоже. А какие у вас льготы? Стоматология? Зрение?"

"Зрение не нужно, я надеваю повязку на глаза. И мне, и моим клиентам нравится наша анонимность".

"Конечно, – сказал он, похоже, желая подыграть ей. "Итак, Иви, ты

–"

"Это моя ошибка", – перебила Пэйтон. "На самом деле вы не имеете права так ее называть, только друзья и семья. Ее зовут Эвелин".

Ее милая, странная и собственническая позиция в отношении моего прозвища возникла после того, как мы закончили школу и моя первая большая любовь бросила меня. Его друзья-неудачники знали меня под этим прозвищем, и после катастрофической стычки с ними после разрыва на "Вкусе Чикаго" она постановила, что отныне это имя нужно заслужить.

"Эвелин, понял", – сказал Тодд, отодвигая соломинку для коктейля в сторону, чтобы сделать глоток своего напитка. "Ты собираешься стать эскортницей, как мы с твоей подругой?"

Мое лицо залило жаром при одной мысли об этом. "Нет, я бы не смогла". "Ты бы заплатил деньги, чтобы переспать с ней?" спросила Пэйтон.

Тодд окинул меня оценивающим взглядом, от которого я почувствовала себя куском мяса, как никогда раньше в этом баре.

"Не знаю, может быть", – сказал он равнодушно, – "Обычно я не плачу за секс". Обычно, отметил мой мозг, что подразумевало, что он платил.

"Это не просто секс". Пэйтон положила руку на руку Тодда и притянула его ближе к себе. "Это опыт. Ты покупаешь возможность полностью контролировать ситуацию, делать все, что угодно. Даже те темные, извращенные фантазии, которые ты втайне хотел попробовать".

"Да?" Он старался не выглядеть слишком взволнованным, но мысль о том, чтобы сделать с Пэйтон то, что он задумал, была слишком сильной. "Тебе нравится хардкор?"

"Конечно. Но Иви не такая , как я". Ее голубые глаза обратились к другому парню, который сосредоточенно смотрел на меня. "А как насчет тебя? Ты бы заплатил за то, чтобы сделать с ней все, что захочешь?"

"Не используй меня в своих вербовочных материалах", – сказала я. Не знаю, почему меня это волновало, но какая-то часть меня ждала ответа на вопрос, заплатит ли этот случайный незнакомец за привилегию иметь полную власть над моим телом.

"Ну, она горячая штучка и все такое, но я не люблю странные вещи", – ответил он.

Мое сердце забилось чуть быстрее от его лести.

"Он милый, к тому же без денег", – добавил Тодд.

"Ого", – сказала Пэйтон. "Похоже, у наших друзей много общего".

Я была на мели, благодаря огромным студенческим кредитам, которые в сочетании с арендой жилья в центре Чикаго и коммунальными услугами практически ничего не оставляли мне. Не знаю, можно ли сказать, что мне нравился исключительно нежный секс. Я ни в коем случае не была ханжой, но по сравнению с Пэйтон я была монашкой.

"Подождите, как это работает?" спросил Тодд. "Если у тебя завязаны глаза, как ты договариваешься?"

"Этим занимается клуб".

Улыбка немного исчезла с лица Тодда, словно он опасался, что она действительно говорит серьезно. "Какой клуб?"

"Частный клуб, в котором я работаю". Она допила свой напиток и достала из сумочки визитную карточку и ручку, а затем передала свою сумку мне. "Повернись".

Я так и сделала и допила свой напиток, понимая, что нам пора уходить. Она положила визитную карточку мне на плечо и нацарапала на ней какое-то слово.

"Если вы хотите узнать больше, – сказала Пэйтон и передал карточку Тодду, – зайдите на этот сайт. Пароль на обороте действителен до воскресенья в полночь".

"Что?"

"Спасибо за выпивку", – ответила она, забрала свою сумочку и потащила меня прочь. Она умела оставлять желающих выпить еще, но двое мужчин выглядели скорее смущенными и разочарованными, чем какими-либо другими.

Остальные члены команды ждали прибытия босса и начала понедельничного совещания, праздная болтовня об увядающей летней погоде заполняла тишину. Логан Стоун опоздал на созванное им совещание на одиннадцать минут.

"Может, дать ему еще пять минут?" спросила Кэтлин, одна из старших дизайнеров. Я бы предпочела уйти сейчас. Заказ для моего первого крупного клиента вернулся из типографии, и готовый образец ждал меня в коробке на моем столе. Видеть свой дизайн в готовом изделии было очень приятно, и я чувствовала себя в предвкушении рождественского утра.

Он вошел без извинений, едва поприветствовав нас. Я подумала, не было ли это намеренной тактикой, чтобы дать нам понять, как мало он думает о нашем времени, или чтобы убедиться, что мы знаем, на каком месте находимся.

Логан был старшим дизайнером, когда я начинала работать, а в прошлом году он обошел двух других старших дизайнеров и занял пост руководителя отдела. Власть пришлась ему по душе. До повышения он с трудом принимал отзывы клиентов, а теперь это был просто кошмар. На негативные отзывы он отвечал тем, что я люблю называть "просветительскими" лекциями, на которых излагал все дизайнерские обоснования решений, принятых им в работе над иллюстрациями. Спорить с ним было невозможно.

Он всегда добивался своего, и самое ужасное, что обычно он был прав.

Галстук Логана был завязан так, словно его надели в спешке. Может, у него закончился обед? Он был привлекательным, с короткими, идеально уложенными каштановыми волосами и подтянутой фигурой, так что можно было предположить, что у него есть девушка. Или, может быть, подружка для секса, поскольку из-за его строгого характера с ним трудно встречаться.

Он подключил ноутбук и перешел в папку "Критика", куда весь отдел сбрасывал пробные работы. Эта папка была анонимной для всех, кроме него и художника, который ее создал, и иногда она могла быть жестокой. Но сегодня он, похоже, был в приличном настроении и повысил оценку "Начать сначала" до "Требует доработки".

Если он и впредь будет вести себя так, то я не буду возражать против того, чтобы Логан опаздывал на каждую встречу. После того как мы закончили, я собрала свои вещи и подслушала его разговор с другим коллегой о том, как он провел выходные. В субботу он пробежал полумарафон и занял первое место в категории 30-34 года, но за это пришлось заплатить.

Он опоздал на встречу, потому что его мышцы были напряжены и болели, и он пошел на массаж. Сегодня, в разгар рабочего дня. На месте Пэйтон я бы сказала ему, как нелепо это звучит, но поскольку я – это я, а он не видит, я закатила глаза и поспешила к своему столу.

Я вскрыла коробку и вытащила карточку, восхищаясь глянцевым блеском, на который потратились новые клиенты. Казалось бы, глупо гордиться напечатанным куском картона, рекламирующим бутылку водки, но я приложила немало усилий, чтобы соединить воедино концепции, которые хотел клиент. Это было привлекательно и потрясающе. Даже Логан сказал об этом в критике – его взгляд упал на меня в тот день в конференц-зале. Тогда я решила, что недолюбливаю его чуть меньше, пока он не набросился на работу другого дизайнера и не отправил ее домой в слезах.

Меня охватило чувство тревоги. Что-то было не так. Принтер передал правильные цвета, идеально подходящие для того бренда, который я хотела создать. Может быть, тень не удалась? Опечатка в слогане? Я бесконечно пересматривала, и, конечно же, дело было не в этом. Что же заставило мой рот пересохнуть?

Мой взгляд продолжал опускаться по объявлению вниз, в самый низ, в поисках… Там я и нашла ее, эту ужасную ошибку, из-за которой я осталась без работы. Как, черт возьми, это произошло? В панике я бросилась к клавиатуре и стала перебирать электронные письма, с ужасом ожидая подтверждения того, что я уже знала, что это правда.

Я смотрела на экран неизвестно сколько времени, не веря, что поступила так глупо. А потом еще дольше пыталась понять, что, черт возьми, мне делать. Мне не только нужна была эта работа, но я ее любила. Я готова была сделать все, чтобы сохранить ее.

На трясущихся ногах я добралась до двери в кабинет Логана.

"У вас есть секунда?" Мой нервный голос привлек его внимание, и он кивнул. Я держала в одной руке образец карточки, а другой закрыла его дверь, показывая, насколько серьезным будет наш разговор.

"Я совершила ошибку", – выдохнула я, сжимая картон с такой силой, что он начал прогибаться под моей хваткой.

"Что ты сделала?" Это было не обвинение, скорее озабоченность.

"Это образец для Player's". Я положила доску перед ним и опустилась в кресло напротив его стола. Длинные пальцы взяли ее, и его глаза цвета шоколада внимательно изучили каждый дюйм. Как и я, он не смог сразу заметить ошибку. Он поискал опечатку в теге, а когда ничего не нашел, опустился к юридическому отказу от ответственности в самом низу.

Картонка беззвучно упала на стол, а его лицо наполнилось гневом. "Как, черт возьми, это произошло?"

"Player's" – новый клиент, поэтому у меня не было их фирменных правил, когда я приступала к созданию. Я взяла легальный вариант с чужого рисунка, чтобы использовать его в качестве временной основы, пока он у меня не появится. Я думала, что обновила его, но… не обновила".

"Конечно, вы ухватились за легальную линию их конкурента".

Невозможно было злиться на него больше, чем на себя. Не имело значения, что заказчик подписал присланный мной пробный вариант. Заказчик всегда прав, а они ни за что не собирались платить за двадцать тысяч рекламных листов, которые не могли использовать.

"Позвони в типографию и узнай, сколько нужно наклеек, чтобы покрыть это", – рявкнул он и провел рукой по волосам.

"Я уже думала об этом, но мы не можем".

Он присмотрелся к образцу. "Черт".

Легаль был расположен так на фоне, что наклейки пришлось бы идеально размещать вручную, чтобы скрыть его. Такой труд был бы слишком дорог. Дешевле было бы просто напечатать 20 000 новых. А использование наклеек показало бы всем, каким тупицей я была, включая нового клиента, который, скорее всего, забил бы болт.

"Мне нужно попросить, – сказала я с дрожью в голосе, – об очень большой услуге". Как будто я только что призналась ему в любви.

"Что вам нужно?"

Мне нужно было исправить эту ошибку и сохранить работу. Работу в агентствах было трудно найти, а фрилансеры с каждым годом делали индустрию дизайна все более конкурентной. Мне уже приходилось делать сложный выбор, и я могла сделать его снова.

"Никто об этом не знает. Мне нужно, чтобы принтер уничтожил их до того, как они выйдут завтра".

"Это само собой разумеющееся, а не услуга".

"Мне нужно, чтобы вы разместили срочный заказ еще на 20 000 штук, с правильным юридическим оформлением".

"Думаю, клиент заметит лишние десять тысяч в своем счете". Его длинное, изящное лицо исказилось от сарказма.

"Нет", – сказала я, и мой голос угас почти до нуля, – "они не будут, потому что я заплачу за это".

"Что? Ты собираешься это сделать?". От возмущения его глаза стали еще темнее.

"Мы с тобой единственные, кто будет знать". Мне не нравилось, что он может держать это в своих руках, но сейчас я должна была сосредоточиться. Мне нужна была его помощь. "Если клиент узнает, они уйдут, а моя карьера покатится под откос".

"Может, так и должно быть".

"Хочу заметить, что вы тоже подписали доказательство". Я не хотела поднимать эту тему, но он не оставил мне выбора.

"Я подписываю десятки художественных работ в день. Я не проверяю юридические документы, потому что ожидаю, что мои люди смогут выполнить такие простые вещи".

Я старалась не обращать на это внимания, но его правда резала меня по живому. "Ваш босс может расценить это иначе". Как мой руководитель, он мог оказаться под угрозой из-за моей ошибки.

Его глаза сузились. "У тебя есть такие деньги?"

"Нет, – сказала я, – но… думаю, я смогу его достать".

"Звучит зловеще. Как?"

"Не беспокойтесь об этом". Потому что, видит Бог, я уже достаточно беспокоилась об этом для нас обоих. "Пожалуйста, Логан. Я совершила глупую ошибку, из-за которой буду корить себя следующие десять лет. Я люблю эту работу. Мне нужна эта работа. Пожалуйста".

Он откинулся на спинку стула, его взгляд оторвался от моего и упал на карточку дела.

"Если я это сделаю, никому больше не говорим об этом – ни слова".

Я не была уверена, облегчение или трепет охватили мое тело. "Конечно".

"Возвращайтесь к своему столу и принесите мне исправленный файл. Поторопитесь, пока я не передумал". Он передал мне карточку с делом, устремив на меня пристальный взгляд.

Я бросилась к двери, но замерла.

"Я должна знать, – сказала я, – сколько мне нужно найти денег".

Его лицо было нечитаемым. "Я дам тебе знать".

Я не могла смотреть на коробку с экземплярами, когда вернулась за свой стол. Я выбросила образец в мусор и обновила иллюстрацию, а затем отправила Логану по электронной почте имя и местоположение файла. Через несколько минут мой телефон зазвонил, и на экране высветился его внутренний номер.

"Девяносто шесть сотен". Это все, что он сказал, прежде чем повесить трубку, но даже в этих нескольких словах я услышала злость в его голосе. Злость на то, что я втянула его в эту ужасную ситуацию.

Да, но все на твоей совести. Я бы попала в гораздо худшую ситуацию. Я собиралась стать проституткой.

Глава ДВА

Я последовала за Пэйтон в элитный салон и была уверена, что меня вырвет на мраморный кафельный пол внутри. Мы встречались с ее менеджером, Джозефом. Ее сутенер, который, если все пройдет нормально, станет моим сутенером.

"Просто дыши", – сказала Пэйтон. Она была вне себя от восторга, когда я призналася, что мне нужно. Ей было неприятно, что я пришла к такому решению, но она была абсолютно уверена, что это первый шаг на пути к моему сексуальному пробуждению.

Встреча здесь казалась странной, но если Джозеф согласился на встречу с клиентами, он должен был высказать свое мнение о том, как я выгляжу, в частности, о том, как выглядит нижний этаж. Пэйтон объяснила мне, чего ожидать, но Джозеф оказался совсем не таким, как я предполагала. Это был элегантный мужчина лет тридцати с небольшим, с большими плечами и дьявольской улыбкой.

"Приятно познакомиться, Эвелин. Я слышал много хорошего". Он пожал мне руку, а затем жестом пригласил следовать за ним мимо раковин и в подсобку. Он привел нас в комнату, которая, как я догадалась, использовалась для оказания услуг, и сел на стол, оценивая меня взглядом.

