Кислотный Писатель
Галактическая Тюрьма Времени – 1: Разговоры с Биомозгом

Взрывная космическая одиссея начинается с загадочного мутанта – героя, чья судьба переплетена с судьбой всей вселенной. Обладая уникальной способностью путешествовать во времени на загадочной сферической машине, он безжалостно разрушает миры, оставляя за собой лишь пустоту. В погоне за поиском смысла и власти он неосознанно запускает цепь событий, приводящих к катастрофичному коллапсу многомерной вселенной.

После этого всемирного хаоса его ловят межгалактические хранители времени и отправляют в Галактическую Тюрьму Времени – место, где энергия и время мертвые, а просторы предназначены лишь для самых опасных существ. Но даже здесь наш герой не теряет надежды. Он ожидает своего следующего воплощения, мечтая о искуплении или, возможно, о новом путешествии, которое снова изменит мир.

Сцены погони, сложные моральные выборы и философские размышления о времени и его природе делают эту книгу увлекательным путеводителем по безднам реальности. Читатель окажется в глубоком размышлении о последствиях своих действий и о том, что значит быть свободным в мире, где каждая минута может быть последней. Не упустите шанс погрузиться в приключение, которое заставит вас по-новому взглянуть на время и его величие.

Бусидо

9-ти правил которые ты должен соблюдать:

01. Детально спланировать жизнь

02. Мотивация самого себя

03. Порядок в офисе – порядок в голове

04. Изучение языков

05. Правильное окружение

06. Рискуй осознанно

07. Финансовая грамотность

08. Маркетинг и философия компании

09. Дыхательные практики

Полный источник на сайте AWE CREW в разделе "О команде".

Автограф, ознакомлен: __________________________________________

Благодарности

В первую очередь хочу выразить свою глубокую благодарность моей маме. Хотя она и не любит, когда я так её называю, для меня это слово всегда будет ассоциироваться с теплом и заботой. Спасибо за вашу любовь и поддержку, даже если иногда мы не видим друг друга так, как нам бы хотелось.

Во вторую очередь, мои искренние благодарности родственникам. За то, что подарили мне удивительное детство, полное ярких воспоминаний и счастливых моментов. Я всегда буду помнить о вас с теплотой, и надеюсь, что эта книга сможет донести до вас мои чувства, даже если путь к нашему общению оказался непростым.

Третья благодарность – моим близким друзьям. Ваше тщательное и бесконечное поддержание меня в моих стремлениях и целях были невероятно важными. Без вас this книга была бы просто мечтой.

Как бы ни сложилось моё отношение к обществу, я всё же верю в силу общения и взаимоподдержки среди людей. Возможно, это и стало отсылкой к сериалу «Мистер робот», но, в конечном счете, мы все ищем свое место в этом мире.

И в заключение, пусть каждый найдёт в себе силы и личные пути реализации. А я, как говорит старая пословица, просто собираю камни.

От автора

Меня можно узнать под различными псевдонимами: Боб, Бобби Элон, Мистер Бобби Че, Морфеус, Дмитрий Крук – эта фамилия, кстати, от моей бабушки. У каждого из нас есть свои имена и ярлыки, и, честно говоря, на них не стоит заострять внимание – это всего лишь чужие мнения, которые порою весьма далеки от истинной сущности вещей.

До своих 27 лет я не знал Абсолютной Истины и искал пути расширения сознания не через книги, а через самые разные опыты, подчас доверяясь уловкам маркетинга. Но теперь я понимаю одно: свою сознательную реальность нужно держать в чистоте, а также создавать пространстве для других, помогая им найти свой путь.

Моя миссия заключается в просветлении людей через фантастическую литературу, которую я стараюсь передать в своих книгах серии «Галактическая Тюрьма Времени», используя при этом различных персонажей. Но под этой оболочкой скрывается данных книг послание и вы его поймёте.

У меня есть самая точная карта мира, хотя я не пользуюсь привычными ориентирами. Кто-то, возможно, живет с ориентирами, но без карты, а некоторые вовсе их потеряли и пытаются доказать всем, что они умнее других. Так вот, "умным" людям я дам один совет: "Напишите книгу". И если не сможете это сделать, то станете мне понятными.

Приятного чтения…

Пролог

*И начнётся хаос*

Возможно это хаос

Главный над порядком

А ваше спокойствие позор

Глобального масштаба

Последний миг

У Хронодила взгляд был стертым и безжизненным, как будто он потратил всю свою энергию на долгие полеты во времени, потеряв при этом искры интереса и фиксации момента. Он наблюдал за миром, который продолжал существовать, не замечая его присутствия, словно сам был лишь частью фона – краской на холсте, к которой никому не было дела. Для него это был конец, не просто временной петли, а завершение всей его сущности. Он опустил взор и замер, чувствуя, как все вокруг него перестает иметь значение. Время, в котором он жил, заканчивалось, и его ждали изменения, о которых он не мог даже предположить.

