Екатерина Авилова
Голубой конкур

Голубой конкур

Это была моя первая и единственная Олимпиада. Я никогда не был спортсменом. Но в то время, казалось, всё Содружество Независимых Галактик (СНГ) помешалось на Космической Олимпиаде. И я решил тоже поучаствовать.

А началось всё с того, что представители Большого Совета, побывав на Земном Форуме, посетили там летнюю олимпиаду между народами. Идея соревнований им очень понравилась, и было решено отправить запрос во все известные галактики о межпланетных состязаниях. Предложение было одобрено, и дело оставалось за малым – придумать флаг, гимн и выбрать виды спорта для соревнований.

Все думали, это будет решаться годами с учётом разнообразной и не очень-то сговорчивой публики. Однако на конкурсной основе вопрос решился довольно быстро: в течение полугода.

Жители всех обитаемых систем выбирали лучшие виды спорта, из них отбирали те, которые годились для космических состязаний. Далее объявили конкурс на лучший флаг Космической Олимпиады. Его выиграла жительница Тэры, внучка императора – Алькора. На флаге она изобразила Парад Планет Содружества. Планеты были разного цвета, а сам флаг – голубым. Это и стало символом межпланетных соревнований.

Торжественные открытия первых двух Олимпиад проходили на планете победительнице конкурса – Тэре. Далее эстафета передавалась по жребию. И открытие третьей Олимпиады, в которой я принимал участие, состоялось на Марсе.

Такое огромное количество кораблей давно не видели жители Солнечной системы, разве что с момента открытия телепортического моста с Тэрой.

Когда ажиотаж вокруг Марса поутих, космическое пространство немного освободилось: зрители и спортсмены отправились по разным планетам – участницам, ведь некоторые виды спорта могли осуществляться только на определенной планете. Так, например, было и с новым видом спорта – голубым конкуром, который в последнее время стал очень популярен.

Суть этого вида заключалась в том, что Всадники осуществляли бег и прыжки на блуксах, синих лошадях с горбами, которые обитали только на планете Асуль. Именно туда я и полетел, чтобы попробовать поучаствовать в забеге.

Об этом соревновании я узнал случайно. Я как-то прогуливался по Москва-Сити и считал в уме последние сбережения, каких у меня осталось совсем немного после смерти отца. Я был в отчаянии. Аренда за жилье заканчивалась. Денег на новую студию не было. Так случилось, что мой любимый батюшка оставил мне почти одни долги.

В свои шестнадцать лет я не успел получить должного образования и не мог найти достойную работу. Перебиваясь случайными заработками, я еле-еле сводил концы с концами.

Я обдумывал, податься в армию или выбрать стихийное попрошайничество где-нибудь в поясе астероидов, как вдруг наткнулся на одно яркое объявление.

На широком экране посреди улицы девушка в голубом костюме утверждала, что каждый может стать спортсменом:

Стоит только захотеть

На Асуль всем полететь -

Там в компании друзей

Станешь ВСАДНИКОМ скорей.

Реклама гласила, что на планете Асуль появился новый вид спорта, в котором еще нет профессионалов, и каждый гуманоид может испытать свои силы.

Мне не улыбалось быть практически первопроходцем. Но всем участникам и тем более победителям давали некоторые привилегии в получении жилья и работы на любой удобной планете и денежное вознаграждение, которое могло пригодиться в мирах, где еще водились деньги.

Эта реклама внушила мне надежду на лучшее будущее, чем бродяжничество и попрошайничество. К тому же, я с детства любил лошадей. На Земле их осталось совсем мало. Они был занесены в Красную Книгу и водились в специальном заповеднике.

Я сказал себе: «Марк, это твой шанс!». И уже через два дня, собрав свои немногочисленные пожитки, я отправился сначала на Марс на торжественное открытие, а потом и на далекую голубую планету.

По прибытию на Асуль меня и еще девять таких же непрофессиональных спортсменов распределили по катерам, на которых мы добрались от космодрома до единственного города на планете.

Мы летели на высоте птичьего полета. Я во все глаза смотрел на чужую землю, ибо в свои шестнадцать я успел только побывать на Луне и Марсе. Местность была пустынной, укрытая голубым песком, блестевшим в лучах местной звезды. Жители Асуль, состоявшие в основном из людей, по привычке ее называли солнцем.

Капитан катера, узнав, что мы будущие спортсмены, сделал небольшой круг, чтобы сверху показать спортивную трассу.

Трек проходил по холмистой равнине и был освещен парящими фонарями. Линия трассы была неровной, но без резких углов, кроме одного места, где она упиралась в голубовато-серые горы. Там, повернув на 90о, она продолжала свой путь вдоль гор, а потом плавно сворачивала к равнине, обратно к городу.

