Тяжёлый смех
Валентина-Виктория Коскина

Мсти, не мсти – мёртвых не вернуть.

И радости это не принесёт.

Месть за себя или за кого-то – не более чем красивые слова и ублажение своего эго. Просто забава.

«Тёмный дворецкий»

Редактор Даниил Николаевич Коскин

© Валентина-Виктория Коскина, 2025

ISBN 978-5-0065-5425-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава I. Звон игрушки в тишине

Из горла юной жертвы слышались уже не стоны, а какие-то судорожные булькающие хрипы.

В расширившихся от ужаса зрачках отражался поистине безумный оскал убийцы в костюме клоуна.

Сил сопротивляться больше не было.

По бледным щекам текли слёзы.

Ученица девятого класса Настя Морозова совершала вполне безобидную на первый взгляд вечернюю пробежку в парке, который знала как свои пять пальцев, но нападение сзади и удар по голове оказались слишком внезапными.

Очнулась школьница в кустах сирени связанной скотчем по рукам и ногам.

Им же был заклеен рот.

А над школьницей возвышалась жуткая фигура – из-за грима неизвестно какого возраста мужчина в рыжем парике и с красным носом из поролона.

Всё смахивало на кадры голливудского фильма ужасов в духе «Техасской резни бензопилой».

Мыча в скотч, извиваясь на траве, Настя сперва отбивалась как могла, однако пара звонких и до слёз болезненных пощёчин оглушили, и девочка только мотала головой, медленно отползая назад.

Клоун оскалился.

Ни один мускул не выразил сострадания.

Наоборот, убийца наслаждался зрелищем. Достав хирургический скальпель, он не спеша, смакуя каждый миг, провёл лезвием по щеке жертвы.

На коже остался тонкий алый след.

Девочка заплакала сильнее.

Дыхание перехватывало, а сердце готово было выскочить из груди.

Умирать совсем не хотелось.

Вокруг же как назло никого не было.

В парке стояла тишина.

Только шелестела листва.

Острое, будто новая бритва, лезвие оставило второй след на симпатичном лице школьницы.

Та как могла пыталась вырваться, позвать на помощь, но скотч был очень крепким.

Резкие движения делали Настю лишь беспомощнее.

Продолжая издеваться, незнакомец с мнимой лаской погладил её по голове и улыбнулся так, что девятиклассница поняла, это конец.

В желтоватом свете фонаря всего на мгновение зловеще блеснул скальпель.

Несколько предсмертных конвульсий, сип из вспоротого горла – и застекленевший взгляд устремился в звёздное небо.

Кровь, пенясь, текла из раны.

Мужчина с ухмылкой вытер скальпель о футболку Насти, спрятал в глубокий карман широких цветастых штанов и спокойно, будто ничего не произошло, огляделся.

На листьях сирени причудливым узором алели капли.

Этакий последний и одновременно самый главный штрих в смертельной картине.

Убийца перевёл ледяной взор на тело девочки, вытащил из другого кармана маленькую неваляшку и, оставив на земле возле жертвы, стал удаляться под тихий звон игрушки.

Под ухом затрещал будильник.

Часы показывали шесть утра.

Следователь убойного отдела Антон Виноградов, тридцати двухлетний мужчина с русыми волосами и серо-голубыми глазами, с неохотой сел в постели.

Голова раскалывалась от боли после вчерашней встречи в баре с бывшим однокурсником Юрием Жбанковым.

Количество выпитого спиртного Антон не помнил, равно как и возвращение домой, которое, казалось, произошло на абсолютном автопилоте.

«Мда, погудели на славу…» – вырубив будильник, он всё-таки встал и прошёл на кухню сделать кофе и хотя бы немного проснуться.

Когда ароматный крепкий напиток был готов, мужчина приблизился к окну и отхлебнул из кружки, глядя на столицу с высоты четвёртого этажа.

Идти на работу совсем не хотелось, особенно после такой гулянки.

Как назло, позвонил коллега Руслан Кожевников:

– Тоха, езжай сразу в парк Дружбы. Там нашли труп школьницы с перерезанным горлом.

– Обрадовал с утра пораньше, – криво усмехнулся Виноградов, быстро допивал кофе. – Ладно, ждите. Скоро буду.

Пара минут – и он уже ехал на место преступления.

– Что-то выглядишь не айс, – то были первые слова Руслана, ещё недавнего студента академии МВД. – Заболел?

– Просто не выспался, – Антон потёр виски.

– Да, я б сейчас тоже хотел поваляться в кровати, – хмыкнул молодой человек и снова стал серьёзным. – Кстати, я опросил выгуливавшего собаку парня. Та и нашла… тело. Предположительно девочку убили часов в одиннадцать вечера.

– Что ж она так поздно делала здесь? – Антон хмуро глядел на остывший труп Насти.

Руслан пожал плечами:

– Судя по одежде, бегала. Мда, и куда смотрят родители? А потом нас обвиняют, мол, не успела хвалёная полиция.

– Точно… – пробормотал Антон. – Семье сообщили?

Внезапно острая боль тисками сковала голову.

В глазах на миг потемнело.

Сжав зубы, Антон поморщился.

– Её родители какие-то «шишки» и сейчас на конференции в Сочи, но должны вылететь первым рейсом до Москвы. Теперь ясно, почему девочка гуляла так поздно, – объяснял тем временем Кожевников. – Думаю, она привыкла к вседозволенности. Вот чёрт, теперь из-за неё и богатеньких «папаш-мамаш» нас замучают проверками. – Он заметил плохое самочувствие коллеги и схватил за плечо. – Тох?

– Забей. Просто головная боль, – отмахнулся следователь. – Таблетка анальгина – и я как новенький. Лучше поведай свои предположения. Есть, надеюсь? Не очень-то хочется тянуть с этим делом.

Убийца не забрал ни золотые серьги, ни дорогой телефон, потому версия ограбления отпала, равно как и изнасилования.

Руслан считал, девочка стала случайной жертвой, увы, не обратив особого внимания на неваляшку.

– Съезди-ка в её школу, – велел Антон. – Возможно, друзья или учителя расскажут что-нибудь интересное. Я же пообщаюсь с родителями, когда прилетят. – Он задумчиво потёр виски. – Убийца явно был в перчатках. Плохо…

Оглядевшись, капитан зашагал к своей припаркованной на обочине машине.

