Ирина Снегирева
Золушка для темного принца

Иллюстрация на обложке julyB

© Снегирева И., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Глава 1
Фальшивая Золушка, кучер и лакей

Злата Максимова

– Максимова, ты готова? – хмыкнул Крутиков, постучав по стенке кареты.

– Златка, принц-переросток уже близко. Ты только туфли ему не отдавай, а то ноги отморозишь, – вторил голос Павлова. – Или обменяй на валенки.

– Лакеев не слушаю и не слышу! – крикнула я в ответ и на всякий случай поправила съезжающую на лоб корону. Аккуратно вынула ноги из сапог и засунула их в туфли, надеясь, что не разъедусь, когда придет время выходить.

Ровно неделю назад в университете был конкурс на лучшую новогоднюю пьесу, и мы с парнями сыграли сценку из зимней сказки, где светлый персонаж искал сундук с дипломами, спрятанный под елкой у вредных героев. Я была за Бабу-ягу, Павлов – за Кощея, а Крутиков сыграл Иванушку-дурачка, который в итоге всех победил. Не обошлось без небольшого конфуза: главный герой запнулся в финале и упал, чем очень развеселил жюри. В итоге мы заняли первое место.

В тот же день к Крутикову подошел солидного вида мужчина и предложил нам сыграть на вечеринке небольшую сценку, где я принцесса, а мои однокурсники – кто угодно. Хоть пажи, хоть братья, хоть семь богатырей. Конечно же, цель была сразу обрисована, а сумма названа. Она нас и добила, а потому мы решили, что достаточно Золушки, кучера-крыса и лакея-мыши. Не хотелось ни с кем делиться, ведь по две стипендии на каждый нос – это очень заманчиво. Реквизитом обещали обеспечить, а выбранный нами текст небольшой сценки мужчина проверил и одобрил, указав, что на выступление нам отводится пятнадцать минут, а потом мы должны будем быстро уйти со сцены.

Вчера нам доставили реквизит, а в карету мы пересели примерно за полкилометра до нужного адреса. В карете ужасно трясло, и моя корона все время норовила свалиться.

– Реквизит не потеряй, Максимова! – выкрикнул Павлов и закашлялся от смеха. – Надо было ее на резинку привязать. Или приклеить.

– За своими усами следи, а то отвалятся. Оплату поделим с Крутиковым пополам, – беззлобно отозвалась я и взялась за молнию пуховика.

Раздеваться не хотелось, но нам обещали, что в зале будет тепло. Мы посмотрели по карте, где придется выступать, и оказалось, что на окраине города. В огромном доме, где и будет происходить встреча Нового года. Карета должна подъехать к парадному крыльцу, а после нас проводят. Каких размеров банкетный зал и кто такой сентиментальный, мне было все равно. Крутиков узнавал, здесь живут какие-то многодетные богатеи. Но, что самое забавное, вся история затевалась не из-за малышей, а из-за парня, который вот-вот женится. К чему такие сложности, ума не приложу. Наверное, все дело в новогоднем настроении и желании поразить гостей. Главное, нас заверили в безопасности и даже предоставили письменные обязательства, которые проверил Крутиков-отец, он работал каким-то клерком в банке.

И если парни напялили то, что прислали, я не стала надевать безумное розовое платье и такие же панталоны с кружевами. Осталась в своем новогоднем красном платье с открытой спиной, тем более что после мероприятия намеревалась вернуться в общежитие. Родни у меня давно уже не осталось, да и не одна я была такая у нас на потоке, поэтому мне было с кем повеселиться. Деньгами в праздник вложилась, вкусненькое девчонки сами приготовят, а я прибуду попозже.

– Златка, не спи, подъезжаем к воротам. – Лакей Павлов постучал по крыше кареты.

Пришлось расстегивать молнию пуховика, оставив его на плечах. Думаю, замерзшая Золушка с синими пупырями не самый удачный персонаж, поэтому я решила до последнего не раздеваться. Тем более что пальцы на ногах уже начали холодеть.

Услышала, как у ворот у парней поинтересовались, куда мы следуем. Ко мне тоже заглянул крепкого вида охранник, после чего нас пропустили, объяснив направление. Оказалось, что не к парадному крыльцу, а куда-то сбоку, где нам откроют большие гаражные ворота.

Я наблюдала за царящей суетой огромного светящегося дома через занавешенное окно и не могла отделаться от ощущения чего-то нереального. Словно попала в чью-то сказку, и мне почему-то было жаль, что ради меня никто не сотворит такое чудо.

– Проезжайте, вас ждут! – крикнул выбежавший навстречу мужчина, он же распахнул огромные двери.

– Куда-то не туда едем, – с сомнением протянул Павлов, стукнув по крыше, отчего я подпрыгнула.

Из фанеры она, что ли? Как по макушке треснул.

– Себе по голове постучать не пробовал? – буркнула я, в очередной раз поправляя корону.

Незнание ситуации напрягало, и я отодвинула занавеску, сразу встретившись глазами с незнакомым мужчиной. Он смотрел на меня изучающе, и от его пристального взгляда по спине пробежал неприятный холодок. И было в глазах человека что-то звериное, что заставило меня резко отпрянуть от окна.

Как по команде карета тронулась, а я облегченно вздохнула, гоня прочь смутную тревогу. Конечно же, в охранники только такие суровые рожи и набирают.

Не сразу вернулась к окошку, а когда я это сделала, то не могла не отметить атмосферу происходящего. Через занавески видно было только фонари по стенам, стилизованные под факелы. А потом вдруг все резко погасло, но мы продолжили наш путь. Темнота была столь натуральной, что захотелось выйти.

– Ромка, Крутиков, куда нас завез? – с тревогой в голосе поинтересовался Алекс Павлов.

– Не бойтесь, я вижу дорогу, – сообщил кучер, только спокойнее не стало.

Неожиданно дверца кареты открылась, и в нее кто-то ввалился. Что было силы я пихнула незнакомца, попытавшегося сесть прямо на меня. Но в ответ раздалась ругань:

– Максимова, ты спятила?! Так и убить можно.

– Убьешь тебя, как же, – облегченно выдохнула я, признав по голосу однокурсника.

И тут случилась яркая вспышка, после которой карета из темного тоннеля выкатила на широкий двор. Забыв обо всем, я потерла глаза, ощущая, ко всему прочему, головную боль. Но это было ерундой, потому что Алекс, как и я, тер глаза, но смотрел не на меня, а в окно.

– Златка, кажется, мы на месте. Я пошел, а то, кроме аванса, нам ничего не заплатят.

– Иди, – напутствовала я. Только сейчас до меня дошло, что растерла тушь, а она у меня самая обычная. Золушка с черными кругами под глазами – это перебор, особенно в новогоднюю ночь.

Открыла сумочку, достала зеркало, влажные салфетки и принялась осматривать себя, на какое-то время потеряв интерес к окружению.

А зря.

Карета остановилась, сверху осторожно постучали, что означало – скоро мой выход. Убедившись, что с лицом порядок, я быстро согнула-разогнула подмерзшие пальцы в туфлях, скинула пуховик и приготовилась.

Павлов ждать себя не заставил. Распахнул дверцу, разложил ступени и подал мне руку, которую я приняла.

Наши репетиции и выступление на конкурсе были большим подспорьем, потому как оказаться в центре огромного зала перед очень высокой елкой было еще тем шоком. Снаружи дом показался размерами поскромнее, а сейчас я поняла, что ошибалась.

Какую-то часть помещения занимал длинный полукруглый стол, остальное явно предназначалось то ли для танцев, то ли для представлений. И люди… Их было много, всяких возрастов, от маленьких до пожилых.

Я заметила того самого мужчину-организатора и нацепила на лицо улыбку. Ему мое красное платье точно не понравилось, но я проигнорировала нахмуренный взгляд, направленный на наряд. Не устраивает, тогда пусть сам надевает те панталоны с игривыми кружевами. А они, между прочим, без этикетки!

Довольно быстро выхватила взглядом цель – парня лет восемнадцати. Он стоял в окружении таких же, как он, а похожий мальчишка помладше крутился под ногами. И все парни такие крепкие, словно будущие богатыри. Качки, что ли?

Пришлось подавить улыбку и прикусить щеку, чтобы не хмыкнуть. У богатых свои причуды, вдруг у этого человека с детства «Золушка» – любимая сказка? И не засыпает бедолага, пока не прочитает про тыкву и блудливого принца, который с умыслом хватал девиц за ноги под предлогом напялить им детскую туфлю. Ведь достаточно было всего лишь услышать голос девушки, с которой танцевал и разговаривал.

Повисшая минутная тишина означала, что внимание приковано к нам и можно начинать. Я не стала рассматривать взрослых мужчин и женщин, хотя хотелось. Успела уловить поблескивающие украшения и белозубые улыбки, заметила любопытство присутствующих. И наряды, несколько необычные, на мой вкус, но вполне в духе Нового года.

Заказчик едва заметно качнул головой, и я расшифровала – пора действовать. Двинулась вперед, сделав несколько шагов навстречу тому крепкому парню, но не дошла до него, чтобы это не выглядело слишком навязчивым. Встала боком к любителю Золушек и произнесла, обращаясь уже ко всем:

– Я приехала в карете. Рады, дети?

– Да! – донеслось веселое в ответ.

– Рады дети. К вам приехала на бал. Меня здесь точно кто-то ждал?

– Да! Ждали! – громко отозвались те, кто помладше.

На мои вполне обычные слова у любителя Золушек от смеха перекосилось лицо. Его дружки не отставали и заржали. Громко, словно молодые жеребцы.

Ха! Не на ту напал. Главный нежданчик еще впереди.

– Веселой музыки каприз, от Золушки для вас сюрприз. Станцуем вместе, не стесняйтесь. Друг друга за руки хватайте, – громко произнесла я и, уняв прокатившуюся по пальцам дрожь, шагнула к объекту заказа.

Улыбка наглеца стала запредельной. Заиграла задорная музыка, а я схватила его за руку и потянула на себя, вытаскивая на танец. От неожиданности лицо весельчака перекосило, а приоткрывшийся рот застыл в странном оскале. На свободной руке у ошалевшего от моей наглости парня повис мальчик, а следом начала образовываться цепочка из желающих водить хоровод. Крутиков в роли крыса-кучера и Павлов помогали, вливаясь в общий поток.

Любитель сказочек попытался вырвать руку, но я вцепилась как клещ. За все уплачено, веселись и танцуй!

Меня было не унять. Отвернувшись от объекта заказа, я как таран перла вперед, намереваясь обвести всю цепочку из людей вокруг елки, потом вокруг стола, а там как пойдет.

– Наш новогодний хоровод оценит каждый, кто придет. На праздник радости и смеха, подарков…

И ведь аккуратно так шла, обходила любопытствующих, даже игнорировала крепкую хватку любителя Золушек. Теперь уже не я за него цеплялась, а он за меня. Однако в какой-то момент, обходя мордатого крепкого старика, не уследила за ситуацией и врезалась в выросшего как из-под земли еще одного участника торжества.

Покачнулась… Незнакомец схватил меня за плечи, совершенно проигнорировав тот факт, что позади меня толпа. А народ как-то сразу притих, ожидая представления.

– Аккуратнее, леди, – произнес брюнет. Уголок его губ дернулся, но сам он продолжал смотреть пытливо. Настороженно, и вместе с тем нельзя было пропустить разгорающийся интерес. Кажется, ко мне принюхивались, но это точно показалось. Чего нельзя было пропустить, так это ощущение опасности, которым меня накрыло.

– Благодарю! – выпалила я и отскочила от незнакомца. От резких движений корона на моей голове накренилась, и пришлось свободной рукой поправить ее.

Остановилась в каком-то шаге от странного парня, чувствуя, что являюсь предметом пристального изучения. Не такого, как совсем недавно, а более глубокого. Коротко стриженный брюнет лет двадцати пяти – тридцати (кто этих качков разберет) не желал уходить с моего пути. Он наклонил голову набок, ожидая моей реакции. Я же попыталась вспомнить, какие слова дальше.

– Герд, это кто? – прямо спросил брюнет, сбив меня с рифмы.

– Не знаю, Дан. На Красную Шапочку не похожа, но платье красное, а сзади вид просто потрясающий. Брат, не ожидал, что она тут будет, – весело ответил тот, ради кого нас сюда позвали.

Вот гаденыши… Сейчас я пожалела о том, что не надела то смешное розовое безобразие, в котором напоминала то ли поросенка, то ли зефир. И брат… Неужели старший – вот этот? Вряд ли. Заказчик бы сразу меня поправил. Да и зачем этому лбу приглашать сказочных персонажей?

– Золушка! – Я натянула улыбку и мысленно пожелала этим двоим заткнуться и не сбивать молодых актеров. Будто случайно качнулась назад, угадав с расстоянием. Каблук попал на ногу тому самому Герду, который тут же зашипел от боли.

Не думала, что лицо стоящего передо мной качка удивленно вытянется. Словно сейчас я сказала какую-то странную глупость. Даже показалось, что Дан потянулся ко мне, но это точно показалось. Зачем?! Я напрочь забыла остальные слова, но топтаться на месте было никак нельзя, поэтому скомандовала:

– За мной! К елке! – С гордым видом таки обогнула застывшего брюнета, заодно утягивая Герда. Ну и имена у них!

Вместо десяти-пятнадцати минут наше выступление затянулось на полчаса. Хоровод был сдобрен стихами и песнями, которые я запевала, а народ подхватывал. Кто-то хохотал, но поддерживал, а кто-то откровенно веселился, не желая нарезать круги по залу.

Герд отцепился почти сразу после столкновения с брюнетом, ему на смену пришла какая-то девочка в голубом платьице. Несколько раз я ловила на себе тяжелый взгляд Дана, но всякий раз пыталась увести народ подальше, игнорируя непонятное пристальное внимание.

При очередном витке вокруг елки Крутиков поймал меня и отцепил от проследовавших дальше гостей.

– Хватит круги наматывать, Максимова. Нам велено уходить отсюда, и как можно скорее, – довольно хмыкнул он, похлопав себя по карману.

Павлов, завидев нас, тоже отцепился от общей массы, и мы все втроем, не сговариваясь, двинулись к карете, которая ждала нас у выхода.

– Здравствуйте, гости дорогие! – послышался густой голос. – Я пришел к вам с Северного полюса. Там много снега, и я прихватил его с собой…

Кажется, нам на смену явился Дед Мороз, и я ускорилась, стремясь не слишком присматриваться к окружающей обстановке. Запах шампанского, мандаринов и вкусной еды щекотал ноздри, и хотелось есть. И все это у меня будет, но чуть позже. Когда попаду в общежитие.

Алекс Павлов решил отыграть свою роль до конца и прицепился на запятках кареты. Я вытребовала у Ромки Крутикова деньги вперед и нырнула в салон. Кучер Крутиков как-то слишком серьезно подошел к своим обязанностям и уселся впереди на козлах. Молча, словно не мы только что заработали по две стипендии. Наверное, гадал, как их потратить, чтобы не делиться с отцом.

