Татьяна Попова
Dolce vita по-русски

Зоя из мезозоя

Она улыбалась и быстро писала в блокноте: «В квартал Сиреневых туманов спускаюсь звёздочкой в ночи. И сердце трепетно стучит под лёгкой тканью сарафана…»

Звонок телефона ворвался в тишину кабинета и отвлёк от стихов. «Внутренний, наверно, шеф!»

– Амеличева, – ответила с тоской.

– Зоя, вы написали проект приговора?

– В процессе.

– Не забудьте, до отпуска с вас ещё две аналитические справки.

– Да-да.

Девушка положила трубку и выругалась. Спрятала блокнот, понюхала букет сирени и вздохнула. Подвинула тома уголовного дела поближе, открыла в компьютере документ и продолжила набирать «доказуху». Дело было связано с запрещёнными веществами. Мальчишки попались на крупной партии. И срок их поджидал неприлично большой. «А если б я их сажала лет на двадцать, спала бы спокойно?» – прилетела вдруг мысль.

На десятом листе помощник председателя суда почувствовала, что шея затекла. Часы не один раз напомнили, что пришло время размяться. Послушалась.

Подошла к открытому окну, высунулась наполовину. Вид открывался на многоэтажку. Во дворе носились дети, орали что-то отчаянно весёлое. С тем восторгом, который нельзя повторить во взрослой жизни.

Девушка уселась на подоконник, сделала селфи. С экрана смотрела красивая брюнетка – изящные кудри, шоколадные глаза, нежный рот. Строгое оливковое платье намекало на высокую грудь. «Совсем и не дашь тридцати двух!» – подумала отстранённо.

Она вернулась к приговору. Заключение эксперта, протоколы осмотра, показания свидетелей. Печатала внимательно, но о реальности не забывала. Через неделю предстоял вояж в Турцию. Пусть до него было много дел и забот, но предвкушение бодрило. Впервые заграница, безо всяких готовок и уборок. А дальше…

Зоя зажмурилась. В голове смешались азарт и сомнение. Ближе к событию она начала всерьёз переживать.

– Зайка, погнали обедать! Я соскучилась по ухе.

Из-за двери выглянула коллега и по совместительству подруга Марина. Пухлая, добрая и безамбициозная. Ей нравилось работать в суде. Обед по расписанию, отпуск длинный, начальство адекватное. Ну и что, что денег мало платят. С мужем-бизнесменом хватало на любые капризы.

– Погнали!

Они по обыкновению устроились на открытой веранде кафе «Саша-Аня», с хозяйками которого давно подружились, и заказали еду. Дул тихий ветерок, но прогнать жару не мог. Столики с креслами-коконами были широко расставлены, и общаться никто не мешал. Говорила больше Марина. Вскоре она заметила, что подруга вяло ковыряет сырники и не ест. К любимому мохито не притронулась. Не говоря о том, что вообще не фотографировала блюда!

– Что случилось? Валерка снова чудит?

– Да нет. Марин… я сегодня поняла, что не хочу становиться судьёй! И вообще: надоела эта юриспруденция до тошноты!

Зоя выпалила всё на одном вдохе и поняла, что сказала правду.

– Да ну, брось! Ты просто устала! – уверенно заявила коллега. – Отдохнёшь, поплаваешь и успокоишься.

В ту же минуту Зое пришло сообщение от агента. Она прочитала вслух: «К сожалению, Турция на ваши даты закрыта. Подобрать варианты в Сочи?»

– Блин! Ну что за день такой дурацкий, а?

– Зой, потерпи. Соглашайся на наш юг. Ты уже два года без путешествий.

– Ладно, поеду, но одна. Пожалуй, в Анапу. Купаться голышом и сочинять стихи! А про работу я серьёзно. Хочу писать книги, наблюдать за закатами и никуда не спешить. Лучше глядя на мир с морского берег. Может, переехать? Я слышала, ипотека там не очень дорогая.

Тут же Зоя отправила агенту смс с просьбой найти тур в Анапу.

Марина мирно дожёвывала плюшку и не узнавала коллегу. Та долго шла к назначению. Недавно сдала экзамен на должность. С третьего раза. В её семье к правосудию были причастны все, начиная с прадеда. И хотя Зоя мечтала поступить на филфак, перечить родным не стала. Окончила юридический и поскакала по судам. Секретарь судебного заседания, помощник судьи, помощник председателя суда. Только в свободное время устраивала книжные запои и писала рассказы для блога.

– Не торопись, подруга! – подытожила Марина. – Поезжай на курорт, там разберёшься. А лучше бы вышла замуж и родила. Что с Валеркой-то?

– Он не хочет больше жениться. И о детях ни слова. Его всё устраивает. Живём по привычке. Будто не пять лет вместе, а тридцать пять. Ладно, пойдём. Аппетит пропал.

Девушки поспешили на работу и не заметили, как внимательно их рассматривал мужчина за дальним столиком…

Следующие четыре дня Зоя подчищала хвосты. Приговор написала, справки тоже. Запретила себе думать о повороте судьбы и просто «пахала». Шеф не уставал хвалить.

Вечерами бегала по торговым центрам и готовилась к путешествию. Валерка спокойно воспринял идею отдохнуть по отдельности. Собрался на рыбалку с друзьями. И никакого интереса к «смотри, какой купальник урвала!» и «тебе нравится моя шляпа?» не проявлял. Кивал и бесконечно пил квас.

А Зоя перед сном воображала шелест волн, крики чаек и пощипывание загара. «Интересно, почему я не страдаю от его безразличия? Ведь люблю же! Или это не точно?» – она смотрела на храпящего гражданского мужа и хмурилась. Всё в окружающем мире было не так, как надо. А как надо, боялась даже представить. Послушно шагая по указке родных, задумалась вдруг о своих истинных желаниях.

«Все! За время поездки проведу в душе раскопки! Зоиппия у «Горгиппии»! Ха-ха!»

