Ирина Романова
Три дракона для попаданки. Хозяйка заброшенной усадьбы

Глава 1

– Мели, детка, как ты? – надо мной причитал старческий дребезжащий голос.

Это он мне? Я хоть и с трудом, но смогла разлепить ресницы. Вроде смотрит на меня. Попыталась сориентироваться в пространстве, но не получилось. Где я?

– Не знаю… – болело все.

– Когда же на ирода найдется управа… – продолжил причитать старик, пытаясь поднять меня с пола.

– Что произошло? – мой рот издавал странные звуки, но я почему-то понимала, что говорю. Что это за язык?

– Ох, а вы и не помните? – искренне испугался старик, перейдя на уважительное «вы».

Решила сделать вид, что ударилась головой до потери памяти. Другого выхода пока не вижу…

– Наверное, нет, голова болит сильно!

– Так лорд Генри осерчал… еще два ряда яблонь поразила гниль! – ему все же удалось меня поднять и даже довести до кровати и усадить на нее. – Вы, полежите, а я принесу целебного отвара и заживляющую мазь!

Старик «бодро» вышел из небольшой и весьма скромной комнаты. Голова закружилась, я, чтобы не рухнуть с кровати, вцепилась в старое одеяло. Обратила внимание на тонкие, юные руки, хоть и испещренные кровавыми полосами.

А еще…

Судя по ткани и заплатам, платье было настолько древнее и ветхое, что вызывало недоумение, как я его еще ношу. Оно должно было рассыпаться, едва я пошевелилась…

Попыталась оглядеться. Вся обстановка говорила о том, что это весьма бедное жилище…

Вместо штор на окне висела тряпка на веревке, на полу голые доски. Стол из грубо обработанного дерева, явно ветхий и кривой стул. Выделялся только туалетный столик с зеркалом, как нечто чужеродное здесь. Я смогла заставить себя встать со скрипучей кровати и шатающейся, нетвердой походкой подошла к нему…

Нет, я привыкла, что мое грузное тело из-за онкологии весьма болезненно реагирует на движения. Но сейчас, несмотря на то, что я чувствовала, как руки и плечи горят огнем, явно что-то было не так.

В мутном зеркале со множеством сколов и трещин была не я. Там стояла молодая девушка лет двадцати, бледная, с синяками под глазами, щеку пересекала свежая красная полоса от удара чем-то тонким…

Густые золотистые волосы были растрепаны, а на виске виднелась рана с едва запекшейся кровью…

Я – Марина Дрозд, пятидесяти трех лет отроду, грузная от вечного заедания проблем и кучи лекарств. Одинокая, больная кошатница…

Это не я…

Прошлая жизнь мелькнула кусками, словно оборванное кино. Вот я молодая выхожу замуж, вот отучилась и села за рукоятку контроллера трамвая. Дети… их почему-то не случилось, и я, потеряв надежду, пошла на гормональную терапию. Растолстела…

А муж…

Непрошеная слеза скатилась по щеке. Я опять себя жалею…

Муж ушел к молодой девушке, которая быстро ему нарожала аж троих малышей. Он даже не развелся со мной, жил на две семьи, пока я не узнала и не выгнала.

А потом дележ имущества, но тут мне повезло, квартира досталась от родителей, а вот гараж и машину пришлось продать, чтобы разделить «нажитое в браке», хотя все было куплено только мной…

Следом известие о раке, и все накопления ушли на бесполезное лечение. Думала, так и умру одна, никому не нужная. Подруг не нажила, родных не осталось…

Умерла я вот быстро, спасибо соседушке-алкашу. Я по доброте душевной выскочила на площадку защищать его жену, которую он нещадно лупил. Один толчок – и я улетела по лестнице, в одно мгновение сломав шею.

Одно меня порадовало, что успела отписать квартиру детскому дому…

– Вы встали! – огорчился старик. – Вот травки уже настоялись, и вот мазь, ручки надо смазать и личико, последняя баночка. Ничего больше не осталось… Поместье гибнет!

– Как тебя зовут? – перебила я его.

– Сильно головой ударились, ой, беда прямо беда! Стивен я, ваш слуга, госпожа! – он поставил на столик баночку. – Берегите ее…

– Стивен! – раздался чей-то визгливый голос. – Где ты, старая скотина!

– Ой, ваша сестрица, леди Клэр, гневается! Ложитесь срочно, а то погонит в огород! – он снова поспешил покинуть меня.

Не стала долго думать, быстро выпив отвар, спрятала баночку в нашедшийся на платье карман и вернулась в кровать.

Едва я прикрыла глаза, как дверь со стуком распахнулась, и в нее ворвался аромат приторных духов. Что-то едкое, цветочное, почему-то смешанное с мерзким запахом гнили.

– Не притворяйся, дрянь! Я знаю, что Генри был у тебя! – завизжала женщина над моей головой. – Чего ты добиваешься? Почему ты его огорчаешь?

Мне моментально стало плохо, и я, кажется, опять потеряла сознание.

Лежала тихо, стараясь не привлекать внимание, хотя вроде никого рядом не было…

Но раны на руках, щеке и виске начали саднить, и я вспомнила о какой-то чудо-мази, принесенной слугой. Пошарила в кармане, проверяя, на месте ли она, смогла сесть.

На столе еле чадила небольшая свеча, оставленная в каком-то подстаканнике, практически не давая света. Но я заставила себя встать, взять ее и поднести к зеркалу.

– Кто же этот Генри, что может так со мной обращаться? – я смогла разглядеть свое лицо и, отвинтив крышечку мази, зачерпнула пальцем, нанесла на полосу от удара на лице и рану на виске.

– Действительно чудо… – шрам на глазах исчезал, но мази было катастрофически мало.

Осмотрев исполосованные руки, которые не скрывали порванные рукава, поняла, что оставлю мазь на экстренный случай. Спрятав баночку в карман, я налила из кувшина воды в таз и ополоснула лицо. Найденной ветошью, заменяющей полотенце, вытерлась, не трогая мазь на лице. Гребень с обломанными зубцами нашелся рядом, им я смогла привести себя в более-менее нормальный вид.

Взяв огарок, подошла к двери, почему-то страшась выйти за нее. С краю стояла обувь, напоминавшая сабо, но сделанные из куска дерева, обитого кожей. Оглянулась на комнату. Что-то не верится, что это мое жилище. В том, что я живая и попала в юное тело, сомнений не осталось. Книги о попаданках я любила, читала…

Но почему у меня все так плохо?

Где мой принц-дракон, богатое приданое и дом, полный слуг?

Что-то мне не хочется, чтобы меня опять били…

Неужели меня некому защитить? Где родители, друзья, жених…

Тихо шла по коридору, пытаясь не стучать обувью и не совсем понимая, куда вообще бреду. Хотелось есть…

Наверное, тело само помнило дорогу, поэтому я быстро обнаружила приоткрытую дверь в кухню. Заглянула внутрь, обнаруживая старика, спящего на лавке.

На столе стоял поднос с чем-то, накрытый тканью. Тихо подошла и приподняла краешек ветоши, явно какие-то остатки…

– Встали? Хорошо, что господа отдыхают, да и ночь на дворе. Не видят вас… – старик хотел было встать, но я пожалела его.

– Лежи! Я сама налью! – нашла кружку и, взяв ветошь, налила себе с большого и тяжелого чайника настоя из трав.

Села за стол и накинулась на остывшее овощное рагу без грамма мяса и куски полузасохшего пресного хлеба. Только голод сейчас заставлял есть эту невкусную еду…

Хлеб был сделан из муки плохого качества, не выдержан до конца, тесто клеклое и сырое внутри. А рагу – просто безвкусное месиво овощей, соли нет, специй или зелени тоже…

– Расскажи мне, кто я, кто эти люди, что позволяют так вести себя со мной… Я все забыла…

– О-хо-хо, вас бы в город к лекарю! – пожалел старик. – Родители ваши как ушли в мир иной, так ваша сестра и вернулась в дом как опекун! А вам бы замуж и долой иго троллье… Изведут они вас!

– Замуж? И почему троллье? – не могла связать одно с другим. – Сколько мне лет?

– Двадцать один этой весною стукнуло! Но законы мира таковы, что дева, пока не замужем, не может быть одна. Должен быть опекун! А тролль… лорд Генри он и есть! – старика ощутимо тряхнуло.

– Ладно… И где мне взять мне мужа? – заинтересовалась перспективой.

– В город надо… А вот как? Вас же не выпускают из поместья!

– Засада… А что-то еще можно узнать обо мне, о семье?

– Дык вы же обучены грамоте, почитайте в книгах, все в кабинете у вашего покойного батюшки, они остались нетронутыми! Никому не нужны. Как сказала леди Клэр, только на растопку, не представляют ценности! А кабинет там, дальше по коридору и на второй этаж, самая первая дверь. Мимо не пройдете!

Я видела, как он устал, его глаза даже не открывались… Я тихо доела, выпила настой и, взяв посуду, пошла искать на кухне мойку. Но крана и раковину я не обнаружила, только таз с немытой посудой, ведро воды и тряпки, сушившиеся на веревке возле печки. Налила воды и добавила горячей из кастрюли на печи. Быстро перемыла все, перетерла, и сложила на столе.

Кухню можно было разглядеть даже благодаря огарку свечи и тлеющего пламени из печи. Опять этот странный минимализм…

Печь, занимающая полкухни, полки, заставленные старой посудой, кастрюлями, тарелками. Стол, видимо, для готовки, внизу даже лежали какие-то припасы в мешочках и горшочках. И большой стол, за которым я ела…

Кажется, еще дверь в кладовку, но я почему-то догадываюсь, что там сейчас пусто…

Взяв свечу, я вышла из кухни. Думаю, ночь – самое время для поисков истины…

И выхода из этого бреда…

Пока родственники отдыхают и не помнят о моем существовании…

Глава 2

Пол везде скрипел, меня это пугало до дрожи в коленях, хотя я не была такой уж трусихой в прежней жизни. Скорее тихоней, но в нужный момент смогла и выставить мужа-изменщика из кварты, и в суде отстоять часть имущества… И соседку жалела, пыталась защищать, за что и поплатилась.