"Уверен, Пэйтон уже рассказала вам, как это работает, но с вами все будет по-другому. Ваша подруга – редкая женщина, о чем вы, вероятно, уже знаете".

"Да, – сказала я, нервы мешали говорить.

"Насколько я понимаю, вы ищете что-то вроде "на одну ночь"?"

"Точно". У Пейтон был контракт. Юридически не обязывающий, поскольку ее деятельность была крайне незаконной, но она согласилась отработать определенное количество ночей в клубе в обмен на гораздо больший процент. "Я не думаю, что это для меня, но я…"

"Тебе нужны деньги", – сказал он. "Я понял. Я заключу с тобой контракт на одну ночь, потому что доверяю Пэйтон. Она считает, что, попробовав, ты захочешь большего".

Я очень сомневалась в этом, но промолчала. Все равно он был абсолютно сухим. "Ты очень красивая. Можешь распустить волосы для меня?"

Руки судорожно пытались освободить хвост, и тогда я позволила своим прямым каштановым волосам упасть волной.

"Ты когда-нибудь красилась темнее?"

Я покачала головой. Мне нравилось быть неприхотливой, поэтому волосы были убраны в хвост.

"Мне нужно увидеть другие ваши достоинства, чтобы убедиться, что вы именно та женщина, которую хотят наши клиенты".

Воздух в комнате помутнел. Я знала, что это произойдет благодаря Пэйтон. Поскольку мы были соседями по комнате, не то чтобы она не видела меня обнаженной раньше, но сейчас это меня мало утешало. Именно в этот момент все стало казаться реальным.

Мои руки подняли рубашку над моей пышной грудью, затем над головой, после чего я передала ее в руки Пэйтон. Джозеф был спокоен и собран, не заглядывался на меня, что я оценила. Я поспешила расстегнуть джинсы и стянуть их на бедрах. Мне хотелось покончить с этим как можно скорее, но из-за спешки я была неуклюжей и неловкой. Если он ожидал сексуального стриптиза, то не получил его.

Я передала свои вытертые джинсы Пэйтон, которая проигнорировала мои дрожащие руки.

"Очень хорошо", – сказал он, заставив меня поверить, что он доволен, пока не добавил: "Пожалуйста, продолжайте".

Я завела руки за спину и расстегнула застежку лифчика, нервными пальцами нащупывая крючок. В обычных обстоятельствах я не слишком стеснялась своего тела, но в тесной комнате с резким освещением и двумя парами глаз на мне все было перевернуто с ног на голову. Бретельки соскользнули с моих плеч и упали на пол.

Я не дала себе времени на то, чтобы проверить его реакцию. Я зацепила большими пальцами за пояс трусиков и стянула их с ног, оставив на полу рядом с лифчиком. Затем я поднялась, положила руки на бедра и подняла глаза на Джозефа. Я была обнажена и уязвима, но старалась не выдать свою неуверенность, грозившую парализовать меня.

"Ты можешь повернуться?"

Мои ноги просто отказывались слушаться, но я подчинилась. Я закончила поворот, глядя на него в поисках подтверждения или неодобрения. Прошла целая жизнь, а он только смотрел и оценивал. Я жаждала ответа.

"Отлично", – наконец сказал он и криво улыбнулся. "Теперь я должен оценить уровень вашего комфорта".

Он встал, и его руки расстегнули молнию. Я не заметила, что он уже был полутвердым и выпирал через брюки.

"Что?" Инстинктивно я сделала полшага назад.

Он мгновенно вынул свой член и стал поглаживать себя, пока не стал совсем твердым. "Я хочу, чтобы ты отсосала мне. Прямо сейчас".

"Что?" повторила я, переведя взгляд на Пэйтона. "Здесь?"

Он был серьезен? Пейтон поджала губы, а потом… слегка кивнула. О да, он был серьезен.

"Мне нужно знать, что вы не струсите с клиентом. Если ты сможешь это сделать, мне будет удобнее включить тебя в список". Пока он говорил, он продолжал медленно поглаживать себя, а я не могла не смотреть, загипнотизированная и дезориентированная.

"Иви… – прошептала Пейтон.

Она собиралась запретить мне это делать? Ведь я и так зашла слишком далеко, чтобы отступать. Отпечатки пальцев были заказаны, я не могла получить кредит или занять у родителей, а Пейтон спустила все свои деньги на новую машину.

"Я могу это сделать", – сказала я, больше для себя, чем для кого-то еще. Не то чтобы это был первый минет в моей жизни, но он, несомненно, был бы наименее сексуальным. Я сделала неуверенный шаг вперед и опустилась перед ним, упираясь коленями в холодный кафель.

Рукой я заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Его член был толстым и твердым и находился прямо перед моим лицом. Я протянула нерешительную руку и обхватила пальцами его твердую ствол. Мой мозг отключился, я раздвинула губы и ввела его в рот.

"Черт, как хорошо", – прошептал он.

Я была уверена, что сразу же почувствую отвращение, но вместо этого ничего не почувствовала. Я хотела сосредоточиться и выполнить задание. Мне не нравилось терпеть неудачу. Я вытащила его, а затем снова ввела, пока головка его члена не коснулась задней стенки моего горла. Ты сможешь, – повторяла я снова и снова, и, когда я начала насаживаться на него, я начала верить.

"Используй свой язык". Его дыхание стало прерывистым.

Я повиновалась его приказу, вызвав у него стон. Никогда раньше парни не указывали мне, что делать. Думаю, обычно они были просто в восторге от того, что я там.

"Соси его".

Я так и сделала, и он издал еще один глубокий стон. Честно говоря, его команды облегчали задачу, но через некоторое время у меня начали болеть колени, и я увеличила темп.

"Это так чертовски сексуально", – услышала я слова Пейтон. Я так сосредоточилась, что забыла, что она рядом, и если бы у меня во рту не было члена ее сутенера, я могла бы сказать ей, чтобы она заткнулась. Но это был гнев, который я испытывала по отношению к себе, а не к ней. Может, она и поощряла это, но уж точно не заставляла.

"Тебе нравится смотреть, как я трахаю ее рот?" – спросил он ее. "Да, мне тоже. Она заставит меня кончить".

Его рука запуталась в моих волосах, а другая рука схватила мою голову под подбородком, заставляя меня ускорить темп. Его бедра двигались быстрее и глубже, едва избегая моего рвотного рефлекса. Это было непривычное ощущение – не иметь контроля, но часть меня не возражала. Мне это даже нравилось, и, признавшись себе в этом, я почувствовала, как меня захлестнула волна удовольствия и желания.

"Глотай", – приказал он. Затем он стал бурно кончать, наполняя мой рот горячей, густой спермой.

Я сделала все, как он просил. Когда пульсация во рту стала стихать, я отстранилась от него и поднялась на колени, ошеломленная тем, что все было не так уж плохо. Если быть честной с собой, его приказы меня немного возбуждали. Мне захотелось доставить ему удовольствие.

В комнате было тепло, и обе пары глаз смотрели на меня, словно ожидая, что я сделаю или скажу. Я скрестила руки на голой груди, чувствуя себя неловко и жарко.

Джозеф оправился и застегнул молнию, выглядя довольно самодовольным.

"Я же говорил, что она будет хорошей", – тихо сказала Пэйтон.

"Теперь ты можешь одеться", – сказал мой новый сутенер. "Нам нужно о многом поговорить".

Я сидела в кресле стилиста. Мои длинные, распущенные волосы были уложены в стрижку , таким образом, что спереди они свисали длиннее всего и расчесывались чуть выше плеч. Джозеф выбрал глубокий кофейный цвет, и, пока я сидела с волосами, пропитанными краской для волос, он вручил мне контракт на четырех страницах.

"Прочтите его и дайте мне знать, если у вас возникнут вопросы", – сказал он. "Я не хочу, чтобы вы подписывали его сегодня. Обдумайте все и убедитесь, что это то, чего вы хотите.

Если да, то мне нужно вернуть его к четвергу". "Если я это сделаю, когда это произойдет?" спросила я. "В субботу".

О, Боже. Так скоро. Но, возможно, это было и хорошо. Так у меня будет меньше времени, чтобы отговаривать себя, а деньги мне понадобятся быстро, если Логан хочет, чтобы они были на счету. "Мне сразу заплатят?"

"Обычно нет, но Пэйтон сказала мне, что ты в затруднительном положении, так что я отнесусь к этому с пониманием".

"Спасибо". Я решила, что любезность не повредит.

Он одарил меня изумленной улыбкой. "Нет, дорогая, тебе- спасибо". Затем он оставил меня одну изучать контракт.

Это не было написано юридическим языком. Я предлагала свое тело для секса или для исполнения любого другого желания клиента, а взамен получала деньги, за вычетом процента, идущего в клуб. Сколько клиентов я буду обслуживать – решать мне. На первой странице было указано, что от меня требуется, а это не так уж и много – вовремя прибыть в указанное место, незадолго принять ванну, не употреблять наркотики и не находиться в состоянии алкогольного опьянения. Процент, который я получу, будет рассчитан, когда я верну свой "список желаий".

«Список желаний» представлял собой меню того, что я позволяю клиентам делать со мной. Я не считала себя невинной, пока не пролистала две колонки на второй странице: о трети вещей я никогда не слышала. Придется попросить Пэйтон объяснить мне их позже.

Последние две страницы были посвящены безопасности. Поскольку "работник" будет скован и с завязанными глазами, с ним будет находиться кто-то из клуба, пока не будет достигнута договоренность, а также будут установлены камеры наблюдения. Это означало, что они будут наблюдать за сексом. В инструкции также говорилось о том, что произойдет, если клиент станет агрессивным или если в какой-то момент работник захочет остановиться. Это одновременно обнадеживало и настораживало.

Я не задумывалась о том, насколько опасно то, что делала Пейтон. Она сказала, что чувствует себя в безопасности, и, честно говоря, я не стала особо расспрашивать об этом, потому что это вызывало у меня брезгливость. К тому же ей это нравилось, и я верила, что она знает, что делает.

"Вопросы?" – спросил он, когда стало ясно, что я закончила.

"Нет, не сейчас".

"Ладно, я бы хотел остаться и посмотреть на тебя новую, но мне пора идти". Он протянул мне карточку, похожую на те, которые Пэйтон раздавал, пытаясь привлечь новых клиентов. На этой вместо адреса сайта был напечатан номер телефона. "Не стесняйтесь, звоните, если вам что-нибудь понадобится".

Признаюсь, цвет волос и новая стрижка выглядели великолепно. Но я едва успела насладиться этим, потому что, как только я закончила, стилист увел меня в подсобку, в ту же комнату, где я стояла на коленях на полу девяносто минут назад. Моя первая бразильская эпиляция была мучительной, и я рассматривала ее как отличную разминку в наказание за глупую ошибку, которую я совершила. Больше я никогда не ошибусь с юридическим отказом от ответственности.

Пэйтон отвезла меня домой на своем новом черном "Ягуаре", объясняя самые неприятные пункты из списка так, будто объясняла что-то простое, а не то, как парень может захотеть помочиться на меня.

"Я не думаю, что смогу это сделать", – сказала я, чувствуя тошноту в животе.

"Просто проверь, с чем ты может справиться. Половину вещей из моего списка никто даже не пробовал. Большинство парней просто хотят заняться сексом. Они приходят в дверь со всеми этими продуманными планами, но когда видят, что вы связаны и ждете их… все сразу улетучивается". На ее лице расцвела злая улыбка. "Я заставила одного парня кончить меньше чем за две минуты. Наверное, мне стоило вернуть ему деньги".

"Но ты не сделала этого?".

"Правила есть правила. Я не виновата, что я так хороша".

Мой взгляд снова упал на список. "Что такое греческий?"

"Анальный". Несмотря на то, что она вела машину, она видела, как моя ручка пронеслась мимо этой графы, оставив ее пустой. "Иви, ты должна поставить галочку".

"Ни за что на свете". Я закрыла ручку и положила ее в сумочку. "Это отвратительно". Ирония не покидала меня. Большинство людей сказали бы, что заниматься сексом с совершенно незнакомым человеком за деньги – это мерзко.

"Переступи через свои сомнения. Тебе может понравиться", – сказал Пэйтон. "А если серьезно, то без этого ты никогда не заработаешь достаточно за одну ночь. Если, конечно, не захочешь иметь больше одного парня".

Мои плечи опустились. Мысль об одном незнакомце была достаточно плоха, но несколько? "О, Боже, нет".

"В этом списке у тебя, кажется, три вещи. Как ты узнаешь, нравится ли тебе что-то, если не попробуешь?"

"Думаю, в эту ночь я попробую достаточно новых вещей, не так ли?" Она кивнула, зная, когда нужно перестать настаивать.

В среду мои нервы были натянуты как пружина. Я боялся, что при малейшем толчке витки сорвутся и я распадусь на части. Я использовала свой обеденный перерыв, чтобы сдать анализы и убедиться, что у меня нет никаких венерических заболеваний. В остальное время я пряталась за своим столом, отчаянно пытаясь сосредоточиться на чем-либо, кроме субботы.

Неподписанный контракт лежал в моей сумочке и шептал мне. Я чувствовала, что не могу сбежать, и в то же время самая грязная часть меня была взволнована. Корабль скоро отплывает, и мне предстояло раз и навсегда решить, подниматься на борт или нет. Но ведь я уже приняла решение, не так ли, в задней комнате того салона? От воспоминаний у меня сжался живот. Как по команде, на моей рабочей станции зазвонила личная электронная почта. Я думала, что это будет очередное ежедневное ободряющее письмо от Пэйтон. Это было письмо от Джозефа, он проверял меня. В углу письма красовался логотип клуба, такой же, как на визитке, – стильный черно-белый ромб с современным шрифтом. Элегантно. Если бы оно пришло от кого-нибудь другого, я бы добавила его в папку для вдохновения.

"Планируешь сегодня работать?" огрызнулся Логан. Мой курсор как можно быстрее нажал на закрытие электронной почты. Конечно, он поймает меня в ту минуту, когда я сделала перерыв. Я крутанулась на стуле, мое лицо пылало от смущения.

"Я работала. Вам что-то нужно?" сказал я, отчаянно стараясь звучать нормально и без чувства вины.

Он возвышался над моим креслом, его лицо было жестким и холодным. "Принтер отправил образец мне ночью. Он у меня на столе". Он повернулся и ушел, не сказав ни слова, ожидая, что я последую за ним.

Он мог бы снять трубку и вызвать меня в свой кабинет, но это было не в стиле Логана. Ему нравилось перемещаться по отделу и держать людей в поле зрения. Джейми, сидящий в трех кубах справа от меня, любил не работать, а целыми днями сидеть на Pinterest.