С этим решением Зоя захлопнула двери суда и ушла в отпуск…

Валерка проводил до аэропорта. Сухо чмокнул в щеку, попросил вести себя прилично. Зоя по традиции ответила «Не дождётесь!» и почти бегом направилась в зал ожидания. С самого утра в неё вцепилось ощущение чего-то необычного. Да, она и раньше путешествовала в одиночку. Да, сейчас она летела в знакомый город. Но так было легко на душе! Улыбка украшала лицо без остановки.

Она пила капучино и решила, что думать будет строго о курортных планах. Открыла сохранённый в заметках список дел, которые «обязательно надо выполнить в Анапе». Пробежала глазами, выбрала пункты:

– искупаться на рассвете,

– выпить шампанского в подвале Абрау-Дюрсо,

– сходить на фотосессию в глэмпинге «Доброе».

Когда объявили посадку, отпускница сделала селфи и пошла к выходу. Отправила сообщения родным и «мужу». Из-за погружения в мысли не рассматривала соседей по аэробусу.

Потому опешила от визга и хлопка по плечу:

– Здорово, Амеличева!

– Привет!

Зоя повернулась и увидела однокурсницу Ульяну – заводную, всегда улыбчивую. Они не виделись лет пять точно.

– Что, вместе летим? У тебя какой ряд? Мы на седьмом.

– У меня третий.

«Слава Богу!» – чуть не слетело с Зоиного языка. Во время перелёта она хотела читать и разглядывать облака. А никак не слушать сплетни.

– Хорошо выглядишь, Зой! Даже не растолстела.

– Спасибо, и ты. Как поживаешь?

– Все супер! Котят разводим, на выставки возим, всё такое. А ты как? Самсонов, давай быстрее!

Зоя с удивлением смотрела на приближающегося Николку. Вот кто изменился – три подбородка, живот в виде многослойного желе. А когда-то она гуляла со стройным мальчиком по парку и читала ему любимые стихи. Ульяна же решительно взяла Самсонова в оборот и не отпустила.

– Привет-привет! Зоя, красавица какая!

– Привет, Коль! Спасибо!

Ульяна настаивала:

– Так ты где? Муж, дети есть? У нас уже двое. Вот, бабушке сплавили.

– Я в суде работаю.

– До сих пор? Давай лучше с нами кошек разводить? Одного по полтиннику продаём.

Тут, наконец, пропустили в салон. Котозаводчица рассказала, где они остановятся, и предложила общую вечеринку. Муж мирно тащил сумки и молчал.

Зоя сидела у окна. Рядом примостилась бабуля с розовыми прядями, слишком активная. Вопросы сыпались из неё, как семечки. «Пипец! Как всем важно со мной пообщаться! Ладно, притворюсь спящей. Почитать не удастся!» – подумала Зоя.

Если бы неделю назад она заметила в кафе мужчину, то сейчас увидела бы его через три ряда…

Полёт закончился быстро. А дальше началась суета с трансфером и заселением. Зоя с облегчением прыгнула на большую кровать и провалилась на час в сон. После ужина пошла на пляж. Шляпа, короткий льняной сарафан, бирюзовый купальник. Она ловила наглые взгляды мужчин и заряжалась южной атмосферой.

Море, как старый верный друг, встретило мягким песком и тёплым штилем. Для июня вода была удивительно приятной. Закатное солнце готовилось прощаться до завтра. «Господи, хорошо-то как!» – шептала девушка, уплывая всё дальше. Потом она долго стояла у берега, улыбаясь и вглядываясь в даль. Приходили на ум рифмы и обрывки фраз. Зоя понимала, что увезёт домой не одну историю.

А в отеле поджидал сюрприз. Около номера стояла корзина с цветами разных оттенков красного. Записка гласила: «Прекрасной незнакомке от кого-то влюблённого».

Курортница огляделась, занесла подарок к себе, поснимала. Ушла в душ, откуда почти сразу вылезла: звонил Валерка.

– Что за чушь мне рассказала Марина? Ты не идёшь в судьи? С ума сошла?!

– Я… думаю. Но решать буду сама. И что за наезды! Сначала букет присылаешь, потом шипишь.

– Какой ещё букет? Уже поклонника нашла? Шустро!

Они закончили разговор на высоких тонах.

Зоя вышла с книгой на балкон. «Правду о деле Гарри Квеберта» посоветовала мама. Там были пляж, лето, любовь. Вполне актуально. Не считая убийства. «Всё, разговаривать с ним не буду! Бесит. Ещё и родителям растреплет о моих «причудах»… Да, хоть телефон отключай!» Читать расхотелось. В её жизни тоже кипели страсти. И надо было что-то делать. «Я подумаю об этом завтра!» – хихикнула Зоя и пошла спать.

Следующие пять дней прошли по похожему сценарию. Завтрак – пляж – обед – сон – пляж – ужин – чтение. Девушка нарядилась в загар цвета ржавой гайки. Плавала подолгу, в том числе на рассвете, ела клубнику, сочиняла стихи и рассказы. Даже отправила одно произведение на конкурс. Смотрела на море, ощущала себя песчинкой и понимала, что проблемы только в голове. Она исправно докладывала родным о том, что жива / здорова / сыта. Валерка не звонил, она тоже.

Как-то вечером курьер принёс второй букет. Сложная композиция, со вкусом и такой же запиской. Из вредности Зоя выложила фото в сторис с подписью «Приключения приключаются с теми, кто в них верит!»

В один из дней девушка, как и планировала, отправилась в глэмпинг «Доброе». До чего же там было здорово! Заповедные места Утриша и аккуратные домики. Белое платье и загорелое тело Зои выгодно смотрелись на фоне моря. Фотограф Аня располагала к съёмке. Час пролетел весело и незаметно.

– Пришлю кадры через два дня. Ещё здесь будешь?

– Да! Завтра еду в Абрау. Ни разу не доезжала.

– О, обязательно посети подвал. Там гуляет призрак Голицына! М-м, а дегустация улётная!

– Хорошо!

Днём Зоя гуляла по Анапе и добрела до парка «Ореховая роща». Когда-то бродили здесь с Валеркой. Он тогда перепачкал её пломбиром и целовал у каждого дерева. «Куда делась романтика? Теперь дежурные поцелуи куда-то в щеку или край уха. Банального «люблю» не дождёшься. А что будет, если в судьи подамся? Завалюсь работой, а он превратится в соседа? Уже сейчас не понимает переживаний… Была – не была!»