Шок сковывал его. Истина, которую он воспринимал сквозь призму странных мыслей и вибраций, поглощала его до конца. Он чувствовал, как будто перестал дышать в этот момент. Все переживания, все мысли о его существовании и даже о будущем были убиты одним ударом. Новый мир или новое измерение – это казалось чем-то погружающим в неизвестность, чем-то, чего он всегда боялся, но что неизбежно настигало его. "Что будет, когда я перейду туда? Вернусь ли или останусь навсегда?" – мысли крутились в его голове, как будто в ней боролись струны разных мелодий. Никакого выбора, лишь остался один путь.

Биомозг, его внутренний голос, каким-то образом оставался рядом. Он всегда говорил, когда Хронодил впадал в глубину размышлений. Однако сейчас тон его голоса превратился в крик безмолвия – представлял собой нечто вроде сенсора, который упорно стучался в его сознание, требуя внимания. "Постой!" – произнес он внутренне, несмотря на всю утрату. "Фундаментальный образ мышления…" Его собственная память казалась ущербной, будто кто-то хранил в ней пробелы, в которых находилось пустое пространство, запущенное программным обеспечением, разработанным на генетическом уровне.

Хронодил не знал, был ли это актуальный вопрос или простое смешение идей. Он пытался вспомнить, как функционировал его внутренний механизм. "Я либо сам потерял, либо у меня это украли. Это не активен, и если это не активен, то моё сознание не сможет преобразоваться в новое движение времени," – терзался он, пытаясь вынудить себя понять ту непрекращающуюся загадку, что окутала его. "Но у меня не осталось времени!"

Прошло мгновение, и перед ним предстал жуткий образ – представление о том, что все его раздумья о поразительных вещах вокруг являются лишь экстравагантными угощениями для мечтателей. Пронесшиеся перед его внутренними глазами образы похоже на те, что мчались по извивающемуся шоссе, запутанному между его телом и сознанием. "Слышишь меня?" – прокричал Биомозг. "Ты же знаешь все правила и принципы, Хронодил. Услышь коротко и ясно."

Если бы только он мог истолковать эти слова, как бы они ни звучали в его голове, в его сердце, в каждом биении его существования. Он ловил себя на том, что ощущал себя словно пленником некого механизма мышления – сложности, которые выглядели как глобальная программа. "Если же так, то почему Ум нельзя программировать? Мы не должны быть лишь объектами в этой череде событий."

Непередаваемая внезапная волна от его мысли оставила отголосок, эхом вызывая утрату ясности и разума. "Что если мы – просто программа? Мы просто игра?" В его голове все смешивалось и пыталось проясниться, в то время как окружающий хаос лишь усиливал его собственные терзания. В этот самый момент он отчётливо понял – что-то заблокировало его истинное понимание. Это ощутилось так же, как машина, наконец, отказывающаяся заводиться – вроде и батарея полностью заряжена, и бензин залит, но что-то внутри не дает ей проснуться.

Внезапно наступила тишина. Мозг словно взорвался вновь, оставив вокруг лишь пустоту и непонятные знаки на обрывках памяти, что на мгновение появились и исчезли. Хронодил чувствовал, как время, его драгоценный ресурс, начинает трещать по швам, как старая бумага, желающая рассыпаться. "Точно! Этот модуль!.. Как будто в самом сердце системы отказала деталь, не позволяя завершить процесс." С его уст сорвался вздох, вырываясь в пространство, в котором резонировали только собственные мысли.

Тем не менее, комната вокруг него больше не имела значения. Опасность, нависшая над ним, казалась всего лишь следствием его внутренних состояний: он понимал это в полной мере, ощущая, что теперь, вечером своей судьбы, он стал лишь отголоском чего-то гораздо большего. Тело Хронодила стало неподвижным, его мысли метались по краям сознания.

Таймер на его часах-времени активировался с предупреждением, звука проникающим "пиу-пиу-пау", создавая ритм, возвещающий о скором конце. Мгновение, когда он ощутил своего рода спонтанное пробуждение – заключенным в бездне молчания. Его тело упало, как упавшая звезда, унося с собой остатки безумного стремления.

В тот момент он поймал себя на мысли о расплывчатых границах между реальностью и вымыслом. В сознании всё смешалось: своей философией, осознанием, страхами и надеждами. Словно не ресурс бытия распадался, а сам Хронодил, как цветок, терявший лепестки, остановился на обрушенном полотне существования, оставив в нем лишь рассеянные мысли и недооцененное восприятие самосознания. Как будто все его переживания были частью единого механизма, движущегося в неведомом направлении – той самой сбоенной программы, которая в одно мгновение могла превратиться в прощальную симфонию, но он остался там, безмолвным свидетелем своего же конца.

