Алина Руби
Дом с кипарисами

ДОМ

С КИПАРИСАМИ

РОМАН

От автора

Что, если ваше неожиданное наследство окажется не просто красивой недвижимостью на побережье, а ключом к тайнам, которые могут изменить жизнь? Я приглашаю вас в мир, где кипарисы у моря тянутся ввысь, скрывая за своими кронами шёпот прошлого.

Петербурженка Алиса Крылова, успешная писательница, не планировала менять что-то в своей жизни, пока не получила в наследство старую усадьбу в Сочи. Но вместо уютного гостевого дома она находит паутину интриг, исторические тайны, недосказанности и следы борьбы, которая велась здесь задолго до её появления.

Почему её тётя до последнего отказывалась продавать дом? Какие секреты хранят винные погреба, и что на самом деле стоит за угрозами, которые теперь преследуют Алису? Богатая старыми легендами, вековая история усадьбы, подземные тоннели, винтажные сокровища, неожиданные союзники и враги, способные на всё – перед ней раскрывается история, где правда опаснее вымысла.

Отправившись в это путешествие, Алиса найдёт нечто большее, чем ответы. Дом, некогда принадлежавший совершенно разным людям и эпохам, откроет перед ней не только свои тайны, но и её собственные. Преодолевая страхи и сомнения, она столкнётся с испытаниями, которые заставят её взглянуть в лицо своим слабостям, научат доверять, идти вперёд, несмотря на потери, и открываться новым чувствам. Там, где она искала лишь разгадку, её ждёт личностный рост, сила, которую она не знала в себе, и любовь, которая станет её настоящей точкой опоры.

Приготовьтесь: вас ждёт путешествие, полное неожиданностей, и шаг за шагом вы будете вместе с Алисой разгадывать тайны Дома с кипарисами, наблюдая, как меняется не только судьба героини, но и она сама.

С любовью, Алина Руби

Глава 1. Холодные новости в январе

Зима в Петербурге выдалась снежной. Снежинки медленно опускались на замёрзшую гладь Малой Невы, укрывая её белоснежным одеялом. На улице стоял крепкий мороз, который не отступал уже несколько недель. Дом на Васильевском острове, в котором была квартира Алисы Крыловой, стоящий на набережной Макарова, возвышался как немой свидетель исторической эпохи. Его фасад, выкрашенный в насыщенный терракотовый цвет, хранил отпечатки прошлого, а высокие арочные окна смотрели на заснеженные крыши Петроградской стороны на другом берегу.

Квартира Алисы, расположенная на третьем этаже, была не просто жильём, а отражением её характера. Потолки поднимались почти на четыре метра, увенчанные лепными розетками, а полы были покрыты старинным паркетом, который она бережно восстановила. Изразцовая печь, облицованная бледно-зелёными плитками с растительными узорами, стояла в углу гостиной, создавая ощущение уюта. Однако здесь не было ни малейшего намёка на музейный дух. Алиса тщательно продумала интерьер: стильные современные кресла, массивный стеклянный стол, настенные полки с книгами и декором, в которых органично сочетались винтажные находки и предметы современного искусства.

Алиса была женщиной, которая умела совмещать красоту и практичность. Её высокий рост, стройная фигура и плавные движения всегда привлекали внимание. Она носила тёмные волосы, слегка завивающиеся на концах, распущенными или собранными в элегантный низкий хвост. Яркие зелёные глаза выделялись на фоне её светлой кожи, придавая её образу особенную магию. Она всегда выглядела стильно: сегодня это были бежевый кашемировый свитер и тёмно-синие брюки, которые подчёркивали её лёгкую изысканность.

Но за этой внешней уверенной элегантностью скрывалось многое, о чём Алиса редко говорила. Её жизнь, внешне гармоничная, на деле была полна одиночества. После тяжёлого развода год назад, она выстроила вокруг себя стены, за которыми чувствовала себя в безопасности. Предательство бывшего мужа, человека, которому она доверяла, оставило глубокий след. Он ушёл к другой женщине, разрушив всё, что Алиса считала прочным и настоящим. С тех пор её жизнь изменилась. Она перестала думать о личной жизни, считая это пустой тратой времени. Семья и отношения стали для неё далёкой, почти абстрактной идеей. Теперь она сосредоточилась на писательской карьере, которая, к счастью, была успешной до этого периода жизни.

Алиса склонилась над ноутбуком за широким письменным столом из орехового дерева. Она перечитывала свой текст, иногда чуть нахмуривая брови. На экране была её новая книга – очередной детектив с запутанным сюжетом и глубоким психологизмом. Она умела создавать сложных персонажей: интеллектуальных, но ранимых, решительных, но философских. Её читатели ценили это, а книги становились бестселлерами, собирая хвалебные отзывы.

Её путь к литературному успеху был трудным, но вдохновляющим. Алиса окончила факультет психологии, и первые годы работала по профессии, помогая людям разбираться в их внутренних конфликтах. Но со временем она осознала, что её настоящий талант – это слова. Психология осталась важной частью её творчества: в каждом герое Алиса разбирала человеческую природу методично, словно сыщик, изучавший дело о громком преступлении.

Она любила анализировать, раскладывать эмоции и поступки на составляющие, добавляя тонкую нить интриги. Её романы завоёвывали премии, а статьи на заказ приносили стабильный доход. Но несмотря на признание и успех, Алиса чувствовала пустоту. Писательский труд стал для неё способом заполнить этот вакуум, но в тишине своей квартиры она всё чаще задавалась вопросом: «Что дальше?»

Её дни были посвящены работе. Алиса писала по утрам, как сам Эрнест Хемингуэй, когда в доме было особенно тихо, а ум ясен. Вечера она часто проводила за редактированием или чтением. В её библиотеке на полках соседствовали классика и современные авторы: Ремарк, Достоевский, Мюррей, Донцова.

Но вот уже второй месяц работа не шла. Текст казался ей механическим, бездушным. Как будто слова теряли своё значение, едва покидая её ум. Она вздохнула, откинулась на спинку кресла и убрала волосы за ухо. На столе стояла чашка чёрного кофе с кардамоном, давно остывшего. Она протянула руку, сделала глоток и поморщилась.

Алиса встала и подошла к окну. Она любила эту картину: спокойная, недвижимая заснеженная река, графичные силуэты зданий на противоположной стороне, снежная дымка, скрывающая горизонт. Казалось, что время остановилось, позволяя ей подумать.

Она обняла себя руками, будто пытаясь согреться.

«Я закрылась от всего мира», – думала она. – «Может быть, я и правда спряталась за этими стенами, за книгами, за работой? Но как иначе?»

Вопросы остались без ответа. Она вернулась к столу, но работать так и не смогла.

