Ария Деви
Сумасшедшая реакция

Глава 1. Знакомство с планами.

Это началось в сентябре. Лихорадка. Сумасшествие. Любовь. Одержимость. Называйте как хотите.

Осень вступила в свои полные права. Погода стояла ещё тёплая, и только к вечеру, когда солнце пряталось за горизонт, появлялся холодный ветер, от которого хотелось скрыться в тёплой курточке. Временами шёл дождь, и именно в такие моменты не хотелось выходить из дома. Хотелось укутаться в пушистый плед и засесть смотреть сериал или поваляться на кровати с любимой книгой…

Или банально поспать. Особенно, если это утро субботы, за окном ливень, забивающий тебе в окно свои водяные гвозди, а ты чуть не сдохла от перенапряга за минувшую неделю!

Не поднимая головы, стащила онемевшими пальцами трезвонящий телефон с тумбы и приложила его к своей щеке.

– Таня-а-а, – протянула я сонно в трубку, но уже вполне возмущённо, – если ты звонишь не для того, чтобы сообщить о начавшемся конце света, то лучше сразу бросай трубку. Только восемь утра, имей совесть…

На той стороне ожидаемо раздался задорный смех подруги.

– Привет, моя звёздочка! Давай, давай, поднимай свою ленивую жопу, потому что у меня для тебя охренеть какие новости!

Вы умеете закатывать глаза, когда те закрыты? Я – да.

– Что там ещё? – лениво отозвалась я. Знала потому что: счастливый голос Тани + звонок ранним утром после пятницы = подруге не терпится рассказать об удачной гулянке/знакомстве. И если я права…

– Вчера я познакомилась с таким…

– О каком знакомстве ты говоришь, м? Я точно тебя убью-ю…

– Так вот, – её ничто не остановит. Поэтому я только смиренно перевернулась на спину и включила громкую связь, которая уже разрывалась от не совсем связного и эмоционального рассказа. – Вчера под конец смены зашла компания парней. Их там четверо было. Все видные, хорошо одетые. Так я Ольке сразу сказала, что столик мой, а у меня и без того запара. Один постоянный наш опять ко мне ласты клеил. Заебал, по-русски говоря. Гарику в прошлый раз с ним разговаривать пришлось, потому что тот вообще не в адеквате был. Ну и в этот раз он вообще все границы перешёл, Аньк, по заднице меня, прикинь? Я как раз направлялась к тем парням за шестым. А потом я вообще не ожидала. Один из той четвёрки вскочил с места и вмазал тому придурку прямо там, в зале. Вот все офигели! И я в том числе. У нас же такое вообще запрещено…

Там ещё долго. Итог такой: подруга влюбилась в своего благородного спасителя. Он, после того как выпроводили того разбушевавшегося, сам подошёл познакомиться.

«Зовут Карим, красавчик и, похоже, очень состоятельный! Судя по дорогим ботинкам и дружбе с владельцем ресторана. Татарин, и кровь мешать не придётся, а дети какие красивые у нас буду-ут!»

Это её слова, и, в общем, Тане крупно повезло.

– Но это же не самое главное, звезда моя! – «обрадовала» меня в конце подруга. Я тем временем уже сидела в позе лотоса, всеми силами пытаясь не уснуть обратно. – Я тебе зачем звоню-то? Сегодня вечером мы с вами идём на уличные гонки! Карим пригласил! Ура!

И тут мне резко перехотелось спать.

– Ты шутишь?! – вскочила я с кровати и зачем-то подбежала к окну. Взвизгнула я со злостью на подругу и одновременно от восторга, который взорвался внутри меня бомбочкой только от одного упоминания подобного зрелища. – Гонки? Ты же знаешь, что родители меня не отпустят. Они же поздно вечером проводятся? Ночью? С ума сошла?

Какие гонки, когда я, наконец, хотела насладиться законными выходными? Я же так хотела дать своему молодому организму восстановиться. Учёба идёт ещё только месяц, ну и что? Я, помимо этого, вообще-то, ещё работаю. А родители? Да они же убьют меня, если узнают, куда я собралась.

Всё-таки собралась?

– Ну, Анютик! Пожалуйста, пожалуйста! Уговори их! Я не могу упустить такой шанс! Он очень классный, я, наверное, влюбилась, а ты со своим домашним режимом, – захныкала она жалостно, совсем как ребёнок. Но, видимо, вспомнив о моей маленькой слабости, быстро сменила тон на игривый. – А ещё я знаю, что у кого-то кукушка едет от машин, так что тебе не меньше моего хочется туда попасть! Поэтому придумай что-нибудь, подруга, я в тебя верю. Скажи, что девичник устраиваем. Только я, ты и Ангелок. Никаких мальчиков и спиртного, «всё как всегда»!

Раздумывала я недолго, и не потому, что подруга умеет убеждать.

– А-а-а, ну хорошо! Что-нибудь придумаю. Но ты у меня в пожизненном долгу, Шакирова! Постоянно приходится откладывать свои дела из-за твоего шила в попе.

– Спасибо, спасибо, спасибо, любимка! – завизжала Таня мне в ухо. И добавила «с плеча»: – Проси всё, что захочешь, когда разбогатею!

Тут смех у меня сдержать уже не получилось.

– Какая ты щедрая!

– Ну ладно, пошла я тогда Ангелочку наберу. Ещё и её уговаривать. Тоже мне, домашние девицы!

Когда подруга отключилась, я упала на кровать, а мой рот растянулся от уха до уха. Возбуждённый вздох застрял где-то на середине пути.

Таня права, мне не меньше неё хочется туда попасть. Возможно, даже больше…

Придётся привести несколько фактов ниже, чтоб картина моей жизни немного прояснилась.

Неделю назад мне исполнилось двадцать лет.

Я единственный ребёнок в семье юристов.

В нашем доме существует комендантский час. Естественно, распространяется он только на меня. В десять вечера я должна быть дома. Исключения бывают, но не так часто, как того хотелось бы.

Я учусь в универе, где декан нашего факультета бывший одноклассник моей мамы и просто её хороший знакомый в настоящем.

Я работаю на собственных родителей в нашей семейной юридической фирме.

Полгода назад с крахом закончились мои первые в жизни отношения, которые мои родители и так категорически не одобряли. А что может быть хуже, чем потеря доверия к твоему выбору?

Иногда я вру, ведь живи я только по их правилам, умерла бы от скуки. И иногда моя ложь вскрывается, ведь у наших соседей большие глаза и уши, а мама Тани и моя – лучшие подруги с детства. Считай, сестры.

Я обожаю машины, обожаю скорость и запах бензина. Несмотря на то, что автомобили принесли много горя в нашу семью, унеся жизни мох дедушки и бабушки, иной раз кажется, что я больна всем, что они дают.

Итак, из этого можно сделать выводы: я нахожусь под жёстким родительским контролем во всех сферах жизни в свои двадцать лет; я – тряпка, которая не может отстоять свои границы, или не желающая расстраивать своих родителей; но при этом я не отчаиваюсь и ищу «выход» из сложившейся ситуации, ведь погулять-то иногда хочется.

А на гонки мне хочется очень.

Остаётся надеяться, что родители сегодня в хорошем расположении духа, и у них осталась ещё хоть капелька доверия ко мне. И Тане.

Дальше я пыталась поспать ещё, но сон, что было ожидаемо, уже не шёл.

Уф, Аллам!¹ Шакирова, когда-нибудь я тебя точно придушу!

Глава 2. Операция «девичник».

Потихоньку в комнату начал проникать восхитительный аромат, и с каждой секундой мой желудок завывал всё громче и громче.

Блинчики, с мясом, мамины, мои любимые… Ну какой тут сон?

Вскочила с кровати, быстро натянула шорты с футболкой, умылась в ванной при комнате и побежала на запах. Он, как за поводок, тянул меня за собой к стряпне моей мамы.

– Доброе утро, солнышко, – на мгновение оторвалась она от готовки, когда я появилась на кухне.

Несмотря на строгость родителей, наши с ними отношения всегда были очень тёплыми. Я их очень люблю и всегда стараюсь прислушиваться к ним. И проблема лишь в том, что они не хотят слушать и слышать меня. Из-за чего, как мне кажется, и случается временами какая-то неразбериха.

Я подошла и обняла маму со спины, чмокнула в щёку. И, должно быть, выглядит это всегда немного смешно, ведь я выше моей миниатюрной мамы на полторы головы. Папина дочь!

– Доброе, мамочка! – с широкой улыбкой прижалась щекой к её. Нет, обычно у меня с родителями и без того случаются «телячьи нежности», довольно часто, но сегодня у меня есть особая цель. Поэтому не лишним будет и выполнить какой-нибудь финт ушами… – А давай я блинчики дожарю, и закручу, а ещё посуду помою, а ты посиди, отдохни!

Мама, нахмурившись, развернулась ко мне лицом. Приложила внешнюю сторону ладони к моему лбу, а я закатила глаза.

– Ты заболела?

– Ну не-ет! – рассмеялась я и вывернулась из-под маминой «заботы». Выхватила из её руки деревянную лопатку и легонько толкнула маму бедром к обеденному столу. – Иди, я всё сделаю. Потому что очень-очень тебя люблю!

Она, конечно же, не поверила в мой внезапный порыв, но возражать не стала. Только весело рассмеялась и… принялась резво накрывать на стол. Мама у меня ещё тот ураганчик.

Через минуту в кухню зашёл и папа.

– Девчонки мои, утро доброе, – звонко чмокнул он сначала меня в щёку, а потом и свою жену, после чего присоединился к подготовке стола. Иногда шептал маме что-то на ухо и щипал за бока, отчего та хихикала и краснела как школьница. А я умилялась и не мешала, неумело переворачивая блинчики да улыбаясь во все тридцать два от витающей тёплой атмосферы.

Мой папа для меня эталон настоящего мужчины. Я восхищаюсь им как отцом и мужем. Родители женаты двадцать три года, а их любовь, кажется, до сих пор такая же молодая и яркая, как в самом начале. Он боготворит свою женщину, любит нас с мамой больше всего на свете, я это знаю. Вот бы все мужчины были такими, как мой папа…

– Так, давайте все за стол! Анют, что там у тебя? – спросила мама, подойдя ко мне. Округлила глаза и подтолкнула меня бедром от стола, где я пыталась завернуть мясо во… что-то похожее на блин. – Кхм. Какая ты у меня молодец! А теперь марш мыть руки и за стол!

Смеясь, я быстро убежала. Повезёт же моему будущему мужу. Кухня будет полностью в его распоряжении.

– Сейчас завтракаем и едем на дачу! – с энтузиазмом расписывала мама уже за столом. – Надо веранду закрыть, да и урожай собрать… На всё нам два дня, работы очень много, мои хорошие, так что не спим!

Последнее было адресовано мне. Но я не спала. Я раздумывала, как бы лучше «съехать» с дачи и попасть на «девичник».

– Мам, пап… – откусила я рулетик из блина и осторожно, как по минному полю ползком, продолжила: – Я тут подумала, вы с папой так давно не устраивали романтический вечер… А что, если я оставлю вас наедине? Мы как раз с девчонками договорились сегодня у Лерки собраться. Маникюр, педикюр там, фильм посмотрим. А вы, наконец, побудете вдвоём? – посмотрела на бесстрастное лицо папы и озадаченное мамы. Их молчание напрягало. Неужели и идея с романтическим вечером не растопила их сердца? – Что скажете?

– А вы точно у Леры хотите собраться? – с подозрением спросила мама, и я прикусила щёку изнутри от напряжения. – Ты ведь знаешь, мы с папой ночной образ жизни не одобряем.

И очень выразительно они с папой переглянулись. Ну начинается!

– Ну, конечно! Стала бы я вам врать? И вообще, мне двадцать, а я отпрашиваюсь у вас, будто мне пятнадцать!

Лучшая защита – это хорошее нападение.

– Сейчас время такое, что в любом возрасте нужно быть осмотрительными, Аня. И неважно, пятнадцать тебе или двадцать. Знаю я, какие сейчас парни. Мне твоего Никиты в примерах достаточно. Я не хочу, чтобы моя дочь испортила себе жизнь!

Ой, папа повысил голос. И вспомнил о Никите. Это нехорошо.

– Тише, милый… – нежно дотронулась мама до запястья своего мужа и потом обратилась уже ко мне: – Так вы, как обычно, втроём? И Таня с вами?

Её тон был окрашен недовольством. И я знала причину. В последнее время маме не нравился образ жизни Тани. Шакирова и раньше славилась оторвой, но вместе с ней повзрослели и сами развлечения, и их регулярность. Что логично, и я прекрасно понимала. Но, конечно, не понимали мои родители. Как и временами тётя Гуля, мама Тани, которой иногда очень хочется поделиться со своей подругой переживаниями по поводу «непутёвой» дочери.

Самое главное – сделать вид, что я ничего не понимаю.

– Ну да. Лерка, Таня и я, – пожала я плечами, кинув взгляд на всё ещё хмурого папу. Улыбнулась шире. Папа всегда таял от моей такой улыбки. – В двенадцать обещаю быть дома!

– В двенадцать?! – из рук мамы чуть чашка не выпала от такого заявления, из-за чего мне пришлось ещё и ладони в умоляющем жесте сложить. – Ладно, – согласилась с тяжёлым вздохом мама. – Но смотри, если нужно будет вправить мозги – звони!

Я энергично закивала, папа только вздохнул и покачал головой.

Глава 3. Ночь, дорога и мы.

– Девочки-и-и, а он такой классны-ы-ый! Такой классны-ый! – перекрикивала стереосистему Леркиного Форда Таня, когда мы уже подъезжали к месту проведения гонок.