Я бывала в офисе Логана всего несколько раз, и каждый раз мне становилось не по себе. Он занял пост руководителя год назад, но не сделал ничего особенного для оформления. Может быть, ему не нравилось, что стены отвлекают от работы.

Он протянул доказательство, чтобы мы оба его рассмотрели.

"Это была хорошая работа, – сказал он, – если не считать небрежной ошибки". Ну, если это не комплимент за спиной, то я не знаю, что это. "Если бы это был кто-то другой, я бы его отпустил. Ты должена знать, что ты лучшая".

Это была самая приятная вещь, которую он когда-либо говорил, и сила его заявления ошеломила меня. Однако он, казалось, ничего не понимал.

"Когда у вас будут деньги?"

Реальность снова обрушилась на меня. "В субботу вечером". "В субботу вечером?" – скептически спросил он.

"Я имела в виду понедельник", – быстро сказала я.

Он бросил на меня странный взгляд, но продолжил. "Хорошо. Я передам отпечатки в "Плеерс" сегодня днем". Он обогнул свой стол и опустился в кресло, а когда его внимание переключилось на экран компьютера, я словно перестал для него существовать.

Я отнесла новый пробный экземпляр к себе на стол и посмотрела на него горько-сладкими глазами. Это было мое искусство, оплаченное из моих собственных денег… ну, из тех денег, которые я заработаю. Обратной дороги нет, сказала я себе, когда нажала кнопку "отправить" в ответе на письмо Джозефа, сообщив ему, что подписала контракт и отвезу его сегодня вечером. Он ответил мне почти сразу же и сказал, чтобы я привезла его с собой в субботу вечером.

Все было сделано, и я больше не беспокоилась об этом. Мне нравился секс, так что, возможно, я не буду ненавидеть это. Надеюсь.

Пэйтон, как обычно, пришла вовремя, но я опаздывала. Как обычно. Она сидела на диване в гостиной и наблюдала за тем, как я наношу макияж через открытую дверь в тесную ванную.

"Я не знаю, почему ты так с собой поступаешь".

Она говорила о Блейке, мужчине, в которого я была безнадежно влюблена последний год. Я не обращала на нее внимания, смахивая тушь с ресниц. Мы с Блейком познакомились на первом курсе на курсе "Искусство и дизайн 101". Он был программистом и старался не упустить свой шанс, если вдруг захочет заняться веб-дизайном, но, слава богу, не захотел. Он был полностью левополушарным.

Тогда у меня был парень, и я приняла дружелюбие Блейка именно за это, а не за флирт. Когда мои школьные отношения на расстоянии рухнули, я хотела получить от Блейка нечто большее, чем просто плечо, на котором можно поплакаться, но он начал встречаться с кем-то за неделю до этого. Наши ужасные отношения продолжались в колледже, во время моего семестра за границей, пока мы оба не влюбились в выпускном классе… в других людей.

На какое-то время мы отдалились друг от друга, но снова встретились, когда он переехал в город, и наша дружба словно не проходила. Тоска по нему вспыхнула снова, сильнее, чем прежде. Но Блейк не был холост. Более того, я подозревала, что предложение руки и сердца не за горами в будущем его девушки. Несмотря ни на что, она мне нравилась. Эми была шикарной и идеально подходила ему.

"Это было мило со стороны Эми – устроить ее день рождения в пятницу". Пейтон ковырялась в ногтях. "Ты заполнила еще какие-нибудь графы в своем списке желаний?"

Я приостановилась, чтобы не сменить тему разговора, а затем снова накрасила губы. "Нет".

"Иви". Она серьезно посмотрела на меня через зеркало. "Пожалуйста, проверь что-нибудь еще. Что угодно. Я знаю, как это работает с клубом. Они уже сделали тебе одолжение, и не собираются делать больше, когда речь идет о процентах".

"Хорошо." Я хотела, чтобы она от меня отстала. Я не хотела думать об этом, как пациент, которому предстоит операция.

Они уже сидели в ресторане в окружении нескольких незнакомых мне коллег Эми, когда появились мы с Пейтон. Взгляд Блейка встретился с моим через весь зал, и мое сердце забилось быстрее. Он был высоким и долговязым, ему не хватало всего нескольких фунтов мышц, чтобы стать рельефным. В этом была заслуга Эми: она приучила его ходить в спортзал. Он никогда не выглядел лучше, чем сейчас. Его светло-каштановые волосы завивались над ушами в непринужденной манере, от которой мне хотелось запустить в них руки. В колледже он был восхитительно милым мальчиком, но сейчас он был просто красивым мужчиной.

Судьба была совершенно несправедлива ко мне. Так я думала каждый раз, когда видела его. Его янтарного цвета глаза загорелись, когда я подошла к столу.

"Ух ты, какие у тебя волосы", – сказал он. "Выглядит красиво". "Спасибо". Я постаралась не покраснеть.

Поначалу разговор шел легко, но вскоре группа разделилась по центру: Эми и ее коллеги с одной стороны, Блейк, Пэйтон и я – с другой, хотя Пэйтон так и не нашлось, что сказать. Я была удивлена, что она согласилась пойти со мной. Пейтон и Блейк всегда были дружны, но они были моими друзьями, а не друзьями друг друга.

"Почему ты решила стать темной?" – спросил он, указывая на мои волосы.

На лице Пэйтон расплылась огромная ухмылка. "Она собирается присоединиться ко мне на работе".

Именно поэтому она захотела прийти. Она хотела увидеть тот момент, когда Блейк узнает, что я собираюсь сделать.

"Что?" Кажется, он перестал дышать.

"О, да? Чем ты занимаешься?" спросила Эми. Я и не заметила, как они присоединились к групповому разговору.

"Служба поддержки клиентов", – ответил Пэйтон.

"Хорошо." Она вежливо кивнула и вернулась к обсуждению чего-то со своим коллегой. Она не знала правды о том, как Пэйтон зарабатывает на жизнь, но Блейк знал. В канун Нового года, когда Эми уехала на каникулы домой в Миннесоту, мы с Блейком небрежно напились и рассказали друг другу обо всем.

Я сказала ему, что Пейтон – проститутка, и он согласился, не понимая, пока я не объяснила все в деталях. У него возникло много вопросов, но он пообещал не осуждать ее ради меня. Потом я рассказал ему о своей повторной влюбленности в колледже, и он признался, что чувствовал то же самое.

Тогда я сказала ему, что люблю его.

Он ничего не сказал. Вместо этого он яростно поцеловал меня, и алкоголь позволил это сделать. Мы целовались на моем диване добрых двадцать минут, пока я не остановила его. Мы были пьяны, а у него была девушка.

Мы никогда не говорили о той ночи. Я не уверена, помнил ли он о ней или хотел сделать вид, что ее не было, потому что Эми вернулась от своих предков и через месяц переехала к нему. У них все было очень серьезно.

"Скажи мне, что она шутит, – сказал Блейк, и на его лице отразился ужас. Его глаза умоляюще смотрели на мои.

Я тяжело сглотнул и кивнул. "Это правда".

Он резко встал и вышел из-за стола.

"С ним все в порядке?" спросила Эми.

"Он злится на меня". Я оттолкнулась от стола. "Я заставлю его вернуться".

Блейк ждал меня на парковке. Я не успела войти в наружную дверь, как он направился ко мне, вцепившись в лицо.

"Какого черта, Иви? Зачем ты это сделала?"

Я рассказала ему о глупой ошибке и о том, что сделала это, чтобы спасти свою работу. Я опустила ту часть, где я опустилась до Джозефа через несколько минут после встречи с ним.

"Это всего лишь работа", – сказал Блейк. "Ты можешь найти другую".

"Нет, не могу, только не в Чикаго. Агентства разговаривают друг с другом. Я знаю, откуда пришли мои коллеги и ушли ли они по своей воле или нет". Я презирала то, как дрожал мой голос.

Если не считать грубого начальника, это была работа моей мечты, и мне нравилось жить в городе. Мне нравилось гулять в стаде с другими профессионалами бизнеса в зимние утра в Чикаго и бежать в кондиционированном такси после похода в бар с Пэйтон в жаркие летние ночи.

"Я стану старшим дизайнером к концу года, если не раньше", – продолжила я. "Даже если я смогу пойти куда-то еще, я начну с самого низа".

"Должен быть другой способ".

"Конечно, у вас есть десять тысяч, которые я могу занять?" с горечью спросил я. "Мне понадобится всего десять лет, чтобы вернуть их".

Его лицо сменилось шоком. "Господи, это так много?"

Я мрачно кивнула. "Слушай, со мной все будет в порядке. Это просто секс. Это не хуже, чем пойти домой с каким-нибудь случайным парнем. Это даже безопаснее".

"Только ты этого не делаешь".

Нет, не было. У меня никогда не было отношений на одну ночь. Я не видела привлекательности в том, чтобы сделать что-то настолько интимное, а потом больше никогда с ним не разговаривать. "Ну, теперь, наверное, вижу".

Он бросил взгляд через мое плечо на окно ресторана. Затем он закрыл пространство между нами, притянув меня в свои объятия. Я закрыла глаза, прижалась щекой к его груди и позволила этому произойти, не чувствуя себя виноватой. Я слушала ровный, быстрый стук его сердца.

"Пожалуйста, не делайте этого", – умолял он.

"Мне очень жаль", – это все, что я смогла сказать.

"Когда?"

"Завтра".

Он отступил назад, его золотистые глаза помутнели и потемнели. "Где?"

Рациональная часть моего мозга кричала, чтобы я не говорила ему. Ничего хорошего от того, что он узнает, не будет, но ради него я готова почти на все.

Я сказала ему адрес. Он сжал меня в объятиях и провел губами по моему лбу – так близко он смог поцеловать меня, чтобы я почувствовала, что он не изменяет ей. Весь остаток вечера я притворялась, что мое сердце не болит. Когда пришло время отправляться домой, он отозвал меня в сторону.

"Увидимся завтра", – сказал он.

ГлаваТРИ.

Пейтон отъехал от обочины и молчала до тех пор, пока мы не выехали на Лейк Шор Драйв.

"Завтра, ты все еще…?" – спросила она.

"Да". Вышло туго.

"В конце концов, ты бы ему рассказала", – сказала она. "ты сказала ему -

все. По крайней мере, у него был шанс отговорить тебя от этого".

"О, так вот почему ты это сделала?"

"Нет". Она затормозила, чтобы не врезаться сзади в такси, которое ее подрезало. "Я сказала ему, потому что он хочет тебя только тогда, когда не может получить. Я думала, вы просто друзья".

Я быстро пригубила пиво и разжала губы. "Ты сейчас ведешь себя как сучка".

Она на долю секунды оторвала взгляд от дороги, чтобы перевести его на меня. "Верно, но ты заслуживаешь гораздо большего, чем этот придурок. Ты должна быть для кого-то первым выбором, а не вариантом, который он держит открытым на стороне".

Она была права, но с этим было трудно смириться. Я не могла просто отключить свои чувства к нему, как бы мне этого ни хотелось.

Пейтон подвезла меня до дома, пообещав вернуться за мной утром. У нее был распланирован весь день до главного события. Мы отправились в спа-салон. Спреи для загара, маникюр-педикюр. … все, что можно было сделать, чтобы выглядеть как можно лучше, пока мы голые, – ее удовольствие. Потом мы отправились по магазинам.

Не имело значения, в чем мы пришли в клуб. Мы могли бы прийти и в трениках, но среди дам существовало неписаное правило: ты должен постараться. То, что ты бы надела, если бы собиралась на горячее свидание или на открытие клуба. Пэйтон подтолкнула меня к мерцающему серебристому платью с низким вырезом, которое облегало мои изгибы, а затем вытащила свою кредитную карту.

"Нет, Пэйтон…"

"Заткнись. Я бы заплатила десять тысяч, чтобы переспать с тобой в этом платье".

За ужином меня охватило жуткое спокойствие, и, приготовившись оставить все свои запреты позади, я начала со слов.

"Мне нужно знать, почему тебя это так волнует", – спросила я Пэйтон.

"Почему это важно для тебя".

Ее голубые глаза изучали мое лицо. "Мне это нравится. Я хочу, чтобы тебе нравилось то же, что и мне".

Я никогда не замеяала, чтобы она мне лгала. "Мне нужно знать твою настоящую причину".

"Я расскажу тебе, клянусь". Она грустно улыбнулась. "Но я не смогу рассказать тебе до конца".

Это только усилило мое любопытство и скептицизм. "Почему? ты получаешь от меня какие-то комиссионные?"

"Бонус есть, но, поверь, он здесь ни при чем".

Каждый из нас выпил по одной рюмке. Я бы не отказалась от еще одной порции, но соблюдала правила контракта. Я не могла позволить себе этого. Время шло то слишком быстро, то слишком медленно, и по мере приближения к десяти часам мне становилось все беспокойнее и головокружительнее. Грязная девчонка внутри меня была возбуждена.

Пэйтон подъехала к клубу на своем элегантном автомобиле, припарковавшись в двух кварталах от него. Одно из преимуществ того, что я приехала с ней, заключалось в том, что я пришла вовремя. Рано, что было очень кстати, потому что прямо через дорогу от обманчиво пустующего здания, в котором располагался клуб, меня ждал долговязый мужчина. У меня было такое чувство, будто я только что сделала кувырок.

"Какого черта он здесь делает?" шипела Пэйтон. Ее глаза сузились.

"Почему ты сказала ему, где?"

"Я ничего не могла с собой поделать", – призналась я. "Он попросил меня".

Она выжидающе уставилась на меня. "Ну? Иди и слушай, как он рассказывает тебе, почему ты не должна этого делать. Как ты должна продолжать ждать, пока ему наскучит его девушка. Я буду здесь, – сказала она, указывая на свои ноги, – когда ты будешь готова наконец двигаться дальше".

Я тяжело сглотнула и зашагала по пустынной улице. На лице Блейка было написано беспокойство. Боже, как же глупо я поступила, сказав ему об этом. Увидев его сейчас, я уничтожила тот клочок волнения, за который цеплялась, и заменила его парализующим страхом.

"Привет". Его голос был серьезным. "Я прошу тебя не ходить туда".

"Пожалуйста, не усложняйте ситуацию".

Я никогда не видела его таким, как сейчас. В нем была смесь отчаяния и страха, и мне было больно за него.

"Не делай этого с нами, – прошептал он.

Я замерла. "Мы?"

"Это уничтожит все шансы на то, чтобы мы будем вместе, Иви. Пожалуйста, – умолял он.

"Подожди, что?"

"Я люблю тебя". Он потянулся ко мне, попытался притянуть к себе, но все, что я слышала, – это слова Пэйтон. Мне хотелось верить ему, но слова слетали с его губ натянуто и принужденно.