Её размышления прервал звонок. На экране телефона высветился неизвестный номер. Она ответила с некоторой неохотой, гадая, кто это мог быть.

– Госпожа Крылова? – раздался мягкий, немолодой голос. – Добрый день. Меня зовут Константин Львович Фиалковский. Нотариус из Сочи.

– Из Сочи? – переспросила она, удивлённо нахмурившись.

– Да, – мужчина немного замялся. – Я звоню по поводу вашей тёти Марии Васильевны.

Алиса почувствовала, как что-то в её груди сжалось. Мария Васильевна… Это имя давно не звучало в её жизни. Её тётя, сильная, независимая женщина с тяжелым характером, была чем-то вроде загадки для всей семьи. Мария уехала из Петербурга в Сочи ещё в конце 1970-х и с тех пор жила там, почти не общаясь с родственниками.

– Что-то случилось? – спросила Алиса.

– К сожалению, да. Она скончалась недавно, за неделю до Нового года. Инфаркт. Похороны уже были.

Алиса молчала. В памяти всплыли отрывочные воспоминания: тётя Мария, мамина старшая сестра, приезжавшая когда-то из Сочи в Петербург. Высокая, с прямой спиной, сдержанная, но с глазами, в которых читалась невероятная энергия. Они виделись последний раз много лет назад, когда Алиса ещё училась в университете.

– Мне жаль это слышать, – наконец ответила она. – Но почему вы звоните мне? Мы с тетей давно потеряли связь и не общались.

– Мария Васильевна назначила вас своим единственным наследником, – продолжил юрист. – Она оставила вам недвижимость в Сочи. Это небольшой гостевой дом. Правда, в последние годы дела шли не слишком хорошо.

Алиса с трудом осознала услышанное. Гостевой дом? Мне?

Её взгляд упал на открытку, стоявшую на полке книжного стеллажа. Это был единственный подарок, который Мария прислала ей много лет назад. На картинке – окрестности Сочи, кипарисовая аллея и море. На обороте – короткая надпись:

«Алиса, ты сильнее, чем думаешь. Люблю. Тётя М.»

Она взяла открытку в руки, провела пальцем по пожелтевшим краям. Почему-то эти слова, казавшиеся почти дежурными, теперь обрели иной смысл.

Глава 2. Семейные тайны в Петергофе

Алиса села за руль в начале полудня. Январское небо едва успело пробиться через плотный слой серых облаков, когда она выехала на Петергофское шоссе. Небольшой слой снега укрывал дорогу, по которой лениво двигались автомобили. Лобовое стекло отражало тусклый свет короткого зимнего дня. Алиса включила обогрев сидений и опустила стекло, чтобы вдохнуть свежий воздух.

Путь в Петродворец всегда приносил ей странное спокойствие. Линии старинных деревьев, выстроившихся вдоль дороги, казались монументальными, как воспоминания о прошлом. Снег лежал на их ветвях, словно нежная кисть художника нанесла белую краску на каждую деталь.

«Мама», – подумала Алиса, – «Она всегда ждёт меня, даже если я приезжаю редко. Но что я ей скажу?»

Разговоры с Натальей Васильевной были особенными. Её мама обладала редкой способностью слушать. Это не было просто выжиданием очереди, чтобы высказать своё мнение; это было истинное погружение в мысли другого человека.

Когда Алиса свернула к коттеджному поселку за дворцовым комплексом, перед ней открылся вид, который был неизменным уже многие годы. Красивый двухэтажный дом с высокими окнами возвышался среди большого сада, окутанного зимней тишиной. Деревья, с которых осыпался иней, напоминали замёрзших стражей, охраняющих покой этого места. Она припарковала машину у ворот, вышла и, немного помедлив, толкнула кованую калитку. Снег скрипел под её ботинками, пока она шла по выложенной камнем дорожке.

Дверь открылась ещё до того, как она успела дойти до крыльца. Наталья Васильевна, облачённая в мягкий шерстяной кардиган, вышла навстречу с лёгкой улыбкой.

– Алиса, – сказала она. – Ты наконец-то выбралась! С Новым годом!

Алиса улыбнулась, поднимаясь на крыльцо, и обняла маму.

– Ну конечно! Как я могла иначе? С Новым счастьем, мама!

Дом встретил её теплом. В гостиной пахло ванильным печеньем, корицей и только что заваренным чаем. Наталья Васильевна всегда следила за тем, чтобы в доме было уютно. Старинные часы на стене отмеряли время своим мягким, мерным тиканьем, а в углу потрескивали дрова в камине.

– Ты выглядишь усталой, – сказала Наталья, когда Алиса села напротив неё в глубокое кресло.

– Да уж, немного, – призналась Алиса, принимая чашку чая из рук матери. – Было много мыслей.

– Что случилось? – Мама уселась напротив, её глаза, мягкие, но внимательные, устремились на Алису.

– Это странная история, – начала Алиса, накручивая локон на палец. – Мне позвонили вчера. Из Сочи.

– Из Сочи? – удивлённо переспросила Наталья.

Алиса кивнула.

– Юрист сообщил, что тётя Мария умерла.

Наталья Васильевна тяжело вздохнула, её лицо на мгновение приобрело выражение глубокой скорби.

– Как жаль. Моя дорогая сестра… И что делать дальше? – спросила она.

– Похороны уже прошли. Она оставила мне наследство. Гостевой дом. Представляешь?

Мама молчала, обдумывая услышанное. Она поднялась с кресла, подошла к окну и, глядя на сад, заговорила:

– Мария была очень непростым человеком. Тяжелым. Она всегда знала, чего хочет, и шла к этому. Но она не умела прощать.

Алиса поставила чашку на столик и скрестила руки на коленях.

– Вы перестали общаться много лет назад. Почему?

Наталья повернулась к дочери, её лицо выражало лёгкую грусть.

– Мы с ней всегда были очень разными. Она была яркой мечтательницей и считала, что я выбрала примитивный и лёгкий жизненный путь. Что остаться в Петербурге, выйти замуж, создать семью – это значит предать её. Предать наши мечты о переменах. Она всегда жила борьбой, и всё, что не похоже на это, казалось ей слабостью. Сестра долгие годы была управляющей этого дома отдыха в советское время, а во время перестройки ей удалось оформить этот дом на себя. С тех пор, как ты знаешь, мы почти и не общались. Это был ее выбор.

Алиса задумалась.

– Она была сильной, но ее одиночество… Мне кажется, это было вынужденно, что она не хотела быть одна.

– Возможно, – согласилась Наталья. – Она оставила тебе это наследство, потому что видела в тебе себя.

Алиса снова взяла чашку, согревая руки о её бока. Тёплый аромат чая обволакивал её, но мысли оставались холодными и ясными.