Мы с Ангелом только хохотали над завываниями с заднего сидения. У Шакировой что ни парень, то любовь всей жизни. Поправочка: что ни богатый и красивый парень, это обязательные условия.

– А какие глаза! Можно утонуть в этих омутах! – вывалилась теперь подруга вперёд. – Так интересно, какая у него машина…

Да, мы всё-таки всей тройкой направлялись на те судьбоносные гонки.

В обед мне позвонила Таня и сообщила, что Ангелочек всё-таки «в теме». Насчёт чего я до последнего сомневалась.

Если я домашний цветочек, то наша Лерка – домашняя клумба. Нежная, скромная, милая, точно ангел в нашей троице. Её родители судьи и, по-моему, воспитывали свою дочь в ещё большей строгости, чем меня мои. Что, удивительно, совсем не мешает таким разным нам крепко дружить. С Таней мы ещё на один горшок ходили, а вот Леру я нашла уже в достаточно сознательном возрасте – на первой паре по уголовному праву в университете. Два года назад. Шакирова ещё та собственница, и поначалу мы часто ругались из-за её ревности, но потом…

– Ангелочек, что бы мы без тебя делали! Солнце ты моё, я так тебя люблю!

«Да, потом ревновать Шакирову приходилось уже мне!» – скептически наблюдала я за попытками Тани оглушить или придушить объятиями Лерку за рулём.

Но, конечно же, это шутка, а я жутко люблю их обеих.

– Если ты не отпустишь нашего водителя, то вряд ли увидишь своего «классного»! Держите себя в трусах, Танзиля Талгатовна! – рассмеялась я.

Таня, наконец, перестала трясти Леру, после чего та, нервно посмеиваясь, поправила свои волосы и вцепилась в меховой руль с двойной силой.

– Всё нормально… всё под контролем, – уверила нас водитель, не сводя напряжённого взгляда с дороги. – И я тоже тебя люблю, Тань!

– Так, откинули все эти сопли и поговорили о важном, девочки! Убавь-ка, – встряхнулась сама виновница сегодняшней вылазки, вновь вывалившись между передних кресел и приказав убавить громкость музыки. – Вообще-то, я не теряю надежду и вашу личную жизнь устроить. Поэтому, курочки мои, язык в жопу не прячем и носом не воротим. Общаемся, флиртуем, не упускаем шанс. Не хочу, чтобы на моей свадьбе вы плакали горькими слезами от одинокого одиночества.

Иногда мне кажется, что Таню наша личная жизнь заботит больше, чем нас самих. Не так давно эта неугомонная женщина всерьёз обучала Лерку «верховой езде», только схемы не рисовала. Так боялась, что та при своём первом разе оплошает. А меня после расставания с Никитой так и вообще потащила по тренингам. Примерно таким: «Арабская ночь, или как найти своего шейха».

– Я ничего устраивать не собираюсь, – отрезала я, и тут же услышала пылкое «ц» за затылком. – Тут я с родителями согласна, сначала нужно окончить учёбу. После отношений с Никитой я вообще не уверена, что когда-то захочу новых.

– А я бы, на самом деле, хотела с кем-то познакомиться, – заговорила Лера со смущённой, мечтательной улыбкой. – Чтобы добрый был и с хорошим чувством юмора, внешность мне не так важна.

– Ура! Хоть одну получилось образумить! – воскликнула Таня и снова принялась душить Ангела. – А то всё в девках ходишь, Фрося! Давно пора было. Для здоровья и для души, говорю вам!

Таня со своими советами монашку на грех спровадит.

Лера резко дала по тормозам, и мы все разом замолчали. Наш Ангел только недавно получила права, а мы с Таней, похоже, только об этом вспомнили.

– Твою мать!

– Приехали! – пропищала Ангелок на вопль Тани и заглушила Лимончик.

Мы оглянулись. И округлили глаза. Оказывается, за болтовнёй не заметили всех этих огней фар в слабом вечернем тумане и стоящих на обочинах машин, которые растянулись точно на километр дороги вперёд. Лера встала в самом «хвосте» этой вереницы.

– Ва-а-ай! – выпрыгнула Таня из машины первая.

Мы с Леркой вышли следом.

– Кла-а-ас… – протянула Ангелок.

Я снова оглянулась. И снова, не закрывая рта. Впервые на гонках. Таких масштабных. Казалось, на этом отрезке трассы собралась вся Самара. До этого всё, что я видела, это гонки по полю в деревне, где живёт абика²…

– Захлопни, а то простудишься! – поддела мой подбородок Таня и громко рассмеялась.

– Иди ты! – махнула на неё и, взяв в восхищении притихшую Лерку под локоть, вновь посмотрела вдаль. На то, как завораживающе клубятся выхлопные газы вдалеке и растворяются в холодном воздухе. С каким предвкушением движутся люди, и сам вечер будто застыл в ожидании.

Таня пристроилась возле меня с другой стороны и промурлыкала хитро, наклонившись:

– Ну и как? Скажите ещё, что не нравится.

– Ладно-ладно! – рассмеялась я. – Мне нравится то, что я сейчас вижу. Убивать тебя пока не буду!

– Мне тоже, честно! – закивала и Лера.

– Ура! – отбежала Шакирова и, поправив светлый водопад своих волос, встала в позу. – Вы, кстати, не сказали, как я вам. Как я вам? Не переборщила?

Мы с Лерой синхронно прошлись по подруге оценивающим взглядом.

Сегодня на ней красовались новенькие ботфорты на шпильке, короткая замшевая юбка и длинное шерстяное пальто молочного цвета. И даже при всей презентабельности Тани я не пожалела, что натянула свои любимые рваные джинсы и старую косуху своего папы. Боже, ничто и никто не заставит надеть меня шпильки вкупе с короткой и узкой юбкой! Хотя Тане всё это безумно шло.

– Шикарна, как всегда, Тань!

Я усердно закивала, соглашаясь с Лерой.

– Ну и ладушки, – довольная подруга снова пристроилась рядом, сплела наши с ней пальцы, после чего мы троицей направились в сторону рычащих красоток и галдящей толпы людей.

Глава 4. Тот самый.

Сама я имела права, но машиной пока не обзавелась. Родители хотели мне подарить на девятнадцать лет, но я чётко дала понять, что на первую машину заработаю сама.

И вот сейчас, смотря на эти яркие образцы моих грёз, я чуть-чуть жалела о своём решении что-то доказать родителям.

– Вон они!

Когда меня красноречиво дёрнули за руку, я перестала крутить головой и обратила всё своё внимание на конечную точку нашего маршрута. Этот квартет среди остальных участников выделялся сам по себе, даже не пришлось спрашивать подругу. Шакирова себе не изменяла. Все четверо выглядели так, словно окружающее – это съёмочная площадка, люди – массовка, а они – звёзды, на которых мы и приползли сюда поглазеть.

Наверняка сейчас подобное пролетело в голове Тани. Но, чёрт возьми, я с ней согласна, потому что они действительно хороши!

Только вот кто из них «тот самый»?

Пока шли, эти «баскетболисты» и с нас цепкого взгляда не сводили. А Таня сжимала мою руку всё сильней и сильней. Неужели Шакирова и волнуется?

– Привет, а вот и мы, – пропела игриво Таня, наконец отпустив меня, когда мы остановились напротив парней.

Облегчённо встряхнув кистью, я подняла взгляд и… пропала.

На меня смотрели самые потрясающие глаза, которые мне когда-либо приходилось встречать. Чёрные, как уголь. Серьёзные и глубокие. Они смотрели так, будто переживали в эту секунду точно такой же пробирающий восторг, как я. Пропала не только Аня, но и громкие люди, и яркие машины вокруг. Я даже забыла, что ещё минутой ранее грезила о собственной машине.

При всём этом я ещё могла что-то слышать. Например, как Таня представила этой четвёрке меня и Ангелочка. В этот момент я поблагодарила темноту вечера за то, что та скрыла цвет моих щёк.

– Привет, девчонки, – этот парень улыбнулся так обалденно, что моё сердце благоговейно замерло на несколько мгновений. И голос у него обалденный. Совсем как я люблю. Низкий, выразительный, с небольшим… татарским акцентом? – Рад знакомству! Карим…

Стоп.

Что?!

На этом месте я чуть не подавилась собственными мыслями. Быстро отвернулась, дабы снова не попасть в ловушку его дьявольски притягательных глаз.

Чёрт! Чёрт! Чёрт!

Постаралась быстро переключиться. Никогда с подругой на одних парней не смотрели. И я не собиралась нарушать эту традицию.

– Гриша… – как зачинщик и единственный знакомый Тани в этой четвёрке, Карим представлял своих друзей.

Парень по имени Гриша широко улыбнулся нам и подмигнул… мне. И снова я поспешила отвернуться. Они, конечно, все тут милашки, но… Но! Я всё ещё в шоке. И внепланово поддаваться чарам кого-либо ещё я больше не намерена.

– Макс… И Шамиль, мой двоюродный брат…

Ага. Макс – это светленький с сигаретой между губ, а Шамиль – тот единственный здесь, кто приехал в белой рубашке и брюках…

Уф, вот с именами у меня всегда плохо было.

– Добро пожаловать, дамы. Обещаю, вы запомните эту ночь навсегда! – обняв за плечи Карима, выкрикнул, похоже, главный заводила их компании – Гриша, чем вызвал согласные возгласы где-то в стороне и наш с девочками смех. Честное слово, атмосфера вокруг вмиг стала более непринуждённой.

Но совершенно случайно мой взгляд запнулся об острый Карима, и меня снова окатило горячей волной восторга и неуютного смущения.

Зачем он это делает? Зачем так пристально смотрит? Нравится ставить людей в неловкое положение?

– Кхм, – подружка заметила это и сделала полшага вперёд, таким образом смещая фокус на себя. Спасибо. – Карим, как дела? Хотела ещё раз поблагодарить тебя за вчера…

– Не стоит, Танзиля. Я только рад был объяснить, что с девушками так нельзя.

– Да, думаю, ты доходчиво объяснил! – хихикнула Таня, а потом взяла его под локоть и ненавязчиво потянула в сторону, продолжая беззаботно щебетать: – Ты знаешь нашего босса? Я очень…

Дальше их голоса потонули в других звуках.

Ну вот и всё. Неужели подруге попался по-настоящему достойный парень? А я просто постою здесь, посмотрю, понаслаждаюсь.

«У меня учёба, работа, родители. Мне вот не до этого всего…» – выдохнула я воздух, посмотрев наверх.

– Почему грустишь, прекрасная Анна? – раздался около уха тихий, грудной голос. Я резко обернулась.

– Совсем нет. С чего ты это взял? – с удивлённой улыбкой ответила парню. И, заметив слишком тесное расположение наших тел, подчёркнуто отступила на шаг.

– Да? Значит, показалось, – Гриша прищурился, улыбнувшись. И точно стал похож на хитрого, хитрого лиса. – Тогда позвольте мне познакомиться с вами поближе, обворожительная леди.

Я не успела понять, как моя ладонь оказалась в его руках. А в следующую секунду её внешнюю сторону обжог сухой поцелуй. Смущённо выдернула руку, а Гриша рассмеялся.

– Прости, если тороплю события, – приподнял он виновато брови. – Но на то у меня есть причина. Ты поверишь, если я скажу, что подсознательно ждал нашей встречи?

Риторический вопрос, на который я бы с удовольствием ответила. Но кому это нужно?

– Накануне ночью мне приснилось, будто я смертельно болен. Лежу в муках, вокруг белые стены и запах как в больницах, – поморщился и продолжил, весьма театрально жестикулируя и играя мимикой. Ему бы да в актёры! – Возле моей кровати появляется прекрасная незнакомка, поднимает руку, а в ней окровавленное сердце. Она говорит: «Теперь оно моё!» Я дотрагиваюсь до своей груди, потому что болит именно в этом месте, а там… дыра.

– И той девушкой была…

– Да, той девушкой была именно ты, – взгляд исподлобья, обольстительная улыбка, шаг вперёд. – Сейчас я понял, что видел вещий сон – ты украла моё сердце, Аня.

В этот момент я чётко поняла, что передо мной не просто ловелас, а самый страшный из подвидов. Ведь из меня какого-то чёрта сейчас вырвался глупый «хик». А я, на минуточку, неплохо поднаторела в вопросе «лапши» и тех, кто её «готовит». И держусь от подобных шеф-поваров с определённого момента подальше.

– Гриша?

Парень с готовностью кивнул, и я без сожалений его… отшила:

– Гриша, спасибо тебе за такую душещипательную историю, но, как бы помягче сказать… прости, твоё сердце меня не интересует.

Его, по-моему, совсем не расстроил мой ответ.

– Почему же? Неужели не понравился? – самоуверенно улыбнулся и поиграл бровями.

Как с нашего кота в период линьки, с меня разом сошла вся серьёзность, и я весело рассмеялась.

– Ну вот! Если девушка смеётся, значит, я на правильном пути!

Могло показаться, что этот дамский угодник продолжил подкатывать ко мне свои… кхм, но в глазах я всё-таки увидела понимание.

И словно почувствовав, что парень «освободился», перед нами выросла девушка с длинными розовыми волосами. Конечно же, она проигнорировала меня и оставила смачный приветственный поцелуй на щеке своего… знакомого? Он точно не ожидал её здесь увидеть, но удивление в глазах быстро сменилось хищным огоньком.

– Привет, Гриш! Давно не виделись.

– Не поверишь, я вот только что тебя вспоминал, а ты тут. Как дела, солнце? Почему не звонишь?

– Не могу дозвониться. Ты сменил номер?