Настя училась в элитной гимназии и была очень даже популярна, носила фирменные шмотки и имела айфон последней версии.

Часто разъезжающие по командировкам родители баловали единственную дочь, внимание и любовь заменяя дорогими презентами, потому девочка выросла довольно капризной, считающей, всё решают только деньги, и если у тебя их мало, ты человек «третьего сорта».

Опрос её учителей натолкнул Руслана на мысль, школьницу могли убить из-за мести, ведь совсем недавно она стала зачинщицей унижений новенькой из параллельного потока.

Вместе с ещё двумя одноклассницами Настя после уроков доходчиво объяснила девочке, кто в гимназии едва ли не суперзвезда, а её подруги пару раз оттаскали ту за волосы.

Известие об этом попало в социальную сеть «ВКонтакте», однако благодаря связям Морозовых, запись быстро удалили, потерпевших же запугали, и школьнице, хотя она была из довольно обеспеченной семьи, пришлось стерпеть.

Первыми подозреваемыми в убийстве стали, несомненно, её родители, однако у них было стопроцентное алиби.

В парке записи видеонаблюдения не дали результатов, и следствие зашло в тупик.

Допрос Морозовых тоже ни к чему не привёл.

И так за неимением улик дело стало «глухарём».

Молодой мужчина сидел за компьютером в однокомнатной квартире в тихом спальном районе Подольска и листал новостную ленту «ВКонтакте».

Вроде б обычный сентябрьский вечер.

Люди возвращались с работы домой, в окнах постепенно зажигался свет.

Но этот человек словно чувствовал, должно произойти нечто плохое.

Или уже произошло.

Будто в подтверждение его напряжённых мыслей в ленте выскочила запись о школьнике, так напоившем одноклассника спиртным, что тинейджер попал в больницу с отравлением.

Сжав кулаки, мужчина, а им был не кто иной как убийца Насти, встал и прошёл к шифоньеру, откуда извлёк костюм клоуна.

Маньяк считал себя этаким «доктором Чума», чистильщиком столицы от оборзевших подростков, ведь когда-то, много лет назад, сам стал жертвой травли и теперь мстил за себя и других детей.

Внутри не было ни капли сострадания.

Наоборот, мучения школьников доставляли ему огромное удовольствие, пусть делал он это с полным хладнокровием.

Детская травма, породившая психическое отклонение и забытая на долгие годы, резко дала о себе знать во взрослом возрасте, хотя внешне этот человек ничем не отличался от остальных.

И видя на улице клоуна, прохожие думали, то обычный аниматор, на самом же деле не подозревая становились невольными свидетелями.

С ухмылкой погладив костюм по плечу, мужчина спрятал его обратно в шкаф.

Глаза превратились в две льдинки, недобро блеснувшие в приглушённом свете бра, что означало лишь одно – охота на очередную жертву началась.

Москвич просто смаковал игру в «кошки-мышки», чувствуя себя всемогущим демиургом, коему позволено решать судьбы смертных.

Вернувшись за компьютер, он стал искать ещё информацию о случившемся и вскоре отыскал адрес больницы, куда увезли мальчика.

Теперь для него оставалось самое главное – найти обидчика.

А на столе медленно покачивалась неваляшка.

Сегодня Антон задержался на работе.

И хотя дело об убийстве Насти, став «висяком», было отложено в сторону, оно не давало следователю покоя.

На столе лежала открытая папка, которую Виноградов прочитал уже не один раз подряд.

А зацепок до сих пор не было.

«Вдруг и правда лишь несчастный случай? – размышлял Антон. – Девчонка стала жертвой какого-то идиота, нахамив ему, к примеру. Думаю, она могла. Хотя какого чёрта тогда убийца не взял ни дорогой телефон, ни золотые серьги? Не похоже на обычную стычку или ограбление».

Он перелистнул страницу, пробежался по ней уставшими глазами и потёр лоб:

– Мда… Интересно…

На самом деле ему было совсем не смешно, ведь за «глухари» ругало начальство, да и премии могло лишить.

Виноградов того не хотел и решил в любом случае докопаться до истины.

Взяв со стола свой мобильник, он послал в Ватсаппе сообщение Юрию:

«Помнишь, я рассказывал об убийстве девчонки в парке две недели назад? Хоть мы и проработали все версии, кажется мне странным отсутствие свидетелей и улик».

«Могу тебя „поздравить“, старик, – пришёл спустя пару мгновений ответ. – Скорее всего это серийный убийца орудует. Я сейчас на месте преступления. И знаешь, что нашли рядом с жертвой? Неваляшку».

– Что? – Антон поражённо уставился на экран сотового.

«Как я мог опростоволоситься и не обратить внимания на эту чёртову игрушку? – он был зол сам на себя. – Следователь, называется. Да мне теперь впору только дворы подметать».

Выяснив, где совершили второе убийство, Антон незамедлительно отправился туда.

Но увиденное повергло его в шок:

– Снова ребёнок?..

– Да, пацану на вид лет пятнадцать-шестнадцать, не больше, – кивнул Юрий. – Умер примерно пару часов назад и ещё толком остыть не успел.

– А улики, свидетели? – Антон с надеждой взглянул на бывшего одногруппника. Тот со вздохом покачал головой. – Проклятье! Серийника нам и не хватало для полного счастья.

Юрий невесело усмехнулся.

– Почему он выбирает именно детей? – Виноградов сел на корточки, внимательно разглядывая игрушку рядом с трупом. – Должна быть причина. Психологическая травма?

– Возможно, – Юра пожал плечами. – Кстати, заметил одну особенность? В обоих случаях жертвы сами кого-то унижали при жизни.

– Типа современный Робин Гуд? – хмыкнул Антон. – Нет слов. Интересно, а костюм у него какой? Доктора?

– Почему доктора? – удивился Юрий.

– Он орудует скальпелем, – объяснил следователь. – Юрка… Маньяком может быть, например, педиатр или любой другой врач… даже медбрат.

– Ну что, проверяем всех работников больниц и поликлиник? – скептически взглянул на него друг.

– Ты, умник, – Виноградову было не до шуток. – Какими б благородными побуждениями ни руководствовался этот человек, в первую очередь он убийца. Конечно, в семье не без урода, как говорится, но лишать жизни детей… Да и идеализировать преступников я не собираюсь.

– Лады, не заводись, – остудил его пыл капитан полиции. – А насчёт врачей мысль одобряю.