А сейчас мне выпал шанс начать новую жизнь, да еще и в здоровом, молодом теле. Разве я позволю бить себя? Хотя судя по всему, меня пытаются просто уничтожить…

– А я не дам себя в обиду… – смело сказала вслух, но перестраховалась и сняла с себя тяжелые деревянные сабо.

Шла по коридору, понимая, что это, скорее всего, этаж для слуг. Серые каменные стены из грубого камня, без побелки, голые полы, испещренные потертостями от времени. Но вот когда я вышла в холл, заметила разницу. На полу лежал ковер, стены прикрывали тканевые гобелены, на которых были бронзовые подсвечники. В них светились какие-то кристаллы…

Подошла поближе, рассматривая это чудо, выглядящее фантастически на фоне моей нищей комнаты. Интересно, как это работает, от чего, если я здесь не вижу проводов… Но они же как-то горят?

На второй этаж добралась без приключений, кажется, просто моего веса не хватило, чтобы половицы скрипели. Лестница была сделана из полированного красного дерева, на ней лежала потертая ковровая дорожка. Посмотрев на коридор, поняла, что тут явно господский этаж.

Вроде как бы и мой тоже…

Снова стало обидно… Как-то не задалось у меня попаданство…

Те же подсвечники, нет голых стен и утепленный пол… Где-то в конце раздавался громкий и басистый храп. От этого звука, мне кажется, даже дребезжали стекла в окнах…

Дверь кабинета поддалась тоже легко, я тихо проникла внутрь и огляделась. Здесь явно было видно былое богатство дома. Массивный стол, кресло с потертой обивкой и шкафы из какого-то темного дерева. Книг было не так уж много, судя по пустым полкам, часть из них, наверное, ушли на растопку или были проданы…

Интересно, а я смогу читать? Хотя ведь говорю на неизвестном мне языке и понимаю, что говорят мне. И в то же время осознаю, что это не родной мой язык…

Взяла книгу со стола, осмотрела со всех сторон. Ее скорее можно назвать ежедневником. Толстая, сделанная из грубой кожи обложка, внутри исписанные мелким почерком страницы. Судя по их состоянию, этой книге много лет, и ее не раз перечитывали.

Я поднесла ее к свече, пытаясь понять, что там внутри… Как ни странно, буквы складывались в слова, знаки в цифры.

Это были заметки моего отца…

Родился, вырос, получил от отца это поместье. Женился удачно, на девушке с даром выращивать овощи и фрукты быстрее, чем на соседних усадьбах. Родились две дочери с разницей в десять лет… Клэр вышла замуж по своему желанию, выбрав богатого купца, съехала, не желая копаться в грядках. Да и дара у нее к этому не наблюдалось…

Дальше все было заляпано воском и плохо читалось, и мне пришлось его отскабливать и менять угол чтения страницы. Буквы сначала плыли, словно живые, а потом засветились и начали складываться в слова…

– Дар матери перешел мне! – сказала я вслух, испугалась звука своего голоса и сразу зажала ладонью рот.

А еще я поняла, что читаю скрытый текст, видимый, только если на нем воск, и смотреть надо под определенным углом. Поэтому судорожно и торопливо стала искать уже испачканные страницы…

На второй было написано, что мама умерла, а старшая дочь решила прибрать доходное еще тогда поместье, думая, что все дело в самой земле…

– Отец завещал все мне, как той, что может продолжить дело. А Клэр не сказал, боясь, что она заставит меня работать как батрачку, что, в сущности, и случилось после его кончины, – тихо шептала я, читая строки. – А еще у меня есть дар и магия…

Внезапно храп прекратился…

Я замерла, а затем решительно задула свечу. Все равно ее практически не осталось… Прижав к себе записную книгу, выскользнула из кабинета и поспешила вниз. На ходу подхватила сабо и скрылась за дверью своей комнаты…

Главное, что я выяснила, что у меня есть некий полезный дар и еще магия!

Вот только что-то он пользу не приносит, защититься я не могу…

Спрятала книгу в матрас, прямо в солому, быстро улеглась в кровать.

Мне кажется, тяжелые шаги, звучащие по ночному дому, идут именно сюда…

Но обошлось…

В мою комнату никто так и не зашел, зато в кухне раздался громогласный разговор. Кто-то басом требовал раннего завтрака…

– Наверное, это Генри, а бедолага Стивен сейчас огребает. Что мне делать? – прошептала, зажимая рот ладонью.

Шаги вернулись в холл, и хлопнула дверь. Показалось, что уличная.

За мутным стеклом начинало светать. Я встала с кровати, подошла к окну и села читать дальше. Нашла еще пару листков, закапанных воском, и тут опять пришлось искать тот угол, под которым буквы засветились и показали нужный текст.

Мало того, что я обладаю магическим даром, отец с матерью предвидели свой ранний уход (а не помогли ли им?). Они посчитали, что единственный шанс на мое спасение, это выдать замуж…

Странно, конечно, но я ведь не знаю, как тут обстоят дела с опекунством. Я так понимаю, сестра меня хочет извести…

Но вопрос, а дамся ли я ей. Поэтому, может, замужество и не так уж страшно?

Итак: первое, отец «купил» мне мужей, (наверное, опечатка в количестве). Контракт подразумевает, что когда его предъявят, магистрат должен подобрать кандидатов. На тот момент это должны быть свободные мужчины, соответствующие стоимости.

Как вообще понять ценовую категорию мужчин, и сколько они в действительности стоят? Может, попросить одного, но подороже?..

Представила себе, как я иду по рынку, а в корзинках сидят мужчины. На каждом есть бирочка, из чего сделан, когда, и где… ну и ценник.

Какой-то бред…

Словно товар описывают…

Но не суть. Где взять этот документ, и как мне выбраться из усадьбы?

Спрятала книгу в матрас и, обувшись, поспешила на кухню, надо помочь старику с завтраком. Стивен уже раздул в печи огонь, поставил чайник и большой горшок с водой.

– Что будешь готовить? – заглянула в мешочек, что лежал на столе. Там была крупа, похожая на пшенку. Но ее на такую посудину было очень мало.

– А не из чего готовить. Все запасы закончились, так и сказал лорду Генри, – вздохнул старик.

Я же уже проверяла корзинки с овощами, хоть они были в достатке. Нашла небольшую тыкву, поняла, что кашу можно приготовить и повкуснее.

Взяла небольшой чугунок и, быстро очистив овощ, разрезала его на куски и бросила их в воду. Обыскав все, не нашла даже намека на специи или соль. Не используют или их просто нет?

За окном кухни увидела грядки, но через холл идти побоялась, чтобы не встретиться с Генри.

– А есть черный ход, для слуг?

– Ох, как же вы бедная дальше жить будете, совсем памяти не осталось, – покачал головой Стивен. – Пойдемте, нужная дверь рядом с кладовкой.

Он пошаркал в коридор, провел меня мимо комнаты и свернул в небольшое пространство с двумя дверьми.

– Это кладовка для старья, но там только никому не нужный хлам, – он указал на первую, боковую дверь. – А это на задний двор, чтобы господ не беспокоить! Хотя кому сейчас тут ходить? Один я и остался, да и то потому, что идти некуда! – он открыл дверь, и мы вышли на разбитые порожки.

Перед нами расстилались бесконечные грядки. Дальше виднелись деревья и кусты. А вот справа… Там было нечто странное: клубы тумана и искореженный под странными углами забор. Но это можно было увидеть только боковым зрением… Я поежилась, все это так странно для меня.

– А почему ушли люди?

– Дык платить нечем! Все уходит на содержание господ…

Стивен вернулся в дом, а я пошла смотреть, что есть на грядках. Я ни разу не огородник, но в овощах и фруктах, как хозяйка, разбираюсь хорошо.

Какое-то слишком простое все растет здесь: тыква, морковь, репа, капуста. Но банальной картошки или свеклы и каких либо травок – петрушки, сельдерея – тоже не нашлось.

Перешагивая грядки, внезапно начала «вспоминать», как за ними ухаживать, «видела», что нужно было бы сделать, чтобы им было лучше…Очень интересные знания…

Прошла дальше к саду, обнаруживая часть уже мертвых деревьев. Но это внешне, а внутри я явственно видела прожилки зеленого цвета, словно вены…

Остановилась и погладила сухую веточку, на которой моментально выросла почка, а из нее выстрелил зеленый листик. Так вот в чем мой дар…

Я умею управлять жизнью растений!

Глава 3

Рассматривая деревья, обнаружила под ними сухие шляпки обычного укропа. Собрав семена, насыпала их в карман, прошла чуть дальше, нашла и молодые побеги. Обрадовалась, что хоть что-то удалось найти. На кашу, конечно, они не пойдут, но впереди вроде как обед, на супчик точно пойдет.

– Ух ты, смородина, – я увидела большой куст с засохшими ягодами. Недолго думая, закинула пару в рот. – А сладкая какая…

Набрала полную пригоршню и поспешила в дом. На кухне мой горшок уже вовсю кипел. Я закинула туда ягоду, ополоснув ее чистой водой. Промыв пшено, разделила его на три части, две бросила в большой чугунок, а одну в свой. Нам со стариком этого точно хватит.

А эти господа пусть едят свою голую… Даже ложки масла не нашлось! Я поискала мед, хоть как-то еще сдобрить кашу. Но увы, закрома действительно были пусты…

Пока мы возились в кухне, я за шумом не услышала шаги главного обидчика. Как я могла пропустить грохот его обуви, не ясно. Не подкрался же он на цыпочках?

– Смотрю, тебе легче… – дверь внезапно распахнулась, и я испуганно уставилась на огромную фигуру. – Старик справится сам, а ты иди, нагрузи овощей короб, повезу в город!