– А, точно…

Гриша мгновенно переключился, приобняв девушку за талию, отвёл её в сторону. Наверняка чтобы приготовить очередной «кулинарный шедевр».

И даже со всей женской солидарностью у меня не получилось сдержать тихого смеха. Каков гад!

Оглянулась в поисках второй своей подруги. Внезапно стало пусто. А куда?..

Неподалёку, где народа почти не было, стояли двое: Ангел и… как же его… тот, что в брюках. Шамиль? Даже со своего ракурса я видела, как между ними искрило. Но… когда они успели? Только что стояли рядом, и на Леру это совсем не похоже.

Вот так бессовестно все разбежались! И когда вообще уже начнутся гонки?

И нет, как оказалось, здесь я была не совсем одна. Макс. Он был самым молчаливым из этой четвёрки. Стоял в стороне, курил и смотрел на дрифтующие вдалеке машины.

Я тоже обернулась и посмотрела в том направлении. Хлопок, поворот, визг, облако дыма. И внутри меня поднимается волна жара, а тело покрывается щекотливыми мурашками. Эти ощущения неописуемы. Погрузилась в какую-то нирвану от рыка мотора и того, какие трюки выполняли все эти люди.

– Нравится? – хриплое рядом. Макс стоял уже чуть ближе ко мне.

– Очень… – как завороженная посмотрела на него, а затем вернула взгляд на лихачей.

Неповторимая атмосфера. И почему я раньше не была на уличных гонках?

Или даже не участвовала?

Серёже бы понравилось. Друг детства бредил спортивными машинами и гонками. Фильм «Форсаж» нами был засмотрен до дыр, и мы оба когда-то мечтали о своём Ниссане Скайлайне³. А потом он переехал. И мне больше не с кем было разделить подобные мечты и фантазии.

Очнулась я только тогда, когда поняла, что «наши» парни куда-то засобирались. Оказалось, что начинается главный заезд. И Карим участвовует.

И только сейчас я обратила внимание на его машину, которая всё это время находилась прямо за моей спиной.

Чёрная.

Ауди.

Красавица…

Мои глаза загорелись с больным предвкушением. До какой-то лихорадки мне захотелось услышать её голос.

Неотрывно следила за тем, как Карим сел за руль, выполнил пару проверяющих движений. А потом поймал меня за пристальным разглядыванием. Улыбнулся мне и, не разлучая наших глаз, завёл машину…

Глава 5. Всё под (не)контролем.

Всем появившимся в моей жизни машинам я давала клички. Лимончик – Форд Ангелочка. Он такой маленький, миленький и жёлтый, что хочется поморщиться. Дракарис – папин Ленд Ровер. Большой, мрачный, устрашающий.

И так далее…

Сейчас я смотрела на мощную, казалось, гибкую хищницу, притаившуюся среди других «зверей». Чёрную пантеру. Прикрывающую свои мощь и скорость тихим рычанием.

Мое сердце задрожало в такт этой Багире, ладони вспотели. В горле пересохло.

Сглотнула, не понимая, что с моим телом. Нет, я всегда неровно дышала к машинам. Но сейчас испытывала нечто совершенно новое. Так влияла нынешняя атмосфера? Ночь, испарения бензина, мурлыканье моторов, эти глаза…

Так, а глаза тут при чём?!

Встряхнулась внутренне. Но ощущения даже не собирались пропадать. Я возбуждалась в своей жизни, и сейчас находилась в похожем пограничном состоянии. Внутренние органы сжимались до приятной боли, глаза будто тлели углями, зубы непроизвольно покусывали нижнюю губу. А я смотрела, смотрела, слушала, как загипнотизированная человеком и машиной напротив…

Пока меня не отвлёк возмущённый возглас Тани рядом.

– Эй, алё, я кому говорю?!

И пощелкала пальцами перед моим носом.

– А… что?

Я вся внимание.

– Я говорю, Карим сейчас будет участвовать в гонке, может взять с собой кого-то пассажиром. Ты же знаешь, я не особо любитель всего этого, в отличии от тебя… Поэтому, так и быть, уступлю тебе место. Ну так как? Поедешь с ним?

С К-кари… мом?

Я переваривала услышанное. Долго переваривала.

– Ты не переживай, я тут узнала, что он водитель «от бога», да и практически всегда побеждает. Бли-ин… он такой классный!

В одной машине? Со всеми этими возбуждающими звуками и запахами?

– Ну ты поедешь? Или и дальше будешь СТОЯТЬ И ГЛАЗАМИ ХЛОПАТЬ, ЕДРИТ МАДРИД, АНЯ!

– Нет, я, наверное, пас… – замотала я головой, отбрасывая от себя все те образы, что полыхали запретными языками пламени перед глазами.

Знала бы подруга, как я думаю о её парне. Точно не предлагала бы подобное, а вообще подвергла самым жутким пыткам.

– Ты уверена?

«Нет, я ни в чём не уверена!» – бешено заморгала, когда Карим выпрыгнул из машины и двинулся в нашу с Таней сторону.

Другие машины уже становились у старта.

В несколько размашистых шагов он преодолел расстояние, пока я экстремально не дышала. Улыбнулся.

– Это ты у нас любительница скорости?

Й-а??

Кивнула заторможенно. И выглядела наверняка глупо. Откуда он вообще узнал о моей слабости? Неужели Таня сказала?

Под мой шоковый шок Карим протянул мне ладонь и нетерпеливо ею дёрнул.

– Пошли со мной! Вижу, что на гонках впервые. Тебе понравится! Обещаю не гнать, – смешинки в его глазах меня немного… растормошили. Он говорил со мной так, будто мы старые знакомые, а это не первый наш диалог. – Скорее, Аня, заезд уже начинается.

Посмотрела на его руку, большую и такую мужскую, обещающую неведанные эмоции и… упрашивающую. И как-то внезапно даже для себя схватилась за неё крепко, а потом вскинула растерянно голову и кивнула больше себе.

–Да… я поеду.

Карим только улыбнулся шире, после чего потянул меня к своей машине. Уже на ходу я обернулась. Таня смотрела на наши с Каримом сцепленные ладони и хмурилась. Но ведь она сама предложила. Или нет? Я уже ничего не понимала!

Затараторила, задыхаясь от избытка чувств:

– Наверное, это не совсем правильно по отношению к моей подруге… Я хочу сказать, что ты пригласил Таню…

Мы остановились у пассажирской двери Чёрной пантеры, Карим тут же повернулся ко мне лицом. На нём уже не было той сногсшибательной улыбки. Его глаза снова стали внимательными и немного задумчивыми.

– Аня…

Боже, как он произносил моё имя…

– Глупо получилось. Вся эта ситуация. Твоей подруге я ничего не обещал. Мы с Танзилёй здесь не вдвоём, и приглашали на гонки вас, а не кого-то конкретного. Надеюсь, я тебя успокоил?

Замолчал и стал вглядывается в мои глаза. А я не знала, что сказать. До сих не понимала, в каком положении нахожусь. Лишь то, что ожидания некоторых не совпадали с действительностью.

– Так ты поедешь со мной?

Нет.

Противостоять этим серьёзным, проникающим в душу глазам я не смогла бы.

Осторожно, ещё не понимая до конца, что делаю, кивнула, и Карим без промедлений открыл мне дверь. Поймав мой взгляд, кивнул с улыбкой, мол, смелее.

И я запрыгнула в салон шустрым зайцем. Хлопок двери, приглушённый звук мотора, высокая фигура в чёрном около капота и глубокий вдох. Волоски на теле наэлектризовались, затылок онемел, пресс свело, голова закружилась. Внутри машины пахло лесной прохладой. Такое чувство, что меня резко выбросило в самую гущу Тайги. Дикую, спокойную, опасную. И сейчас я, раздетая до голых нервов, ошеломлена её масштабностью и действием.

Господи, а я точно не делаю ничего такого? Таня ведь моя подруга, и ей нравится Карим. Но и игнорировать то, как внутри меня что-то кричит от взгляда на него, у меня не получается.

Это всего лишь заезд, всего лишь…

Резко повернула голову влево, когда на соседнее кресло опустился водитель. Он посмотрел на меня в ответ. Так, будто понял, о чём я сейчас думала. Будто тоже находился в растерянности и одновременно приятной безысходности из-за своих чувств.

Глава 6. Моя вселенная.

Карим отвернулся и, плавно вывернув руль, дал по газам. Пантера издала возмущённый рык, но резво переняла настрой хозяина. Влилась в строй меж других участников так, будто всегда тут находилась.

Все четыре машины стояли, как полные ожидания звери перед бегом. В холодном осеннем воздухе горела смесь адреналина и конкуренции. Я чувствовала это каждой мурашкой.

Карим снял с себя кожанку и откинул её на заднее сидение. Одну ладонь опустил на руль, вторую – на панель передач.

– Четыре участника на заезд, но не волнуйся, в этом месте трасса позволяет… – Карим непринуждённо что-то начал объяснять мне, а я…

Окаменела вообще всем телом, зависла. На внимательном профиле, шевелении губ, напряжённых плечах, на мышцах, которые нисколько не скрывала чёрная футболка. На вздутых венах. На крупном запястье, окольцованном серебряной цепочкой.

Мы так не договаривались…

Очень старалась убедить себя, что рядом не чёртов Аполлон, Адонис, Ален Делон и Марлон Брандо в ОДНОМ флаконе, пока пристёгивала ремень безопасности. Я же не из пещеры вылезла. Ей-богу!

Но не только Карим наполнял моё тело дрожью, а по венам пускал жидкий огонь. Это со мной делало само предвкушение. Толпящийся на обочинах народ, их свист, крики и нетерпение в каждом движении. Оно передавалось мне. А вот Карим казался более чем спокойным. Нет, скорее, уверенным, потому что в его глазах полыхал тот же жаждущий костёр, что и у меня в груди. Далеко не спокойствие.

Вперёд машин вышла девушка с длинными розовыми волосами. Та, кто переключила на себя внимание Гриши. Она была уже в длинном чёрном плаще и… с чёрным пистолетом в руке. Моё дыхание замерло.

– Не бойся, Аня, – его голос в этот момент будто сменил свою суть, стал ещё притягательней, усыплял бдительность, завораживал, отвлекал от всего остального мира.

Повернула голову и, встретившись взглядом с водителем, удивлённая своими ощущениями, качнула головой с улыбкой.

– Я не боюсь.

И это было абсолютной правдой. Почему-то в этот момент я очень доверяла Кариму. Казалось, он никогда не ошибается, не промахивается. И это так же незыблемо, как ночь, сменяющая день. Ему можно доверить жизнь.

Еле заметно дёрнув щекой, он резко отвернулся, сразу впиваясь внимательным взглядом в девушку напротив.

Она подняла руку с пистолетом вверх. Секунда, и выстрел красной вспышкой озарил округу, что означало «погнали!».

С гулким рёвом мотора и визгом шин мы сорвались с места, отчего меня вжало в спинку сидения. Внутренности стянулись в один крепкий узел, а дыхание перехватило. Я зажмурилась поначалу не в силах вдохнуть. А когда открыла глаза и жадно вдохнула приоткрытым ртом, пейзаж перед взглядом размазывался от скорости, с которой мы неслись.

Прикусив губу от дёргающего нервы адреналина, перевела взгляд на Карима.

Он был целиком и полностью сосредоточен на дороге, руки напряжены. Мускулы бугрились и подсвечивались неоном от сенсорной панели в ночи. Даже казалось, будто горячий пар валил из его ноздрей, так он горел этим мгновением изнутри.

Вдруг он кинул хрипло, всего на секунду с улыбкой обернувшись ко мне:

– Держись!

Моя реакция получилась мгновенной – я вцепилась двумя руками в кожаное сидение. Мы заходили на крутой поворот, машина опасно накренилась и плавно… задрифтовала!

– А-а-а-а! – в этот момент у меня не получилось заглушить свой восторженный визг, рождающийся из самой глубины вибрирующей груди. Это что-то невообразимое!

Я азартно крутила головой, успевая слепящими вспышками отмечать и то, как Карим заправски орудовал панелью передач и педалями попеременно.

В этот момент в моём сознание обитала лишь одна мысль: я никогда не забуду этого! Ни этого человека, ни этого запаха, ни этих поднебесных ощущений.

Сердце в ушах отбивало свой бешенный ритм: «БУМ! БУМ!..»

А я смеялась и визжала. Так самозабвенно, что, кажется, меня слышали даже наши соперники.

В один момент, когда я уже просто широко улыбалась, а колёса снова заточенной стрелой рассекали мокрый асфальт, наши с водителем взгляды умышленно встретились. Карим…

Он тоже улыбался, разделял мои эмоции. И смотрел… с восхищением? Желанием? Или мне всё это казалось?

Неважно, ведь…

Пропало всё, в очередной раз. Остались только мы и целая вселенная в чёрных, мерцающих глазах напротив. Всего на какие-то крупицы мгновений, но за это время моё сердце успело несколько раз остановиться и несколько раз кувыркнуться в груди.

Пришлось встряхнуть себя в очередной раз. И быстро отвернуться. Нельзя влюбляться, Аня! Ни за что!

Тот крутой поворот оказался выездом на параллельную полосу, разделённую со встречной бетонным ограждением и широким куском земли. Мы неслись к старту-финишу.

Я огляделась. И нетерпеливо заёрзала на месте с широкой улыбкой.

– Мы первые, Карим! Мы первые! – тараторила будто не веря, постоянно оглядывалась назад и заглядывала в боковое зеркало.

Если честно, с этими эмоциями я и подзабыла, что у нас тут гонка. Но сейчас, вспомнив, я будто опьянела ещё больше от чувства победы.