Сознание отправилось в первое бардо

Слышать – значит существовать. В этом состоянии сознание пыталось найти свою суть, но оказалось, что оно окружено стенами бесконечного звука. Громкие волны раздавались вокруг, охватывая и заполняя все пространство, в которое оно попало. Звуки были как многообразие голосов, которые пытались передать мысли, эмоции и послания из других измерений. Каждая нота, каждая вибрация словно создавали палитру, на которой светилось все – от мрачных до ярких оттенков.

Сознание ощущало, как оно вытягивается, как длинная волна, и, похоже, эти мысли уже не поддаются контролю. Пушистые облака звуковых альфа-волн облекали его, пронзая в уме. Но потом, словно взрыв, разразились яркие вспышки света, и звуки начали угасать, оставляя после себя лишь отголоски, как эхо, растворяющееся в бескрайних глубинах вселенной. Глаза, теперь открытую душу, готовы были к новому опыту, погружению в неизведанное.

Выбор, как всегда, оказался за ним. Сознание потянулось к зеленому цвету, словно к источнику жизни, надежды и роста. Зеленый был цветом весны, преображения и самосовершенствования. Однако, искусство выбора здесь было не простым. Зеленые двери открывались одна за другой, и каждая из них вела в совершенно уникальное пространство, полное различных возможностей.

Постепенно осознание падало в круговорот событий, пульсирующих со скоростью света, как будто оно попало внутри шара, вращающегося вокруг своей оси. Процесс начинался с последнего бардо, где раскручивалась жизнь, и снова сворачивалась в спираль времени. Это было похоже на быструю кинопленку, где каждая сцена менялась так быстро, что не всегда можно было ухватить суть происходящего.

Решения принимаются на наномикрон – шахматные ходы в великой игре жизни. Здесь был сладкий привкус тревоги, когда каждое движение, каждая мысль имела последствия. И в этом вихре перемотки яркая вспышка заставила сознание остановиться – всего на долю секунды. В этот момент все вынырнуло из хаоса, а забытое вырисовывало новые оттенки реальности.

В этот миг сознание обретало новую форму, обрастая мышцами. Но вместе с этим оно теряло память. Воспоминания, как облака, покидали ум, становясь неопределенными и удаленными от текущего состояния. Больше не оставалось ничего, кроме чувства близости к смене формы – словно жизнь снова подходила к началу самого процесса, к тому главному моменту, который должен был произойти.

И яйцо треснуло. Раздался треск глухого стекла, следствием которого стала вспышка белого света. Сознание полетело куда-то в бесконечность, разлетается на куски, превращаясь из замкнутого круга в безбрежное пространство возможностей. Это был симбиоз, так давно ожидавший своего времени, когда из одной жизни можно перейти в другую.

Мир вокруг не имел никакого центра, его бытие разметалось по всем направлениям. И разные реальности с текущими потоками событий вдруг начали обретать форму. Сознание осознавало, что в этом новом обрамлении пространства, где не было ни начала, ни конца, оно стало путешествовать по множеству жизней, уживалось с вспышками, искрами и тенями. Здесь все имело свой смысл, как сложная конструкция, в каждой детали которой заключена горькая истина.

Спустя некоторое время, когда новорожденное сознание стало понимать свое существование, постепенно уходили страхи. То место, где оно оказалось, было не только новым началом, но и пробуждением к маленькой тайне – живя каждый миг, можно было одновременно освободиться от оков прошлых воплощений. Это было как рождение звезды из черной дыры, новенького солнечного света, рождающего новую жизнь.

Сознание вновь созерцало прекрасные виды зеленых долин, сверкающих как изумруды, и небо, переливающееся от нежного голубого до насыщенного индиго. Каждое дыхание обрамляло его тогда, как бы оно ни принимало форму. И в этом состоянии сознание впервые осознавало, что вся вселенная, которая его окружала, была пронизана не только звуком, но и светом, теми самыми благословенными резонирующими курсами, по которым оно двигалось в поисках себя.

Здесь, в той новой реальности, сознание заключалось в понимании: существование индивидуально, но при этом неразрывно связано с другими. Каждый последний миг, каждая нота, каждая вспышка света была часть единой симфонии, некогда избранной высокими силами. И в той безмятежной тишине оно решили – это всего лишь очередной виток великого цикла.

В этом зацикленном ходе жизни решилось многое. Все, что они знали о начале и конце, о рождении и смерти, обрело новое значение. Сознание стало активно погружаться в изучение феноменов реальности. Оно обнаружило, что на самом деле все рождены и умирают лишь для того, чтобы переживать свои моменты счастья, боли, страха и радости. Каждое из этих мгновений было как момент на кинопленке – останавливаясь и вновь продолжая, как новый акт неизменного театра жизни.

