Элеонора Шах
Леонард, Бенедикт и мыши

Автор Элеонора Шах

Леонард, Бенедикт и мыши

Ленивый аристократ

Вся относительно недолгая жизнь персидского кота по имени Леонард протекала в пределах огромного старинного трехэтажного особняка, который находился на окраине небольшого города и в мире, очень похожем на наш. Кот никогда в жизни не выходил за его пределы, не считая визитов на выставки и к врачу, и поэтому он лишь изредка помышлял прогуляться по саду.

Пожилая чета Чарльз и Августа, владельцы этого роскошного дома, холили и лeлеяли своего любимца, как никого другого. Специально для него они даже наняли прислугу. В обязанности Вивьен входило чесать кота, убирать его туалет и комочки шерсти, которые он периодически отрыгивал в самом неподходящем месте и в самое неподходящее время. По особым рецептам кухарка готовила для него еду, чтобы Леонард не ожирел. Поэтому его шерсть всегда лоснилась. А вообще, вся физическая нагрузка кота заключалась лишь в маневрах глазами во время слежки за мухами, закапывании своих кошачьих дел и шевелению челюстями во время трапезы. И то, жевать ему было лень, так что няньке приходилось его уговаривать. Знал бы Лео, что его сосед, кот по имени Ромео, безвременно скончался именно из-за лени. Впал в меланхолию, потом в уныние, депрессию – да так и помер от безделья. Хоть в глубине души Лео и хотел с кем-нибудь дружить, но ему даже это было делать лень, поэтому о происшествии с соседом он, конечно же, не знал.

На вид Леонард был очень большим и упитанным, а все из-за его меха. И вдобавок из-за того, что он был первым котенком в помете, еще и мальчиком. Многие хотели приобрести себе такого питомца персикового цвета у заводчиков, однако достался он паре из старинного знатного рода.

Помимо Лео, его владельцев и прислуги в доме также жили мыши, и их было очень много. Так много, что там был целый мышиный город. Но кота мыши не интересовали: ловить их он даже не пытался, лишь за ними наблюдал. Потому что кот, как мы знаем, был очень ленивым, а к тому же несколько брезгливым. А еще его персейшество считал, что он выше того, чтобы гоняться за мышами. Ведь корни его предков уходили в далекую-далекую древность. Родом они были из Персии, то есть Лео был благородных кровей. Чем он очень гордился и, если честно, считал, что не пожилая пара им владеет, а он ими. И поэтому делал, что хотел и когда хотел. Но так как с возрастом ему стало лень вообще что-либо делать, то он вообще ничего и не делал. Так он и жил, подолгу лежа на окне, греясь в лучах солнца. Пока однажды его жизнь не перевернулась с лап на голову.

Потомки домологистов

Дом, в котором ленился Леонард, жил своей привычной жизнью. Чарльз, сидя в кресле, читал утреннюю газету. Августа занималась любимыми цветами. Дворецкий, Вивьен и кухарка по имени Роза хлопотали по дому. Вдруг где-то часов в десять утра дом оглушил вопль. Спящий под лучами солнца на кресле перс поднял одно веко и лениво закрыл его снова.

Сбежавшись на кухню, обитатели дома уставились на корпулентную женщину, на вид лет за пятьдесят, которая стояла на коленях, взобравшись на высокий стульчак. Возле стула валялась печенька. С широко распахнутыми глазами Роза смотрела на пол возле стены. Рядом с ней стоял сервант для посуды. И именно за ним только что скрылся мышиный хвост. Примерно ее же возраста дворецкий Бернт быстро опустился на пол и заглянул под буфет. Там у самого пола зияла небольшая дыра, в которую один за другим заскочили трое молодых мышат. Опережая друг друга, они неслись прочь от большой кухни, в которой они только что украли еще свежее печенье.

Их звали Крут, Тин и Чико и были они братьями из одного города под названием Мышландер. Крут был самым старшим и симпатичным, с красивыми и немного повернутыми вперед усами. Тин, с сережкой в ухе, был средним братом. Чико, младший, из-за увлечения сладким отличался от них некоторой неуклюжестью. Это он уговорил братьев отправиться на большую кухню в светлое время суток, хотя все жители «подполья» старались днем на кухню не соваться. Правда, только тогда можно было заполучить не только вкусную, но еще и теплую выпечку.

– Давай, скорей! – кричал Крут, подгоняя братьев, во рту которых было по печенюшке.

Сначала они пробежали вдоль одной стены, поднялись выше, затем помчались вдоль труб. И так, миновав стены и полы, все трое в конце концов оказались в большом городе, который находился в потайной комнате на чердаке. Это помещение было некогда замуровано, а стена заставлена тяжелым шкафом на небольших широких ножках.

Пробежавшись по городу, в котором на них смотрели, словно на героев, особенно девочки, братья наконец оказались у своего дома.

– Вы опять бегали на большую кухню?! – раздался старческий женский голос из комнаты, когда эти трое зашли внутрь.

Стараясь не попасться на глаза бабушке, которая сидела в кресле перед телевизором и вязала шарф, воришки на цыпочках прошли мимо открытой комнаты.

– Нет, бабуль, мы просто гуляли! – ответил Крут за всех и поторопил братьев, чтобы они скорее спрятали добычу.

Вдруг раздался звук спущенной в туалете воды, и из небольшого помещения вышел пожилой мышь с газетой в лапах.

Увидев внуков, которые застыли на месте, он крикнул в комнату:

– Ты же знаешь, дорогая, днем никто туда не бегает!

Дед посмотрел на внуков, хитро им улыбнулся и подмигнул. И те скривили лица, как бы говоря: «Спасибо, что не выдал», а затем поспешили в свою комнату.

– Милая, я только что видел объявление: в магазине появились подушки «Леонард Первый»… Может, возьмем наконец на старости?.. – решил отвлечь внимание супруги пожилой мышь, заходя в комнату.

– Мне жаль, дорогой, но они слишком дорогие, поспим на ватных. Нужно внукам что-то оставить, ты же знаешь… – ответила пожилая мышь, перебирая спицами и с любовью глядя на супруга.

– Фух, чуть не попались! – произнес Тин, положив печеньку на пол, когда они зашли к себе в комнату.

– Да она сразу учуяла! Бабушку не проведешь. Или все равно узнает от соседей, – ответил ему Чико, откусив кусочек от своей, и тут же поспешил спрятать добро под кровать.

– Думаю, лучше больше так не рисковать. Если мы себя выдадим, за нами начнут охоту, как за нашими родителями… – произнес Тин, отломав два кусочка от своей печеньки, для себя и брата, и засунул оставшуюся часть в сундук у стены.

– На них не охотились, их случайно замуровали, придвинув шкаф к стене, в которой мама с папой прогрызали тоннель. И если бы не они, то наш народ не нашел бы это место, где мы сейчас можем жить в безопасности, – поправил его Крут.