Я набросила на плечи пуховик, быстро переобулась. Упаковала туфли в пакет и уселась, ожидая, когда мы проедем этот мрачный то ли тоннель, то ли коридор. Немного было жаль, что сейчас придется ловить такси, ведь цены в эту ночь на них кусаются. Может, попадется автобус, и тогда…

Карета остановилась, и я вдруг поняла, что вокруг царит тишина. Ни звука копыт, ни шуточек парней, которыми они обычно перебрасывались. Напряжение после представления вернулось, и я, вцепившись в сумку и пакет, открыла дверцу…

Темнота была полной, а молчание парней вызывало нешуточную панику. Немного страшно было покидать насиженное место, однако оставаться здесь не вариант. Я нащупала в кармане сумочки смартфон, чтобы воспользоваться фонариком, однако телефон не включился. Со всей этой суетой даже не вспомнила про зарядку.

– Эй, вы где?! – Осторожно вышла…

На этот раз меня привлек шум где-то сбоку, и я двинулась на него, надеясь, что Павлов и Крутиков нарочно от меня спрятались, чтобы напугать. Проявившиеся очертания кирпичной кладки и двери в ней вселили радость, а то ведь даже жарко стало от напряжения. Я толкнула створку, шагнула вперед…

И обомлела, оказавшись у высокой каменной стены. А вокруг крайне подозрительно: травка, цветочки, звезды на небе… Не поняла… Лето, что ли?

Резко обернулась, пытаясь осознать собственную находку, однако ни кареты, ни каких-то дверей или даже намека на них не обнаружила. На всякий случай я прикоснулась рукой к стене, затем пнула ее… Увы, это была не иллюзия, а самая настоящая правда.

Словно насмешкой где-то за стеной раздались выстрелы. Салют получился отменный и длился долго, морозным узором расцветая в небе. И совершенно непонятно, сколько я стояла с открытым ртом и гадала, как мне теперь поступить. А вокруг шумел то ли сад, то ли лес, и даже показалось, что где-то вдалеке смеялись. И исключительно надо мной.

Глава 2
Злата-спасительница

Злата

– Помогите! Помогите! – раздался крик, после которого я, совершенно непонятно зачем, рванула на голос. Ну не смогла я оставить незнакомую женщину без помощи.

Неслась через какие-то низкорослые кусты, попутно отмечая, что это скорее парк, потому что где-то неподалеку появилось освещение. Глаза привыкли к полумраку, и я почти не натыкалась, вовремя перескакивая препятствия. А когда выбежала на дорожку, так и вовсе ускорилась.

А потом я увидела, как прямо под светящимся фонарем какой-то маньяк валяет по траве женщину. Вот гад, нашел к кому приставать!

Подбежала поближе и с размаху что было сил треснула нападавшего сумкой по голове. Закрепила эффект еще и пакетом с туфлями на шпильке.

И тут мужик как-то быстро обмяк, навалившись на потерпевшую. Она замолчала, а я на несколько секунд замерла, не понимая, как поступить. Живые ли они оба?!

К счастью, вскоре ситуация прояснилась.

– Кабан откормленный, – раздалось хриплое, и я бросилась помогать, стаскивать с женщины ушибленного.

Только сейчас до меня дошло, в какой истории я оказалась. Мужика убила, вместо зимы в лето попала. И как, каким образом все случилось?

На всякий случай щипнула себя за ухом, но оказалось, что это не сон.

– Вы… вы кто? – испуганно ахнула незнакомка. Она перевернулась, встала на коленки и отползла от меня на безопасное расстояние.

– Злата Максимова, а вы?

– Я Тафи… Тафилис Южная. – Женщина поднялась и принялась отряхиваться, все еще настороженно на меня посматривая. – Спасибо за помощь. Чем я могу вас отблагодарить? Вы болеете? Мерзнете?

– Нет, – буркнула я, почувствовав неловкость.

Просто эта женщина была одета с иголочки. Разве что ее поваляли немного, да волосы как воронье гнездо. А я так и вовсе выгляжу как гостья с Крайнего Севера. При всем зимнем параде, только без шарфика и шапки.

– Может, накормить вас ужином или денег дать? Сейчас Новый год, все празднуют. Купите себе что-нибудь… полегче.

Денег дать… Ужин. Я загрустила, совершенно не понимая, как ответить. Забег по парку дал о себе знать. От неловкости мне стало жарко, а потому я расстегнула молнию пуховика, стащила его и повесила на руку. Дама наблюдала за мной с интересом, чего не скажешь о нападавшем. Он начал мычать, пытаясь прийти в себя.

Пострадавшая без особого пиетета пнула его в бок, и мужик затих, давая нам возможность продолжить беседу.

– О! Какой наряд, – неожиданно протянула Тафилис, уставившись на мое платье. Глаза ее загорелись. – А ну, покружитесь.

– Зачем? – Я с подозрением уставилась на женщину.

– Я модистка, – сообщила Тафилис, и я почувствовала, что вот он, мой шанс.

Других-то знакомых все равно нет, а куда делись парни, мне неизвестно. Это платье я придумала сама.

– А я…

– Приезжая, – догадливо хмыкнула женщина, но тут же нахмурилась. – Или нет… Одежда теплая, сапоги… Вам холодно?

– Мне жарко. В какой-то степени да, приезжая.

Вздохнула. Рассказывать о себе не хотелось. Я опасалась предвзятого отношения к попаданкам. Мало ли что с ними может произойти. Костер, опыты… Однако действовать в одиночку трудно.

– Понимаю, – прервала мои метания Тафи. – Давайте вызовем стражей, а после поговорим. Должна же я отблагодарить вас за свое спасение.

– Да какое там спасение, – отмахнулась я.

– Злата, это очень серьезно. Я считаю, что меня хотели убить, а мне моя жизнь все-таки важна, – ответила женщина. А посмотрев на меня, добавила: – И экономить на себе я не собираюсь.

Да разве я против? Чужой мир, а меня покормить хотят. Отказываться нельзя, неизвестно, когда придется поесть в следующий раз. В том богатом доме пахло мандаринками и вкусной сдобой, мясом и всем прочим, что наготавливают повара ради празднования. Я же осталась голодной и уже сейчас была не прочь подкрепиться.

К слову сказать, совершенно случайно вспомнился тот момент, когда нас очень срочно попросили покинуть празднование. Сейчас мне виделся в этом особенный смысл.

Во всей этой ситуации мне не давала покоя только одна мысль: придут стражи и начнут допрашивать, что и как. А мой рассказ – это не то, что должны знать посторонние.

Я помахала ладонью себе на лицо, спешно соображая, что предпринять.

– Злата, вам нехорошо? – Женщина по-своему оценила мои движения.

– Немного. Волнуюсь.

– Понимаю. Стражи – это не для слабонервных. Они так рычат, когда берут след, что хочется сразу признаться во всем. Оборотни… – Тафилис мечтательно вздохнула. – Ходячий тестостерон.

Оборотни?!

Громкий свисток прервал нашу познавательную беседу, что было только к лучшему. Сейчас я не могла адекватно думать, и требовался перерыв. Столько всего на мою голову! Будто в сказку попала, но какую-то незнакомую.

– А вот и стражи, – сообщила Тафилис и на всякий случай ткнула туфлей мужика. То ли желала наподдать ему напоследок, то ли привести в чувства.

В ответ маньяк всхрапнул и зачмокал, тем самым нагло поправ мою мысль, что он без сознания.

А по дорожке действительно спешили двое. Высокие и широкоплечие, в серой форме, мне они напомнили накачанных мужчин, которых я видела на том праздновании. Поневоле я прижала к себе свои вещи, завернув пакет с туфлями в пуховик. Кто знает, насколько развита их промышленность. Вдруг одни бумажные кульки или мешочки холщовые?

В голову пришла мысль: может, попросить стражей взять след? Моей кареты и вообще ребят. Однако я не стала так делать. Замолчала, боясь сболтнуть лишнего.

– Капитан Рей Быстров, а это мой помощник Дик Скотт. Что у вас произошло? – спросил один из стражей.

Рей и Дик, честное слово, как собачьи клички. Я прикусила щеку, чтобы промолчать и не выдать себя.

– На меня напали, – заявила Тафилис и пальцем указала на обидчика. – Вот он.

Дик приблизился к Тафи, поводил носом, после чего склонился над спящим.

– Так и есть, капитан. От женщины пахнет этим человеком.

– А еще у нее костюм слегка помят и листочек в волосах. – Я не выдержала и возвела глаза к небу. Поразительная логика, нечего сказать.

И тут поймала на себе заинтересованные взгляды всех троих. Однако испугаться не успела, как получила насмешливое от капитана:

– Это ни о чем не говорит. Уронить женщину могли и вы. И, кстати, как ваше имя?

Упс… Златка, ну почему ты забыла, что молчание – золото?

– Это моя родственница, Златочка. Она приезжая… Очень храбрая девушка! – воскликнула Тафи, отвлекая внимание на себя. – Спасла меня.

Жаль, нет жвачки, я бы ее жевала, вместо того чтобы высказывать все свои предположения.

– Как спасла? – потребовал ответа капитан, в то время как его помощник ловким движением рук ухватил сонного маньяка за шиворот, поднял его и встряхнул. Громкий храп завершился руганью, в которой упоминался драный хвост и двадцать дохлых собак.

Лица стражей стали суровее. А мужик, наконец-то осознав, кто посмел нарушить его сон, буркнул с досадой:

– Мамочки… Меня убьют.

– Чуть позже, – оскалился капитан.

Нехорошо оскалился, даже меня передернуло. Одно порадовало – внимание стражей переключилось на маньяка.

Увы, это длилось недолго. Рей Быстров снова продолжил свой расспрос, который мне очень хотелось назвать допросом свидетеля.

– Так что там со спасением?

– Сумкой по голове. Шла, услышала крик о помощи. Подбежала, и вот…

– Злата – моя дальняя родственница. Мы договорились здесь встретиться, – перебила Тафилис, и я закивала, совершенно согласная с этой затеей. Уцепилась за нее, как за спасательный круг. Неожиданно модистка приняла позу буквы «Ф», прищурилась и с претензией поинтересовалась: – Капитан, а почему вы выспрашиваете? Неужели хотите отпустить этого маньяка? А как же десятки страдающих женщин? Где равноправие и забота?

– Не переживайте, ни в коем случае не отпустим, – поторопился отделаться от женских подозрений Дик Скотт. – Леди, спасибо за бдительность. Если что, мы вас вызовем.

– Думаю, что вызовем, – поддержал капитан, тем самым давая понять, чтобы не радовались раньше времени.

На маньяка нацепили наручники, прикрепили к поводку и в таком виде повели его в участок. Я облегченно выдохнула, глядя, как мужчины удаляются. Не готова я рассказывать всем и каждому, каким образом очутилась здесь. Какое счастье, что гроза пронеслась мимо.

– Ну что, Злата, поговорим? – твердо произнесла Тафилис, тряхнув головой. Несчастный зеленый листик сам слетел с ее головы, но модистка только отмахнулась.

Увы, меня не пронесло.

– Прямо здесь? – Я поежилась. Ночной ветерок коснулся спины, и по телу побежали мурашки.

– Нет, разумеется. Лучше… А лучше у меня. – Тафилис цепким взглядом пробежалась по моему платью. – Какой интересный фасон. И кто модистка, в каком салоне пошито? Не узнаю руку мастера.

– Модель придумала я сама, а сшили в ателье. Далеко отсюда.

– Сама?! Тогда тем более поторопимся! – воскликнула Тафилис, цепко хватая меня за руку. – Сегодня Ночь перемен, и я не собираюсь проводить ее одна. Чувствую, что с вами, Злата Максимова, моя жизнь круто изменится.

Ага… Слов нет, как круто. Моя жизнь час назад так крутанулась, что остается только лавировать, дабы устоять и не упасть на колени. Последнее не про меня, и я всеми силами буду стремиться этого избежать.

Невысокий двухэтажный дом в темное время суток выглядел ухоженным. Яркая вывеска, несколько скромных, но красивых гирлянд. Пока мы добирались сюда, я заметила, что многие дома были наряжены, что указывало на праздник. Где-то вдалеке грохотал салют, разбрызгивая яркие огни по небу. Догадывалась, что это Новый год, только без снега. Как в Австралии.

Я покосилась на торчащие у дома кустики, на клумбу с цветами… Что-то мне подсказывало, что я точно не там и даже не в Африке. Но на всякий случай поинтересовалась:

– Тафилис, а у вас кенгуру водятся?

– А кто это?

– Значит, нет, – протянула я, даже не зная, радоваться или расстраиваться. Про попаданок у нас только малыши не в курсе, но чтобы самой в такое дело вляпаться… Увы, меня никто не спросил, хочу я этого или нет.

Спустя какое-то время мы оказались на кухне. Она располагалась на первом этаже, как и мастерская. На втором жила сама Тафилис Южная. Уютная кухня, живые цветы на окнах. А на одном цветке, очень похожем на елочку, заботливая рука хозяйки нацепила блестящие бантики.

Модистка налила чай, подвинула мне пирожные. Уселась напротив и принялась гонять заварку по чашке. Я решила воспользоваться моментом и поинтересовалась:

– Почему вы шли через парк одна? Время позднее, а вы без компании.

– Я поссорилась с мужчиной. Мы поругались, и я ушла. – Уголок губ Тафи дернулся, словно мой маневр собеседница разгадала без труда. А потом спросила прямо: – Откуда ты, Злата? Это ничего, что я с тобой на «ты» разговариваю? Со мной можно так же, это удобнее.

– Все в порядке. Я… я приезжая.

– Издалека, – кивнула Тафилис. – Я так и думала. А откуда?

Я сделала глоток чая, ковырнула ложечкой пирожное, после чего произнесла:

– Из другого мира. То есть я думаю, что из другого.

– Ты ищешь свою кенгуру? – догадалась модистка.

– Нет, – замотала я головой и улыбнулась, настолько смешно это прозвучало. – Тут иное. Сегодня вечером…

Я рассказала про роль Золушки, про карету и однокурсников. Про то, как очутилась в этом мире, и что услышала саму Тафилис совершенно случайно.

Переживала ли я во время рассказа? Разумеется. Говорила, а сама будто снова участвовала в том хороводе, читала стихи… Взгляд незнакомого парня, его короткие черные волосы – все это отпечаталось в памяти так четко, словно он был для меня крайне важен.

Модистка не перебивала. Она сидела молча, внимательно слушая и делая какие-то только ей ведомые выводы.

– Вот, значит, как… – произнесла хозяйка, когда я замолчала и потянулась к чашке с чаем. – Удивительно. Я слышала про гостей из другого мира, но всегда считала эти истории сказками.

– Я тоже, – пожала я плечами. Мне не стало легче, но я хотя бы почувствовала вкус пирожного, а это уже прогресс.