 Она достала телефон и написала: «Валер, а давай поженимся?» Он тут же перезвонил и с упрёком сказал:

– Заинька, я понимаю, что ты перегрелась. Говорил сто раз: штамп ничего не решает. Поверь мне!

– А я общих детей хочу! И желательно в браке!

– Вернёшься, тогда поговорим. У меня сегодня сложные покупатели, пока.

– Нет, подожди. Может, нам расстаться? Вряд ли ты изменишь мнение.

– Точно перегрелась. Или поклонник настойчивый?

– Дурак! – она бросила трубку и скривилась: «Конечно, работа в автосалоне важнее моих чувств!»

Настроение испортилось. Зоя вернулась в отель, без энтузиазма поела и легла. Сон не шёл. Снова и снова она задавала себе одинаковые вопросы. То о призвании, то о мужчине. Вздохнула, села на кровати и записала на листке две колонки – плюсы, минусы. Через полчаса оценила итог. «Короче, пора расстаться. И с судом, и с сожителем!»

Зоя похохотала («стоит валерьяночки выпить на ночь»), поплакала («столько лет впустую!») и пошла гулять. В самом наглом платье – красном, неудобном, но модном. В огромной шляпе и на каблуках. Она шагала, никуда не торопясь. Разглядывала прохожих – всюду слонялись парочки и слышался смех. Звенели фонтаны, кричали торговцы, мелькали туристы. Смотрела в витрины на себя – красивую и несчастную. «Минуточку! У меня начинается новая жизнь. Пусть буду одна. Пусть никто не поймёт. Но зато исполню мечту!»

– Милая, хотите, погадаю? – отвлёк скрипучий голос.

 Оглянулась, а с ней… говорил попугай, сидя на жердочке. Большой, пёстрый – настоящий символ отпуска. Хозяйка – маленькая старушка – стояла рядом, кивая: «Моня умеет, честно! Его предсказания работают!»

– Хочу!

– Т-тащите бумажку! Из ш-шляпы! – орала птица.

 Зоя недоверчиво потянула свёрток. Развернула, пробежала глазами, улыбнулась.

– Ч-читай! Ч-читай!

 Девушка послушалась: «”Завтра будет вам счастье посреди бочки!” А что, подходит, я как раз еду в Абрау. Спасибо, Моня! А я Зоя!»

 Она пошла, а попугай накрикивал вслед: «З-зоя – дур-рочка!»

 «Если бы ты знал, какая!» – шептала в ответ.

 До возвращения оставалось три дня.

***

Следующее утро выдалось капризным. Зоя проспала и впопыхах бежала на завтрак. Пролила на белые шорты кофе, засмотревшись на фото Валеры в запретной сети. И не случайно: с уловом позировал как он, так и его бывшая с сыном.

«Рыбалка, вижу, удалась! Ничего, что я на тебя подписана?» – выплюнула Зоя комментарий и попробовала оттереть пятно. Вышло только хуже. Она нахмурилась, отключила вай-фай и тщательно жевала яблоко. «Ну и гад, а!»

– Я присяду? – звонкий женский голос не терпел возражений.

– Конечно! – кивнула Зоя и прикрыла глаза. Эта бабуля из самолета её преследовала. Задавала вопросы у бассейна, советовалась насчёт десертов во время ужина. Теперь и до завтрака добралась!

– Зоинька, милая, вы сегодня едете в Абрау?

– Да-а-а, – промычала «милая».

– А я уже была позавчера. Там многое обновили, экскурсия замечательная. Только розовое шампанское не очень, не пейте.

– Спасибо, посмотрю! Простите.

Зоя пошла в номер, переоделась и отправилась на пляж. Настроение испортилось окончательно. Как мог Валерка так поступить! Она знала, как он напивается на своих рыбалках. Придумывала, что изменяет под шум реки.

И тут позвонил папа. Это было редким явлением. Обычно за звонки отвечала маман.

– Да, пап!

– Дочь! Скажи, что твой сожитель глупо пошутил. И ты поднимаешься на Олимп правосудия!

Голос судьи грохотал будто совсем близко. Зоя побаивалась отца, хотя числилась любимицей.

– Пап, я…

– Женскую блажь отставь, пожалуйста, в сторону. Если ты поругалась с ЭТИМ, не страшно. Но слова «династия» и «профессия» в памяти освежи.

– А ничего, что я сомневаюсь? Мне кажется, это нормально.

– Сколько угодно. Но перед коллегами и семьёй меня не позорь. До свидания!

По загорелым щекам покатились слёзы. Зоя сжала кулаки и вытерла лицо салфеткой. Позвонила маме, но у той было занято. Написала Валерке гневное смс, но сообщение не доставилось. Зашла снова в запретграм, увидела в ответ фразу его бывшей жены: «И тебе хорошего отдыха, Зоечка!»

– Трындец! Да пошли вы все!

Зоя выключила телефон. И с остервенением плавала полтора часа. Через силу и обиду. Зато вышла как новенькая. Погоняла на водном мотоцикле – очень это любила.

«Так. Пора собираться. Я должна встретить счастье при параде!»

Душ. Обед. Продуманный макияж. Лавандовое платье. И шляпа «федора» в тон бежевым босоножкам. Духи с еле заметным ароматом магнолии. Блокнот и бутылка воды – неизменные спутники. Да, ещё кофта. Сказали, в винных тоннелях прохладно.

В соседи достался молчаливый дядечка. А экскурсовод Ирина бойко рассказывала об Анапе и Абрау. Зоя собиралась писать заметки к рассказу, но заслушалась. Задавала вопросы и получала удовольствие.

Абрау встретил свежим ветром и палящим солнцем. От здания завода так и веяло легендами. Уютные магазинчики выстроились в ряд. До спуска в погреба оставалось время, и Зоя пошла к горному озеру. Не сдержала восхищенного «о-о!» и сделала пару кадров.

– Как вам наши места?

Ирина стояла рядом, разглядывая бирюзовую гладь. Маленькая, сбитая, в полосатом топе и широченных брюках.