– Этот дом, – начала она, медленно подбирая слова, – я не представляю, что с ним делать.

– Почему? – спросила Наталья, присаживаясь обратно в кресло.

– Он же старый, в плохом состоянии, – ответила Алиса, покачав головой. – Там наверняка потребуется столько ремонта… трубы, крыша, мебель. А ещё гости, жалобы, проблемы с персоналом, бюрократия, долги. Это всё не для меня.

– Тогда какие у тебя планы? – спокойно спросила мама.

Алиса пожала плечами.

– Я думала поехать туда только к нотариусу. Подписать все документы, вступить в наследство и всё. Потом вернуться домой.

– А дальше?

– Найти риэлтора. Пусть продают этот гостевой дом дистанционно. Я подпишу доверенность, и они будут решать всё на месте. У меня и так хватает дел в Петербурге.

Наталья кивнула, выслушивая её.

– Продать?

– Да, – продолжила Алиса, уже увереннее. – А на вырученные деньги купить небольшую квартирку, например, в Турции. Тепло, море рядом, свежие фрукты круглый год. И никаких старых труб или гнилых половиц.

Мама улыбнулась.

– Звучит заманчиво.

– Ещё бы! – с энтузиазмом отозвалась Алиса. – Только представь, уютная квартира для зимовки, терраса с видом на море, утренний кофе на балконе. Я смогу работать над книгами без лишнего стресса.

Наталья рассмеялась, наклонившись к Алисе.

– А ты уверена, что в Турции не будет проблем?

Алиса тоже засмеялась, но ответила серьёзно:

– По крайней мере, это будут мои проблемы, а не чужие.

Они замолчали, погружённые в свои мысли. В комнате стало тихо, слышалось лишь тиканье часов и потрескивание дров в камине. Наконец Наталья заговорила, её голос звучал мягко, но с ноткой задумчивости:

– Алиса, а ты никогда не думала, что этот дом может быть не просто недвижимостью?

– Что ты имеешь в виду? – Алиса с любопытством посмотрела на маму.

– Может быть, Мария оставила его тебе не случайно. Это не просто место, это часть её жизни, её истории. Разве тебе не интересно узнать больше?

Алиса нахмурилась.

– Узнать что? Она ведь давно не общалась с нами. Мария оставила мне наследство только потому, что ни своих детей, ни мужа у нее не было. Какое это теперь имеет значение?

Наталья внимательно посмотрела на неё.

– Это может быть шансом понять её. И, может быть, узнать что-то важное о себе, даже изменить свою жизнь.

Алиса на мгновение отвела взгляд. Эти слова её задели. Она не привыкла придавать материальному глубокого смысла, но наследство тёти почему-то не отпускало её.

– Я всё равно думаю, что продать – это лучший вариант, – наконец сказала она. – Но, чтобы сделать это, мне нужно туда поехать.

– Это правильно, – кивнула Наталья. – Просто постарайся ничего не упустить. Иногда в старых домах можно найти больше, чем ожидаешь.

Алиса взглянула на сад за окном. Снег блестел под светом фонарей, деревья стояли тихо, словно охраняли какую-то тайну.

«Может быть, мама права», – подумала она. «Я полечу в Сочи, но только чтобы разобраться с делами.»

Идея о том, чтобы взвалить на себя гостиничный бизнес, казалась ей абсурдной. Ей представлялись сломанные кровати, старый линолеум, бесконечные финансовые проблемы и потребности в ремонте. Она видела, как деньги буквально утекали бы сквозь пальцы, оставляя её с кучей долгов и расшатанными нервами.

«Нет, лучше продать всё и забыть,» – подумала она. «Сейчас хорошее время для таких сделок. Наверняка найдётся покупатель, какой-нибудь предприниматель, который хочет открыть кафе или маленький отель. А вырученные деньги можно вложить куда-то, где всё проще.»

Её мысли перескочили на другую тему. «А что, если действительно купить квартиру в Турции? Анталия или Стамбул… Там тепло, море, свежие фрукты круглый год. Жизнь проще, спокойнее. И никаких гостиниц!»

На мгновение она даже представила себя сидящей на просторной террасе с видом на лазурное море. В одной руке – крохотная чашка крепкого турецкого кофе, в другой – планшет с очередной корректурой её романа. Лёгкий ветерок шевелит занавески, а где-то вдали слышен плеск волн.

Эта мысль показалась ей соблазнительной. Алиса выпрямилась и обвела взглядом свою гостиную. Просторная, утончённая, но слишком строгая. Всё здесь было безупречно, но каким-то образом чуждо. Она вдруг почувствовала, что давно не чувствует себя здесь дома.

И всё же что-то удерживало её от простого решения продать и забыть. Взгляд снова упал на открытку. Те кипарисы, морская гладь – всё это говорило о чём-то большем.

Глава 3. Петербург, вечера с друзьями

Снежный вечер. Петербург продолжал сиять огнями, напоминая о недавно прошедших новогодних праздниках. Улицы были укрыты мягким снегом, а гирлянды, развешанные на фасадах и витринах магазинов, переливались тёплыми жёлтыми и белыми огоньками. Улица Рубинштейна, известная своими ресторанами и барами, сегодня выглядела особенно оживлённой: пары, туристы и небольшие компании друзей неспешно прогуливались по ней, наслаждаясь атмосферой праздника.

Алиса поправила воротник своего шерстяного пальто, зашагала мимо витрин и наконец остановилась у деревянной двери с большим стеклянным окном. Над дверью висела лаконичная вывеска:

«Faber»

Это был один из новых баров, открывшихся недавно, но уже завоевавших популярность среди блогеров и любителей интеллектуальной атмосферы.

Внутри было тепло. Бар встретил её ароматом кофе, глинтвейна и лёгким запахом корицы. Интерьер сочетал брутальные бетонные стены с деревянными полками, уставленными старыми книгами, картинами и настольными лампами с мягким светом. Потолки украшали металлические люстры с чёрными свечами, а на каждом столике горели крохотные фонарики.

Уже за дальним столом её ждали друзья фрилансеры: дизайнер интерьера Елена, тонкая интеллигентная красавица с золотыми волосами, собранными в небрежный пучок, и серьёзным взглядом; Михаил, высокий, слегка сутулый мужчина с чуть растрёпанной чёлкой; и Филипп, спортивного телосложения, с лёгкой небритостью и ироничной улыбкой.

– Вот она! – радостно воскликнула Елена, когда Алиса сняла пальто и направилась к ним. – Мы думали, ты опять предпочла свой ноутбук нашим душам.

– Пора бы уже перестать так думать, – усмехнулась Алиса, обняв её. – С Новым годом, ребята.

– С Новым годом! – хором откликнулись мужчины.