– А знаешь, Злата, оставайся у меня жить. Есть небольшая свободная комната. Правда, она завалена тканями, но это не проблема. Уберем лишнее, сможешь спокойно разместиться.

– Я так не могу.

– Не отказывайся. Это не бесплатно. Если ты действительно автор этого платья, то я хочу, чтобы ты создавала что-то. Разумеется, не слишком вызывающее.

– То есть мужчина в женских колготках – это моветон, – хихикнула я, чувствуя, как отпускает сжатая пружина. Как окатывает изнутри теплом, а будущее кажется уже не таким непонятным. Все это время я была в напряжении, а сейчас будущее принимало определенные черты. Училась я на архитектурном отделении, однако меня притягивали не только строения, но и одежда.

– И в гольфах тоже, – поддержала модистка. – К слову сказать, сегодня Ночь перемен. Иначе говоря – Новый год. Давай отметим наше знакомство и твою новую жизнь. А потом ты мне расскажешь про эту вашу Золушку.

– Договорились. – Я согласилась, ведь другого варианта попросту не было.

– К слову сказать, у меня тоже грядут большие перемены, – поделилась модистка, когда от бутылки игристого осталась половина.

– Это как-то связано со ссорой с тем человеком? – догадалась я, стоя у окна. Город (а это был именно город) не спал. Праздновал Ночь перемен, и мне было что отметить вместе со всеми.

– С любовником. Бывшим, – озвучила его роль Тафи, хотя я и сама догадывалась. – Мы договорились, что встретим праздник вместе, но я освободилась пораньше и решила сделать Эндрю приятный сюрприз.

– Эндрю? – зацепилась я за имя. – Он оборотень?

– Конь. Но только не думай, что раз он такой, то сидит исключительно на траве.

Вообще-то я именно об этом и подумала. Про превращение человека в коня даже и фантазировать не хотелось. Непонятно, откуда в таком случае берется хвост и прочие атрибуты звериного облика.

– Ты его с кем-то застала? – догадалась я, глядя на нахмуренную модистку.

Тафилис была красавицей: длинные кудрявые локоны, черные ресницы, стройная фигура. И цепкая хватка, которую было не спрятать.

– Хуже, – отмахнулась она, и уголок пухлых губ модистки дрогнул. – Этот похотливый жеребец целовал руку моей конкурентки.

– Так руку же, – недоуменно протянула я, хотя в чем-то я Тафи понимала.

– Эндрю в курсе, что я терпеть ее не могу. А сам за моей спиной общался, и довольно неплохо… В общем, мы поругались.

– А почему он не дал тебе сопровождение или не отвез лично?

Пока мы сюда добирались, я видела кареты. Возможно, богатеи владеют и чем-то побыстрее.

– Решил проучить. Мерзавец.

– Он богат?

– Очень. Но мне его деньги не нужны, если ты об этом.

– Не мое дело, – поспешила я откреститься от предположения.

– Вот и правильно. А сейчас предлагаю идти отдыхать. Вот увидишь, даже в первый день Нового года у нас будут клиенты.

Моя комната оказалась как раз такой, в какой в общежитии нас жило трое. А здесь я занимала все пространство одна. И когда мы с Тафи временно сгрудили рулоны ткани на стол, после чего я приняла душ, комната показалась просторной и уютной. Кровать, стол у окна, стул и шкаф, в котором висели не самые удачные вещи модистки…

К слову, Тафилис без труда подобрала несколько платьев из ее забытых «промахов». Она решила подогнать их под мою фигуру, а я возражать не стала.

Глава 3
Утро Нового года

Злата

Засыпала я тревожно, однако сон быстро настиг меня, но так же быстро закончился. А утром, едва рассвело, я была уже на ногах.

Подошла к окну, чтобы увидеть город при другом освещении… И ахнула. Повсюду лежал снег. Белый, пушистый. Словно какой-то волшебник набросал его за несколько часов, желая таким образом удивить горожан.

Настроение, не слишком хорошее, неожиданно повысилось. Я ведь не на улице осталась. У меня есть крыша над головой и даже комната, какие-то вещи. Естественно, я не собиралась быть нахлебницей, а открывшиеся перспективы заниматься дизайном одежды привлекали. Осталось только понять, что запрещено в этом мире, а что нет.

Мне не терпелось взяться за наброски, но без разрешения Тафилис я постеснялась спускаться в мастерскую и искать бумагу. Возможно, что-то есть и на кухне. Надев халат, отписанный мне модисткой (ерунда, что он весь в бантиках и рюшках, которые при ходьбе задевают пятки), я направилась на кухню. Поставлю себе чайник, подожду Тафи…

– Проснулась? – произнесла модистка. Она сидела за столом и что-то рисовала.

– Ты не спала? – удивилась я, глядя на большое количество набросков, некоторые из них были смяты и валялись на полу.

– Спала, а потом пошел снег, и я проснулась. У нас это чудо лежит день или два, а потом тает. Говорят, если успеешь увидеть, как он падает, то можно загадывать желание, и оно непременно сбудется.

Я бросила взгляд в окно, но, словно нарочно, ни одна корявая снежинка не летела мимо. Полный попадец на всю мою голову.

Хандрить долго я не умела, тем более что намечался завтрак, а это уже плюс.

– Что-то не так? – Я подошла к собеседнице и заглянула в ее наброски. Наряды выглядели милыми и красивыми.

– Не пойму. Сегодня все валится из рук. Проклятый жеребец сбил меня с толку, – пожаловалась Тафи и потерла виски.

– Дай сюда, – попросила я, и модистка протянула мне свой лист.

Алое платье в пол заканчивалось воланами. Те же воланы обрамляли рукава, достающие до локтя. Вырез в форме галочки на груди также не обошелся без этой отделки.

– А что именно не нравится? – поинтересовалась я. На мой взгляд, наряд выглядел бы уместным и в моем мире.

– Да как сказать… Оно облегающее. Опять же – воланы придают игривость. Но чего-то не хватает. В газетах писали: намечается свадьба принца Данияра. Значит, модницы поспешат заказать обновки в надежде, что их тоже пригласят ко двору. Хочется как-то выделиться, чтобы утереть нос конкурентам.

Я кивнула. Понятно, особенно утереть той самой, чью руку вчера слюнявил похотливый жеребец. А насчет платья – это правильно. Готовь сани летом, это актуально всегда и везде. Красивая вещь и не на один праздник.

– А если попробовать сделать так… С запа`хом. – Я провела линию от груди до самого низа и по ней же обозначила волан. После чего нарисовала пояс, который должен быть завязан на талии слева. – Можно запа`х сделать поглубже или провокационнее. Как тебе понравится.

– Злата. – Модистка не дышала все то время, пока я черкала по ее наброску. Она широко улыбнулась, двигая листок к себе. – А мне нравится. Провоцировать не будем, но женщины оценят. И оборотни тоже. Вот не зря мы с тобой вчера встретились!

– Не зря, – согласилась я. – Тафи, а как согреть чайник?

– Щелкни пальцами, – не глядя на меня, произнесла собеседница.

Я посмотрела на обычный чайник, который у нас ставят на плиту. Подняла руку и щелкнула пальцами, совершенно не ожидая, что из носика повалит пар.

– Обалдеть, – отскочила от направленной на меня горячей струи.

– У вас не так? – Тафи оторвалась от рисунка и с интересом уставилась на меня. – Греете на огне?

– Бывает по-всякому. – Я пожала плечами. – Завтракать будешь?

– Надо бы.

От ночных посиделок осталось несколько пирожных и мясо. Поели сытно, а чай с мелиссой заварился именно так, как надо. Потом я сложила все тарелочки и чашки в раковину, но едва успела включить воду, как Тафи хлопнула в ладоши. Из крана полилась вода. Спустя минуту посуда стояла чистая, мне же оставалось только вытереть ее. Чудеса…

– Ты маг? – поинтересовалась я у своей новой знакомой. Вчера она совсем ничего не упоминала. Любопытно.

– Немного владею, – ответила модистка, и я предпочла ее не расспрашивать. Сама все на деле увижу.

Свой собственный наряд я решила вечером постирать, а пока направилась переодеваться. Непонятно, где потеряла корону, но она меня интересовала меньше всего. Гораздо важнее было бы узнать, где сейчас парни. Однако спросить было не у кого. К стражам обращаться не вариант. Однако чувствовала моя пятая точка: мы с оборотнями еще встретимся.

Было интересно, как пройдет мой день. Обычное клетчатое платье было самым подходящим, поэтому я надела его, даже не задумавшись. Счастье, что хотя бы размер ноги у нас с Тафилис совпадал.

Только успела заплести косу, как раздался звук дверного колокольчика. Тафи уже была внизу, и я поспешила туда же. Надеюсь, моя помощь и в этом деле окажется нужной.

Я спускалась по лестнице, когда неизвестная мне посетительница вскликнула:

– Госпожа Тафилис, вы слышали новость?!

– Нет, что-то произошло?

Сердце тревожно забилось, будто эти известия могут коснуться и меня. Вдруг нашлись Павлов и Крутиков?

– Произошло. Говорят, сегодня ночью в королевском замке был переполох. Кого-то искали, но никто не знает кого.

Я прижала руку к груди. Может, однокурсники что-то натворили? Или дело не в нас? Вчера за разговором я даже не выяснила, что за каменная стена, у которой я сама оказалась, и кто за ней живет. И вообще, чтобы все узнать, понадобится не один день. Информация была нужна как воздух, и я намеревалась продолжить расспрашивать Тафи после того, как мы останемся вдвоем.

– Злата, иди к нам! – крикнула Тафи, и мне пришлось выходить из укрытия. Спустилась, завернула за угол и оказалась в мастерской.

Мастерская представляла собой просторное помещение. Ткани на полках, несколько манекенов, на одном было надето что-то очень пышное и желтое, напомнившее кружевного цыпленка. Небольшая ширма, за которой дама могла без стеснения переодеться. Диванчик, стулья.

Все выглядело очень даже классно. Понятно, что я не в курсе, насколько это привлекательно для потенциальных клиентов, но мне понравилось. Здесь не пахло антуражем по необходимости, все было прилично и уместно. Те, кому надлежало ждать своей очереди, могли посидеть в коридоре на таком же мягком диванчике. Столик, стопка журналов в помощь клиенткам.

– Злата? Госпожа Тафилис, вы наняли швею? – поинтересовалась женщина. Ей оказалась плечистая молодая особа лет тридцати.

– Помощницу, – поправила Тафи, тут же ловко переведя тему: – Так что вы хотите, госпожа Лора? Платье, костюм для верховой езды?..

– Платье, а костюм мне ни к чему, – отмахнулась дама, и обе женщины рассмеялись, словно то была хорошая шутка.

Я пригляделась к фигуре посетительницы. Стройная, крепкая. Да, плечи и руки развиты, но и жиром не заплыла. Оборотень, что ли? Бегает на лапах и в верховой езде не нуждается?

– А что хотите? Вечернее платье или…

– Вечернее, но без вот этого. – Посетительница показала на рукава-фонарики. – У меня руки и свои имеются.

– Хотите мужчину поразить или просто понравиться? – продолжила расспрашивать модистка.

– Первое, – заявила посетительница и рассмеялась. – Вдруг на празднике и я найду какого-нибудь жениха?

– Все возможно, народа приедет много, – подхватила Тафи, после чего обратилась ко мне: – Злата, принеси тот набросок. Если госпожа Лора решит, что оно ей подходит, тогда будем действовать дальше.

Обернулась я быстро и сразу же отдала наш совместный набросок Тафилис. Госпожа Лора впилась взглядом в рисунок, перебегая с одной детали на другую.

– Я готова попробовать. Только вот здесь нельзя ли побольше вырез? Как можно больше. – Указательный палец молодой женщины потыкал в горловину наброска.

– Госпожа Лора… – Тафилис хитро усмехнулась. – Мы сделаем все, что скажете. Только определитесь, чего именно вам хочется: выйти замуж или достаточно пары встреч.

Я восхитилась своей новой знакомой. Ну и лиса. А ведь другая бы сказала: вульгарно, при всей стройности ваш бюст днем с огнем не сыщешь, а хотите этот факт подчеркнуть глубоким декольте.

– Замуж, но при чем здесь это?

Я не удержалась:

– Чем больше недосказанности, тем сильнее мужчина подключает фантазию.

– Да? – Посетительница глянула на меня с недоверием. – А мне казалось, покажи товар лицом – и будет вам счастье. Я за честность с самого начала отношений.

Я прикусила язык, понимая, что вот сейчас лучше промолчать.

– Все так, госпожа Лора, – подхватила Тафилис. – Просто иногда мужчинам нужна мечта. Летящая. Манящая… Пусть вздыхают о той, что рядом, а не о ее подруге, одетой в закрытый наглухо наряд.

Заказчица задумалась, и хорошо, что ненадолго. Лицо женщины просветлело, и она кивнула:

– Делайте как сказали, но запах внизу поплотнее к телу. У меня ноги ровные, можно не прятать.

Мы с Тафи слаженно кивнули, не смея больше перечить заказчице. Сделали все, что могли, а дальше она должна действовать сама.

– Давайте определимся с цветом, – продолжила модистка.

– Что-нибудь красивое, – отозвалась посетительница и почему-то посмотрела на меня.

– Алое? – предложила я и бросилась за альбомом с образцами ткани. Нужный лоскуток нашелся очень быстро.

– Идет, – согласилась госпожа Лора.

А потом началось настоящее чудо. Тафилис заперла двери, госпожа Лора разделась и встала на предложенный помост, скрывавшийся за ширмой. На полках у стены рядами лежало много отрезов ткани. Я нашла нужный и передала его модистке. Думала, что сейчас Тафи возьмет прототип нашей сантиметровой ленты, снимет мерки с клиентки, только не угадала. Совсем не угадала.

Тафилис Южная оказалась мастерицей, о каких я даже не слышала. Она подкинула лоскут, который расправился прямо в воздухе. После чего ткань облепила госпожу Лору как вторая кожа. Клиентка замерла и втянула и без того ровный живот.

– Продолжаем? – поинтересовалась модистка.

– Да! Творите! – с благоговением прошептала посетительница.

– Только прошу: не дергайтесь. Совсем, – приказала модистка, и чудо продолжилось.

Тафилис взмахнула руками. А ножницы ловко орудовали, кромсая лоскут так, словно помогал кто-то невидимый. Иглы и нитки шили сами по себе, причем с такой скоростью, что я и устать не успела. Все стояла и смотрела, ожидая, когда же хоть одна игла кольнет застывшую клиентку. Однако когда последний стежок лег на шелк, после чего щелкнули ножницы, отрезая нить, мастерица опустила руки.

Я замерла в восхищении, а клиентка…

– Пожалуй, я подумаю. Замуж или на раз… – Она игриво дернула запахом, и волан на подоле затрепетал, словно волна.