Я сейчас понимала, почему Стивен назвал его троллем. Мужчина явно чем-то переболел, об этом говорил зеленый оттенок его кожи, покрытой буграми. Огромный свисающий нос и вздутые губы не добавляли ему шарма. А еще запах… тот самый, гнилой, что принесла тогда на себе сестрица.

– Каких овощей? – мужчина вызывал у меня неконтролируемый страх. Я невольно попыталась вжать голову в плечи и стать менее заметной.

– Ты что отупела? – зарычал он. – Все, что поспело! Шевелись!

– Да, лорд Генри! – я почти села на пол, то ли в реверансе, то ли просто ноги не держали.

– Завтрак готов? Живо в комнаты, а ты, – он снова посмотрел на меня. – Если не успеешь собрать полный короб… – он показал мне огромный кулак, в котором был зажат тонкий хлыст. – Знаешь, что я терпеть не буду.

Он ушел, а я еще минуты две не могла разогнуть тело, склоненное в «почтении».

– О-хо-хо, – вздохнул старик, доставая большой чугунок из печи. На подносе, лежащем на столе, встала красивая фарфоровая супница, в которую вся каша и ушла. Там же расположились тарелка, серебряная ложка, большой пузатый глиняный чайник и кружка.

Подхватив тяжелый поднос, Стивен медленно пошел из кухни. Я открыла дверь, пропуская его, а сама вернулась в кухню, сдвинула нашу кашу в сторону, чтобы не пригорела. Взяла корзинку, нож и поспешила в огород.

Нарезала упругих капустных кочанов, выдернула с десяток крупных клубней репы, моркови. Пять тыкв с уже подсохшими кончиками пришлось пока оставить на грядке. Корзина была полной и тяжелой, я потащила ее за дом в поисках того самого короба.

Возле крыльца стояла бричка, запряженная осликом…

Короб был привязан к задней части, и я поспешила его заполнить. Правда, оставила одну морковку, стряхнув с нее землю, и поднесла лопоухому извозчику. Он с недоверием покосился на угощение…

– Ешь, трудяжка, – погладила его по длинным ушкам. – Тебе, бедолажке, еще вон какую тяжесть тащить!

Только тогда животное решилось схрумкать угощение, а я поспешила обратно на грядки, прихватив корзину. Притащила тыкву, потом вернулась, еще прошлась по деревьям, нашла несколько хороших яблок. Но те, что были испорчены или уже упали, тоже собрала, можно обрезать и сварить компот…

Загрузила все и поспешила уйти в кухню. Сразу вымыла и почистила ароматные яблоки, бросила их в воду и сунула в печь. Кашу пока не решилась разложить по тарелкам, надеясь, что сестрица тоже уедет с муженьком.

Пыталась прислушиваться к звукам из холла, но пока было тихо… Потом услышала, как возвращается Стивен с пустой посудой. Неужели весь котелок сожрали? Там каши было на десятерых…

Старик поставил поднос на стол и устало сел на лавку. В холле раздались шаги, и дверь хлопнула, раздался звук отъезжающей брички.

– А сестрица осталась?

– Спит леди… До обеда будет отдыхать! Потом потребует еды… Надо готовить!

– Давай пока завтракать? – я быстро разложила кашу по мискам и налила нам чаю.

У меня были планы на это утро, раз уж я могла почувствовать себя свободнее. Прочту до конца ежедневник отца и начну поиски свитка, должен же он где-то быть.

У меня там, между прочим, мужья купленные ждут!

Да и уже есть идея, как покинуть дом, главное – было бы с чем!

– Вкусно! Так готовила ваша покойная матушка. Ей все удавалось легко и просто. Усадьба при ней процветала… – он отер слезу, побежавшую по морщинистой щеке. – Помрем мы тут, и закопать некому будет. Выкинут в навозную кучу, и все.

– Хватит! – шикнула на него. – Я собираюсь жить долго и счастливо, а ты, если хочешь тихую старость, помоги мне!

– Что задумала малышка Мели? – он посмотрел на меня с удивлением.

– В город мне нужно, замуж! Поможешь?

– А чем я могу помочь?

– Как часто Генри отвозит продукты в город?

– Через день, два, как будет что везти…

– Короб там хороший, вместительный! Поможешь его заполнить, а я все, что нужно для этого, приготовлю!

– Ох, не знаю, а если найдут, обоих выпорют!

– А если не найдут и все изменится?

– Да, наверное, хоть и так, все равно найдут причину выпороть, – вздохнул Стивен. – Делай, девонька, как знаешь, я помогу, чем смогу!

Я быстро доела кашу, вымыла посуду и ушла к себе в комнату. Достала из матраса ежедневник и еще раз прочла скрытые строки. Мне это удавалось уже легче, я знала, как смотреть и как выглядит нужная страничка.

Я искала намек, где может быть спрятан свиток, ведь не думаю, что его оставили в открытом доступе. Но ничего, не единого намека…

Решила почитать последние страницы, может, там есть что-то нужное.

– Странная путаница слов и чисел, словно человек был не в себе…

Если часть написанного не особо отличалось от всего текста: приход, расход, сколько погибло, сколько нового посадили – то последние три больше напоминали ребус…

– Точно. Это ребус! – обрадовалась я. Вот что я любила в прежней жизни, так это сканворды и ребусы!

Хотя за последние бралась редко, так как если попадались сложные, я не справлялась и бросала. Даже в ответы не было желания заглядывать…

Но тут у меня не было выхода, нужно было пройти этот квест до конца. Были перечисления. Названия трав, овощей, ягод, числа, запятые, прерывающие слова. Медленно, но верно я вырывала из сумбура истинный смысл слов.

На первой странице много раз повторились всего несколько слов: Ищи нужное там, где лежит уже никому не нужное.

Я прямо вспотела, пока вывела это предложение. Но времени прошло много, и я решила пока отложить дальнейшее изучение страниц. Надо сходить на огород, посмотреть, в чем он нуждается. Мне скоро понадобится следующий урожай.

Спрятав книгу, я вышла в коридор и через черный ход в огород. Проходя мимо растений, примечала, что надо полить, а где просто распушить землю, где подкормить…

Принесла два десятка тяжелых деревянных ведер воды. Мотыга была словно из чугуна, да еще ее и не точили давно. Пришлось искать камень, который нашелся в сарае, и самой править рабочий инструмент. С заточенным дело пошло быстрее: сорняки были уничтожены, земля подпушена.

Теперь нужно развести навоз водой и полить капусту и морковь, они нуждались в подкормке. Я была удивлена тем, сколько всего я знаю об огороде.

Занялась растениями, потеряв счет времени, очнулась, когда спина стояла колом, и я едва смогла разогнуть ее. А ведь еще надо готовить что-то на обед…

Прошла по саду, разгадывая посаженные деревья. На ветках зрели яблоки, груши и даже нашлась мелкая вишня. Дальше шли полосы малины, которую уже можно было собирать, но я, соскучившись по ягоде, просто закидывала ее в рот, жмурясь от яркости вкуса. Она была крупной, сладкой и сочной. Вот бы варенья наварить с нее…

– Жрешь, гадина! Кто разрешал тебе ее есть? Почему мне не собрала? – визгливый крик сестры так ударил по ушам, что заставил закрыть их ладонями и присесть.

Она подскочила ко мне и замахнулась для пощечины, я не успела даже подумать о том, чтобы прикрыться. Ее слабая ладошка не причинила мне особой боли, скорее задела гордость. Только и мелькнула мысль: я же вон сколько сил имею, огород на мне, почему я терплю это? Могу ведь и сдачи дать. Почему она так уверена, что ей все можно? Если только из-за Генри… может, и так, эта глыба тоже будет наказана, когда я выберусь отсюда.

– Прости… – словно очнувшись, сделала вид, что испугалась. Мне сейчас нельзя выдавать то, что я уже не ее сестра…

– Быстро собрала мне ягод, и пусть Стивен несет обед! Сколько можно ждать? – Клэр, довольно улыбаясь, поспешила обратно в дом.

Я смотрела ей вслед, уже думая, что мое спасение именно в городе…

И я сделаю все, чтобы отсюда выбраться!

Глава 4

После обеда вернулся довольный Генри и отдал Стивену покупки.

– На ужин пожарь нам курицу! – приказал он, скользнув по мне мерзким взглядом, словно помоями окатил…

– Хорошо, лорд Генри, – мои ноги сами согнулись, и я смогла изобразить реверанс.

Он ушел, а я начала разбирать немногочисленные покупки. Корзина была скорее пуста, чем наполовину полна. Два каравая хлеба, тушка птички, пару мешочков с крупами.

– Остальное себе в комнаты унес… – понял мои сомнения Стивен. – Чтобы мы не видели, – покачал головой старик.

– Вот жмоты… – огорчилась я. – Курицу пожарим кусками…

– Нельзя! Только целую! – не на шутку испугался слуга.

– Я поняла, – вздохнула я.

Из вредности решила ничем не приправлять курицу, просто ополоснула ее и поставила печься. Пресное овощное рагу хозяевам, а себе решила сварить ароматный супчик с травками. Прихватила небольшую корзинку и небольшой инструмент, похожий на узкую лопатку.

Вышла в огород и решила пройти за малину, где я еще не была. Там были те самые «загубленные» грядки, но почему-то из упрямства шла дальше. Сгнившие овощи, которые даже не поддавались опознанию, были на каждом шагу.

Грядки явно были брошены, но на них даже трава почти не росла. А еще если посмотреть искоса, то под ногами клубился странный туман…

Внезапно странное поле закончилось, и появились светлые пятна. Я остановилась возле ближайшего и присела на корточки. Среди сорной травы были странные сухие стебли. Видения, возникшие у меня перед внутренним взором, рассказали, что это был эксперимент моей мамы. Она принесла странные клубни из леса, попробовала их сварить, и вкус ей понравился. Они с отцом накопали ведро и посадили в землю…

Узнать, получилось ли у них что-то, они и не успели. Да и никому не сказали.

– Картошка… – обрадовалась я. – Надо выкопать, просушить и посадить заново!