"А как же Эми?" спросила я, когда его руки обхватили мою талию.

"Я знаю, это сложно".

Искра гнева зажгла огонь глубоко внутри меня. "На самом деле все не так сложно. Ты не можешь любить двух людей одновременно".

"Поверь мне, ты можешь. ".

Я вывернулась из его объятий. "Позволь мне уточнить. Ты не можешь быть влюблен в меня и одновременно любить другую женщину".

"Иви, остановись". Он сделал шаг ко мне. "Давай поговорим об этом. Только не заходи туда".

У нас было время поговорить. Месяцы и месяцы. Если бы он хотел уйти от нее, он бы это сделал. "Она вообще знает, что ты здесь?" Он виновато отвел взгляд от моего лица.

Я сделала огромный вдох, позволяя себе почувствовать силу. "Тебе не следовало приходить".

Он кивнул в сторону Пэйтон, на его лице появилась усмешка. "Она шлюха, и она потащит тебя вниз".

Я не понимала ее причин, но она никогда не предавала меня, и уж точно никогда не причиняла мне такой боли, какую причинил он сейчас.

"Убирайся отсюда", – сказал я, отворачиваясь.

Пейтон не осуждала. Она любила меня безоговорочно, как и подобает настоящему другу. Поэтому я оставила его стоять на месте и вернулась к подруге.

"Ты в порядке?" – спросила она.

"Я в порядке", – солгала я. "Пойдем повеселимся".

Сразу за дверью на табурете сидел крупный чернокожий мужчина с планшетом и наушником. Комната была маленькой и темной, а центром внимания была белая дверь напротив нас с черным логотипом клуба.

"Привет, девочка", – сказал он Пэйтон с искренней улыбкой на губах. Он провел нас через белую дверь, и, когда она захлопнулась за нами, я услышала, как он сказал в наушник, что мы прибыли.

Комната была широкой и короткой. С одной стороны стоял огромный диван, с другой – бар. Дружелюбный бармен, увидев Пэйтон, искренне ей улыбнулся. Он также носил наушник.

"Это комната для ожидания", – сказал Пэйтон, направляя меня к бару. "Иногда клиенту нужно несколько минут, прежде чем расстаться с такой суммой.

"Или чтобы виагра подействовала", – сказал бармен. Он сказал это в шутку, но я была уверена, что он говорит серьезно.

"Две рюмки текилы", – объявил Пэйтон. Бармен не колебался.

"Это нормально?" спросил я. Мне нужна была помощь, которую мог оказать алкоголь, но как же контракт?

Пэйтон отмахнулась. "Джозеф просто не хочет, чтобы мы напились. Немного смазки не помешает". Ее пальцы подтолкнули стакан ко мне. Я взяла его и выпила, не обращая внимания на жжение.

"Спасибо", – сказала она бармену и отстранила меня, как только я поставил свой бокал на барную стойку. Дверь вывела нас в центр длинного коридора, в который выходила бесконечная череда дверей. Ей не нужно было говорить, что за комнаты находятся за этими дверями. Я и так скоро узнаю.

Мы не стали заходить в комнаты. Я последовал за ней в конец коридора и поднялся по лестнице. Я слышала женские голоса, доносившиеся из комнаты справа, но она пошла налево.

Вошли в кабинет Джозефа. Он сидел за столом в черном костюме и черной рубашке без галстука, за его спиной располагался ряд затемненных видеомониторов. В контракте было оговорено, что видеозапись сеансов ведется строго в целях безопасности. Пэйтон заверил меня, что это не попадет в Интернет.

Меня это не очень волновало. Зернистое черно-белое видео с женщиной с повязкой на глазах было бы трудно опознать. К тому же этот клуб зарабатывал серьезные деньги, зачем им ставить под угрозу свою деятельность ради нескольких лишних долларов, продавая любительское порно?

"Добрый вечер, дамы", – сказал Джозеф, поднимаясь со своего места. "Вы обе прекрасно выглядите".

"Спасибо, – сказала Пэйтон. Я с трудом подбирала слова и просто кивнула. Сейчас я нервничала еще больше, чем тогда, когда была перед ним обнаженной.

"У вас есть контракт, Эвелин?" – спросил он.

Дрожащей рукой я достала его из сумочки. Бумага хрустнула, когда я протянула ее, но потом я не смогла ее выпустить.

"Мне нужна ручка", – пролепетала я.

Пэйтон испуганно посмотрела на меня. "Я думала, ты уже подписал его".

"Да." Мне не хотелось объяснять, и, к счастью, Джозеф достал ручку, так что мне не пришлось этого делать. Я обратилась к списку желающих и поставила галочки не в одном, а еще в трех пунктах. Это была не текила. Это был мой ответ мужчине, который не далее как пять минут назад признался мне в любви.

Она задохнулась, увидев, что я сделал, а затем лукаво улыбнулась.

"О, мы будем сестрами по женскому обществу".

Я затаила дыхание, пока Джозеф оценивал контракт и ждал, чтобы узнать магическую цифру после того, как дом получит свою долю.

"Максимум, что я могу сделать, – это двадцать процентов клубу, и, извините, это не обсуждается". Джозеф открыл ящик стола и подшил контракт.

"И десять процентов сверху для Пэйтон".

"Забудь, он мне не нужен", – сразу же сказала она.

Мое сердце упало. Даже если Пэйтон откажется от своей премии, мне нужно будет найти кого-то, кто согласится переспать со мной за 12 000 долларов. Это были огромные деньги.

Кто за это заплатит?

Она вложила свою руку в мою и сжала ее. "Ты можешь это сделать".

Еще четыре женщины предлагали свои услуги на этот вечер, и все они уже прибыли, когда мы с Пейтон вошли в зал. Она представила меня им, но я не могла сосредоточиться и сразу же забыл их имена. Они были потрясающе красивы и экзотичны, как и Пейтон. Была ли я здесь чем-то вроде извращенного аффирмативного действия? Типичная среднестатистическая девушка на случай, если клиент захочет получить порцию этого?

И хотя эти женщины были дружелюбными и приятными, они также были моими конкурентами. Я была в полной заднице во всех смыслах этого слова.

"Все в порядке", – сказала Пэйтон. Должно быть, она почувствовала, что я мысленно схожу с ума, и опустила меня на стул. "Давайте пройдемся по кодовым словам".

"Кодовый разговор?" В моей руке неожиданно оказался красный напиток, который принесла блондинка, выглядевшая так, словно она только что сошла с рекламного ролика в журнале. Я думала, что уже познакомилась со всеми остальными женщинами, но она была новенькой.

"Это клюква и водка", – сказала женщина. "Я Тара. Я буду вашим продавцом-консультантом".

"Ты?" Я сделал глоток напитка вслепую. "Они захотят переспать с тобой, а не со мной".

Пэйтон окинула меня напряженным взглядом. "Тара лучше всех разбирается в продажах. Я уже сказала ей, куда вам нужно попасть".

"Простите, – сказал я завораживающей блондинке, пытаясь успокоиться.

"Я очень нервничаю".

Тара села рядом со мной. "Я была там. Ты просто должна позволить себе наслаждаться этим. Есть много женщин, которые готовы заплатить за то, чтобы это произошло с ними. Это просто фантазия".

Я поставила напиток на соседний столик. Мне вдруг расхотелось, чтобы алкоголь попадал в мой организм. Я хотел сохранить рассудок. "Расскажите мне о коде".

"Если я говорю о погоде, когда клиент только пришел, он выглядит средне. Если я говорю о спорте, то он сексуальный", – говорит Тара.

"А если он некрасивый, – добавила Пэйтон, – она будет говорить о пробках". Тара бросила на нее знающий взгляд, как будто они поделились внутренней шуткой.

"Но если на мне повязка, какое это имеет значение?"

Пэйтон окинула меня взглядом, словно я была куклой. "Уродливые парни платят больше за киску. Намного больше".

"Я соглашусь с ценой, – сказала Тара, – но решение о принятии предложения всегда остается за вами. Ты не сможешь видеть язык его тела, и он решит, что это ему на руку. Когда он делает предложение, я прикасаюсь к тебе, чтобы показать, что я вижу. Чем ближе к твоей голове я буду, тем ближе, я думаю, мы достигнем его предела".

Я не понимала. Она собиралась прикоснуться ко мне?

"Например, – продолжала она, – если он предложит десять тысяч за Пейтон, а я дотронусь до ее лодыжки, думаю, мы сможем поднять ему цену. Если же я коснусь ее плеча…"

"Я собираюсь принять его", – сказал Пэйтон.

Ладно, я поняла, что в этом есть смысл. Я не задумывалась о ценах и переговорах, и мне стало легче от того, что мне не пришлось этого делать.

Время торопилось, и когда я взглянула на телефон, было без десяти минут одиннадцать. Внизу послышался шум, как будто начали прибывать клиенты. Джозеф появился в холле, болтая с несколькими женщинами возле двери. Я смутно подумала, не засовывал ли он свой член в рот каждой в тот или иной момент.

"Номер четыре, Тара", – сказал он, проходя мимо.

Это был номер комнаты, в которой я продам себя. Тара вручила мне шелковый халат и показала, куда я могу положить свою одежду и сумочку, а затем посмотрела на меня, словно ожидая, что я что-то сделаю. Я не могла понять, чего именно, пока пять других женщин в гостиной не начали раздеваться.

Они не стеснялись. Двое из них смеялись и рассказывали анекдоты, выпячивая все свои дела. Некоторые из них смотрели на меня, словно оценивая. Я поспешила за ними, натягивая через голову серебристое платье. Я не могла надеть бюстгальтер, так как платье было без спины, поэтому одно это движение говорило о том, что я пришла поиграть.

Я вылезла из нижнего белья и туфель на каблуках, оставшись голой, как сойка, и закуталась в мягкий халат. Пэйтон просунула руку в халат и застегнула его, подмигнув мне. Несмотря ни на что, я улыбнулся.

Мои босые ноги замерзли на лестнице, когда я спустилась в одну шеренгу, а затем решительно промаршировала по длинному коридору к своей комнате.

"Наслаждайся, Иви", – прошептала Пэйтон, проходя мимо. "Если тебе понравится, то и он будет в восторге".

Я уставиллась на латунную цифру "4", прикрепленную к ней, и задумалась, что же, черт возьми, произойдет со мной за этой дверью.

Я повернул ручку и толкнул дверь.

ГлаваЧЕТЫРЕ.

В комнате, мягко освещенной хрустальной люстрой, не было ни одной кровати. Центр пространства занимал длинный стол с кожаной подушкой, похожий на кабинет врача, но… явно менее клинический. Это было, если не сказать больше, сексуально. Каждый дюйм стен и потолка был покрыт чередующимися текстурами черной ткани в интригующей последовательности. Умелая маскировка для звукоизоляции. В углу стояло белое кресло с мягкой спинкой, которое, как я знала, было не для меня. На нем стоял мольберт с доской для рисования. На ней крупным, легко читаемым шрифтом был написан список моих желаний.

Дверь захлопнулась за Тарой, и меня охватил ужас во всем теле.

"Могу я взять у вас халат?"

Ее голос был как мед. Мои неуклюжие руки развязали узел на талии и позволили ему соскользнуть с плеч, поймав его в руки. На ощупь оно было как настоящий шелк. Я передала его ей и смотрела, как она вешает его на крючок за дверью.

"Здесь достаточно тепло?" – спросила она. "Я могу отрегулировать термостат".

Должно быть, она спросила, потому что я дрожала. "Я в порядке".

Рука Тары была теплой, когда она по-дружески положила ее на мою руку. "У тебя красивое тело, и мне не составит труда найти для тебя покупателя. Но вы здесь впервые, так что не волнуйтесь. Я найду подходящего покупателя. Того, кто заслуживает тебя".

Это был простой жест, но он меня успокоил.

"Ты не против?" Тара жестом указала на стол. Я глубоко вздохнула и села, с удивлением обнаружив, что стол мягкий. "Откинься назад и ляг, пожалуйста".

По мере того как я это делал, я выравнивал дыхание. Это случилось, смиритесь с этим. Тара наклонилась и открыла шкафчик под столом, а когда встала, в руках у нее было два куска черной ткани. Первый я узнал – повязка на глаза. Второй представлял собой длинный кусок черной ленты, исчезающий за краем стола.

"Я покажу вам, как это работает". Она опустила повязку рядом со мной и протянула ленту. "Можно мне взять твое запястье?"

Я протянул руку, и она обмотала ее концом ленты, прижав к себе.

"Липучка?" спросил я.

"Он прочный. ты не сможешь расстегнуть ее одной рукой, но если твой клиент захочет, это будет легко". Она расстегнула ее и протянула мне повязку. "Пора".

О, Боже. Я стянула резинку на затылке, а затем опустила ее на глаза, чтобы все вокруг было черным.

"Убедитесь, что он стоит там, где ты хочешь. Ты не сможешь отрегулировать его через минуту".

Я сделала так, как она предложила, закрепив резинку за ушами. Мое дыхание участилось, когда ее рука обхватила мое правое запястье и пристегнула его к столу.

"ты можещь проверить это для меня?"

Я попыталась поднять руку, но смогла сдвинуть ее лишь на несколько дюймов. Ее высокие каблуки мягко щелкнули по полу, когда она обогнула стол и встала с другой стороны. На это у нее не ушло много времени.

Скромная часть меня внутренне содрогнулась. Но была и более темная часть, которая заводила. Лучше сожалеть о том, что ты сделал, чем о том, что не сделал, – прошептало оно.

"Как ты?" – спросила она. "У вас не чешется нос? У меня всегда чесался нос, как только меня перевязывали".

"Ну, теперь да", – ответил я. Она рассмеялась и провела пальцами по моему носу, а потом она исчезла.

"Четвертая комната готова", – сказала она тихим голосом, явно не мне. Должно быть, у нее есть наушник. Ее каблуки отстукивали медленный ритм, и я услышал, как она опустилась в кресло.

Пока мы молча ждали, в голове пронеслось миллион мыслей. Ремни не доставляли неудобств, но и не были великолепны. Мне хотелось поскорее приступить к делу, хотя я была в ужасе. Что, если он захочет начать с одного из трех пунктов, которые я отметила в последний момент? Катастрофа, вот что могло бы произойти.

Я услышала, как распахнулась дверь, и перестала дышать. Вошли тяжелые шаги, и я различила его хриплое дыхание.

"Добрый вечер, сэр", – сказала она. "Могу я показать вам, что я сегодня демонстрирую?"

"Да", – сказал он. Тяжелые шаги приближались. "Боже правый, мне кажется, они становятся лучше с каждой комнатой". У него был южный акцент.