– Ваше право, – отозвалась Тафилис. Я видела, как подрагивали ее руки, и решила взять это на контроль. – Так что там с поисками в замке?

Да-да, нам это очень любопытно.

– Принц Данияр как с ума сошел. Говорят, искал какую-то девушку, а ведь все знают, что скоро произойдет, – понизив голос, сообщила клиентка.

Довольная, она расплатилась. Забрала платье и ушла, наверняка строя планы на будущее.

Едва за женщиной закрылась дверь, я повернулась к Тафи и произнесла:

– Сейчас мы идем на кухню. Ты обязательно что-нибудь съешь, а после расскажешь, что именно случится в замке.

– Почему это тебя так интересует? – прищурилась модистка.

– То есть насчет перекуса ты не возражаешь, – хмыкнула я. – Может, мне интересно. А то все в курсе, а я нет.

Я сама заставила чайник вскипятиться. Быстро сделала нам бутерброды, положила их на тарелку и подтолкнула посуду к Тафилис. Ее руки почти не дрожали, но это не означало, что молодая женщина полностью восстановилась. Я не позволила проявиться любопытству сразу, лишь когда модистка выпила половину чашки чая и съела первый бутерброд.

– Тафи, эта женщина… Она оборотень?

– Оборотень. Собака. Как догадалась?

– Руки плечистые, а сама стройная. А еще носом водила, когда я подошла.

– Все так. Вижу, не только это тебя интересует? – Снова хитрый прищур глаз, означавший, что меня тоже не минует участь расспросов.

– Что происходит во дворце и почему все придают этому большое значение? Мне кажется, весь город живет этим событием.

– Злата, оно для тебя важно?

– Как может быть важным то, о чем не знаешь? – удивилась я и попросила: – Расскажи о том, кто вами правит. Король с принцем или император. Президент или какой-нибудь генеральный секретарь. Дума бояр или народное вече, – начала я перечислять все, что когда-то проходили по истории.

– Стоп, стоп, – замахала руками Тафилис. – Все поняла, не надо лишних незнакомых слов. Слушай меня, Злата. А то наговоришь с три игольницы, а я и не запомню.

Модистка откинулась на спинку стула, а затем подумала и потянулась за конфетой. Развернула ее, зачем-то пошелестела оберткой, а после снова закрутила.

– Родеоном правит Данияр Родеонский. Родеон – это королевство с одноименной столицей. Неподалеку от того места, где мы с тобой встретились, расположена стена монаршего замка. Короля и королевы в живых нет, но осталось трое сыновей. До недавнего времени Родеоном правил Совет. Сейчас принцу двадцать пять, и ровно год назад власть от Совета перешла к нему.

– Как у вас все правильно, – вставила я, когда Тафи потянулась за чашкой.

– Не думаю. – Собеседница пожала плечами. – Кому охота расставаться с возможностью управлять, влиять на решения принца? Но это уже не наше дело. Настало время для принца избрать себе невесту, и на днях в замок должны прибыть две делегации. Если я правильно понимаю, девушки приедут вместе с переговорщиками. Каждая из них метит на роль будущей королевы.

– То есть принц выберет девицу, потом женится. А у нас будут заказы. Хорошо. – Я потерла руки. Наличие клиентов позволит нам с Тафилис неплохо просуществовать. Уж я что-нибудь придумаю. Мне не терпелось приступить к делам прямо сейчас, но приходилось подчиняться обстоятельствам.

– Очень, – согласилась Тафи. – А теперь расскажи мне подробнее про тот праздник, после которого тебя занесло к нам.

Сейчас я уже немного успокоилась и могла систематизировать события, не скатываясь в эмоции. Это ночью мой рассказ был не слишком хорош. Сейчас – другое дело!

Я в красках описала и наряд, и карету. Не забыла про банкетный зал со множеством гостей. Особенно упомянула про того парня лет восемнадцати, который смеялся при виде меня, а в результате был вынужден выплясывать вместе со всеми.

Когда разговор дошел до встречи с широкоплечим брюнетом, преградившим мне путь, Тафи попросила остановить рассказ. Она принесла газету и развернула ее перед моим носом так, что скрылся не только заголовок, но и текст:

– Кто-нибудь из них тебе напоминает тех людей с праздника?

– Он… И он… – Я ткнула пальцем в коротко стриженного брюнета, за плечом которого торчала голова моего резвого танцора.

– Ты уверена? – спросила Южная.

– Вполне. А тот, что за плечом, еще ржал как конь, когда я читала стихи.

– Он не конь. – Тафи отогнула верх газеты, и я прочитала: «Принц Данияр Родеонский и принц Гердослав посетили…»

– И кто они? – Я затаила дыхание, уже догадываясь, что ответит Тафилис. Про коня слышала, собаку видела.

– Оборотни. Волки. Но не обычные, а наделенные магией, оттого и правят Родеоном много веков, – сообщила модистка.

Какой кошмар! Я схватила одного из них за руку, а во второго врезалась. Наверное, братья встретились, пообщались и решили меня найти. Чтобы… съесть?!

– Тафи, они не людоеды? Понимаю, глупость, но мало ли…

– Нет, каннибализм и поедание себе подобных у нас запрещены, – решительно ответила Тафилис. Она не смеялась, и это меня настораживало. – Одного не понимаю: почему тебя искали. Может, ты чем-то оскорбила принца? Прошлась ему по ногам, назвала как-нибудь…

– Вслух – нет. А мысленно могла, – повинилась я, не уверенная в собственном признании.

– Возможно, ты кого-то из них заинтересовала, но чтобы об этом узнали за замковыми стенами, да так быстро… Впервые о подобном слышу, – делала свои выводы Тафилис, мне же стало как-то нехорошо.

Я даже икнула, заработав внимательный взгляд собеседницы.

– И что теперь? У них же свадьба. А если упадут продажи? – Мои предположения сыпались как горох.

– Он принц, а у них обязательства, – задумчиво протянула Тафилис. – В любом случае после свадьбы наверняка будет спад. Так что нам нужно готовить что-нибудь новое и привлекательное. У тебя есть идеи?

– Будут! – пообещала я, посмотрев в окно.

Утро было солнечным, но все за час переменилось. Снег сыпал не переставая, дневного освещения уже не хватало. Снова горожане включили свои огоньки, а мне захотелось прогуляться по Родеону, посмотреть на замок, но исключительно со стороны. И никаких банкетных залов. До сих пор не пойму, как нас угораздило в него попасть.

Тафилис присоединилась ко мне, и какое-то время мы стояли рядом, наблюдая за снежной круговертью из-за тюля.

– И погода странная, – заметила модистка.

– В смысле? – не поняла я. Снег как снег.

– Обычно снег лежит, но не слишком долго. А сейчас он как будто не собирается таять. Может, твое появление как-то связано с этим?

– Не знаю. У нас и магии-то нет, не то чтобы погодой управлять.

– Нет, говоришь? А если проверить? Ведь зачем-то ты тут появилась.

– Пустое дело, – усмехнулась я. – Хотя и не откажусь.

– Ладно, есть у меня знакомый маг, попробуем…

Что именно решила попробовать Тафи, она не договорила. Все дело в том, что прямо перед домом остановилась карета. Черная как вороново крыло. И из нее вышел высокий мужчина, лицо которого мне не удалось рассмотреть.

– Вот же… – прошипела Тафилис и вцепилась рукой в подоконник. – Явился. Ни стыда ни совести.

– Жеребец? – догадалась я, пытаясь сквозь тюль рассмотреть того, кто посмел обидеть женщину. Мужчина мне заочно не нравился, а сейчас неприятие только усилилось.

– Он самый. Когда станет мерином, я первая похохочу. Пошли, нам нужно работать. – Тафилис негодовала, а от этого движения ее становились несколько нервными. В таком состоянии обидчика можно и огреть чем-нибудь, и послать туда, куда Макар телят не гонял.

Глава 4
Неприятнейший сюрприз

Злата

Звук дверного колокольчика показался мне нетерпеливым. Тафи направилась навстречу жеребцу (для меня он теперь только жеребец), а я осталась прибрать на кухне. Без помощи магии намыла тарелку и чашки, стерла со стола.

Решив, что для первых минут встречи этим двоим достаточно, отправилась трудиться. На всякий случай прихватила с собой блокнот и карандаш, которые мне выделила Тафилис. Мало ли где придет идея, а тут сразу можно зарисовать. И ничего не забуду.

Чувствовала ли я себя человеком, которого используют ради выгоды? Нет и нет. Мы подружились, а рука помощи самой модистки оказалась бесценной.

А когда я спускалась по лестнице, ступала тихо, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

До самого помещения мастерской остался какой-то шаг, когда до меня донеслось:

– И как ты думаешь существовать с таким характером? Не боишься, что скоро ни один клиент к тебе не обратится? – Мужской голос неприятно резанул, а слова, сказанные им, звучали вовсе не по-дружески. В них сквозила неприкрытая угроза.

Я насторожилась, ощущая смутное беспокойство.

– Не ваше дело, лорд Эндрю, – отрезала рассерженная модистка.

Я представила ее злющей кошкой, готовой выцарапать глаза наглому гостю. Даже неудобно стало, что сейчас мне нужно вклиниться в их разговор. С одной стороны – лучше не мешать. Но с другой, а кто сказал, что это лучше? Ведь Тафи не предупредила насчет того, что им нужно поговорить с глазу на глаз. Наоборот, звала меня поработать.

– Не мое, но подумай, Тафилис… – В голосе мужчины проскользнули бархатные нотки. Жеребец-искуситель – это такое чудо природы, что обхохочешься. И странное дело, голос лорда показался мне знакомым.

И тут я взяла и споткнулась. Удержалась за стену, а блокнотик-предатель выпал из кармана. Причем так, что взять его незамеченной не выйдет.

– Ты не одна? – немедленно поинтересовался мужчина.

– С помощницей, – ответила Тафи. А потом крикнула, явно обращаясь ко мне: – Злата, иди работай, ты нам не мешаешь! Уложи отрезы.

Не знаю, может быть, кого-то задел бы приказ, но меня совершенно нет. Стоять пнем и слушать этих двоих было как-то невесело. Похоже, модистка сказала все, что надо, и дальнейший разговор был ей в тягость. И срочно потребовалась группа поддержки.

Настал мой выход, вот только блокнотик заберу. Я присела, вытянула руку, представляя, как они видят мою шарящую по полу конечность. Прыгучий блокнот все никак не находился, и мне пришлось выглянуть из-за угла. Естественно, взглянула на присутствующих, особенно на жеребца.

Мамочки… И он здесь. Мужчина-заказчик, пригласивший артистов на новогодний праздник.

Первой моей реакцией было подскочить к нему, схватить за шею и потрясти. А второй…

Жеребец отвернулся, явно не узнав меня в другом наряде и без макияжа. Эта реакция мужчины привела меня в чувство. Да ведь так даже лучше!

Я быстро схватила вертлявую вещицу, поздоровалась, извинилась и направилась к полкам. Тафилис бросила на меня короткий взгляд, а потом переключила свое внимание на лорда Эндрю.

Как хорошо, что выполнять задание пришлось стоя спиной к посетителю! Мне очень и очень хотелось обернуться, чтобы окончательно выяснить – это заказчик или все-таки не он.

Рисковать не стала. Принялась укладывать тряпки так, как они не лежали до этого. Не подряд друг над другом, а по цветам, чтобы видеть, какие оттенки в наличии, а чего нам не хватает.

– Ты разбогатела, наняла помощницу? – возобновил разговор мужчина.

Я не поняла, издевался он над Тафилис Южной или нет. Однако даже спиной чувствовала взгляд. Чужой, изучающий и крайне мерзкий.

– Злата – моя дальняя родня, неделю назад приехала меня навестить, – сообщила Тафи, тем самым расширив время моего пребывания.

Даже приятно стало, и внутренним чутьем я поняла: так будет лучше.

– Да? Тоже неплохо, сэкономишь на прислуге. Ты ведь все равно хотела кого-нибудь нанять. – Мужчина словно потерял ко мне интерес.

Печь между лопаток перестало, но все равно я не поворачивалась полностью, всячески избегая подобных движений. Слова лорда Эндрю… Как хотите, но у меня сложилось впечатление, что я для него как мебель. И сказанное наверняка должно было уколоть нас обеих, ведь прислуге платят, а на родне можно сэкономить. Тарелка супа, каши, и этого достаточно.

Только всего этого между нами с Тафи не было, хотя модистка действительно предоставила мне крышу над головой и съеденного не считала. Я искренне радовалась придуманному родству с Тафилис и была благодарна за эту ложь. А насчет денег – разберемся. Я меньше суток в Родеоне, а уже столько всего произошло.

– Лорд Эндрю, вы хотите сделать заказ?

– Даже не собирался, Тафилис. Впрочем… Пожалуй, закажу у тебя рубашку. Белый шелк имеется?

Я было обрадовалась, что недовольный клиент сейчас уйдет. Однако оказалось, что этот лорд, который целый конь Эндрю, решил задержаться. Жаль, лучше бы ускакал, мне бы спокойнее стало.

– Разумеется, – ответила Тафи.

Я подумала, что ей визит этого господина тоже не в радость, но тогда почему она не укажет ему на дверь? Вывод только один – он очень важный клиент, а то, что я встретила его в замке, рядом с принцами, только подтверждало мои наблюдения. Особа, приближенная к монарху, – это вам не прыщ на носу. И испортить репутацию он тоже может. Я даже не сомневалась, что у мужика препоганый характер.

– Приготовьтесь, сейчас буду снимать мерки, – заявила модистка. Глаза ее сверкнули, словно она что-то задумала. Взяла сантиметр, потом подхватила игольницу с кучей булавок.

– Прямо здесь? – поинтересовался конь и обернулся вокруг, будто для него должны были припасти особые подмостки, и непременно золоченые. После этого он та-а-ак глянул на Тафи, что захотелось выругаться. Словно она предложила ему что-то неприличное. Намекала без стеснения.

Жеребец с самомнением решил, что модистка его простила.

– Если хотите делать заказ у меня, то да. – Тафилис улыбнулась профессиональным оскалом.

Мне пришла в голову мысль, что если эти двое и дальше будут общаться, то придется уронить тщательно возводимую стопочку отрезов. Я опасалась внимания лорда, а как ускользнуть и не знала.

Мужчина промолчал, словно раздумывая, стоит ли обнажаться перед какой-то модисткой и ее помощницей. А потом послышался спасительный дверной звонок.

– Злата, открой, – велела Тафилис, и я поспешила покинуть помещение мастерской.

И все то время, пока я проходила мимо, мужчина молчал, бросая на меня подозрительные взгляды. Сердце замирало и падало в пятки, однако, стоило очутиться в коридоре, стало легче. И как можно с таким встречаться?

Я порадовалась, что ушла от тех двоих, но тут в голову пришла другая мысль: почему названивают в дверь? Ведь конь как-то зашел. Или же он решил остаться наедине с модисткой, заперся, а тут родственница помешала. Вот и рассматривал меня мужик как неприятное недоразумение.