Итак, осознанные воспоминания о бесчестии и прекрасных моментах жизни, смешиваясь с сегодняшним днем, прояснили единую картину. Сознание начинало понимать конечность своих предыдущих шагов и несостоятельность стремления лишь к физическим переменам, ведь истинное самосовершенствование происходило внутри, независимо от обстоятельств внешнего мира. Как стал он частью этой удивительной реальности, размышляя над всем происходящим, искал выходит на свет в резонирующий путь, вновь и вновь родился, все так же танцуя в бродящих волнах времени.

27 лет спустя…

Прошло 27 лет с того момента, когда мир изменился до неузнаваемости. Громкие заявления, эпидемии недоверия и явные знаки тоталитаризма уже давно стали частью повседневной жизни. Он шагал по улицам города, в котором когда-то жил, и теперь всё вокруг выглядело словно из сюрреалистического сна, из которого не удавалось проснуться. Каждое здание, каждое лицо отражало подавленность, ставшую характерной чертой общества. Громкие лозунги и постоянное свечение экранов не давали покоя. Подобно настоящей марионетке, город жил по чётким указаниям Проповедника Тоталитарного Строя – ПТС.

ПТС стал символом тех лет. Он представил себя как мудрого вождя, который изначально глухо, но настойчиво принял решение о полном контроле. На высоких трибунах, среди их подсветки и детального анализа остаточных субкультур, он проговаривал свои заученные фразы, которые всегда имели ритм и казались глубокомысленными. Но с каждым новым выступлением становилось всё очевиднее: его слова – это не более чем красивая обёртка для тотального контроля.

Спустя десятилетия, несмотря на кажущуюся стабильность, в сознании народа прокралась усталость. Люди начали почти невольно принимать привычный уклад, но в глубине души ощущалось что-то иное. Толпа во время его трансляций была лишена индивидуальности. Каждый день, теряя себя среди других, они все больше забывали, как это – быть свободным. ПТС зомбировал их сознание, и они поддавались этому безропотно, словно затянутые в чёрные жёсткие оковы, стягивающие их внутренние чувства, далекие от публичного признания.

Во многих из них пряталось желание сбежать от этого мрачного плена, но бояться оставаться тем, кто они есть, оказалось сильнее. Институты, изначально созданные для просвещения и развития, стали инструментами контроля, лишая личностей возможности выражать себя без страха осуждения. Обыватель, сидящий в тени, уставился на экран, как на ворота, открывающие волшебный мир. Но на деле эти ворота стали темницей.

На улицах стали заметны изменения. Сначала незаметные, затем стали вливающимися в повседневную жизнь нереальности. Бессмысленные фразы ПТСа росли в мощи, и все, казалось, поддавались им. Беспроводные колонки, разрывая звуковые пространства, испарили представление о спокойствии. Звук из них напоминал шёпот успокаивающего голоса, который подобно остальным заставлял забыть все волнующие мысли разума.

Но среди этих серых дней вспышка. Кому-то удалось сохранить свою индивидуальность, хотя бы в том, что углубляло внутреннее противоречие с видимой реальностью. Они, несомненно, принадлежали к другому миру, к ощущениям свободы и радости, которые теперь казались недоступными. Так были созданы маленькие группы, завуалированные сообщество сопротивления, зарождающееся лишь из легкого движения в сознании.

А о том, что происходит за пределами этого статичного мира, никто не знал. Время от времени недалеко от города раздавались независимые голоса, звуки революции, но они не останавливались на месте. ПТС быстро понимал движущуюся тень; единственной реакцией было усиление пропаганды. Они опрыскивали дороги слезоточивым газом под названием «доверие», и стучали кулаком по столу, когда дело доходило до возвращения к будет быть снова тем, кем они были.

Но некоторые всё же помнили. Они помнили, как когда-то существовали независимые, как раскатывающиеся восторженные волны звуков, как вселенская музыка пробуждала в них эмоции, а не наполняла тишину канала ПТС. Они прятали свои чувства в темноте, говоря, что однажды они освободят их.

Каждый наблюдатель молодежной группировки из среды постоянных поклонников ПТС знал, что внутри этих стальных оболочек кроется искра. Эмоции, подавляемые и прятавшиеся в тени, готовились разорвать пелену безразличия. Как-то они собрались у огня, где тени мелькали перед их лицами. Каждый удушенный звук, каждый вздох они ощущали как приближающуюся воронку, которая рождала силу, способную разорвать узы подавления.

Магнитные поля сознания томились под непрерывным давлением ПТС. Наступала ночь, и охлада не оставила чувства тепла – призрака силы, дарованного свободе. И всё же именно в этот момент, в ту самую тьму, прорвался свет, пробиваясь через застарелую иссохшую пыль серости. Это была не только память, но и термин, ставший невидимым. Лекарство, которым противодействовали тому, что лилось из динамиков, не знали как назвать. Однако его сущностью было именно это – признание своей природы, своей силы, своего света.