"Не знаю, думаю, вы поймете, что она – пик. И она эксклюзивна".

"Что это значит?"

"Она здесь только на одну ночь. Она может быть только вашей".

"Да?"

На мгновение они замолчали, прежде чем Тара заговорила снова. "Не похоже, что вы отсюда родом".

"Нэшвилл".

"О? Держу пари, к пробкам пришлось привыкать". Итак, он был уродливым, как выразился Пэйтон. Может быть, он мог бы заплатить сверху и уложиться в пять минут. . .

Он вздохнул. "Она очень красивая и все такое, но я бы хотел увидеть их всех, прежде чем принимать решение".

"Конечно", – сказала она своим медово-сладким голосом. Я услышал, как открылась и закрылась дверь. "Спасибо, что сказала мне, что он занимается шоу-румом", – проворчала она, и я снова предположил в наушник. "Ладно, понял".

Похоже, она вернулась в кресло.

Без зрения мне казалось, что прошло несколько часов.

Я ждала.

И ждала

Но дверь так и не открылась. Я пыталась считать в уме, чтобы отвлечься. Что, если никто больше не придет? Если я никому не нужна, то это уже плохо.

"Тара?" спросила я, паника нарастала во мне. Прошло не менее тридцати минут, и я боялась, что она ушла, а я ее не услышала, или она заснула.

"Да?"

"Обычно это занимает так много времени?"

"Нет, но мы… столкнулись с ситуацией".

Что? "Что за ситуация?"

"Кто-то попросил наложить на вас арест. Он не член клуба, а такая привилегия есть только у членов клуба".

Сердце подскочило к горлу, затрудняя дыхание. Блейк. Он собирался все испортить из-за меня? Он собирался прийти сюда и забрать меня? Дверь резко распахнулась, и раздался резкий вдох, заставивший меня вздрогнуть.

"Добрый вечер, сэр", – сказала Тара. "Думаю, это то, чего вы ждали".

"Да". Она была почти неслышна, поэтому ее невозможно было узнать.

"Она эксклюзивная, только на одну ночь. Пожалуйста, посмотрите поближе".

Его шаги затихли, когда он приблизился. Мне пришлось напомнить себе, что нужно дышать и расслабиться.

"Вы спортивный болельщик, сэр?" спросила Тара.

"Простите?" – сказал он, застигнутый врасплох. И совсем не похоже на Блейка. Может, и знакомо, но мои нервы мешали сосредоточиться.

"Обычно я стараюсь незаметно включить это в разговор, чтобы дать ей понять, когда потенциальный клиент кажется мне привлекательным. Я хотел убедиться, что она

понимала, о каком уровне привлекательности идет речь". "Я польщен". В его словах слышалась улыбка.

"Хотите попробовать?" – спросила она его. Что это значит? Затем ее дыхание стало теплым на моей шее. "Я собираюсь прикоснуться к тебе".

Я подпрыгнула, когда ее пальцы провели по коже моего живота. Все ниже и ниже. Она собиралась…? Мягкие, нежные пальцы поглаживали меня. Я попыталась отстраниться, но ремни удержали меня на месте. Я никогда не пробовала себя в роли женщины. Я могла оценить красоту женского тела, но у меня никогда не было желания исследовать что-то за пределами своего собственного. Мне нравился хороший, старомодный секс, и я знала, что мне еще многому предстоит научиться. Добавление женщин в этот микс казалось непреодолимым.

Это не имело значения. Ее пальцы возбуждали мои складочки, где было постыдно мокро, и легкий стон вырвался наружу прежде, чем я успела его подавить.

Она убрала руку между моих ног, и раздался звук, который я не смогла определить, похожий на поцелуй. Нет, я догадалась. Он сосал ее пальцы.

"Она вкусная?" спросила Тара. По моему телу разлилось тепло.

"Я бы хотел пить прямо из крана", – сказал он. О боже. Боже мой.

"За это нужно платить, но я откажусь от этого, если мы договоримся". Я решила, что это его устраивает, потому что Тара снова наклонилась ко мне и прошептала на ухо. "Опустись на край стола и наслаждайся". В ее голосе звучала зависть.

Я сделала все, как просили, и мое дрожащее тело заскользило по коже. Когда я опустилась достаточно далеко и мои ноги неловко свесились через край, теплая рука Тары обхватила лодыжку и приподняла ее, поставив мою ногу на ровную поверхность столешницы так, что пальцы выгнулись через край. Она провела рукой по другой лодыжке, и я оказалась перед ним, согнув колени в воздухе.

Скольжение вниз также заставило меня согнуть руки у головы.

Подушечки его пальцев были холодными, когда они коснулись внутренней стороны моего колена и мягко развели его в стороны, открывая меня для него. Моя нижняя губа задрожала. Нет, дрожало все мое тело. Пальцы провели по внутренней стороне бедра, пока не достигли впадинки, где мои ноги соединяются с телом. Я хотела, чтобы он что-то сказал. Я хотела, чтобы он…

"Черт", – произнес он низким, глубоким голосом, когда его палец коснулся меня там, где касались только несколько мужчин, а теперь еще и Тара, заставив меня вздрогнуть. "Ты такая мокрая".

Его прикосновения исчезли, а на смену им пришел теплый воздух, когда его рот навис над моей чувствительной плотью. Он целовал впадинку, потом чуть выше, потом внутреннюю сторону бедра с другой стороны. Дразнил меня. Восхитительное предвкушение росло и заглушало мое дыхание.

Я сильно ударилась о стол, когда его язык коснулся меня. Одна из его больших холодных рук сжалась на бедре, чтобы удержать меня на месте. Ощущения не были похожи ни на что, что я чувствовала раньше. Повязка на глазах сосредоточила все внимание на удовольствии, которое распространялось по моему телу от его непристойного поцелуя. Он снова лизнул меня, начиная с самого входа и до самого клитора.

"О боже", – сказал я вслух, а затем опустил глаза. Согласно контракту, я не должна была говорить, пока меня не попросят.

"Тебе нравится?" Он не стал ждать моего ответа, а просто сделал это снова. И еще раз. Начало оргазма зародилось где-то вдалеке, а затем настигло меня, когда он провел пальцем по моей мокрой груди.

"Она ваша за двадцать тысяч", – сказала Тара. Логическая часть моего мозга пыталась действовать, но физическая часть моего тела была под контролем. Это было неправдой. Этот мужчина, этот совершенно незнакомый человек, контролировал мое тело, когда трахал меня своим ртом и пальцами.

"Я думал, что скорее девять", – ответил он. Затем его рот снова оказался на мне. Как он мог так вести переговоры? Его голова была зарыта между моих ног, а она просто стояла и смотрела. Оргазм угрожал все ближе, и я застонала.

Девять было близко. Это уже было больше, чем я думала, что смогу получить, учитывая, что Тара сказала, что он хорошо выглядит. Но рука Тары провела по моей лодыжке, требуя сосредоточиться. Она может поднять его выше. Я быстро покачала головой на его предложение, а затем застонала, когда его язык скользнул внутрь меня.

"Кажется, ты ей нравишься". Голос Тары был знойным. "Как насчет шестнадцати?" "Десять". Он пробормотал это, касаясь боковой поверхности моего бедра, его палец работал внутри и снаружи меня. Желание нарастало, по моей коже ползли мурашки, умоляя освободиться.

"Мы оба знаем, что она стоит гораздо больше. Пятнадцать".

Его рука отстранилась и стала холодной, как будто он отступил назад. Нет, – кричал грязный голос в моей голове. Он собирался бросить меня, когда я была так близка. Так близко не только к тому, что мне было нужно, но и к тому, чтобы сорваться с обрыва в море наслаждения.

"Двенадцать". Его глубокий голос наполнил комнату. Мое сердце заколотилось, и облегчение захлестнуло меня. Я едва заметила, как рука Тары коснулась моего колена. Его руки и рот уже показали мне, что он знает, что делает, и пообещали, что мне это понравится.

"Да", – прошептала я.

Волосы Тары упали мне на руку, когда она приблизилась, чтобы прошептать: "Ты уверена? Мне кажется, ты оставляешь деньги на…"

"Да". Потребность во мне уже была слишком велика. Как ему удалось так быстро довести меня до грани? Я готова была заплатить ему, лишь бы вернуть язык.

"Поздравляю, сэр", – объявила Тара. "Она ваша". Судя по ее шагам, она направилась к двери, чтобы покинуть нас.

"Хочешь остаться?" – спросил он.

Шаги остановились, замешкавшись.

"Если хочешь, чтобы я посмотрел, я не против". Еще одна волна жара вспыхнула в моей душе при одной мысли об этом. В ее голосе звучало нетерпение. Она хотела посмотреть, что он собирается со мной сделать. Мягкие шаги возвестили о ее возвращении в кресло с мягкой спинкой.

Сделка была заключена, и, честно говоря, я хотела этого. Я жаждала, чтобы его рот оказался там, где он был до того, как мой оргазм прекратился. От мучительной боли между ног у меня перехватило дыхание.

Кончики пальцев провели по моей правой груди, заставив меня вздрогнуть, и я задохнулась, когда его горячий рот сомкнулся вокруг соска моей левой. Боль в моем центре усилилась, когда он присосался ко мне. Я хотела его. Обычно мне нравилась прелюдия, но сейчас я не контролировала себя и была в отчаянии. Моя рука попыталась толкнуть его вниз и показать ему, чего я хочу, но в ответ раздался тупой стук натянувшегося смирительного устройства.

"Я сделал тебе больно?" Он легонько укусил меня за долю секунды до того, как я попыталась пошевелиться. Было не больно, только не там, где он использовал свои зубы.

"Нет, сэр", – ответил я в бешенстве.

Он мог бы рассмеяться, но мой мозг был затуманен мыслями о похоти.

"Тогда в чем дело?" Он не звучал обеспокоенным, он звучал самодовольным. "Чего ты хочешь?"

Мне было позволено ответить, потому что он спросил, поэтому я постаралась не тратить слова впустую. "Я хочу, чтобы ваш рот снова оказался у меня между ног". "Где?" Грех в его голосе вызывал привыкание.

Я не очень любила грязные разговоры, но раз уж все подразумевало и ответитла "в моей киске".

"Да? Полагаю, сегодня это мой вечер". Он засунул палец глубоко внутрь меня, заставив мою спину выгнуться дугой. Он возобновил чувство приближающегося оргазма двумя медленными, и одновременно напористыми толчками, и как только я достигла-пика удовольствия, рука исчезла.

С моих губ сорвался будоражащий стон.

Послышался шорох одежды и звук расстегиваемой молнии.

"Презервативы в верхнем ящике под ней", – сказала Тара. Я уже забыла, что она там, смотрит, и голос у нее был неровный и торопливый. Она возбудилась, наблюдая за нами?

Стол едва сдвинулся с места, когда он открыл ящик, а через мгновение закрыл его с шумом рвущейся фольги. У меня были смешанные эмоции по этому поводу. Я жаждала того, что он собирался сделать, но еще больше я желала его рта.

Влажное, бархатистое блаженство поглотило меня. Его рот был агрессивным, им он ласкал меня, заставляя меня задыхаться. Я снова приподнялась, придвигаясь все ближе и ближе, и он заставил мое тело извиваться от потребности. Пока его рот был занят, он, похоже, возился с презервативом, натягивая его.

Его язык снова пробежался по мне. Когда он отстранился, слабая щетина вдоль его челюсти коснулась кожи на внутренней стороне моего бедра.

"Сейчас я тебя трахну". По его словам я поняла, что он снова стоит.

Я застонала – отчаянный крик нетерпения.

Руки скользнули под мои ноги и опустили тело вниз, так что моя попка оказалась на краю стола, а связанные запястья – над головой. Каждый мускул в моем теле напрягся, когда головка его члена коснулась моего входа. Его достоинство один раз скользнуло по моим складочкам, то ли дразня меня, то ли давая понять, что он – внушительных размеров. Он пристроился в нужном месте и надавил внутрь, совсем чуть-чуть. Я издала стон. Он был толстым.

"Ты чертовски красива", – сказал он, проникая внутрь. Эти слова заставили мои стенки прижаться к нему – непроизвольная реакция, которая только усложнила его проникновение внутрь. "И ты такая тугая". Он отстранился, а затем снова вошел, на этот раз еще глубже. Я вздохнула. Мне было неудобно из-за его размеров, но удовольствие от полноты пересиливало.

"Хочешь еще?"

"Да", – сказала я, задыхаясь.

Он толкнулся глубже, прокладывая себе путь. Несмотря на то что я была мокрой, он был таким твердым и большим, и для меня это было очень долго. Но оргазм, который он сдерживал, вновь подходил, и я готова была взорваться. Он продолжал входить в меня, заполняя мои мысли лишь ощущением его присутствия.

Он вошел в меня до упора, пока не оказался полностью внутри, и уперся в меня бедрами. "А теперь кончи для меня".

Он все время знал, насколько я была близка к этому. И когда он потребовал этого- я дала ему это. Я кончила в одном из самых сильных оргазмов, которые когда-либо испытывала, извиваясь на столе и вспыхивая от удовольствия. Мое тело билось в конвульсиях, борясь с ремнями. Я хотела протянуть руку и схватить что-нибудь, но в пределах досягаемости ничего не было.

Он не двигался, пока я кончала, находясь во мне. Я слышала его учащенное дыхание, сменявшееся долгим, медленным вдохом, как будто ему нужно было выровнять себя.

"Я мог бы посмотреть это еще раз", – сказал он. Его гладкая кожа лежала на моей, теплая, наши обнаженные груди были прижаты друг к другу. Я чувствовала мягкую ткань его рубашки на пуговицах на своих боках, как будто он расстегнул рубашку, но не снял ее. Губы прощупывали пульс на моей шее. "Хочешь, я заставлю тебя кончить еще раз?"

"Да", – сказала я, все еще содрогаясь от приступов оргазма. Он начал двигаться глубоко внутри. Иногда второй, меньший по силе оргазм накладывается на первый, и я чувствовала, как нити этого второго оргазма тянут меня за собой, подтягивая обратно.

"У меня есть правила", – сказал он. "Ты не должна задавать вопросов, несмотря ни на что". Его медленный, непристойный ритм сводил меня с ума от потребности.

"Ты понимаешь?"

Это было правилах, поэтому я не стала мучиться с ответом. "Да". "Да, что?" Он толкнулся в меня еще раз, сильнее, привлекая мое внимание.

"Да, сэр".