– Да, но я все равно считаю, что это была охота, – произнес средний брат, взглянув на портрет родителей на стене, облизывая пальцы.

На портрете была изображена красивая и счастливая пара на фоне карты дома со всякими пометками, которые они сами и наносили, прогрызая в доме ходы.

Надо сказать, что у всех жителей города была своя работа. У родителей ребят – одна из самых сложных.

Еще рядом с их портретом висела почетная посмертная грамота за отвагу и открытия в Домологии.

Домологией называли науку о прогрызании самых сложных и самых безопасных ходов в доме. Родители мышат были большими местными, и не только, знаменитостями. Даже преподавали в мышином университете. И их вспоминали каждый раз, когда праздновали день основания города. Ну или в местных пабах о них говорили между собой старожилы. А их портреты висели в мэрии города на почетном месте.

– Да, тогда много наших пострадало. Бабушка рассказывала, что даже целые города были разрушены, – сказал Чико и, подойдя к окну, посмотрел на оживленную улицу.

Там, за окном, жители украшали дома и улицы к предстоящему празднику города, который должен был наступить уже завтра.

– С нами этого не случится! – воскликнул Крут, вскочив на кровать и попрыгав.

– Почему ты так уверен? – спросил Тин, который тоже выглянул из окна.

– Ну не будут же люди снова делать ремонт так скоро!.. – ответил Крут.

– Это да, – согласился с братом Чико.

– Ладно, хватит вспоминать грустное, пойдемте, Ния меня уже заждалась! – произнес Крут.

Вскоре трое мышат уже неслись по городу, минуя жителей и чуть ли не врезаясь в них на бегу. Затем они преодолели всякие проходы, лестницы, мосты, коробки, балки, пока не оказались на самом верху.

– Вон они! – указал Тин наверх, где расположилось окно с небольшим подoконником: там грелась компания молодых мышат-девушек, в числе которых была та самая Ния – первая красавица.

Пляж

– Крут! – в один голос выдохнув, воскликнули все девушки со своих лежаков на своеобразном пляже на подоконнике.

Их там собралось около двадцати. Остальные принимали солнечные ванны на коробке, которая стояла недалеко от окна – именно по ней они забирались наверх. Некоторые лежали еще и на горизонтальных стенных балках, куда попадало солнце.

Кинув всем «Привет!», Крут под многочисленные взгляды и эмоции побежал по подоконнику, пока не перебрался на балку, где находилась Ния и ее подруги, Дора и Лин. Нужно сказать, что Крут, как и Ния, тоже пользовался большой популярностью у противоположного пола. Однако никого, кроме своей любимой, он даже не замечал. Подойдя к ней, он взял кончик хвоста подруги и, поздоровавшись, плюхнулся на соседний свободный лежак.

– Привет! – ответила Ния и, закрыв книжку, улыбнулась Круту.

– Привет, девочки! – помахал Чико лапой, пробегая вместе с братом мимо лежаков.

Но представительницы прекрасного пола не сводили глаз со своего кумира.

Наконец Чико и Тин оказались на балке и присоединились к друзьям.

Была среди них еще одна пара, Тин и Лин. Правда, они все никак не могли перевести их отношения с дружеских на романтичные. Ее смущал рост мыши. Стоя на задних лапах, он был на полголовы ниже, хотя все равно сильно нравился девушке.

– Как дела? – спросил средний брат, усаживаясь на лежак рядом с лапами подруги.

– Привет! Нормально, – смущаясь, ответила она.

– Погода сегодня великолепная с самого утра! – воскликнула Дора.

– А вы где были? Все солнце чуть не пропустили, – спросила Лин у ребят.

– Мы бегали на кухню, – ответил за всех Чико, комфортно усевшись на подушку возле стены.

– На большую?! – удивилась Дора.

– Да, смогли вынести две печеньки, еще теплые были, – с гордостью добавил он.

– А вы не боитесь ходить туда днем? – испуганно поинтересовалась Лин, взглянув на Тина.

– Это нас боятся! Видела бы ты, как быстро Роза запрыгнула на стул, – засмеялся Чико.

– Может, все же не стоит ходить туда днем? – Ния взволнованно глянула на Крута. – Вдруг с вами что-нибудь случится…

– Не случится, не переживай. Леонард не обращает на нас никакого внимания, – с улыбкой ответил ей мышь, пытаясь тем самым развеять ее страхи. Он все так же наматывал кончик ее хвоста себе на руку и разматывал обратно.

– Завтра ночью мы снова пойдем! Хотели сегодня, но, кажется, нас бабушка засекла… А завтра, пока все будут праздновать, мы опять сможем улизнуть, – воодушевленно сообщил им Чико.

– Завтра ночью?! – воскликнула Дора.

– Да, – ответил ей Тин.

– Ой, а можно и мы с вами? – Глаза девушки засияли в предвкушении.

– Можно, почему нет. Мы хотим проверить, не останется ли еще, то печенье… – ответил Чико за всех. – В этот раз Роза добавила в него ваниль.

– Надеюсь, еще останется, – сказала Дора, мечтательно закатив глаза.

Порядочный кот

Было раннее утро следующего дня. Возвращаясь с ночных гулянок в окрестностях города, где они безуспешно пытались познакомиться с порядочными, то есть не беспризорными кошками из благополучных домов, два орущих песни кота проходили мимо фонарного столба.

Вдруг один из них, белый когда-то по цвету кот с нелепым темным пятном на морде и без половины правого уха, замолк и встал, как вкопанный. Это был Локо.

– Ты чего? – спросил его Ват, полный, серый в полоску кот, заметив, что его товарищ уставился на что-то на столбе.

Там, на высоте полутора метров, висело объявление с изображением мыши, перечеркнутой крестом. Наверху номер телефона, а ниже текст: «В бо-ль-шой о-со-б-няк на вре-мен-ну-ю ра-бо-ту тре-бу-ет-ся по-ря-доч-ный кот-мы-ше-лов. Про-жи-ва-ние и про-пи-та-ние га-ран-ти-ро-ва-но». Прочитал Локо по слогам подойдя ближе. Затем уставился на товарища и тот кинув взгляд на объявление скептически произнес:

– Там сказано «порядочный»…

– И что? – невозмутимо спросил Локо, почесавшись.

– Да ничего, посмотри на себя! У тебя на морде написано, что ты непорядочный, даже половина уха оторвана.

Локо скривил физиономию.

– Может, босс сойдет за порядочного? Он, правда, давно уже мышей не ловит. Но кому не захочется пожить в большом особняке?.. Вдруг он и нас потом пристроит?.. – задумчиво произнес одноухий кот.

– А это идея! Надо ему сообщить. Надеюсь, таких объявлений по городу немного развешано, – произнес Ват, озираясь по сторонам.

– Тогда давай скорей его сорвем и покажем боссу, – сказал Локо, задрав голову.