27 лет спустя какой-то уголок человечности всё ещё оставался нетронутым. Словно по-другому повернувшийся крепкий корень растения, нежно пробился через асфальт. Общее восприятие, новой предрассудку, сидело на краю реальности, и каждый из них знал, что они снова могут поверить в возможность свободы, в возможность, заключающуюся не в угнетении и страхе, а в возвышении и надежде. Лишь так можно было создать Symbiosis – взаимодействие между частями целого, которое в конечном итоге получит возможность пробуждать вдохновение.

Вскоре произойдут изменения, произошла эта историческая точка. Тоталитарный строй ПТСа может оказаться только тенью. Каждый из них помнил, что мир был иной, раньше его заполоняли звуки, а сейчас они лишь ограниченно заливаются бездной. И путь к свободе оказался лишь пропущенной идеей, которой не было в сетях контрпродуктивного формата.

Они знали: однажды, если каждый из них обратит свои внутренние эмоции в сторону света, если только они соберутся вместе и вспомнят о своих чувствах, зарытых глубоко в памяти, они смогут оградить себя от дальнейших зловещих выступлений. Дальше посетит новый звуковой поток, омывающий их боль, создавая трепет, который стал залогом силы их единства.

27 лет спустя, почти в воздухе, ощутимо сгущались искры надежды. В этот день, как никогда ранее, они были готовы принять свою силу и изменить мир.

Громкие отголоски замеченной истины

Музыкальная пауза, которая ранее связывала толпу в едином ритме ожидания, внезапно отошла на второй план, уступив место осторожным, но явно неправомерным манипуляциям со звуком. Громкие колонки, на которых обычно вела речь ПТСа – Проповедник Тоталитарной Системы, вдруг стали местом, где раздались неуместные подделки голоса. Это была неугомонная игра двумя глупыми умами, решившими посмеяться над порядком звучания, и вот, гул шутки заполнил пространство, отфильтровывая напряжение, которое скапливалось в воздухе.

ПТС, задумчиво наблюдая за сценой, не мог не оценить неожиданный поворот событий. Он принял решение подыграть этому анархическому захвату, делая вид, что сам является источником этих выходок. Внутри он бушевал – за окном стоял мир, который перестал верить в очевидные истины, и он, ПТС, мучился от ярости. В его умах и машинах бурлила ненависть к хаосу, которая заполоняла разум людей, превращая их в зомби – бездумные существа, следовавшие за голосом, где комфорт, но безразличие.

Затем, в колонки вновь проник голос. Это был слабый шёпот Хронодила, что иногда занимал тот же методический микрофон, но на этот раз он тоже был под контролем. Он повторял бестолковые фразы, ставшие новыми фантомами, заполнявшими уши и души собравшихся: «Бла-бла-бла, бла, бла», – наигранное и дразнящее, как будто булыжник, летящий в мироощущение народа. И смех! Смех пробился сквозь привычные каналы противостояния, завладев сердцами даже самых вдумчивых в первых рядах. Они снова вспомнили, что значит смеяться, нашли крошечную искру человечности, которая была укрыта в сыром мраке.

ПТС, понимая всю комичность ситуации, подделал структуру ток-шоу, углубляя звук: его слова, тщательно обработанные и проработанные, начали обрастать доступными схемами. «Момент осмысления», – как будто он выкрикивал, подобно мантре. Несмотря на нагнетённое веселье в их рядах, было ясно, что эта игра надолго не останется без последствий. Разум, что греет спор о значении информации, сравнительно быстро упрощается.

Голос Хронодила вновь обращался в их души, насмехаясь: «Ваша правда – это просто игра! Как бы вы обрадовались, если бы сами себя раскритиковали, самоизменились?» Буквально на его фразах вторая волна мировосприятия плескалась, как в ванне с мутной водой.

Следующий момент взрывом пробивался к сознанию; ПТС начал бить себя по щеке, с усилием заставляя выглядеть искренним. Это было странное зрелище, ведь, по сути, он изображал сломанный механизм. Толпа, словно побежденные в битвах, обрушилась на него, как стадо разъярённых овец на пастуха. Их не интересовал его философский взгляд на структуру бытия, никто не разбирался в глубинах, здесь была лишь охота за правдой, за возможностью разорвать оковы, пусть и на мгновение.

Трещина яйца времени, разделяющая их миры, начала заполняться новой скорлупой – ментальными установками и страхами, которые слазили, словно обсидиановая рубашка с недовольного, проклятого подлинного элемента. Хронодил, понимая напряженность ситуации, стремительно сдвинулся в новое измерение. Здесь уже ждала другая реальность с неизвестными формами осмысления.