Он возобновил свой дисциплинированный темп, скользя свои членом внутри меня и усиливая желание до наростающего уровня. "Хорошо. Правило второе: ты отвечаешь на моивопросы, и ты должна отвечать на них честно". Я не могла это сделать, поэтому быстро кивнула.

"Последнее правило – твое тело принадлежит мне, а значит, и твои оргазмы – мои. Ты не кончишь без моего разрешения". Его влажный язык прошелся по одной груди, по ложбинке между ними и перешел на другую, обводя напряженный сосок. "Если ты нарушишь какое-либо правило, это повлечет за собой последствия". Я задохнулась. Он знал, что я уже близка к этому?

"Понятно?"

Я сглотнул. Три правила, достаточно просто. "Да, сэр".

Он прошептал, касаясь меня "Хорошо".

Это вырвалось у меня через секунду. "Я хочу разрешения кончить".

Он рассмеялся. Его тело было далеко от моего, поэтому он касался меня только там, где мы были соединены. "Уже? Нет."

Нет? Почему? Мои ноги задрожали и обвились вокруг его спины, пытаясь втянуть его глубже. Притянуть его к себе.

"Тебе нравится, когда мой большой член входит в твою киску?"

Мне не нужно было думать об этом. "Да".

"Тогда, думаю, пора снять повязку с глаз", – сказал он. "Мы оба – визуальные существа".

Комната рассыпалась, и все вокруг ужасно изменилось. Его пальцы скользнули под маску и приподняли ее, и хотя моим глазам потребовалось несколько раз моргнуть, чтобы привыкнуть к свету, это не имело значения, я уже знала. Я уже слышала, как он говорил эту фразу.

"Нет, – кричала я. Нет, нет, нет.

"Привет, Эвелин, – сказал Логан.

ГлаваПЯТЬ.

Логан не замедлил темпа. Его большие руки сжали мои бедра и прижали меня к столу, когда я попыталась отползти от него назад.

"Я так не думаю", – сказал он.

"Почему?" Мой голос был так же разбит, как и мои чувства. "Как ты…"

"Я считаю, что это правило номер один".

При слабом освещении и восстановившемся зрении я смогла разглядеть тонкий блеск пота на его груди и рельефном прессе. Его каштановые волосы цвета мокко были идеально уложены. Тара была права. Я всегда считала его привлекательным, но когда я отодвигала его личность на второй план, то видела, что он несомненно сексуальный. Я извивалась под его руками, но это лишь вызвало соблазнительную улыбку на его губах.

Я могу остановить его. У меня был сигнал. Если бы я быстро и многократно открывала и закрывала ладони, я могла бы выкинуть его меньше чем за минуту. Уверен, он знал об этом, так же как и о том, что я не смогу им воспользоваться. Ущерб был нанесен. Он видел меня голой, он опустился на меня, а сейчас он трахал меня. Мой босс. Разве недостаточно того, что мне приходится бороться за то, чтобы угодить ему в офисе?

"О чем ты думаешь?" – спросил он. "Честно".

"Что вы мой босс".

Он продолжал вводить в меня свой член, и хотя ожидаемый оргазм значительно ослабел, когда он стих, он еще длился.

"Поверь, я в курсе. Я не должен делать то, что мы делаем сейчас с сотрудником, сколько бы я ни думал об этом".

О чем, черт возьми, он говорил? "Я тебе даже не нравлюсь".

Он наклонился ко мне, зарываясь лицом в мою шею и посасывая ее. "Ты уверена в этом? Я только что выкинул двенадцать тысяч долларов, чтобы быть с тобой".

Напоминание о том, сколько денег он потратил, шептало, что оргазм должен быть ближе. Мысль о том, что он хочет меня и хочет так сильно, была мощной. У меня перехватило дыхание.

"Может быть, я слишком груб у себя в офисе", – признался он. "А что ты думаешь обо мне?"

Я закрыла глаза. Как я могла ответить на этот вопрос? Непрерывное прикосновение его тела к моему стало заглушать все остальные мысли. Одна из его рук опустилась на мое бедро. Она прошлась по моей коже, оставляя за собой мурашки, и остановилась на соске.

"Ты не собираешься мне отвечать? Это было второе правило". Он ущипнул так сильно, что стало совсем больно.

"Ты мне не нравишься", – сказал я.

Он рассмеялся, как будто это было сомнительно. "Может, раньше и нет, но теперь, блядь, да". Он вышел из меня и провел рукой по тому месту, где только что был, заставив меня задохнуться. "А это, – он засунул свои влажные пальцы мне в рот, – доказательство того, как сильно ты хочешь".

Я чувствовала вкус своего возбуждения, и… мне это нравилось. В офисе Логан был резким и строгим, но в то же время целеустремленным и справедливым. Логан вне офиса.... Он мне нравился.

"Тебе нравится мой большой член в твоей киске, Эвелин?"

Я не могла сказать "нет", он бы понял, что я лгу. "Да". Это прозвучало тихо и стыдливо.

Он снова вошел в меня, и я готова поклясться, что теперь он был тверже. Мое предательское тело сдвинулось, чтобы принять его глубже, и он издал резкий вздох, словно наслаждаясь этим. Его глубокие карие глаза были почти черными и гипнотизирующими, и я уставилась в них, пытаясь понять, почему он так поступил. Я должна была сосредоточиться на этом. А не на том, как мне было хорошо. О Боже, это было слишком хорошо.

"Я хотел попросить вас принести напитки ", – сказал он.

"Почему ты этого не сделал?" Я не осознавала, что спросила это вслух.

"Снова правило номер один". На этот раз он впился зубами в нижнюю часть моей груди, и резкая боль тут же притупилась от движения его языка. Его толчки стали еще интенсивнее, и я прикусила нижнюю губу. О, нет. Я была близка к оргазму.

На его лице появилось странное выражение, возможно, сожаление. "Я слышал, что у тебя есть парень, тот, чья фотография стоит у тебя на столе". Он говорил о нашей с Блейком фотографии на футбольном матче выпускников Северо-Западного университета.

"Он никогда не был моим парнем". Его рука покинула мою грудь и скользнула вниз, чтобы забраться под мое колено, толкая его назад. "Черт, не делай этого", – сказала я в панике.

Он проигнорировал меня, наклонившись к моей шее и проведя языком по краю уха. "Почему? Тебе не нравится?" "Нет, мне нравится. Слишком сильно нравится".

"Это ужасная причина для того, чтобы я остановился". Теперь он двигался яростно. Мое тело боролось за контроль, умоляя прекратить сопротивление. Желание текло по моим венам, густое и горячее, как жидкий огонь. Я хотела разрядки. Мне нужна была разрядка. Иначе я могу сойти с ума.

"Ты можешь это сделать", – прошептал он. "Сдерживайся. Будет намного лучше, если ты подождешь".

Мои глаза закрылись, но через мгновение моя голова оказалась в его руках, заставивших ее подняться.

"Я хочу, чтобы ты посмотрела, как я тебя трахаю".

В конце концов, мы – визуальные существа. Он знал, что мне было мучительно видеть, как его массивный член проникает внутрь меня. Я никогда не видела ничего настолько эротичного и задыхалась, пытаясь отогнать оргазм.

"Хорошо, ты так хорошо справляешься", – сказал он. "Еще немного".

Думаю, он хотел, чтобы я потерпела неудачу. Он провел одной рукой по моему телу, по груди, по животу и, двигаясь между нашими телами, обвел мой клитор. Это было слишком, это переполняло меня.

Я вздохнула от разочарования или отчаяния. "Логан…" Я была готова умолять об этом.

Его глаза были обрамлены длинными ресницами, и я поняла, насколько красивы его темно-карие радужки. Когда я произнесла его имя, его глаза наполнились жаром. Выражение его лица завораживало меня, но в то же время и портило. У меня не было ни малейшей возможности соблюсти правило номер три.

Он понял это как раз перед тем, как это начало происходить. "Нет, еще нет. У тебя нет разрешения".

Было уже слишком поздно для этого. На этот раз мои руки потянулись назад и обвились вокруг удерживающих меня лент, сжимая их, пока я кончала.

"О, черт", – закричала я, откинув голову назад и закрыв глаза. Он был не таким сильным, как первый, но все равно мощным и повалил меня набок. Когда я спустилась с того места, где он меня взял, я снова открыла их и робко посмотрела на него.

Он был в ярости.

Одной рукой он вцепился в мое запястье, а другой разорвал липучку, освобождая меня. Он ничего не сказал. Он перешел к другому запястью и тоже расстегнул липучку, а затем вытащил меня из себя и поднял так, что я оказалась сидящей перед ним. Я хотела спросить, что он собирается со мной сделать, но я уже нарушила самое главное правило. Мне не нужно было нарушать еще одно.

"Встань, – приказал он, отступая назад, чтобы дать мне возможность сделать это.

Мой взгляд не отрывался от его лица, пока я робко ставила ногу на холодный пол. Это было так далеко, как только он спустил меня со стола и развернул в своих объятиях так, что моя спина оказалась прижатой к его влажной от пота груди. Руки толкнули меня вниз, и я перегнулась через стол.

"Вытяните руки".

Потому что он хотел снова связать меня. Мои руки медленно скользили по коже, дрожа от нервов и возбуждения.

"Есть шанс, что ты сможешь…?" Он обращался не ко мне.

"Конечно, – ответила Тара. Черт, я и забыла, что она снова здесь. Ее лицо раскраснелось, когда она подошла к столу и обернула фиксатор вокруг моего запястья.

"Если я могу вам чем-то помочь, – сказала она ему, в ее словах прозвучал намек, – не стесняйтесь".

Погодите-ка. Что она только что предложила? Острый приступ чувства собственничества пронзил меня до глубины души. Логан заплатил за то, чтобы заполучить меня, а не ее. Я слишком отвлеклась, чтобы заметить, что она закрыла второй ограничитель, пока не стало слишком поздно что-либо предпринимать.

Я смотрел, как она возвращается в кресло, прижав руки к бедрам.

Его рука резко опустилась на мою задницу, и я вскрикнула от шока. Меня никогда раньше не шлепали. Это был один из трех пунктов, которые я проверила этим вечером, и, очевидно, мое наказание за непослушание. Жжение было горячим, а потом остыло, когда рука ушла, чтобы ударить меня снова, теперь уже по другой щеке. На этот раз рука осталась на месте, и она потянула мою щеку в сторону…

Чтобы он мог засунуть туда свой рот. Туда, где еще никто не бывал.

Я покачнулась, и мои колени больно ударились о шкаф под столом. Его рот переместился вниз, чтобы он мог погрузить в меня язык, но рука осталась на месте. Он положил другую руку мне на щеку и отстранил ее, так что моя задняя часть оказалась полностью обнаженной.

Это было шокирующе и запретно, когда его язык снова двинулся вверх и привел меня в неистовство. Мягкий, теплый, запретный. Моему телу это нравилось, а мозгу – нет, и от борьбы между ними у меня кружилась голова. Я думала, что смогу перевести дыхание, когда он встанет, но все стало намного, намного хуже.

Я чувствовала, как он толкается там, вжимаясь в меня.

"Подождите". Я в панике обернулась через плечо, каждый мускул моего тела был напряжен.

Он колебался. "Что?"

"Я не уверена, что смогу это сделать".

Его взгляд остановился на списке на мольберте. "Это есть в меню".

"Я знаю, но…" Как объяснить, что я сделала это только от отчаяния?

"Я не делала этого раньше". "Ты не хочешь?"

Мне не нравилось сдаваться. Мне не нравилось терпеть неудачу. Но я думала, что у меня ничего не получится.

"Я не хочу". Это прозвучало как поражение. Что должно было произойти, когда я отступила…

"Все в порядке, – сказал он, – я все равно едва могу удержаться от того, чтобы не кончить в твою киску. Я бы, наверное, и пяти секунд не продержался, трахая тебя в задницу".

У меня голова шла кругом, когда он говорил такие вульгарные вещи. В офисе он был таким сдержанным и расчетливым, а здесь – его развязанная версия. Когда он снова засунул в меня свой член, я решила, что эта версия мне нравится больше.

Я уже достигла, как мне казалось, своего предела оргазмов. Два были самым большим, что я когда-либо получала за один раз. Мое тело казалось истощенным, пока его руки не опустились на мою талию, и он не притянул меня к себе, требуя большего.

Он вонзился в меня, толкаясь, и… и… он, вероятно, собирался заставить меня кончить снова, но на этот раз ему пришлось бы потрудиться. Скольжение его члена внутри меня – не было похоже ни на что, что я когда-либо испытывала. У меня перехватило дыхание, и я жаждала большего.

"Непослушная девочка", – игриво выругался он. Я взглянула на него, но его глаза были устремлены не на меня. Они были устремлены на Тару в углу. Ее юбка была задрана до талии, а рука двигалась внутри кружевных трусиков.

"О Боже", – задыхалась я. Как будто кто-то облил меня огнем. Это было так сексуально.

"Слушая, как ты кончаешь, она возбуждается", – сказал он мне. "Тебе нравится смотреть, как она себя ласкает?"

Я не могла отвести взгляд. "Да".

Логан входил в меня все сильнее и глубже, и я забеспокоилась, что снова нарушу правило трех без предупреждения. Но он замедлил темп и вошел в меня соблазнительным движением, которое дразнило.

"Может, ты снимешь трусики, – попросил он Тару, – и покажешь нам свою киску?"

Она стояла, намеренно прикрыв глаза. Она стянула трусики с великолепных ног и спустила их на пятки, выходя из кружева по одной ноге. Я ожидал, что она сядет обратно в кресло, но вместо этого она направилась к нам.

Меня не должно было волновать, интересуется он ею или нет. До сегодняшнего вечера я почти не думала о Логане. Он был моим боссом и не имел права на существование. Но теперь было невозможно не воспринимать эту изысканную женщину как угрозу.

Но ее взгляд был устремлен не на него. Он был устремлен на меня. Она сидела на столе прямо над моими руками, ее руки медленно тянули ткань юбки вверх. И вверх. А потом она повернулась к нам и раздвинула ноги так, что они оказались на столе, обнажив голую кожу своего пола.

"Видишь, какая я из-за тебя мокрая?" – сказала она, опуская руку в свои блестящие складочки. Не то чтобы я могла смотреть куда-то еще, она была в 10 сантиметрах от моего лица. "ты когда-нибудь была с другой женщиной?" Мне не нужно было отвечать. Сегодня я принадлежала Логану.

"А ты?" – спросил он, глубоко проникая в меня. Мои глаза закатились обратно в голову, а его идеальное положение мешало что-либо сделать.

"Нет". Это была одна из тех галочек, которые я не поставил в списке желаний, хотя и думала об этом.

"Ты хочешь?" Это прозвучало непринужденно, как будто он спрашивал о чем-то обычном.