Как сказал мой гуманоидный сосед с двумя ртами и четырьмя руками (кажется, абориген с планеты Элида), равнина вовсе не была дружелюбной. Бег с препятствиями осуществлялся по пересеченной местности, через гейзерную долину, череду рек, и занимал более двух суток, что не каждый спортсмен выдержит. Сутки на Асуль были короче земных и составляли 22 часа. В это время года темнело часов в восемь, а солнце вставало в пять.

Еще этот рукастый гуманоид сказал, что управлять блуксом нелегко. У них капризный и сердитый характер. Хотя опытные всадники с ними дружат и ладят. Блуксы могут быстро перемещаться по сухим рекам благодаря мощным копытам, которые не проваливаются в песок. Человеку или другому гуманоиду лучше не спускаться с синей лошади во время прохождения через реку – засосет как в болоте. А вот на скалах блуксы довольно медлительны. И то, как поведут себя всадники, управляя животными, будет зависеть победа.

Нас расселили на окраине города в одноэтажной гостинице, рядом с которой располагался Стувор, который включал в себя конюшню, где жили блуксы, и поле для тренировок с ними. По стувору, занимающему значительную площадь, люди и гуманоиды перемещались на блуксах или электромобилях на две персоны.

Соревнования должны были начаться через неделю. Поэтому мы почти сразу же приступили к знакомству с блуксами и тренировкам.

Нас разделили на группы по два спортсмена. В моей группе оказался тот самый четверорукий элид, которого звали Жвал. Каждой группе дали тренера. Наш был человеком коренастым, невысоким. Его звали Джон.

В первую очередь Джон спросил у нас, что мы знаем о планете и блуксах.

Еще в полете мы посмотрели обучающий фильм про Асуль и ее обитателей.

Как оказалось, на планете было всего два материка, окруженных розовым океаном. Это была смесь воды и кислот, не пригодных для питья и жизнедеятельности человека.

Один из материков состоял из бурлящих вулканов и не представлял интереса для Галактического Центра. Другой материк разделялся на две части: холмистую равнину и горную местность. В горах было почти ничего не изучено, разведывательные дроны там постоянно выходили из строя или лишались связи и пропадали. С космоса эта часть материка выглядела безжизненной, если не считать редко встречающихся растения среди скал.

На Холмистой равнине первооткрыватели построили единственный город для туристов и зрителей. Асуль-сити был небольшим, включал в себя несколько разнообразных гостиниц для инопланетных гостей, с десяток магазинов и огромный стадион, на котором, собственно, начинались и заканчивались соревнования. По всей трассе располагались парящие фонари с камерами для трансляции зрелища на стадионе.

Воздух был почти пригоден для дыхания человека. Чтобы пары кислот не обжигали легкие, всем людям и гуманоидам выдавали порционные суточные таблетки, выпив которые можно было обходиться без скафандра.

В городе поставили мини-завод по очистке жидкости из океана, для питья и других нужд. А также в каждом номере гостиницы стояли фильтры для очистки воды. Кислота, которая оставалась после фильтрации, шла на освещение.

Несмотря на то, что место называлось фермой, блуксов специально не выращивали. В Сту́воре их было немного, всего около пятидесяти особей. Эти синего цвета животные были похожи на земных лошадей и верблюдов одновременно. У них были копыта, грива и пушистый хвост, а также небольшой горб, который служил им, как и верблюдам, для запаса пищи. Морда блуксов была слегка вытянутой и заканчивалась узким хоботом примерно в полметра длиной. По размеру блуксы были в полтора раза крупнее земных лошадей.

Их нашли первооткрыватели планеты. По одному, по два они приходили к строителям города и постепенно привыкали к людям. Люди приучили их к своей пище и построили для них ферму.

Первые строители ради смеха на досуге оседлали блуксов и устроили скачки наперегонки. Эта забава им пришлась по душе, и они решили устроить межпланетные соревнования, поучаствовав в Олимпиаде. С тех пор (вот уже третий раз) ради денег и престижа каждые три года фермеры приглашали желающих участвовать в гонках.

После вводной лекции и вопросов тренер подвел нас к блуксам. Для удобства подготовки к соревнованиям стойла разделялись на секции по 10 блуксов: секция А, B, C, D, E. Нам попалась секция D.

Джон медленно провел нас мимо всех блуксов, а потом сказал:

– Итак, сейчас ваша задача выбрать себе блукса. Для этого надо медленно идти, останавливаться возле каждого блукса и прислушиваться, присматриваться. И постараться уловить с ним контакт. Как правило, с каким-то животным его легче, с каким-то труднее установить. Если контакт полный, такое бывает, но редко, это удача.