И вот два кота попытались взобраться на фонарный столб и сорвать объявление. Ват поднял лапы, а Локо по нему взбирался наверх. Немного промучившись, им все же удалось содрать кусок бумаги. Однако в процессе они разорвали объявление пополам, и верхняя часть с номером телефона осталась на столбе. Впрочем, и этого было достаточно. В следующую минуту они уже неслись в дом, где было их пристанище: там они жили вместе с еще несколькими котами. Во главе их всех был более-менее сносный на вид темно-серый кот с черным пятном вокруг глаза. На всех его лапах были белые носки. Что придавало ему как аристократичности, так и бандитизма одновременно. Его звали Брайс.

Тут жил когда-то человек,

Теперь его давно уж с нами нет,

Оставил он нам все как есть,

Диван, кровать, матрас, и здесь,

Теперь живем мы все одни,

Поем, орем и спим мы где хотим!

Я…

Когда два кота уже подбегали к дому, издалека послышались голоса.

– Босс! Босс! – заорал Ват на весь двор, вбегая через разбитое подвальное окно внутрь.

– Что?! – проревел главарь, недовольный тем, что его прервали в тот момент, когда он, стоя на задних лапах на тумбе, только-только собирался спеть о себе. Все уставились на котов, влетевших в гостиную.

– Смотри! – Локо отдал объявление Брайсу.

Тот уставился на кусок бумаги и, бубня себе под нос, начал медленно читать, сильно напрягая лоб. Ват попытался ему помочь, но босс на него рявкнул.

– Где вы это нашли? – Он наконец перевел взгляд на двух товарищей.

– На столбе висело, – ответил Локо.

– Да, мы подумали, может, ты захочешь на время стать порядочным и устроиться на работу? – объяснил Ват, скривив неуверенную морду.

Услышав слова «порядочный» и «работа», все, включая самого Брайса, в секунду взорвались от смеха. Но затем главный вдруг резко замолчал, остальные, словно по команде, тоже, и он серьезно и задумчиво произнес:

– А это мысль! – Спустя секунду он, перемещаясь с тумбы на другие возвышенности, заорал песнь на весь дом.

Никогда не думал я,

Что придется мне работать!

Но, как видите, судьба

Ко мне благосклонна.

И мы можем скорее жить

В новом чистом доме.

Раньше я ловил мышей,

Был простым котом-воришкой!

Ни кола и ни двора,

Начинал я все с нуля,

А сейчас, смотрите все!

Сколько я добился!

Брайс спрыгнул с мебели на пол и направился к выходу. Толпа котов, подпевая, отправилась за ним следом.

Надоел нам старый дом,

Слишком долго в нем живем мы!

Слишком много стало нас,

Растрепался весь матрас.

Скоро будет у нас дом,

Новый и красивый,

Будет в нем большой матрас,

Словно бы перина.

Будет новый дом у нас,

С недырявой крышей,

Скоро все мы заживем

Жизнью, как малина.

Вот так, разоравшись ранним утром, дворовые коты облазили все столбы и уничтожили объявления, чтобы никто, кроме них, не узнал о вакансии мышелова.

Затем усатые и полосатые всей толпой влезли в телефонную будку и взгромоздились друг на друга.

– Думаешь, получится? – спросил Ват, кряхтя и сгибаясь от тяжести.

– Звонок за счет абонента, слышал про такое? – произнес Брайс, взобравшись наверх и скинув с крючка трубку, из-за чего эта «куча мала» тут же рассыпалась. Никто не хотел получить тяжелой трубкой по голове.

– Нет, – ответил Ват, следя глазами за качающейся на шнуре трубкой.

– Давай, – сказал Брайс и начал набирать номер с уцелевшего объявления под диктовку Локо.

После утомительного ожидания наконец трубку подняли.

– Особняк Гвендолин, чем могу быть полезен? – послышался на другом конце сонный голос пожилого мужчины.

Ват, Локо и еще двое тянулись кверху ушами изо всех сил.

– Ну? – нетерпеливо спросил Брайс, сидя на аппарате.

– Особняк Гвендолин, знаешь такой?.. – спросил черно-белый Пит, который оказался выше всех.

– Нет, – скривился Брайс.

– Алло! – снова послышался голос дворецкого на том конце.

– Гвендолин? – удивился рыжий с белыми пятнами кот по имени Оскар. Его так назвали в честь деда, который когда-то жил в доме. – Я бывал у них на клумбе. Там аристократ живет, Леонардом звать. Потомок каких-то там персов.

Услышав кошачий язык, немного изумленный дворецкий повесил трубку.

– А чего он мышей не ловит? – Спросил у товарища Ват.

– Ну, видимо, ему по статусу не положено, – задумчиво ответил Оскар, а затем добавил: – Думаю, он нам не помешает. Насколько помню, он очень ленивый и ко всему безразличный.

– Еще бы! От такой жизни и я бы стал ленивым! – воскликнул Локо.

– Ладно, надо скорее туда добраться, вдруг банда Клинта тоже объявление видела, – сказал Брайс и спрыгнул вниз.

«Плохой сон»

Все тем же утром, но чуть позже, сквозь сон Леонард услышал звонок в дверь и в ужасе проснулся. Он и раньше не раз его слышал, только никогда не обращал на это внимание. На телефонный звонок он тоже не реагировал. Но сейчас перс увидел плохой сон, который закончился тревожным звонком. Успокаиваясь, Леонард посмотрел в сторону выхода и, спрыгнув со своего пуфика, настороженно направился из своей комнаты в холл, где сел в проеме мордой к двери. Однако дверь никто не спешил открывать. Наверное, потому что было пять утра. Его персейшество с достоинством терпеливо ждал, пока не начал снова засыпать. Внезапно снова прозвучал звонок, от которого Лео тут же с ужасом опять проснулся. Наконец послышались торопливые шаги дворецкого.

Мужчина в халате и чепчике, недовольно бубня себе что-то под нос, подошел к двери и посмотрел сквозь стекло. Он уже было хотел открыть, как вдруг издал короткий вопль, схватился за сердце и отскочил как ошпаренный. В панике он побежал будить хозяев особняка.

Проследив за Бернтом, Леонард повернулся к двери и сглотнул. На его морде застыла гримаса страха. Перебрав в голове все возможные варианты того, что так могло испугать дворецкого, и не найдя ни одного подходящего объяснения, он начал медленно красться к двери. Наконец он буквально к ней подполз и осторожно выглянул наружу. Дверь была застеклена почти до низа.

И без того огромные зеленые глаза кота начали медленно округляться и стали раза в два больше прежних. Перед домом сидело штук пятнадцать всяких «серо-буро-малиновых» котов. Мало того, что их было так много и они были такие разные по цветам, так еще и вид их оставлял желать лучшего. У кого не было уха, у кого усов. У других полморды расцарапано… Такого Леонард за свою жизнь еще не видел. На него была устремлена куча глаз, но самый пристальный взгляд исходил от кота впереди всех. По сравнению с остальными он выглядел почти домашним и царапин на его морде не было. Просто перед тем, как позвонить в дверь, Локо и Ват, как могли, для приличия прилизали лапами своего босса, даже сделали пробор на голове.