– Ещё бы, – Антон в шутку толкнул коллегу локтём в плечо. – Я всегда был сообразительнее тебя.

– Ха-ха, – нисколько не обидевшийся Юра через мгновение стал снова серьёзным. – Теперь же вернёмся к делу.

– У меня одна просьба, Юр, – Антон мыском ботинка коснулся игрушки, и та с тихим звоном закачалась. – Пусть второй труп обнаружен на твоей территории, я хочу участвовать в расследовании. Не терпится мне поймать ублюдка.

– Ну, в принципе, можно, – согласился Жбанков. – Коли в Москве появился серийник, его лучше остановить вместе… и скорее.

Антон кивнул и, распрощавшись с Юрием и остальными, поехал наконец к себе, где на кухне занялся поисками в интернете хоть каких-то зацепок.

– Сумасшедший доктор… Маньяк со скальпелем… – пальцы стучали по клавиатуре ноутбука. – Проклятье, такого нет…

Ни в одном источнике не упоминался взбесившийся врач или любящий неваляшек псих.

Запросы в разные инстанции тоже не дали результатов.

– Что за неуловимый мститель, мать твою? – Антон начинал злиться. – Чёрт… Придётся реально обзванивать все больнички. – Он взглянул на настенные часы. Перевалило за полночь. – Но уже только утром.

От напряжения болели глаза, стало давить затылок.

Выключив ноутбук, молодой мужчина встал из-за стола.

Голова внезапно закружилась, кухня начала выплясывать сущую чечётку.

К горлу подкатил мерзкий ком тошноты, и Антон без сознания упал на пол.

Сколько прошло времени, было неизвестно.

За окном ещё царила ночь.

До сих пор дурно чувствующий себя Виноградов с трудом открыл глаза, пытаясь выяснить своё местоположение.

Чужая однокомнатная квартира, чистая и аккуратная настолько, будто в ней жила Золушка, без единой фотографии владельца или его семьи.

Но поразило москвича другое.

Прямо перед ним мелькнуло странное существо в образе клоуна.

То было последнее, что видел Антон, прежде чем снова отключиться.

Одногодка Виноградова Юрий, высокий зеленоглазый блондин со спортивной фигурой и родинкой на правой щеке, со вздохом взглянул на детский труп. За столько лет службы он на многое насмотрелся, но каждый раз видеть мёртвого ребёнка, пусть даже тот при жизни не всегда поступал правильно и честно, было тяжело.

Молодой мужчина покачал головой:

– Мы ведь не звери… Зачем так-то? Можно было просто попытаться выйти на связь с родителями первой жертвы, раз так хотелось сделать мир лучше. Впрочем… о чём я? Забыл, Морозовы и сами мало чем отличаются от него…

Он сглотнул.

– Ага, – согласился закрывающий чемоданчик с необходимыми инструментами криминалист. – У кого есть деньги и власть, тот и правит балом… Ладно, я закончил. Ты едешь?

– Да… – кивнул Юрий и повернулся к курящим возле труповозки санитарам. – Увозите в морг.

Садясь в свою машину, он бросил взгляд, как тело кладут на носилки и закатывают в труповозку.

Перед мысленным взором будто кадры хоррора предстал момент смерти подростка.

Юрий невольно поёжился и захлопнул дверцу автомобиля.

Спустя пару мгновений машина тронулась с места.

Под ухом настойчиво трезвонил будильник.

Вырубив его, Антон спросонья сел в постели и провёл по лицу руками:

– Ну и приснится же такое… Вот что значит пахать практически без выходных.

Идти на работу, особенно зная, сегодня предстоит обзвонить немало медицинских учреждений, желания не было, но Антон всё-таки заставил себя встать.

Чёрный кофе с ложкой сахара прояснил разум, хотя у мужчины до сих пор царило странное чувство, объяснить которое он не мог.

А день же не задался с самого начала.

Попав в «пробку», Антон опоздал на работу, за что схлопотал выговор от начальства.

Подполковник Щербаков явно встал не с той ноги и раздражался по любому поводу.

– Ну что, Виноградов, провалил ты это дело, да? – он мерил шагами свой кабинет. – Вчера новую жертву обнаружили. И снова ребёнок. Молодец.

– Знаю, – Антон нахмурился, считая, сделал всё для поимки преступника. – Жбанков сообщил. В его районе было. Так что считаю долгом помогать ему.

Начальник косо взглянул на него и продолжил занятие:

– Ишь ты, долгом. Ладно, вперёд… орёл. Но если не найдёте… Мне уже сегодня звонили сверху. По шапке из-за вас я получать не хочу. А теперь иди.

Кивнув, мрачный Антон вышел в коридор и столкнулся с Русланом.

– С утра на ковёр? – хмыкнул тот. – Не сидится спокойно нашему воеводе?

– Я всё слышу! – донеслось из-за двери.

– Ух, лучше не будем лишний раз гневить Щербакова, – Антон вместе с коллегой зашагал обратно. – Одно понять можно. Дрючат его – он дрючит нас. Естественный процесс работы. Круговорот, скажем так. В любом случае Михалыч прав. Мы упустили самую важную деталь – неваляшку.

– Неваляшку? – Руслан ещё не знал последние новости.

Антон рассказал о вчерашней поездке на место второго преступления.

Молодой полицейский присвистнул:

– Ого… серийник. Это фигово.

– Я б выразился иначе, – Виноградова очень беспокоила сложившаяся ситуация.

Они вошли в свой кабинет.

– Помочь? – предложил Руслан. – Иначе ты до зимы будешь обзванивать больнички.

– Не откажусь, – Антон чуть улыбнулся. – Тогда ты на телефоне, а я быстро смотаюсь в психушку. Вдруг повезёт? – Он хлопнул коллегу по плечу. – Если что, звони.

Ехать почему-то не хотелось.

Однако Антон был не из тех, кто, как страус, при малейшей опасности прятал голову в песок, наоборот, всегда стремился на передовую.

Вот и сейчас он, по сути забив на себя, рванул спасать мир, как порой шутил Руслан.

«Спасатель, блин, – Антон мысленно усмехнулся. – Что-то, видимо, от меня толку мало».

Он бросил задумчивый взор на настенные часы рядом с большой картой Московской области, показывающие без пятнадцати десять.

Руслан проследил за его взглядом:

– Как думаешь, будут ли ещё жертвы? Или это просто несчастный случай?