– Отлично! Вы очень интересно рассказываете. И речь такая чистая! Не филолог случайно?

– Так и есть, спасибо! А вы?

– Я… заплутавший юрист. Сейчас на распутье. Мечтала стать филологом, но не случилось.

– Знаете, бабушка часто повторяла мне фразу Лондона: «Пусть лучше я буду ярчайшим метеором, чем вечной, но сонной планетой…». Поэтому после вуза я пошла не в школу, а в экскурсионное бюро. Просто села как-то раз и поняла, что детей не люблю. А вот общаться с людьми и говорить о любимом крае – моё! Ищите призвание, пока молоды.

– Пожалуй, вы правы…

– Пойдёмте, уже пора!

Женщины подошли к заводу, где собралась группа. Они спустились в тёмный зал, присели на скамейки. И началось кино – на большом экране мелькали исторические факты и хроники. Голова Зои кружилась от «дегоржажа», «ремюажа», «мюзле» и прочих «кюве».

А потом и появился он – князь Лев Голицын. Откуда-то из-за дубовых бочек. В белом костюме и с бокалом в голографических руках. Поговорил о виноделии. А напоследок чуть изменённым голосом проскрипел: «Для туристки Зои у меня послание. В зале перед дегустацией вас будут ждать! Где именно, поймёте!»

Группа загудела. Экскурсовод объявила, что бывают неполадки с аппаратурой, и позвала всех дальше. Зоя беззвучно смеялась по дороге. Но по рукам поползли мурашки. Кто за ней следит? Хотела развернуться и выбежать на улицу. Но желание довести дело до конца победило.

Она трогала стены, запоминала цифры и термины. Масштабы подземелья поражали. Огромные цистерны и тысячи бутылок. «Трясут же люди целыми днями шампанское. Чем не работа? Никаких тебе уголовников и приговоров. Но без окон просто тоска».

Зоя размышляла, но стреляла взглядами. Кто и где её ждёт? Может, всё же Валерка устроил сюрприз? Во влюблённых незнакомцев верилось с трудом. Хотя… От раздумий отвлёк звук сообщения: «Я съехал. Ключи завёз твоей маме. Прости!»

Слёзы брызнули в секунду. Зоя думала, что их хватило бы на 0.75 игристого. «Как? Как он мог?» Тут она припомнила, что сама собиралась бросить Валерку, но скорость событий удивляла.

– Не опаздываем! Вот-вот начнётся вкусная часть нашего вечера!

Зоя зашагала быстрее. Вступила в диалог с сотрудниками завода, пошутила пару раз. Внутренне дала себе команду: «Забыть! Не ныть!»

И вот за следующим поворотом очередные бочки. Одна, вторая, третья…

А у четвёртой с подносом стоял молоденький официант. Подошёл к Зое, вручил бокал и сказал:

– Мадемуазель, для вас дегустация пройдёт в зале VIP. Отведайте для настроения!

– Давайте! Меня уже ничего не удивляет. А как же моя группа?

– Вас доставят чуть позже, не переживайте. Гида предупредили.

Она качала головой и топала за парнишкой. Вино было лёгким, вкусным. Зоя представляла, что её закопают на пляже, как героиню романа «Правда о деле Гарри Квеберта». Быстро перебирала в голове события недавних дней. Что она видела, слышала? Не вспомнила ни-че-го.

– Здесь направо! Прошу!

Официант улыбался во все зубы. От него остро пахло можжевельником и юностью.

Она чуть не споткнулась и зашла в зал. Играла тихая музыка. Столик с белейшей скатертью умещал ведерко с шампанским и устрицы. Вокруг никого.

– Зоя, здравствуйте!

Она вздрогнула, перевела взгляд в угол. Там стоял мужчина в костюме и улыбался.

– Вы?..

 Девушка замерла и сползла на стул. Отступать было некуда.

– Я – это я. А вы о ком?

– Вы – вылитый писатель Диккер!

– Нет, я не он. Неужели правда похож?

Мужчина с лицом знаменитого швейцарца смотрел в упор. И говорил на чистом русском. Тихо и с «привкусом» голоса, от которого у барышень в бульварных романах обычно «подкашиваются колени».

– Очень! Если вы не Жоэль, то кто?

Незнакомец пригласил жестом к столу, налил шампанского. Высокий и неторопливый, он действовал с уверенностью в каждом жесте. Зоя хмыкнула, присела. Почему-то вспомнилась сцена с устрицами из любимой «Красотки». Девушка развеселилась. Прислушалась к себе. Без большого желания обычно знакомилась, да и вообще предпочитала уединение. Но сейчас ей было спокойно. От мужчины пахло бергамотом. Бледно-серый костюм сидел на нём хорошо и… дорого.

– Зоя, давайте выпьем за знакомство!

– Давайте!

– Меня зовут Кириллом. Мне сорок два, в разводе, детей нет. Любимое блюдо – плов на костре. Почти не пью. Любимое имя девочки – Зоя. Так, что там ещё было в школьных анкетах?

– Чем любите заниматься в свободное время?

Девушка цедила шампанское и улыбалась. Из мужских качеств она особо ценила чувство юмора. И «Диккер» ей уже нравился.

– Хм. Читать, готовить и кататься на велосипеде.

– А в несвободное?

– У меня издательство. Ну, и так, пара ресторанов.

– А я вам зачем? Готовить не люблю, предупреждаю сразу.

Кирилл рассмеялся.

– Зоя, вы мне определённо нравитесь. Уже года два…

– В смысле?

– Всё очень просто. Однажды я заехал в ресторан, а там сидела странная пара. Очень красивая девушка в фиолетовом платье и мужчина с ребёнком напротив. Мальчишка шкодил без конца, повизгивал, а потом…

– …кинул ложку с пюре девушке в лицо. Да, помню тот день в деталях.

Мужчина кивнул и продолжил:

– Я остановился у колонны и наблюдал. Вы не кричали, держали марку. А ваш спутник… смеялся. Уже тогда он меня раздражал. Я закончил дела и уехал. Но потом периодически вспоминал ту историю.