Всего два пятна с корнеплодами уцелели в этом странном тумане. Но я набрала полкорзинки плотных и достаточно крупных клубней. Они точно подойдут для посадки, а вот мелочь можно хорошо промыть и сварить.

Я потом поищу еще, дальше, или схожу вон в тот лесок, что виднеется на горизонте. Может, что новое найду.

Поторопилась обратно, крупные клубни высыпала в кладовке. Там тепло и сухо. Мелкие тщательно вымыла, и, высыпав чугунок, поставила в печь, оставив чуть-чуть для супа. Уже готовилась кура… пахла она вкусно, несмотря на то, что даже соли не было.

На наш суп решила взять пару ложек с жира со сковороды с птицей. Уж это не посчитают, наверное…

А их рагу пусть остается таким, как приготовил старик. Кусками нарубленная капуста, морковь и брюква.

Нам же я сделала что-то наподобие щей: капустка, морковь, зелень петрушки и картошка. Поставив все вариться, я взяла корзинку и лопатку снова ушла на огород. Очень хотелось, чтобы хоть что-то еще сгодилось на продажу…

Приглядела несколько кочанов капусты, погладила их по листьям, надеясь, что моя магия на них повлияет. Брюква и морковь…

Мне не хватало лука, чеснока, зелени петрушки и корневищ сельдерея… И просто соли и банального черного перца. Но или здесь о них ничего не знали, или стоили они столь дорого, что мы не могли себе это позволить.

Нового я не нашла, но и далеко не уходила на этот раз. Вернулась на картофельное поле, обошла его еще раз в надежде найти еще что-то.

Поняла, что пятна из зеленых сорняков стали больше…

Странный туман расползался и обнажил еще кусты картофеля, но они были словно только посаженные. Зеленые ростки только пробили сухую землю. Выглядело это так, словно эти участки земли просто «спали», а я их своим присутствием здесь «разбудила».

Разрыхлила землю, разбивая сухую, сбегала и принесла воды, проливая клубни живительной влагой. Погладила каждый кустик, желая ему расти и не болеть.

Поспешила обратно в дом… По сути обеда у меня и не было, я доела остатки каши, разделив их со слугой, запила компотом. Суета и беготня по огороду, пустая еда давали постоянное чувство голода. А там у нас компот, супчик и картошка!

Пока я суету наводила на грядках, Стивен уже отнес ужин и вернул поднос с грязной посудой. Сейчас сев на лавку, прислонился к стене и дремал.

Нам достались только крупные кости от курицы, остальное было съедено…

Вот же жмоты…

Мой разум никак не мог понять этого разделения, ведь я же здесь хозяйка.

Я разлила суп по мискам, слила картошку и высыпала ее на стол, на полотенце. Компот настоялся и пах очень ароматно, яблоки и смородину выложила в тарелку и, накрыв тарелкой, унесла в кладовку: пригодится, чтобы сдобрить кашу завтра.

Нам от щедроты хозяев оставили по куску все того же серого хлеба…

– Стивен, идем поедим, – тихо сказала я, присаживаясь за стол.

– А я все хотел спросить, можно ли трогать, но не стал… Уже всего боишься, не зная, что можно, что нет.

– Перестань, все, что связано с едой, все можно! Ешь и ложись отдыхать, посуду вымою сама!

– А это что? – он посмотрел на картошку, которую я чистила и складывала к нему поближе.

– А ты попробуй, это очень сытно!

Он аккуратно взял клубень и откусил, покатал во рту, потом пожал плечами.

– Все, что способно набить желудок, съедобно, – и принялся за суп. – А вот жир в супе… Нельзя, но очень вкусно. Надо съесть все и вымыть посуду, чтобы хозяева не узнали, – он поежился.

Видимо, часто бьют…

– А суп весь, – понимающе кивнула. – Ешь, пожалуйста.

– Хозяин велел передать, что бы завтра к утру были еще овощи…

– Будут!

Мы съели все подчистую, Стивен, если сначала ел с жадностью, то уже к компоту успокоился и спокойно выпил его. Я, пожалев клевавшего носом старика, довела его до лавки.

Перемыла посуду, вынесла очистки в помойную яму. Присела на небольшой чурбачок во дворе и оглянулась…

Почему нет кур, поросят? Это же деревня, тут живность сама еду добывает…

Как-то день прошел очень быстро. Вроде и встала с рассветом, а кажется, что я и половины дел не выполнила…

Поплелась в дом, поставила в остывающую печь казанок с водой, хоть чуть-чуть обтереться. Платье мне менять просто не на что, в моей комнате не было сменной одежды…

Забрав воду и прихватив ветошь почище, я ушла к себе. Хозяева вроде спали, о чем свидетельствовал раздававшийся в доме басовитый храп.

Зря надеялась… Едва я вылила воду в таз и стянула с себя ветхое платье, как в комнату ворвалась сестрица.

– Бездельничаешь, гадина! – снова зашипела она, словно не умела говорить по-другому.

– Я все сделала… – тяжело вздохнула я. – Ночь на дворе!

– До полночи еще два часа, а кто будет полы мыть? – она подскочила и больно ущипнула за плечо.

– За что ты так со мной? – посмотрела на нее, шарахнувшись и ударившись об стену.

– За что? – она подняла в удивлении свои тоненькие бровки. – А ты не знаешь?

– Нет… Мы же сестры!

– Ты мне не ровня, я пошла по крови отца, а вот ты… Вся в мать, дочь купца!

– Но рождены от одних родителей, – не понимала я.

– А вот это спорный вопрос! – фыркнула она с ненавистью.

Что она имеет в виду?..

– Одевайся и быстро вымой холл и наш этаж, но чтоб тихо, не разбуди Генри! В спальне уберешься завтра после обеда, как я проснусь.

Я начала надевать платье, понимая, что не могу ей позволить нажаловаться на себя. Кто знает, не попытается ли Генри убить меня снова…

Ветхая ткань под моими дрожащими руками просто затрещала и распалась…

Я так и осталась стоять с обрывками в руках.

– Да чтоб тебя! – замахнулась сестрица для пощечины. – С тобой вечно все не так! Жди тут, нечего шастать по дому в сорочке. Сейчас поищу, что еще не пошло на тряпки!

Она ушла так же бесшумно, как и пришла. Как ей удается так тихо ходить?

Уж не знаю, где она взяла то, что принесла, но у меня закрались сомнения, что это ее старые платья. Вот только где она их хранит? И почему прячет…

Почему я должна ходить в ветхом, когда есть еще вполне годная для носки одежда?

– Не радуйся сильно, – снова зашипела сестрица. – Все украшения, кружева, подъюбники отпороть! Вот нитки, – она швырнула в меня моток, в котором торчала игла.

Клэр точно метила в лицо, но я успела прикрыть его, опустив голову.

– И потом чтобы все вымыла!

– Хорошо… – вздохнула я, надеясь, что она все же уйдет наконец. – Но уже темно, и я не увижу шитье.

– Можешь сесть в холле, там всегда светло! – она кивнула сама себе. – Пользуйся моей добротой!

И ушла…

Я хотела было расплакаться, но почему-то не нашлось на это сил…

Глава 5

Рассмотрев платья, я поняла, что они действительно старые. Скорее всего, Клэр носила их до замужества. Но я сейчас такая худая, что, наверное, сойду за подростка, и платья будут мне в пору. Только коротки…

– Придется ходить так, – вздохнув я и, взяв платья, нитки, вышла из комнаты.

Все равно мне нечего было надеть, поэтому пришлось прикрываться одеждой. В кухне захватила небольшой нож для распаривания ткани.

Да и кого мне сейчас стесняться?

Генри и Стивен точно спали…

Моя кроткая, едва по колено сорочка, была явно с чужого плеча: слишком большая, лямки сползали с плеч, норовя оставить меня обнаженной. Конечно, не новая, но вполне сносная, целой, без латок. Нижнее белье представляли только панталончики. Лиф отсутствовал, как и чулки…

Села прямо на ковер, разглядывая простое платье и не понимая, что тут можно убрать. Кружева нашлись только на нижних юбках, пришитых прямо к талии.

Пуговиц не оказалось, только шнуровка по бокам…

Отпоров подъюбники, убрала их в сторону. Взялась за второе платье, на котором нашлись и пуговицы, я их аккуратно обрезала, но не могла придумать, чем их заменить, платье застегивалось на крошечные петельки на спине.

Недолго думая, просто зашила все: я такая худая, что платье будет на меня надеваться, как мешок. Скорее тут надо искать, чем утянуть плечи и лиф, чтобы я не потеряла его, просто двигаясь.

Подъюбники я распорола и убрала, оставив себе один, самый нижний. Он был из тонкого нежного материала и очень просился на белье. Этого хватило бы мне на новую сорочку, шортики и что-то виде маечки-топа. Моя грудь была слишком мала, чтобы шить для нее нечто специфичное в виде бюстгальтера.

Управилась я за час, успев сшить себе шортики и отложив остальное на завтра. Если оно, конечно, будет… Спать хотелось неимоверно.

Надела платье, которое утягивалось шнуровкой по бокам, а остальное отнесла в комнату, припрятав то, что собиралась шить, в матрас. Надеюсь, сестрица побрезгует ковыряться в гнилой соломе…

Остальное сложила и понесла на второй этаж, где меня встречала Клэр, сидевшая в кабинете отца.

– Положи сюда, – шикнула она на меня. – Идем, покажу, где убраться.

Я сложила все на стол и поспешила за ней. Она распахнула две двери на этаже. Их всего было восемь, кабинет, спальня, где сейчас храпел Генри, и остальные комнаты остались закрытыми.

– Вымыть все, белье перестирать… – прошипела она мне в лицо. – Я иду отдыхать, если услышу лишний звук…

– Я помню… Чем стирать? – вздохнула тяжело, понимая, что тут быстро не управишься.

