Наталия Обручникова

˂Родные˃

˂Слишком близко˃

История о брате и сестре. Но они не знают вначале о том, что не являются друг другу родными, и пугаются своих зарождающихся чувств, явно не братских. Попытка отстраниться друг от друга приводит к мысли о самоубийстве. Но любовь преодолеет это. И родители расскажут правду об их рождении. Однако жизнь даст новое испытание, которое сложно пережить. И двум любящим предстоит преодолеть и это. В книге есть практические советы как можно это сделать.

***

– Костя, – я перевела взгляд с матери и отца на него и улыбнулась, – кто-то из нас в этой семье неродной…

– Маам! Кто?! – Требовательно спросил он, сжав сильнее мою руку.

Папа шумно выдохнул, мама закрыла лицо руками и тихо прошептала…

Настала наша очередь выдохнуть.

***

I

У меня есть замечательный брат – Костя. Мы одного возраста, мы родились в один день. Мы были всегда вместе, в детском саду, в школе, гуляли в одной компании, жили в одной комнате. Ближе его у меня никого не было. Самые мои первые детские воспоминания связаны только с ним. Когда первый раз я разбила коленку, он меня успокаивал и прикладывал подорожник, предварительно плюнув на него. Когда на сильном морозе моя рука прилипла к железной ручке подъезда, он грел её дыханием. Как вместе мы притащили маленького котёнка с улицы и прятали его в своей комнате, только на третий день мама его обнаружила. Конечно же, котенка нам не разрешили оставить. Как болели вдвоем ветрянкой и красили друг друга зеленкой. Все эти воспоминания детства взывают у меня улыбку.

Живем мы в небольшом городке на окраине. Микрорайон состоит из двадцати пятиэтажек, детского садика, школы, поликлиники, кафе и пары супермаркетов. Вот и весь наш мир. До остальной цивилизации ехать минут двадцать на автобусе. Там и городской сад с набережной, большой торговый центр с кинотеатром, кафе и магазины. Мы живем на третьем этаже обычной панельной пятиэтажки в двухкомнатной квартире, в одной комнате – родительская спальня, в другой – наша комната. Места мало, гостей особо не позовешь. Родители со своими друзьями иногда на шестиметровой кухне умудряются разместиться. Но это бывает редко. Папа все время на службе в военной части, расположенной рядом, как раз из нашего окна виден бетонный забор. Мама устроилась на новый открывшийся недавно завод, что там они производят, не рассказывает. Очень часто у них совпадают ночные дежурства, и мы остаемся предоставленные сами себе. В такие дни мы все время проводим на улице с друзьями.

Друзья у нас тоже всегда общие были ещё с детского сада: Паша, Саня, Дашка и Светка. Мы, девочки, не отставали от мальчишек, бегали, в футбол играли. Вместе и в школу пошли в один класс.

Уже в школе Костя открыл для себя ужастики. Любимый его писатель – Стивен Кинг. Он всегда умудрялся достать его книги, понятно, что не в школьной библиотеке. Я не читала, мне больше нравились романтические истории про школьников. Но фильмы ужасов мы смотрели вдвоём поздно вечером, когда родители уснут. Я очень не хотела, мне было страшно, но он меня подначивал и обзывал девчонкой. И я смотрела. Чаще свозь пальцы, а иногда зажмуривалась и затыкала уши. Но ночью обязательно кошмар продолжался во сне. Я просыпалась в холодном поту, вскакивала и перебегала в кровать к брату под одеяло. Он всегда ворчал, обзывал слабой девчонкой, но не прогонял и обнимал. Так и спали до утра. Уже когда за окном светлело, я уходила на свою кровать. А однажды зимой, когда рассвет долго не наступает, мы проспали, и нас обнаружила мама в одной постели. И за завтраком она почему-то нас отругала. Мы не рассказали ей, что смотрели страшный фильм, и пристыженно молчали. Хотя я искренне не понимала, что плохого мы сделали. Она сказала, что если ещё раз это повторится, я буду спать с родителями в одной комнате. А я не хочу с ними, мне с братом лучше. Мы обещали. Но ужастики не перестали смотреть и периодически спали в одной кровати. Только я стала ставить на телефоне будильник на пять утра, чтобы лечь к себе.

В 13 лет у меня начались первые месячные. Конечно, я ждала их, это так поднимает тебя в глазах других девочек, как переход в другую касту. Мы стали реже бегать с мальчиками, у нас стали появляться секреты от них. Я сначала врала подругам, что я тоже уже девушка. Но когда это случилось первый раз, я была в шоке… Это так противно и очень больно. А еще надо было срочно прокладки утром найти. Я полезла искать в шкафчике в ванной, может, мама их где-то прячет. Но ничего не нашла. А надо в школу уже собираться. В дверь стучал Костя. Я вышла.

– Ты чего так долго ванную занимаешь? Закрылась еще! – сердито спросил он.

– Ничего, – буркнула в ответ я.

Ну, вот. Впервые в жизни ни «доброе утро, сестренка», ни «что снилось интересного».

Я стала собирать рюкзак, вспомнила, что еще сегодня физкультура пятым уроком. Надо будет отпроситься.

Мы опаздывали, поэтому на ходу выпили по стакану сока и булку дожёвывали уже по дороге.

– Костя, у тебя деньги есть наличкой? – спросила я.

– Да. Рублей триста было. Сейчас посмотрю, – он полез в карман, вытащил деньги. – Даже триста сорок.

– Мне сто рублей хватить.

Я взяла купюру и направилась в супермаркет, он открыт с восьми утра.

– Ты куда? – удивленно спросил он.

– Ты иди, я догоню, – бросила я ему через плечо.

Все четыре урока чувствовала себя очень плохо. Низ живота ныл нестерпимо. На все вопросы Кости, почему я грустная и что со мной, я отвечала, что не знаю, наверное, не выспалась. Перед физкультурой подошла к учителю. У нас раздельные учителя, у мальчиков – физрук с тяжелоатлетическим прошлым, у девочек – молодая выпускница физкультурного факультета. Все мальчики школы были влюблены в Ольгу Владимировну.

Я без проблем отпросилась и ушла домой. Посыпались сообщения от Кости: где я, что со мной, как себя чувствую, кто обидел, почему ушла… Я написала: «все хорошо, потом скажу». Дома нашла таблетки обезболивающие, съела сразу две и уснула.

Костя вернулся ближе к вечеру, у него сегодня ещё тренировка по плаванию была. Я пошла на кухню. Мама сегодня в ночную смену на заводе, поэтому ужин на мне. Макароны с сосисками я сварить могу. Вернулся папа с работы. Костя помог мне нарезать салат.

– Ты плохо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросил он.

– Немного. Хочется лечь, – ответила я.

– Я посуду сегодня помою.

– Спасибо, – я благодарно улыбнулась ему.

Поужинали быстро, папа ушел к себе в комнату. Я еще немного посидела на кухне с кружкой горячего чая, пока Костя мыл посуду. В комнату пошли вместе. Я легла на кровать. Костя сел за стол.

– Ты уроки уже сделала? Дашь списать математику? – спросил он.

– Нет. Ничего не делала, – ответила я, не открывая глаз.

– Ты чего? Может, врача вызвать?

– Нет. Не надо. Пройдёт. Подай мне учебник истории. Хочу завтра руку поднять.

Он протянул мне учебник, и я лёжа учила параграф. Перед сном, когда Костя задремал в постели, я сходила почистить зубы. Обратно в комнату я практически заползала, согнувшись пополам. Низ живота словно был заполнен битым стеклом. Каждое движение причиняло сильную режущую боль, даже дышать было трудно. Я аккуратно стала заползать в кровать. Костя увидел и подбежал ко мне, помог улечься, накрыл одеялом.

– Я пойду папу разбужу, – сказал он.

– Нет! Не надо… Была бы мама дома…

– А какая разница? Папа тоже может в скорую позвонить, – удивился он моему ответу.

– Не нужна скорая. Надо потерпеть… Так бывает… у девушек… – я покраснела и закрыла глаза.

– Ааааа… – ошарашено протянул он.

Но залез ко мне под одеяло, прижал меня спиной к себе и положил руку мне на живот.

– Где болит? – спросил он.

– Здесь, – я опустила его руку ниже пупка, – если сильнее прижать, становится легче.

Он держал меня. От его горячей руки тепло растекалось по моему телу.

– Так легче? – спросил он.

– Да. Спасибо тебе…

– Так тебе для прокладок что ли деньги срочно понадобились?

– Угу.

– А ты чего заранее с мамой не обсудила, с физкультуры ушла.

– А я не знала… Это первый раз… Ну, чего ты меня расспрашиваешь, мне и так стыдно… – я начала плакать.

– Ты чего? У нас же с тобой нет секретов. Я же тебя голой видел столько раз. Ты меня стесняешься? – удивился он.

– Ты же знаешь, как родители воспринимают наши ночёвки в одной кровати. Значит, это не правильно. Мама так ругала, будто это что-то постыдное.

– Не обращай внимания. Зато тебе было не страшно спать, а сейчас и боль уходит.