– А если не удастся установить контакт? – Спросил я.

– Тогда ты не дойдешь до финиша…, – ответил Джон. – И вряд ли пройдешь половину трассы. Хоть слабый, но нужен контакт…

– Как я пойму?

Джон развел руками:

– У каждого это индивидуально. Я чувствую какое-то тепло. Некоторые замечают, что у блукса меняется цвет глаз при контакте. Вы можете почувствовать душевный комфорт. Вперед! Не робейте! Они у нас привыкли к частым гостям. Не торопитесь, но и не затягивайте. Тренировка возможна только на выбранном блуксе.

Жвал встал с одной стороны секции, я с другой. И мы пошли навстречу друг другу, медленно, останавливаясь возле каждого блукса, которые высунули свои хоботы и любопытно смотрели на нас из заграждения.

Я остановился напротив первого блукса. Он несколько секунд смотрел на меня, потом опустил голову стал что-то ковырять хоботом, не обращая на меня никакого внимания.

Я медленно подошел ко второму. Ничего.

К третьему – пустота.

Скоро мы с Жвалом остановились напротив пятого блукса. Своих он уже прошел и ничего не почувствовал. Вдруг Жвал поднял свои две руки вверх, а другими двумя руками обхватил область живота и что-то забормотал. Блукс встрепенулся, помотал головой, а потом медленно протянул хобот к Жвалу и погладил его по носу. Элид погладил в ответ его по голове, блукс зашевелил ушами.

– Этот, － кивнул Жвал Джону. Тот записал что-то в своем журнале:

– Можешь зайти к нему, познакомиться поближе, – сказал ему тренер и посмотрел на меня. － Ну, Марк. Надо выбрать. Тренировка через пол часа.

Я глубоко вздохнул и подошел к шестому блуксу. Тот вообще отвернулся от меня и несколько раз ударил хвостом по загону.

Так я прошел мимо всех десяти и уже совсем отчаялся. Тренер хмуро покачал головой. Я понимал, что меня могли снять с соревнований. А это было еще хуже, чем остаться на Марсе или Земле. Следующий катер придет только после Олимпиады, а зрители обязаны были платить за проживание и питание в гостинице.

Я решил обойти стойла еще раз. Ну не может быть, чтобы хоть слабого контакта я был недостоин. На секунду закрыв глаза, я вдруг вспомнил, как ребенком вместе с отцом ездил в Южно-Африканский заповедник. Мы долгое время там наблюдали за табуном лошадей, а потом я даже одну из них погладил, и мне разрешили на ней прокатиться. В своем воспоминании я четко ощутил тепло кожи той лошади, она радостно фырчала мне.

Когда я открыл глаза, то увидел, что стою напротив стойла восьмого блукса и глажу его по голове. Тот обнимал меня своим хоботом, его фиолетовый взгляд, казалось, улыбался мне. Ощутив какой-то волнительный трепет, я улыбался и не мог поверить, что блукс сам выбрал меня. Он несколько раз моргнул, и цвет глаз его сменился с фиолетового на светло-сиреневый.

Я обнял его голову, как смог дотянуться.

– Отлично! – Джон похлопал меня по плечу. – У тебя десять минут. Потом начинаем.

На табличке я прочитал имя моего блукса. Его звали Хорс.

– Ну что, Хорс? Давай дружить!

Я зашел к нему в стойло. Он, как кот, стал обнюхивать меня и фырчать. Я погладил его по гриве. Нашел в углу щетку-расческу, почистил его бока и расчесал гриву и хвост. Осмотрел копыта.

– Какой ты чудесный! – улыбнулся я, все еще не веря своей удаче и счастью. Счастью – оказаться на далекой планете и познакомиться с ее обитателями. Хорс потопал ногами, потрепал меня хоботом по голове и вдруг издал гортанный звук:

– У-лю-лю-лю-лю!

Я удивлённо вскинул брови:

– Ты говоришь со мной? Хорс! И я тебя люблю!

Заглянул Джон, и мы отправились на тренировку в поле.

Там я в числе десяти будущих спортсменов научился седлать своего блукса просить его сесть, чтобы забраться на него и управлять им во время ходьбы и бега.

Я видел, что Хорсу не очень нравится седло и сбруя, но я поглаживал его, говорил с ним, и он спокойно меня возил по площадке.

В последующие дни мы учились обходить препятствия, пересекать топи сухих рек, забираться на скалы. Джон подробно рассказывал, где нужно ослабить поводья, где натянуть, где погладить и успокоить блукса, чтобы быстрее и четче реагировать на ситуацию на трассе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.