Алиса устроилась за столиком, снимая кожаные перчатки, но мысли её ненадолго вернулись в прошлое. Год назад, в эти же зимние дни, она подписала бумаги о разводе. Это было трудное решение, но неизбежное. Её бывший муж, Владимир, был человеком амбициозным, но эгоцентричным. Его интересы всегда стояли на первом месте, и Алиса всегда чувствовала себя второстепенной. А затем он и вовсе предпочел другую женщину.

После развода она ушла с головой в писательство. Её книги и статьи стали для неё не только средством заработка, но и спасением. Она нашла себя в том, чтобы анализировать человеческое поведение, раскладывать сложные эмоции и поступки на составляющие.

Сейчас, сидя в окружении друзей, Алиса впервые за долгое время почувствовала, что её внутренний мир чуть потеплел.

Елена заказала всем коктейли. Напитки выглядели празднично – украшенные тонкими дольками апельсина, веточками розмарина и корицей.

– Ну что, – начал Филипп, поднимая бокал. – Новый год начался, давайте наконец решим: чего ждём от этого года?

– Поменьше работы, – шутливо отозвался Михаил, зарабатывающий на жизнь графическим дизайном.

– А я хочу путешествовать, – заявила Елена. – Хватит уже этих морозов и грязи, хочу куда-нибудь, где море и солнце.

Алиса улыбнулась, глядя на их разговор. Она чувствовала, что пришло время поделиться новостью.

– Ну, раз уж о море… – начала она. – Вы знаете, мне тут позвонили из Сочи…

– Из Сочи? – переспросил Филипп, наклоняясь к столу. – Что-то криминальное?

– Нет, скорее семейное. Моя тётя умерла, – спокойно ответила Алиса. – Она оставила мне в наследство небольшой гостевой дом.

– Гостевой дом в Сочи? – глаза Елены округлились. – Ты серьёзно?

Алиса кивнула.

– Дом до революции был дворянской усадьбой. В советское время это здание принадлежало какой-то партийной шишке. Потом это была гостиница. Тётя управляла этим местом, была там директором, а потом, когда началась приватизация, она переоформила на себя дом и сделала мини-гостиницу.

– Партийная шишка? – Михаил поставил бокал на стол. – Это интересно. Наверняка в этом здании было полно секретов. Представляете, какой-нибудь скрытый подвал или тайная комната?

– Комната для конспиративных встреч, – добавил Филипп, усмехаясь.

– А ты уверена, что дом в нормальном состоянии? – спросила Елена.

Алиса пожала плечами.

– Пока не знаю. Тётя была сильной женщиной, но последние годы мы не общались. Я ещё не решила, что делать с этим наследством.

– Но ведь это как сюжет твоего романа, – сказала Елена. – Усадьба, скрывающая тайны прошлого. Бывшая партийная резиденция на побережье Черного моря. Идеальная сцена для интриги.

– Да, – задумчиво произнесла Алиса. – Возможно, там действительно есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд.

На мгновение за столом повисла тишина. Все пили свои напитки, погружённые в мысли. Лёгкая джазовая мелодия звучала в колонках бара.

– Представь, – сказал Филипп, облокотившись на стол. – Лето, вечер. Ты сидишь на веранде этой гостиницы. Вдали шумит море, а на столе лежат книги и бокал вина.

– И наконец рядом сидит мужчина, который приносит кофе, – добавила Елена с улыбкой.

– Или разбирается с местными коррупционерами, – подхватил Михаил.

Алиса засмеялась.

– Вы говорите, как будто я уже решила переехать туда жить.

– А почему нет? – серьёзно спросил Филипп. – Это шанс. Возможно, даже больше, чем ты сейчас можешь себе представить.

Алиса задумалась. Его слова что-то всколыхнули в ней. Может быть, он был прав?

Поздний вечер подходил к концу, улица Рубинштейна выглядела ещё уютнее. На тротуарах хрустел снег, а мягкий свет гирлянд отбрасывал причудливые тени на фасады домов.

Алиса шла по Невскому одна, чувствуя лёгкий морозный воздух на своих щеках. Внутри неё боролись два чувства: привычное желание вернуться к своей тихой, привычной жизни и странное, новое ощущение предвкушения.

«Может, действительно стоит дать этому гостевому дому шанс?» – подумала она.

На следующее утро квартира Алисы наполнилась мягким светом низкого зимнего солнца. Золотистые лучи, пробиваясь сквозь тонкие шторы, играли на стеклянном столе и подсвечивали изразцовые плитки печи. В воздухе витал аромат малинового чая, который наполнял пространство лёгким ощущением уюта и спокойствия.

Алиса сидела за письменным столом, обхватив ладонями керамическую чашку. Её телефон лежал рядом, экран погас. Она смотрела на него, будто надеясь, что ответы на вопросы появятся сами собой. Её мысли снова возвращались к наследству. Гостевой дом, который она даже не видела, представлялся ей как старое, запущенное здание с облупившейся штукатуркой, скрипящими половицами и комнатами, в которых давно никто не жил. Но даже это не казалось главным. Алиса вздохнула, отпила чаю и, взяв телефон, набрала номер нотариуса Фиалковского. Гудки звучали бесконечно, пока на том конце провода не раздался мягкий, размеренный голос.

– Константин Львович на связи.

– Доброе утро, это Алиса Крылова по поводу наследства.

– Алиса Андреевна, рад вашему звонку, – его голос был тёплым, но деловым. – Спасибо, что нашли время связаться.

Алиса кратко изложила своё намерение: она готова прилететь в Сочи, чтобы подписать все необходимые документы, а вместе с тем хотела бы оформить доверенность на продажу гостевого дома и поручить дела риэлторам.

– Это, безусловно, возможно, – ответил Константин Львович. – Однако, если позволите, мой совет: взгляните на дом лично для начала. Такие места на деле часто говорят о себе больше, чем любые описания.

Алиса чуть нахмурилась.

– Вы считаете, это действительно необходимо?

– Я думаю, это будет полезным, – мягко, но настойчиво ответил он. – Дом – это не просто стены. Иногда он может рассказать историю.

Её зацепила эта фраза. Алиса задумалась.

– Хорошо, – сказала она после небольшой паузы. – Я смогу прилететь на днях.

После звонка Константину Львовичу Алиса положила телефон на стол, но мысли о наследстве никак не покидали её. Она встала, взяла пустую чашку и направилась на кухню. Алиса включила музыку, надеясь, что это поможет развеять странное беспокойство, поселившееся в её душе. Мягкие аккорды Рождественских мелодий заполнили квартиру, плавно перекликаясь с мерным тиканьем старинных часов в гостиной.