– Да… Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. Завтра расскажешь, что приснится, – сказал он и чмокнул меня в голову.

Так и спали, обнявшись, до пяти утра, пока не разбудил будильник, и Костя ушел к себе на кровать. И такие невинные ночи продолжались ещё два года.

II

А в девятом классе всё изменилось.

В нашем районе построили три новых девятиэтажных дома. И первого сентября в школу пришло много новеньких учеников. У нас в классе появился новенький мальчик Максим. Очень симпатичный. Среднего роста, но выше всех девочек, темные волосы выстрижены у висков и сзади очень коротко, а сверху красивой прядью прикрывают часть высокого лба, зеленые выразительные глаза, прямой нос. Мы с девочками прямо млели, обсуждая его. Дашка первая решила идти в атаку и завладеть им. Мы со Светкой посмеялись, но не стали спорить. Что говорить, он мне тоже очень сильно понравился.

      Костя первым с ним познакомился. Я тоже подошла. Он представил и меня:

– А это моя сестренка Лена.

Максим улыбнулся и пожал мою руку. Я смутилась от удовольствия. Мне понравилась его улыбка. Костя нахмурился.

Макс оказался очень классным и весёлым и сразу влился в нашу большую компанию. Костя его пригласил вечером в наш двор, где мы постоянно собираемся у турников. Мальчики занимаются, подтягиваются, играют перед нами своими мускулами, а мы с девочками сидим рядом на трубе турника для отжимания и обсуждаем школьные новости. Конечно, появление нового мальчика, да еще такого симпатичного, изменило наше поведение. Мы забыли про свои спортивные мешковатые костюмы. Дашка стала ярче подводить глаза. Светка вообще перешла на короткие вызывающие платья. И ничего, что осень, в тонких колготках холодно сидеть на железной трубе. Я тоже как-то хотела надеть платье вечером. Но Костя сердито вырвал его из моих рук и сунул тёплые джинсы и свитер с высоким горлом.

– Костя, это же зимний свитер, – я попыталась возразить.

– А вечером уже холодно. Ещё заболеешь. Надевай свитер, или никуда не пойдёшь! – резко ответил он.

– Свитер, так свитер, – я вздохнула.

Девочки на спортивной площадке выглядели привлекательно, а я была в джинсах и необъятном свитере, который вообще Косте покупали. Но Макс как будто и не обращал внимания на девочек, а посматривал на меня. Это мне очень польстило. Так и гуляли вечерами большой компанией. В выходные ездили в центр города в кинотеатр, смотрели ужастики или боевики. Ребята категорично ничего другого смотреть не хотели. Потом поедали гамбургеры и картошку фри. Но Костя всегда был рядом со мной. В кинозале он всегда садился между мной и Максом, пересаживая меня на одно кресло.

– Может, поменяемся местами? – как-то предложил ему Макс.

– Нет. У нас попкорн соленый на двоих.

– Я своим с Леной поделюсь, – ответил Макс.

– У тебя карамельный. Она такой не ест. – Костя был непреклонен.

А я, может, и не против была бы погрызть карамельного попкорна.

Фильм был очень страшный. Даже если я закрывала глаза, громкие звуки и крики все равно проникали мне в мозг. Ночью я опять дрожала от страха в объятиях брата.

Через месяц, где-то в середине октября, Максим пригласил меня в кино на какой-то фильм про любовь.

– Ничего там страшного не будет. Пойдёшь со мной завтра? – спросил он меня в школе, когда не было рядом Кости.

– Ребята не захотят смотреть такой фильм, – я вздохнула.

– А мы никого не будем звать. И не скажем им, что собираемся. Так, пойдёшь?

– Да. Пойду, – согласилась я, мне очень польстило, что он меня пригласил.

Как раз подошёл Костя, а Макс сказал:

– Да. У меня такой же ответ в задаче получился. Спасибо за помощь.

Когда он отошёл к своей парте, Костя спросил:

– Чего он хотел?

– Спросил про задачку по физике, что мы с тобой вчера решали.

– Ааа.

Почему я соврала брату? Почему скрыла от него, что собралась в кино с Максом? Я быстро отвернулась, чтобы он не увидел, как я покраснела от смущения. Весь день чувствовала себя не в своей тарелке, как будто я что-то натворила, и скоро все об этом узнают.

Вечером, когда Костя вернулся с тренировки, мы сидели за уроками. У нас один большой стол на двоих. Кресла стоят рядом. Мы даже пользовались одним учебником, который ставили посередине между нами.

– Почему ты мне соврала про задачу по физике? – спросил спокойно Костя.

– А? Когда? – Я не знала, как выпутываться. Меня снова кинуло в жар, ведь я никогда до этого не врала брату и ничего от него не скрывала.

– Я спросил у Макса. У него версия с задачей по геометрии, – также спокойно продолжал Костя и, не глядя на меня, переписывал упражнение по русскому.

– Он меня в кино позвал, – я решила признаться.

– Почему мне не сказала сразу?

– Ты такие фильмы не любишь, это не ужастик.

– Ну, и что? Ты согласилась?

– Да, – прошептала я чуть слышно.

– Ты одна не пойдешь.

– В смысле?

– Бери с собой девочек.

– Почему я не могу с ним вдвоём сходить?

– А ты не знаешь, что делают парочки на последнем ряду в кинотеатре?! – со злостью спросил Костя.

– Что? – тупо выпалила я. Конечно, я видела, что в зале некоторые целовались. Но я как-то к себе это не примеривала.

– Я сказал, что ты никуда не пойдёшь одна.

– Костя, а тебе какое дело?! – Мне стало обидно.

– Как это какое? Ты – моя сестра! Я не позволю, чтобы кто-то тебя лапал!

Я даже встала с кресла. Он тоже вскочил рядом.

– Это несправедливо! Я знаю про Дашку, с которой ты переспал летом. Я знаю про твои отношения с Юлькой из параллели! И это далеко не невинные поцелуи в кинотеатре! А мне даже нельзя испытать первый поцелуй?

Он удивленно на меня посмотрел. И вдруг схватил меня ладонями за голову и поцеловал, прижавшись своими губами к моим. Я закрыла глаза. А он продолжал меня целовать, языком проникая в рот. Я отпрянула, оттолкнула его.

– Ты зачем это сделал? – У меня навернулись слёзы.

– Первый поцелуй – мой, – твердо сказал он.

– Я родителям расскажу, – я продолжала плакать.

– Попробуй. Но не советую. Я слышал, они хотели тебя отправить пожить к бабушке с дедушкой, – невозмутимо сказал он.

Я снова села за стол. Вытерла слёзы. С другой стороны, он же меня не ударил. Он тоже сел за стол и продолжил переписывать с учебника текст.

– Я все равно завтра пойду с Максом в кино, – сказала я уверенно.

– Хорошо. Иди, – спокойно ответил он.

– И пойду, – буркнула я. И целоваться буду! Но это я только подумала.

Через время мама позвала нас ужинать.

– Как день прошёл, ребята? – спросил папа.

– Как обычно. У меня тренировка была, Лена с девчонками гуляла, – ответил за нас Костя.

Я сидела рядом и молча ела. Всё переваривала слова, сказанные братом. То есть, если что-то пойдёт не так, меня из семьи отправят к бабушке и дедушке? Они живут в другом городе в Подмосковье. Новая школа… Это несправедливо!

На следующий день после школы я не пошла домой. Мы с Максом сразу поехали в центр города. Долго гуляли, играли в игровые автоматы в торговом центре. Перекусили в фуд-корте. А потом пошли смотреть кино. Хороший фильм про любовь. И Макс совсем не лез ко мне целоваться. Мы смотрели и ели карамельный попкорн. Вечером он проводил меня до подъезда.

– Спасибо, что пошла со мной в кино, – сказал он.

– Тебе спасибо. Впервые не ужастик посмотрела, – я улыбнулась.

Неловкую паузу я не стала дожидаться. Попрощалась быстро, помахала рукой и убежала в подъезд.

Утром следующего дня в школе ко мне подбежала разъярённая Дашка.

– Ты вчера с Максом в кино ходила? Мы же договаривались, что он мой!

– Ничего такого не было! Ты чего? Мы просто посмотрели фильм… – я растерялась.

– Не ожидала я от тебя такого предательства! – она посмотрела на меня презрительно и отошла к Светке, которая со мной даже не поздоровалась.

Я хотела ещё что-то сказать в своё оправдание, но прозвенел звонок. Первым уроком была литература.

– Ну, что, сестренка? Получила от подружек? – тихо спросил Костя, когда наша классная руководительница писала на доске тему урока.

– Почему они так со мной?

– Ты им дорогу перебежала.

– Какую дорогу?

– А я тебе говорил, иди с девочками в кино с Максом.

– Комаровы! Вы дома не наговорились?! – окликнула нас Тамара Викторовна.

Я замолчала, Костя тоже не продолжил разговор со мной.

Вечером на турниках девочки вели себя так, будто меня совсем рядом нет. Они болтали, шутили, заигрывали с ребятами. Настроение у меня было паршивым. Мало того, что Костя отобрал у меня короткий свитшот и на меня надел свою спортивную куртку, которая мне велика, так ещё и подруги меня бойкотировали. Когда подошла Юлька, Дашка ей вместо приветствия сказала:

– Юль, хочешь последнюю новость? Ленка ходила вчера в кино с Максом. С моим Максом!