– Ох, не знаю, Руслан… – Антон со вздохом покачал головой. – Но, надеюсь, совсем скоро мы разберёмся… Ладно, хватит болтать. Время, увы, не резиновое. Пора ехать… пусть особо и не хочется.

– Почему? – Руслан слегка нахмурился. – Какие-то неприятные ассоциации с психушкой?

Виноградов повёл плечом:

– Скорее с больницами вообще. Мама рассказывала, в детстве я сильно чем-то переболел, хотя сам этого уже и не помню.

Взяв со стола блокнот с ручкой и ключи от авто, он покинул кабинет и зашагал по коридору.

– Тоха! – раздался голос позади. Москвич обернулся и увидел коллегу Григория Яковлева. – Ты куда?

– В дурку, – пошутил Антон. – Нервишки шалят. Нужно немного подлечить.

– С тобой можно? – в тон ему сказал Григорий.

Антон засмеялся:

– Да легко! Идём! А если серьёзно… Надо опросить врачей, ведь Морозову убили скальпелем.

– Вот и ходи теперь по докторам, – мужчине стало не по себе. Антон кивнул. – Что ж, удачи в расследовании.

– Спасибо, – Виноградов пожал ему руку.

«Да, удача сейчас очень необходима, – он продолжил путь. – Впрочем, как и всегда…»

Уже сидя в своей машине, он размышлял о преступнике, пытаясь мысленно составить его портрет, понять причины поступков и предугадать дальнейшие действия.

Но пока вопросов было намного больше ответов.

И это злило Антона.

Он не привык быть на несколько шагов позади преступника.

Однако сейчас не было выбора.

Виноградову и остальным участникам расследования приходилось играть по правилам убийцы.

Маньяк едва ли не с первого дня стал «кошкой» в этих безумных салках, тёмным демиургом собственного больного мирка.

Не осталось никого, кто мог бы его поддержать.

Рядом неизменно оставалась лишь неваляшка.

Глубоко вздохнув, Антон повернул ключ зажигания и глянул на себя в зеркало заднего вида:

– Ну что, Тоха, вперёд? Нам ли пасовать?

По губам скользнула усмешка.

Автомобиль вырулил на дорогу.

Но на сердце у москвича почему-то до сих пор было тревожно, будто должна случиться новая беда.

Антон искренне надеялся на обратное.

Глава II. Весточка из прошлого

В психиатрической больнице молоденькая медсестра, провожавшая Антона в кабинет главного врача, всплеснула руками:

– О, как интересно и в то же время страшно! Погони убийства, разные сумасшедшие маньяки… Простите, я слишком впечатлительная.

Она смущённо поправила выбившуюся из-под колпака прядь светлых волос.

Антон улыбнулся.

Они остановились перед нужной дверью.

– Ну всё, мы пришли, – сказала девушка. – До свидания. Надеюсь, вы очень скоро поймаете этого преступника.

– Всего хорошего, – задумчиво распрощался Антон и уже собирался открыть дверь, как ему навстречу из-за поворота с ведром воды вышла санитарка лет семидесяти.

Увидев Виноградова, она вдруг побледнела и быстро перекрестилась:

– Чур меня, чур!

– Что? – протянул не ожидавший такого в свой адрес Антон.

Но женщина поспешила удалиться «по-английски», оставив москвича гадать над случившимся.

– Мда… Один день «веселее» другого… – постучавшись, Антон всё-таки вошёл в кабинет.

Врачом оказался симпатичный приятный мужчина с седеющими волосами и аккуратной бородкой.

– Наслышан об этом деле, – он пожал гостю руку. – Я работаю здесь почти двадцать лет и всякое видел, однако любителей неваляшек не встречал в нашей больнице.

– Печально… То есть, хорошо, конечно, с одной стороны, – улыбнулся Антон. – Для следствия же плохо.

– Понимаю, – кивнул мужчина. – У нас схожие задачи – избавлять мир от зла, только разными способами.

– В любом случае спасибо, – Антон пожал ему на прощание руку. – Было приятно пообщаться. – Двинувшись к выходу, он на полпути замер. – Да, кстати, вы замечали, что у вас странная санитарка? Увидев меня, она перекрестилась, будто я чёрт.

– Баба Галя? – уточнил врач. – О, не обращайте внимания на неё. В силу возраста стоит быть снисходительными. И вообще… Наверное, все, кто работает в психиатрии, затем сами сходят с ума. Даже я.

Он чуть усмехнулся.

– Не каждый в этом признается, – отметил Виноградов. – Значит, ещё не всё потеряно.

Главный врач рассмеялся.

Покинув кабинет и анализируя сказанное, москвич зашагал по коридору.

«Действительно… Так мы можем искать его до зимы… – размышлял он. – А время не терпит. Каждая жизнь на счету, какими бы плохими эти подростки ни были».

Будучи стражем порядка, Антон, как и судья, например, должен был беспристрастно относиться к происшествию, не становиться на чью-либо сторону, что порой сложно сделать, особенно когда в деле замешаны мало ещё понимающие в жизни школьники.

Выйдя во двор больницы, он позвонил Руслану:

– Есть интересные новости?

– Как раз тебя собирался набирать, – ответил коллега. – Задержали мужика, купившего сегодня пятнадцать неваляшек.

– Да? – Виноградов бросил взгляд на окна психушки, многие из которых были зарешечены. – И что говорит?

– Якобы работает аниматором, а игрушки нужны для детских конкурсов, – раздалось из телефонной трубки. – Стоит проверить.

– Аниматором… – следователь двинулся в сторону шлагбаума. – Проверял данные на него?

– Обижаешь, – наигранно протянул Руслан. – Первым делом. Но ничего нет. Хотя не факт. Он мог просто не «засветиться».

– Ладно, выясним, – Антон сел в машину и пристегнул ремень безопасности. – А пока найди всё, что есть. Я уже скоро вернусь и сам допрошу этого горе-клоуна.

Убрав сотовый на щиток, москвич глянул на своё отражение в зеркале заднего вида.

Перед мысленным взором встала перекрещивающаяся санитарка баба Галя:

«Чур меня, чур!»

«Действительно, дурдом, – Антон выехал на дорогу. – Даже уборщики и то психи».

Задержанным оказался двадцати шестилетний житель Киргизии Саид Мусабетов, пусть с акцентом, но хорошо говорящий по-русски.