Она вздохнула и, собравшись с мыслями, направилась в спальню. Чемодан, стоявший в углу, казался ей одновременно слишком большим и слишком маленьким для этой поездки. Алиса начала складывать в него вещи: строгую тёмную блузку, джинсы, удобные ботинки. Она добавила ноутбук, несколько книг и документы.

– Это будет короткая поездка, – проговорила она вслух, словно убеждая саму себя. – Подпишу всё и вернусь.

Но чувство тревоги не отпускало. Казалось, что-то важное ускользает от неё.

Поздним вечером, завершив за день несколько попыток написания новой главы своей книги и не удовлетворившись ни одной из них, Алиса надела длинное шерстяное пальто, обмотала шею мягким шарфом и вышла на улицу. Зимний воздух обжигал лицо, но прогулка была ей необходима, чтобы отвлечься. Она договорилась встретиться с Еленой в уютном «Бродский Бар» – любимом месте, которое находилось всего в нескольких минутах ходьбы от её дома. Лёгкий снег кружился в свете уличных фонарей, мягко ложась на тротуары и дороги.

Бар встретил её мягким светом и теплом. Интерьер был утончённым и камерным: массивные кожаные диваны, деревянные столы с отполированной поверхностью, полки с редкими книгами и бутылками дорогих настоек. Огромные окна выходили на набережную, откуда открывался вид на заснеженную Неву.

Елена уже ждала её за столиком у окна. На ней был элегантный кашемировый свитер молочного цвета и тонкий золотой браслет, сверкавший при каждом движении её руки.

– Алиса, – улыбнулась она, когда подруга подошла ближе. – Ты выглядишь задумчивой.

– Не без причины, – ответила Алиса, снимая пальто и садясь напротив.

Официант подошёл к их столику, и Алиса, немного подумав, заказала облепиховую настойку, которую так любила. Елена уже наслаждалась тёплым напитком с лёгким вишнёвым вкусом.

– Как дела с подготовкой к поездке? – спросила Елена, отпив глоток.

– Почти всё готово, – ответила Алиса, облокотившись на спинку стула. – Чемодан собран, документы сложены. Завтра вылетаю.

– Всё-таки решила посмотреть эту мини-гостиницу? – Елена наклонилась вперёд, её глаза блестели от любопытства.

– Юрист настаивал, что это важно. Что дом… может что-то рассказать.

Елена улыбнулась.

– Сама по себе история звучит как начало твоего нового романа.

– Возможно, – задумчиво произнесла Алиса. – Но я пока не вижу в этом ничего романтичного. Это просто старое здание, с которым мне придётся разбираться.

– А ты готова к тому, что это место изменит твою жизнь?

Алиса подняла брови, улыбнувшись.

– С каких пор ты стала философом?

– С тех пор, как ты получила это наследство, – ответила Елена. – Алиса, давай честно: разве ты не чувствуешь, что в этом есть что-то большее, чем просто формальности?

Настойки были поданы, их тёплый аромат усилил ощущение уюта. Алиса сделала небольшой глоток оранжево-янтарного напитка, чувствуя, как сладко-кисловатый вкус разливается по её телу.

– Елена, – начала она после паузы, – честно говоря, у меня нет никакого желания заниматься этим домом.

– Ты хочешь продать его?

– Да. Подписать документы, оформить доверенность на риэлторов и больше не вспоминать.

Елена внимательно смотрела на неё.

– А почему ты так торопишься избавиться от него?

– Потому что это не моя жизнь. Этот дом, Сочи, вся эта история… Это не про меня.

– А может, именно про тебя?

Алиса слегка нахмурилась, сделала ещё один глоток и задумалась.

– Елена, я люблю Петербург. Это мой дом, моя работа, моя жизнь. Всё остальное – это лишнее.

– Но ведь иногда «лишнее» может стать самым важным.

Алиса усмехнулась, но не ответила.

За окном снежинки продолжали кружиться в свете фонарей. Бар заполнялся гулом голосов, но за их столиком царила спокойная атмосфера доверия.

Вернувшись домой, Алиса скинула пальто и, взяв в руки открытку от тёти Марии, снова прочитала слова на обратной стороне:

«Алиса, ты сильнее, чем думаешь. Люблю. Тётя М.»

Её взгляд упал на чемодан. Завтра начиналась новая глава её жизни.

Глава 4: Сочи – романтика приморского города

Алиса приземлилась в Сочи после полудня. Едва ступив на трап, она ощутила, как лицо мягко обдувает тёплый бодрящий воздух. Январь в Сочи был непривычно мягким для тех, кто привык к холодным зимам Петербурга. Температура едва ли опускалась ниже +10°C, а солнце, проглядывающее сквозь лёгкую облачность, добавляло в её настроение тепла.

После морозного Петербурга Алисе подумалось, что она оказалась в другом мире. Она взяла такси и отправилась в центр города. Улицы встречали её широкими тротуарами, пальмами, покачивающимися на ветру, и редкими прохожими, которые неспешно прогуливались вдоль стройных витрин магазинов.

Выйдя из машины у своего бутик-отеля, Алиса остановилась, чтобы оглядеться. Отель был выполнен в современном стиле с элементами классики: белоснежный фасад, стеклянные балконы, мраморная лестница, роскошные шаровидные туи в массивных кашпо у деревянных дверей. Внутри – мягкие ковры, запах свежих лилий и ненавязчивая музыка, доносящаяся из динамиков.

Её номер оказался просторным, с панорамными окнами, из которых открывался вид на море. Простыни пахли лавандой, а на изысканном мраморном столике стояли ваза с фруктами и бутылка ароматного Рислинга Кубани с запиской:

«Добро пожаловать в Сочи!»

После короткого отдыха Алиса надела белое кашемировое платье по фигуре, идеально подходящее к мягкому тёплому климату зимнего Сочи и стильный объемный темно-серый тренч. Красный шёлковый платок, завязанный вокруг шеи, и такие же красные лайковые перчатки добавляли её образу яркий акцент. Она чувствовала вдохновение, выходя на улицу, где воздух был свежим, с лёгким ароматом моря. Сочи, казалось, приветствовал её с распростёртыми объятиями.

Алиса неспешно шла по улице Навагинской – одной из самых живописных пешеходных зон города. Брусчатка дорожки была чистой и ухоженной, а по обеим сторонам тянулись ряды лавочек и пальм, добавлявших южного колорита. Витрины модных бутиков перемежались с небольшими кафе, откуда доносились аппетитные ароматы кофе и свежей выпечки.

Пройдя несколько кварталов, Алиса оказалась у Зимнего театра. Здание, возвышавшееся посреди ухоженной площади, напомнило ей величественные сооружения европейских столиц. Белоснежные колонны, изысканные детали фасада, скульптуры муз на фронтоне – всё это создавали атмосферу утончённости. Она подошла ближе и задержалась на мгновение, рассматривая тонкие линии лепнины. Театр, построенный в 1937 году, стал символом культурной жизни Сочи. Алиса представила, как когда-то сюда стекались зрители, чтобы насладиться оперой или балетом.