Я разозлилась.

– Он не твой, Даша! Ты всё себе придумала! Ты выглядишь жалко, вешаясь ему на шею, – сказала я презрительно и ушла с площадки.

Возле подъезда меня догнал Макс. Все с турников прямо головы свернули, наблюдая за нами. Только они далеко и разговор наш не услышат. Один Костя не смотрел в нашу сторону и продолжал подтягиваться.

– Что случилось? Что-то девочки сказали? – спросил Макс.

– Не парься. Девчачьи разборки, – ответила я, а у самой слёзы набежали.

– Хочешь, я поговорю с ними? Вы же подруги, – предложил он.

– Не надо. Сходи с ними в кино, конфликт будет исчерпан.

– Так это из-за меня что ли? – удивился он.

Я ничего не ответила и зашла в свой подъезд. Через полчаса пришёл домой Костя. Я как раз сварила сосиски с макаронами. Родителей дома не было: мама на смене, папа на дежурстве. Мы поели, помыли посуду и пошли делать уроки. Задали только математику. Разделили пополам примеры и быстро решили, потом переписали друг у друга. Справились быстро.

– Может, сериал посмотрим? Пацаны посоветовали про оборотней, – предложил Костя.

Я вздохнула. Опять ужасы. Но согласилась.

– Ты пока поищи, а я сразу пойду зубы почищу, чтобы потом не ходить, – сказала я, взяла ночную сорочку, трусы и пошла в ванную.

Вернулась уже в ночнушке. Мы залезли с ноутбуком в кровать к Косте и стали смотреть. Да уж. Луна, рычание, много крови… Посмотрели весь первый сезон из восьми серий. Была уже ночь. Спать осталось до будильника три часа. Костя убрал на стол ноутбук.

– Можешь не уходить к себе. Оставайся здесь, – предложил он мне.

Я залезла под одеяло и подвинулась к стенке. Костя лёг рядом и обнял меня, уткнувшись носом в мои волосы.

– Ты перестала при мне переодеваться. Почему? – вдруг сказал он, спустя десять минут.

Мне тоже не спалось. Я боялась закрыть глаза. Почему я каждый раз соглашаюсь с ним смотреть страшные фильмы? А теперь он ещё и сериалы ищет в интернете.

– Ты спишь уже? – спросил он.

– Нет. Боюсь уснуть, – я вздохнула.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Какой?

– Почему ты стала меня стесняться?

– Я не замечала…

– А помнишь, как мы в детстве в ванной вместе купались?

– Так это совсем в детстве было.

– В пятом классе это было последний раз.

– Я помню. Досталось нам ремня от мамы обоим, – я улыбнулась.

– Да уж. После этого я всё лето провёл один у бабушки с дедушкой.

– Да. Самое скучное лето было… Может, лампу настольную включим хотя бы? – попросила я.

– Не хочу вставать, двигайся ко мне поближе.

Он прижал меня к себе. Стало гораздо спокойнее. Через время почувствовала, как он гладит меня по груди.

– Ты меняешься. Грудь больше стала. Ножки красивые, стройные.

– А чего ты мне юбку короткую не разрешаешь надеть? – спросила я.

– Нечего жопу морозить, – проворчал он.

– Костя, а как мне с девочками помириться?

– Завтра после школы поедем в торговый центр, вместе потусим. Я с Максом уже договорился.

– Хорошо… Сколько до будильника осталось?

– Чуть больше двух часов.

– А завтра сочинение пишем по литературе. Вернее, уже сегодня…

– Ну и ладно. Когда ещё так можно будет полежать вдвоём и поговорить без боязни, что мама ворвётся в комнату бешеной фурией.

– Ну, да.

Еще немного поболтали, обсудили, что будем писать в сочинениях. Уснули практически перед самым звонком будильника. Очень трудно было вставать. Костя прижался ко мне сильнее и спросил:

– Может, прогуляем сегодня? Суббота, всего четыре урока…

– А толку? Через два часа мама придёт со смены.

– Эх… Тогда встаем.

Но мы ещё полчаса провалялись. И в школу собирались второпях. Когда одевались в комнате, Костя оглядел меня с ног до головы и сказал:

– У тебя очень красивая фигура.

– Лучше, чем у Даши? У неё же сиськи третьего размера.

– Твои мне больше нравятся.

Я смутилась. Полезла в шкаф за блузкой, но ничего выглаженного не нашла.

– Можешь надеть мою в голубую полоску, рукава закатаешь, в джинсы заправишь, и будет нормально.

– Хорошо. Не успею свою погладить.

В школу прибежали перед самым звонком. Быстро повесили куртки в раздевалке и влетели в класс практически одновременно с учителем. Первый урок – сочинение по произведению А.С. Грибоедова «Горе от ума». Написали, вроде бы, неплохо. Друг у друга проверили грамотность. Нашла пару стилистических ошибок у Кости. Исправили вместе. Следующий урок – математика. Если будет много задач, тоже переживём. А вот на третьем уроке – истории – будет сложно бороться со сном. Надо купить кофе в автомате.

На перемене я послала Костю за кофе. В это время ко мне подбежала Даша.

– Нет! Ну, ты представляешь! Сегодня с утра подошёл к нам Макс и у меня на глазах пригласил Светку после школы потусить в торговом центре! – проговорила она вместо приветствия.

– Так, вроде, мы все вместе туда идём.

– Да, все идём. Макс меня тоже позвал, но это было как-то вскользь. Типа «ну, и ты присоединяйся». Ты представляешь? А эта стерлядь улыбается и хихикает ему.

– Не переживай. Он ко всем одинаково подкатывает.

– И к тебе?

– Нет. Ко мне не подкатывает.

Подошёл Костя с кофе. Протянул мне стаканчик, а второй отдал Даше. Ушёл купить ещё себе.

– Какой же у тебя брат заботливый, – сказала Даша, отхлебнув кофе.

– Угу. У меня с корицей. А у тебя?

– Просто капучино.

– Дашь, а почему вы не стали встречаться?

– С твоим братом что ли?

– Да.

– Не знаю. Переспали по пьяни один раз и всё. Он ни разу мне не намекнул, что хотел бы ещё. А что? Он тебе что-нибудь говорил? – с надеждой спросила она.

– Нет. Ничего. Об этом я от тебя знаю, он никогда не рассказывал.

– Жаль. Он мне нравится.

– Сильнее, чем Макс?

– Костя очень симпатичный, у него очень красивая улыбка, фигура спортсмена.

– Макс тоже неплохо выглядит.

– Ну, я не знаю, как Макс целуется. А вот Костя…

– Не надо подробностей! – я перебила её.

Прозвенел звонок, мы выбросили пустые стаканчики и пошли в класс. Остальные уроки прошли достаточно быстро. Только на истории я пару раз толкала Костю в бок, когда он засыпал. Пока учительница нудно рассказывала параграф, я всё думала о разговоре с Дашей. И смотрела на Костю. Он сидел рядом, подперев голову кулаком, и безуспешно боролся со сном. Длинные ресницы медленно моргали, пока глаза совсем не закрылись. Тёмные непослушные волосы, вечно лохматый. Папа всегда ругает его за стрижку. Но Костя упрямо отвечает: «Всё, что под кепкой – моё». Нельзя сказать, что стрижка неаккуратная – виски, над ушами и затылок выстрижены коротко. Но папа всё же улыбался, сам рассказывал, что так они говорили в бытность своей курсантской жизни в военном училище. Костя больше похож на папу. Только цвет глаз у него мамин – карий. А всё остальное от папы: прямой далеко не короткий нос, острые торчащие скулы, высокий квадратный как вырубленный лоб. А он, правда, симпатичный. А ещё у него очень красивые руки, сильные рельефные с длинными тонкими пальцами.

– Комарова, толкни-ка своего брата, – отвлекла меня историчка. – Я понимаю, невозможно не залюбоваться на него спящего, но пора чертить таблицу.

Все засмеялись. А я очень смутилась. Я и правда «залюбовалась»…

Четвёртый, последний, урок – ритмика. Нас учат танцевать. Конечно же, Костя никому не доверяет свою драгоценную сестрёнку. А я бы и не против с Максом встать в пару.

После школы мы сразу нашей компанией поехали в центр города. Дождя не было. Немного погуляли в городском саду, фотографировались с яркими осенними листьями. Мы даже с девочками поснимали куртки, чтобы лучше смотреться в кадре. Костя ворчал, что я заболею. Потом сидели на скамейках, что стояли друг напротив друга, и рассматривали получившиеся снимки.

– Лен, а почему ты часто в мужской одежде? То в толстовке Костиной, то в свитере или куртке спортивной, сегодня рубашку его надела, – спросила меня Даша.

– Сегодня я торопилась, все мои блузки были мятые. А вообще, это Костя на меня всегда надевает свои вещи, которые сидят на мне мешком. Чтобы я страшная была. Да, Костя?