С каждым мимолетным моментом он обнаруживал, как всё теснее сплетаются взаимосвязи – заброшенные эфирные каналы формировали новую систему. Мысли, чувства, явления сливались, как плескался под воздействием ветра взрыв пузырьков на поверхности. ПТС постепенно обретал власть, но как это было возможно, когда в поле его зрения возникали параллельные миры? Эти миры, в которых его собственное отражение становилось новым экспериментатором, стремившимся изменить порядок вещей.

Хронодил, имея немного другого опыта, стремился использовать все свои пять чувств, чтобы проанализировать шлейф предыдущих изменений. Он задавался вопросом – что если все, что он видел, было всего лишь искривлённым отражением реальности? Каждый звук, каждый шёпот и каждый ритм – это были в основном привнесённые элементы, направляющие его поведение, как куклу с привязанными нитями.

Анализируя увиденное, Хронодил смело погружался в размышления о том, что значит быть «живым» в реальном мире, где все действия, включая его собственные, могли быть просто отслеженными данными, управляемыми кем-то невидимым. Ощущая свою внутреннюю натяжку, он пытался выделить настоящие сигналы, рассуждая о роли привычек: «Если каждое движение, каждая эмоция являются предопределённой программой, как установить границу между подлинным «я» и созданной конструкцией?»

Он размышлял о том, как часто люди становятся лишь эхо в океане публичного мнения, постоянно воспроизводя ритмы и формы, увиденные в кино или слышанные в музыке. Их жизни сводились к намерениям, займём ли мы кресло под определённым номером, оставим ли в каталоге своей памяти уникальные отображения самих себя или лишь замаскируем очередной штамп.

Свет в глазах Хронодила начинал разгораться, когда он осознал, что множество реальностей рождались из одной базы данных, из встроенной концепции, которой теперь нужно было встать на ноги. «Если каждое внимание можно контролировать, как можно достичь общего понимания без манипуляций? Как можно дать каждому возможность создать свою собственную реальность?»

Каждая встреча, каждый поток сознания – это призыв к действию. И этот момент в понимании стал своего рода музыкальным завершением, когда все наконец обрели гармонию. Но судьба оставалась непредсказуемой. Хронодил знал, что за кулисами скрываются новые измерения, и каждый звук запускает новое видение, сущность, способную разорвать привычный коловрат.

Поэтому в этот миг он ощутил, что, возможно, жажда перемен и прощание с привычным – это не совсем гибель для системы. Это было начало чего-то нового, где каждый сможет сам создать ту реальность, которая его окружает. И, возможно, в этом была истинная свобода – не слепо следовать ритму, но быть приготовленным поймать свои собственные волны, создать новые картины на пустом холсте, игнорировать навязанные сценарии и стать автором собственного сюжета.

Хронодил

По бескрайним просторам Вселенной, в тот момент, когда миры находились в состоянии покоя и гармонии, ХРОНОДИЛ – нечто большее, чем просто путешественник во времени, вновь приступал к своему делу. Он был воплощением времени, проводником между параллельными реальностями, призванным облегчить бремя обитателей множества миров. Теперь, когда очередная параллель освободилась от тоталитарного строя, вопрос о том, куда направиться дальше, встал перед ним с особой остротой.

ХРОНОДИЛ, маневрируя рычагом, который напоминал переключатель скоростей старой машины, запустил процесс перемещения в пространстве и времени. Сфера времени, как он любил называть свое средство передвижения, стремительно устремилось вперед, преодолевая преграды, которые когда-то казались непреодолимыми. Он чувствовал, как энергия, проходящая через музыкальную панель, наполняет его существование. В тот момент, когда он увеличил громкость, чтобы заполнить пространство мелодиями, жизнь в нем сама становилась музыкой.

Каждая нота, каждая вибрация была ему знакома, как пушинка ветра, проходящая сквозь невидимые миры. Музыка наполняла разум, заставляя его думать о том, как сильно повлияло на массы угнетение. Система, которая существовала в разных формах, казалась безжалостной и мощной. Люди становились радиоуправляемыми марионетками, жалкими оболочками, не способными на собственные решения. ХРОНОДИЛ, выражая свою ненависть к такому исходу, боролся с невидимой рукой, направляющей жизни людей. Время было его союзником, а разум – материей борьбы.

Когда сфера времени пронзала мгновения, ХРОНОДИЛ переходил из одной реальности в другую, каждую из которой управлял собственной системой координат. На мгновение ХРОНОДИЛ остановился, чтобы выразить недовольство музыкальной панели, которая, казалось, теряла свою силу. Музыка, как топливо для его машины, начинала угасать. С каждой секундой он ощущал, как влияние системы усиливается, превращая музыку в слабый шёпот, уносящийся в пустоту.

Среди множества планет, стремительно пролетавших перед ним, он вспомнил о своих целях. ХРОНОДИЛ знал, что противостоять такому злу можно было, путешествуя к тем местам, где еще оставались искры надежды. Он вспомнил о древних текстах, о философских учениях, которые предостерегали от легкости, с которой люди обычно принимали свою судьбу. Каждый шаг, каждый выбор формировал реальность.