Как я и предположила, дверной замок не пускал посетителя. Визитером оказался вчерашний страж – капитан Рей Быстров, и выглядел он все так же устрашающе. Я даже вздрогнула, когда заметила за порогом его, а не кого-то другого. На секунду растерялась, а потом решила, что страж – это лучше, чем лорд Эндрю, и отошла, пропуская мужчину.

– Что-то случилось? – поинтересовалась вежливо.

– И вам здравствуйте, Злата как-вас-там, – произнес Рей Быстров.

Я сделала вид, что не расслышала иронии в словах посетителя. Подумаешь, фамилию мою не спросил. А вот незачем она ему. Пусть своей пользуется.

– Вы пришли с какими-то результатами?

– А где ваша родственница? Кстати, какое у вас родство? – Прищур глаз вервольфа показался мне слишком хитрым. Да и сам он не походил на милого собеседника, скорее на того, кто оттяпает полруки в случае надобности.

– Мы очень дальние родственники, но дружим. Так что вас сюда привело? – Я попыталась сменить тему, но капитан был не менее упрям.

– Злата, у нападавшего на голове обширная гематома, и он подал встречный иск. Хотелось бы уточнить, чем именно вы его ударили…

Я уставилась в пол и мысленно выругалась. Бюрократ хвостатый.

– Туфлями. Наверное, случайно вышло каблуком.

– Случайно, – ухмыльнулся оборотень.

– Думаете, что, придуши он Тафилис или сделай еще что-то гораздо хуже, справедливости в мире стало бы больше?

Мы мерились взглядами, а я понимала, что медленно закипаю. И непонятно, что ему надо. Может, денег хочет? Вряд ли просто так мимо шел.

Тафи вчера говорила, что среди стражей много вервольфов. Оскал у этого волчий. Наглый такой.

– Злата, кто там? – послышался голос Тафи, и я перевела дух. Если она разговаривает, то, получается, жеребец отказался раздеваться? Значит, они и без меня не помирились. Несмотря на все сложности, я порадовалась этому факту.

– Это к нам. Вчерашний знакомый.

Честно говоря, не хотелось при жеребце рассказывать, кто именно пришел, хотя мужчину в форме стража сложно спутать с булочником.

Вервольф посмотрел на меня заинтересованно, а потом послышались шаги. Четкие, уверенные и немного тяжелые. Словно идущий каждым своим шагом указывал на непростое положение и поганый характер.

Мы повернулись на звук, наблюдая, как из мастерской показался лорд Эндрю. Он остро взглянул на стража, а потом прошел мимо нас, полоснув по мне нечитаемым взглядом. Я поневоле поежилась, будто предчувствуя, что мы еще встретимся с этим лордом, но показывать свой настрой не стала.

– Капитан, какая удача, что вы пришли! – воскликнула Тафи, сбив меня с толку. Я даже соскучиться по любопытным стражам не успела, а она сказала про удачу. Разве что мерин ускачет быстрее.

– К вашим услугам, – тут же отозвался капитан.

Зря они начали разговор, пока лорд не ушел. Конь уже был около двери, но прекрасно расслышал каждое слово. Остановился, словно что-то вспомнил, после чего произнес:

– Мне все равно, кто из вас привезет мой заказ. Главное, чтобы не позднее завтрашнего утра.

– Как скажете, лорд, – произнесла Тафилис.

Не знаю, как Тафи, а я злилась. Лорд конь снова указал нам наше место, хотя в доставке товара не было ничего позорного. И все же в данном случае слова жеребца звучали приказом и ничем иным. Неудивительно, что он не женат, хотя вон в волосах седина. При таком-то мерзком характере не каждая замуж за него пойдет.

Оборотень наблюдал, рассматривая то этих двоих, то меня, то каждого в отдельности. И виделся в этом не слишком хороший знак. Даже захотелось указать ему на дверь, однако я промолчала.

– Вы что-то тут забыли? – разрушила наше молчание модистка.

– Да, забыл. Вы вчера обронили вот это, – сообщил страж.

Он достал из кармана носок, который я вчера умудрилась обронить. Второй остался вместе с туфлями в пакете, которым я колотила маньяка.

Вообще-то я намеревалась надеть носки в сапоги, чтобы подольше сохранить капроновые колготки. Последние имеют свойство постоянно рваться в районе большого пальца. Вернуться к своим на праздник в таком виде – катастрофа! Но переодеваться было особо некогда, и я сунула носки в пакет с туфлями, решив, что потом разберусь. И вот теперь моя вещь провокационно болталась в руке стража.

– Капитан, это ваше? – удивленно спросила Тафи, глядя на рисунок на резинке. Очаровательная морда Китти никак не вязалась с брутальным вервольфом. – Какие у вас… нестандартные предпочтения.

Оборотень уставился на тряпочку с недоумением. А потом затряс головой:

– Вы не так поняли! Это вещь вашей родственницы.

И вот как быть? Отнекиваться? А у него нюх и какие-нибудь сногсшибательные аргументы.

– Надеюсь, вы не мерили его. – Я протянула руку и забрала свою вещь. – Спасибо большое! Он выпал, пока я заступалась за Тафи. Хотела второй выкинуть, но вы спасли мои носки.

На лице оборотня мелькнуло разочарование, словно я взяла и уничтожила какую-то гипотезу, в которой гематомы у маньяка появились не от туфли, а от носка. Но Тафилис, большая умница, поинтересовалась:

– Капитан, а вы на чем к нам приехали?

– Верхом, – сообщил страж. – А в чем дело?

– Мне нужно попасть к лорду Эндрю Сорелю. А погода не из лучших. Подбросите?

– Вы правы, – согласился капитан. – В такую погоду порядочный человек и кота на улицу не выгонит. Но ведь лорд только что сам здесь был.

– Вы слышали, какое пожелание высказал клиент. И у меня совершенно нет намерения опаздывать, – сообщила Тафи, глядя в глаза вервольфу. – А на улице холодно. Снегу пора бы растаять, но он пока это делать не собирается.

Промелькнула мыслишка, а можно ли долго смотреть в глаза капитану. Помнится, некоторые животные воспринимают это угрозой. А что насчет оборотней?

– Хорошо, я как раз еду мимо дома лорда…

– И вы захватите ему рубашку? Спасибо! – воскликнула Тафи.

Я прикусила щеку. Кажется, кто-то прет напролом, как танк, стремясь избежать свидания с жеребцом. Хотя я бы тоже радовалась, уж слишком лорд неприятен.

От такой наглости капитан опешил, но у него и своей наглости было много. Поэтому прозвучало несколько резкое:

– Я похож на посыльного?

Ну вот, а ведь действительно хотелось послать.

– Нет, что вы! – тут же пошла на попятный Тафи. Кажется, общение с конем вывело ее из себя больше, чем она пыталась показать. – А что это я все не о том! Капитан, вы пришли из-за милой вещички Златы?

– Не совсем. У меня дело неподалеку, а к вам решил зайти. Разыскивается девушка, я зашел узнать, вдруг вы ее встречали или лично знакомы.

Рей Быстров извлек из-за пазухи листок, на котором было что-то написано.

– Темные длинные волосы, глаза голубые, нос прямой. Одета в алое платье, на ногах туфли на высоком каблуке. Очень энергичная.

Капитан перечислял, а у меня сердце сжималось от нехорошего предчувствия. А когда он дошел до платья, так и вовсе в горле запершило, и я с трудом сглотнула, пытаясь при этом не выглядеть как красный рак с вытаращенными от удивления глазами.

– Нет, не встречала, – соврала Тафи и даже глазом не моргнула. – Злата, ты такую не знаешь?

– Нет, а кто это? – Я уставилась на Быстрова, надеясь, что он не слышит, как мое сердце стучится о ребра.

Глава 5
Девица сбежала

Данияр Родеонский

– Через десять минут вернусь. Жди. – Данияр махнул рукой главе тайной канцелярии, а сам отправился в зал, чтобы удостовериться: братья празднуют, и все в порядке.

Насчет мелкого Дан не сомневался, что Вертислав ждет от него новогодний подарок, а сейчас просто рад присутствовать на торжестве. А вот средний брат, Гердослав, может что-нибудь выкинуть. Горячая кровь и возраст иногда играют с оборотнями шутки посерьезнее, чем с людьми.

Веселье, гости… Ежегодный праздник в кругу придворных – это не то, что нравилось Данияру. Когда-то да, но не теперь. Вместо того чтобы порадоваться и расслабиться, принц то и дело выхватывал взглядом приближенных… И членов Совета, стычки с которыми становились все чаще. Вот что значит отстранить от власти тех, кто отчаянно за нее цеплялся.

В зале царила странная суета. Несколько десятков гостей двигались змейкой, радостно следуя за незнакомой девицей с подозрительной короной на голове. Эта особа (явно из приглашенных артистов) читала стихи, а гости всех возрастов радостно следовали за ней.

Дан с удивлением обнаружил брата, цепляющегося за ведущую, при этом Герд так забавно ухмылялся, что Данияр посчитал своим долгом вмешаться. Понять, что он задумал.

Однако не успел старший принц сделать и шага, как раздалось:

– Мой принц, как вам вечер? – Голос лорда Эндрю Сореля трудно было спутать с каким-то другим.

Данияр Родеонский удержался от ухмылки. Сорель, как вертлявый уж, обходил скользкий момент, так обращаясь к прямому потомку умершего монарха. В ближайшее время в замок прибудут две принцессы из соседних государств, и Дану предстоит выбрать одну из них в жены. После чего последует свадьба и тут же – коронация, а значит, обращение к нему изменится. Уже не «принц» и не «ваше высочество», а только «король» или «ваше величество». Сорелю это как серпом по всему ценному, потому как власти станет еще меньше. Если быть точным – вообще ничего не останется, Дан не позволит.

Столько времени лорд Эндрю вместе с Советом «оберегал и опекал» оставшихся без родителей принцев, что теперь не желал отпускать поводья правления. Данияра просто распирало от желания рассмеяться, ведь он сумел добиться своего. Осталось только укрепить собственную власть, заручившись поддержкой соседних монархов, отправивших с делегацией дочерей.

– Что это за балаган? – Дан указал на скачущую толпу. От начала празднования прошло не так много времени, а народ носился по залу словно кони.

– Артисты. – Улыбка лорда Сореля обнажила крупные белые зубы. Конь и есть. – Детям нравится.

– Я заметил, – произнес Данияр, наблюдая за Гердославом и Вертиславом. А еще за девчонкой, которая неслась впереди этого веселого новогоднего безобразия. Кто она такая, откуда взялась?

Вервольф двинулся к выходу, потому как помнил, что обещал встретиться с главой тайной канцелярии. И как-то так получилось, что, обогнув очередную компанию аристократов и перекинувшись кое с кем парой фраз, принц Данияр едва не столкнулся с той самой девицей-артисткой, которая сейчас неслась на него вместе со всей хороводной толпой.

Он хотел отойти, а потом взял и передумал. Принц он или кто?! И что артисточка в короне предпримет, когда поймет, кто именно стоит перед ней? Даже стало любопытно: склонится в учтивом поклоне или изобразит что-то более изящное?

Девица Данияра удивила, потому как она вообще не присела. Не нагнула головы и даже рта не раскрыла, чтобы поздороваться. Забавнее всего – она едва не врезалась в него!

Пришлось помочь девушке не упасть. Вервольф позволил себе прикоснуться к девчонке, и ладони словно обожгло, настолько горячей показалась ее кожа. И тут же, практически сразу, артисточка отпрыгнула, будто ее ударило заклинанием или ужалило.

Нет, синеглазка не выглядела испуганной. Скорее озадаченной, словно она понятия не имела, кто перед ней, но он точно мешал.

Это было… весело и странно.

А потом она назвала свое имя, и принц от неожиданности едва не присел, потому что такого имени не существовало. То есть оно было, но исключительно в сказке, которую сам Дан не слышал очень давно. Когда-то матушка читала ее старшему сыну, которому страшно нравилась тема превращений. Из тыквы в карету, из крысы в кучера. Из мышей в коней.

В то, что из обычной чумазой девчонки Золушки получится настоящая принцесса, вервольф не особо верил. И именно так считал и сейчас, потому как мало надеть на голову корону, надо еще суметь достойно удержать ее.

Имя Золушка отдавало чем-то нереальным, однако Дан быстро пришел в себя, пытаясь понять, что еще его зацепило в этой девчонке. Строптивая, с характером, но ведь это не то, чем его самого можно поразить.

Оборотень осторожно потянулся к девушке, чтобы аккуратно ее обнюхать и сделать правильный вывод. Только артисточка не желала стоять на месте. Она нарочно прошлась по ноге Гердослава, а потом продолжила свой странный хоровод, выкрикивая стишки.

Чудная особа, потому и вызвала у Дана интерес. Возможно, все дело было в ее непривычном поведении. Как правило, женщины и девушки пытались обратить на себя его внимание. А здесь совсем иной расклад.

– Мой принц, вы были на центральной площади? Видели елку, установленную для горожан на деньги казны? – поинтересовался Сорель в тот самый момент, когда Дан наблюдал за подозрительно довольным лицом братца.

Пожалуй, нужно распорядиться проследить за Гердом, а то как бы принц не позволил себе лишнего. Девицы сами вешались на оборотней, но конкретно в этом случае Данияр был против. Нечего вести себя как молодняк, пусть воспитывает силу воли и контроль. Даже в разгар праздника, когда хочется позволить себе обнять девушку и почувствовать ее запах.

– Лорд Сорель, я помню, на что выделил деньги. В то время как еще недавно Совет устанавливал одноразовый сбор с горожан.

Данияр взглянул на оборотня так, что тот сжал губы, но не ушел. Продолжил стоять рядом, пытаясь найти какой-то аргумент в свою пользу, а он все не находился.

Ждать ответа принц не стал, а направился к главе тайной канцелярии. Хотелось взглянуть на его доклад, а заодно распорядиться насчет Герда. Пожалуй, завтра с самого утра следует разбудить его, чтобы проехал по центральным улицам вместе с патрулем. Пусть народ видит, что средний из принцев тоже при деле, а не скачет всю ночь и не развлекается до самого утра.

Марк Воронов, он же глава тайной канцелярии, дожидался принца там же, где они встретились еще совсем недавно. Дан приказал главе следовать за ним в кабинет. И только там, за плотно закрытыми дверями и наложенным на них заклинанием от прослушивания, поинтересовался:

– Что скажешь? Есть новости? – Принц остановился перед Вороновым, который занял пост главы тайной канцелярии совсем недавно. На следующий день после того, как сам Данияр отодвинул от управления королевством Совет.

– Есть. – Марк довольно кивнул и глянул на часы. – Только что раскрыли купол над замком. Теперь ни один портал без нашего ведома не сработает.

– Отлично. – Принц удовлетворенно кивнул. Все неучтенные порталы пусть открывают вне стен замка. Или пользуются стационарными порталами под надзором стражей.