Лео очнулся от ступора, когда услышал шаги позади. Хозяева в халатах и в сопровождении взволнованного Бернта торопливо шли к входной двери.

– Леонардик, отойди, не надо тебе тут стоять, – произнесла хозяйка и, подняв кота, передала его в руки дворецкого. Затем Чарльз приоткрыл дверь и в изумлении уставился на гостей. Следом на улицу выглянула его супруга и тоже застыла на месте.

Брайс держал под лапой одно из объявлений, которые дворецкий развесил вечером по всему небольшому городку.

– Кажется, они по объявлению, – проговорил мужчина удивленно.

– Но, дорогой, куда нам столько! Нам нужен всего один.

Услышав это, Брайс поднял зад, сделал шаг вперед и промяукал.

Женщина нерешительно наклонилась и присмотрелась. На груди кота сиял медальон в виде косточки. Еще недавно он принадлежал одному мопсу, которого хозяева выпустили с утра во внутренний двор, а коты, зажав того в угол, отобрали у него ошейник. Он, конечно, оказался великоват, но придавал Брайсу больше порядочности.

– Его зовут Бенедикт, – проговорила женщина, выпрямившись.

– Неплохое имя, – отметил мужчина.

– Надеюсь, он не причинит вреда нашему Леонардику, – встревоженно произнесла хозяйка дома.

Услышав свое имя, кот в тревоге перевел взгляд на женщину. Ведь его никто даже не предупредил о том, что в дом будут брать еще одного кота. И этот поступок он расценил как вопиющее предательство и подлость. У него просто не было слов!

А гостей тем временем развеселило то, как Августа зовет своего любимца. Один кот позади даже сплюнул на землю. Но Брайс незаметно для людей цыкнул, и все сразу замолчали.

– Ну что, проходи, Бенедикт! – Владелец дома распахнул дверь пошире, и кот подошел ближе. Перед входом он почистил лапы о коврик и осторожно нырнул внутрь.

– Смотри, какой культурный! Удивительно! – воскликнула восторженная Августа, сложив ладошки на груди.

Леонард, свисая с рук, не мигая смотрел на нового обитателя дома, прошедшего мимо ног хозяйки. Как только захлопнулась дверь, перс снова сглотнул. А затем жалобно и с ужасом в глазах посмотрел на хозяев-предателей.

Бенедикт

Бенедикт шагал по дому вслед за хозяевами и озирался по сторонам. Он еще никогда не был в таких домах, и у него даже мысли не возникало, что он может оказаться в подобном месте.

– Ну, проходи! – сказала Августа, приглашая кота на большую кухню.

Дворецкий поставил Леонарда на специальный стол, где стояли его миски, а на стене в ажурной рамочке висело имя «Леонард».

Пушистый хозяин дома сразу подошел к краю стола и взволнованно, но с достоинством начал следить за новеньким.

– Бенедикт, наверное, еще не завтракал, – заметил Чарльз, и появившаяся уже к этому моменту на кухне Роза, сразу открыв дверцу широченного стола вдоль всей стены, достала оттуда две старые миски Леонарда.

Увидев их, тот сильно возмутился и прокричал на своем кошачьем языке:

– Только не мои миски!

Бенедикт сверкнул на него глазом, и Августа, взяв своего любимца на руки, произнесла:

– Не ревнуй, Леонардик, это ведь твои старые миски.

На лице пушистого появилась ухмылка, и он самодовольно прищурился на гостя.

Кухарка посмотрела на стол перса и уж хотела поставить миски туда же, как хозяйка ее остановила.

– Нет, к Леонардику не надо, поставь их на пол.

Женщина, чуть растерявшись, посмотрела по сторонам и наконец нашла подходящее место. Она поставила миски у стены подальше от стола пушистого хозяина дома. Что тоже немало порадовало перса, но не Бенедикта, который снова сверкнул на Лео глазами, и тому стало не по себе. Однако никто, кроме него, этого не заметил.

После этого кухарка открыла другой шкаф и, достав оттуда консервы, которыми Бернт запасся для нового «работника», несимпатично вывалила содержимое в миску. Следом она долила воды в соседнюю посудину.

– Ну вот, теперь у тебя есть еда. Осталось только приготовить туалет, – добавил Чарльз.

Вскоре рядом с ажурно декорированным туалетом Леонарда поставили обычную коробку с кошачьим песком. Что очень не понравилось хозяину такого чуть ли не королевского сортира (французское название туалета). Впрочем, на все его возражения хозяева не реагировали.

И, обсуждая будущую работу Бенедикта, своего Леонардика они словно не замечали.

– Как ты думаешь дорогой, за сколько он справится?

– Пожалуй, за неделю.

– Надеюсь, за это время он ничего в доме не испортит, – произнесла Августа, взглянув на любимца в своих руках.

– Мы за ним понаблюдаем: если он сделает что-то плохое, тогда выберем другого из тех, что были снаружи.

– Дорогой, я не думаю, что это хорошая идея. Ты же их видел…

Мужчина любя посмотрел на супругу и возразил:

– Иногда самый страшный на вид кот на деле оказывается более порядочным… Но ты, видимо, права – не в этом случае… Если не справится, тогда вызовем службу по травле мышей.

– Смотри, он уже пошел по дому принюхиваться к мышам! – вдруг воскликнула Августа.

Она выпустила любимца из рук, и они с мужем, а также с другими обитателями дома направились следом за Брайсом.

Все оставшееся утро хозяева ходили за мышеловом хвостом и наблюдали, как он осваивается. Перс держался в стороне и тоже не сводил глаз с нового работника.

Наконец, убедившись, что кот действительно порядочный: на стены не метит, обои не дерет, Леонарда не обижает – хозяева и любопытная прислуга разошлись по делам, оставив котов предоставленными самим себе.

– Так, значит, ты тот самый аристократ из Персии? – спросил Брайс, не глядя на кота и продолжая деловито осматриваться.

– Не из Персии, это мои предки из Персии, – поправил его Леонард.

– Не важно, – грубо ответил ему кот, что сильно возмутило интеллигентного перса.

– Тебя наняли для отлова мышей? – поинтересовался он, наконец присев.

– Именно. Ты же не умеешь их ловить, – надменно ответил Брайс.

– Я никогда и не пытался. Эта работа не для таких, как я! – гордо произнес Леонард.

– А для каких – таких, как я? – Брайс неожиданно повернулся и, прищурившись, не по-доброму уставился на кота.

– Ну я… я хотел сказать, что в мои обязанности не входит ловля мышей, – начал оправдываться хозяин пуфика.

– А что же в них входит? – задал вопрос мышелов, все еще пристально глядя на перса.

– Нуу… – растерялся тот.