Спустившись к морю, Алиса вышла на набережную, которая тянулась на километры вдоль берега. Морской бриз нежно трепал её платье и развевал красный платок, добавляя образу динамичности. Шум волн, которые лениво накатывались на гальку, был успокаивающим и мелодичным.

На набережной её внимание привлекли небольшие ретро-киоски с местными деликатесами. Здесь продавались свежая чурчхела, орехи в мёде и чай из горных трав. Она купила небольшой пакет сушёного инжира и сделала первый кусочек, наслаждаясь его сладким вкусом.

Алиса решила восстановить силы в ресторане, который ей посоветовал администратор отеля. Заведение располагалось на втором этаже старинного здания, фасад которого был украшен изысканной лепниной и высокими арочными окнами. Алиса выбрала столик на закатной террасе с туей и самшитом, где согревающие лампы манили уютом, а лёгкий ветерок доносил солоноватый аромат моря. Она открыла меню, в котором преобладали блюда из местных ингредиентов. Всё в нём говорило о любви к региональной кухне и традициям.

Она сделала первый глоток белого вина, которое официант предложил ей с лёгкой улыбкой. Это был Красностоп Золотовский – местное вино из Анапской долины, известное своим ярким ароматом цитрусовых и нежными цветочными нотками.

Красностоп Золотовский – это редкий уникальный автохтонный сорта винограда. Климат региона характеризуется мягкой зимой, долгим летом и близостью Чёрного моря, что создаёт уникальные условия для созревания ягод. Виноградники расположены на возвышенностях, где виноград впитывает богатый минералами вкус почвы, а также получает оптимальное количество солнечного света. Вино оказалось идеальным компаньоном к салату: лёгким, освежающим и невероятно гармоничным.

Основное блюдо Алиса выбрала почти сразу – ризотто с морепродуктами, которое официант назвал гордостью шеф-повара. Когда тарелка была подана, Алиса на мгновение замерла, любуясь её содержимым, словно это была картина. Нежный кремовый рис оттенка слоновой кости лежал в центре тарелки, утопая в окружении даров Черного моря. Ризотто украшали мидии в створках, их чёрные раковины контрастировали с белизной риса. Мидии, как объяснил официант, выращивают в прибрежных водах Туапсе.

«Этот город – настоящее вдохновение,» – подумала она, делая про себя заметки о том, как эта прогулка может стать частью её следующей книги.

Сочи начинал не просто очаровывать её, в ней желание остаться здесь надолго.

Глава 5. Встреча с нотариусом

На следующее утро Алиса вошла в здание современного офисного центра, где располагалась нотариальная контора. Внутри царила атмосфера деловой элегантности. Стены, облицованные тёмным деревом, поглощали излишний шум, создавая почти библиотечную тишину. Мягкое освещение акцентировало детали интерьера: массивные кожаные кресла в зоне ожидания, аккуратные столики с журналами и тонкий аромат кофе, доносящийся из небольшого уголка для клиентов.

На входе её встретила молодая администратор, одетая в строгий костюм.

– Алиса Андреевна, вас уже ждут, – сказала она с лёгкой улыбкой, указав на массивную дверь в дальнем конце коридора.

Алиса слегка кивнула и направилась к указанной двери. Её каблуки мягко стучали по паркету, пока она не оказалась перед кабинетом с табличкой: "Юрист Константин Львович Фиалковский".

За массивным столом сидел пожилой мужчина с благородной осанкой. Его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, очки в тонкой металлической оправе подчеркивали умные, проницательные глаза. Лицо его, несмотря на возраст, сохраняло чёткие черты: высокий лоб, прямой нос и мягко очерченный подбородок.

– Доброе утро, Алиса Андреевна, – его голос был глубоким, сдержанным и обволакивающим, словно он давно привык вести серьёзные разговоры.

– Доброе утро, Константин Львович, – ответила Алиса, с уважением пожимая ему руку.

Он жестом предложил ей сесть в удобное кресло напротив стола.

– Прежде всего, позвольте выразить соболезнования в связи с потерей вашей тёти, Марии Васильевны, – начал он, открывая папку с документами.

– Спасибо, – тихо ответила Алиса, опуская взгляд.

– Она была человеком исключительного характера, – добавил нотариус, сложив руки перед собой. – Мы сотрудничали с ней на протяжении многих лет. Вашу тётю уважали за её силу духа и умение идти против течения.

Алиса подняла взгляд.

– Вы хорошо её знали?

– Настолько, насколько мне позволяла её замкнутость, – сказал он с лёгкой улыбкой. – Мария Васильевна была женщиной с непростой судьбой. Но она всегда ставила своё дело на первое место.

Эти слова задели Алису. Она вспомнила свои редкие встречи с тётей, её строгий взгляд и твёрдую осанку.

Когда Алиса поставила подпись под последним документом, Константин Львович ненадолго задержал руку на папке, прежде чем передать её ей.

– Гостевой дом, который вы унаследовали, имеет долгую и сложную судьбу. До того, как стать партийной резиденцией, это была усадьба дворянской семьи. Позже, в перестройку он стал объектом множества споров, и Марии Васильевне пришлось приложить немало усилий, чтобы приватизировать и сохранить его. Мне думается, то этот дом всегда хранил в себе множество тайн.

– Каких тайн? – Алиса слегка наклонилась вперёд, чувствуя, как её интерес растёт.

Константин Львович снял очки и задумчиво потер переносицу.

– Такие места часто становятся объектом интереса. Насколько мне известно, на этот дом в последние годы было немало власть имущих претендентов.

– Претендентов? – переспросила Алиса.

– Да, – он сделал паузу, глядя на неё. – Ваша тётя столкнулась с серьёзным давлением со стороны соседнего курортного комплекса, входящего в состав крупного регионального холдинга. Их представители неоднократно пытались выкупить усадьбу, причём их методы… оставляли желать лучшего.

– Что вы имеете в виду?

Он внимательно посмотрел на неё.

– Я знаю, что незадолго до её смерти в доме находились посторонние люди, представители той самой компании.

Сердце Алисы забилось быстрее.

– Вы хотите сказать, что это могло быть связано с их попытками отнять дом?

Константин Львович сделал паузу, затем осторожно продолжил:

– Я не могу утверждать. Но скажу так: этот гостевой дом представляет огромный интерес для многих. Это место, безусловно, стоит вашего внимания.

Когда формальности были завершены, Константин Львович поднялся, чтобы проводить Алису до двери.