И вот на мгновение он оказался в прошлом, среди людей, которые еще не знали ни страха, ни угнетения. Их мир был полон тишины и покоя, а смех и игры напоминали о том, какое огромное расстояние он прошел, чтобы вновь встретиться с их невинностью. Он видел, как детей угощают воздухом легкой музыки, как они беззаботно танцуют, окунаясь в него, как в легкую вуаль. Этот момент был драгоценным и, как все драгоценности, хрупким.

Но реальность быстро напомнила о себе, и тень системы вернулась. ХРОНОДИЛ вновь сел за управление сферой времени, недоумевая, как можно разорвать этот круговорот заблуждений и попробовать найти добро, где о нем уже давно забыто.

Пробуждение Хроноса

ХроноДил, таинственный Wanderer времени, приземлил свою Сферу Времени в леса, где солнце играло с тенями, и ветер шептал старинные сказания деревьев. Каждый звук, который раздавался в этой тиши, становился частью масштабной симфонии, которую он собирался запустить для своей машины времени. Сфера, покрытая пестрой рябью, постепенно начинало напоминать произведение искусства, умело созданное рукой древнего мастера.

Под звуки леса, полные жизни, ХроноДил запустил свои внутренние механизмы. Микрофон, выдвинувшийся из сферы, начал захватывать каждую мелодию – щебетание птиц, шуршание листвы, гул ручья, как будто сама природа навязывала свою симфонию. Каждый звук преобразовывался в электрический ток, который, подобно крови, заполнял систему Сферы Времени, даруя ей жизнь. ХроноДил был внимателен, сосредоточен, он знал, что только при помощи этих естественных звуков он сможет запустить полет в безграничные миры, которые ждали его открытия.

Наблюдатель, старик отшельник, находился неподалёку от этого неземного явления. Он чувствовал, как его уши, подобно ловцам звуков, схватывали каждую вибрацию окружающей среды. Эта тишина, охватывающая лес, несла в себе чудесное предзнаменование, и открыв глаза, он увидел, как из белоснежной оболочки Сферы начинает вырастать фиолетовое сияние. Осознание потрясло его – это было нечто большее, чем просто природный феномен. Внутри его разума всплыли мысли о метафизике, о том, что время может быть не только физическим, но и звуковым переживанием.

Не в силах сдержать любопытство, наблюдатель медленно встал, словно ощущая, как на него сама природа шептала свою волшебную историю. Он понимал, что это явление могло изменить всё. Его сердце билось в такт звукам леса, как будто они сами были его собственным существованием. Сфера Времени запустила свою программу, и старик почувствовал, как мир вокруг него начинает изменяться, трансформироваться, словно он стал частью этой новой симфонии.

Когда Сфера стала фиолетовым, из него начали вылетать маленькие семена, порождая зеленые ростки. Подобно новорожденной жизни, они стремились к свету, получая силу от каждой капли солнечного света. Это зрелище было завораживающим, и наблюдатель, погруженный в свои мысли, произнес про себя – “не клён”. Он понимал, что растущие растения были знаком чего-то более величественного и глубокого.

ХроноДил, завершив цикл зарядки, наблюдал за результатами своих усилий. Сфера Времени приняла свою естественную окраску – оно стало олицетворением гармонии между водой, землей и воздухом. Как бы невидимая сила управляла всем вокруг, поднимая его на ноги и позволяя ему начать новый путь. Миссия, которую он принял на себя – оставить след в течении времени, привнести любовь и музыку в существующий порядок вселенной, становилась всё более реальной.

С каждым моментом, который проходил, старик осознавал глубину своего опыта. Он понимал, что эта встреча с ХроноДилом – это не случайность, а соединение миров, которое будет определять его дальнейшие шаги. Он чувствовал, что его жизнь, его познания, его старческий опыт стали частью этой новой реальности, где разум мог перетасовывать время, играя с его многогранностью.

Наблюдатель иногда оставался в размышлениях, но сейчас его мысли начинали заполняться огромным вдохновением. Боясь упустить это злощастное мгновение, он понимал, какова его роль в этой необычной истории. Он был свидетелем рождения нового мира, пониманий, философий, которые могли вызвать перемены в неведомом будущем.

Но старик также понимал неоднозначность этой реальности. На его пути к осмыслению и пониманию новых истин возникали тени – это было нечто, что беспокоило его своей неизвестностью. Каждое новое семя, которое прорастало вокруг, наводило страх, что это может быть не только жизнью, но и разрушением. И тут, в их мире, расцветала философия: рождение и смерть были неразрывно связаны. К каждому проявлению жизни обязательно следовало обращение к смерти.