– Нет! Я о тебе забочусь, чтобы тебе холодно не было! – рассердился он.

– У меня тоже свитера и толстовки есть!

– Это какие? Те, что ты вчера хотела надеть вечером? Тонкий полупрозрачный свитер или короткая кофта, открывающая живот?

– А по-моему, это сексуально, – вдруг сказал Макс

– Что? – Костя опешил.

– Когда девушка в мужской рубашке или в футболке, особенно, если ничего другого больше на ней не будет.

– Извращенец, – засмеялся Костя.

– Почему сразу извращенец? Когда девушка надевает одежду своего парня, это говорит о её привязанности. И смотрится это, как будто он с ней всегда рядом и обнимает её.

– Ну, только Лена в одежде не своего парня, а брата, – вставила Юлька.

– Так, он и не даёт никому приблизиться к своей сестре. Да, Костян? – рассмеялся Макс.

– Не нашлось ещё подходящей кандидатуры, – ответил Костя.

– Мальчики, мы в кино опоздаем. Вы обещали сегодня нас сводить на романтическую комедию, – сказала Света.

Мы встали, взяли свои рюкзаки и быстро пошли в кинотеатр. Купили билеты, попкорн. Я сидела между Максом и Костей. И ела попкорн из двух стаканчиков, справа – солёный, слева – карамельный. Через минут десять после начала фильма прижалась к уху Макса и поблагодарила за примирение с девочками.

– Ловко ты Свету и Дашу столкнул, – сказала я.

– А это была Костяна идея, – он тоже мне сказал на ухо, обдав горячим дыханием.

Почувствовала, что Костя тянет меня за локоть к себе. Я приблизилась к нему.

– О чём шепчетесь? – сердито спросил.

– Я поблагодарила за примирение с девочками, он сказал, что это твоя идея. Так что и тебе спасибо, – я чмокнула его в ухо.

Он резко ко мне повернулся.

– Его я не целовала. Честно, – я прижалась к нему, положив голову ему на плечо и больше карамельного попкорна не ела, только солёный.

Значит, не видит подходящей кандидатуры. Интересно, какого парня он ко мне подпустит близко? Все девочки уже целовались с парнями, а Даша так вообще уже не девственница. Говорит, что ей Костя больше всех нравится, потому что целуется лучше всех… Зачем он меня поцеловал?… Но это не считается, он мой брат, а я хочу парня, ходить с ним за ручку, есть карамельный попкорн… И комедия сегодня какая-то неинтересная, совсем не смешно. И я уснула на плече у Кости. И он тоже уснул.

Когда пошли титры, нас растолкали и всю дорогу домой подкалывали, что мы проспали весь фильм.

Мама скинула нам в смс список продуктов. И нам пришлось идти в супермаркет.

Дома Костя меня спросил:

– Ну, что? Второй сезон сериала начнём смотреть?

– Я пас. Смотри без меня. Мне хватило и первого сезона.

– Да?… А мне без тебя скучно будет. Ты так смешно вздрагиваешь от страха.

– Тебе смешно, а я потом ночью трясусь от страха.

– Со мной ты тоже трясёшься?

– Нет…

– Так и не спорь, залезай ко мне, и будем смотреть.

Я вздохнула и села к нему на кровать. Начали смотреть, опять оборотни, появились вампиры, все такие страшные, глаза светятся в темноте. Зашла в комнату мама. Костя поставил на паузу.

– Что смотрите, ребята? – спросила она.

– Сериал в интернете нашли про войну, – ответил Костя.

– Лена, ты бы надела пижаму со штанами, чего ты полуголая перед братом щеголяешь, – сказала мама укоризненно.

– Я не полуголая, я в обычной ночной сорочке, которую ты сама мне купила, а футболки Костины старые, в которых мне нравилось спать, ты зачем-то забрала, – с обидой ответила я.

– Мам, ты чего к Ленке пристаёшь? – заступился за меня Костя.

– Я не пристаю. Но вы не всегда прилично себя ведёте друг с другом.

– Что не так опять? – сердито спросил он.

– Я сегодня сумки с продуктами разбирала, вы купили средства личной гигиены для женщин.

– Чего? – не понял Костя.

– Это для меня, – сказала я.

– А! Прокладки что ли? Ну и что? – удивился он.

– Костя! Это неприлично! Ты на кассе с этим… А ты слезь с его кровати!

– Мам, ты чего? Что с тобой? – спросила я.

В комнату заглянул папа.

– Что случилось? По какому поводу шумим? – спросил он нас.

– Мама расшумелась, что мы купили средства личной гигиены для женщин, которые понадобились её дочери, – невозмутимо ответил Костя. – А ещё она хочет одеть Ленку в ватники и бушлат, чтобы я не увидел её тощих коленок и локтей.

Папа рассмеялся и вывел маму из комнаты. А мы продолжили смотреть сериал.

– Костя, почему она так реагирует? – спросила я.

– Не знаю. Не бери в голову. У неё свои какие-то страхи или тараканы в голове.

– Неприятно… Папа и мама как-то неодинаково ко мне относятся.

– Это нормально. Помнишь, года два назад к нам в класс психолог приходила с лекцией о трудностях подросткового возраста.

– Помню…

– И она говорила, что мамы больше любят сыновей, а папы – дочек.

– Ну, да… А у меня правда тощие коленки?

– Нет. Самые красивые. Но я не стал это маме говорить…

Второй сезон сериала был не таким страшным. Или я начинаю адаптироваться. До утра проспала спокойно, ничего не снилось.

III

Осталось учиться до осенних каникул неделю. В школе объявили, что будет организована дискотека для старших классов, но девятым тоже разрешили прийти. У нас всего два класса в параллели. Какая-то демографическая яма оказалась. После девятого очень многие планируют уходить в колледжи. И учителя переживают, что оставшихся учеников не наберётся и на один класс. Поэтому нас все уговаривают, расписывают преимущества учёбы в 10 и 11 классах. Дают много привилегий, каких не позволяли ранее другим девятым классам. В том числе и общая «взрослая» дискотека в зале.

Мы с девочками очень обрадовались. Ведь там будут и старшие мальчики, на которых мы только заглядывались в коридорах школы. А тут представится возможность с кем-то познакомиться поближе. И всю неделю все девочки были возбуждены до предела. Главный вопрос – что надеть? Заказать платье в интернете уже можно не успеть. В магазине не хотелось покупать. По ценам только сетевые фирмы доступны. А там одинаковых платьев на вешалке по десять штук висит. А это самое неприятное – с кем-то оказаться в одинаковом наряде.

Вечером, продолжая смотреть сериал, я поделилась своими переживаниями с Костей.

– У тебя есть же платья в шкафу. В чём проблема, не понимаю, – сказал он. – И ты их редко надевала. И, по-моему, ни разу в школу.

– Это не такие платья. Они какие-то детские.

– А тебе какое надо? – удивился он.

– Более откровенное, взрослое.

– Тебе всего 15 лет! Какое взрослое? И платья у тебя не детские. А «во взрослых», как ты их называешь, платьях ты будешь смотреться смешно.

Я вздохнула. Логика в его словах есть. Я стала вспоминать, что у меня висит в шкафу.

– Может, зелёное с белым воротничком? Оно немножко школьное, но в нем что-то есть, – я размышляла вслух.

– Зелёное? Достань, посмотрим.

Я вытащила из шкафа платье на вешалке. Тёмно-зелёное с длинным рукавом, гладкий тяжёлый шёлк, узкое сверху до талии и с широкой юбкой до колен. Очень закрытое. Но мне нравилось из-за ткани, приятной на ощупь, и то, что он было однотонным, без дурацких цветочков.

– Примерь, – предложил Костя.

Я быстро натянула на себя. Покрутилась перед ним.

– Пойдёт. Только лифчик под ним надень обязательно.

– Это-то понятно.

Он вернулся за стол к компьютеру. А я стала рассматривать себя в зеркало в шкафу. Да, бюстгальтер обязателен, чтобы грудь казалась больше. А может, его укоротить немного? Я стала поднимать подол выше, открывая колени, потянула ещё выше. Однозначно, укоротить.

– Ну, ты идёшь кино смотреть? – позвал Костя.

– Иду.

Я стянула платье и сунула его в пакет.

– Зачем оно тебе с собой?

– Там подол чуть разошёлся. В ателье завтра подошью.

Сериал досмотрели и легли спать. Лёжа в своей кровати, стала думать о туфлях. Хорошо бы на шпильке найти. У мамы такие были парадно-выходные, надо померить. У нас, кажется, размер обуви одинаковый.