– Я так и думал. Ладно, слушай меня сюда, Пушок.

Брайс подошел к Леонарду так близко, что тому даже пришлось отстраниться. Он сделал шаг назад и уткнулся попой в пуфик.

– Пока я тут работаю, ты сидишь где-нибудь на своей ажурной подушке, не высовываешься и не вякаешь, усек? – произнес Брайс таким тоном, который не терпел возражений.

– А… – хотел было что-то сказать Лео, но бандит его опередил:

– Иначе мои товарищи раздерут тебя на помпоны…

– Я понял, буду сидеть на подушке и молчать, – испуганно ответил Леонард.

– Умничка! Быстро соображаешь, аристократ, – надменно сказал новенький.

Он снова начал ходить вдоль стен и что-то высматривать.

– Позволь тебя спросить, а ты тут надолго? – осторожно продолжил беседу Леонард.

– Навсегда, – не отвлекаясь от дела, ответил Брайс, и перс, округлив глаза, сглотнул.

– А твои товарищи?.. – добавил Лео после того, как запрыгнул на подоконник и увидел в окне свору, которая, казалось, не собиралась никуда уходить.

– Тут всем места хватит… – бесцеремонно ответил кот, как только залез за диван.

Леонард обомлел от такой откровенности, а затем услышал:

– Ты что-то имеешь против, Пушок?

– Я… я нет, я просто спросил, – ответил хозяин дома, находясь в полном шоке и глядя, как дворовые коты копают землю в любимых клумбах хозяйки.

– Бинго! Одна есть, – воскликнул бандит и, поднявшись во весь рост, вылез из-за дивана: в плинтусе обнаружилась маленькая дыра.

Леонард аж подскочил на месте.

– Надо проверить остальные помещения, – сказал мышелов и, выйдя из зала, направился разгуливать по дому.

Леонард спрыгнул с кресла и сделал несколько шагов следом. Он так и остался стоять посередине комнаты. В этот момент он решил, что его счастливой, меланхоличной и спокойной жизни настал конец.

– Где я так мог нагрешить? – обреченно и задумчиво произнес кот и упал в обморок.

Хлопушка

Все улицы Мышландера были украшены гирляндами и светящимися фонариками. Ровно в десять часов вечера под всеобщие приветственные возгласы на ажурную трибуну вышел солидный с виду мышь – мэр города – и произнес торжественную речь. Он выразил благодарность родителям Крута, Тина и Чико. А также поблагодарил жителей города за вклад в постройку этого места и выразил надежды на светлое будущее. Бабушка ребят в очередной раз прослезилась, и супруг ее тут же успокоил.

Затем мэр еще раз поздравил всех жителей с праздником и торжественно взорвал хлопушку. Народ ликовал, и сразу раздалась торжественная музыка. Из-за трибуны показались как на подбор парадно наряженные мыши и под барабанную дробь начали свое шествие по городу. Следом за ними увязался длинный хвост из местных и не только жителей Мышландера. Веселясь и танцуя, они шли по улицам и зазывали стоящих в стороне зрителей. И так по всему городу: в одном месте танцевали, в другом играли, в третьем пели. Акробаты и фокусники развлекали мышиную публику, как умели. Особенно детишек.

Вскоре, воспользовавшись моментом, Крут и Ния смогли от всех улизнуть. Молодой мышь предложил что-то показать своей подруге, и та, не раздумывая, согласилась.

– Бегом! Давай, Ния, за мной! – мчался Крут, подгоняя свою подругу.

– Куда мы бежим?

– Давай скорей, сейчас сама увидишь! – кричал он, несясь впереди, перескакивая с одной коробки на другую – и так на самый верх. Наконец, он запрыгнул на последнюю из них и, на секунду остановившись, медленно подошел к краю.

Ния приблизилась сзади и увидела то, что он хотел ей показать. Отсюда весь город был виден как на ладони. Он светился сотнями разноцветных лампочек. И сверху все это выглядело фантастически. Из города доносилась музыка и смех мышей, и это было сказочно красиво. Ния села рядом с любимым и, восторженно любуясь, выдохнула:

– Я еще никогда такого не видела. – Мышь ахнула и сложила лапки на груди.

– Я тоже еще нет, – так же наслаждаясь видом, произнес Крут.

– Я рада, что именно ты показал мне это место.

Ния любя посмотрела Круту прямо в глаза и, взяв под руку, положила голову ему на плечо. Тот нежно потеребил ей лапой лоб и, достав из рюкзака кусочек ванильного печенья, протянул подруге.

Так какое-то время они, молча передавая друг другу лакомство, откусывали его по кусочку, пока сзади не раздались знакомые голоса.

– Я говорил вам, что они тут! – сказал Тин, поднявшись на самый верх.

Вслед за ним поднялись Дора, Чико и Лин.

– А мы вас обыскались! – произнесла Лин, увидев друзей.

Ния оглянулась и поднялась на задние лапы.

– Вы уже видели город с высоты? – спросил Крут у подруг Нии, поднимаясь следом.

– Да, – ответила Лин за всех и, загадочно улыбаясь, взглянула на Тина.

– Ну что, тогда побежали на кухню? – предложил Чико, взглядом окинув город сверху.

Конечно, ему нравился этот великолепный вид, но мысль о выпечке на кухне нравилась ему еще больше.

– Да! – ответил Крут, посмотрев на Нию, и помчался в низ.

Коробка

Компания воришек миновала все ходы и наконец оказалась на кухне. Осторожно выглянув наружу и убедившись, что в кухне никого нет, они уже были готовы выскочить из укрытия, когда Лин их вдруг остановила:

– Подождите!

– Что? – спросила ее Ния, и все уставились на подругу.

– Вы это чувствуете? – Девушка настороженно принюхивалась.

Чико и остальные высунули носы наружу.

– Я чувствую ваниль, – ответил младший из братьев, прикрыв глаза и облизавшись.

– Ее я тоже чувствую, но есть что-то еще. Новый запах. Словно грязным котом воняет, – произнесла Лин, скривив морду.

– Да, странно, – согласилась Ния.

– Вдруг это Леонард снова на свою какашку наступил? – предположил Чико.

– Нет, это другое, – задумчиво ответила Лин. – Я не могу понять: будто какая-то еда, но не привычная. Не людская и не Леонарда.

– Может, ему прописали какую-то новую диету? – произнес Тин.

– Ага, чтобы его еще чаще тошнило? – засмеялся Крут.

– И что будем делать? – спросил Тин, глядя на старшего брата. – Может, девочкам лучше остаться тут?

Чико снова принюхался.

– Я ничего не чувствую!

Сказав это, он вдруг выскочил наружу и помчался вдоль стены до длинного стола. Там, спрятавшись за ножку, он осмотрелся.

– Все чисто! – прошептал он испугавшимся за него друзьям и махнул лапой.