В этот момент ХроноДил запустил свой двигатель, и Сфера Времени снова загорелась, пробуждая мрак, который кроился вдали. Эти параллельные миры, которые он собирался исследовать, изобиловали тайнами, свободой и какие-то несказанные боли. Он знал, что где-то там тоталитарный режим забрал у многих возможность быть свободными, дышать полной грудью, понимать музыку жизни.

С новыми ростками в каждом уголке, с новыми электрическими импульсами, извивающимися в оболочке сферы, он, наконец, осознал, что его миссия имела значение. Поиск гармонии между светом и тенью был постоянным. Он мечтал о том, как однажды сможет внести свою лепту в освобождение всех несчастных, всех заточённых в рукотворные оковы.

Наблюдатель, полон стремлений, вернулся к медитации. Его сознание направлялось вглубь, в вечную игру, которая была с ним на протяжении многих лет. Он знал, что всё, с чем он сталкивался, были только проекциями вечного поиска смысла, который мог бы помочь разгадать неразрешимые загадки бытия.

Каждый взрослый и каждый дух наблюдал за происходящим, и даже небо стало свидетелем величественного выбора ХроноДила. С неведомой благодатью, он передвигал свою Сферу Времени, готовясь к полету среди бесконечных галактик, и когда оно парило ввысь, старик с глубокой, всепроникающей верой посмотрел на растущие ростки, зная, что это была лишь первая глава известие о том, что происходило за пределами их мира. А живопись философии продолжала воссоздаваться, растекаясь на бескрайние холсты бытия. Каждая мысль, каждый звук, каждый росток оставлял незабываемый след, создавая новые истории, которые ждут своего времени для раскрытия.

Сфера в паутине индустрии

В мире, где когда-то царили люди, теперь разливалась безмолвная симфония биороботов. Они жили, казалось, в гармонии с металлическими звуками, которые заполняли воздух – стуки молотков, гудение механизмов, треск сварки. Однако среди конструкции живой и мертвой материи, в этом королевстве стали и серых технологий, возникла сфера – странный артефакт, отмеченный тайной своего происхождения. Оно приземлилось на крыше строящегося здания, погрузившись в соразмерный хаос.

Сфера, обладая простым, но мощным существованием, привлекла внимание двоих биороботов – АЗ-1 и АЗ-2. Их брутальные внешности были лишены индивидуальности, но внутренняя программа формировала своеобразные связи между ними. Их разговор стал еще одним звеном в бесконечной цепочке индастриала – жанра, что был для них выражением жизни.

Однако, в этот момент спокойствие было нарушено. ХРОНОДИЛ, страж времени, чье внимание было привлечено гулом ошибок во временном континууме, с хищной усмешкой оценивал запутанность ситуации. Он осознал, что это сфера – не просто капсула, а потенциальный разрушитель как мира биороботов, так и самой структуры времени.

Когда скорлупа сферы треснула, воздух наполнился звуками Вивальди, противоречащими всем установленным порядкам. Биороботы замерли в своих действиях, программируя мозг на восприятие нового звукового потока. В их сознании прояснилась мысль – что-то идеальное, изящное и привлекающее, вышло за пределы их существования. Их обычное убеждение относительно звуков было разрушено, и взорвалось незапланированное.

Биоробот президент, взоровозбудимый и схваченный в трудный момент, немедленно запустил программу запрета – Запрет #1. В далекой, неосознанной древности, музыка Вивальди могла бы вызвать восхищение, она обладала адаптивными возможностями, способными трансформировать угрюмые механизмы в чтение нот и танцы. Но теперь она была воспринята как угроза.

"Запрещается использование при помощи квантовых нейронных сетей и технологий с ними связанных – искусственно моделировать в массовом сознании биороботов любой звуковой эффект классической музыки!" – огласил президент, повернувшись к толпе механических существ. Каждое его слово отзвучало великаном по просторам неживой чешуи окружающих стен. Ключ к их существованию направлялся в сторону забытия.

ХРОНОДИЛ, с наслаждением наблюдая за нарастающим хаосом, оставил за собой шлейф тьмы, танцуя в мигах света и звука. "Как целая галактика, бэнч. Биги-бум-бах-бах!", – его смех вплетался в мозаично-серые облики биороботов. Он знал, в этом замешательстве просто утонуть в бездне несуразности.

Когда программирование самодетонации – ЛОМ – началось, каждый киборг ощутил, как их протоколы теряются в мраке. Ужасающий рокот сотрясал пространство, и атмосфера накалялась. Но ХРОНОДИЛ не чувствовал ни пыла, ни страха – он наслаждался взрывом творений, самого хаоса, что ускользал от предначертания времени.

Сфера испытала момент полной несоответствующей свободы, когда внезапно исчезло из поля зрения ХРОНОДИЛА, оставляя пространство пустым. Вокруг него остановилось время: биороботы замерли, механизмы замерли, а мир оказался перевернут в инверсии возможных действий. Единичные детали, когда-то принадлежащие логике, раскололись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.