Карим ничего не ответил мне на это. Но его улыбка была красноречивее любых слов. Его явно забавляли мои эмоции. А я старалась больше не смотреть на него. Но до финиша каждый раз внутренне вспыхивала, когда кожей чувствовала обращённый на меня взгляд Карима. Он – смотрел. Ещё как. Чем неимоверно мучил меня и… погружал в кипяток удовольствия.

На финише нас встретила галдящая толпа. Они практически окружили подъехавшие машины.

Я хотела быстро выпрыгнуть на улицу, дабы больше не испытывать своё сердце, но не успела. Карим аккуратно взял моё запястье в свою массивную ладонь и сжал её.

– Аня…

Глава 7. Спокойной ночи.

– А?

Мне правда показалось, что в этот момент лишусь чувств. Вдох встал поперёк горла, когда я резко обернулась.

– …Я рад, что со мной поехала именно ты. И рад, что тебе понравилось, – Карим говорил очень мягко, будто боялся спугнуть. И одновременно так изощрённо хищно, что я совсем разволновалась. Очень остро ощутила на себе взрослую, по-настоящему мужскую энергетику. Только сейчас поняла, что передо мной не Никита, не парень, только недавно вышедший из пубертатного периода. Передо мной зрелый человек, который знает, чего хочет.

– Я роже тада, – кивнула с улыбкой, а потом резко захлопнула рот, округлив глаза, и быстро исчезла из машины под весёлый смешок Карима.

Какое позорище!

«Мне нужен воздух, нужен воздух…» – зажмурилась, глубоко вдыхая уже уличную прохладу.

Я впервые участвовала в гонках, пусть и на пассажирском сидении, но в гонках! И мы приехали первые. Победили!

Да, определённо лучше думать об этом.

Стала пробираться сквозь хаотичные потоки, чтобы найти подруг.

Люди вокруг суетились. В этот момент здесь собралось уже большинство присутствующих. Поздравляли Карима с победой: кто жал руку, кто обнимал. Наверное, происходило что-то ещё. Но в моём фокусе был только он, хоть и приходилось для этого выворачивать шею по пути.

Этот парень явно пользовался популярностью у здешних завсегдатаев. Он источал неподдельную уверенность каждым своим движением и словом, и это подкупало, притягивало внимание.

Неудивительно, почему же на него хотелось смотреть, за ним наблюдать.

– А-а-а, как классно! – врезалась в меня Таня с радостным воплем и удушающими объятиями. Трясла меня, пока я пыталась не задохнуться от её прыти. – Так жалко, что я боюсь скорости и всего этого! А так бы хотелось тоже! Побыть с Каримом наедине! Он ничего про меня не говорил?

Я ощутила себя чуть-чуть виноватой, когда подруга отстранилась с мечтательной улыбкой.

– Нет…

Но она будто этого и не услышала.

– Мы бы съехали с маршрута и познакомились поближе. Он бы точно не устоял…

Вина и стыд быстро исчезли, на их месте появилась неуместная ревность, которая подъедала мои внутренности, противно почавкивая. И которую я мигом постаралась заглушить. Театрально скривилась и замахала руками.

– Фу! Шакирова, избавь меня от своих пошлых мыслей! – а затем улыбнулась восхищённо, взяв Таню под локоть. – Видела бы ты его в момент заезда! Он был так увлечён, я бы даже сказала, одержим. И всё, что ему было нужно, – дорога и эта свобода…

Подруга хмыкнула, поворачиваясь со мной в другую сторону.

– Я знаю, как заставить мужчину бросить всё ради меня.

Я только цокнула. Таня и её самоуверенность, ничего нового. Наконец найдя взглядом в этой толпе Ангелочка, махнула ей.

– Лер, мы здесь!

Подруга вся светилась изнутри, когда приблизилась к нам. Её щёки покрывали розовые пятна, а сама она не могла остановиться кусать нижнюю губу.

– Лер, – улыбнулась я и переглянулась с Таней, у которой глаза уже полыхали демоническим пламенем от нетерпения вытрясти из подруги все подробности. Да и я с трудом сдерживалась, подрагивая всем телом. – Мы видели тебя с тем парнем! О чём вы говорили?

– Шамиль… Его зовут Шамиль, – выдохнула подпруга дрожащим голосом, явно очень сильно волнуясь. Отвернулась, улыбнулась, собираясь с мыслями.

А мне пришлось дёрнуть Шакирову за локоть и шикнуть на неё глазами, потому что та явно намеревалась «поторопить». Но с Ангелом фирменный напор Тани бесполезен, она бы, наоборот, закрылась в себе.

– Точно, Шамиль.

Наконец Лера подняла взгляд и, выпустив изо рта протяжный выдох, улыбнулась шире.

– Это не первая наша встреча…

Таня подавилась воздухом, и я снова её дёрнула за локоть. Лера смущённо хихикнула.

– Да. Неделю назад… возле торгового центра, я парковалась там. У меня не получалось заехать между двумя машинами. А в попытках вырулить я потом вообще встала так, что никуда не могла. Даже свою дверь открыть… Разревелась. А Шамиль выезжал с парковки, но, увидев мою ситуацию, остановился помочь. Там было очень мало места, но он как-то залез и помог мне выехать. Успокаивал ещё. А потом сам припарковал мою машину на своё прежнее место…

– Охренеть! – воскликнула восторженно Шакирова, а я согласно закивала.

– И вы познакомились?

Лера мотнула головой.

– Нет. Я тогда и слова произнести не смогла кроме «спасибо». Испытала такой стресс. А сегодня мы встретились тут. Он сначала спросил, не было ли у меня больше проблем с парковкой, а потом пригласил… на свидание.

– И-и-и! – взвизгнула я, подпрыгнув, и обняла Ангела. Расчувствовалась, будто меня пригласили. И не на свидание, а замуж. Наверное, мне хотелось отвлечься от своих не особенно лёгких мыслей из-за запретного Карима.

Таня вскинула руки к небесам.

– Ну, наконец-то!

Лера отстранилась от меня и уставилась на нас испуганной ланью.

– Он попросил мой номер телефона. И сказал, что позвонит завтра. Только… я даже не знаю, как вести себя с ним. Вы же знаете, у меня ещё никогда… никого не было. Даже свиданий. А он такой… представительный.

– Так! – скомандовала Шакирова и, подойдя к Лере, взяла ту под локоть. – Отставить панику! Завтра с утра я приеду к тебе. Наведу марафет и дам несколько наставлений как не упасть лицом в грязь перед таким самцом. Со мной не пропадёшь, чего нюни распускаешь?!

– Я тоже могу подъехать! Вместе соберём тебя, правильно настроим, и всё будет в ажуре! – провозгласила я, хлопая в ладоши. Да, я была рада за подругу, чего не скажешь о моём организме, который так и не получит свою восстановительную дозу сна.

И только лицо Ангела приобрело черты спокойствия, как снова она округлила глаза.

– Они идут!

Мы с Таней синхронно обернулись. И заметили, как в нашу сторону сквозь людей пробиралась знакомая четвёрка.

– Слу-у-ушай, Аньк, я совсем забыла сказать! – вдруг прошипев, наклонилась ко мне Таня.

Та-а-ак…

Шакирова зажмурилась.

– Только не убивай! Один из друзей Карима – Гриша попросил твой номер, и я дала его ему.

– Что? Зачем?!

А я думала, мы с этим лапшичником отлично поняли друг друга!

– Но, послушай, он же классный парень… почему бы не попробовать?

– Во-первых, я не собираюсь ни с кем ничего пробовать! А во-вторых, если этот Гриша такой классный, то и пробуй сама! А мой номер!..

Моё возмущённое шипение прервал бархатный голос, пропитанный хорошим настроением.

– Девушки, мы сейчас едем в клуб отмечать. Приглашаем вас с нами.

– Да, хорошая компания из очаровательных дам нам бы не помешала!

Я закатила глаза на речь Гриши, а Карим, заметив такую мою реакцию, улыбнулся.

– Не думаю, что это хорошая идея, – немного резковато ответила я. Настроение моё было подпорчено. Мне не нравился бабник Гриша, не нравился поступок подруги, и слишком нравился Карим, чтобы пребывать в светлом расположении духа.

– Мы за! – пихнула меня Таня локтем, смотря с предвкушением на звёздную четвёрку.

– Извините, но мне нужно домой… – хоть одна подруга была со мной солидарна.

– Мне тоже, – натянула я кое-как улыбку. – Завтра рано утром у нас очень важные дела, да, Таня? – выразительно посмотрела на Шакирову, напоминая о завтрашней миссии.

Но подруга отмахнулась, даже не посмотрев в мою сторону.

– Ань, не занудствуй! Мне немного веселья не навредит. Лично я за клуб!

Я уловила какой-то странный, неприятный взгляд в сторону Тани от молчаливого друга по имени Макс. Захотелось поёжится от него. С подругой ведь ничего не случится?

Тогда я посмотрела на Карима, и эти мысли тут же улетучились. Карим, да и Шамиль, они кажутся порядочными.

– Отлично. Тогда поехали?

На лице Карима отразилось что-то похожее на разочарование, когда он обращался к своим друзьям. Или мне хотелось так видеть.

– Девочки, тогда до завтра! – обняла Таня сначала Ангела, а потом меня.

И получила от меня взгляд: «Ох, Шакирова, очень опрометчиво доверять малознакомым парням!»

И хоть вечер для меня завершился в сопровождении неуместной грусти, я искренне улыбнулась новым знакомым на прощание.

– Спасибо вам за этот вечер! Было очень зрелищно. Гриша был прав, лично я не забуду его никогда, – под конец даже рассмеялась, уже без злости посмотрев на автора обещания.

– Да, крошка! А ещё я обещаю, что это не последняя наша встреча, – подмигнул мне этот балагур.

Я точно прибью свою подругу!

Шамиль прощался с Лерой, Тане позвонила мама. А ко мне тем временем подошёл… Карим.

Не передать словами, как моё тело в этот момент прошибало электрическими разрядами, а мне хотелось упасть – ноги совершенно не держали.

Потому что он наклонился ко мне и произнёс прямо на ухо. Тихо, щекотно, интимно.

– Приятно было познакомиться, Аня…

Мне показалось, или он правда втянул носом воздух около меня? Глубоко, протяжно. Боже…

Не дыша, подняла на Карима взгляд, когда он выпрямился. Не смогла разлепить губы, только бесконечно сглатывала сухость в горле.

– Надеюсь, скоро увидимся снова. Спокойной ночи, Аня…

Спокойной ночи? Спокойной?! Да как мне вообще спать теперь?

Меня хватило лишь на то, чтобы кивнуть.

Глава 8. Откровенность.

На следующий день меня снова разбудил звонок Тани. Только этой ночью спала я исключительно плохо, истязала себя всякими мыслями. Приятными и ноющими. Вдохновляющими и ревностными. Уснула только под утро. Поэтому отвечать на раздражающую а капелла западной певицы не хотелось вовсе.

Но помня о нашей воскресной миссии, я, конечно, была благодарна Тане, так как благополучно проигнорировала будильник, поставленный на восемь утра.

Как? Как у Шакировой получается вставать в такую рань после ночных похождений?

Вот и сейчас голос подруги был полон бодрости.

– Алло, Анют, ты ещё спишь, что ли?

– Я… м-да… проспала будильник…– и широко, смачно зевнула.

– Нет! Кто вчера гулял? Я вообще спала полтора часа за ночь, и ничего. Полна сил и энергии! Это потому, что у тебя нет секса, подруга, – сделала она предельно серьёзное заключение, заставив меня этим снова закатить глаза, когда те закрыты.

Что за бред несёт эта женщина? Но легче согласиться, чем спорить с Шакировой. Особенно с утра пораньше.

– Да, Тань, именно поэтому, – и тут же широко распахнула глаза. До сонного, воспалённого за ночь мозга только дошло. Вчера ночью, после того, как мы с Лерой уехали, могло быть… Дыхание участилось, сердце заколотилось быстро-быстро. Спросила, задержав воздух в лёгких: – А у тебя он есть? Был?.. Секс?

На той стороне тихо хихикнули, а затем простонали с блаженством, отчего моей спины коснулся холодок.

– О-о-о… Анют, ты даже не представляешь, ка-а-ак мне было хорошо этой ночью. И утром, господи!

Тело бросило в жар, а после в ледяной холод. По ощущениям, всё моё существо рухнуло вниз.

Попыталась встряхнуть себя, а заодно поймать и выровнять сбившееся дыхание. Что за реакция? Ведь изначально всё было ясно. А все эти взгляды и слова Карима ничего не значили…

– С Каримом? – постаралась придать голосу непринуждённости, но всё равно мой вопрос прозвучал слишком низко и тихо.

Таня вдруг громко рассмеялась и передразнила меня:

– «С Каримом?» Нет, блин. С дядей Гришей!

И всё равно я пока ничего не понимала в её чересчур весёлом вопле. Застыла бетонным изваянием.

– Да успокойся ты! Не с Каримом я была. Слышишь? Не с Каримом! Я вчера ещё всё поняла, на гонках. Он та-ак на тебя смотрел, что и дураку понятно: ничего бедной мне там не светит.

Я молчала, не знала, что сказать. Мне было стыдно, я ощущала себя виноватой. А ещё я испытала сумасшедшее облегчение, с которым пришла сильная дрожь в руках. Как признаться подруге, что мне понравился парень, который понравился ей? Понравился так, что ночь эта стала для меня настоящей пыткой.