Зою передёрнуло. «Господи, как хорошо, что Валерка меня бросил! Сколько было этих «мелочей» в нашей жизни. Я старалась быть мудрой, регулярно идя на компромисс. Ради чего? Дурища!»

– Простите, что напомнил.

– Ничего. А что было дальше?

– Дальше я решал вопросы с покупкой ресторана и здоровьем родителей. Дела шли по плану, но ваш светлый образ затуманился.

Официант бесшумно появился с новой бутылкой, заодно подал черешню. Яркие бока и сладкий запах манили гостью. Зоя ела, не стесняясь, и слушала. Кирилл улыбался.

– Где-то через год о вас мне напомнила… жена. Прислала ссылку на рассказ с подписью «Это точно про нас!»

– А что за рассказ?

– Про сырники. Точнее, про отношения. Вы сравнили чувства с этим капризным блюдом. Дело в том, что жена дала мне прозвище «сырник». Потому что они ей никогда не удавались, а я нет-нет, но их жарил.

– Весёлое совпадение.

– Ещё какое! Я регулярно стал читать вашу страничку. И про себя называл Зоей из мезозоя.

– М-м… Я похожа на динозавра?

– Конечно! Шучу. Просто перевёл термин «мезозой» и решил, что не зря вы встретились мне в середине жизни. А сегодня от вас пахнет магнолией. Именно тогда появились эти крупные цветы.

– Не знала. Но звучит красиво.

В этот момент музыка заиграла чуть громче. Нежные французские напевы. Кирилл пригласил девушку потанцевать. Она не отказала. На голову выше, мужчина отлично вёл партию. Они молчали, и Зое казалось, что слышен стук её сердца. Ужасно хотелось обнять этого странного незнакомца, но она себя одёрнула.

– Как вы решили за мной следить? – спросила Зоя, когда они вернулись за стол.

– О, это просто случай. Точнее, я верю в судьбу. И получилось интересно. Три месяца назад на меня совершили покушение. Не совсем удачное, но в больнице пару недель полежал. Правда оказалась банальной. Я узнал, что жена изменяет, и решил развестись. А она очень возражала. И на мои же деньги заказала киллера. Слава Богу, неопытного.

– И… где жена?

– Под следствием. Мы развелись. Я съездил в санаторий, переписал завещание и вернулся к работе. Думать не думал о женщинах. Но пару недель назад заехал пообедать к летнее кафе.

– И снова увидели меня?

– Да. Печальную и… с тарелкой сырников. Понял, что это знак. И пора начать новую жизнь. С радостью и на чистовик.

Зоя не сразу заметила, что плачет. Она сама не знала, почему. То ли представила момент покушения, то ли не верила, что это случилось с ней.

Кирилл аккуратно утёр слёзы и прошептал: «Не плачьте! Все хорошо!» Она кивнула и задержала пальцы на его руке.

– Я… Не знаю, что происходит. На работе не пойми что, меня бросил парень, поссорилась с отцом. И вдруг появляетесь вы.

– Может, на «ты»? С проблемами разберёмся. Давай попробуем сочинить общую историю. Если я тебе нравлюсь.

– Нравите… нравишься.

– Ну и отлично. На первый раз впечатлений хватит. Отвезу тебя в отель. А завтра выходим в море. Сапы, гидроциклы – что предпочитаешь с утра?

– Всё!

– Идёт!

Они синхронно пошли к дверям. У выхода притормозили. Потянулись друг к другу и нежно, с теплом поцеловались. «Будь что будет!» – думала Зоя, прижимаясь к широкой груди.

Из тоннеля выбрались быстро. Шагали под руку и молчали. Машина поджидала за углом. Зоя не обращала внимания на звуки телефона.

– Не боишься меня?

– Не-а! И до пятницы я абсолютно свободна.

Только в дороге девушка открыла вотсап, где, оказывается, накопились звонки и сообщения.

От Марины: «Зой, все в порядке? Тобой интересовался солидный дядька».

От мамы: «Доча, мы решили, что судей в семье достаточно. А ты у нас одна!»

От папы: «Заяц! Прости! Делай что хочешь, я пойму и приму! И мужа найдём!»

От Валерки: «Кстати, ты бесила меня стихами! Неудачница!»

– Зою потеряли? – заговорил Евгений.

– Вроде того. А я себя случайно нашла.

– И я!..

Год спустя

– Зойчик, иди есть.

– Ага.

Она дописала фразу и встала. Потянулась, растёрла шею. Новая рукопись всерьёз затянула. Ещё две книги на заказ ждали своего часа.

– В честь чего вино?

– Тебе положен лимонад. Садись!

Зоя чмокнула мужа в нос, приобняла. Он готовил только полезную еду по совету врача. Сейчас стоял в бежевом фартуке и что-то напевал. На столе под охапкой махровой сирени прятался торт.

– Что за повод?

– Роман стал бестселлером! Печатаем дополнительный тираж.

– Да ладно!

– Прохладно! Я ж говорил, что всё получится. Твои подъедут через час.

– Ура-а-а! Надо Северу позвонить.

Зоя заскакала, но супруг зарычал:

– Товарищ Амеличева! Берегите близнецов Самойловых! И вообще – может, мне пора ревновать к этому твоему литературному наставнику?!

– Обязательно. Он в самом расцвете сил и до сих пор не женат. Я говорила, что вы деспот и тиран?

– Сто раз.

Кирилл поймал её в объятья и прошептал: «Спасибо за все, динозаврик!»

В квартале Сиреневых туманов навсегда поселилось счастье.

_____

Те-Самые-Сырники

Ингредиенты:

350 граммов творога (5% или 9%)

1 яйцо

2 столовые ложки сахара

1 столовая ложка манки

3-5 столовых ложек муки для формирования сырников

Приготовление:

1. Смешать творог, яйцо, сахар и манку, тщательно размять вилкой.

2. На доске, присыпанной мукой, столовую ложку массы формируем в сырник с помощью граненого стакана, а именно накрываем кругляшок и немного крутим по часовой стрелке. После этого нужно немного приплюснуть сырник.

3. Жарить до золотистого цвета.