Он и его верные помощники выдавливали и отстраняли от власти членов Совета. То тут, то там приходилось действовать по закону, а иногда и силой. Развернуться во всю мощь Данияр Родеонский пока не мог, его соперники имели сторонников, и немало. Еще не время, и пока можно переждать.

– Желаешь по одной? – Дан кивнул на шкаф, за дверцей которого стоял «Кровавый Родеон» большой выдержки. С Вороновым они были знакомы чуть ли не с детства, позднее и в академии магии пересекались не раз.

– Не откажусь, – поддержал Марк.

Воронов не засиделся, а после его ухода Данияр еще какое-то время изучал бумаги, оставленные главой тайной канцелярии. Успел просмотреть последнюю почту, принесенную секретарем. И только после этого решил заглянуть в зал.

Развлекательная программа была в самом разгаре, а гости продолжали веселиться в ожидании Ночи перемен. Играла музыка, пары кружились посреди зала и вокруг елки.

– Как тебе праздник? – поинтересовался Дан у младшего брата. Вертислав вместе с другом посматривал на тех, кто старше. Подростков веселили взгляды, бросаемые мужчинами на некоторых дам. Наивные, еще год или два – и сами будут за девочками бегать.

– Нормальный, – с важным видом кивнул Верт. – Ты тоже будешь танцевать?

– С чего ты решил?

– Леди баржа… ой! Леди Банжа идет к нам, – сообщил Верт и хитро хмыкнул.

Вот тут бы дать ему подзатыльник, но сейчас брат сделал доброе дело – предупредил, что пора уходить.

Дан был уверен, что оговорка Верта неслучайна. И виной тому вовсе не пышное телосложение генеральской вдовы. Молодая женщина при каждом удобном случае высказывала поддержку правлению Данияра Родеонского и заверяла его в преданности, заглядывая в глаза и томно вздыхая.

– Пожалуй, мне пора, – сообщил Дан. Ему пришло в голову разыскать ту самую Золушку. Прямо сейчас.

Даже находясь с Вороновым, Данияр несколько раз вспоминал о девушке. Сейчас очень удобный случай понять, почему незнакомка настолько притягательна. Однако сколько бы Дан ни перемещался от одной группы подданных к другой, от заводной синеглазки не осталось и следа.

Принц заглянул на кухню в слабой надежде, что девчонку и ее товарищей отвели покормить. Однако там Золушку даже не видели. Данияр вышел на улицу, намереваясь поскорее узнать, покинула ли артисточка территорию замка. Только никто похожий по описанию охране не попадался. Более того, никто не обратил внимания, когда она покинула зал.

И тогда маг отправил за распорядителем праздника, чтобы тот отчитался об артистах. Кто, откуда… Может быть, ее выпустили через запасные ворота? Как прислугу. Не самая лучшая версия, только другой не было. Однако приказ разыскать распорядителя Родеонский тут же отменил, ведь тот до конца празднования будет наблюдать за течением мероприятия. Данияр решил сам разыскать его и спросить.

Идя по коридору, вервольф ловил себя на мысли, что грядут какие-то перемены. К пророкам Дан себя не относил, но чуял оборотень, что эта девчонка в его жизни появилась не просто так. И чем больше он так размышлял, тем сильнее укреплялся в своей догадке. Но разве такое бывает? Они виделись-то меньше часа и даже не знакомы.

– Дан, подожди! – позвал Герд, когда до зала осталось несколько шагов.

– Что-то случилось? – Старший из принцев окинул взглядом среднего брата. Не запыхался, но точно выглядел озабоченным.

– Данияр, ты не видел ту артистку в красном платье, с которой я танцевал? – Братец многозначительно поиграл бровями, и за это захотелось постучать ему по голове. Кулаком.

Вервольф нахмурился, ведь нет в этом ничего предосудительного. А между тем руки чесались воспитать среднего. И с чего бы это?! Неужели дело в девчонке?

– Нет, не видел. А зачем она тебе? – Дан постарался выровнять тон. Сдержал себя, чтобы не отвесить по шее неуемному братцу, которого иногда приходилось одергивать. Кровь оборотней, положение в обществе, растущий уровень темной магии – все это требовало пригляда. Когда-то Данияр и сам вытворял то, на что сейчас бы не согласился.

– Ты интересуешься, зачем мне девушка? – хмыкнул Герд, возвращая себе привычное выражение. Однако тут же передумал красоваться. – Дан, ты волнуешься из-за своих невест и забыл, что эта девица не твоя. Будь осторожен, не всем понравится внимание к другой.

Данияр Родеонский на попытку брата учить старшего махнул рукой. Моргнул, осознавая, что за последний час ни разу не вспомнил о предстоящем знакомстве с потенциальными невестами. О браке и прочих грядущих последствиях выбора. Носился, узнавал, куда пропала девица и ее компания.

Ни о каких визитах он не помнил, настолько увлекся поиском девушки. Так бывало на охоте, когда разыскиваешь и преследуешь зверя. Но артисточка не добыча, и в ее появлении не было ничего важного. Тогда в чем дело?

– Пожалуй, я обращусь к стражам. Пусть поищут, пока я буду с друзьями, – заявил Гердослав.

– Нет. Если хочешь найти – ищи сам. Не отвлекай стражу по пустякам. – Данияр недовольно сверкнул глазами, и Герду оставалось только согласиться.

А потом Дан решил не дергать распорядителя и сам отдал приказ отыскать артистов, которые выплясывали на празднике. Особенно девушку, ведь наличие парней его не интересовало. Только она. Пропавшая синеглазка.

Увы… Результат не впечатлил. После полуночи Марк лично принес в рабочий кабинет Данияра корону. Как Дан и думал, она оказалась фальшивой. Яркая бутафория, не имеющая ничего общего с настоящим золотом.

– Где нашли? – поинтересовался вервольф, вертя в руках безделушку.

– Под стеной за конюшнями. Там же в сараях карета, на которой эта девушка прибыла вместе с друзьями.

– А они?

– Никого нет. И следов нет. Дан, я проверил сам, следов действительно нет.

Ситуация не нравилась обоим. Особенно Данияру, которого в очередной раз окатило беспокойство. Что с ней, куда подевалась? Ведь если портал не открыть, то должна же она где-то находиться. Но где?

– Обыскать замок, но так, чтобы никто не заметил. И еще, мне нужно знать, кто нанял этих артистов и поручился за них.

– Сделаю, – отозвался Марк и ушел.

Не хотелось думать, что девушка все-таки ускользнула из-под его пристального внимания, разгоравшегося с каждой прожитой минутой. Порталы перекрыты, но кто поручится, что она не успела улизнуть, потеряв корону?

Довольно быстро стало известно, что артистов пригласил сам лорд Эндрю Сорель. Где нашел? Неделю назад на городской ярмарке, они там выступали. Проверил с помощью артефактов, и только после этого артисты попали в замок. Почему позвал? Понравились. И не придраться, однако Данияр понимал, что все неспроста. Возможно, у него сильное предубеждение относительно члена Совета, но вервольф опасался доверять такому противнику.

Данияр скрипнул зубами. На ежегодной зимней ярмарке кого только не встретишь. Даже лысых кошек продавали, а уж про толпу выступавших артистов и говорить нечего.

* * *

Наутро каждый страж города получил описание синеглазки, о местонахождении которой был должен немедленно сообщить в замок. Можно было бы схватить девчонку и привести к нему, но Дан не был уверен, что это правильно. Лучше узнать, где она живет, а уже потом действовать.

Однако даже ночью и особенно под утро вервольф видел сны с шустрой девицей на каблуках. Она кружилась по залу, уводя за собой толпу воздыхателей, самым рьяным из которых был Гердослав. Корона то и дело спадала с макушки веселящейся Золушки, ухажеры тут же бросались поднимать вещь, отбирая ее друг у друга. И вся эта процессия двигалась исключительно мимо него.

Проснулся принц в дурном настроении и с удивлением обнаружил, что спит на обгорелой кровати. Магия вырвалась, но не причинила обладателю никакого вреда. Подобного не случалось очень давно, с тех самых пор как он впервые понял, что унаследовал от предков не только корону, но и кровь, обладающую магическими свойствами. С того дня начались тренировки, и больше ни разу не повторялось бесконтрольного выброса. Так что же произошло сейчас?

У Данияра Родеонского было объяснение, но оно казалось слишком невозможным, чтобы быть правдой. Привычные заботы отвлекли (но не выбили из головы мысли о синеглазой девчонке). Дан еще ночью сам посетил то самое место за конюшней, где была найдена корона и куда временно свозили старые кареты, прежде чем их разобрать. Утром он снова заглянул сюда… Но ничего, никакого нового следа и уж тем более запаха. Даже магия не отметилась, хотя ее ночью в замке было столько, что вполне могло все смешаться.

Поэтому вечером, когда над Родеоном вспыхнуло праздничное освещение, а столица и горожане продолжили гуляние, принц вместе с сопровождением отправился прокатиться по городу. Заодно лично убедиться, что стражи не сидят по кабакам, а честно патрулируют улицы.

Глава 6
Девчонки с фантазией. Встреча с принцем

Злата

Рей Быстров ушел, даже не подумав прихватить рубашку лорду Эндрю. Мы мрачно проводили мужчину взглядами из окна. Но не успела я сойти с места, как Тафилис потребовала все рассказать:

– Злата, что за представление ты устроила? Неужели так понравился жеребец?

Модистка сощурила глаза, пытаясь найти ответ в моем поведении. Признаться, я даже не думала, что мои действия со стороны могут так смотреться. Немного смутилась, но почти сразу поспешила пояснить:

– С какой стати?! Тафи, да я этого козла и близко к себе не подпущу.

– Коня, – хмыкнула Тафилис, сложив руки на груди. – Ясно. Тогда признавайся: что происходит? Меня всегда раздражает неизвестность.

– Он заказчик. Тот, кто нас пригласил на выступление во дворец.

– В замок, – поправила меня Тафи и широко раскрыла глаза. – Повтори! Что ты сказала?

– Лорд Эндрю позвал нас в ваш мир. Я видела его однажды. Правда, тогда на нем был черный костюм… такой нейтральный. Подойдет и для нас, и для вас. Проверяла приглашение не я, но это уже мелочи. Думаешь, я могла ошибиться? Он на меня не обратил внимания, только боюсь, что это такой хитрый ход.

– А знаешь, я почему-то тебе верю. – Тафилис прошлась по мастерской, потыкала пальцем в уложенные мной ткани. – Все очень сложно. Я сначала думала, что Эндрю нормальный, но чем больше мы общались, тем сильнее убеждалась – ошиблась. Он себе на уме, ведь дурачок не смог бы пробиться в члены Совета, даже если у него было много денег.

– Но почему ты с ним не рассталась сама? – Мне жеребец не понравился, но кто я такая, чтобы лезть в чужую душу?

– Затянуло, представляешь. А теперь я даже думаю, что нападение… – Тафи бросила взгляд в окно и замолчала, словно пытаясь что-то осознать, но исключительно молча.

– Что?!

– Что многое оказалось иллюзией. – Модистка тряхнула густыми волосами, которые тут же рассыпались по плечам. И нарочито бодро улыбнулась. – Злата, нам нужно подумать над какими-нибудь новинками. Празднование в честь свадьбы принца – это одно, но люди желают приобретать вещи не только к этой дате. Прошу тебя, займись набросками. Мне очень интересно посмотреть что-то из вашего мира и воплотить в нашем. Надеюсь, это приживется.

– Хорошо. – Мое внутреннее «я» ликовало. Рисовать мне нравилось. А уж с таким исполнением, как магия Тафилис, и вовсе проблем возникнуть не должно.

Радоваться-то я радовалась, да только недосказанные слова Тафи запомнила. И решила при случае расспросить. Вдруг новая знакомая захочет поделиться. У меня возникла идея, и я поспешила ее озвучить:

– Тафи, а у вас нельзя нанять посыльного, чтобы отнести эту рубашку?

– Нет, – поморщилась модистка. – Сорель не обычный горожанин, а член Совета. Это будет очень неучтиво. Капитан тоже не просто горожанин, а при чине, вот я и попыталась его пристроить к этому делу. Увы, вервольф оказался хитрее. Сбежал!

– Тогда, может, отнесем вместе?

– Вместе? Хорошо придумано. Заодно прогуляемся мимо витрин конкурентов, и не только. Посмотрим, чем они завлекают народ сегодня.

– Ты хочешь расширить ассортимент, – догадалась я. Признаться, мне эта затея понравилась.

Повезло, что в этот мир я попала в зимней одежде. На улицу я смело вышла в сапогах и пуховике. Единственное, капроновые колготки – это не то, в чем следует гулять в мороз, поэтому Тафи выдала мне вязаные штаны. Немного колючие, но в них коленки не покрывались гусиной кожей, и чувствовала я себя гораздо комфортнее. Сама Тафилис надела белую меховую шубку, такую же шапочку и… похожие вязаные штаны.

– Что? – удивилась модистка, когда я потерла ногу.

– Шерсть, – объяснила ей и незаметно почесала бедро.

– Зато тепло, – указала Тафи.

– Кто бы спорил. Послушай, а если колючие штаны обшить тканью? Можно свободно, можно в обтяжку, – предложила я, вспомнив про утепленные спортивные штаны, нежно любимые мной в зимний период. Особенно на уроке физкультуры. Когда ты идешь, а нос красный, из глаз слезы… Зато ногам тепло.

– Замечательно! – всплеснула руками Тафилис и уцепилась за мой локоть. Все-таки ходить на каблуках зимой – тот еще квест.

Солнце скрылось за тучами, но это не уменьшало очарования от светящегося огнями города.

Тафилис в Родеоне знали. Кто-то здоровался, заводил беседу, а кто-то просто кланялся и шел мимо. По дороге Тафи упомянула, что у них проходят ежегодные ярмарки, и мне захотелось непременно посетить такую, а заодно увидеть что-нибудь необыкновенное.

– А не зайти ли нам вон в ту кофейню? От нее и до площади рукой подать, – предложила модистка, когда мы почти добрались до центра города. – У меня ноги замерзли.

Признаться, я тоже чувствовала себя начинающей синеть магазинной курицей, поэтому сразу согласилась. Кто же отвергает такие гениальные идеи? Точно не я. Однако неподалеку от кофейни остановилась, не в силах оторвать взгляда от предлагаемой красоты. Если точнее – у небольшого магазинчика с огромными окнами, через которые было хорошо видно, что здесь продается. Манекены, одетые в тонкие тряпочки, изображавшие нижнее белье, выглядели симпатично.

– Пожалуй, сначала я загляну сюда, – сообщила я Тафилис, потянувшей было меня дальше. Она заметила какую-то женщину и помахала ей рукой.

– Отличная идея. А потом приходи в кофейню, я тебя там подожду.