Осмотрела ванную, вполне себе вместительную и даже с кранами. Много шкафчиков, забитых полотенцами, пузырьками. На полу в углу лежала огромная куча постельного белья и одежды. Она источала мерзкий запах гнили…

Вторая комната была спальней, видимо, для самой Клэр. Все из дорогого красного дерева, явно пуховая перина, куча подушек и мех вместо покрывала. Толстый ковер во всю комнату. Бархатные занавески на окне, как и балдахин над кроватью.

Пуфики перед трюмо, небольшой столик, кресло, обитое кожей.

– Начни со спальни! Мыло лежит на белье! – пихнула она меня в бок, приводя в себя. Развернулась и, сняв связку ключей с пояса, открыла одну из запертых комнат, скрываясь в ней.

Взяв из кухни метелку, ведро воды, тряпки, вернулась в комнаты. Было много пыли, и стоял затхлый запах, хотелось распахнуть окна. Мне нечем было дышать…

Но я побоялась, что ставни заскрипят, поэтому, обмотав лицо куском тряпки посвежее, принялась за работу. Вода быстро стала грязной.

Чтобы ее поменять, пришлось идти на улицу. Открывать краны в ванной не решилась. Все мои действия сводились к страху, что мне попадет…

А я так и не нашла времени, чтобы найти свиток…

В ванной было сложнее, здесь словно давно не убирались. Все заросло странной черной плесенью и пахло соответствующее. Сначала вытащила белье, найдя кусок мыла, похожего на хозяйственное. А потом начала скрести щеткой, которую нашла тут же, валяющейся на полу.

Без нее я бы не справилась, просто тряпкой такой ужас не убрать. Щетка не выглядела новой и уже потеряла половину щетинок.

Еще один час, и вуаля, все было вымыто. Остались еще коридор, кабинет, лестница и холл.

Мелочь…

Кабинет был самым чистым, его я убрала быстро. Ковер в коридоре и на лестнице потребовал усилий, его пришлось чистить вручную.

Воды ушло шесть ведер, которые мне приходилось носить с улицы. Часы в холле пробили сначала полночь, потом час, два… три…

А еще ведь стирка…

Руки я уже стерла до крови, чистя ванную…

Села на ступеньки лестницы, понимая, что сил у меня не осталось. Зачем она так меня изматывает, ведь это все можно сделать и днем.

– Что расселась. Стирай и можешь отдыхать! – подкравшаяся Клэр пихнула меня ногой. – Вот еще пара туфель, почисти их! – мне на колени упала обувь.

– Я могу это сделать утром? – у меня не было сил даже подняться.

– А утром у тебя огород! – сестрица внезапно поняла, что я не могу пошевелиться. – Генри останется недоволен, если я пожалуюсь на тебя!

– Иду, – поежилась я, вздохнула и, взяв обувь, ведро и веник, пошла к черному ходу.

Там оставив все возле кухни, подхватила кучу белья, направилась на задний двор, где была большая кадка и веревки для мокрого белья.

Натаскав воды в посудину, нашла древний инструмент для стирки, висевший тут же. Железный лист с ребрами был мне весьма полезен, руки просто не слушались. Как я все это перестираю, не знаю…

Но как говорится, глаза боятся, а руки делают. Через некоторое время на веревке висели пара очень красивых платьев, нижние рубашки, панталоны и летняя накидка в виде длинного жакета с рукавами. Нежные чулочки буквально не хотелось выпускать из рук, как и тонкие шелковые платки, на шею или голову, уж не знаю, как их здесь носят. Следом расположились мужская рубашка, штаны, несколько мотков сапожных портянок…

Я, конечно же, простирнула и свою сорочку, стащив ее с себя, и убогое бельишко. Только рядом повесить не решилась, отнеся это в сарай.

Вошла в кухню, поставила котелки и чайник в печь, подкинув туда дров, зажгла огарок свечи. Вернувшись в комнату, я поняла, что до рассвета осталось едва ли час. В мутном окошке дальний лес окрашивался в розовое.

Достала ежедневник отца и снова прочла ребус, внезапно догадываясь, о каком месте идет речь. Кладовка, там точно все ненужное… Но это только для всех. Больше все равно никаких подсказок не было…

Вздохнув, поднялась со стула и, взяв свечу, пошла к кладовке.

Если я не сделаю это сейчас, то потом, возможно, будет и не зачем. С таким планом работ я просто умру…

Дверь открылась тихо, я осмотрела полки, впрочем, практически пустые. Сломанная мебель, рваные ковры, какие-то мотки тряпок.

Едва не падая с ног от усталости, я все же вспомнила про магию. А глаза и прищуривать не нужно было, я едва могла держать их открытыми.

Тот самый странный блеск я увидела, только когда осмотрела все сверху донизу. Тайник обнаружился, конечно же, за самой нижней полкой и скорее всего за плинтусом.

Трогать не стала, вдруг Клэр решит обыскать комнату, да и неизвестно, поедет ли сегодня Генри на рынок.

Вышла из кладовки и пошла в кухню. Меня снова мучал голод. Кажется, была куплена какая-то крупа, сварю-ка я кашу.

Едва я начала готовку, как в коридоре послышались тяжелые шаги.

– Завтрак через полчаса и овощи в короб через час! – Генри стоял в дверях кухни, пригнув голову. Весь он не помещался…

– Да, лорд Генри, – за меня ответил вскочивший с лавки старик.

Гоблин ушел, а я присела на край лавки, не зная, что делать. Я всю ночь трудилась, у меня нет сил. Выручил Стивен.

– Если уж решила что делать, доводи все до конца! Не будет нам покоя, пока они в доме хозяева…

– Ты прав. Сейчас я все приготовлю, – поднялась с лавки, подхватила корзинку и поспешила в огород.

Капуста за ночь подросла, как впрочем, и тыквы, морковь. Быстро срезала выбранное, надергала овощей, стряхнув землю. Принесла все к уже стоявшей бричке, оставила на земле.

Снова вернулась в кладовку, отковырнув плинтус, обнаружила там свиток и несколько мешочков. Потрогав их, поняла, что это монеты и, возможно, драгоценные камни. Взять последние я не решилась, ограничилась тем, что вытащила несколько монеток и интересное украшение, которое буквально притягивало взгляд. Рука сама схватила его.

Кожаный ремешок был привязан к невзрачному на вид камушку. Обычная речная галька, словно обсыпанная золотыми вкраплениями.

Быстро надела его на шею, торопясь не успеть.

Выскочила во двор и замерла. Внезапно на ум пришло, что я выгляжу сейчас не очень. Из обуви только в сабо на голую ногу, платье да, вполне приличное, не считая, что оно мне даже икры не прикрывает.

Недолго думая, схватила с веревки уже подсохшее белье. Чулки, накидку, платок, перчатки, надо же спрятать свои грубые руки со стертой кожей на ладонях.

Подумав, взяла еще и туфли. Клэр проснется к обеду, надеюсь, она не успеет заметить пропажу.

Хотя, может, уже и ни к чему бояться?..

Найдет сразу, убьет, найдет позже, тоже убьет…

Глава 6

А ведь мне придется как-то остаться незаметной до конца поездки. А потом еще выбраться из короба. В сарае надела одежду сестры, обувь была чуть велика, но я напихала туда соломы.

Сложный план… И единственный… Самая я не выберусь из усадьбы, я не знаю дороги. Судя по времени, которое в прошлый раз потратил Генри, это почти семь часов. А он ехал на ослике…

– Давай быстрее, пока господин завтракает! – пока я терзала себя сомнениями, ко мне подошел Стивен.

Махнула рукой, была не была!

Залезла в короб, прижимая к себе свиток. Меня аккуратно закладывали овощами, не оставляя просвета, чтобы я была не заметна…

– Где это тощее недоразумение?! – прогудел злобно Генри.

– Так уже в огороде хлопочет! Позвать? – испугался Стивен.

– Нет… Позже!

Повозка натужно скрипнула, хлопнули вожжи, все дернулось и мы поехали. Трясло меня, конечно же, знатно, как бы не укачало…

Но благодаря этому, я нашла щель в коробе и смогла придвинуться к ней. Овощи смогла уложить так, чтобы не раздавить их, а то и вправду убьет…

Дорога была пустой, лес по ее краям иногда разделяли ответвления. Видимо, в другие усадьбы и деревни. Возможно, я правильно сделала, что поехала таким образом. Где бы я искала ту самую дорогу в город?..

Деревья поредели часа через два, появились ухоженные поля, где-то вдали показались дома. Потом тряска уменьшилась, словно дорога стала ровнее…

Судя по всему, мы с проселочной выехали на большую перед самим городом. Тут уже было много путешественников, и мы ехали не одни. Нас обгоняли большие грузовые телеги, запряженные тяжеловесными конями. Куда уж нашему ослику до них…

Ехали не спеша, вот уже и дома вдоль дороги стоят, и пешие путники появились. Затем все замедлились, и я по разговорам рядом поняла, что впереди что-то в виде пропускного пункта в город.

Едва миновав ворота, мы начали петлять по городу, но ехали быстро, не останавливаясь. Я боялась, что у меня не будет и шанса выскочить из короба…

Но вот Генри придержал бойко бежавшего ослика.

– Тпру! – тележка качнулась, я замерла, не зная, что делать.

Накатил страх, что сейчас меня обнаружат…

Но мужчина пошел дальше, его шаги отдалились, стукнула какая-то дверь.

Так быстро я еще не двигалась. Тело хоть и занемело, но адреналин подстегнул меня, и я буквально вывалилась из короба на землю. Ударилась коленками и ладонями о брусчатку, поднялась и, оглянувшись, поняла, что меня никто не видит. Улица была пуста…

Поднявшись, доковыляла до небольшого проулка между улицами. Там были навалены пустые ящики и корзины, вот за ними я и спряталась, пережидая, что будет дальше.

Снова хлопнула дверь.

– Заеду через два часа! – раздался голос зятя. – Посижу у старого друга!

– Да, господин Генри. Думаю, ваши овощи не залежатся! – ответил ему чей-то слащавый голос. – Эй, ты, шустрее забирай заказ! – услужливые интонации сменились на приказной тон. – Что-то мало этот раз…

– Как мало? – Генри почти зарычал, что заставило меня сжаться от страха. – Ну, сколько есть, значит!