В школе на переменах девочки только и делали, что обсуждали, какие наряды приготовили. Я отмалчивалась. Дело в том, что я сходила в ателье и платье укоротила. Там была молоденькая швея, и она меня убедила сделать платье максимально коротким. Мне кажется, если я подниму руки повыше, то можно увидеть мои трусы. Смотрится не то что откровенно, а вызывающе. Ноги, правда, у меня стройные и красивые, особенно в маминых чёрных туфлях на шпильке, которые мне подошли идеально. Но что скажет Костя, когда увидит меня в этом наряде?.. И я молчала и не говорила девочкам, в чём пойду. Я уже начинала сомневаться, пойду ли я вообще на дискотеку…

Наступил долгожданный вечер пятницы. Костя ушёл раньше, сказал, что с ребятами в школу придёт. Дома был только папа. Я немного подкрасилась: подвела глаза лайнером, тушью ресницы накрасила, нанесла немного блеска на губы. И стала одеваться. Сначала надела платье в синий цветочек на бледно-голубом фоне. Может, всё-таки в нём идти? Решила опять примерить зелёное укороченное платье. Колготки у меня были только телесные тонкие. Сунула ноги в туфли. И стояла перед зеркалом, кусая губы. В дверь постучал и зашёл папа.

– Ты чего так долго собираешься? Опоздаешь на свою дискотеку.

– Папа, а не очень я вульгарно выгляжу?

– Нет. Очень красиво. Как молоденькая девочка. Тебе очень идёт это платьице.

– А оно не слишком короткое?

– А какое платье надо надевать в почти 16 лет? – рассмеялся папа. – Мать тебя совсем зажала. Иди и не сомневайся. Моя дочка самая красивая!

– Правда? Спасибо, папочка.

– Только туфли с собой возьми, в ботинках теплее.

Сверху надела пальто до колен, туфли сунула в пакет.

В школе встретилась в раздевалке с девочками. Переодела обувь сначала.

– Шикарные туфли! Сколько стоили? – спросила Даша

– Не знаю. Они мамины.

– Везёт тебе, а у моей мамы размер маленький.

– А мальчики уже пришли? – спросила я.

– Нет ещё. По-моему, они решили где-то выпить. Мне Саня признался, – ответила Света.

Значит, Кости пока нет. Можно снимать пальто и подниматься в зал. Я повесила пальто на вешалку.

– Вау! Ленка! Какое платье красивое! Потрясающе выглядишь!

– Спасибо, Даша! Но ты в своём серебристом платье с открытой грудью выглядишь лучше, на 11-классницу тянешь.

– Правда? Это хорошо. Есть у меня одна цель из 11Б, – она мне подмигнула.

– Сергей что ли?

– Угу. Идём скорее в зал.

Там уже было много людей. Играла громкая музыка, мигали огни, даже шарик-диско был подвешен к потолку. Наш зал совершенно было не узнать. Так красиво! Мы стали танцевать. Краем глаза стала подмечать, что ребята из старших классов с интересом на нас посматривали. Когда включили медленный танец, ко мне сразу подошёл мальчик, кажется, из 10А. Я с удовольствием с ним пошла на середину зала. Он взял меня за талию и прижал к себе, я обвила его шею руками. Понимаю, что не надо бы так высоко руки поднимать, но он очень высокий, даже при моей 7-сантиметровой шпильке я была гораздо ниже его. Зовут его Алексей. Он тоже в этом году пришёл в нашу школу. Сказал, что ещё в сентябре заметил меня, но стеснялся подойти, так как я никогда не бываю одна, всегда с парнем.

– Так это мой брат Костя.

– Фух,– выдохнул он, – это меняет дело, – он улыбнулся.

– Не уверена, – я улыбнулась в ответ, – он ревнивее парня.

– Это полбеды. Сердце-то твоё свободно? – спросил он.

– Боюсь, это будет решать мой братец. Как он сказал, подходящую кандидатуру он одобрит сам.

– Значит, сначала надо завоевать его сердце, – рассмеялся Лёша.

Я тоже рассмеялась. Мне он очень понравился. Светлые волосы, глаза то ли голубые, то ли зелёные, в полумраке не видно, красивая улыбка. А когда он смеётся, на щеках появляются чуть заметные ямочки.

Танец закончился, и я убежала к девочкам.

– Какой он симпатичный, – сказала Даша. – Я его раньше не видела.

– Он новенький. Алексеем зовут. А твои как успехи? – спросила я.

– А я не стала ждать инициативы от Сергея и сама его пригласила.

– И?

– И танцевала с ним! – воскликнула счастливая Даша, – и он мне сказал, что следующий танец тоже за ним.

– Как хорошо! Платье работает!

– Ещё бы!

– А ты, Света, чем можешь похвастаться? – спросила я.

– А я с Максом танцевала.

– А что, ребята наши уже пришли?

– Да. Как раз вошли, когда ты ушла танцевать с Алексеем, – ответила Даша.

– Только от них алкоголем пахнет, – поморщилась Света, – во всяком случае, от Макса точно. А вон они идут к нам, – кивнула она за мою спину.

Я от страха сжалась, сделала шаг в сторону от девочек и, не оборачиваясь, решила потихоньку отойти к другим одноклассницам в противоположный угол зала. За спиной услышала голос Кости:

– Девочки, Ленку не видели? Она пришла?

– Да вон она, – ответила Светка.

– Лена! Стоять! – скомандовал Костя.

Я остановилась, но не оборачивалась. Костя подошёл ко мне, развернул к себе.

– Ты что с платьем сделала? – резко спросил он. – Так это ты танцевала в центре зала?!

– Не кричи на меня. Папа одобрил и сказал, что я самая красивая.

– Никто и не спорит, правда, красивая… – он как-то сник.

– Идём танцевать, – я потащила его к нашей танцующей компании.

Мы веселились от души. Я чувствовала себя сногсшибательно прекрасной. Мои ноги притягивали взгляды, если не половины, то треть точно, взглядов мальчиков школы. Когда начался очередной медленный трек, Макс оказался совсем рядом со мной. Он сразу меня обнял за талию и предложил потанцевать с ним. Я не отказалась. Так приятно видеть в глазах парней восхищение мной! Дашу пригласил Сергей, как и обещал. Костя остался со Светой. От Макса, правда, очень резко пахло алкоголем. Он так сильно меня прижал к себе, что стало трудно дышать.

– Максим, чуть легче, ты мне рёбра сломаешь, – пискнула я.

– Прости. Но ты сегодня такая привлекательная, – он провёл по спине ладонью, пальцами пощекотал затылок. Рука его снова стала поглаживать спину, опускаясь всё ниже.

– Макс, не увлекайся, – сказала я, – Света будет ревновать.

– А я ничего такого не делаю, – глухим голосом сказал он, ведя руку всё ниже и ниже.

Ещё немного и он залезет под мою короткую юбку. Но тут практически подлетел к нам Костя и вырвал меня из рук Макса. Тот ошарашено смотрел на моего брата.

– Костян, ты чего?

– Светка мне чуть глаза от ревности не выцарапала. Иди, успокой её, – сказал Костя.

Макс пошёл искать Свету. А Костя обнял меня и стал со мной танцевать, как ни в чём не бывало.

– Светка, значит, у нас такая ревнивая? – я посмотрела ему в глаза.

– Можно подумать, что тебе понравилось с ним танцевать, – парировал он.

– Нет. Не понравилось. Он пьян. – Я прижалась к Косте и положила подбородок ему на плечо. – Мне было неприятно, он вёл себя грубо.

– А из десятого новенький?

– Алексей? Он очень сдержанно со мной танцевал. А ты видел?

– Я не понял, что это ты, если честно. Засмотрелся на твои ноги.

– Правда?

– И не я один… – вздохнул он.

Когда закончился танец, мы обнаружили, что наша компания поредела.

– А где Света с Максом? – спросила я.

– Они ушли, – ответила Даша. – Макс пошёл провожать Светку. А у неё родители в отъезде, – хихикнула она.

Мы продолжали танцевать, веселились и дурачились. А когда снова началась медленная музыка, объявили «белый танец». Как будто кому-то нужны эти отдельные приглашения к действию. Вон, Дашка сразу в атаку идёт. К Косте неожиданно подбежала Юлька и повела его в центр зала. Я осталась одна. Даже немного растерялась. Но тут ко мне подошёл Алексей.

– Не хочешь меня пригласить? – с улыбкой спросил он.

– Хочу, – я кивнула и улыбнулась в ответ.

И опять с ним танцевала, чувствуя себя такой маленькой и хрупкой, посматривая на него снизу верх. А он рассказывал о своей старой школе, какие праздники были там. После танца Лёша подвёл меня к Косте и протянул ему руку для знакомства. Они представились друг другу. И он отошёл.

– Галантный какой… – задумчиво сказал Костя, провожая его взглядом. У меня сильнее забилось сердце, может, вот она – подходящая кандидатура…

– Пойдём домой? Двадцать минут осталось до конца, – сказал Костя.

Я вздохнула, но согласилась. В раздевалке переодела обувь. Костя сунул пакет с туфлями себе в подмышку, и мы отправились домой. Шли медленно, шуршали опавшей листвой. Так вкусно пахло осенью.

– Он тебе понравился? – вдруг спросил Костя.

– Кто? Лёша? – удивилась, что он так сразу начал разговор.

– Ну, не Макс же, – раздражённо сказал он.

– Не знаю. Мы только два раза потанцевали.

– Но на «белый танец» ты сама его пригласила!

– Нет. Он сам ко мне подошёл.

– Правда?

– Да.

– Ну, ладно… – глубоко вздохнул.

Дома ужинать не стали, от усталости не было аппетита. А у Кости к тому же ещё сегодня плавание было. Он засыпал на ходу.