Dolce vita по-русски

1

От корзинки исходил манящий запах яблок. Такой бывает только в сентябре, о чём художественно сообщил ещё Бунин в своих знаменитых на весь мир «аллеях». Перед девушками стояли кружки с остывшим чаем, но они безостановочно тянули руки к плодам, хрустели и молчали. Изредка слышались вздохи.

– Короче, он будет называться александровским! – буркнула, наконец, темноволосая особа с высоким хвостом и отложила планшет. Согретый регулярным скроллингом, он уже был готов разрядиться.

– А почему это не анненским? – возмутилась собеседница – чуть полноватая блондинка с каре. Отвела карие глаза от смартфона и ждала ответа, нахмурив свежепричёсанные брови.

– Ань, к чему повторяться? В истории уже был анковский пирог. В семье Толстого, я рассказывала. Там, конечно, доктор Анке постарался, но ассоциация прямая.

– И ничего лучше, чем назвать своим именем сезонное блюдо нашей кофейни, ты не придумала! Молодец!

Блондинка вновь уткнулась в экран телефона и скоро зачитала вслух: «Александровский пирог – рецепт с уникальной историей. Впервые его приготовили по случаю визита Александра I в Хельсинки в 1819 году. Бла-бла… Масло, миндаль, малиновое варенье…»

– Совсем другие ингредиенты, – сказала брюнетка и почесала чёлку. Постучала розовыми ноготками по планшету, встала. Худая, с фигурой мальчика, она добавляла себе женственности с помощью одежды. Серое отрезное платье хорошо оттеняло голубые глаза. Туфли цвета графита и серые же колготки завершали привычный монохром. Александра прошла к стойке и нажала пару кнопок на компьютере.

Из колонок поплыли тягучие, как мёд, фразы давно выученной песни: «Мы с тобой доиграем эту роль и уедем по разным городам. Будем сыпать на раны друг другу соль, вспоминая любовь нашу иногда…».

– Ну и? – громко спросила Анна, повернувшись от стола. Хрумкнула очередным яблоком, допила чай. Вытянула ноги в широченных джинсах, сделала фото. Красно-белые кеды перекликались с тельняшкой такой же расцветки.

– Щас, погоди! – ответила танцующая Александра, обнимая дерево – изюминку зала. Здание было построено так, что крона дуба «пробивала» потолок. На ветвях с комфортом разместилась картонная русалка в колпачке. Она держала бумажный стаканчик в руках – почти круглосуточный сотрудник. Бежевые столы располагались вдоль стен с большими окнами. Стулья оттенков шоколада и мяты придавали помещению гармоничный вид.

Песня закончилась.

– Решено. Пирог обзовём александровским, потому что я – старшая сестра!

Александра подмигнула, села рядом с Анной. Та покачала головой и заметила:

– Два года разницы не считаются. Тем более идею бизнеса придумала я! Заметь, успешного бизнеса! Сколько можно спорить?!

– Ну мы же всегда воюем, хоть и сорокет не за горами, – развела руками старшая. – С-стабильность.

В зал вошла Варвара – тощая женщина в чёрном, совмещавшая роли бармена и – по настроению – уборщицы. Крикнула сёстрам «здрасьте», за минуту навела порядок: поправила пледы, выстроила тыквы на окне строго по возрастанию. И всё это с неизменным мурлыканьем. Репертуар Варвара подбирала строго по сезону. Сегодня уверенным голосом выводила «осень, осень, ну давай у листьев спросим: где он май, вечный ма-а-ай?..». Потом глянула на хозяек и уточнила:

– Что обсуждаем?

– Название нового десерта, – ответила Анна. – Наши имена не годятся, иначе ревности не избежать.

– А моё? М-м, «Санта-Барбара», звучит же?

Девушки прыснули. Александра добавила:

– Варь, у тебя прическа а-ля СиСи Кэпвелл! Будешь тогда на подаче. И обязательно чтобы пела «там-та-рам-там…», как в заставке кино.

Все засмеялись.

Анна снова нахмурилась, словно Волга в глубоком ноябре:

– Сериал-то помним мы и люди постарше. Молодёжь вообще не поймёт. О, идея! Давайте поймаем любого мужика и спросим его имя.

Возражений не поступило. Троица вышла на тихую улочку. До открытия кофейни «Саша-Аня» оставалось полчаса.

Погожий денёк звал на прогулку. Улыбался лучами солнца и швырялся кленовыми листьями, как хулиган – записками на уроке. Мимо проезжали машины, проходили мамаши с детьми. Мужчин не было. Законы подлости никто не отменял.

– Вон!

Варвара ткнула пальцем в приближающегося парня.

– Простите, как вас зовут? – улыбнулась Анна.

– Феоклист, – хмыкнул он, кусая эскимо. Смуглый, с тёмными глазами и бородкой, нагло разглядывал женщин.

– Ка-ак? – воскликнули те.

– Да шучу. Гордей, будем знакомы.

2

– Я Александра, а это Анна и Варвара, – старшая хозяйка сама раздала дольки этикета.

– Приятненько. И зачем вам моё имя?

– Давайте позавтракаем вместе. Заодно всё и обсудим, – вступила Анна, указывая на кофейню. Её вид резко изменился: глаза заблестели, с лица не сходила улыбка. Незаметно, как ей казалось, она зафиксировала обнажённый безымянный палец мужчины. Опытным взглядом прикинула цены джинсов и бордового пуловера.

– Интрига интриг. О’кей, – подмигнул Гордей и вошёл за женщинами в здание.

Они устроились за тем же столиком в глубине зала. Варвара принялась за кофе, а сёстры рассказали гостю, что два года владеют бизнесом. Посоветовали заказать овсяную кашу с карамелизированной грушей и орехами. Вдобавок внезапный посетитель выбрал солёную вафлю с беконом и яйцом, похихикал над названием – «Завтрак настоящего мужика». Саша-Аня дружно остановились на панкейках с сёмгой.

Вскоре вкусные ароматы сообщили о готовности блюд. Отопления ещё не было, поэтому люди с радостью принялись за горячую еду. Тихая музыка не мешала беседе. Больше говорила незамужняя Анна, и старшая сестра не сводила с неё насмешливых глаз. Интерес был понятен. Очередь из женихов временно пустовала, но проводить время в одиночестве Анна не любила. А тут красавец прямиком из Крыма!