Тележка скрипнула и укатилась. Я подождала, пока разговор затихнет и, поправив косынку и одернув платье, вышла из укрытия. Оглянулась, ища хоть кого-то, кто сможет мне указать путь в магистрат.

На улице потянулся народ, вернее служанки и слуги с корзинками. Видимо, чтобы купить продукты для хозяев, конечно же, самое свежее…

– Простите! Подскажите, как найти магистрат? – остановила я пару улыбчивых женщин.

– Так вон, башня виднеется! – указали они на черный острый шпиль, возвышающийся над городом.

– Благодарю, – склонила я голову и поспешила в том направлении.

У меня есть всего два часа на все. А вот что потом, я не знаю…

Быстрым шагом я добралась до конца улицы и оказалась на большой площади. Кареты и повозки ехали в таком количестве, словно это оживленная автострада…

Тут царил хаос…

– Куда вы все в такую рань? – пробурчала я, но уже наметила план перебега. Все же просветы были видны, был шанс быстро пересечь все это опасное пространство.

– Куда прешь, глаза разуй!

Едва я сделала шаг с мостовой, как меня чуть не сбил всадник, которого я все же прозевала. Отскочив назад, прижала руку к груди, сердце бешено билось от испуга.

Впереди раздалась ругань, я посмотрела туда, ища причину шума.

Между колес и копыт мелькал белый комок меха…

– Боги, его сейчас собьют и растопчут! – вскрикнула я и понеслась вперед, как маневренный поезд…

Ну и, конечно же, я не думала о том, что меня тоже сейчас раздавят. Подхватив замерший комок на руки буквально из-под огромного копыта, я услышала предупреждающий крик. Увидела, что на меня мчит карета, запряженная шестеркой лошадей…

– Леди! Где ваши опекуны? – меня зажмурившуюся буквально кто-то выдернул из этого хаоса. – Почему вы разгуливаете одна?

Слова говорившего, конечно, удивили: тут полно девушек, гуляющих в одиночестве. Как обладатель столь чарующего голоса определил, что именно меня должен кто-то сопровождать?..

– Дома, – пожала я плечами и смогла заставить себя открыть глаза. Меня везли на коне, прижав к широкой мужской груди. – Мне, пожалуйста, к ратуше! – я посмотрела вперед, обнаруживая искомое здание впереди себя.

– И что же вы здесь забыли? – не отставал голос. Я не могла себе позволить даже посмотреть, кто меня везет, мужчина был высоким, да и прижимал меня к себе весьма жестко. Развернуться я бы не смогла.

Но голос обладал странными свойствами: он успокоил меня, внушил чувство безопасности и желание довериться…

– Мне срочно надо купить мужа! – буркнула я, не осознавая даже, что можно было бы и промолчать.

Конь остановился прямо у крыльца ратуши, мужчина спрыгнул с него и, зачем-то стянув перчатки, протянул мне руки. Я во все глаза уставилась на потрясающе красивого брюнета с голубыми, словно омуты, глазами, в которые хотелось окунуться и забыться.

Я бы сказала, в моем представлении такими должны быть мужья-драконы.

Он подхватил меня за талию и поставил на брусчатку, но успел принюхаться. Я густо покраснела, надеясь, что не пахну, как крестьянка…

– Удачного приобретения! – улыбнулся он, лишая меня воздуха в легких.

– Удача мне точно не помешает… – вдохнув, резко развернулась и сбежала от мужчины, недоумевая, что вообще сейчас было…

А еще перед глазами мелькнуло странное видение: мужчина думал о маленькой девочке, он отчаянно хотел ей заменить родителей, дать ей больше, чем он может. Малышка смотрела на него любящими глазами. А он пришел сюда найти ту, кто захочет принять его с маленькой сестренкой.

Встряхнула головой, сбрасывая странное видение.

Оказавшись в большом холле, я огляделась. Много снующих туда-сюда людей, все явно чем-то заняты. И куда мне?

В руках пискнул сильно прижатый к груди комок…

– Ох, малыш, вот как ты так? А если бы я не успела? – оглядела я небольшого белоснежного котика или кошечку.

– Мяу! – преданно посмотрела на меня животинка разноцветными глазенками, желтым и зеленым, и затарахтела…

– Леди, вы весьма беспечны! – Меня кто-то, аккуратно взяв за плечи, почти переставил подальше от двери. – Тут же проход…

– Что же за день такой… – я растерянно смотрела в карие глаза очередного красавчика, который продолжал меня держать за плечи горячими ладонями без перчаток.

А перед глазами опять видение: мужчина отчаянно желал помочь пожилым родителям. Род разорился и обеднел. Их выставили из дома, продав за долги, сейчас они жили в доме для прислуги. Он рассчитывал найти богатую невесту…

Брюнет поправил идеально причесанные волосы, окинул меня взглядом и сбежал…

Сердце отчаянно кричало: хватай его и беги, он нам подходит!

Но я вовсе не богатая невеста… Хотя кто знает, сколько там приданого в тех мешочках?..

Попыталась восстановить сбившееся дыхание и попытаться найти хоть кого-то, кто сможет меня отвести к тому, кто хоть что-то знает.

– Простите, вы мне не поможете? – дернула за рукав проходящего мимо пожилого мужчину. – Мне бы получить мужей…

– Леди, – он склонил голову, осмотрел меня, – прошу за мной!

Я едва успевала бежать за ним, он, уткнувшись в бумаги, маневрировал в толпе со знанием дела. А я, как хвост, в разные стороны моталась, сталкиваясь со всеми, и без конца извинялась.

– Вам сюда! – он указал рукой на дверь и, даже не останавливаясь, исчез в толпе.

– Спасибо… – посмотрела ему вслед.

На массивной двери висела табличка «выдача мужей по векселям».

Бред…

Я потерла висок, у меня начала болеть голова. Шагнула ближе и взялась за ручку в виде лапы дракона, чтобы потянуть на себя, но не решилась…

За дверью раздавались резкие крики:

– Вы, простите, бедны, как церковная мышь, а ваш дар лекаря такой мизерный! Какая леди с даром захочет взять вас в мужья?

– И что мне делать? – в отчаяньи воскликнул приятный баритон, да так, что и меня пробрало.

– Ждите!

Меня чуть не сшиб еще один представитель прекрасного мужского населения этого города… Да еще и блондин!

– Простите! Я не причинил вам вреда? – прекрасный образчик мужского пола смотрел на меня голубыми глазами и реально переживал. – Я чувствую, на вас есть ушибы, и эти руки… – он опустил взгляд прямо к рукам, спрятанным в перчатках.

А ведь на них я пожалела чудо-мазь…

Глава 7

– Простите, мне пора, – пискнула я, заставила себя оторвать от пола ноги и шмыгнула за оставшуюся открытой дверь…

– Что вам, леди? – раздался резкий голос из-за стойки, заваленной бумагами.

– Мужей, на предъявителя, – сказала я и вытащила из кармана свиток, укладывая на свободное пространство.

– Как интересно… – протянул невидимый мужчина. – Цены-то возросли… Дар, вижу, есть, но вот сумма уже не тянет на шик, – пренебрежительно фыркнул голос.

Что он там может видеть, если я его не вижу?..

– И что теперь? – растерялась я.

– У вас богатое приданое, а значит вам главное же в мужчине магический дар?

– Мне главное, чтобы они были! – решительно заявила я, надеясь, что мне не подсунут кого-то хуже, чем Генри. Тогда мне точно не выжить. – Выбор будет?

– Отказников… – он замолчал, – м-м-м, то есть доступных по сумме, всего десять кандидатов. Включая вас, вы все висите у меня на балансе и в не закрытом отчете! А у меня, между прочим, конец месяца!

– И-и… – подтолкнула его.

– Через час, в храме напротив нас. Выберете, подпишем согласие, и я смогу закрыть хоть часть отчета! Идите!

– Благодарю, – и уже спокойно вышла из кабинета. – Ну что мне делать с тобой, дружочек? Где твои хозяева?

– Мур? – сидевший тихо под накидкой котенок зашевелился и высунул голову.

– Свят, свят, – шарахнулся от меня какой-то мужчина. – Леди, выкиньте это исчадие демонов!

– Кого? – непонимающе оглянулась.

– Это! Приспешник темной магии! – мужчина ткнул в меня пальцем.

– Это котенок, – посмотрела на него, как на умалишенного, и поспешила покинуть магистрат.

Вышла на площадь и оглянулась, куда пойти, пока есть время. Гулять сильно нельзя, вдруг Генри встречу…

А я еще не придумала план возвращения. Как проникнуть обратно в короб, я не знала. Но то, что мне нужно вернуться, однозначно, старика Стивена жалко. Я была уверена, его убьют за мою пропажу…

Вздохнув, спрятала котенка под накидку и оглянулась, мне еще предстоит перейти эту странную площадь. Это что единственная дорога через город?..

До меня долетел запах свежей выпечки…

– М-м, я ведь не завтракала! – вспомнила я и побрела вдоль домов, выискивая источник аромата.

Идти пришлось недолго, возле одного из зданий была выносная лавка. На витрине были выложены свежие пирожки. Вспомнила о том, что взяла с собой несколько монеток.

– Леди, угоститесь пирогом! – торговец расплылся счастливой улыбкой. – С ягодой?

– А цена? – смутилась. Ведь я даже не представляю ценовой разброс дорого-дешево.

– На медную монетку два пирожка с мясом, – он понял приличного вида выпечку. – Или один с малиной! – показал на кругляши размером с мой кулак.

Я, покопавшись в кармане, достала одну из монеток. Там были три серебряных и как раз одна медная. Достав самую крупную, протянула торговцу.

– Мне пару с мясом!

– Приятного аппетита! – мужчина шустро сунул золотистого вида пару в бумажный пакет и, забрав монетку, протянул мне покупку.