Ночью я проснулась от того, что Костя во сне сильно ворочался и даже глухо рычал или стонал. Что-то страшное приснилось. А всё эти ужастики. Залезла к нему и обняла. Он проснулся, прижался к моей груди головой. Я поняла, что он ещё и плакал во сне.

– Что тебе приснилось? – спросила я его.

– Очень страшное… Я тебя потерял…

– Ты мне всегда говоришь фразу, от которой мне становится легче.

– Да. Куда ночь, туда и сон, – сказал он и не отпускал меня до самого утра.

Первое утро каникул. Спать бы и спать. Но безжалостный будильник в пять утра заставил меня встать и перейти в свою постель. И сон ушёл. Я долго ворочалась. Всё думала о вчерашней дискотеке. Счастливо улыбалась, вспоминая восхищённые взгляды парней. Думала про Алексея. Интересно, а Костя не будет против того, если я Лёшу позову в кино вместе с нами? Звякнул телефон. Пришла заявка от Алексея на дружбу в соцсети. Я не подумала, что сейчас такая рань, и сразу нажала кнопку «принять». Он сразу мне написал:

«Тоже не спишь?»

У меня даже ладони вспотели. Но я стала печатать.

«Нет. Как назло, каникулы, а спать не хочется».

«Что сегодня делаешь?»

«Ещё не знаю. Если у родителей на нас не будет планов, тогда мы с Костей куда-нибудь пойдём». Так и написала. Не могу же прямо сказать, что мне надо отпрашиваться у брата.

«Я понял. Позже отправлю заявку на дружбу твоему брату)))»

«Ок ;)» – отправила я. Может, зря подмигивающий смайлик поставила? Не выглядит ли это многообещающе?

Утром за завтраком папа и мама выдали нам список работ на каникулы. По большей части, уборка квартиры и закрытие дачного сезона. Надо дерево сухое спилить, кусты подрезать, заросли ежевики расчистить, сжечь все ветки. Мама сказала, что мы можем разделиться: я останусь дома, ведь в списке ещё стоял пункт клейки обоев в коридоре, а Костя на даче сам справится. Но он категорично ответил, что мы всё будем делать вдвоём.

– Ну, ладно, – нехотя согласилась мама.

– И это правильно! – похвалил папа. – Или ты, мать, хотела, чтобы Лена с табуретки с твоими обоями навернулась, а Костя один на стремянке с пилой деревья кромсал?

– Нет. Пусть вдвоём будут.

– Тогда сначала на дачу, – решил Костя. – Уборку в квартире хорошо делать, пока вы на работе.

Мы пошли собираться.

– Возьми с собой вещи тёплые. Можешь вон тот свитер зимний взять.

– Зачем такой свитер? Мы же работать будем, а он очень жаркий.

– В доме хоть и есть обогреватель, но всё равно будет холодно.

– А мы что, там ночевать собираемся? – удивилась я.

– Во-первых, ты список видела? Как минимум на два дня. Есть, конечно, вариант на электричке туда-сюда мотаться. Но не хочется. А во-вторых, ты что, против? Можно и мясо на мангале пожарить… И родители дома побудут вдвоём…

– Конечно, не против.

Мама нам собрала бутерброды с собой. Мы не стали посвящать их в наши планы провести все выходные на даче. Потом поставим перед фактом.

У вокзала в супермаркете купили мясо, хлеб, овощи и пошли на электричку.

На даче больше всего проблем доставила ежевика, очень колючая. Пока Костя пилил сухие ветки и выкорчёвывал пенёк от срубленного дерева, я боролась с зарослями. Все руки поцарапала, даже одна ветка хлестнула меня по щеке, оставив глубокую царапину. Потом Костя зажёг бочку и мы стали кидать туда всё, что напилили и нарезали. Огонь приветливо трещал, стало жарко и весело. Ближе к вечеру, когда по расписанию ушла последняя электричка, Костя позвонил маме по видеосвязи.

– Мам, мы не успели на электричку. Не можем оставить бочку, – он показал огонь, пожирающий ветки. – Все равно всё сделать не успели, завтра продолжим.

– Костик, там же холодно ночевать! – воскликнула испуганно мама.

– Есть тёплые вещи, обогреватель включим, – ответил он.

Мама повернулась в сторону, к папе и спросила:

– Может, съездим за ними?

Папа взял у неё телефон и сказал нам:

– Вот ещё! Сами там всё заканчивайте! – подмигнул нам в камеру. – Ладно, пока, молодёжь! – и отключился.

– Ну, всё! Хватит возиться с бочкой. Тащи из сарая угли и розжиг. Будем ужин готовить.

Я всё принесла. Разожгли мангал. Пока нанизывали мясо на шампуры, я сказала:

– Костя, а мы ведь никогда с тобой не оставались вдвоём на даче.

– Ты боишься, что мы не сможем мясо пожарить одни? – спросил он.

– Нет. Я не об этом, – я улыбнулась. – Мы одни…

– Ну, да… Можно расслабиться и не переживать, что мы не так посмотрим друг на друга или сделаем что-то неприличное… Ты об этом?

– Да. Чего-то в этом году мама меня чересчур контролировала и воспитывала.

– Не парься. Ты – её дочка, у неё завышенные требования к тебе, – он внимательно посмотрел на меня. – А что это у тебя на щеке?

– Где? – я схватилась на лицо, и правда, что-то защипало.

Костя обошёл стол, убрал мою руку.

– Очень глубокая царапина, не трогай грязными руками, – улыбнулся и поцеловал в щёку, прямо в царапину.

– О, так, конечно, гораздо быстрее заживёт, – рассмеялась я, а он смутился и отвернулся к мангалу.

Мясо самостоятельно мы жарили впервые. Получилось очень вкусно. Или нам так показалось после работы на воздухе. Когда стало темнеть, пошли в дом.

На даче интернета нет. Поэтому мы включили старенький телевизор и смотрели какой-то русский фильм с мелодраматическими страстями, перед этим разложив диван и устроившись под одним одеялом. Было прохладно, поэтому мы даже сильно и не раздевались.

– И чего они все с жиру бесятся? – комментировал фильм Костя. – Надумывают сами себе проблемы, а могли бы быть счастливыми и любить друг друга.

– Так по сценарию задумано, иначе бы и сюжета не было бы.

– Но ведь и в жизни то же самое происходит. Они свободные, ни от чего не зависят, а сами себе какие-то глупые препятствия нагораживают.

– Наверное, ты прав, – я согласилась.

Когда фильм закончился, кстати, счастливым финалом, начался другой. «Ромео и Джульетта» с очень молодым Леонардо ди Каприо.

– Это очень печальная история. Я буду плакать. Может, что-то другое посмотрим? – попросила я.

– Давай хотя бы начало посмотрим, я не видел эту версию. Не будем печальный финал смотреть.

Но мы досмотрели до конца. Я очень расстроилась. Эта история о несчастных влюблённых, которые не могли даже видеться друг с другом, всегда вызывает у меня слёзы. Уже лёжа в темноте и прижавшись к Косте, я спросила:

– Ну, почему бывают такие жестокие обстоятельства, которые разлучают любящих людей?

– Бывают, Ленок, бывают… – он вздохнул.

– А какой же выход?

– Но точно не такой, как нашёл Шекспир.

– А какой?

– Ну, они могли бы сбежать куда-нибудь вдвоём. Ромео мог бы сразу после венчания увезти Джульетту в другой город или страну. Тем более у них была поддержка, тот же священник, например. Уехать туда, где их никто не знает, никто не осудит…

– Это была бы хорошая концовка, – я улыбнулась.

– Не концовка, а только начало счастливой жизни… Ладно, Лен, давай спать. Чувствую, что завтра нам надо будет пораньше встать. Думаю, завтра мама убедит папу за нами приехать.

– Я тоже об этом подумала. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, родная.

Проснулись без будильника очень рано, за окном было ещё темно. Сказалась многолетняя привычка. Но мы все же встали, сложили обратно диван и пошли на кухню завтракать.

– Если мы с тобой всё быстро переделаем, то сможем успеть на электричку в обед, – сказал Костя.

– Или родители нас заберут, – предположила я.

Но наш план вернуться домой пораньше не сработал. Родители приехали к часам одиннадцати, нашли ещё кучу срочных дачных дел и приняли решение остаться на сутки на нашей фазенде. Бесплатная рабочая сила у них есть, почему бы не устроить закрытие дачного сезона праздником. Они даже съездили в магазин в ближайшую деревню. Костя перекапывал землю под будущие грядки, я сгребала и жгла в бочке опавшие листья. А мама и папа жарили шашлык и попивали вино у мангала. Правда, они и нам предложили вина, но мы отказались. К вечеру мы очень устали и пошли спать. Костя – на диване у телевизора, а я в свою кровать в соседней комнате. Мне было в сырой постели холодно и неуютно…

Уехать куда-нибудь, где нас никто не знает и не осудит…

Остальные дни каникул мы провели с Костей вдвоём. У нас даже не было времени погулять с друзьями. Всё началось с переклеивания обоев в коридоре. Долго выбирали новый дизайн и спорили в магазине. Потом, увидев пожелтевший потолок, перенесли ремонт выше горизонта. В итоге стали сдирать обои в своей комнате и искать вариант новых, который бы удовлетворил бы нас обоих. А это оказалось очень сложным. Мы спорили и обижались друг на друга. Родители только посмеивались над нами. Каникулы пролетели очень быстро. Но обои мы все-таки поклеили – серые нейтрального оттенка.