Молодой человек упорно отпирался от причастности к убийствам:

– Что, если чужак – значит, сразу бандит, да? А добрые люди есть в каждой стране. Почему я не могу быть одним из них?

– Оу, не качай права, – меривший шагами допросную Антон хотел как можно скорее найти маньяка. – Тебя задержали не из праздного любопытства и отпустят, коль ты не виновен. Если слышал, в городе объявился некий шутник, убивающий детей и оставляющий неваляшку. Ты приобрёл пятнадцать таких игрушек. Зачем?

– Что? Детей? – ужаснулся Саид. – Всевышний, спаси их души!

– Не очень-то скорби по ним, – покачал головой Виноградов. – При жизни они были далеко не ангелами.

– Но детьми! – киргиз вёл себя искренне.

– О'кей, так что насчёт неваляшек? – Антон внимательно взглянул на него.

– Я уже всё объяснил вашим коллегам, – сетовал Мусабетов. – Я актёр, в прошлом году окончил ВГИК. Увы, в кино сниматься особо не зовут, вот и работаю аниматором. У меня в среду выезд на день рождения мальчика, а вы тут держите. Что я скажу заказчику? Потеряю клиента, и вместо денег как награда плохая репутация.

Антон пролистал лежавшее на столе досье на Саида.

Всего пара листов со скудным набором информации: откуда родом, семейное положение, места учёбы.

Виноградов вздохнул.

Саид и правда не смахивал на маньяка, но расслабляться всё равно не стоило.

Антон понимал, киргиза действительно не за что задерживать.

– Ладно, никуда твои клиенты не денутся, – он закрыл папку. – Отдохнёшь у нас денёк, пока суть да дело. Ты и нас пойми. Мы тут не с игрушками балуемся.

– А я как будто клоуна изображаю, – буркнул задержанный.

«Клоун…» – эхом отдалось в голове Антона.

Вспомнилось недавнее странное видение.

К горлу внезапно подступила тошнота.

Сглотнув, Антон потёр виски, но значения не придал, списав на усталость, ведь в последнее время он и впрямь плохо спал и много работал.

Москвич нажал на кнопку под крышкой стола.

Вошёл полицейский.

– Увести, – велел Антон.

– Да за что ж эта несправедливость? – вздохнул Саид. – Я честный гражданин и живу здесь почти пять лет.

– Вот и проверим, – сказал Антон.

Конвоир увёл что-то причитающего на родном языке киргиза.

Виноградов сел на стул.

В душу закралось сомнение.

Профессиональное чутьё подсказывало, Мусабетов никого не убивал, однако стоило во всём разобраться, чтоб снова не схлопотать нагоняй от Щербакова.

Покинув допросную, Антон зашагал в свой кабинет, однако вдруг услышал громкие голоса и вышел в фойе, где начальника атаковали журналистка и оператор.

– …Семён Михайлович, прокомментируйте сложившуюся ситуацию! – тараторила девушка. – В Москве завёлся серийный убийца? Детям теперь нельзя выйти на улицу без сопровождения взрослых? Кстати, говорят, в народе маньяка окрестили Неваляшкой.

– Заводятся двигатели, милочка, – буркнул Щербаков. – А комментировать я ничего не стану. Тайна следствия.

И направился к себе.

«Двигатели… – Антон сдержал смешок. – Михалыч сегодня просто отжигает. Впрочем, почти как всегда».

Он понимал, люди в панике, и ждать нового удара можно откуда угодно, ведь преступник до сих пор на свободе.

Чувство безысходности давило.

– М… – мужчина раздосадованно закусил губу. – А часики тикают…

Мусабетов был пока единственным подозреваемым, и то улики, даже единственную, будто притянули за уши.

Вздохнув, Антон вернулся к работе.

Помимо этого дела имелись и другие.

Свет в комнате был приглушён.

По телевизору шёл выпуск вечерних новостей.

Сидевший в кресле маньяк смотрел их с видом отлично выполнившего свою работу трудяги, которого начальство решило премировать.

– …И пусть сотрудники полиции ещё не дали каких-либо объяснений, нашим коллегам удалось выяснить, подозреваемым оказался гражданин Киргизии, актёр по образованию, – говорила ведущая. – Сейчас идёт следствие, но детали, увы, не разглашаются, однако все жители столицы хотят знать правду…

Губы мужчины скривились в усмешке.

Тень танцевала по его лицу, делая более зловещим, несмотря, что сам москвич был вполне симпатичным.

«Правду… – мелькнуло в воспалённом мозгу. – Её никто и никогда не узнает. Зачем? А эти мелкие гадёныши… Пусть сдохнут все им подобные. И тогда я отомщу за него… и за себя. Преступление должно понести наказание».

Перед мысленным взором вдруг встала психиатрическая лечебница, и маньяк, с тихим стоном сжав голову руками, закачался взад-вперёд.

Детские воспоминания о лечении вернулись так резко, что мужчину затошнило.

Быстро выйдя в ванную комнату, он плеснул в лицо холодной воды, вернулся в спальню и открыл шифоньер, где висел костюм клоуна.

«Время пришло», – с ухмылкой подумал он и надел парик.

Он шёл на удивление по немноголюдной улице в сторону Арбата, неся в кармане широких цветастых штанов неваляшку, и прохожие не особо обращали на него внимание, спеша укрыться от надвигающейся грозы.

Уже были слышны первые раскаты грома, вдалеке сверкали молнии.

Но мужчину это не останавливало, хотя сейчас конкретной цели он не имел, просто двигался вперёд почти бездумно, ни на кого не смотря.

Выйдя к Арбату, где тусовалась молодёжь, и было шумнее, он скользнул пустым взглядом по паре-тройке продававших свои работы художников и исполняющему арию Мистера Икса скрипачу, как внезапно услышал неподалёку детский голос:

– Папа, смотри! Клоун!

Метрах в пяти от него стояли мужчина и девочка-первоклассница.

Увидев их, маньяк сперва побледнел, затем лицо покрылось алыми пятнами ярости, пусть это и не было заметно под слоем театрального грима.

Из горла раздалось глухое рычание, а пальцы сжались в кулаки.

Негативное прошлое всколыхнулось в памяти с новой силой, отчего даже на миг потемнело в глазах, и как наяву раздался ехидный мальчишеский голос:

«Да мы только поржать над тобой хотели. Бастрюк!»

Первым порывом Неваляшки было двинуться на бывшего одноклассника, зарезать тонким, словно лист бумаги, и таким же острым скальпелем, уничтожить в пыль.