Я не могла дать ответ, потому что у меня его не было.

"Правило номер два", – прорычал он.

"Я… не знаю". Я была пьяна от секса и власти в этой комнате. Власть, которая меняла мое направление.

"Почему бы тебе не попробовать и не посмотреть, понравится ли тебе это?" – полуумоляюще спросила она. Конфликт между моей консервативной и дикой стороной оставил меня дезориентированной. Рука Логана покинула мою талию и коснулась ее колена.

"Подойдите ближе".

Она улыбнулась и сделала это с готовностью. "Но чтобы вы знали, у меня могут быть неприятности, если вы прикоснетесь ко мне, сэр".

Ей некуда было деться, когда она улеглась на стол и вытянула ноги из моих рук. От нее пахло кокосом и ванилью. Я застыла, склонив голову над ней и колебалась. Я не была уверена, хочу ли я этого, но мой разум также не говорил "нет". Не услышав "нет", я захотел попробовать.

Его руки собрали мои волосы и откинули их назад, подальше от моего лица. Он замедлился почти до остановки, чтобы его толчок не отправил меня лицом в нее.

"Хочешь, чтобы я сказал тебе, что делать?" – спросил он.

"Я… да". Мое сердце заколотилось в груди.

"Проведи по ней языком, начни с внешней стороны и продвигайтесь внутрь, вверх и вниз".

Я тяжело сглотнула, закрыла глаза и наклонился вперед. Я едва коснулась ее, и она издала громкий стон, который подтолкнул меня к тому, чтобы сделать это. Мой язык прочертил дорожку по ее бархотней коже. На вкус она была… другой. Хороший. Когда я добралась до ее клитора, она застонала, и я почувствовала, как Логан дернулся внутри меня.

"Черт возьми, это так сексуально", – сказал его глубокий голос. "Пососи ее, а потом быстро проведи языком".

Ей это очень нравилось. Ее спина выгнулась дугой и опустилась на стол.

"Черт, вот так". Это прозвучало сквозь ее прерывистое дыхание. "Вот так".

Доставляя ей удовольствие, я получала наслаждение. Логан возобновил медленный темп движений, что усиливало напряжение. Казалось, что его член входил в меня вечно. Его руки обхватили мои груди.

Я почувствовал ее руку на своей голове, прижимая меня к ней. "Лижи меня сильнее".

Мне пришлось оторвать свой рот от ее рта, чтобы перевести дыхание и произнести: "Мне нужно разрешение, чтобы кончить".

"Нет, пока она не сделает этого". Он произнес это с торопливым вздохом, как будто все это было для него невыносимо.

Я погрузила язык внутрь, а затем вернулась туда, где ей, похоже, нравилось больше всего. Ее бедра двигались в такт с моим ртом. Ее рука запуталась в моих волосах, оттолкнув Логана, и она смогла ухватить их в горсть. Ее стоны становились все громче и громче. Опять нарушаю третье правило? Я не могла. Не могла. Мой язык порхал по ее влажной коже, ожидая яркого завершения.

"О черт, я кончаю, я кончаю". Ее тело затрепетало, а бедра крепко сжали мою голову, удерживая меня на месте и прижимая к себе, пока она содрогалась. Затем ее ноги раздвинулись, и она замерла на столе, ее дыхание замедлилось.

Он, конечно, тоже замедлился, но я чувствовала, как он пульсирует. Он был очень, очень близко.

Тара отступила назад и приподнялась, одарив меня медленной улыбкой удовлетворения. От осознания того, что я доставил ей удовольствие, у меня внутри все затрепетало. Она перекинула ногу и спустилась со стола, ее каблуки понесли ее обратно к стулу, намеренно и соблазнительно покачивая бедрами.

Логан положил руку мне на плечо, а другую – на талию, поддерживая меня. Он наращивал темп, все быстрее и быстрее, пока я не стала дикой. Единственным звуком, кроме наших вздохов, было шлепанье наших тел друг о друга. Внутри было так тесно, что не было никаких мыслей, кроме потребности в освобождении.

"Подождите меня, – сказал он.

"Черт, скорее".

Потому что это происходило прямо сейчас. Я вскрикнула, мои руки сжались в кулаки, и волна за волной блаженство накатывала на меня. Это было так интенсивно, что причиняло боль, но несколько секунд спустя я спровоцировала его разрядку, потому что почувствовала его спазмы внутри себя. Они продлили оргазм, и я все еще кончала, когда он рухнул вперед на мою спину, его руки крепко обхватили меня.

Никто из нас не двигался и ничего не говорил. Я закрыла глаза, глупо убеждая себя, что мне не придется столкнуться с реальностью, когда они откроются. Я чувствовала, как колотится его сердце в груди. Оно стучало так же быстро, как и мое.

Он убрал мои волосы со своего пути и поцеловал меня в шею, чуть ниже уха. "Я бы заплатил за тебя двадцать".

Я распахнула глаза, когда он отстранился от меня. Он отступил назад, и я услышала звук, с которым он выбросил что-то в мусорное ведро. Зашуршала одежда.

"Подождите, – сказала я, начиная идти за ним. Но ремни больно напомнили мне, что я не могу этого сделать. "Логан". Я повернула шею, пытаясь разглядеть его. Его молния была расстегнута, и он попятился назад, не пытаясь застегнуть рубашку.

"Логан, подожди", – умоляла я. Но он выбежал за дверь, не глядя на меня. Бросил меня.

ГлаваШЕСТЬ.

Его стремительный уход привел меня в состояние эпического срыва.

"Снимите их с меня!" сказал я Таре, борясь с ограничениями.

"Он действительно ваш босс?" Она двигалась медленно. Я могла бы открыть десять программ Adobe за то время, которое потребовалось ей, чтобы подойти к крючку и стянуть халат.

"Да, он мой босс. Ты можешь ехать быстрее?" Я старалась не выдать себя.

Она накинула халат на мои плечи и медленно расстегнула первую застежку. Я оттолкнула ее руки, чтобы расстегнуть второй, и, накинув халат на плечи, побежал к двери.

"Эвелин, ты не можешь", – тихо сказала она. "Пойдем наверх".

Как только я вошла в зал, меня уже ждал массивный мужчина с огромным лбом, похожий на вышибалу. Он ничего не сказал. Он приветливо улыбнулся мне и жестом указал на лестницу. Тара положила руку мне на поясницу и убедила идти туда.

"Как только клиент отправился в платежную комнату, больше никаких контактов. Это для вашей безопасности".

Думаю, я онемела от шока, находясь под полной эмоциональной перегрузкой. Когда я моргнула, то снова оказалась на том же диване в гостиной. Пейтон уже была одета.

"Это был Логан, – сказала я, все еще не понимая смысла. Как, черт возьми, он узнал, что я здесь? И как, черт возьми, я собираюсь идти в офис в понедельник?

"Твой босс?"

"Да, – сказала Тара, – он горячее, чем поверхность солнца, босс".

"Ты не говорила мне, что он горячий". Пэйтон обвинила меня взглядом. "Все, что ты сказала, это то, что он засранец".

"Я никогда этого не говорила, он не…" Я его защищала? "Он хорош собой, но он мой босс. И до сегодняшнего вечера я не думала, что нравлюсь ему".

Тара широко улыбнулась. "Господи, видела бы ты его лицо, когда он вошел и увидел тебя".

Я даже представить себе не могла. Я не знала его, но теперь хотела знать о нем все.

Пейтон помогла мне одеться. Бары были еще открыты, и она хотела отметить это событие выпивкой. Я едва могла сосредоточиться на простой задаче – натянуть платье, как же я буду вести себя на публике? В довершение всего Тара поцеловала меня в щеку и прошептала "спасибо", после чего ушла, напомнив мне о том, что я сделала.

О, Боже.

"Мне пора домой", – сказала я Пэйтон, когда мы направились к офису Джозефа.

Она перестала двигаться, на ее лице застыло непонятное мне выражение. "Тебе не понравилось?" Ее голос звучал как призрак.

Я сделала глубокий вдох, потому что признать это было нелегко. "Да, это так, просто у меня сенсорная перегрузка".

Она рухнула в кресло на краю гостиной.

Во мне поднялась паника. Я никогда раньше не видела, чтобы она выглядела так. "Что случилось?"

"Я чертовски рада, вот и все".

"Что? Что мне… понравилось?" Во второй раз сказать это было не легче.

"Да, потому что теперь я знаю, что со мной все в порядке. Что у меня не все в порядке с головой".

Теперь все стало понятно. Она не сказала мне о своей истинной причине, чтобы это не аннулировало результаты ее теста. За эти годы она пережила немало парней, называвших ее шлюхой. Казалось, их осуждение всегда отскакивало от нее. Но у нее было строгое католическое воспитание, и, возможно, в глубине души она боялась, что в этом есть доля правды. Что она наслаждается сексом, а это неправильно.

"Мне понравилось", – сказала я, найдя в себе силы. "Это был умопомрачительный, самый лучший секс в моей жизни. Возможно, я сделала несколько вещей, в которых не уверена, что буду суперкомфортно завтра, но мне не стыдно, что мне это понравилось". Ее улыбка была эпической.

Джозеф дал мне толстый манильский конверт в своем кабинете. Прежде чем он успел спросить

– может повторим?

"Мне жаль, но я думаю, что это не для меня", – сказала я. "Но спасибо вам за все".

"Ты знаешь, где мы находимся, если передумаешь".

Я спустиась за Пейтон по лестнице, прошела через коридор и попала в пустую комнату, где на диване сидел чернокожий парень с планшетом.

"Девочки, вы готовы?" – спросил он, поднимаясь на ноги.

"Да", – сказала Пэйтон с сияющей улыбкой. "Как получилось, что ты всегда провожаешь меня, Джулиус?"

Огромный мужчина сиял. "Просто глупое везение, я думаю".

Мы вышли через парадную дверь, и я сразу почувствовала, что что-то не так. Джулиус раскинул руки в стороны, загораживая нас с Пэйтоном от кого-то.

"Иви, – услышала я его слова. Какого черта Блейк до сих пор здесь делает?

"Я тебя не знаю, приятель", – сказал Джулиус Блейку. "У тебя здесь нет никаких дел. – он повернул голову в противоположную сторону, – я узнала, так что тебе лучше поторопиться. Тебе нельзя здесь оставаться".

Мой взгляд метнулся в сторону того, с кем разговаривал Джулиус, и я тихонько вздохнула. "Логан?"

"Вы просили меня подождать, – сказал он с загадочным выражением лица.

Когда я взглянула на двух мужчин, ожидавших меня, их взгляды обратились друг к другу. Я увидела недоверие на лице Логана. Он узнал Блейка по фотографии, и после того обмена мнениями Блейк, должно быть, решил, что это мой клиент.

"Блейк, стой", – крикнула я, когда он бросился к Логану. Я увернулась от массивной руки Джулиуса и встала между ними. На лице Блейка были написаны гнев и боль, и, хотя я знала, что не виновата в этом, я ненавидела себя за то, что стала причиной этого.

Джулиус крикнул обоим мужчинам, чтобы они отступили и убирались к чертовой матери.

"Я их знаю, все в порядке", – сказала я. "Пэйтон, помоги мне".

"Убирайся отсюда", – крикнула она Блейку. "У тебя был шанс, а теперь беги домой к своей девушке, которая заслуживает лучшего, чем ты".

"Трахни себя, шлюха".

Пэйтон выглядела самодовольной. "Извините, в мире не хватет денег".

О боже, это было ужасно. Логан наблюдал за разворачивающейся драмой, его глаза настороженно следили за высоким мужчиной, зацикленным на мне.

"Иви, ты в порядке?" Блейк успокоился, когда перестал смотреть на Пейтон. "Давай я отвезу тебя домой".

Я так долго была влюблена в него, и мое разбитое сердце гулко билось в груди, когда я говорила с ним. "Нет. Иди домой".

Его лицо стало кислым, на нем отразилась смесь потери и гнева. Я смотрел, как он садится в машину и уезжает, больше не смотрев на меня. Рука болела, потому что я крепко сжимала конверт с деньгами, не замечая, что дошла до белого каления.

Джулиусу не понравилось, что я сделала шаг к Логану. "Ты уверен, что хочешь с ним поговорить? Я могу заставить его уйти".

"Да". О да, я определенно хотела поговорить с ним.

Он прислонился к полуночно-синему BMW, на нем был черный костюм, который он надевал, когда приходил в офис "Плейерс", только на этот раз не было галстука и две пуговицы остались расстегнутыми. Я увидела его новыми глазами. Мой босс был потрясающе красив и сильно сексуален.

Он припарковался в нескольких шагах от клуба, и когда я подошла к нему, он стоял.

"Кто этот парень?" Он замолчал, возможно, желая уединиться с Джулиусом и Пэйтон, которые наблюдали за происходящим из дверного проема.

"Друг", – сказал я, а потом задумался. "Я не знаю, это сложно".

"Пойдем со мной домой".

Я хотел бы придумать остроумный ответ или язвительное замечание, но мой мозг подвел меня. "Что?"

Он нежно провел рукой по моей шее и прошептал мне на ухо. "Это правило номер один".

Логан быстро положил руку мне на бедро, чтобы удержать меня, и опустил голову, чтобы его рот впился в мой в поцелуе. После всего, что было в той комнате, это случилось впервые. Он был таким медленным и соблазнительным, что я растаяла в нем. Руки обхватили мое лицо, наклонив голову под нужным углом, чтобы он мог поддразнить меня намеком на свой язык. Он попросил большего, и я согласилась.

Мои руки последовали его примеру и обвили его шею, а я прижалась к нему всем телом, желая, чтобы поцелуй стал еще глубже. О Боже, я хотела большего. Я хотела его.

"Пойдем со мной домой", – приказал он своим глубоким голосом, и я не смогла ослушаться. Мне было слишком любопытно узнать его причины, чтобы дать какой-либо другой ответ. Гравитация притянула меня к нему.

"Хорошо."

Он распахнул пассажирскую дверь, как джентльмен. Я уставилась в пустую машину, потом снова на него. Если я не сяду в эту машину, то не получу никаких ответов.

"Я пойду", – крикнула я Пэйтон. Она сверкнула огромной улыбкой и помахала мне рукой, затем просунула свою руку через руку Джулиуса и направилась к своей машине.

На пассажирском сиденье стояла бутылка вина. Я взяла ее и села, положив на колени вместе с сумочкой и конвертом, и нервно улыбнулась Логану, когда он закрывал мою дверь. О. Боже мой. Боже. Что я делаю?