В ноябре Костя уехал на соревнования почти на целую неделю. С субботы до среды его не было рядом со мной. А у меня случились в это время такие любовные переживания! Я решила воспользоваться отсутствием брата и наконец-то согласилась пойти погулять с Лёшей. В субботу после школы поехала с ним на закрытый каток. Я первый раз побывала в новом спортивном комплексе. Лёша учил меня кататься на коньках. Это было очень весело. Я первый раз встала на коньки, всё норовила упасть. Но Алексей, оказывается, в своей прошлой школе занимался хоккеем, поэтому на коньках он держался очень уверенно. Он мне помогал на льду, вёл по ровной дорожке, и я чувствовала его поддержку.

Потом мы долго бродили по городу, посидели в кафе. С ним было одновременно и легко, потому что я чувствовала, что я нравлюсь ему, а с другой стороны, и немного тревожно, так как он всё расспрашивал обо мне, хотел узнать, какая я на самом деле. Этот немного пугало. Я даже перед самой собой не признавалась, чего я хочу от этой жизни, что мне нравится на самом деле, что я вижу в будущем. А про чувства, которые кипели у меня где-то глубоко подспудно, я не признавалась никому. Поэтому больше я отмалчивалась или отшучивалась. Глаза у него, кстати, серо-зелёного цвета. Он много шутил, я смеялась. А когда он меня провёл до дома, я позволила ему меня поцеловать. Он сделал это немного смущённо и быстро ушёл.

Вечером я лежала счастливая на кровати и думала про свой первый поцелуй… Или всё-таки не первый?…

А на следующий день мама освободила меня ото всех воскресных домашних дел и отпустила с Лёшей в кино. И да, мы сидели на последнем ряду и целовались. Так что я даже не помню, про что был фильм.

В понедельник в школе мы с Лёшей проводили все перемены вместе. Но не целовались и не обнимались, просто болтали, обедали вместе в столовой. Даша со Светкой были удивлены и после школы всё меня расспрашивали. Но я ничего не рассказывала, просто ответила, что мы общались по-дружески. Договорились с Лёшей на следующий день после школы снова поехать на каток. Но мне надо было его один урок подождать. Я сказала, что буду в библиотеке.

Но вторник прошёл совсем не так, как мы планировали. Когда наконец-то закончился шестой урок, я поставила книжку на полку и вышла из библиотеки, направившись к раздевалке. Но за поворотом в коридоре меня ждал сюрприз: Лёша целовался со своей одноклассницей. Я молча и спокойно прошла мимо них, в раздевалке схватила своё пальто и выбежала на улицу. Уже за углом почувствовала холодный ветер и стала одеваться. Но тут со школы выбежал Лёша. Увидел меня и направился в мою сторону. Я схватила рюкзак и хотела убежать, но зацепилась за пальто, которое так и не успела надеть, чуть не упала. Лёша подскочил ко мне, поддержал и помог сунуть вторую руку в рукав.

– Ты всё не правильно поняла, – сказал он.

– Я всё видела своими глазами.

Как он может ещё оправдываться?

– Я с Катей встречался до тебя…

– Не надо мне ничего объяснять. Спасибо за проведённое время. Мне пора. Всего хорошего.

Я развернулась и пошла.

– Лена, подожди, пожалуйста! – он пошёл следом.

Я развернулась:

– Не надо за мной ходить. Лучше не приближайся.

И я ушла. Весь вечер проплакала. Леша заваливал меня сообщениями. Пришлось внести его в чёрный список. Как хорошо, что я ничего не рассказывала девочкам. Я с ужасом представила их сочувствующие взгляды. А Костя приедет только в четверг утром и придёт в школу ко второму уроку. Ещё завтра день пережить.

Но среда мне приготовила новый сюрприз. У нас в школе под лестницей есть такое место, где можно спрятаться. Мы там с Дашей сидели, когда прогуливали физкультуру. И я решила там посидеть на перемене одна. Лёша всё пытался со мной поговорить. Я категорически отказывалась. Даже Макс стал меня расспрашивать, какие у меня с ним отношения. И тут я стала свидетельницей очень неприятного для меня разговора. По лестнице спускались ребята из 10А.

– Ну, чё, Лёха? Продул пять косарей?

– С чего ты решил? – голос Лёши.

– Мы же спорили, что ты переспишь с Комаровой из 9А до конца второй четверти. А она тебе уже отставку дала.

– Так ещё декабрь даже не наступил. Рано радуешься, – ответил Алексей.

И они ушли дальше, больше я ничего не услышала. Значит, пять косарей… Вот бы я позора натерпелась…

Вернувшись в класс, я решила на физике сесть к Максу. Сегодня самостоятельная, а я без Кости физику не сдам. Макс мне помог, решил и мои задачки. Но взамен, конечно же, стал задавать вопросы.

– Так что у тебя с этим Лёхой?

– Ничего. Один раз сходили на каток. А теперь он хочет продолжения.

– А ты?

– А я – нет! Вот и не хочу с ним разговаривать.

– А Юлька из параллели видела вас в кинотеатре.

– И что? С тобой я тоже ходила в кино.

– О чём фильм был? – спросил он, широко улыбаясь.

– Не помню…. – я начала паниковать.

– Конечно, ты так занята была, где уж там за сюжетом следить.

– Почему ты так в этом уверен? Юлька могла и наврать тебе.

– Могла. Но я рядом с ней сидел в зале.

– Я…

– Только я Костяну не собираюсь ничего говорить, а вот Юлька не упустит возможность вас поссорить. Не нравится ей, что он с сестрой больше времени проводит.

– Эх, какой же у нас город маленький… – я вздохнула.

Прозвенел звонок. Это был последний урок, и я ушла домой. Завтра приедет Костя.

Утром я проспала, потому что будильник забыла поставить. Натянула джинсы, машинально схватила Костину рубашку, что вчера для него погладила, косметику побросала в рюкзак.

После первого урока побежала в туалет накраситься. Когда подходила к кабинету литературы, увидела Костю. Я так обрадовалась! Бросилась к нему на шею. Он меня оторвал от пола и покружил.

– Что, сестрёнка? Соскучилась? – рассмеялся он.

– Очень!

– И я! – он сильно меня обнял.

Так и стояли, обнявшись, и болтали с одноклассниками. Я прижалась головой к его плечу, обхватив руками его за талию, а он прижимал одной рукой меня к себе. Увидела в конце коридора Лёшу. Он посмотрел на меня и ухмыльнулся как-то недобро.

В воскресенье утром родители уехали на рынок за продуктами. Они всегда закупают свежее мясо, рыбу и забивают морозилку на месяц. Пока выберут, купят… Это надолго. Нам оставили целый список поручений, как Золушке, двум Золушкам. Помимо ужина, уборки квартиры и мытья туалета с ванной, надо было подшить занавески в комнате родителей и разобрать завал на балконе. Костя надел куртку и пошёл наводить порядок на балконе: какие-то банки, яблоки гнилые с дачи, старый палас. Посоветовавшись, мы решили выбросить по максимуму. Пока он носил мусор на помойку, я вымыла ванную и туалет. Потом Костя быстро везде пропылесосил, вытер пыль, а я подшила вручную шторы, не снимая их с карниза. У мамы какая-то мания хотя бы раз в год менять шторы в спальне. Остался ужин.

– Может, курицу в духовку сунем? – предложил Костя. – Пока она будет запекаться, у нас время останется на киношку какую-нибудь.

– Хорошо. Можно ещё овощей добавить. И все довольны будут.

С готовкой мы справились тоже вдвоём.

– Ну, всё! Я пошёл киношку искать.

– А мне хочется в ванне полежать, пока родители не приехали

– Иди. Только недолго.

Вообще, в нашей семье лежания в ванне не прияты. Мама считала это баловством. Но мне очень нравилось полежать в горячей водичке, особенно за день до месячных, тело тогда расслабляется и потом уже не так больно проходят «эти дни». К тому же, Даша мне ещё на 1 сентября подарила шарик соли для ванны. Хочется попробовать. Налила воды, кинула шарик. Он стал шипеть, растворяться. Вода стала зелёной, запахло мятой и чем-то ещё. Я разделась и залезла в воду. Какое же это блаженство…

– Лен, я нашёл два фильма… А чего это у тебя вода зелёная?

– Это соль для ванны. Чувствуешь, как пахнет вкусно?

– Ага. Я тоже хочу. Подвинься, – он начал раздеваться.

– Костя! Ты чего? Скоро родители приедут! Одним ремнём не отделаемся, – возмутилась я.

– Я на задвижку закрылся.