Я кивнула и отправилась в магазинчик. Дверной колокольчик оповестил владельцев о клиенте, а когда я вошла в помещение, мне навстречу вышла высокая девица с хищным взглядом профессионала. Она оценивающе глянула на мой пуховик, однако ничего не сказала. Я даже мысленно обиделась, ведь ни один родеонец не поинтересовался, откуда меня такую необычную к ним занесло. Видимо, здесь народ всякий ходит, и мой вид не слишком отличался от остальных жителей.

– Желаете что-то приобрести? – поинтересовалась продавщица.

– Пока только присмотреться, – не соврала я, рассматривая аккуратные стопочки с нижним бельем. Мое любопытство было настолько сильным, что я не сдержалась. – Можно брать в руки?

– Только осторожнее, и не пачкать. – Девица поджала губы, наверняка догадавшись, что я не собиралась ничего покупать. Однако мало ли что может быть у меня в кармане, поэтому продавщица предпочла наблюдать за мной с видом верного хозяину цербера.

Я кивнула и тут же устремилась удовлетворять свое любопытство. Сначала взялась за тонкое безобразие, напоминавшее кружевную сорочку, повертела его в руках. На свет так и вовсе марля марлей, только комаров смешить. Затем дело коснулось бюстгальтера, и я на несколько минут выпала из реальности. Поверьте, размер F из фиолетового бархата кого угодно свалит наповал. Моя троечка показалась сейчас чем-то плоским и незначительным.

Панталоны я подхватила просто так, ради интереса. Слишком они отличались от остальных, привычных взгляду моделей. Если быть точной – привлекла прорезь между пришитых штанин. И ведь понимала, что к чему, но все равно интересовало. И кто сейчас носит это чудо? Местная одежда отличалась от нашей, но не кардинально. И вообще, это изделие покупали за последний год хоть раз?!

Надо поинтересоваться, вдруг и нам стоит ввести такую модель одежды для разнообразия. В комплект к платью или как элемент игривой пижамы для сна. В голову пришел фривольный костюмчик медсестрички, в наряд которой помимо короткого халатика может войти и эта деталь. Надо рассказать об этом Тафи, вдруг пригодится для горожан, желающих разнообразить свою личную жизнь.

Я уже поняла, что по каким-то причинам новая подружка не фонтанирует идеями новинок, зато ее дар модистки – настоящее чудо. Вместе мы могли бы многое, надо только понять, что именно пригодится сейчас, а что попозже.

Я подцепила пальцами панталоны, подняла их, чтобы посмотреть на свет, повернулась к окну.

Чужой взгляд я почувствовала не сразу, а только после того, как убедилась – ткань тончайшая, и нам такая тоже нужна. В какой-то момент разглядывания панталон стало неуютно. Я опустила руки, взгляд сам собой упал на окно…

С другой стороны стекла на меня смотрел Данияр Родеонский. Тот самый темноволосый принц, с которым мы столкнулись на празднике. Я аккуратно опустила белье и отвернулась, надеясь, что опаленные жаром щеки продавщица припишет тому факту, что покупательница разодета в зимнюю одежду. Сейчас, когда я знала, какое место этот мужчина занимает в Родеоне, стало как-то не по себе. Да и вообще, когда вы копаетесь в нижнем белье, а кто-то пристально вас рассматривает, вы что чувствуете?

Я к подобному вниманию не привыкла. Вот и сейчас отвернулась от окна и обратилась к продавщице.

– Так почем, говорите, эта милая вещица? – поинтересовалась я исключительно ради придания себе делового вида.

За спиной скрипнула дверь, и я очень надеялась, что это вошел не принц Данияр.

– Вы про те панталоны, которыми так интересовались? – громко и до приторного любезно уточнила женщина. Вот зараза мстительная!

– Ни в коем случае! Вон те, что на полочке…

– Все берем, на что укажет девушка, – произнес со спины мужской голос, и я почувствовала, как жар прилил к щекам с удвоенной силой. А заодно зародилось возмущение, ведь я не давала повода скупать для меня нижнее белье. Вообще никакое.

Лицо продавщицы нужно было видеть. Счастливо-ошарашенное, оно выражало восторг по поводу забредшего сюда принца, а заодно от возможности раскрутить на покупки все того же Данияра Родеонского.

Или это не мне? С чего я решила, что в магазинчик вошел именно он? Мало ли мужчин, желающих сделать такой подарок любимой.

– Пожалуй, я передумала, – с улыбкой сообщила я ошалевшей продавщице и повернулась…

Действительно, в магазин нижнего белья каким-то чудом занесло того самого брюнета, с которым мы столкнулись на праздновании. Сейчас он был в теплой куртке, в сапогах и без шапки, но все равно я узнала его. А еще этот взгляд… Внешне расслабленный, но на самом деле настороженный, словно мужчина ждал от меня сюрприза.

– Ваше… – залепетала продавщица, но принц отмахнулся, и у той словно отключили звук.

Какая понятливая девица попалась. Хотя… Я присмотрелась: она беззвучно открывала рот, будто прикидываясь рыбой.

Магия, с ней не пошутишь.

– Добрый вечер, – поздоровалась я, зачем-то дернулась, вспомнив о поклонах. Однако всего лишь спружинила в коленях, а после и вовсе поспешила обогнуть мужчину. Прямо дежавю какое-то!

Только принц не пожелал отходить в сторону. Он шагнул и очутился сразу передо мной, загораживая стратегически важный путь к отступлению.

– Где вы живете? – Данияр Родеонский был прямолинеен, как шпала.

– А зачем вам это? – Я слегка напряглась, пытаясь вспомнить, а не прошлась ли по ногам не только среднего принца, но заодно и старшего. В танце всякое бывает. Но нет, ничего подобного не было, уверена в этом.

– Хочу знать, куда вернуть корону, – заявил собеседник.

Корону? Нашлась пропажа. Он что, посчитал оскорблением этот предмет на моей голове? За размышлением я как-то позабыла, где мы находимся и за каким занятием меня застал брюнет. Оборотень. Я пыталась найти на его лице какую-нибудь шерстинку или чтобы уши росли не как у людей. Однако ничего подобного не обнаружила. К слову, меня этот факт даже не расстроил.

– Не стоит. – Я сделала шаг вправо, принц тоже шагнул, преграждая мне путь. Попытка обогнуть оборотня с левой стороны также не увенчалась успехом. Прищурилась, удержалась от того, чтобы упереть руки в бока. В пуховике стало жарко, и я возмущенно воскликнула: – Вы меня преследуете!

– Нет, – отозвался этот странный принц. Но разве они так себя ведут?! – Я вас разыскивал всю ночь и имею право знать, кто именно выступал в моем замке.

От такого откровения я даже не сразу нашлась что ответить. И пока я хлопала глазами, брюнет обвел взглядом ближайшие манекены, задержавшись на одном. На том самом, где вместо обычного нижнего белья красовались какие-то треугольнички, удерживаемые исключительно веревочками.

– А знаете, мы не представлены.

– Согласен. Представьтесь. Как ваше имя?

И ведь понимаю, что принц, а прямо захотелось его треснуть. Наглец же! И главное, смотрит на меня так уверенно. Словно привык, что ему подчиняются. Тафилис даже имя его называла – Данияр Родеонский, а я все равно пиетета у себя не обнаружила. Должное почтение не всегда возникает при ранге или титуле.

– Вообще-то вы мужчина, а они первые представляются, – заявила я, делая шажок в сторону.

Мой маневр опять не остался незамеченным. Вервольф приподнял правую бровь, сложил руки на груди и хмыкнул с таким видом, словно другого от меня не ожидал. И что все мое трепыхание ни к чему не приведет.

– Ваше высочество, что упаковать? – подала голос продавщица, явно решив, что сейчас клиенты уйдут и ничего не купят.

– Все, что захочет эта девушка, – произнес принц.

Он отвлекся на какие-то несколько секунд, а я снова уставилась в окно, мысленно прикидывая, как можно уйти, и желательно без оборотня. Увы, мне не показалось, и вервольф был не один, а с сопровождением. Несколько конных стражей дожидались своего предводителя на улице, пока он упирался и не выпускал девушку (то есть меня) из магазина нижнего белья.

– Ничего не захочет, – ответила я, продолжая рассматривать улицу.

Наверное, что-то помогло задержать взгляд. Какое-то яркое зеленое пятно привлекло мое внимание. А окна не были запотевшими…

Там, позади этих стражей, промелькнул человек в зеленой ливрее, напомнивший мне Алекса Павлова. В наряде слуги, выданном все тем же лордом Эндрю Сорелем.

Первым моим желанием было оттолкнуть принца и выскочить на улицу. Алекс здесь, это же все меняет! А вдруг он меня разыскивает? Может быть, мы вместе выберемся или найдем Крутикова, а у того нюх на приключения и как из них выкрутиться. Однако наличие рядом принца беспокоило. И я не придумала ничего лучше, чем воскликнуть:

– Извините, здесь очень душно, мне требуется срочно выйти на улицу!

Я быстро обогнула вервольфа, который на этот раз позволил мне покинуть магазинчик…

Наверное, это мироздание сжалилось надо мной и позволило заметить застывшего у дверей той самой кофейни Павлова. Первой мыслью было, что он голоден и наверняка пришел что-то попросить. Даже жалость шевельнулась в груди, и я уже подбирала аргументы для Тафи, чтобы она приютила и этого попаданца… Однако вошедший в кофейню важный посетитель заставил меня остановиться. Павлов открыл перед ним дверь, учтиво склонил голову… и тут же в руку парня вложили монетку.

Попрошайничает?! Однако следующий клиент и не подумал позолотить руку Алексу, но тот и не расстроился. Швейцар, что ли?!

– Вам уже лучше? – Принц словно загородил весь обзор, как будто передо мной поставили шкаф.

– Мне?! – Я с трудом оторвалась от Павлова и прикусила щеку. Ладно, разберемся. – Да, благодарю.

– Мое имя Данияр, – сообщил брюнет, и стоящие поодаль стражи заулыбались, явно прислушиваясь к нашему разговору. – А ваше?

– Очень приятно. – Я покивала и натянула дежурную улыбку, упрямо решив стоять на своем. – Знаете, пожалуй, я пойду.

Вервольф снова приподнял бровь, явно удивляясь степени упертости отдельной меня.

А потом появилась Тафилис. Запыхавшаяся, она выскочила из кофейни, на ходу застегивая пальто. Стражи, видя бегущую к нам девицу, попытались преградить ей путь.

– Злата, что случилось? Ваше высочество, простите ее, она еще утром плохо себя чувствовала. Даже упала… два раза.

Я даже рот открыла от удивления, но тут же попыталась прикинуться болезной, надеясь, что поможет.

– Так, значит, Злата, а не Золушка? – уловил суть вервольф и жестом дал добро на то, чтобы модистку пропустили.

А я вдруг подумала, что этот парень слишком сложный. Всякий раз при нашей встрече что-то происходит. Даже не знаю, чего от него ожидать сегодня, если в прошлый раз я не смогла вернуться в свой дом.

– Злата – моя родственница, – сообщила Тафилис.

– Где живете? – поинтересовался принц у модистки, а сам смотрел на меня. Все с той же усмешкой, но при этом глаза его жадно блуждали по моему лицу, словно он увидел что-то важное. Или узнал. Только с чего такое внимание? Если ему понравилась бутафорская корона, так пусть оставит себе на замену. Мне не жалко.

– Сиреневая улица, дом пятнадцать. – Подруга с ответом не медлила.

– Род занятий? – все так же не глядя на нее, поинтересовался Данияр.

– Модистка. Мое имя Тафилис Южная, а Злата моя помощница.

– Все понятно, – глубокомысленно отозвался принц, оглядев меня с головы до ног, словно только сейчас понял, почему моя одежда отличается от той, в которой ходят местные модницы. Модельеры, в моем мире они вообще бывают иногда странные: напялят на голову кастрюлю, на задницу натянут серебристые боксеры, на ноги – рваные гольфы с помпонами и вышагивают по подиуму, изображая инопланетян.

Я прикусила щеку, мечтая, что вервольф сейчас развернется и уйдет, потеряв ко мне всякий интерес. Конечно, было трудно на это надеяться. А вдруг?

– Надо же, какая разносторонняя личность. – Уголок рта Данияра иронично дернулся. – Еще и подрабатывает на праздниках.

– Так и есть, – не стала я отпираться, даже боясь предположить, чем закончится наша встреча. Принц меня не пугал, но что-то в нем настораживало. Интересный и привлекательный, он излучал опасность. Женщины таких любят, даже не сомневаюсь в этом.

Я нервничала, Тафи же, казалось, была самой собой. Однако вопрос решился как нельзя лучше. Где-то невдалеке послышались возмущенные голоса, а после удар, такой жесткий и громкий, что один из стражей отправился туда. Но этим не ограничилось, и неожиданно раздались выстрелы. Самые настоящие!

Подруга испуганно развернулась на звук. И я не удивилась, что принц рванул в гущу событий, а за ним и оставшиеся стражи.

– Ну что, уходим? – Я схватила Тафи за руку, как за спасательный круг.

– И как можно скорее, – поддержала меня новая подружка.

И мы поспешили покинуть это место.

Модистка вела по незнакомому маршруту, мне же оставалось только передвигать ноги, успевая за ней. А свернув за угол, мы вступили на обледенелую дорожку, которая бросилась под ноги двум всклокоченным девицам. Тафилис не смогла удержаться, ее ноги разъехались. Раскорячившись, она, как ловкий снайпер, подбила меня. И мы обе повалились, мешая друг другу в полете и при приземлении.

Соприкосновение носа со льдом вышло болезненным. И я даже всхлипнула, жалея себя и оплакивая ситуацию, в которой очутилась. Как нарочно, поблизости не оказалось никого из прохожих, мечтающих протянуть дамам руку помощи. Возможно, люди нарочно бросились врассыпную, чтобы ненароком не прилечь рядом с нами.

– Ох, – проскрипела Тафилис, отдирая себя ото льда. – Какое счастье, что я упала на сумку.

Я бы это счастьем не назвала, однако сразу вспомнила, что в ней лежит.

– Надеюсь, рубашка лорда не пострадала.

Тафи резко села, подобрала ноги, а потом расстегнула сумочку.

– Да что ей сделается? Ладно, Златка, чего разлеглась? Пора убираться с этого места. Пока на нас еще кто-нибудь не свалился. Ох! – воскликнула модистка, снова едва не падая.

– Что?! – Я вовремя схватила Южную за рукав.

– Каблук, – почти с ненавистью произнесла Тафи, демонстрируя мне ту самую часть сапожка, которая теперь болталась на честном слове.

Выход нашелся очень быстро и без нашей помощи. Стоило подруге попытаться встать на эту ногу, как каблук отвалился сам. Совсем. Подобной подлости модистка не ожидала, однако действовала решительно. Оторвала и второй, как мне показалось, тоже едва прикрепленный. Обе бессовестно отвалившиеся детали Тафи сунула в сумку.