– Ну ты чего молчишь, Самохина? Скажи хоть что-нибудь. Ты, надеюсь, там не грохнулась в обморок от счастья?

– Нет… Прости меня, Тань, – села в кровати и сжала в кулаке край одеяла, зажмурившись. – Ты права, мне понравился Карим, но… это ничего не значит! Я бы не стала делать ничего такого…

– Я сказала, успокойся! – гаркнула подруга, оборвав меня. Продолжила уже спокойней: – Мне, конечно, было поначалу обидно. Такой вариант! Но… я же не слепая, Ань. Насильно мил не будешь, да и тебе не каждый нравится. А вы очень эффектно смотритесь вместе! – Шакирова вплела в голос своей фирменной уверенности и лёгкости: – И ерунда какая, буду я ещё на этом зацикливаться. Я – Шакирова Танзиля Талгатовна из-за мужиков ещё сопли буду распускать? Да ни в жизнь!

«Камень с души» – как точно описывает эта фраза иногда наши чувства. Я рассмеялась, заразившись настроением Тани. Вскочила с кровати и заходила по комнате. Что-то зрело в груди. Что-то яркое, расползающееся ручейками по всему телу и покалывающее изнутри кончики пальцев.

– Всё равно прости! Я не специально, правда! Просто между нами вчера что-то вспыхнуло. Я, честное слово, никогда такого не чувствовала. Что-то ненормальное, невидимое…

Я ещё несколько минут под хохот подруги описывала свои чувства, которые сейчас, казалось, обрастали и наслаивались друг на друга подобно снежному шару.

– А с кем ты тогда была, если не с Каримом? – спросила я, резко остановившись и нахмурившись. Неужели познакомилась с кем-то ещё?

– Хах, ну, слушай…

И поведала мне подруга историю. После того, как мы с Лерой уехали, они впятером направились в клуб под названием «Притяжение». Я знала об этом клубе не много, лишь то, что он очень дорогой, и что собираются там только сливки нашего города. Карим и Шамиль оказались его владельцами.

Как Таня сказала, она чуть не описалась от радости, что познакомилась с хозяевами такого крутого места в нашем городе, ведь была уверена, что двери для неё туда отныне всегда будут открыты.

По прибытии они расположились в VIP-зоне. Парни сразу сделали большой заказ. Они ели, пили, общались. К ним даже подсели какие-то девчонки и парень. Но если Макс и Гриша отрывались по полной, то Шамиль и Карим вели себя отстранённо. А потом и вовсе, сославшись на работу, оба поднялись на второй этаж. Присоединившиеся друзья и Макс тоже испарились.

Остались только Таня и Гриша…

Тогда-то она и разглядела Гришу во всей его… красе. Подругой были сказаны другие слова, но суть примерно та же. Парень и сам не прочь был пофлиртовать. Чему я совсем не удивилась. Они танцевали, пили, курили кальян, и когда напряжение достигло своего пика, а диванчика стало мало, Гриша предложил Тане поехать к нему. На что она тут же без сомнений согласилась. Так как «мне секс жизненно необходим, хотя бы раз в неделю, особенно с таким экземпляром!».

По словам Шакировой, это был её лучший секс В ЖИЗНИ.

Сказать, что я была взбудоражена этим рассказом, – не сказать ничего. Во-первых, Карим не ушёл в отрыв, не был замечен с девушкой. Что несказанно счастливило меня! Во-вторых, я Грише неинтересна, хоть после случая с номером телефона и думалось иначе. В-третьих, я была рада за подругу. Судя по её голосу, она и правда довольна итогом вчерашнего дня.

– Он был таким диким и ласковым котиком. Думал не только о себе любимом, но и обо мне не забыл. Знала бы ты, что он со мной делал, Аня-а-а-а… – захныкала Таня мне в ухо похотливо.

– Ну нет! Вот давай без этих твоих подробностей!

Подруга рассмеялась

– Ань, вот когда испытаешь то, о чем я пытаюсь тебе поведать…

– И даже тогда я не захочу слушать твои порно-подробности! – перебила я её, хохотнув.

– Придётся. С кем ещё мне этим делиться, если не с вами? – резонно отрезала мои дальнейшие возмущения. – Так вот, мне настолько понравилось, что я осталась. А на утро всё повторилось. И знаешь, было ещё лучше… хотя я думала, что лучше уже просто не может быть!

– И фто феферь? – спросила я, уже начищая зубы в ванной перед зеркалом. Сплюнула пасту и усмехнулась. – Ты всё-таки решила последовать моему совету, и сама попробуешь с Гришей?

Подруга вздохнула.

– Не знаю Ань. Он, конечно, огонь и всё такое. Но я ведь для серьёзного ищу кого-то более оформленного, если не забыла. У него съёмная однушка…

– Всё, дальше я даже слушать не хочу, – перебила я её, нахмурившись и поставив зубную щётку на полочку. А потом поняла, что ответила слишком грубо, и быстро смягчилась. Не хочу разругаться, как в прошлый раз. Таня слишком сильно и резко вспыхивает, если я пытаюсь её образумить со всем этим нездоровым «выйти за богатого и красивого». – В общем, не руби с плеча, если тебе он так понравился. У тебя тоже это бывает не часто, хоть и говоришь каждый раз, что влюбилась. А потом расскажешь мне всё во всех подробностях, и я, так и быть, выслушаю всё! – рассмеялась я под конец, чтобы, наконец, растопить молчание на той стороне.

– Ладно, – хмыкнула Таня. – Собирайся давай. Позвони как будешь выходить из дома, поедем до Лерки вместе.

Глава 9. Свидание Ангела

Когда мы приехали к нашему Ангелочку, то, мягко говоря, удивились, ведь перед нами предстала, скорее, фурия, нежели райский обитатель.

Лера жила в элитном микрорайоне, где квартиры отличались не только ценой от наших, обычных, но и просторными квадратами, и кое-где вторыми этажами, являясь пентхаусами; и шикарными полностью остеклёнными лоджиями. И вот даже несмотря на площадь ангельских владений, казалось, почти все двести квадратов были утоплены в хаосе.

Начиная от гардеробной в холле до огромной гостиной, по мраморному полу вилась дорожка из разбросанных вещей. От лёгкой ветровки до летних босоножек. От платья до лыжных ботинок. Шарфы, перчатки, береты…

Кажется, подруга достала всё, что только у неё имелось. И весь этот адовый переполох дополнял её чихуахуа. Да-да, у неё имелось это маленькое чудовище по кличке Чарли, который, быстро-быстро размахивая своим крысиным хвостиком и оголяя ряды маленьких белых клыков, верещал сейчас на всю квартиру, чего уж там, на весь жилой комплекс.

К слову, Лера бегала по квартире как угорелая, туда-сюда, в одном нижнем белье, с патчами под глазами и огромными бигуди на лбу. Нас она поначалу даже и не заметила, так как заранее открыла входную дверь.

Стоя на входе той самой гостиной, невозможно было не взорваться хохотом, чем мы с Шакировой и занялись, складываясь пополам.

Вскоре возле нас остановилась Лера и истерично проверещала:

– Хватит ржать как лошади! Лучше ПОМОГИТЕ!

От ультразвука мы с Таней даже встали по струнке, опешив. Обычно наша спокойная и нежная Лера сейчас выглядела как сумасшедшая, недавно сбежавшая из психушки.

– Вот как меняет людей любовь! И, увы, не всегда в лучшую сторону… – назидательно изрекла Шакирова и снова рассмеялась, уже хватаясь за живот.

Ангелок только закатила глаза.

– Лер, а что у тебя происходит? – прошла я дальше, уже более внимательно рассматривая кавардак. Здесь даже какие-то тазики и тарелки валялись, хотя всегда у подруги царил абсолютный порядок везде и во всём. У самой губы дрожали, я кое-как сдерживала широкую улыбку. – Я, конечно, понимаю, первое свидание, и ты очень волнуешься, но ты ведь не замуж выходишь…Что это? – остановилась я, ощутив сквозь носок что-то влажное на ступне. Подняла ногу и отлепила с неё кружок огурца. Перевела взгляд на Леру.

– Маску делала… – пожала она плечами, уже смущённо улыбаясь. После чего мы вместе рассмеялись.

Пока Лерка по-быстрому варила всем нам кофе и что-то соображала по бутербродам, я убирала вещи по местам и за одним подбирала образы для сегодняшнего ангельского свидания, а Таня подготавливала себе рабочее место в комнате подруги. С собой она привезла свой чемоданище с косметикой. Шакирова недавно прошла курсы по макияжу, и теперь считалась нашим личным визажистом вот на такие случаи.

Стрелки на часах указывали на цифру два, а, как сказала Лера, с Шамилем они договорились, что тот подъедет к её дому к шести вечера. Следовательно, на всё про всё у нас оставалось не больше четырёх часов. Та-ак, ну, за дело!

Во время наведения марафета, Ангелочек поведала нам о планах Шамиля на вечер. Сначала они поедут ужинать в жутко красивый, достаточно старинный ресторан нашего города, поэтому образ должен быть элегантным, но в то же время романтичным… А после ресторана кавалер обещал сюрприз, и уж тут даже нам с Таней пришлось заткнуть своё кровожадное любопытство и смиренно ждать итогов. А точнее – завтрашнего дня. Не представляю, каково было Лерке от такого неведения и предвкушения, а ещё волнения от надвигающейся встречи. Вообще, Ангелок и в плане любопытности спокойная, но точно не сегодня. С сегодняшнего дня, как я чувствовала, наша Лера навсегда изменится.

Когда настенные часы в комнате подруги пробили 5:30 вечера, то наш Ангел, наконец, была готова. Волосы её были уложены мягкими, объемными волнами. Макияж Таня сделала нежный, но с перчинкой в виде неоново-розовых стрелок на глазах. Из подобранных мной образов мы остановились на самом первом варианте: расклешённая юбка до середины бедра с пуговицами по всему боку, шёлковая блуза с объемными рукавами и глухим воротником, низкие полусапожки на шпильке и… личный указ от Тани – чёрные капроновые чулки.

Лера долго упиралась, мол, на улице уже холодно, а ещё как-то стыдно, но, если Шакирова упрётся, пиши пропало.

Итак, Таня vs Лера. И Чарли…

– Мне как-то неудобно…

– Тяф-вяф-рряф!

– Неудобно, это когда тебе надо эффектно раздеться, а на тебе грёбанные колготки!

– Не собираюсь я раздеваться! – вспыхнула Лера, застыв.

– Ряф-вяф! Р-р-р…

– Не зарекайся. Или тебе напомнить тот случай, когда я так же не собиралась…

– НЕТ! – оборвала подруга Таню. И вздохнула. – Ладно, поеду в них…

– Ттяф-рряфь-вяф!

– Да умолкни ты, крысёныш дрожащий! Заманал! – гаркнула Шакирова на Чарли, после чего тот, бедненький, поджав ушки, быстро-быстро цокая по паркету, но всё равно злобно рыча, убежал из комнаты…

– Лерка, ты такая красивая… – восхищённо выдохнула я, когда подруга надела каблуки и накинула на себя белый тренч, и мы все стояли в холле у зеркальной стены.

– У-ху-у… Кто-то сегодня отхватит сладкий пирожочек, – протянула ехидно Шакирова, поиграв бровями.

Хрюкнув в смешке, я закатила глаза.

– Умеешь же ты момент испортить!

Лерка всё это время молчала, не отрывая взгляда от своего отражения. А вскоре её брови приподнялись, а на глазах и вовсе выступили слёзы. Я нахмурилась и протянула руку, чтобы пальцами аккуратно убрать вылезшие на лицо светлые волоски.

– В чём дело? Почему ты плачешь?

– Лера, твою ж… возьми себя в руки, – гневно зашипела Таня, вытащив из пачки сухую салфетку и приблизившись с ней к Ангелу. – Если ты уничтожишь мои трехчасовые старания своими соплями, то ты точно никуда сегодня не уйдёшь, я тебя убью!!!

– Всё-всё, я спокойна, – глубоко вдохнула и выдохнула Лера, после чего нервно улыбнулась. – Просто не могу поверить, что я могу быть такой… красивой, и что у меня свидание с таким как Шамиль…

Мы с Таней синхронно прикусили губу. Лерка даже не представляет, насколько красива. Даже без этих вещей и макияжа. Но… насколько она красива, настолько же не уверена в себе и самокритична. Думаю, всё дело в её родителях, которые с рождения пытались сделать из своей чувствительной дочери идеальную картинку. Судя по отношениям в доме Леры, это так. И мы с Таней это отлично знали. Да мы при них тут и не появляемся, так как взгляд её папы, да и мамы, не внушает ничего дружелюбного уж точно.

– Ты красотка. Во всех смыслах. Запомни это, Ангелок, и никому не позволяй себя принижать. В том числе себе, – от Шакировой подобную мягкость можно было наблюдать редко, а оттого такие моменты становились очень ценными. Лера порывисто сжала Таню в крепких объятиях, а потом и меня к ним притянула, заставив рассмеяться.

– Спасибо, девочки! Я вас очень-очень люблю!

В этот душещипательный момент телефон в кармане моих джинсов завибрировал, пиликнув.

Я отстранилась, отвернулась и, пока девчонки тихо переговаривались, прочитала пришедшее сообщение.

+7917848….

«Ты не даёшь мне покоя, Аня. Везде вижу твои глаза и чувствую твой запах. Но мне нравится. Не представляешь насколько.»

Дыхание оборвалось. Вдох. И ещё. Но не получалось. Я будто разучилась. С головы до ног покрылась мурашками, казалось, они проникли даже под кожу. Покрыли внутренности.

Но быстро одёрнула себя, спуская с бескислородных небес.