Однако в больном мозгу созрел план коварнее.

Взгляд метнулся на что-то весело рассказывающую девочку.

Губы маньяка скривила ухмылка.

Кивнув сам себе, будто отвечая кому-то невидимому, психопат направился прочь. Он и представить не мог, что спустя более двадцати лет судьба вот так случайно сведёт с этим ненавистным человеком, сейчас явно богатым, судя по одежде «с иголочки», семейным, не жалующимся на жизнь.

А что есть у него?

Маленькая старая, доставшаяся в наследство от бабки по материнской линии (ведь рано ушедшего к другой женщине отца он не помнил) квартирка в Подольске, нечастая халтура по починке компьютеров на дому, одиночество без друзей и второй половинки.

Не было даже хомяка. кому бы он подарил своё тепло и ласку.

Да и зачем?

Мужчина вырос в неполной простой семье, учился пусть и хорошо, имел тягу к информатике, но гимназию ненавидел, ведь отношения со сверстниками не складывались, и со временем у него выработалось чёткое понятие «каждый сам за себя».

Заперевшись в своём мирке, он боялся вновь испытать разочарование и боль, как в детстве, когда одноклассники выставили его посмешищем на всю гимназию, отчего пришлось менять учебное заведение с московского на подольское.

После смерти матери от инсульта пять лет назад он вернулся в столицу, где начал подрабатывать ремонтом компьютеров и ноутбуков, будучи по образованию системным администратором.

И ничто не предвещало беды, пока он не узнал о, мягко говоря, некрасивом поступке Насти Морозовой и словно опять пережил насмешки и издевательства одноклассников.

Теперь весь мир снова виделся в мрачных тонах.

Оглянувшись, мужчина бросил на старого знакомого и его дочь испепеляющий взгляд и скрылся из виду.

Всё было уже решено.

Бывшего одноклассника звали Вячеслав Архипов.

Преуспевающий в грузоперевозках бизнесмен, женатый на дочери владельца одной из питерских строительных компаний Алине.

Родители, ныне пенсионеры, раньше трудились в прокуратуре.

В отличие от окрещённого народом Неваляшки, который попал в гимназию благодаря протекции деда по отцовской линии, генерала и человека очень порядочного, Вячеслав не нуждался в еде, лишней паре носков, почти каждый год ездил с семьёй отдыхать на Чёрное море и даже заграницу, хотя многие тогда имели финансовые трудности из-за нестабильной ситуации в стране.

Именно его убийца считал виновным во всём, в том числе и в своей болезни.

И никто не догадывался, какую жуткую тайну скрывают оба.

Тайну, которой уже десятки лет.

Вячеслав не признал в клоуне бывшего одноклассника, тем более ему и в голову не пришло, что буквально в паре метров от них стоял серийный убийца.

Вернувшись домой вместе с дочкой Николь, названной в честь любимой актрисы жены Кидман, он включил выпуск вечерних новостей.

– Слышал про Неваляшку? – спросила Алина.

– Кого? – удивился мужчина. – Это ещё что за погоняло?

Он хмыкнул.

– Смотри, – Алина указала на экран телевизора.

Бизнесмен внимательно вслушался в рассказ журналистки о недавних трагедиях в Москве:

– Ого. Прям как в лихие девяностые. Впрочем, идиотов всегда хватало. Но нам бояться нечего. Если что, твой отец пришлёт нам из Питера одного из своих телохранителей.

Алина покачала головой:

– Для таких людей надо вернуть смертную казнь. Вряд ли тюрьма их исправит.

Вячеслав согласно кивнул.

В гостиную вошла Николь:

– о, я об этом тоже слышала. Мальчишка был двоюродным братом Женьки из нашего класса. Огромная шумиха в школе сейчас! Женька даже на уроки не ходит пока, ведь его начали гнобить, что… Э… Как там? Андрей? Да, из-за Андрея тот парень в больнице. А кто убийца? Говорят, это месть.

– Боже! – охнула Алина. – Не рано ли тебе задавать столь взрослые вопросы, милочка?

Вячеслав нахмурился, пропустив слова жены мимо ушей:

– Кто говорит?

– Ну… В классе… Да и вообще… – Николь пожала плечами. – Якобы преступник наказывает тех, кто при жизни плохо себя вёл.

– Откуда у тебя такая информация? – поразилась Алина.

– Из интернета, – с детской непосредственностью ответила школьница.

– Нужно отключить его, – вздохнула женщина.

– Эй! – возмутилась Николь. – Вы ж смотрите всякую фигню в телефоне.

– Мы большие дяди и тёти, нам можно, – Алина взяла с журнального стола пульт и переключила на другой канал. – Кстати, дорогуша, не пора ли тебе отдыхать? Уже десять вечера. Завтра на учёбу.

– Хорошо, но только если ты почитаешь мне сказку, – хитро сощурилась девочка.

– Маленькая шантажистка, – засмеялась Алина. – Ладно, идём.

Николь поцеловала отца в щёку:

– Спокойной ночи, папочка.

– Спокойной, – задумчиво пробормотал Вячеслав, глядя на экран телевизора, по которому современная российская комедия «Везучий случай».

Погрузившись в свои мысли, он и не заметил, как Алина и дочь ушли.

Бизнесмен не был ни мнительным, ни трусом, однако ему стало страшно за семью, и холодок пробежался по коже.

Но наличие связей, в том числе и в полиции, всё-таки успокаивало.

«Ничего не случится, – размышлял москвич. – И прошлое тоже никогда не вернётся».

Взяв пульт, он выключил телевизор.

И в гостиной воцарился вечерний полумрак.

Прозвенел звонок.

Весёлой ватагой из элитной школы ЦПМ начали выбегать дети.

Среди них была и Николь с двумя одноклассницами.

– Наконец-то! – сказала одна из девочек по имени Катя. – От этих уроков голова уже пухнет. А ещё только начало года!

– И не говори! – прям как взрослая закатила глаза подруга Инга. – На шоппинг теперь времени совсем нет! А я вчера, гуляя с мамой по бутикам, приглядела такую классную кофточку! И как быть?

Она надула губы.

Катя пожала плечами:

– Забей на домашку.

– Ага. Павловна же строгая, оценку снизит, – возразила более правильная Инга.