– Отдашь прибивать или клеить? – поинтересовалась я, глядя, как злющая девица зашагала по дорожке, в то время как носы ее сапожек были загнуты, как восточные тапочки.

– Нет! – прорычала модистка. – Если бы ты знала, сколько за них содрал с меня сапожник. Вернусь – ткну ему в лицо.

Решительность подруги неожиданно уменьшилась, когда мы приблизились к большому особняку на широкой улице. Не сговариваясь, обе застыли, глядя на каменный забор, из-за которого виднелось серое здание.

– Лорд здесь живет?

– Здесь. – Подруга передернула плечами, словно пытаясь справиться с нерешительностью.

В знак поддержки я коснулась ее руки пальцами, и Тафилис пожала мою ладонь в ответ.

– Идти не хочется, но Эндрю не тот, с кем стоит шутить. И как я могла с таким общаться? – Последнюю фразу модистка буркнула себе под нос, однако она не ускользнула от моего слуха.

К счастью, самого оборотня дома не оказалось. Мы отдали вещь дворецкому, признавшему любовницу хозяина. А то, что она не собиралась числиться в этом статусе и дальше, слуге знать необязательно.

Домой мы вернулись не слишком поздно. И если я не испытывала проблем, то обувь Тафи с каждым шагом выглядела все плачевнее. Пришлось взять на обратном пути экипаж, в который я влезла с удовольствием. Ноги гудели от усталости, заодно мне хотелось увидеть те синяки, которые ныли и требовали внимания. Хотя бы подуть и погладить ладошкой, чтобы стало не так обидно.

В полном молчании мы доехали до знакомого двухэтажного дома. По пути я даже задремала, несмотря на шум, наполняющий улицы. И только когда экипаж остановился, я вдруг вспомнила про принца. Надеюсь, он про меня забыл, а расспрашивал про адрес исключительно из упрямства. Или желания контролировать все и вся.

Тафи первая спрыгнула с подножки, я двинулась следом, не забывая вертеть головой по сторонам. Родеон по-прежнему праздновал Ночь перемен, и горящие гирлянды добавляли настроения горожанам. Наш дом тоже освещался и выглядел не хуже остальных. Однако я сбилась с шага, когда заметила на углу мастерской чью-то тень.

Глава 7
Какие же все подозрительные!

Лорд Сорель

– Мой лорд, госпожа Тафилис просила передать вам это. – Дворецкий протянул небольшой сверток.

– Положи на стол и можешь идти. – Сорель оперся руками о подоконник, через стекло рассматривая улицу, но там уже никого не было.

Лорд видел, как приходила любовница вместе с помощницей. Они немного помялись у входа, а потом сбежали. Торопливо, словно опасаясь встречи с ним и всячески желая ее избежать.

Он усмехнулся, довольный такой реакцией на себя. Пусть и дальше боятся. Говорят, молчание продлевает жизнь. Это как раз их случай.

Эндрю не хотелось терять модистку как любовницу, но ее время вышло. Умная стерва стала задавать неправильные вопросы, а привлекать к себе внимание ни к чему.

Уже не первый год несколько человек, работающих на лорда Сореля, проживали в ином мире. С их помощью член Совета стал владельцем небольших, но крайне важных вещей. Например, огнестрельного оружия, которое в этом мире, конечно же, было, но не на таком высоком уровне. Магический мир шел иным путем, нежели техногенный. Простые людишки очень ушлые, они даже в туалетах придумали механизмы, не использующие магию! Как не воспользоваться знаниями, которые сами плывут ему в руки?

Первое время не удавалось передать ничего ценного, кроме золота, но совсем недавно дело сдвинулось с мертвой точки. И лорд решил, что это шанс навсегда скинуть Родеонских. Передовое оружие – это то, чего ему не хватало.

Эндрю допустил оплошность, и однажды Тафилис (тут мужчина снова нахмурился, потому как строптивый характер девицы раздражал и привлекал одновременно) увидела то, что ей не полагалось. Книгу со схемами, на основе которых Сорель проводил у себя в загородном имении испытания. Разумеется, тайные. Не говоря про то, что еще неделю назад за ужином в ресторации Тафилис заметила новый перстень на пальце самого Эндрю:

– О! Бриллиант в твоем кольце ничуть не уступает королевским!

И кто просил эту выскочку восторгаться камнем на всю ресторацию?! Мало ли что у него есть. Хорошо, что она не знала о разросшейся сокровищнице, которую лорд держал в тайне. До поры до времени люди не должны сравнивать его с монархом. Исключительно член Совета! Честный и неподкупный. Жаль, принц Данияр совсем не ценит опытных управленцев, а повсюду ставит своих верных псов.

Все новшества были крайне опасными, потому и хранились в строжайшей тайне. И лорд принял решение убрать модистку, чтобы избежать утечки информации. Идея была скоропалительной, поэтому Эндрю даже обрадовался, когда узнал – посланный за ней убийца у стражей. Рассказать он ничего не расскажет, а самому Сорелю это убийство пока ни к чему. Паршивец Данияр с каждым днем становится все наглее и сильнее. Даже жениться надумал, щенок!

Лорд скрипнул зубами и принялся стучать ногой об пол, словно копытом. Однако тут же взял себя в руки. Данияр Родеонский раздражал до такой степени, что хотелось свернуть ему шею. Но не сейчас, а позднее. Сейчас же у Сореля был план, согласно которому он решил устроить вервольфу сказочную жизнь. Приглашение группы артистов – тоже часть того самого плана, который в какой-то степени все же сработал. Принц заинтересовался девицей, не спешившей строить глазки и кланяться, как делали многие аристократки. Нужна была именно иномирянка, и ее доставили. Обманом, через дом-переход, но разве это важно?

Сорель вспомнил, в каком наряде Золушка явилась на бал, и захотелось свернуть шею и ей заодно. А вот нечего своевольничать. Получается, он зря встречался с одной модисткой, к которой его приревновала Тафилис Южная. Впрочем, и тут звезды благоволили лорду. Возможно, именно на то самое провокационное платье клюнул Данияр.

Сорель рассчитал все идеально. Он надеялся, что Данияр Родеонский обязательно обратит внимание на актрису. Слишком загружен в последнее время принц, а тут в Ночь перемен развлечение подоспело. Строптивая девица, всячески игнорирующая титулы и мечтающая поскорее отыграть роль, чтобы получить деньги и уехать.

В крайнем случае, на эту Золушку клюнул бы Гердослав, у которого бурлят гормоны. И кто знает, какую грань мог перейти молодой оборотень в таком возрасте. Скандал с участием среднего принца добра самому Данияру точно не принес бы. Уж Сорель как член Совета обязательно привлек бы внимание газетчиков к вопиющему поведению молодого принца.

Однако все произошло наилучшим образом: не Гердослав, а сам темный принц увлекся девицей. А между тем к нему вот-вот прибудут невесты.

Сорель потер руки, ожидая очередного скандала и всячески надеясь на него. В любом случае обе кандидатки на роль жены вряд ли захотят уступать титул королевы друг другу. А актрису всегда можно будет отправить обратно. Главное, чтобы это произошло не на территории замка, где в последнее время портальная магия очень сбоит.

Оборотень разорвал бумажную упаковку и достал ту самую рубашку, ради которой он сегодня ездил к Тафилис. Приятный запах свежести понравился лорду. Именно так пахла Тафи при их встречах. С другой стороны, разве бы хоть кто-то посмел доставить вещь ненадлежащего качества?! Как говорится, чтобы ни одна муха не сидела, не говоря про то, чтобы рубашка валялась на полу или где-то еще.

Злата

– Тафи, стой. – Я схватила модистку за руку, и она нервно переступила ногами, стараясь не упасть. После чего посмотрела на меня с недовольством. – Извини, забыла. Там кто-то есть.

Тафилис проследила за моим взглядом. Но прежде чем она успела сказать хоть что-то, послышался голос капитана:

– Девушки, это я, не пугайтесь.

– Именно это мы и сделали, – проворчала модистка, выплескивая на стража дурное настроение. Думаю, все дело в сапогах.

– Приношу свои извинения, – заявил наглец, глядя на Южную.

Судя по всему, извинения принесли именно ей, но никак не мне. Даже любопытно стало, в чем дело.

– Капитан, хотите выпить что-нибудь горячего? – неожиданно выдала модистка.

Пока мы ехали, то обсуждали, что сейчас вернемся домой, попьем чего-нибудь горячего с вкусным печеньем. Я обещала рассказать и нарисовать Тафи игривый наряд медсестрички, который пришел мне в голову. А насчет вервольфа между нами не было ни слова.

– Я на службе. – Оборотень сверкнул белозубой улыбкой, будто только что модистка его клеила. А он «запал», но не согласился.

– Как хотите. – Тафи пожала плечами и усмехнулась: – Мы со Златой собирались пить чай с малиновым печеньем. Но если вам служба не позволяет, тогда могу предложить просто воды. Знаете, когда девушку кто-то обижает, то нужно это чем-то смягчить. – Южная поставила ногу на ступень и покрутила ей, продемонстрировав горе-сапоги.

Вервольф, оценив, что модистка сегодня какая-то язвительная, решил промолчать. И молчал он ровно десять минут, пока мы не добрались до кухни и не уселись за стол. Капитан хоть и был в гостях, но вел себя так, словно он король положения. А так как, кроме расследования вчерашнего нападения, делать ему здесь было нечего, то поневоле я занервничала.

И только я сделала глоток чая, откусила кусочек печенья, как Рей Быстров подал голос.

– Вы не хотите мне ничего рассказать? – поинтересовался оборотень, переводя взгляд с меня на Тафилис.

Как по закону подлости, крошка от вкуснейшего печенья попала в дыхательное горло. Я закашлялась, на глазах выступили слезы. Тафи потянулась, чтобы постучать меня по спине, но удар получился таким, что я предпочла увернуться от следующего. И только капитан смотрел на нас с прищуром. Словно он нам не поверил, но и мешать представлению не собирался.

– А что именно? – Я сделала глоток чая, и дышать стало легче.

– Скажите… Вы ничего странного в поведении нападавшего не заметили? – поинтересовался капитан.

Тафи фыркнула и взглянула на оборотня так, словно он спросил глупость. Однако вервольфа этим было не пронять.

– Кроме того, что он на меня напал и пытался убить? – протянула подруга. Мне показалось, что в ее голосе прорезались издевательские нотки. – Сейчас подумаю… Нет, ничего подозрительного. В остальном он милый и заботливый. Ведь мог бы повалить меня не в парке, а где-нибудь на мостовой. На камнях.

– Госпожа Тафилис, я не об этом. – Издевательство было немедленно прервано стражем. Несколько резкие ноты в его голосе выдали нетерпение. – Сегодня произошло одно из двух. Либо мы не заметили, что нападавший не в своем уме, что невозможно. Либо…

Многозначительный взгляд, брошенный на нас обеих, выражал многое. Мне показалось, что вервольф ждет каких-то умозаключений. Пожалуйста, я современный человек и фильмов посмотрела тучу. Записывайте, господин капитан. Надиктую целую страницу.

– Либо кто-то сделал его дурачком? Может, его опоили? – догадалась я. – Но ведь вы с ним беседовали лично, он даже хотел на нас жаловаться. Да и маньяк сидел под охраной. Охрана точно надежная? Вы выяснили, кто это был?

Вопреки ожидаемой радости или суеты в поисках блокнотика, оборотень нахмурился:

– Откуда у молодой девушки такие познания?

Я схватилась за печенье и откусила кусок, надеясь, что это поможет не сказать что-то еще. И почему я раньше так не сделала?

– Капитан! – воскликнула Тафилис, тряхнув головой, отчего ее черные кудряшки возмущенно подпрыгнули. – Это даже оскорбительно.

– Чем? – не понял страж.

– Тем, что вы сейчас наговорили относительно моей дорогой родственницы. Если она не мужчина, то значит, не может здраво рассуждать? И обязательно должна говорить только глупости?

Я уткнулась в чашку и сделала глоток чая, одновременно пряча мстительную улыбку. Нет уж, серый волчок, пришел в гости, так слушай. Пасть не разевай, а то наглотаешься всякого.

– Я этого не говорил! – попытался пойти на попятный капитан и поморщился.

Похоже, виртуозно избегать столкновений с дамами Быстров не научился. Или же дело исключительно в Тафилис? Мне показалось, что на нее он чаще смотрит, чем на меня. Это не могло не радовать.

Эти оба уставились друг на друга, а я дожевала печеньку, потянулась за второй… Брать ее не стала, а решила напомнить о себе. Все равно ведь тут сижу, а не за дверью:

– Если вы не против, то я пойду к себе. Тяжелый день, знаете ли… – Вообще-то я еще и не ужинала, а чай – это так, разминка. Однако что-то происходило между этими двумя, и я решила воспользоваться моментом, чтобы скрыться.

– Злата, солнце мое, мы еще не договорили. – Тафилис мило улыбнулась и зачем-то пнула меня под столом.

Что за намек?! Не поняла. А если я не понимаю, то стараюсь решить возникшую проблему. Поэтому в ответ тоже улыбнулась всем и заявила:

– Пожалуй, еще немного с вами побуду. Капитан, а что там с этим маньяком? Его, такого больного, отдадут под суд? Это лечится?

Страж бросил взгляд на Тафи, которая кивнула в знак одобрения моих слов.

– Целители уже работают с ним. – Оборотень отставил чашку и бросил взгляд на часы.

– Уже уходите? – воскликнула Тафи и первая встала из-за стола. – Торопитесь?

– Мне действительно пора, – сообщил капитан и тоже поднялся вслед за модисткой. Мне достался короткий взгляд, все остальное внимание снова приковала к себе Южная. – Работа такая.

Мы смотрели из окна на удаляющегося вервольфа, он уходил не оглядываясь. Но я все равно не утерпела и произнесла:

– Ты заметила, что Рей Быстров не сводил с тебя глаз?

– Шутишь. Капитан сбежал от нас, – авторитетно заявила модистка.

– Ха! Вот увидишь, он еще вернется, – развеселилась я, отвернувшись от окна.

Однако едва я добралась до своей комнаты, как послышался звук дверного колокольчика.

– Злата, я сама открою! – крикнула Тафи.

Я не возражала. Вошла к себе, решив, что в первую очередь смою усталость под душем… Однако даже раздеться не успела, как в комнату вошла Тафилис. В руках она держала персиковую коробочку, перевязанную нежно-розовым бантиком.

– Это тебе, – растерянно произнесла подруга, ткнув пальцем в крышку. – Я узнала этот знак. Он принадлежит владельцу лавки нижнего белья, в которую ты заходила сегодня. Злата, ты что-то приобрела?

Я?! У-у-у… Если бы.

Я потянула за бантик, сняла крышечку…

Те самые панталоны с прорезью были упакованы со всей тщательностью, на которую была способна продавщица. Или же для принца сам владелец лавки упаковывал лично?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.