– У меня своё бюро экскурсий. Когда-то я работал гидом, потом собрал команду из десяти человек. Есть стандартные поездки, но я сочиняю и авторские туры. Приезжайте, организую на высшем уровне, – Гордей был любезен и будто не замечал кокетства одной из собеседниц.

Бам-с!

Три головы немедленно повернулись к стойке. Там Варвара, чертыхаясь, поднимала кружки с пола. «Всё целое!» – махнула она рукой.

– А я-то думаю, почему погода налаживается. Ты уже неделю ничего не роняла, Варь! – хихикнула Александра.

– Ага. Если б за неуклюжесть давали премию, я бы Скруджа Макдака переплюнула, – ответила бармен и ушла на кухню.

– Так, дамы, а что же с моим именем? Кому-то нужно необычное отчество? Я согласен, – Гордей доедал вафлю с ухмылкой.

Сестры похохотали. Александра объяснила, что новый десерт, правда, безымянный, предложила их бабушка. Она совсем недавно переехала из-под Петербурга и решила активно участвовать в разработке меню. Богатый жизненный опыт, в том числе путешественницы, позволял женщине выдумывать что-то необычное.

Гордей с интересом кивал.

А вот если бы кто-то заглянул в голову Анны, то мог сильно удивиться. Она попивала фисташковый латте и будто бы слушала разговор. А в мыслях уменьшала и размножала на 3D-принтере этого приезжего. Фигурки бородатого кудряша изящно смотрелись бы на каждой порции. Чёрный и оранжевый – отличное сочетание.

– И что же за секретный рецепт? – фраза мужчины вернула Анну в реальность.

– О, там такой изысканный вкус, небанальный и в то же время понятный! Тыквенный пирог с двумя видами сыра, на маковом тесте. Как-нибудь обязательно вас угостим.

Гордей открыл было рот, но передумал. После небольшой паузы сказал:

– Кстати, я снимаю апартаменты с кухней. И вечерком понаблюдал бы за процессом приготовления. Мог бы поснимать заодно. Ох, девушки в муке… Это же ещё модно?

Снова раздался смех. А кофейня стремительно оживала. Не каждое заведение в районе могло похвастать режимом работы с 10 до 22. Голоса звенели, кофемашина торопилась поделиться свежей пенкой, официанты бегали туда-сюда.

Гордей покосился на часы и отодвинул приборы:

– Спасибо за угощение. Действительно отменная кухня. Ждите отзыв. И новый пирог ваш точно оценят. А сейчас, пожалуй, время сюрприза.

Девушки переглянулись. Мужчина достал из кармана телефон и положил на середину стола. Приблизив фото, спросил:

– Узнаёте?

С экрана улыбалась пожилая дама с высокой прической. Белый костюм с крупными красными пуговицами явно шили на заказ.

– Копия бабушки!

– Как похожа на бабушку!

Сёстры заговорили одновременно и вцепились в смартфон.

3

Постепенно отличия незнакомки от бабушки нашлись.

Во-первых, цвет глаз. Тёмно-серые, а не карие. Во-вторых, небольшая родинка на щеке. В-третьих, губы женщины на фото оказались заметно тоньше.

– Это двойник? – изумилась Александра.

– Может, близняшка нашей Жу-Жу? – протянула Анна. – Я не понимаю.

Гордей был серьёзен:

– Это моя бабуля, Зинаида Павловна. Я жил с ней, пока родители гоняли в экспедиции.

Забрал телефон, нашел совместное фото. Они позировали на озере Рица, одетые одинаково: белые кепки и кроссовки, чёрные футболки и шорты. Улыбки и прищур глаз буквально кричали о сходстве.

– Вы очень похожи, – кивнула Анна.

– Да, особенно характером. Упорство мне точно досталось от неё. Поэтому сегодня я здесь.

Александра извинилась и отошла. Вернулась с бокалами и бутылкой красного.

– Такие истории на трезвую голову воспринимать нельзя, – заявила она. – Опасно для психики.

Гордей засмеялся, разлил вино и, пригубив, продолжил:

– Как-то в начале августа я увидел на набережной Ялты эффектную даму. Вылитая Зинуля, только с каре! И рост, и комплекция. Даже духи такие же, с ароматом жасмина. Она подошла к ларьку моего бюро. Я застыл рядом, вроде как торчу в телефоне.

– Она была одна? – уточнила Анна. Глаза её потемнели и сделались больше.

– Нет. С очень представительным мужчиной лет шестидесяти пяти. Он, кстати, обращался к ней «Жу-Жу».

– Обалдеть! Ездила в Крым, а нам ни слова! Ну звезда! – Александра шумно выдохнула и поправила хвост.

– Значит, на то были причины, – ответил Гордей.

Варвара принесла тарелку с сырно-виноградными канапе, забрала посуду. Троица на минуту затихла. В воздухе повисло нетерпение. Анна почти залпом допила вино. Ей казалось, что только с бабушкой можно откровенно общаться. А тут секреты! Да ещё и какой-то мужчина. Жу-Жу давно вдовствовала и ни с кем не жила. Хотя желающие были. То в санаториях, то в больницах с ней постоянно знакомились и предлагали составить компанию – на вечер, лето, даже жизнь. «Мне слишком хорошо одной!» – такой «отмаз» бабушки работал. Годы, десятилетия.

– Может, всё-таки совпадение? – сказала, наконец, Анна.

– Нет. Я проверял. Если коротко, дама и её спутник купили тур. А мы всегда берём у клиентов номера телефонов. Ну, пришлось подключить кое-какие связи, сделать несколько звонков. И мне назвали имя – Евгения Львовна Завадина. Спросил у бабушки, может, в роддоме потеряли близнеца. Или скандал какой случился в семье. Она всё отрицала. Вот я и надумал покопаться в прошлом.

– То есть сюда вы пришли намеренно? – сообразила Александра. – Всё про нас выяснив? Так нечестно.

– Точного плана не было, но вы атаковали меня на лету. Кто знал, что вам кровь из носу потребуется мужское имя.