– Ты что, не знаешь, как решаются эти вопросы? – школьница посмотрела на девочку, будто перед ней стояла слабоумная. – Твой отец даст ей конвертик с волшебным содержимым – и всё тип-топ! Кто ж от денег-то откажется?

Нахмурившись, Николь огляделась.

Возникло странное чувство, за ней наблюдают.

И взгляд был явно не добрым.

Но ветер спокойно раскачивал кроны деревьев, шелестя осенней листвой.

Школьный двор постепенно пустел – дети расходились.

Многих забирали на богатых машинах.

– Ты чего? – удивилась Катя.

Николь покачала головой:

– Да так… Идём.

К сожалению, она не обратила внимания на стоящего через дорогу молодого, неприметно одетого мужчину.

А тот не сводил с неё холодного взора.

Пальцы сжимались в кулаки, однако он, будто хищник на охоте, выжидал самое лучшее время для удара, пока не собираясь причинять девочке вреда.

«Ничего, скоро справедливость восторжествует, – злорадно размышлял он. – И все вы сгинете… сгинете к чертям».

А Николь и её подруги вышли за пределы школы и, перейдя по «зебре» дорогу, двинулись в сторону ближайшей кофейни.

Когда они проходили мимо, Неваляшка отвернулся, чтоб его лицо не увидели, ведь костюм клоуна он не надел. Несмотря на психическое отклонение, он был далеко не глупым и соблюдал меры предосторожности.

Быть пойманным не входило в планы.

Медленно он последовал за девочками, держась на расстоянии и прислушиваясь к разговору.

Но школьницы болтали о Тик Токе, симпатичных одноклассниках и моде, во многом копируя любимых блогерш с перекаченными губами.

Ничего интересного для себя москвич не почерпнул.

И пусть дочь Архипова ни в чём не была виновата, он всё равно решил сделать её очередной жертвой, мстя за своё детство и уже придумывая не менее коварный, чем предыдущие, план.

Считая себя правым, погрязнув в собственном негативе, будто в болоте, он не допускал и мысли, что пора остановиться.

В кафе он не стал заходить и ещё пару минут смотрел через стекло, как девочки садятся за столик, а затем двинулся прочь, угрюмо глядя перед собой.

– Уж больно хитрый нам попался мерзавец, – в своём кабинете Юрий в который раз изучал последнее дело о Неваляшке. – Ни одной зацепки. Ни одного свидетеля.

– Главное, чтоб поиски не затянулись на года, как было со многими серийниками, – сказал его коллега, старший лейтенант Дмитрий Невзоров. – С Попковым, например.

– Сплюнь! – покосился на него Юрий. – Вряд ли кто-то из нас хочет возиться с этим делом до старости. Или у тебя иное мнение?

Дмитрий мотнул головой.

– И я считаю так же… – следователь задумчиво перевернул страницу.

Дмитрий подошёл к окну и скрестил на груди руки:

– Эх, не живётся людям спокойно. Ищут приключения на пятую точку и другим заботы создают.

– Ага, – хмыкнул мужчина. – Интереснее ведь, когда экстрим через край плещется. М! Красота! Сразу жизнь веселее становится!

Они рассмеялись.

– Надо вводить новый закон, – пошутил Невзоров. – Таких «умников» отправлять на принудительное лечение в специальные стационары, как для алкоголиков и наркош.

– Боюсь, тогда там окажется едва ли не всё население планеты, – возразил Жбанков.

– Увы, ты прав… – вздохнул коллега.

В кабинет заглянул полицейский:

– Главнюка не видели?

Дима покачал головой.

Дверь закрылась с другой стороны.

Юрий со вздохом отодвинул от себя толстую папку.

С делом хотелось покончить как можно скорее.

За неимением улик Мусабетова отпустили, а расследование так и не сдвинулось ни на йоту.

Юрий и Антон безуспешно искали подозреваемых среди медиков и пациентов психо-неврологических диспансеров.

Казалось, маньяком мог быть кто угодно: милая на вид медсестричка, врач, обколотый транквилизаторами больной или та же самая баба Галя.

Последняя произвела на Виноградова столь сильное негативное впечатление, что у москвича исчезло всякое желание допрашивать врачей лично, и ездил теперь Руслан.

С каждым днём папка становилась всё толще, пополняясь новыми сведениями.

А убийца продолжал гулять на свободе.

В тот довольно тёплый для сентября день уставший Руслан приехал в парк Дружбы, вернувшись из очередной больницы, где разговаривал с заведующими всех отделений:

– Фух. Наконец-то.

– Есть что-то интересное? – осматривающий место первого преступления Антон мельком глянул на него.

– Нет, – Руслан покачал головой. – Да и по базе данных никто из сотрудников не проходил. А всех пациентов мы, увы, проверить быстро не сможем. Конечно, я попросил, чтоб мне распечатали их ФИО, но на поиски вновь уйдёт время.

– Время… время… – пробормотал молодой мужчина. – Остановись…

– А ты чем занят? – поинтересовался коллега.

– Ищу зацепки, – Виноградов сделал пару медленных шагов в сторону, смотря себе под ноги. – Да, знаю, тут уже на тысячный раз прошерстили едва ли не весь парк. Но вдруг повезёт?

Ему хотелось в это верить.

Руслан окинул ближайшие кусты скептическим взором, однако промолчал, понимая, им реально нужно хоть что-то, дабы сдвинуть это дело с мёртвой точки.

А воображение Антона красочно рисовало картину убийства Насти Морозовой.

Вот маньяк гонится за девочкой, вот связывает скотчем руки и ноги, наносит смертельный удар под тихий, такой успокаивающий звон неваляшки.

Почему-то вспомнилось странное видение с неким клоуном.

По коже пробежали мурашки.

– Клоун… – шепнул капитан.

– Что? – не понял Руслан и огляделся. – Клоун? Где?

– Был тут, – объяснил Антон. В голосе улавливалось возбуждение. – Не знаю, как, но я чувствую это. Будто наяву увидел… Ну сделай лицо проще, Руся!

– Э… Просто ты раньше не обладал… кхм… экстрасенсорными способностями, – кашлянул в кулак замявшийся коллега. – Не ударялся в последнее время головой? А то такое бывает при сильных сотрясениях мозга.

– Ты издеваешься? – воскликнул москвич.

– Извини, – Руслан стал серьёзным.

– Я не могу утверждать на сто процентов, что мои… образы… реальны, – Антон потёр лоб. – Тем более это случилось впервые. Фух… Сам в шоке.