Вспомнила, кто брал мой номер, и кто умеет готовить подобную «вкусную лапшу» для девичьих ушей. Или глаз.

Гриша!

Но в свете последних событий мог ли он написать мне?

Хотя, если он бабник настолько, насколько я изначально подумала…

Не позволяя себе размечтаться, напечатала равнодушно:

«Маленькое уточнение: кто мне пишет???»

М-да… Всё моё равнодушие в ТРЁХ вопросительных знаках. Браво.

Вздрогнула, когда над ухом раздалось:

– Алё!

Развернулась к уже полностью готовым к выходу подругам.

– Ты идёшь? Или решила порадовать родаков Ангелка своей милой мордашкой? – выразительно стрельнула Шакирова в меня взглядом. При Лере мы старались не выказывать своего истинного отношения к её родителям. Но, кажется, подруга и сама обо всём догадывалась. – Шамиль уже ждёт внизу, только что Лерке звонил. Шевелись!

Я кивнула, убрала телефон обратно в карман и, быстро накинув свою куртку и натянув кроссовки, выбежала из квартиры следом.

Тане пока решила ничего не говорить о сообщении. Сначала нужно всё выяснить.

– Вы, наверное, подождите тут пока мы уедем, – начала нервно мять пояс плаща Лера, когда мы втроём вышли в сверкающий вестибюль. Улыбнулась виновато. – Не хочу, чтобы он знал, что я собиралась на это свидание с поддержкой в виде вас.

– А вот это правильно, – согласилась с этим Таня, заставив Ангела резко вскинуть на неё удивлённый взгляд. Шакирова растянула губы в коварной ухмылке. – Мужчинам не нужно знать, на что мы идём ради них. Пусть думает, что ты только разгребла все свои дела, а на свидание с ним пришла в первых попавшихся шмотках. Меньше знают – крепче спят.

Мы с Лерой рассмеялись, но хоть напряжения в ней стало чуточку меньше. Только…

– И ещё, обязательно предохраняйтесь. Он мужчина видный, и предусмотрительность никогда…

– Таня! Хватит, не видишь, она и так волнуется! – оборвала я её наставления, гневно сверкнув глазами.

Но Лера, на удивление, не разволновалась ещё больше. Наверное, потому что больше уже просто некуда было.

Господи, её дрожь передалась даже мне!

– Ну, я пойду?

– Кыш уже! И не забудь написать мне, когда дома будешь, – подтолкнула Таня Леру со смехом после того, как мы её обе чмокнули на удачу.

Все эти минуты я глушила в себе лихорадку, вызванную сообщением. Но когда попрощалась и с Таней на полпути к своему дому, кислород снова стал поступать с задержками в мои лёгкие. Сердце оголтело закопошилось. Всё задавалась вопросом: мог ли написать мне Карим? Какова такая вероятность?

Ответ на мой вопрос так и не приходил…

Глава 10. Таинственный аноним.

Вернувшись домой, мне жутко захотелось создать какой-нибудь «шедевр». Мне нужно было срочно успокоить себя, а рисование простым карандашом всегда отлично справлялось с этой моей потребностью. А ещё голову не покидал образ, и мне срочно требовалось достать его из глубины своих мыслей, получить некое освобождение.

Вообще, в душе я всегда была художником. Только вот… в моей жизни было всё: кружок по бисероплетению, верховая езда в летние каникулы на ферме абикиной подруги, даже плавание и шахматы. Всё, только не художественная школа, хоть родители и видели во мне потенциал. Наверное, боялись, что я найду своё настоящее призвание, а я всё-таки единственный ребёнок в семье, и юридическая контора «по наследству» перейдёт ко мне. Со всеми работниками, клиентами и обязанностями.

Я и сама это отлично понимала. Я должна была продолжить дело всей жизни своих родителей. Из-за чего поступила на юрфак. Но иногда мне казалось, будто я делаю что-то неправильно.

По итогу я умела рисовать, и иногда практиковала. Но никогда это не выходило дальше простого альбома. Только для себя, всегда для души.

Я села за свой письменный стол, достала из ящика альбом, карандаш, ластик и начала творить. Сама точно ещё не знала, что получится. Но как-то линии сами собой прокладывались, грифель скользил по шероховатой поверхности, находя тишину комнаты и вплетая в неё своё еле слышное мягкое шуршание. Выводя мужественный подбородок, густые брови дугами, не слишком ровный, но такой идеальный нос, красивые губы, при взгляде на которые хотелось облизнуть свои. И глаза. Чёрные. Серьёзные и задумчивые, страстные и глубокие.

Я настолько увлеклась процессом, что когда очнулась, было десять вечера…

Опустила взгляд на портрет и улыбнулась. Сильно прикусив губу, вспомнила запах его парфюма, которым пропитался салон машины. Вся я. Как блестели его глаза, когда он на меня смотрел. Как улыбался мне. Улыбка у него каждый раз сопровождалась прищуром и скоплением микроморщинок в уголках глаз. Слишком красивая. От неё кружилась голова.

Я вздрогнула от внезапной вибрации телефона и тут же подскочила со стула. Чуть не упала, запнувшись о пушистый ковёр, но быстро схватила телефон, лежащий на кровати.

+7917848…

«Есть догадки?»

Растянула губы в глупой широкой улыбке, но тут же отрезвляюще прикусила нижнюю, помня о том, что радоваться пока рано. Да и вообще, может, это не Карим вовсе…

Уже полностью поглощённая телефоном, упала спиной на кровать.

«Есть две. И только одна из них мне нравится…» – ответила честно.

Я почти ловила это игривое настроение, хотелось флиртовать, а потом снова отрезвляла себя мыслью о Лапшичнике. И так по кругу. Все пять минут, пока не приходил ответ.

Тот, кто мне писал, явно не ждал моих сообщений так же, как я его.

А иначе почему так долго отвечал???

И я немного расстроилась из-за этого.

Наконец телефон издал звук, снова гоня пульс за границы возможного.

+7917848….

«Завтра в 15:00, около твоего университета. Я буду ждать тебя, Аня. Проверим, насколько тебе понравится действительность.»

Я перечитала это сообщение раз. А потом ещё раз. А затем ещё четыре. И только потом, закашлявшись, вдохнула воздух полной грудью. Отскочила от кровати баскетбольным мячом и ринулась в сторону ванной. Сначала включила набираться воду в ванну, потом нашла восковые полоски. Но, вспомнив, что недавно занималась всеми этими волосатыми делами, закинула их обратно в ящик тумбы. Руки дрожали, а в груди по ощущениям прыгал попрыгунчик, мешая нормально дышать и даже думать.

И будь я в своём обычном состоянии, посмеялась бы, ведь точно вела себя как Ангел-Фурия сегодня. Но я находилась в критично необычном, я бы даже сказала, в непривычном и незнакомом для себя состоянии, а потому анализировать, подмечать, быть адекватной не могла.

Я почистила зубы, сделала небольшую чистку лица вакуумом, а после, наконец, залезла в горячую, пенную ванну.

Только тогда смогла расслабиться, успокоиться.

Вдох… выдох…

Меня ожидала не казнь, в конце концов, чтобы так нервничать, а нечто невероятно приятное.

Встреча с Каримом.

Откуда я это знала?

Чувствовала.

***

На следующее утро встала я раньше обычного. Даже родители ещё сурками пускали слюни в подушку. Они приехали вчера поздно ночью. И так как спала я опять беспокойным сном, слышала, как кто-то из них заглядывал ко мне в комнату, проверяя, дома ли их «малолетняя дочь».

И хоть ночью я сама с собой провела беседу, в которой во что бы то ни стало решила вести себя сегодня максимально спокойно, приводила в порядок своё лицо и одевалась я в крайне взвинченном состоянии.

Одежду я подобрала быстро, не изменяя себе и своему стилю. А вот что с волосами сделать – думала долго. Они у меня почти до поясницы, густые и тёмные, тут сыграли мамины татарские гены. И я на самом деле очень гордилась своей шевелюрой. Поэтому оставила распущенными и прямыми. Тоже как обычно.

По утрам завтракать я не любила. Не лезло ничего. Но вот кофе утром – для меня святая традиция. Со сливками и обязательно тремя ложками сахара. Но… сегодня даже он в меня не полез. Что не способствовало моему решению «быть спокойной» совсем. Совсем!

Разум мой охладила погода. Сегодня она выдалась особенно ветренной и пасмурной. До университета доехала на автобусе. Думала, опоздаю с этими вечными утренними пробками. И вроде бы старалась выходить пораньше, но всё равно всегда получалось приезжать впритык.

На первую пару я не опоздала, хвала небесам. Приметила подругу, подсела и обернулась к ней с хитрой улыбкой. Надо сказать, Лера сегодня отличалась от себя обычной. Платье, каблуки, макияж… Да, любовь с людьми и правда творит чудеса.

– Доброе утро, Лер, – улыбнулась ей широко. – Скорее рассказывай! У нас ещё есть несколько минут до начала лекции!

Ангелок перевела на меня блестящий взгляд и с улыбкой прикусила губу. Т-а-а-ак…

– Привет, Ань…

– Ну, не томи, я сейчас от любопытства лопну! – для убедительности пришлось надуть щёки.

И Лера рассмеялась.

– Я влюбилась… Кажется, бесповоротно и навсегда. И хоть это было моё первое свидание, и мне не с чем сравнивать, но оно, наверное, так и останется для меня лучшим на всю жизнь.

Как сказала Лера, Шамиль оказался прекрасным собеседником. Во время ужина она и сама не заметила, как расслабилась рядом с ним, а затем влилась в обсуждение различных тем. Общение с ним давалось ей на удивление легко, будто они знакомы много лет. Не было никаких грязных намёков с его стороны, подруге он показался очень серьёзным молодым человеком. Оказалось, ему двадцать шесть лет, и Ангела разница в возрасте нисколько не смутила. У них не возникло каких-то барьеров при общении.

А после ужина он отвёз её в планетарий. Который, благодаря парню, работал в этот вечер только для них. Они уселись на полу, прямо под куполом созвездий и планет, и Шамиль рассказывал ей о самых интересных. Как оказалось, он серьёзно увлекался астрономией. Там же Шамиль признался, как сильно Лера ему понравилась, ещё в самый первый раз, на парковке. И предложил начать отношения. На что подруга, не раздумывая, согласилась.

После планетария они гуляли по набережной, и снова непринуждённая беседа обо всём. Первый поцелуй у них случился возле подъезда, когда они прощались…

– У меня мурашки, мурашки! – с улыбкой зашипела я, зажмурившись и растирая ладонями свои плечи. – Это очень романтично, Лер. Я очень за тебя рада! Вы так подходите друг другу, мне кажется. Так гармонично смотритесь.

Подруга смущённо рассмеялась.

– Спасибо. Мне Таня ещё в час ночи прислала SMS…

Лера достала телефон и развернула его ко мне экраном, чтобы я могла прочитать.

«Ну чё, Ангелок, сорвали, наконец, твой цветочек? Ты уже дома? Почему не звонишь, зараза такая??? Я тут переживаю вообще-то!»

Как раз в момент, когда я взорвалась смехом, в аудиторию вошёл преподаватель. Поэтому мне пришлось быстро умолкнуть перед лысым страшным дядькой по гражданке.

Пары шли спокойно, мы ещё во время перерывов поговорили о вчерашнем Леркином свидание, я рассказала ей о загадочном SMS.

На что Лера выдвинула лишь одну теорию, что это всё-таки Карим!

Меня это и радовало, и одновременно небезосновательно страшило. Я уже была в отношениях. И мне жутко не понравилось.

С Никитой я познакомилась ещё когда училась в одиннадцатом классе. Он был лучшим другом моего одноклассника и часто с друзьями ошивался возле нашего лицея. Богатый отморозок, чью задницу постоянно прикрывал папочка, владеющий сетью автосалонов по области. Сначала я Ника терпеть не могла, когда многие девчонки с ума по нему сходили. Характер у него действительно скотский, как и поведение. Он ещё тогда подкатывал ко мне, но делал это так грязно и несерьёзно, что, естественно, я даже не смотрела в его сторону.

А потом мы случайно встретились, когда я уже училась на первом курсе в универе. Мне казалось, Никита изменился. Он говорил, что это благодаря мне. Что влюбился. По-настоящему, сильно.

Мне приходилось постоянно ломать себя ради него, общаться с его друзьями, чего мне очень не хотелось; терпеть его образ жизни и трудный характер. Даже с девственностью я рассталась потому, что так надо было. Он парень, а я его девушка, и без секса отношений не бывает. Я же его люблю. Так в чём проблема? Именно так Ник объяснял свою позицию и браковал мои отказы или просьбы подождать. Очень искусно манипулируя мной и соблазняя.

А сам изменял. Много, постоянно. У меня была такая истерика, я несколько дней из комнаты не выходила. Сейчас уже понимала, что больно было не из-за растоптанной любви, а из-за вдавленной в грязь гордости и разбитых розовых очков. Из-за адского сожаления, что вообще связалась, отдалась, поверила, потратила себя, которое грызло изнутри.

Люди не меняются, это стало моим главным выводом. Они могут лишь делать вид, даже сами думая иначе, но внутри всё равно остаются такими же.

И сейчас мне было очень страшно выходить к Кариму, давать сердцу какую-то надежду. Но наравне с этим я чувствовала, что просто не смогу иначе. Меня тянуло к нему очень ненормально. А ещё мне казалось, что Карим бы никогда не поступил со мной так, как Никита.