Один за другим, озираясь по сторонам, вся компания перебежала от одной ножки стола до другой. Наконец они оказались возле стены из старых кирпичей и по ней поднялись на стол. Минуя кухонную утварь вдоль стены, они добрались до висящих прихваток и по ним залезли на полку. Там среди всяких банок стояла деревянная коробка. Мыши давно ее видели и знали, что в ней хранят: ту самую выпечку, за которой они прибегали сюда вчера утром. Только разница была в том, что тогда они стянули печенье прямо из вазы, в которой оно остывало. Поэтому они и были замечены. Правда, сейчас дело было не менее сложным, потому что деревянную коробку еще предстояло открыть.

Валерьянка

Озираясь по сторонам, Брайс ходил по темному дому и искал Леонарда. Наконец, пройдя несколько залов, коридоров и поднявшись по лестнице, он оказался возле двери, из-за которой доносились странные звуки. Мышелов заглянул внутрь и увидел комнату, очень похожую на спальню перса. Там, на фоне портретов кота и его хозяев с ним же на руках, прямо посередине комнаты был большой круглый пуфик с кучей подушек.

От всей этой сопливой и безвкусной, на его взгляд, ажурности бандит скривил физиономию. Но все же решил посмотреть в морду тому, кого он собирался из этого дома вскоре выселить. К большому удивлению мышелова, перс невозмутимо спал и даже что-то там себе сладко намуркивал.

Взглянув на Леонарда, Брайс негромко, словно самому себе, сказал:

– Кажется, у этого кота усы будут покрепче, чем у меня, раз он может спать так невозмутимо в моем присутствии…

А дело все было вот в чем.

В помещении слышался запах валерьяны, которой какое-то время назад напился Леонард, стянув ее у Розы из буфета. Иначе бы сердце кота просто не выдержало всего этого стресса в связи с появлением в доме Бенедикта и той оравы за окном. Поэтому-то кот и спал, как ни в чем не бывало.

Брайс еще раз задумчиво посмотрел на перса и отправился на кухню.

Взобравшись на стол с табличкой «Леонард», кот по слогам прочел имя.

– Скоро тут будет висеть «Бенедикт». Не жить тебе тут, Пушок, – проговорил он сквозь зубы, а затем уставился на тарелку, которая была заполнена нетронутой едой.

– Хм, интересно, чем кормят котов-аристократов? – Ему вдруг стало интересно это узнать. Брайс посмотрел на несимпатичные остатки своей еды в миске на полу, затем снова на еду Леонарда.

Мышелов начал принюхиваться к еде перса и пытался разобрать запахи, которые он и в жизни не слышал. Это примерно как некоторые люди никогда не нюхали запах трюфелей. Кот морщил лоб, задумывался, снова нюхал… Как вдруг услышал за спиной шум.

***

Компания воришек стояла возле деревянной коробки. Крут с неуклюжим Чико приподняли крышку, и Тин с Лин заглянули внутрь. Они хотели убедиться, что там есть то, за чем они пришли.

– Ну что? – спросила нетерпеливая Дора, которая не могла дотянуться до бортика.

– Есть! – ответил за всех Чико, тоже заглядывая внутрь.

– Тогда за дело, – сказал Тин, и вместе с Лин они полезли внутрь.

Оказавшись в коробке, мыши по одной начали передавать печеньки Доре и Нии. И были они так заняты этим делом, что не заметили, как два немигающих глаза следили за ними с другого стола. Туда они даже не посмотрели, когда поднимались наверх, так как им и в голову не могло прийти, что в это время на столах может кто-то находиться. Они знали, что Леонард уже спал.

Брайс прищурил глаза и, стараясь себя ничем не выдать, осторожно перепрыгнул с одного стола на другой и тихо подошел к воришкам. Чико наконец почувствовал тот самый странный запах, о котором говорила Лин, и начал крутить головой по сторонам. Тогда он и увидел, как рядом с полкой что-то поднимается. Его друзья были заняты печеньем и не обращали на это внимание, а сам мышь просто замер от ужаса. Прямо на его глазах, словно гора, поднялся кот и уставился на воришек.

Чико посмотрел на медальон с косточкой, затем на его злую морду и сглотнул.

– Кот! – заорал он во всю глотку, и в этот момент Брайс снес самого Чико, Крута, Дору и Нию лапой. Крышка захлопнулась, и Лин с Тином остались внутри.

– Бежим! – закричал Крут, и все кинулись врассыпную. Бандит бросился за ними. Мыши спрыгнули с полки и разбежались кто куда. Они старались поскорее добраться до прохода. Кот несся за ними следом и все-таки сумел загнать Чико за ножку стола, откуда попытался достать его лапой.

А в это время в коробке суетились Тин и Лин.

– Давай! Я подержу, выбирайся! – сказал он торопливо, встав во весь рост, и, напрягаясь, приподнял крышку.

– Я не пойду без тебя! – крикнула ему в слезах Лин.

Как вдруг мышь не выдержал веса, и крышка, стукнув, захлопнулась. Что снова привлекло Брайса, и он, оставив Чико, поспешил назад к полке.

– Давай, Лин! Ты должна уходить! Я пойду следом за тобой.

Он снова с усилием поднял крышку.

– Я люблю тебя! – Лин кинулась к Тину и обняла его. Затем она перелезла через бортик и едва не была поймана котом. Уворачиваясь от его когтистых лап, она смогла оказаться на полу и добежать до буфета с посудой, где ее уже ждали друзья, с ужасом в глазах высовываясь из прохода в подполье.

Поняв, что он всех упустил, Брайс досадливо сплюнул, как вдруг услышал шуршание в коробке. Тин в темноте оступился о печеньки и упал. Мышелов подошел ближе к коробке и прислушался. Она вдруг начала приподниматься. Кот заглянул в щель и тут же шлепнул лапой по крышке. После этого он сел на коробку и стал озираться по сторонам. Он искал то, что мог бы поставить для веса сверху вместо себя. И наконец увидел банку с кофе. Мышелов слез с коробки и, перетащив банку, поставил ее сверху, тем самым замуровав Тина внутри. После этого, довольный своим первым уловом, Брайс снова взобрался на стол Леонарда и с аппетитом набросился на еду, словно это было вознаграждением за его работу. Закончив трапезничать деликатесом, которым он наелся до отвала, но предпочел бы повторить, мышелов спрыгнул вниз и лениво направился в туалетную комнату.

Конец веселья

– В доме кот! В доме кот! – кричали друзья, несясь среди толпы по городу.

Однако на них никто не обращал внимание. Ведь все и так знали, что в доме кот, которого за кота они в принципе и не держали. Поэтому, когда Крут вскочил на сцену и выхватил у певца микрофон, все еще продолжали праздновать. Вдруг музыка оборвалась.

– Жители города Мышландера! В доме появился кот! – прокричал Крут, глядя на растерянную толпу.

Услышав это, все начали истерично хохотать.

Крут посмотрел на печального младшего брата. На Нию, заплаканную Лин, Дору, затем на горожан.