– Теперь вы официально вступаете в наследство, – сказал он, подавая ей руку. – Но помните: иногда прошлое оставляет следы, которые не всегда заметны на первый взгляд.

– Спасибо за вашу помощь, Константин Львович, – поблагодарила она, чувствуя лёгкий холодок по спине.

Перед тем как она вышла, он слегка наклонился вперёд.

– Если вам потребуется совет, не стесняйтесь обращаться. И ещё одно, – он замолчал на мгновение. – Возможно, этот дом хранит больше, чем кажется на первый взгляд.

Алиса кивнула, чувствуя, как его слова остаются с ней. Она вышла из кабинета, но даже свежий воздух коридора не мог развеять ту тень, которую оставил разговор.

Теперь это было не просто наследство. Это была загадка, которая требовала подробного изучения.

После выхода из нотариальной конторы Алиса почувствовала, как тяжесть информации, полученной за утро, ложится на её плечи. Она шла по центральным улицам Сочи, думая о том, что теперь стала владелицей усадьбы с богатой историей и, возможно, мрачными тайнами. Чтобы немного отвлечься, она направилась к набережной – месту, где всегда царила особенная, непринуждённая атмосфера.

Набережная у морского вокзала выглядела оживлённой: туристы фотографировались на фоне яхт и величественного здания вокзала в стиле сталинского ампира, а пары неспешно прогуливались вдоль береговой линии. Алиса заметила ресторан с высокими панорамными окнами, выходящими на море, и решила, что это идеальное место, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Она выбрала столик у окна, чтобы наблюдать за пришвартованными яхтами, мягко качающимися на волнах, и за тем, как солнце мягко отражается в воде.

Алиса выбрала мидии и форель. Пока она ждала заказ, ей подали свежий хлеб, выпеченный с добавлением мацони, и небольшую мисочку оливок, собранных на местной ферме.

В качестве напитка она выбрала виноградный сок из местного сорта винограда Изабелла. В каждом глотке чувствовалось тепло солнца, аромат черноморского бриза и нежный шёпот виноградных лоз, растущих у подножия Кавказских гор.

Алиса решила позвонить маме и сообщить о завершении формальностей. Она набрала номер, и уже через несколько секунд услышала знакомый, тёплый голос Натальи Васильевны.

– Алиса, дочка, как всё прошло?

– Мама, я официально владелица усадьбы, – с ноткой иронии в голосе ответила Алиса.

– И какие у тебя планы?

Алиса сделала паузу, глядя на медленно качающиеся на волнах яхты.

– Пока не знаю. Константин Львович рассказал несколько странных вещей. Например, о том, что тётя столкнулась с давлением от владельцев соседнего курорта. А ещё… обстоятельства её смерти кажутся подозрительными.

– Алиса, это звучит тревожно. Может быть, ты поручишь продажу дома агентству недвижимости и вернёшься домой? – предложила мама с осторожностью в голосе.

– Я думала об этом, но… мне кажется, что прежде нужно увидеть дом своими глазами. Это место может многое рассказать, – ответила Алиса, поднимая бокал к губам.

Наталья Васильевна замолчала на мгновение, а затем добавила:

– Береги себя, доченька. Если что-то покажется тебе неправильным, просто уходи.

Алиса поблагодарила её за заботу, и они попрощались. Но, едва только она успела положить телефон, как он снова зазвонил. На экране высветилось имя Елены.

– Привет, Алиса! – голос подруги звучал бодро. – Как ты там?

– Только что подписала все документы. Теперь я хозяйка гостевого дома на побережье с сомнительным прошлым, – усмехнулась Алиса.

– Звучит интригующе, но, признаюсь, я беспокоюсь за тебя. Хочу поддержать, поэтому я уже купила билет на самолет. «Вылетаю сегодня около полуночи», —сказала Елена решительно.

– Ты серьёзно? – удивилась Алиса, но в её голосе звучала благодарность.

– Конечно. Забронируй мне комнату в твоей же гостинице, пожалуйста, и напиши адрес. А уже завтра мы вместе поедем смотреть твоё новое владение. И не спорь, ты ведь всё равно рада!

Алиса рассмеялась.

– Рада – это мягко сказано. Спасибо тебе. Мне немного не по себе от всей этой истории, так что твоя поддержка будет очень важна для меня.

– Договорились. Тогда до завтра, – попрощалась Елена.

Положив телефон, Алиса почувствовала, как немного успокоилась. Мысль о том, что завтра она не будет одна, принесла облегчение.

Когда Алиса вышла из ресторана, мягкий вечерний свет окутал улицы Сочи. Солнце уже начинало садиться, щедро заливая всё вокруг золотистыми лучами. Они ласково скользили по старинным фасадам зданий, отражались в окнах, словно пытаясь поймать последние мгновения уходящего дня. На горизонте море сливалось с небом в бесконечном танце оттенков: от глубокого сизого до нежного персикового. Этот вид захватил её, и Алиса остановилась на мгновение, чтобы вдохнуть солёный морской воздух и позволить этому моменту проникнуть в её сердце. Она думала о доме, который завтра ей предстояло увидеть. Неожиданное наследство, странные обстоятельства смерти тёти, намёки нотариуса – всё это соединялось в узор, который пока оставался для неё непонятным.

Стоя у парапета набережной и смотря, как закатные лучи тонут в мягкой синеве моря, её мысли начали перетекать в русло привычного творчества. Это была её профессиональная особенность: в каждом событии видеть потенциал для сюжета, в каждом характере – прототип героя.

«Какой бы это могла быть история?» – подумала она, глядя на качающиеся яхты в порту. Алиса достала из сумки небольшой блокнот в кожаной обложке и ручку, её неизменных спутников. Лёгкими штрихами она начала записывать свои мысли, как будто стараясь удержать ускользающую идею.

«Героиня, унаследовавшая старый дом. Усадьба с историей, которая хранит секреты прежних владельцев. Она приезжает, чтобы распродать имущество, но сталкивается с обстоятельствами, которые меняют её жизнь. А если в доме есть что-то, что может пролить свет на смерть её родственника? Например, старый дневник или записки, которые показывают, что её родственница стала жертвой заговора.»

Её рука замерла над страницей.

«А что, если это не просто детектив? Что, если это роман о том, как прошлое и настоящее переплетаются? Дом становится не просто местом, а символом. Он раскрывает не только тайны других, но и помогает героине разобраться в себе. Возможно, он даже становится катализатором её новой жизни.»

Алиса задумалась над заголовком. Её взгляд снова упал на море, и в голове прозвучало слово: «Рассвет над тайной».

Она записала название, чувствуя, как вдохновение наполняет её.