В его машине был мягкий кожаный салон, в который я погрузилась с головой. Бутылка вина была холодной в моих руках, а на этикетке красовался тот же логотип, что и в клубе.

"Полагаю, это бесплатный подарок при покупке", – сказала я, когда он опустился на водительское сиденье.

"Нет, это была моя покупка. Вы были бесплатным подарком".

Мой пульс участился. Он завел машину, включил передачу и отъехал от обочины. Как только мы оказались в пробке, он положил правую руку на голую кожу чуть выше моего колена. Я подпрыгнула, пораженная тем, как непринужденно он это сделал. Непринужденно, легко, но в то же время властно. От тепла его кожи у меня по коже побежали мурашки.

Мы ехали в тишине, и это заставляло меня напрягаться и волноваться. Мне хотелось, чтобы он заговорил, но он, казалось, был доволен тем, что изучал дорожную обстановку и вел себя так, словно того, что мы только что сделали, никогда не было.

"Как ты узнал, что я буду в клубе?"

Он выхватил у меня из рук бутылку вина и поставил ее в подстаканник, а затем столкнул все, что лежало у меня на коленях, на пол.

"Это, – его рука скользнула к внутренней стороне моего колена и поднялась на несколько дюймов вверх от того места, где оно было, – определенно правило номер один".

"Если ты не заметила, нас там больше нет".

"Я заплатил за ночь с тобой, и, если ты не заметила, это ночь вне дома". Полуулыбка исказилась на его губах. "Ты все еще подчиняешься моим правилам". "Нет".

Мы подъехали к светофору, и он обратил холодный и властный взгляд в мою сторону. "Ты в моей машине, и скоро ты окажешься в моем доме. Мои правила, Эвелин".

"Я понятия не имела, на что соглашаюсь", – пролепетала я. Эта его авторитетная версия охладила меня и в то же время разожгла. Темный тембр его голоса проникал мне прямо между ног, заставляя слабеть от возбуждения. Я оторвала взгляд от его лица и стала наблюдать за дорожным движением, за людьми, собравшимися у баров, курящими и болтающими в теплой августовской ночи. Машина дернулась вперед, когда загорелся зеленый свет. Как я могла получить ответы, если не могла задавать вопросы?

"Что у тебя на уме?" – спросил он.

Это была первая проверка. Я ничего не ответила, с любопытством ожидая, что он сделает. Выполнит ли он свою угрозу наказания? Он бросил на меня косой взгляд и раздвинул мои колени, чтобы положить руки поверх моих трусиков.

"Отвечай, или я подведу тебя к краю и оставлю висеть".

Мой рот открылся, чтобы я могла набрать воздух в легкие. Я знала, что он может это сделать, и он, конечно, тоже.

"Мне интересно, – мой голос задыхался, – как все сложится в понедельник, если ты снова начнешь меня недолюбливать".

"Ты все еще думаешь, что после того, что я только что сделал, ты мне не нравишься?" Его пальцы зашевелились, и я почувствовала удовольствие. Я издала тихий стон, и на его губах появился намек на наглую улыбку. "Я уже говорил, что подумывал пригласить тебя на свидание".

"Вы действительно думаете, что людей так сильно волнует, есть ли у вас отношения с сотрудницей?" Черт, правило номер один. Его пальцы сдвинули мои трусики в сторону и беспрепятственно коснулись меня, заставив мои руки сжаться вокруг его запястья.

"Они будут, если я тебя раскручу". Его пальцы двигались быстрее, мучая меня.

"Вы собираетесь повысить меня в должности?"

Он просунул в меня весь палец, и я задыхалась. Да, – скандировало мое тело, – да. Силы ушли из моих рук, обхвативших его запястье, но они остались, побуждая его двигаться быстрее, глубже, чтобы дать мне именно то, что мне нравится.

"Тебе это нравится? Мой палец внутри тебя?" Я тяжело сглотнула и слабо кивнула.

"Скажи мне словами".

В этой машине не было кислорода, поэтому его почти не было слышно. "Мне нравится".

Я лишь в малой степени осознавала, что мы свернули с улицы на парковку под одной из многоэтажек. Пока он ехал по проходу, моя кульминация становилась все ближе.

"Почти готово", – сказал он. Он говорил о своем месте или о моем оргазме? Он припарковал машину и выключил двигатель, а затем запустил обе руки мне под юбку. Я задыхалась. Я вцепилась в него когтями, притянула его голову к себе и впилась губами в его губы.

Он позволил это на мгновение. Но затем он полностью отстранился от меня, оставаясь верным своему слову. О Боже, я была в отчаянии. Мне казалось, что он поступил жестоко, но он забыл одну важную деталь. В клубе я не пользовалась руками, но теперь они у меня были.

Он схватил бутылку вина за горлышко, толкнул дверь и вылез наружу, не заметив, что я не сделала того же. Я сунула руку под трусики, не заботясь о том, что в гараже есть кто-то еще, кто может меня увидеть. После этой безумной ночи я совершенно перестала себя контролировать.

Он подошел ко мне, чтобы открыть мне дверь, как будто я была леди. Но вместо этого он увидел, как я трогаю себя. В его великолепных глазах вспыхнул жар, но лицо сохранило обычное спокойствие.

"Сегодня ты больше не будешь нарушать никаких правил. И уж точно не это правило". Он оттолкнул мои руки и поднял меня на ноги. "Я же сказал тебе, это мое". Он провел рукой между моих ног, приподняв юбку и погладив меня. Независимая часть меня протестовала, но основной женщине во мне это нравилось.

Я схватила с пола конверт и сумочку и последовала за ним к лифту.

"Думаю, ты мне больше нравишься обнаженной, – прошептал он мне в шею, пока мы поднимались на сорок пятый этаж, – но это платье – очень близкое второе место". Кончики его пальцев скользнули по обнаженной коже моей спины и вызвали у меня дрожь.

Его квартира находилась всего в нескольких дверях от лифта, и когда он включил свет внутри, это меня разозлило.

Дверь за ним закрылась, и его руки легли на мои бедра, прижав меня лицом к стене.

"Это был риторический вопрос", – сказала я, когда его тело прижалось к моему. Он впился зубами в мочку моего уха. Это было властно и горячо. "Я просто имела в виду, что у тебя хорошая квартира".

"Это не мое место. То есть да, и есть, и нет. Я снимаю ее у друга, который владеет арендой". Руки ласкали изгибы моего тела, прижимая меня к стене. "Он уезжает в Японию на следующий год и не хочет терять квартиру, поэтому его компания платит половину арендной платы, а я – вторую. В остальном – нет,

Я не могла себе этого позволить".

Он отпустил меня и позволил побродить внутри.

Не то чтобы квартира была пентхаусом, но она была просторной, с открытой кухней, где все выглядело совершенно новым. Гостиная находилась сразу за гранитной барной стойкой, а задняя стена представляла собой сплошной лист стекла от пола до потолка.

Из окон этой квартиры открывался самый невероятный вид на Северный пляж. Даже глубокой ночью я мог видеть очертания озера и пристани для яхт.

"Вау", – сказала я.

" Ничто не сравнится". Он поставил бутылку вина на стойку и открыл ящик, доставая штопор. Я увидела висящие под шкафом бокалы для вина и достала их, поставив перед ним правильной стороной вверх.

Я изучала его длинные пальцы, пока он резал фольгу. Из-за того, что ему не разрешали задавать вопросы, трудно было начать простой разговор, и, похоже, ему нравилось молчание. А мне – нет. Я могла бы проявить смекалку: обычно он отвечал, когда я делал комментарий или замечание.

"Мне не нравится, что я не могу задать тебе вопросы о том, как все произошло".

"Должно быть, это тебя расстраивает". Он откупорил бутылку, наполнил бокалы наполовину красным вином и передал один мне. Он был игриво самодоволен своими правилами.

Я сделала глоток вина. Оно было сухим, и мне оно не понравилось, а когда я отставила бокал, на его губах заиграла улыбка.

"Тебе не нравится моя бутылка вина за двенадцать тысяч долларов?"

"На мой вкус, это не двенадцать штук".

"Но я знаю, что это так".

Я занервничала, когда он сократил расстояние между нами, а его рука крепко обхватила мою талию. Его голова опустилась к моей, и он поцеловал меня, его рот был властным и собственническим. От этого у меня участилось сердцебиение.

Господи, этот мужчина умел целоваться.

"О чем ты думаешь?" – спросил он.

"Я рада, что ты не поцеловал меня во время переговоров".

Его карие глаза были полны любопытства. "Почему?"

"Потому что я бы согласился на вашу начальную ставку. Или я мог бы предложить меньшую цену".

Казалось, ему было приятно это слышать. Он отставил свой бокал и положил руки на меня, приподняв, чтобы усадить на столешницу. Гранит был холодным на фоне моей горящей кожи.

Следующий поцелуй был более агрессивным. От него веяло похотью и обещанием еще большего удовольствия, а его руки скользили по моим бедрам, поднимаясь вверх. Я положила одну руку на его четко очерченную линию челюсти, как будто могла успокоить себя, прикоснувшись к нему, но это только заставило комнату вращаться сильнее. Я чувствовала, как контроль ускользает.

Логан стал твердым между моих ног, прижимаясь к моему центру. Его рука легла на мое плечо, и он направил меня назад, чтобы я легла на стойку, его рука провела по моей груди. Но я откинулась назад, приподнявшись на локтях.

Он задрал мою юбку до бедер, медленно и методично поднимая ее вверх, облизывая губы и давая мне увидеть язык, которым я практически умоляла его на этом столе. О, черт.

"Хочешь посмотреть?" У него был злой взгляд.

Той застенчивой девушки, которой я когда-то была, больше не было. Я уничтожила ее, когда ворвалась в кабинет Логана в начале этой недели. Кто бы мог подумать, что я окажусь здесь, наслаждаясь своим наказанием?

"В прошлый раз мне не удалось посмотреть".

Он не стал снимать с меня трусики. Его пальцы проследовали на внутренний шов моего бедра и потянули ткань в сторону. Затем он наклонился, положил мои ноги себе на плечи и поцеловал меня именно там, где я хотела. Глаза Логана закрылись, словно он смаковал меня. Он провел языком по мне, руками раздвинул ноги и лизнул. От него исходило интенсивное, восхитительное тепло. Это вызывало привыкание. Он вызывал зависимость.

Наблюдать за тем, как он пирует на мне, было изысканной пыткой. Мне приходилось бороться за каждый вдох, когда он открывал глаза и проверял, продолжаю ли я смотреть шоу.

"Я приду", – полуутвердительно сказала я.

"Нет".

Мои локти не слушались, а спина холодела от прикосновения к граниту, но Логан не сдавался и не давал разрешения.Ногтями впивалась в него и кричала, требуя освобождения. Мне нужно было сосредоточиться на другом. заниматься сексом в другом месте. Не думай о языке, который тебя ласкает. Моя голова упала набок, и я ухватилась за первое, что увидела.

На стене висел плакат в рамке. Это была не художественная фотография или репродукция известного произведения искусства. Это была реклама спортивного автомобиля.

Я работала с ним достаточно долго, чтобы узнать его стиль в любом месте.

"Когда ты… . ." Нет, никаких вопросов. Одному Богу известно, какое восхитительное наказание он бы мне сейчас устроил. "Я никогда не видела этого раньше. Это потрясающе".

Он поднял голову на долю секунды, чтобы понять, о чем я говорю, и его глаза смягчились от комплимента. "Я сделал это прямо перед тем, как ты начала". Когда его голова опустилась обратно, я схватила в кулак его мягкие волосы, пробираясь сквозь них пальцами.

Моя похвала словно зажгла в нем спичку, потому что он стал гораздо более интенсивным и срочным, в чем-то таким же отчаянно жаждущим оргазма, как и я. Он ввел в меня один длинный палец и выгнул его назад, быстро найдя ту точку, которая выведет меня из-под контроля. "Пожалуйста, мне нужно. . ." задыхалась я.

"Скажи мое имя, когда будешь это делать".

Удовольствие захлестнуло меня, обжигая кожу, каждый нерв. Я дернулся, и от удара коленом один из бокалов с вином упал на кафельный пол, после чего раздался звон разбитого стекла.

Думаю, я бы выкрикнула его имя независимо от его требований.

"Знаешь, у меня есть соседи", – поддразнил он, ослабляя хватку на моих трусиках

Я боролась за возвращение на землю. "Извините за стекло".

Его сильная рука обхватила одно из моих запястий, и он помог мне сесть. "Не волнуйся об этом, это моя вина, что я позволил тебе кончить".

"За то, что позволил мне…" Черт, сформулируй это как утверждение. Это было похоже на какую-то извращенную версию "Джеопарди". "Ты так говоришь, будто не хочешь, чтобы это случилось".

Он запустил руку в мои волосы и потянул назад, наклоняя мою голову к себе. "Я бы предпочел, чтобы ты кончила только от моего члена".

Возможно, это были его слова или недавний оргазм, но я вздрогнула.

"Ты бы хотела этого?" Его лицо было соблазнительным и властным. "Снова кончить ?"

Мне не нужно было этого делать; я заработала деньги, которые мне были нужны. Я могла оставить конверт с нацарапанным на нем моим именем на его столешнице, поскольку наша деловая сделка была завершена. Я пришла к нему домой, чтобы получить ответы, но теперь у меня была новая цель. Он спрашивал… мой босс спрашивал, хочу ли я переспать с ним. "Да".

О, черт, да.

ГлаваСЕМЬ.

Он не стал убирать вино и разбитый бокал. Он приказал мне обхватить его руками и ногами, чтобы он мог отнести меня в свою затемненную спальню. Опустившись на одно колено, он уложил меня на идеально заправленную двуспальную кровать и, сняв пизжак, скрылся в гардеробной.

Зажегся свет, и я приподнялась и села, наблюдая за ним. Пальцы перебирали пуговицы его рубашки, сначала на манжетах, потом на воротнике и ниже. Когда он снял ее и повесил на вешалку, мои глаза с вожделением следили за каждым восхитительным изгибом его мышц. Мой фильтр "мозг-рот" перестал работать.

"Черт возьми, ты великолепен".

Он моргнул, словно ошеломленный. Конечно, такой человек, как он, уже слышал это или что-то подобное, но, с другой стороны, я уверена, что это всегда приятно слышать.

"Полагаю, это моя реплика", – сказал он. "Снимайте платье".

Почему мне это нравилось? Мужчина, приказывающий мне, должен был вызывать у меня яростный гнев. Вместо этого я поднялась на колени и подчинилась, стянув платье через голову и отбросив ее в сторону, так что я стояла на кровати на коленях в одних трусиках, обнажив грудь, чтобы он мог трахать меня этими завораживающими глазами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.