Лера должна была остаться после пар на факультативные занятия, поэтому, когда основные лекции закончились, и Ангелок убежала, я на дрожащих ногах спустилась на первый этаж, а потом дошла до гардеробной. Сообщений мне больше никаких не приходило, но я всем онемением в теле ощущала его присутствие неподалёку. Он уже ждал, точно.

И, кстати, откуда мой аноним узнал о том, во сколько я освобождаюсь?

Надела куртку, как попало обмотала шею шарфом и вышла на крыльцо. Быстро сбежала по лестнице и замерла, задержав дыхание и плотно сомкнув губы.

А вот и мой таинственный аноним.

Глава 11. Восхитительная досада

Я даже и не подозревала, в каком напряжении находилась со вчерашнего вечера, боясь ошибиться в своём предположении. Но сейчас…

Мои губы дрогнули, а затем растянулись в смущённой, но, несомненно, счастливой улыбке. В один миг мир для меня снова сузился, и в самом центре вселенной остался только он. Карим. Мы стояли в нескольких метрах друг от друга и не могли отвести взглядов. А он такой красивый, будто моя память искажала действительность после нашей первой встречи, и сейчас я видела его настоящего. Без запретов, вины и стыда. Открыто, как есть. И это почти сносило с ног, обескураживало. Даже пугало.

Сегодня он казался слишком даже для моих фантазий.

Резко моргнула, а сердце провалилось в желудок по ощущениям, когда Карим оказался передом мной. Почувствовала прикосновение жара к своей холодной ладони, и только потом поняла, что он взял меня за руку.

– Привет… так значит, это ты? – сама я даже не понимала, что говорю. Мозг не советовался со мной, просто что-то выдавал на автомате. Прикусила губу, стараясь не так широко улыбаться.

– Здравствуй, Аня, – Кариму определённо было весело, судя по бесятам во взгляде и хитрой улыбке. Он вдруг осторожно потянул меня на себя, и мне пришлось сделать несколько заторможенных шагов за ним. – Пойдём, тут стоять опасно… а ты ждала кого-то другого?

Что?

Оглянулась. Запоздало пришло понимание, что всё время, пока мы смотрели друг на друга на расстоянии, я стояла прямо на дороге. А он подвёл меня к своей машине.

– Ой, я такая невнимательная, – посмотрела на Карима, смущённо смеясь. Аня, помни, ты хотела вести себя достойно. Не позорься! Вдох-выдох, вдох-выдох… – И нет, я… ждала только тебя. Правда, в какой-то момент подумала, что ты – это Лапшичник, то есть Гриша, но я рада, что ты – это ты!

– Лапшичник? – удивлённо приподнял он брови.

Я пожала плечами, и Карим тихо, коротко рассмеялся.

Боже, кажется, он понял, что я ненормальная!

Он несколько секунд внимательно и весело разглядывал меня и мою дурацкую улыбку, от которой начинали болеть щёки. А потом мягко отпустил мою руку, которую, оказывается, всё время держал в своих тёплых ладонях, и, открыв переднюю пассажирскую дверь Пантеры, вытащил с сидения огромный букет… нежно-розовых пионов!

– Это тебе…

Я с восхищением перехватила этот букетище и тут же уткнулась лицом в свои любимые цветы, дабы вдохнуть этот свежий аромат с нежных лепестков. Он возвращал меня в детство.

Моя аби очень любит садоводство. И сколько я себя помню, летом весь её сад обычно засажен разнообразными цветами. Но пионов в том саду всегда росло больше всего. В её доме имелась некая традиция в сезон: свежие пионы в вазе на обеденном столе. Я всегда выделяла именно эти цветы в саду своей бабушки, впрочем, как и она…

– Спасибо, Карим, они мои любимые! Как ты угадал? – выдохнула счастливо и, прикусив губу, потому что та немного подрагивала от переизбытка эмоций, подняла взгляд на Карима.

И снова произошло ЭТО. Его глаза утратили былое веселье, они стали затягиваться какой-то особой глубиной и увлечённостью, от которых вены плавились под кожей и неумолимо сжигался последний кислород в лёгких.

Карим попытался улыбнуться, уголки его губ даже немного приподнялись, но это не ослабило напряжения в натянутых электрических нитях между нами. Казалось, наоборот, они стали только более осязаемыми.

– Я подготовился.

Вот так, прямо, честно. Не выдумывая невероятных историй, как тот же Гриша, к примеру. Не играя в игры.

– Номер телефона. Время окончания лекций. Что ещё ты обо мне знаешь? – округлила я глаза с удивлённой улыбкой, и Карим, усмехнувшись, открыл мне пассажирскую дверь.

– Хочу, чтобы остальное ты сама мне рассказала, Аня…

– А куда мы едем? – спросила я, когда мы уже выехали на дорогу.

Я к тому времени уже растеклась на сидении этой Чёрной пантеры лужицей. Запах такой же: ненавязчивый, свежий, при том проникающий в самые недра… опьяняющий. Он смешивался с ароматом пионов, которые я никак не хотела выпускать из своих рук. Карим предлагал убрать букет на заднее сиденье, но я снова рассмешила его, замотав головой и обняв цветы крепче. Хоть и жутко неудобно, ведь они занимали много места, но мне хотелось насладиться, пока была возможность.

– Для начала я бы хотел тебя вкусно накормить. Ты голодная?

– Голодная. От волнения я сегодня совсем ничего не ела, – сказала, посмеиваясь, а потом меня затопило смущением от осознания сказанного. Но я не перестала улыбаться. Самое главное – не показывать, что что-то идёт не по плану.

– У тебя очень красивая улыбка, Аня… – следующее Каримом было сказано особенно низко и… неожиданно для меня.

– А… – откашлялась и проговорила быстро: – Спасибо. У тебя тоже.

Карим издал смешок, а я прикрыла глаза, прижав букет к груди сильнее.

Господи, пожалуйста, пожалуйста, дай мне сил с достоинством пережить свидание с этим парнем!

И тут я вспомнила.

– Вот блин!

Карим перевел на меня недоумённый взгляд.

– Что такое?

– Совсем забыла, мне же нужно к четырем быть на работе!

Ну что же это такое?! Почему именно сегодня? Родители же просили меня помочь, у них там завал с бумажками. От этого захотелось захныкать от досады!

– Выходной возьми? – пожал он плечами спокойно, обернувшись.

– Нет, не получится, у меня очень строгие работодатели… Не думаю, что меня отпустят, тем более меня заранее предупредили, а я забыла… – знал бы Карим, как следующее было сложно произносить. Внутри будто сосущая чёрная воронка образовалась от такого облома. – Извини, но наш… обед придётся отложить.

Карим сжал губы в тонкую линию, но кивнул в итоге, выдохнув резко воздух.

– Что ж, значит, в следующий раз, – улыбнулся, посмотрев на меня. – Говори адрес, Аня, подвезу куда скажешь.

Вдох застрял в горле от предложения Карима. Нет-нет-нет! Боже упаси, если ещё кто-нибудь из работников меня увидит с парнем, а ещё хуже – родители. Они ещё от Никиты не отошли.

– Да не надо! – махнула я, стараясь выглядеть непринуждённо. – Высади меня возле во-о-он той остановки, тут недалеко осталось, добегу!

Указала на виднеющуюся автобусную остановку. Карим нахмурился на это, но ничего не сказал.

Через несколько секунд мы мягко остановились. Карим повернулся ко мне и…

Пришлось посмотреть вниз, чтобы понять, что он протянул мне ладонь внутренней стороной вверх. Задержав дыхание и неотрывно наблюдая за своим движением, я плавно проскользила кончиками пальцев по его пальцам и вложила свою ладонь в его. Протяжно выдохнула и подняла взгляд. Он не улыбался. Как и я.

– Надеюсь, твой внезапный побег не значит, что больше я тебя никогда не увижу? – всё-таки Карим попробовал приподнять уголки губ в улыбке, но они тут же опустились обратно.

– Нет конечно… Мне правда нужно на работу. Ты, наверное, удивишься, но у меня обычно совсем нет свободного времени. В будние дни я учусь, а после сразу на работу. Только в выходные я полностью свободна, – губы казались полностью онемевшими, когда я пыталась не потерять мысль. Смотрела в глаза напротив из-под полуопущенных ресниц неотрывно.

Что-то невидимо, но очень ощутимое натягивалось и натягивалось.

– Нет, не удивлюсь, я сразу понял, что ты очень серьёзная девушка, – пауза Карима и громкий удар моего сердца. – Завтра, Аня. Мы продолжим то, что начали сегодня.

Чувства и эмоции вызывают такой резонанс внутри, что вдохнуть не могу. Делаю рывок лёгкими, и снова. Ничего.

– Хорошо… до завтра, – натянула улыбку и дёрнулась, чтобы развернуться и быстро выпрыгнуть из машины, ведь всё это казалось какой-то пыткой, но Карим удержал меня за руку, которая всё ещё была в его ладони.

– Аня…

Он приблизился к моему лицу, остановился так, что наши носы соприкасались. И, не разъединяя наших полуприкрытых взглядов, невесомо коснулся моих губ своими.

В этот момент в моей вселенной произошёл взрыв. Нет, не так. Произошёл ВЗРЫВ. Нервные окончания задело сносящей волной, жалящие змейки тока прошлись от губ по всему телу. Судорожно втянула носом маленькую порцию воздуха, а Карим медленно раздвинул мои губы и коснулся языком верхней. Глаза сами закрылись будто под прессом.

Поначалу я не отвечала. Ведь находилась в полнейшем шоке от подобного поворота и накативших на моё бренное сознание ощущений. Но потом очнулась. Запустила пальцы правой руки в его короткие жёсткие волосы, сжала… Ладонью второй коснулась его полыхающей шеи. Резко, жадно глотнула воздуха и ответила на поцелуй. Такой чувственный и слишком ошеломляющий, чтобы не задрожать всем телом. Карим тут же углубил его, коснувшись языком в моём рту нёба. Рваный вдох, трепет ресниц и его пальцы уже на моём затылке. Чуть опускаются. С безупречной жадностью касаются оголённых нервов.

Сердце колотилось так, будто я спрыгнула с самолёта. Без парашюта. Полёт, полёт почти в бессознательном состоянии. Поцелуй стал настолько глубоким и голодным, что внизу моего живота закружились огненные искры. Губы жгло от напора, как и лёгкие. Из моей груди вырвался чуть слышный стон, который у меня не получилось сдержать, как не пыталась. Карим сильнее стянул мои волосы на затылке, второй рукой переместился с моей ладони на локоть.

И я с шумным вздохом разорвала поцелуй. Прижалась к Кариму лбом, смешивая наше рваное дыхание, приходя в себя, возвращая разум на землю. Зашли далеко, слишком много я себе позволила для нашей второй встречи. Это совсем на меня не похоже.

Рука Карима с моей головы опустилась на шею, большим пальцем он нежно провёл по горлу. Тело вспыхнуло с новой силой. Он будто снова и снова испытывал меня, проверял, сколько ещё я выдержу, через сколько распадусь пеплом окончательно.

Больше ничего не говоря, развернулась, и, наконец, вылезла из машины. Не так быстро, как планировала, конечно, ведь с этим огромным букетом подобное стало проблемой.

Но вот я на улице…

Вдохнула охлаждающий воздух полной грудью и улыбнулась, когда услышала хлопок двери. Обернулась и увидела Карима, стоящего у своей двери. В его глазах тоже всё ещё копошилось что-то такое, что вызывало волну из дрожи. Но он тоже пытался это самое погасить освежающим ветром и хоть и слабой, но улыбкой.

Помахала ему свободной ладонью и, отвернувшись, чуть ли не вприпрыжку направилась в сторону нашего офиса.

Боялась представить, что будет со мной при следующей встрече, если уже сейчас я себя чувствовала сумасшедшим образом…

Прижала букет к груди и вдохнула в себя эту медовую сладость ещё раз, с горечью в мыслях находя ему нового хозяина.

Глава 12. Ах, эта работа.

Наша фирма располагалась в самом сердце города, в величественном бизнес-центре известном как «Кристалл». Это двадцатиэтажное здание, облицованное сверкающими зеркальными панелями и вмещающее в себя около ста организаций.

Мы же осели на пятнадцатом и занимали ни много ни мало половину этажа. И хоть наша фирма в большинстве случаев оказывала именно адвокатские услуги, мы также сотрудничали и на постоянной основе с некоторыми организациями, полностью занимаясь их юридической стороной. Нашими клиентами являлись как мелкие частные фирмы, так и более значимые «акулы» делового мира нашего города. Такие, как, например, завтрашние наши клиенты.

Ещё перед выходными меня предупредили о предстоящей миссии. Обычно я занималась только архивом, перебирала всякое старьё, выполняла какие-то не особо важные поручения. Обычно меня не брали на подобные встречи, но родители решили «повысить уровень» моей практики. Наконец-то (нет).

Владелец сети отелей – Салихов являлся одним из наших постоянных клиентов. И хоть сам он имел под крылом своих юристов, в случае судебных разбирательств вот уже три года нанимал моих родителей. Сама я практически ничего не знала о нём. Только слышала, что этот мужчина славился очень жёстким нравом. Не лучшее знание перед моей первой деловой встречей.

Я поднялась на наш этаж и сразу направилась к кабинету нашего менеджера по закупкам, чистоте… завхозу, по-русски говоря. До окончания рабочего дня Валентины Николаевны оставалось ещё полчаса, поэтому я надеялась, что эта добродушная женщина окажется на своём месте.

Дверь завхоза всегда была нараспашку, поэтому я заглянула в кабинет из-за угла и, увидев женщину на месте, облегчённо выдохнула. Тут, одна, это хорошо.