«Дом становится настоящим персонажем. Молчаливым свидетелем прошлого и ключом к разгадке»

Писать на ходу, окружённой красотой, которая проникает прямо в сердце, – это было нечто особенное, это было долгожданное вдохновение! Алиса чувствовала, что этот день в Сочи стал для неё не только началом нового этапа в жизни, но и моментом творческого пробуждения.

Она закрыла блокнот, спрятала его обратно в сумку и посмотрела на небо, которое уже начало темнеть.

Глава 6. Первая встреча с гостевым домом

На следующее утро Алиса встретила Елену в холле бутик-отеля, где они договорились позавтракать перед поездкой. Утренний свет заливал просторный зал, наполняя его тёплыми лучами, а ароматы свежевыпеченных круассанов и крепкого кофе создавали уютную атмосферу. Елена выглядела так же энергично, как всегда: её янтарные волосы были собраны в высокий пучок, а тёмно-зелёное платье подчёркивало её выразительные глаза.

– Ты выглядишь удивительно бодрой для человека после ночного перелета, – заметила Алиса, улыбаясь, когда подруга подсела к ней за стол.

– А ты удивительно спокойной для человека, который вчера стал владельцем целого гостевого дома, – ответила Елена, подмигнув.

– Спокойствие – это мой способ не сойти с ума, – с улыбкой ответила Алиса, делая глоток апельсинового сока.

После завтрака, в течение которого они обсуждали всё – от возможных легенд, связанных с домом, до состояния его крыши, – подруги сели в такси и направились к Заречному району, где, по словам нотариуса, располагалась усадьба.

Заречный район находился всего в пяти километрах от центра Сочи, но с каждым километром ритм города словно замедлялся. Шумные улицы с оживлённым потоком машин сменились более тихими кварталами, где вдоль дорог выстроились тенистые деревья. Современные высотки постепенно уступили место старинным особнякам, которые, казалось, хранили в своих стенах воспоминания о давно минувших днях. Здесь, в тени кипарисов и акаций, время словно шло медленнее, а воздух наполнялся особой атмосферой – смесью моря, истории и тихой интриги.

Таксист, добродушный мужчина в летах, сообщил подругам небольшую справку об этом месте, пока машина неспешно двигалась по тихой дороге. С его слов, на месте современного Заречного района в конце XIX века находились земли, использовавшиеся преимущественно для сельского хозяйства. С развитием Сочи в начале XX века на этих землях стали возводиться летние резиденции или дачи, принадлежавшие состоятельным господам из крупных городов России. Сельскохозяйственные угодья постепенно уступали место новым усадьбам, а набережная и вид на море начали привлекать внимание туристов.

Алиса сидела на заднем сидении такси, скрестив руки на коленях, и смотрела в окно. За окном мелькали вывески небольших кафе, лавки с фруктами и цветами. На лицах людей, неспешно гуляющих вдоль узких тротуаров, не было спешки, как будто здесь жизнь текла по собственным правилам.

– Знаешь, это даже интригует, – заметила Елена, повернув голову к Алисе. Её взгляд скользнул по аккуратным домам с цветущими садами за низкими оградами. – Как будто ты отправляешься на встречу с прошлым.

Алиса молча кивнула, прислушиваясь к собственным ощущениям. Дорога петляла вдоль узких улиц, и каждая минута приближала их к месту, которое уже стало частью её жизни, хотя она ещё даже не видела его.

Она вдруг подумала, что дом был для неё не просто наследством, а неким мостом, соединяющим два мира. Один мир – её привычная жизнь в Петербурге, с его утренними морозами, мостами и творческим одиночеством. Другой – этот южный город, полный тепла, света и тайн.

– Надеюсь, этот дом окажется хоть немного вменяемым, – пробормотала Алиса, больше самой себе, но Елена услышала.

– Даже если нет, – бодро откликнулась подруга, чуть поворачиваясь в сторону водителя, который аккуратно маневрировал по узкой улице, – ты теперь хозяйка, а значит, всё будет так, как ты решишь.

– Почти на месте, – сказала Елена, глядя на карту на экране своего телефона. – Скажи честно, ты уже чувствуешь, что вляпалась в романтическую авантюру?

Алиса улыбнулась краем губ. Её подруга всегда умела снимать напряжение шуткой.

– Романтическая авантюра? Скорее, сюжет для психологического триллера, – ответила она, смахивая невидимую пылинку со своего красного платка.

Вдали виднелась та самая аллея кипарисов с открытки, её стройные силуэты указывали направление, словно приглашая вглубь истории. Алиса сейчас чувствовала себя одновременно уверенной и уязвимой.

– Приехали, – коротко сообщил водитель.

Дорожка из мелкой гальки вела от дороги к входу. По обе стороны росли высокие кипарисы, их тени словно оберегали путь к дому. Алиса заметила, что аллея кипарисов вела к высоким кованым воротам, за которыми виднелся дом. Он был больше, чем она ожидала. Солнечные лучи играли на стеклах высоких арочных окон, а фасад из светлого камня выглядел одновременно элегантно и сурово.

– Впечатляет, – сказала Елена, окинув взглядом фасад. – Но немного… пугает.

Алиса молчала. Она чувствовала, как сердце бьётся быстрее, пока они приближались к воротам. В голове крутились десятки мыслей. Почему тётя никогда не рассказывала ей об этом доме? Как ей удалось его сохранить? И что теперь с ним делать?

Когда они вошли на территорию, Алиса увидела остатки сада, который, судя по всему, когда-то был роскошным. Дорожки вели к различным уголкам, где природа постепенно брала верх. Кусты роз, давно не видевшие заботливых рук, всё ещё цвели, как будто сопротивляясь времени. А в стороне виднелись расплывшиеся очертания былого лабиринта из туи, чьи дорожки были едва различимы под слоем опавшей хвои.

– Слушай, этот лабиринт – это не просто украшение, – заметила Елена, рассматривая его. – Он как символ. Заблудиться, чтобы найти что-то важное.

Алиса хмыкнула.

– Или просто заблудиться.

Когда они подошли к главному входу, Алиса заметила массивные дубовые двери, покрытые резьбой. Каждая деталь этих дверей казалась живым воспоминанием о времени, когда этот дом был местом власти и богатства.

Елена постучала, но дверь была заперта.

– Ну что, хозяйка, давай ключи, – сказала она с игривой улыбкой.

Алиса достала связку, переданную ей нотариусом, и вставила самый большой ключ в замок. Щелчок, скрип, и дверь медленно поддалась.

Неожиданно, но несколько сотрудников, оставшиеся верными тёте, уже ждали встречи с Алисой в холле. Среди них были пожилая женщина с добрым лицом, представившаяся Стефанией, и мужчина средних лет – Алексей, который, судя по всему, занимался техническими вопросами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.