Сразу отщипнула кусочек и сунула в рот. Такой вкуснотени я здесь и не ела еще. Где Генри берет тот невкусный хлеб?..

Нашла небольшой выступ у соседнего дома и присела на него.

Котенок, усаженный на колени, затребовал свою долю: видимо, был настолько голоден, что не выдержал. Я, отломив до мясной начинки, дала ему, он, вцепившись в пальцы коготками, начал жадно есть. Недолго думая, выковыряла все мясо и отдала малышу.

Мне и этого достаточно, вкусно и ладно. Хотя мне кажется, здесь нет такого понятия, как дрожжевое тесто. Хлеб и тот на закваске, возможно, на кислом молоке. Из-за того, что он невкусный, я и не поняла, из чего он сделан.

Мы доели, и я встала, снова пряча котенка за накидкой, снова посмотрела на площадь. Заметила проулок, откуда выезжали меньше: там было достаточно узко, чтобы нестись сломя голову.

Выбрав момент, смогла перебежать на другую сторону и пошла в сторону здания, не очень похожего на храм. Невзрачное строение было слегка побелено, так что просвечивала каменная кладка. Наверное, добротно выглядела только массивная дверь, которая должна была выдержать штурм.

Потянув на себя бронзовое кольцо, я вошла в здание. Тихо…

Свет падал из узких окон, расположенных по бокам, почти под крышей. Лавочки были только у входа, рядом с чашей для подаяния. Присела, сдвинувшись в угол, в тень, почему-то страшась быть увиденной.

Боевой дух угас, появилась навязчивая мысль: а нужна ли я кому, вот такая?

Тощая, с сомнительным приданым…

Скорее, даже проблемным. Кому нужны такие хлопоты?

В храме, кроме статуи и меня с котенком, никого не было.

Может быть, сбежать, пока не поздно?..

Я начала вставать со скамейки, как дверь в храм открылась, впуская людей.

– Здесь никого нет, – констатировал первый вошедший, но его невежливо протолкнули остальные желающие попасть внутрь.

Итого десять мужчин, возрастом от двадцати пяти до сорока. Последним зашел совсем уж старик, но в его руках была пачка свитков. Наверное, это чиновник из магистрата.

– Где же юная леди? – он поправил пенсне на переносице и огляделся. – А вот вы где!

Ему удалось меня разглядеть в темноте угла. На меня обратили внимание все, но я словно приросла к скамейке и не находила сил встать.

– Леди Мелинда! Вам придется сделать выбор, иначе сделка не состоится, и стороны разойдутся… – мужчина словно догадался о моем страхе. – Вам просто надо выбрать. Мужчинам только подтвердить, что согласны вступить в брак. Я подпишу документ…

Время поджимало. Где моя утренняя решительность?

Выручил котенок, который копошился у меня на руках, стягивая перчатки, а потом взял и выпрыгнул. Я испуганно вскочила, боясь реакции присутствующих. Мужчины немного раздвинулись, и я увидела тех самых незнакомцев, что так мне понравились.

Они держались обособленно, словно показывали, что чем-то отличаются от всех остальных. Котенок демонстративно сел напротив мужчин, мяукнул и оглянулся на меня, трогая лапкой обувь черноволосого мужчины.

Он намекает на что-то?

Я видела странные видения, когда эти мужчины дотрагивались до меня. А если это подсказка?..

– В храме нельзя быть с животными! – откуда-то из-за большой статуи вынырнул священнослужитель в светлых одеждах.

И я только сейчас разглядела богиню, что стояла на пьедестале. Свет чуть сдвинулся, и я смогла увидеть ее лицо. Она ласково и всепрощающе улыбалась…

– Извините, так получилось! – я решилась и подошла к мужчинам, подхватывая котенка и пряча под накидку. – Я бы хотела пожать каждому из вас руку, если можно, конечно!

Стянув одну перчатку с ладони, решительно протянула ближайшему кандидату, державшемуся обособленно от трех. Он удивился, но аккуратно сжал мою руку. Я сразу увидела, о чем он думает и как подсчитывает прибыль от моего приданого.

«Ему нужна только земля, которая принадлежит мне, и я в качестве служанки. Хоть и буду в статусе супруги».

– Мне жаль, но вы не подходите, – протянула руку следующему мужчине.

«Ему нужны только дети с магическим даром. После их рождения меня бы отправили в глушь доживать свой век».

– Прощайте, – уже почувствовала уверенность в себе.

Третий сам выступил вперед и, пренебрежительно осмотрев меня, произнес:

– Я и сам, пожалуй, откажусь! – кивнул и быстро покинул храм вслед за первыми кандидатами.

Дальше пошло быстрее, и я отказывала всем. Да и, в общем-то, меня уже ничуть это не смущало. В них была только голая корысть…

– Попробуем с вами? – повернулась я к трем красавчикам.

– Дар, да? – хмыкнул черноволосый мужчина. – А мне скрывать нечего! – он сам подошел ближе и, аккуратно взяв мою ладонь в руку, поднес к губам и поцеловал.

– Я дам вам то, что вы так жаждете, – смело пообещала я.

– Тогда вам мое твердое да! Демид из рода Черных драконов! – он передал мою руку шатену.

– А мне что-то пообещаете? – он был немного растерян и что-то искал в моих глазах.

– Да. И вам я дам то, что вы ищете, – твердо ответила ему.

– Да. Лиам из рода Бронзовых драконов!

– А вам я не знаю, что пообещать, ведь я даже не поняла, чего вы жаждете, – сама взяла руку нежного блондина. Он был растерян и не знал, как ему поступить, ведь я не выглядела достаточно обеспеченной.

– Может, просто мужем? – вдруг решился он и ответил на мое рукопожатие. – Роберт из рода Белых драконов.

– Драконы – это просто приставка? – решила уточнить на всякий случай.

– Да, – ответили все трое.

– Так, леди и господа, если вы согласны, я расписываюсь. Леди вносит пожертвование в числе трех серебряных за каждого мужа по одной монете, – чиновник указал на чашу, – священник благословит и сделает запись в книге судеб!

Я выгребла из кармана ровно три монетки и подошла к чаше, бросая их в нее.

Священнослужитель уже делал запись, сверясь со свитком, который ему дали посмотреть.

– Все. Вы официально в браке! – сунул мне в руку свернутый лист пожилой мужчина и быстро вышел из храма.

– Подойдите к богине, под ее ладонь. Получите ее благословение и ступайте! – напутствовал нас священник.

Я робко подошла и встала под протянутую ладонь. Приподнялась на цыпочки, утыкаясь макушкой. Меня словно немного пощекотало статическим электричеством, даже волосы зашевелились.

Отошла, и мое место по очереди заняли мужчины.

– Мы прибудем в ваше поместье через день, нам надо собраться, – ответил за всех Демид. – И привезем документ, подтверждающий брак. Доброго дня, леди Мелинда!

Они поклонились и покинули храм…

Я, сунув свиток в пустой теперь карман, подхватила юбки одной рукой и выскочила на улицу. Мне надо срочно возвращаться в поместье…

Проблема, как это сделать, еще не решена…

Снова накатил страх, за себя, за Стивена, да еще и за котенка, который доверчиво жался ко мне…

Глава 8

А еще жутко чесалось и пекло плечо. Но осмотреть сейчас было не возможно. Времени было в обрез…

Выскочив к уже знакомой лавке, я, оглядевшись, спряталась все там же. Если Генри уже был здесь, то все пропало…

Присев за ящики, я чуть сдвинула кучу листьев в сторону, что-то задев ногой. Разгребла верхушку и обнаружила там ложку с длинной металлической ручкой. Она была тусклой, но выглядела вполне достойно. Недолго думая, сунула в тот же карман. Не знаю, зачем она мне… Но почему-то захотелось взять с собой.

Шум улицы не давал возможности понять, кто идет или едет.

– Стой на месте, гад ушастый! – рявкнул Генри, да так что у меня сердце рухнуло в пятки.

То ли от страха, то ли от радости, что я все же успела вернуться…

Аккуратно выглянула из-за угла, торговец выскочил на крыльцо и передал зятю корзинку с продуктами. Генри сунул е е в ноги и начал садиться, я метнулась к тележке и, как смогла быстро, забралась в короб. Сердце бешено стучало, дыхание сорвалось, я зажала рот ладонью, боясь, что меня услышат.

На глазах выступили слезы. Когда это закончится?..

Если бы не старик, я бы, может, вообще сбежала. Еще и трое мужей теперь, которым я наобещала того, что они хотели… А теперь надо выкручиваться!

Вообще откуда эти странные знания, чего хотят кандидаты?..

Так за этими мыслями я и доехала до усадьбы. Снова прислушивалась к звукам, точно различая, что происходит. Вот Генри слез с сиденья, вытащил корзинку и уходит к дому. Хлопнула дверь…

– Леди Мелинда, вы здесь? – тихо спросил Стивен.

– Да, – шепотом ответила ему.

– Слава богам!

Тележка скрипнула, снова поехала, как я понимаю, на задний двор.

– Леди Клэр еще спит. Лорд Генри не спрашивал о вас! – доложил мне слуга. – Вам удалось выйти замуж?

– Вроде да, нужно подождать до завтра…

– Да уж как-нибудь с божьей помощью! Вы время не теряйте, переодевайтесь и бегите в огород! Как бы лорд не пошел проверять!

– У меня тут вот подарочек, – я вылезла из короба и показала ему котенка.

– Ох, к беде! – всплеснул руками Стивен. – Лорд Генри жутко ненавидит живность, а тем более котов.

– А мы его спрячем, да, малыш? – и поспешила в сарай. Потом отпустила его на пол. – Ты не показывайся на глаза Генри и сестрице. Вечером принесу покушать!

Погладила котенка, который после шустро забрался куда-то на чердак и, прошуршав сеном, притих.

Я быстро переоделась в свои вещи, вынесла все на двор, перепрятала ложку и свиток к себе. Вещи сестры прогладила влажными руками, чтобы и запаха моего не осталось, и все вернула на веревку. Обувь протерла и, вытряхнув солому, поставила на пенек сушиться.