Анна щёлкнула пальцами:

– Я знаю, что делать. Гордей, а пойдёмте на ужин к бабушке? Скажем, что вы – мой парень. Чтобы Жу-Жу одобрила выбор, нужно соблюсти три условия: розовые гвоздики, киевский торт и носки.

– Ей принято дарить носки? Однако, – опешил «парень».

Девушки залились смехом.

– Нет-нет. Ваши носки должны быть строго под цвет брюк, а не обуви. И не дай бог укороченные – Жу-Жу не простит. Ей нравятся выразительные брюнеты, так что обаяете на раз-два. Ну, и подыграть придется – обнять, поцеловать меня. Вы не против?

– Всегда «за», – взгляд мужчины заволокло наглостью, как и в начале общения.

– Отлично. Часиков в шесть, идёт?

– Да.

– Договорились. Сейчас позвоню. Не знаю, что из этого выйдет. Но рискнем, иначе я чокнусь от любопытства.

Анна выскользнула из-за стола и пошла на улицу. Александра, доев канапе, задала давно назревший вопрос:

– Гордей, а вы женаты?

– Нет. И до пятницы совершенно свободен!

– Это хорошо. Из нас выйдут крутые сыщики… Да, на фоне таких новостей спор о названии какого-то там пирога – натуральная чушь.

– Ну уж нет. Как бы ни закончилась история, хочу оставить след в меню. Может, будете вспоминать обо мне зимними долгими вечерами.

Анна вернулась и с довольным видом сообщила:

– Жу-Жу очень обрадовалась. Гордей, нам надо обсудить возможные вопросы-ответы.

– Я начну. Что вы любите на завтрак в постель?

Хохот заглушил ответ. Игра началась.

4

В нескромные семьдесят пять Евгения Львовна выглядела роскошно. Ровная осанка, каре тёмно-шоколадного тона, едва заметный, явно дорогой, макияж и лёгкие жасминовые духи. Платье карамельного цвета дополняли коричневые туфли на каблучках. Карие глаза с зонтиками морщин смотрели пристально. После общих фраз в духе «как поживаете» и «прекрасная погода, не правда ли?» она объявила:

– Морская вечеринка открыта! Не стесняйтесь. Сама я столько не одолею.

Оказалось, за подготовку подростка-соседа к экзамену по английскому языку Жу-Жу досталась сумка продуктов прямиком с Камчатки. Домработница расстаралась: на столе присутствовали бутерброды с икрой, чьи размеры напоминали крупные бусины, и профитроли с нежнейшим муссом из крабового мяса, и салат с креветками и сыром, и запеченная под сливками форель. Ароматы смешались в такое сумасшедшее ассорти, что люди тянули руки к каждому блюду, пусть и приговаривая, будто нет сил больше есть.

Беседа неспешно текла под белое бордо. Хозяйка в красках описывала рыбалку на Сахалине и Алтае. Вспоминала, как хороши были в своё время спагетти вонголе в Италии и устрицы на набережной Сены. В отличие от ровесников эта женщина никогда не повторяла своих историй.

– Помните ахматовское «звенела музыка в саду таким невыразимым горем. Свежо и остро пахли морем на блюде устрицы во льду…»?

Гости кивнули в унисон. Они сидели довольно близко и то и дело улыбались, невзначай касаясь друг друга локтями.

– Бабуля, а к чаю какое-нибудь печенье из икры? Или на креветочном рассоле?

– Нет, дорогая, киевский торт вне конкуренции. Как напоминание о папе. Боже, как он его готовил! Ни на кроху не удаляясь от рецепта. Сказано, одна треть стакана муки и полтора стакана фундука – извольте-с. Да, Шунечка, вы со своими «на глаз» и «примерно» не прошли бы ни один ГОСТ!

Александра едва заметно поморщилась. Бабушкино обращение казалось средневековьем. Муж, к примеру, называл её исключительно «Алекс».

Жу-Жу вышла на кухню, чтобы поставить чайник. Егор поцеловал супругу в мочку и шепнул: «Терпи, милая, может, и не дойдёт до темы детей! Вдруг будут расспросы о загадочном Гордее! Мы и сами знаем немного, но поразмышлять-то можем!»

Александра вздохнула. День, так интересно начавшийся, к вечеру пошёл наперекосяк. По дороге на «смотрины» у Анны дико разболелся зуб. Они с Гордеем на полпути рванули в клинику. Ну, а чтобы вечер не пропал впустую (не зря же домработница готовила столько блюд!), старшая сестра не без удовольствия отложила фитнес и поехала с мужем к бабушке.

***

Анна снова схватилась за щёку. Осмотр, как и рентген, прошёл быстро, но стоял вопрос об удалении зуба. Правда, хирург был занят, поэтому они с Гордеем сидели в коридоре. Неповторимые запахи лекарств и горелых костей будто проникали под кожу. Девушка призналась, что боится дантистов и не может дожидаться «пытки» в тишине.

– Знаете, у Жу-Жу всего две мечты: выдать меня замуж и увидеть правнуков, ну хотя бы одного. Она родила в двадцать, мама – вообще в восемнадцать. Мы с Сашей ломаем традиции и, что самое ужасное, спокойно к этому относимся.

– Ну, время изменилось, конечно. Хотя понимаю вашу бабушку прекрасно. Моя – точно такая же. Я в семье один, и она давным-давно твердит о женитьбе.

– Вы из вредности не соглашаетесь?

– Да нет. Прошлые отношения закончились не очень, и я взял паузу. Свобода хороша, пусть и не всегда разберёшь, пахнет ли от неё одиночеством.

Анна кивнула. Гордей ей сразу понравился, но торопиться не стоило. Поэтому она перевела тему на загадку дня, понизив голос:

– Кстати, я кое-что вспомнила из маминых рассказов. Дедушка умер довольно рано. Жу-Жу преподавала в вузе и подрабатывала репетитором. Но через пару лет у неё откуда-то появились деньги. И немалые. Якобы выигрыш в лотерею. Да такой, что хватило и на дом под Питером, и на бесконечные путешествия. А она, знаете, предпочитает дорогой сервис.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.