Руслан хлопнул его по плечу:

– Может, перетрудился? Ты часто и много работал сверхурочно.

– Как иначе? – вздохнул Виноградов. – Преступники, увы, не подстраиваются под наш график. А мне совсем не хочется, чтоб мерзавец спокойно разгуливал среди нас.

Странное чувство лёгкого дежавю вернулось.

Антон будто и впрямь стал свидетелем жуткого убийства.

«Но такого просто не может быть…» – он уже начал сомневаться в собственных словах и мыслях.

Вспомнился голливудский фильм «Глаз», где героиня после офтальмологической операции начала видеть прошлое своей убитой донорши.

– Ты прав, – вздохнул Антон. – Всё, что можно было, здесь уже нашли. А я так надеялся…

От досады он едва не заскрежетал зубами.

– Куда теперь? – Руслан глянул на наручные часы.

Доходил полдень.

– В отделение, – ответил Виноградов. – И так дел всяких хватает, сам знаешь. С тем алкашом ещё разбираться, который витрину снёс в магазине.

Руслан хмыкнул:

– Это надо ж было так упиться! Я б на месте продавщицы его даже на порог не пустил.

Они двинулись в сторону выхода из парка.

– Не имеют права, с одной стороны, – пожал плечами москвич. – Он покупатель, каким бы ни был. Как говорится, то их хлеб. А с другой… По хорошему, в каждом магазине должен быть охранник. Но… ему ведь надо зп платить.

– А скупой платит дважды, – вспомнил пословицу Руслан.

Антон рассеялся кивнул, потеряв переносицу.

– М? – молодой человек заметил его отрешённый вид.

– Да так… – Антон улыбнулся краешком губ. – Просто до сих пор необычное ощущение. Ладно, скорее всего, я реально устал, вот и мерещится фигня. Сегодня лягу раньше спать, отдохну – и потом на работу со свежими силами.

В последнее время он действительно много работал, пытаясь докопаться до истины, узнать, кто же и за что мстит детям.

Вопросов, к сожалению, было больше, чем ответов.

Порой Антону казалось, он никогда не узнает правду.

И это сильно напрягало.

Даже вернувшись в отделение, Виноградов продолжал думать о Неваляшке, мысленно, как Шерлок Холмс, сопоставляя факты, проводя невидимые ниточки от одного подозреваемого к другому, коими стали родители потерпевших детей.

Но у каждого было твёрдое алиби.

«Да, они могли нанять киллера… любого алкаша за бутылку водки, – размышлял Антон. – Только вряд ли простой забулдыга смог бы так филигранно выполнить работу. Нет, потрудился профессионал. Кто? До сих пор загадка. А я их не люблю…»

Тем не менее, он старался не опускать руки, пусть дело грозило превратиться в «висяк».

Копавшийся в бумагах за своим столом Руслан мельком посмотрел на него:

– Не переживай, Тоха, мы обязательно упрячем его за решётку. И ещё одним мерзавцем станет меньше.

– Дай бог… – пробормотал капитан и открыл на компьютере базу данных.

«Ну не мог он нигде не наследить… – мелькнуло в голове. – Такого ведь не бывает… Или всё-таки да?..»

Глава III. Неожиданные свидетели

Николь сидела на качелях в закрытом дворе своего дома, как вновь почувствовала чей-то пристальный взгляд.

Испугавшись, девочка огляделась, только вокруг, кроме убирающего территорию дворника, никого не было.

«Класс, разыгралась паранойя из-за этих жутких происшествий в городе, – мелькнула мысль. – Конечно, я в полной безопасности. Папа любого накажет, кто меня обидит».

Тем не менее, спокойствие вокруг настораживало.

Казалось, опасность могла таиться под любым кустом, за деревом, в «паровозике» рядом с песочницей.

В шелесте листьев слышались зловещие голоса.

На третьем этаже захлопнули окно.

Николь с тихим вскриком вздрогнула.

– Ты чего? – удивился дворник. – Испугалась?

Девочка кивнула и снова боязливо обвела взором двор, затем встала и приблизилась к металлическому забору.

Улица была пуста.

Только удалялся какой-то человек в костюме клоуна.

Школьница глубоко вздохнула, не обратив внимания, что видит его по сути уже второй раз:

– Всё хорошо…

Незнакомец на миг замер и покосился в сторону дома.

Конечно, то был следящий за новой жертвой маньяк.

И Николь, несмотря на очень юный возраст, шестое чувство не подвело, пусть она ещё не осознавала всю грозящую ей поистине смертельную опасность, ведь теперь убийца знал её адрес и место учёбы, оставалось только дождаться удобного случая.

Неваляшку напрягал факт, что дом под круглосуточной охраной и за высоким забором.

Но молодой мужчина уже придумал план и тянуть с осуществлением не собирался.

«Пусть страдают, как я когда-то, – размышлял он с холодным коварством. – Им полезно».

А Николь, прихватив со скамейки красивую дорогую куклу, поспешила домой, где из своей комнаты позвонила Кате и рассказала о страхах.

– О, всё, берегись! – пошутила одноклассница. – Теперь за тобой охотится маньяк! Признавайся, что натворила? Укокошила Петьку из «бэшек» за дёрганье твоих волос? Он как раз в школу не пришёл сегодня.

Девочка рассмеялась.

– Вовсе нет! – Николь было не до юмора. – А Петька заболел… Утром ещё предупредил меня. И… ничего я не делала!

– Да успокойся ты! – махнула на другом конце провода рукой Катя, подражая матери. – Не паникуй раньше срока. Вот нашла причину для нытья! Фи! Всё чудесно. Тебе просто показалось.

Слабая улыбка озарила Николь.

– Наверное, ты права… – сказала школьница.

– Наверное? – хмыкнула подруга. – Даже не сомневайся.

Ещё некоторое время поболтав с ней, Николь убрала телефон на письменный стол и приблизилась к окну.

Слова Кати немного успокоили.

«Конечно, за мной не явится Неваляшка, – размышляла девочка. – Я ведь никому не причиняла вреда».

Но убийц это не интересовало.

Для него Николь была виновата по факту рождения.

Дочь сломавшего ему жизнь человека – и точка.

Девочка взяла телефон и, плюхнувшись на кровать, стала играть в «Переодень куклу».

Сомнения и страхи улетучивались.

Задержавшийся на работе Руслан шёл через пустынный, озарённый фонарями парк.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.