Подхватив ведро с водой и мотыгу, убежала смотреть грядки. Испачкала руки, лицо и ноги, и начала быстро рыхлить землю, чтобы выглядеть уставшей.

Но меня никто не искал, что вызвало недоумение. Решили не трогать?

Мне это на руку, конечно же. Поэтому полив все, что было нужно, я решила дойти на кухню и взять корзинку, чтобы собрать что-то на ужин. Думаю, обед уже был.

– Поешьте, – слуга кивнул на тарелку с рагу и куском серого хлеба.

– Ты ел? – устало присела на лавку.

– Да. Все нормально! – он притулился к стене и прикрыл глаза. Ему бы отдыхать, а он, как пчелка, все трудится. Хотя о чем я говорю, я сама сегодня не спала и сейчас валилась с ног от усталости.

Быстро поела, стараясь не задерживать еду во рту. Все было по-прежнему невкусно и пресно. Помыв за собой посуду, взяла корзинку и снова ушла на огород, прихватив небольшую лопатку. Решила пройтись по саду и попробовать пробудить еще пару деревьев. Те, что я трогала вчера, сейчас уже были усыпаны цветами.

Мимоходом погладила веточки, желая им хорошего плодоношения. Задержалась у трех стоящих раскидистых деревьев. Судя по знаниям, возникшим у меня в голове, это абрикос. Потрогала корни, сам ствол, я «видела», что деревья живы, только почему-то не хотели в этом году плодоносить. Надеюсь, они передумают, и мой дар поможет в этом.

Нащипала укропа, перехватила малины и вышла опять к картофельным грядкам. Странный туман не покинул это место, но все же сдвинулся к краям, обнажая землю.

Мне удалось обнаружить еще несколько высохших кустиков, и я их сразу выкопала, оставив клубни проветриться на земле.

Решила еще пройтись чуть дальше, заглядывая за поваленный забор.

Там простиралось поле, а с правой стороны клубился все тот же черный туман…

Подумав, решительно вошла в него…

Ну не убьет же он меня?..

Нет, не убил, он просто раздвигался передо мной, образуя своеобразный тоннель. По бокам росли странные искореженные деревья, а под ногами вилась тропинка, хотя я шагнула просто в траву.

Внезапно испугалась: зачем я туда иду?

– Вернусь, пожалуй, – сказала вслух, чтобы подбодрить себя. Повернувшись, поняла, тропинки нет, а есть темная стена, которая перегораживала мне путь обратно.

Снова посмотрела вперед, дорожка по-прежнему манила за собой. Решившись, пошла по ней, и туман все так же раздвигался, словно заманивал куда-то…

Только он знал, куда меня вести, и это была его тайна.

Резко вышла на поляну, и тропинка словно оборвалась. Сам туман остался за первыми деревьями, окружавшими это место. Непонимающе оглянулась: зачем я здесь?

Решила обратить внимание на то, что здесь росло. А самым верным способом узнать это было потрогать растение. Присела, и, протянув руку, погладила пальцем небольшой кустик с продолговатыми листьями. Сорвала один, перетерла пальцами и поднесла к носу, принюхиваясь.

– Это же розмарин! – моментально поняла я.

Тут же вспомнила, что его можно использовать не только как специю, но и отпугивать насекомых. Даже добавлять в уходовую косметику!

Аккуратно обкопала кустик, чтобы не повредить корни, и уложила в корзинку. С интересом присмотрелась к растениям, обнаруживая дикий чеснок и его тоненькие стрелочки с уже созревшими семенами-зубчиками.

Оторвав большой лист какого-то растения, я высыпала все чесночные головки, что нашла. Снова посмотрела на растение, от которого я оторвала лист.

Розово-зеленый толстый стебель и мягкий волнистый лист на конце.

– Ревень? – удивилась я и, не задумываясь, отломила уже весь стебель и, чуть очистив верхние волокнистые слои, откусила. Кисло слегка, но вкус точно этого овоща.

Вспомнила, какие пироги с ним пекла… При воспоминании о выпечке живот забурчал, напоминая, что я опять голодна.

Вздохнув, я выкопала еще и его, посмотрела на предмет новых ростков. Вполне можно разделить на пять частей, а стебли пустить в кашу или компот.

Хотела еще что-то присмотреть, но туман внезапно покинул свое пристанище за деревьями и решительно надвинулся на меня. Словно прогонял отсюда…

Но я не растерялась, и, разглядев под ногой пучки обычного щавеля, оборвала их, прямо с веточками с семенами. Поспешила в сторону вновь появившегося тоннеля, который буквально выпихнул меня обратно в сад.

Не задерживаясь, собрала картофель и ушла к грядкам. Найдя пустую, взрыхлила землю, сбегала за черноземом и золой из печки. Разделила корень ревеня и рассадила, стебли аккуратно сложила в корзину.

В соседнюю грядку высыпала семена щавеля, пролив их водой для всхожести. И еще одна грядка пошла под мелкие зубчики чеснока, с ними пришлось повозиться. Кучно сажать нельзя, пришлось втыкать по одному.

Розмарину нашла место между кустами смородины, там ему будет достаточно защиты от солнца и ветра.

Закончив, еле разогнула спину…

Уже не спеша поплелась в дом. Надо еще ужин приготовить…

По дороге подобрала несколько яблок с земли, горсть сухих ягод смородины, уже представляя, как я все это буду есть…

– Где ты шляешься, тварь! – визг сестрицы заставил моментально очнуться. Едва не выронила корзинку. – Белье кто будет гладить?

Она стояла на пороге дома, уперев руки в бока. Раздраженно дергала головой, словно в припадке.

– Сейчас иду… – вздохнула я.

Когда закончится этот день?..

Вернувшись на кухню, быстро отобрала мелкие клубни картофеля и, вымыв его, поставила в чугунке вариться в печь. Ревень, яблоки измельчила и, добавив смородину, тоже сунула туда же. Щавель отложила, суп мне варить было некогда…

– Стивен, где белье с веревки и где его гладить? – посмотрела на возившегося с ужином для хозяев старика. У них это был кусок свинины с тушеной капустой. Пожалела, что не успела урвать хоть пару ложек жира для картошки.

– Следующая дверь за кухней, я уже и утюг разогрел – углей насыпал!

– Хорошо, – кивнула я и поплелась в указанное место.

Зайдя, обнаружила стол, заваленный сухим бельем, и отдельно стоящую высокую лавку. Рядом с ней стояла тренога, на которой покоился огромный, старинный утюг на углях…

Я внезапно расплакалась, осела на стоящий рядом табурет и начала рыдать, размазывая слезы по лицу.

Сил у меня не осталось…

– Мели… – Стивен тряхнул меня за плечо. – То, что в печи, доставать? Хозяева поужинали уже, нам осталось немного капусты и хлеба.

Я потерла глаза, пытаясь прийти в себя. Оглянулась: я, оказывается, уснула, облокотившись на стол. Но самое удивительное, все постиранное было переглажено…

Постельное в стопке, одежда и белье аккуратно разложено на доске. Ничего не понимаю…

– Пойдем. Надо еще отнести еды котенку, – вспомнила я о питомце.

– Не котенок он, а уже взрослый кот. Просто немного хилый! – Стивен пошел в кухню. – Сам пришел в дом, как уж не знаю, я ему дал пару кусочков мяса. На свой страх, конечно же… Спит на печке, где-то за трубой.

– Хоть кто-то счастлив, – порадовалась за котика.

Взяв ткань, вытащила горячий чугунок из печи. Слила воду и высыпала картошку в миску, быстро очистила от кожуры. Порезала укроп и мелкие стебельки чеснока и несколько листиков розмарина. Все перемешала и разложила в миски, где лежало по паре ложек капусты…

Поставила на стол компот, разлив его по большим кружкам, а все остальное выложила в тарелку. Это тоже можно съесть…

Я все гадала, когда я успела погладить белье?

Совсем память потеряла или я не в себе была?

– Вы отнесите глаженое к господам. А то леди Клэр будет гневаться… – сказал Стивен, когда мы поели. – А я посуду помою, приготовлю все к завтраку да дров принесу.

– Хорошо. А нам есть чем завтракать? – с тоской окинула пустые тарелки. Все сметено…

– Так крупа есть, наварим каши!

Пошла обратно в гладильню, взяла для начала стопку постельного и полотенец. Пошла к холлу, гадая, как мне отдать все это Клэр так, чтобы меня не увидел Генри.

Мне каким-то чудом удалось его сегодня избегать, на глаза ни разу и не попалась. Почему-то я знала, что если это случится, он будет злиться, и мне попадет.

На что?

Мне кажется, за все, в чем нет моей вины. Главное, есть на ком оторваться…

На мое счастье, Клэр сама вышла навстречу, и, увидев меня, выхватила белье прямо из рук, с силой дернув стопку на себя. Я чуть не упала, стоя на ступеньках.

– Не смей сюда ходить, пока Генри не спит… Он весьма недоволен тем, что урожая сегодня было мало!

– Что я могу сделать? – непонимающе смотрела на нее.

– Действительно! – пренебрежительно и свысока взглянула она на меня. – Ничего! Грязнуля и неумеха! Неси все остальное и иди с глаз долой!

Я поспешила сделать, как она велела, принесла одежду и обувь. Клэр настолько меня ненавидела, что меня буквально снова обдало запахом гнили. Хотя мне, кажется, так воняет и Генри…

Поспешила скрыться в кухне, там меня ждал чугунок с теплой водой. На кровати лежали мои чистые вещи и кусок ткани. Забрав его в комнату, вылила в таз, и, взяв обмылок хозяйственного мыла, намочила его в воде, растерев по ткани.

Чувствовала себя отвратно, словно я начинала заболевать. Тело ломило, и, кажется, меня знобило. Не стала затягивать с мытьем, быстро закончила, и, надев чистую сорочку, подошла к зеркалу расчесаться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.