– Дворовой! – добавил он громче, и толпа мышей один за другим в секунду затихли.

Мэр, который все это время находился неподалеку в компании важных особ, уставился на Крута и его друзей, по лицам которых было видно, что они не шутят.

– Его зовут Бенедикт! – сообщил всем Чико. – Я прочитал имя на его медальоне.

В толпе раздались охи и ахи.

– Но что он тут делает?! Это ужас! Нам конец! – раздались испуганные крики в толпе.

Получив наконец полное внимание, старший брат рассказал, что с ними только что произошло и добавил, что их друг и брат Тин схвачен.

В толпе снова раздались возгласы.

Бабушка ребят испуганно вздохнула и, сложив лапки на груди, тихо заплакала.

– С ним все будет хорошо, с ним все будет хорошо! – пытался успокоить ее супруг, хотя сам знать этого наверняка не мог.

– И что нам теперь делать? – раздался одинокий голос из толпы.

– Да, в Гвендолине такого еще не было! – выкрикнул другой.

– Не знаю пока, но нам нужно освободить моего брата и выяснить, что это за кот… – ответил Крут, посмотрев на друзей.

***

Примерно в пять утра Леонард почувствовал у себя в животе урчание. Несмотря на все уговоры Вивьен, вчерашним вечером он так и не поужинал. У него совсем не было аппетита. Напрочь позабыв о Брайсе, первым делом Лео решил сделать свои кошачьи дела, чтобы в животе было больше места для той еды, что, как он думал, осталась в его тарелке со вчера. Однако, подойдя к своему гламурному сортиру, он встал как вкопанный, а затем сильно озадаченный опустил зад на пол. Перс вспомнил, что в доме действительно поселился еще один кот и это вовсе не один из кошмаров. Ни сон. Брайс в это время крепко спал где-то в другом конце дома. И вот, прямо посередине этого красивого туалета, была навалена некрасивая куча… В то время, как соседняя коробка была чистой. Леонард вновь озадаченно посмотрел на свой туалет, подумав, что, может, он сам приходил сюда во сне и этого не помнит, потому-что переборщил с валерьянкой и стал лунатиком? Но вдруг перс вскочил на все четыре лапы и яростно начал топтаться по кафельному полу, скрести его, словно пытался кого-то порвать. Выпустив пар, он наконец успокоился и, скривив физиономию и брезгливо дергая лапами, осторожно залез в дешевую, по сравнению с его туалетом, коробку. Сделав свои дела, он пулей выскочил наружу и еще какое-то время по дороге дергал лапами, стряхивая кошачий песок по всему полу.

После этого перс направился в кухню, где и обнаружил свою тарелку пустой. Злой и голодный как черт, он сидел на столе и думал о Брайсе, как вдруг услышал шорох.

Леонард прислушался получше и наконец понял, откуда он исходит. Тем же маршрутом, что и мышелов, он подошел к полке и приложился ухом к коробке, вокруг которой валялись печеньки.

В это время, при появлении в кухне Лео, попрятавшись кто куда, жители Мышландера наблюдали за тем, что будет происходить дальше.

Перс снял с коробки банку с кофе и постучал когтем по крышке. Затем чуть приподнял ее и заглянул внутрь. Тин забился в угол и от волнения тяжело дышал. Ведь он не знал, кто снаружи.

– Тин, это ты там? – спросил Леонард, присмотревшись.

И это очень сильно удивило как мышь, так и всех остальных. Они переглянулись и продолжили наблюдать.

– Я… – неуверенно ответил заложник. – А откуда ты знаешь? –

– Я вас всех знаю, – пояснил пушистый и наконец открыл крышку так, что Тин остался вообще без какой-либо защиты сверху. Он еще стоял в углу, но все же начал успокаиваться. Ведь Леонарда он уже знал и понимал, что тот его есть уж точно не будет.

– Тут был другой кот, – сообщил он персу, озираясь.

– Он и есть, – скривил недовольную физиономию кот и добавил, чтобы успокоить: – Скорее всего, он сейчас спит.

Однако в этот момент из его живота раздалось громкое урчание. Тин подскочил и снова напрягся.

Заметив страх в глазах мыши, Леонард произнес:

– Ты серьезно?..

Тин чуть растерялся, но затем понял, что его страх беспочвенен. Леонард за всю свою жизнь и муху не съел. Даже случайно. Это знали все жители Мышландера. Они вообще, казалось, о нем знают больше, чем он сам. Уж его дневное и ночное расписание так точно. Даже все меню.

Наконец мышь начал выбираться из коробки.

– Давно он тут? Раньше мы его не видели…

– Со вчерашнего утра. И там еще штук пятнадцать на улице караулят. – Леонард обреченно посмотрел в сторону выхода из кухни.

Ошарашенный Тин проследил за взглядом кота и снова ужаснулся.

– А что он тут делает?

– Работает, – опять скривил морду перс.

– И надолго это? – спросил мышь, опустившись на полку.

– Сказал, что навсегда…

– Навсегда! – воскликнул маленький воришка, округлив глаза.

– Да. Он собрался поселить в этом доме всех своих товарищей, – расстроенно сообщил ему кот и тут же увидел, как со всех сторон к ним подходят охающие и ахающие жители подполья. А впереди всех – его друзья и близкие. Лин сначала двигалась нерешительно, но затем, увидев безразличие на морде кота, подбежала к Тину и обняла.

– Спасибо! – сказала она персу с глазами, полными благодарности.

Кот так же небрежно кивнул.

– Всех?! – вскрикнул Крут и, подходя к брату, приветственно похлопал его по плечу.

Бабушка не могла нарадоваться, что внук в порядке. Она только слегка отряхнула его от крошек печенья.

– Позвольте от своего лица и от лица всего Мышландера поблагодарить вас за спасение нашего дорогого сына, друга, внука… – вдруг встрял в их разговор мэр города.

– Позволяю, – спокойно остановил Лео перечисления, чем несколько озадачил важную мышь. Но по лицам других и так было видно, как они благодарны.

Мэр было снова открыл рот, однако его перебили.

– Я думаю, Чарльз и Августа такого не допустят, – произнесла неожиданно Ния, поднимая с полки, на которой все стояли, потерянную печеньку.

– А он и не собирается у них спрашивать… Не знаю, как он намеревается это провернуть, но чую, скоро придется мне ходить в туалет на клумбу, как это делает его свора… Бедная Августа! Ее удар хватит, когда она увидит, что они сделали с ее цветами, – закатил глаза Леонард.

– Мы должны выгнать этого Бенедикта из дома! – расхрабрился Чико.

– Но как? – воскликнул в ответ Тин.

– Хозяева сами пригласили его на работу в качестве мышелова. Если бы вы не бегали сюда днем, ничего этого не случилось бы, – укоризненно сказал перс, глядя на воришек.

– Мы лишь хотели теплого печенья, – ответил за всех младший брат, скуксив морду.