– Здравствуйте, Валентина Николаевна, – зашла я с широкой улыбкой в небольшую комнату целиком, мёртвой хваткой держа благоухающие цветы в шуршащей пергаментной бумаге.

– Здравствуй, Анечка, – подобралась завхоз, уже восхищённо осматривая букет в моих руках. – Ты что-то хотела? Какая красота! Ухажёр появился?

– Нет, – в этот момент очень сложно было удержать своё довольное выражение лица, да и в принципе говорить следующие слова.

Вдохнула в последний раз аромат цветов, прикрыла на секунду глаза, пропитываясь воспоминаниями о первом не до конца свидании с Каримом, и сделала шаг к рабочему столу, протягивая их женщине.

– Это вам! Я как раз проходила мимо поста охраны, когда его передавал какой-то мужчина. И я вызвалась передать букет прямо вам в руки. Он сказал, что не так давно приходил в наш офис, и вы покорили его сердце с первого взгляда. Сказал, передать этот нежный букет сногсшибательной женщине по имени Валентина. А Валентина и сногсшибательная здесь только вы!

– Да как же?! – подскочила женщина с кресла, даже будто засветившись изнутри. – Так и сказал, Анечка? Да не может быть!

Она ещё долго не могла поверить в то, что я рассказала. Порхала возле цветов, точно бабочка, не знающая на какой лепесток приземлиться. А мне в этот момент перестало быть так грустно от расставания с этой красотой. Я по-настоящему осчастливила человека, пусть, наверное, и ненадолго. И не просто человека, а хорошего и, как мне казалось, очень несчастного.

Валентина Николаевна недавно развелась со своим мужем, а несколько лет назад потеряла единственного сына. Когда появилась идея отдать кому-нибудь букет, дабы родители не спалили, в голове возник только один человек.

Из кабинета завхоза я выходила снова счастливая до небес. Карим ведь на меня за такое не обиделся бы? Он бы ведь понял?

Из мыслей меня вырвал голос мамы, внезапно раздавшийся сзади.

– Аня!

– Мам! – схватилась я за сердце от неожиданности и развернулась.

Мама тем временем уже подошла, взяла меня под локоть и локомотивом потащила по направлению к своему кабинету.

– Почему опаздываем, Анна Викторовна? Время видела? Пойдём ко мне, я коротко обрисую тебе план…

Мы зашли в мамин просторный кабинет, она села за свой угловой стол, на котором царил идеальный порядок, и начала свой инструктаж:

– Завтра к обеду вы с папой должны быть в ресторане «Палаццо» при отеле «Орион». Нужно обговорить с Салиховым процесс лично. Обычно этим занимаются его управляющие или доверенные лица, но этот случай особенный. Скандальный. Как я поняла, их гость подал на них в суд. Не бойся, завтра только послушаешь, посмотришь, как проводятся такого рода встречи.

– Умгу…

«Уф! Уф! Как же я не люблю всё это! Выходить из зоны комфорта!» – пыхтя как очень недовольный ёж, я упала в кресло напротив маминого стола.

– А чего это ты тут уселась? – удивлённо-возмущённо от мамы. – Давай за дело, у тебя на сегодня ещё свои дела есть!

Теперь фыркая как кобыла, я показательно недовольно встала и зашагала к выходу.

– Ну и, естественно, завтра никаких джинсов и кожанок, поняла меня? – прилетело мне вдогонку.

– Да поняла я, поняла! Уф, мама!

– Что за недовольный тон?

Ненавидела, когда мама говорила со мной так. Рузиля Асхатовна… И попробуй что-то против сказать – снесёт! Но я, конечно, иногда всё-таки рисковала.

Развернулась к ней у самой двери и приторно улыбнулась.

– Прошу прощения, босс. Просто моя мама иногда превращается в тирана, а так я всем довольна!

Мама скосила на меня хмурый взгляд, фыркнула, но ничего не сказала, после чего я, наконец, вышла из кабинета.

Глава 13. В ожидании

Следующим утром моё настроение летало на предельной высоте! И не только потому, что на учёбу я сегодня могла не идти, но и потому, что Карим отправил мне с самого раннего утра SMS!

Карим:

«Что ты со мной сделала? Заколдовала? Думаю о тебе ещё больше, чем вчера. Всерьёз задумываюсь над тем, чтобы бросить работу и похитить тебя на весь день)) Доброе утро, Аня.»

Я:

«Это намёк на то, что я ведьма?:D И тебе доброе утро, Карим!))))) P.s. Насчёт похищения я не против, если что…»

На этот раз ответ Карима не заставил себя долго ждать.

Карим:

«Если только самая красивая фея)) Как-нибудь, очень скоро я именно так и сделаю – похищу тебя, только на более долгий срок. А пока обязанности меня никак не отпускают. Хорошего тебе дня!»

Я долго думала, что ответить. Чтобы продолжить переписку и продлить это невероятное ощущение. А ощущала я себя самым счастливым на свете желе! Дрожала я как внутри, так и снаружи.

Но не придумала ничего лучше банального:

«Буду ждать)) И тебе отличного дня!»

Улыбка не сходила с лица все утро. Боже, какое же это прекрасное ощущение – порхание бабочек в животе даже от одной мысли о нём!

Имелась лишь одна проблема. Мама сказала одеться не так как обычно. Но как тогда? Что?!

У меня, конечно, имелась пара официальных нарядов, но платье я точно не надела бы.

А вот если молочные брюки совместить, например, с… этим вишнёвым топом и… хм-м…

Прошлась взглядом ещё раз по ряду одежды в своём шкафу. Ничего не зацепило мой глаз. Но потом я вдруг вспомнила о мамином блейзере такого же молочного цвета.

Когда сложила на кровати все детали вместе, пазл образа сложился. Не моё, но комплектом смотрелось очень стильно и презентабельно.

А когда надела всё это на себя и добавила свои раритетные чёрные лодочки на небольшой шпильке, оставшиеся ещё со школьного выпускного, то и вовсе приятно удивилась.

Оказалось, что этот стиль не так плох и очень смотрится с моим ростом…

Волосы собрала в высокий хвост, ради такого дела нарисовала чёрные стрелки, ну и губы накрасила тёмно-бежевой матовой помадой.

Ну всё. Мама забраковать не должна.

В офис решила поехать на такси. Потому что, если честно, побаивалась в таком белом виде ехать на общественном транспорте.

Таксист попался разговорчивым, что, в общем-то, не редкость. За эту почти часовую поездку я узнала, что он разводится с женой, тёща его стерва, а дети – неблагодарные рты. И вообще, лучше бы он тогда на своей однокласснице Ирке женился.

Но хоть я слушала в пол-уха и очень красноречиво кривилась от нелестных отзывов в сторону его близких, в какой-то степени была благодарна этому мужчине. Ведь чем ближе я была к офису, а стрелка – к назначенному времени, меня всё больше потрясывало, мурашки всё сильнее кололи спину, а щёки горели. Таксист меня немного отвлёк.

И все равно. Грудь сверлило какое-то предчувствие, от которого я пыталась избавиться дыхательной гимнастикой. Но оно не исчезало. Наверняка у меня вызывал отторжение тот факт, что этот Салихов не слишком-то приятный человек. Людей с тяжёлой энергетикой я плохо переносила, а тут ещё и такой ответственный момент для меня. Да, я должна была только наблюдать за ходом встречи, но от этого не чувствовала себя менее напряжённой или ответственной.

Поднявшись на пятнадцатый этаж, направилась прямиком в папин кабинет. Он у него находился напротив маминого и выполнял функцию переговорной.

Когда уже потянулась к хромированной ручке двери, услышала приглушённые голоса родителей. Остановилась, прижалась к дереву ухом и затаила дыхание, дабы не перебить разговор своими вздохами.

Наверняка они находились у длинного стола для переговоров, ближе к выходу, поэтому слышала я почти каждое их слово…

– Вить, давай немного переждём… Тем более у вас на носу важная встреча. Ты же знаешь, какая Анюта у нас эмоциональная… Вечером, дома обо всём расскажем. Хорошо, любимый? – промурлыкала мама, и… что они там сказать мне хотят такого эмоционального?!

– Хорошо… – вздохнул на этот раз папа.

А дальше по звукам стало ясно, что начались телячьи нежности. Улыбнулась и, резко открыв дверь, выкрикнула:

– Всем стоять, руки за голову!

От моей внезапной эскапады родители вздрогнули: мама соскочила со стола переговоров, а папа поднял руки высоко над головой.

– Аня! – строго выдохнул папа, одёргивая пиджак вниз, пока я заливалась смехом.

– Шишиб!⁴ Я чуть не упала!

– Ма-а-м, – протянула я с удивлённой улыбкой, укоризненно качая головой. – А чего вы так испугались, а? Разве есть на чём вас ловить? Вы что-то скрываете? – прищурилась с подозрением в конце, цокая каблуками по плитке в сторону родителей.

– Ты о чём, Ань? – нахмурился папа. И, надо сказать, играл он несведущего очень и очень плохо.

А мамин взгляд сполз с моего лица на ноги, и её глаза восхищённо вспыхнули.

Ладно, я уже поняла, что никто ничего мне пока рассказывать не собирается. Поэтому кисло встала в позу на одобрение.

– Ну, наконец-то! Моя дочь в нормальной одежде. Посмотри, какая красавица. Ну, Анют?

Мои глаза тут же закатились к потолку, а я тихо рассмеялась.

– Мама права, – подключился и папа, уже шагая по направлению к своему столу. Взял с него рабочий портфель и двинулся обратно к нам. – Ты сегодня очень хорошо выглядишь, совсем взрослая, дочка!

Щёки запекло ещё больше. Я немного была с ними согласна, поэтому возмущаться не стала. Нервно улыбнулась и пригладила выпавшие из хвоста волоски к голове.

– Может, я не поеду, а? Пусть папа один съездит. А вдруг я что-нибудь не то скажу и всё испорчу?

– Не волнуйся, дочь, – подошла ко мне мама и поцеловала в лоб, встав на носочки и притянув меня к себе. – От тебя сегодня требуется только послушать и посмотреть. Всё будет хорошо!

– Тем более, кто меня будет развлекать по пути? Так что поехали, герой! Ты справишься, – поддел мой нос папа, и я совсем собралась, встряхнулась.

Сказали же, незачем волноваться. Послушать и посмотреть, делов-то!

– Так, всё, вам уже выезжать нужно, – засуетилась Рузиля Асхатовна. – С нашими обеденными пробками лучше выехать пораньше.

Уже по дороге к отелю я не выдержала и призналась папе, что слышала их разговор с мамой. Но «актёр» не выходил из роли до конца, хотя я думала вот сейчас расколется. Но он лишь нервно посмеивался и на мой сорокаминутный допрос отвечал строго и однообразно: «Всё дома!»

Подъехали мы к отелю почти впритык по времени. И зашагали все такие деловые и красивые на встречу в ресторан. Папа, к слову, тоже был одет «с иголочки», впрочем, как и всегда. Мои родители вообще всегда выглядели как важные бизнесмены. Одна я ходила «во всяком тряпье» и «балахонах». Но, как говорится, в семье не без урода.

Внутри нас встретил мягкий свет, льющийся из хрустальных люстр и отливающий теплом на мраморные полы, которые отражали каждый шаг. Здесь было красиво. Нет, не так. Шика-а-а-рно. Именно так, растянуто на манер светских дам. Лепнина на потолке, позолоченные детали, картины, вазоны, сотрудники в строгой тёмно-синей форме… Мягкие диваны и кресла, обитые велюром, которые так и шептали: «Приляг, присядь, отдохни! Давай, давай, мы ждём только твоё мягкое место, детка!»

Всё это создавало в лобби интересную атмосферу. Что невольно спина выпрямлялась, и подбородок задирался повыше.

С закрытием двустворчатых массивных дверей шум города мгновенно погас, и мы с головой окунулись в покой и изысканность.

Вход в ресторан имелся и с улицы, но с другой стороны здания, и нам пришлось бы нехило так выкрутиться на дороге, чтобы попасть туда. Но я нисколько не жалела, что пришлось пройти лишние пятьсот метров, хоть и на каблуках. Познакомилась, так сказать, поближе с нашим постоянным клиентом.

На входе в «Палаццо» нас встретила администратор – модельной внешности девушка в чёрном строгом платье и предложила пройти за стол, заказанный на Салихова.

К слову, за ним ещё никого не было. Опаздывает?

Как ни странно, с этим фактом я немного расслабилась. Минус чопорная пунктуальность. Это хорошо.

Мы с папой расположились за столиком, заказали пока по стакану воды и принялись ждать, обсуждая всякую ерунду, не касающуюся работы. Это расслабило меня ещё больше.

Но…

– О, а вот и они!

Они?

Я обернулась по направлению папиного взгляда, так как сидела спиной ко входу… И в один миг всё моё спокойствие пало к ногам только вошедших посетителей. Мои глаза в этот момент, наверное, округлились до размера автомобильного колеса…

Глава 14. Встреча

В ресторан со стороны улицы вошли три человека. В числе которых был… Карим!

Я уставилась в их сторону, недоверчиво сведя брови к переносице. А может, у меня глюки уже? Настолько хотела его увидеть, что теперь кажется всякое?!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Уф, Аллам» – «Ох, Боже мой» в переводе с татарского языка.

Вернуться

2

«Абика, аби» – по-татарски означает «бабушка».

Вернуться

3

Ниссан Скайлайн – автомобиль, ставший одним из главных в фильме «Форсаж». В гонках на этой машине участвовал персонаж Пола Уокера – Брайан О’Коннор.

Вернуться

4

«Шишиб» – «Твою мать», татарское ругательство.

Вернуться