– Могли бы и у меня спросить, я б дал. А теперь что?.. – расстроился Леонард и, спрыгнув со стола, пошел вон из кухни.

Мыши переглянулись и поняли, что дела в доме действительно очень плохи.

Сюрприииз

Обитатели дома все еще спали, когда в комнате, где расположился Брайс, послышался требовательный стук в окно.

– Босс, босс, псс! – звал его Локо вполголоса, взгромоздившись на своих товарищей.

Наконец кот-мышелов сквозь сон услышал голоса и проснулся. Он сладко потянулся на кресле у окна и еще какое-то время осознавал, что он не в своем старом доме, а в особняке.

– Проснулся! – сообщил Локо вниз. – Брайс! – позвал он его снова, проведя когтем по стеклу, чтобы тот поскорее обратил на них внимание.

Такой режущий по ушам звук ни один кот не выдержит. Да и не только кот.

– Что?! – недовольно заорал кот и подошел к окну, за которым мелькала знакомая физиономия.

Еще несколько котов, кряхтя, поднимались наверх, чтобы посмотреть на убранство дома хотя бы через стекло.

– Спроси у него, спроси! – послышался снизу голос Вата.

– Брайс, у тебя нет ничего покушать? – скривил Локо морду. Из его живота послышалось урчание.

Брайс чуть озадачился, посмотрел на выход из зала, а затем, скривив морду, произнес:

– Подождите, я гляну.

Понимая, что иначе они не угомонятся, он направился в кухню, где в его миске оставалась еда.

Оказавшись на кухне, кот посмотрел на остатки в своей тарелке и понял, что этого не хватит. Потом он посмотрел туда, откуда Роза доставала консервы. Но пока думал о том, как они ее вскроют, глянул на коробку, в которой он оставил мышь. На следующее утро он собирался гордо продемонстрировать ее владельцам дома. Однако увидев, что коробка распахнута, Брайс застыл на месте.

Вдруг в коридоре послышались шаги. Кот быстро метнулся по столам и закрыл крышку. Будь она открыта, Роза тут же сообщила бы хозяйке о проделках мышей. Что негативно отразилось бы на репутации Бенедикта как кота-мышелова.

Сверкнув глазами и сжав челюсть, тот спрыгнул вниз и решил незамедлительно найти перса. Брайс был уверен, что это его лап дело. Но, как вскоре оказалось, не только это. Пересекая коридор, бандит услышал разговор Вивьен и Бернта. Они стояли в туалетной комнате. Брайс заглянул внутрь и увидел, как из его горшка по полу стелется чуть ли не дорога из песка.

Женщина возмущалась неаккуратностью нового обитателя дома. Ведь за Леонардом такого никогда не наблюдалось.

Вивьен хотела немедленно сообщить об этом Августе. На что Бернт, усмехнувшись, произнес:

– Ну, он хотя бы в свой лоток ходит.

После этого дворецкий отправился по своим делам.

– В свой лоток? – озадачился кот, который хотел сделать Леонарду пакость и нагадил в его коробку, хотя в результате достанется самому Брайсу.

Кот снова сжал челюсть и уже более решительно пошел искать аристократа.

Мышелов видел, как его товарищи нетерпеливо ждут еды, но он лишь недовольно отмахнулся и направился дальше.

– Уже зазнался! – недовольно сказал Локо, спрыгнув вниз.

– Может, поохотимся? – предложил Ват и начал оглядывать кустарники.

***

Брайс целенаправленно шел по дому и высматривал Леонарда. Наконец он увидел перса на подоконнике в его комнате. Тот наблюдал за тем, как, взобравшись на дерево, дворовые коты безуспешно пытаются поймать себе завтрак. На землю обильно падали ободранные листья, поломанные ветки, периодически вопящие коты.

Мышелов опустил голову и, уставившись на аристократа, начал к нему красться. Однако неожиданно он зацепился длинным когтем за ковер и застрял на месте. Когти Леонарда были всегда аккуратно подстрижены и подпилены.

– Да чтоб тебя! – выругался Брайс, пытаясь отодрать от пола лапу.

Увидев кота, перс сразу поднялся и взволнованно насторожился. Мышелов, подергав лапой, наконец отцепился и вновь нацелился на пушистого хозяина дома.

– Это ведь ты отпустил мышь, которую я поймал, не так ли?.. – процедил он сквозь зубы, прищурившись и нервно подергивая хвостом.

– Мышь? Какую еще мышь? – сделал перс удивленное лицо. Однако по нему было видно, что врет, потому что побаивается Бенедикта. Дело в том, что Лео вообще никогда не врал и поэтому не умел врать. У него все на лбу было написано.

– А песок, что ты рассыпал – и сейчас все думают на меня!.. Я ведь говорил тебе сидеть и не высовываться?..

Бандит подошел уже совсем близко и в любой момент мог наброситься, когда Леонард вдруг начал издавать характерные громкие звуки, отрыгивая комочки шерсти, а позади сразу послышались шаги и голос хозяйки.

– Ах, вот вы где, мальчики? Играете? – улыбнулась она котам, входя в комнату: – Ох, бедный мой Леонардик! Вивьен! – Хозяйка позвала девушку убрать за котом.

Брайс с отвращением посмотрел на комок шерсти, затем, скорчив подобие улыбки, промяукал на своем языке: «Как же ты невовремя со своей отрыжкой!»

Леонард посмотрел на Августу жалобными глазами и тоже выдавил подобие улыбки.

– Пойдемте завтракать, мальчики. Ваша еда уже в тарелках, – сообщила она им и, подойдя к любимцу, взяла перса на руки. Брайс снова скривил морду, будучи крайне недоволен тем, что ему не позволили разобраться с аристократом.

– Я до тебя, Пушок, попозже доберусь, – сказал он Леонарду и пошел следом на кухню.

***

А в это время Крут, Тин, Лин, Дора, Ния и Чико сидели с другой стороны плинтуса и в щель наблюдали за происходящим.

– Мы должны что-то сделать! – воскликнул Крут вполголоса, когда Брайс подходил к Леонарду и был готов вот-вот на него наброситься.

– Да, мы не можем вот так просто прятаться и ничего не делать! – Ния испуганно посмотрела на любимого.

– Но что мы можем? – спросил Тин

– Не знаю, но надо этого Бене как-то отвлечь, – oтветил Крут, хаотично бегая глазами и соображая, как побыстрее отвлечь мышелова. Вдруг послышались шаги Августы: к счастью, женщина спасла ситуацию.

– Возможно, если мы будем сидеть тихо и не высовываться, то услуги мышелова им больше не понадобятся?.. Они его просто уволят, – произнесла Ния и облегченно выдохнула, когда Августа унесла кота.

– Я думаю, этот Бенедикт сделает все, чтобы тут остаться, а потом и всю свою ораву тут поселит, – сказал Чико, отойдя от стены и с досадой пнув лапой кусочек деревяшки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.