Он быстро разделся и залез ко мне в ванну, сев сзади. Я прислонилась головой ему на грудь. А он тоже изменился. Когда я последний раз видела его голым? Мне стало неловко за своё тело, которое хорошо видно сквозь воду. Я, конечно, давно стала следить за собой, убирала отовсюду лишнюю растительность, но сейчас я не была уверена, насколько мои ноги или зона бикини были гладкими. Да и вообще… Я зажмурилась и старалась не думать об этом. В конце концов, раньше мы втихаря от родителей частенько купались вместе.

– Так какие фильмы ты нашёл? – я постаралась спросить как можно спокойнее.

– Новый детектив с Дэниелом Крейгом и боевик с Киану Ривзом, – ответил он, поглаживая меня по бедру в воде. – Такая кожа гладкая становится. Можно ещё мочалкой пройтись.

Он взял мою маленькую розовую мочалку с крючка и стал медленно и аккуратно в воде тереть мне кожу на руках, шее, груди…

– Подними ногу, я не достаю до пальцев.

Это были очень странные ощущения. Ведь мы понимали, что это далеко не безобидные игры между братом и сестрой. Из-за этого нас могут разлучить. А это самое страшное. Крики, наказания – к этому мы привыкли с детства. А вот врозь жить будет сложно. После вот такой же совместной ванны в пятом классе Костю отвезли на всё лето к бабушке с дедушкой.

– Костя, надо вылезать. Если нас застукают…

– Да. В следующий раз уборку начнём с ванны! Вставай первой.

Я вылезла и стала вытираться полотенцем.

– Ты чего так на меня смотришь? – смутилась я.

– Слушай, а если ещё лосьоном или кремом каким-нибудь тело намазать, то будет, наверное, ещё лучше?

– Не знаю…

Я натянула на себя свои шорты. И тут мы услышали, как родители ключами открывали дверь. Я быстро схватила первую попавшуюся футболку, надела её и побежала открывать дверь. Костя закрылся на задвижку.

– А Костик где? – спросила мама.

– Заканчивает с уборкой в ванной.

– Хорошо. Неси сумки в кухню.

Пока я разбирала сумки с продуктами, Костя закончил уборку в ванной. На стол накрывали вместе. Родители делились своими впечатлениями от посещения продуктового рынка. Я рассеянно слушала и кивала. Папа обратил внимание, что мы как-то молчаливо себя ведем, и пожурил маму, что она слишком обширный список работ нам оставила и совсем загоняла нас. Курица получилась очень вкусной. Меня похвалили за ужин. Папа даже вызвался помыть посуду, нас отпустили в свою комнату.

– И какой фильм посмотрим? – спросил Костя.

– Однозначно, с Дэниелом Крейгом.

– Почему однозначно?

– Потому что он мне нравится.

– Да? Но он же старый… – удивился Костя.

– А это причём? Мне же не спать с ним, – рассмеялась я.

– А…

– Включай, давай. Я пока трусы натяну. В шортах одних неудобно.

Я стянула шорты, на мне осталась только Костина футболка, которую я в спешке натянула. Она очень длинная и всё прикрывала. Хотя… Какая теперь разница? Что он там не видел? Я подошла к комоду и выдвинула свой ящик с бельём.

– А Макс прав…

– В чём? – спросила я, перебирая свои трусы.

– Это очень сексуально. В одной мужской футболке…

– Ты фильм нашёл уже? – мне стало как-то стеснённо, захотелось быстрее одеться.

Я достала трусы в розовый цветочек и повернулась к нему.

– Да. Уже на паузе, – ответил он мне невозмутимо, глядя прямо в глаза.

Он подошёл ко мне, заглянул в мой ящик комода.

– Надо на ОЗОНе сегодня пошопиться. Соль для ванны посмотреть, трусов тебе новых. Мы ещё не потратили деньги, что на листовках летом заработали.

– Так у меня и эти не старые. Мама купила летом целый пакет.

– Мама выбирала на свой вкус.

Я быстро натянула трусы и села в кресло за стол перед ноутбуком.

– Давай кино смотреть.

– Может, в кровать залезем? – предложил Костя.

– Давай позже. Мама зайдёт, опять будет кипятиться.

Мама заглянула через полчаса. Костя нажал на паузу.

– Ребят, вы уроки на завтра все сделали?

– Дааа, – сказали мы вместе.

– Не засиживайтесь долго, чтобы не проспать утром. У нас завтра с папой дежурства совпадают. Может, бабушку завтра вызвать?

– Зачем? – спросил Костя.

– Ну, вы тут одни будете… ночью…

– А ей что здесь делать? Нас целый день не будет дома. У меня до вечера тренировка, Лена в библиотеку с девочками после школы собралась. И перекусить мы можем в кафе.

– Да? Ну, ладно. Вечером я позвоню.

– Не переживай, мамуль. Не в первый раз мы одни остаёмся, – улыбнулся ей Костя.

Она подошла к нам, обняла нас и сказала:

– Вы такие взрослые уже стали… Так время быстро летит…

– Ничего и не быстро. Нам только по 15 лет, – сказала я.

– Через месяц уже 16. Самое прекрасное время! Мы с папой познакомились, когда я в 9 классе была… Ну, ладно. Я спать пошла. Утром сами позавтракаете, нам с папой позже вставать.

– Спокойной ночи! – опять вместе сказали мы.

Она вышла, закрыв за собой дверь.

– Костя, какая библиотека?

– А ты чего, хотела с бабушкой вечер проводить и ночью с ней спать?

– Нет.

– Ну, вот и не спрашивай.

Мы продолжили смотреть фильм. Через время за стенкой послышались подозрительные звуки. Костя сделал звук громче. Даже слишком громко.

– Могли бы подождать, пока мы уснём, – проворчала я.

– Это мама расчувствовалась, наверное, вспомнила свои шестнадцать лет, – сказал Костя.

Через время Костя опять нарушил молчание.

– Чем же он тебе понравился? – спросил он.

– Это же Джеймс Бонд. Перед ним не устоит ни одна девушка.

– Ну, что в нём такого?! В этом фильме он старый придурковатый детектив.

– У него очень выразительные глаза. А ещё мне нравятся его скулы и торчащие уши.

– Уши?! – Костя вытаращил на меня глаза.

– Да! Такие, как у тебя! – я обняла его и чмокнула в щёку. А он покраснел. Ух, ты! Смутился?

Фильм досмотрели.

Костя сходил на кухню и принёс бутерброды и газировку.

– Что-то я проголодался. Залезай ко мне в кровать. Будем тебе трусы новые выбирать.

– Зачем? Меня и эти устраивают.

– Мне они не нравятся, – сказал он, жуя бутерброд.

– А тебе-то что? Я же их ношу.

– Не хочешь выбирать, значит, я сам тебе куплю.

– Нет. Я посмотрю. А то вдруг ты какие-нибудь стринги закажешь. Мне даже на физкультуре в раздевалке перед девочками не раздеться будет.

– Стринги говоришь? – Костя открыл ОЗОН.

– Нет! Ты издеваешься?

– Смотри, как красиво… А вот какие кружевные симпатичные… Оооо… Такая ночная сорочка мне нравится…

– Костя! Меня мама в этой самой сорочке сожжёт на костре…

– Ну, да… Вот, смотри какой комплект красивый.

– Ты меня в этом представляешь?

– Очень даже представляю…

– Да?! Ну, что ж, если надеть под тонкие светлые брюки, да блузку попрозрачнее… Думаю, Макс оценит твой выбор…

– Лена! – Костя резко закрыл ноутбук.

– А что не так? Давай дальше выбирать. Я буду представлять, как руки Макса гладят меня по телу в красивом кружевном белье…

– Прекрати! – Костя разозлился.

– Ну, ладно. Больше не буду дразниться. Извини, – я положила голову ему на плечо. – Давай что-нибудь из спортивного белья посмотрим.

В итоге заказали два комплекта бесшовного спортивного белья серого и чёрного цветов, разных шариков соли для ванны, пену и лосьон для тела. Заказ уже завтра будет доставлен в пункт выдачи.

Когда засыпали уже на своих кроватях, Костя сказал:

– Всё-таки я тебе куплю кружевную сорочку. Ты её сможешь надевать, когда родителей нет дома.

– Зачем?

– Ты очень красивая, и бельё у тебя должно быть красивым.

– Я всё понимаю… Но даже папа не дарит маме таких подарков.

– Ну, и что? Мы же с тобой ближе друг к другу…

– Костя, эта близость какая-то другая… Не зря же мама нас так контролирует. И девочки надо мной посмеиваются, называют тебя не моим братом, а ревнивым мужем.

– Мне плевать, что говорят твои девчонки… Это после дискотеки, когда я вырвал тебя из объятий Макса?

– Да. И не только. Ты мне и шагу не даёшь ступить без тебя.

– А ты хочешь без меня? – он даже привстал на локте, вглядываясь в меня.

– Нет! Что ты! – я перебежала к нему в кровать, залезла под одеяло и прижалась. – Без тебя не хочу! Я очень боюсь, когда мама угрожает нас разлучить.

– Они этого не сделают.

– Почему ты так в этом уверен? Они могут и уверены в своей правоте.

– Нет! – он сильно прижал меня к себе.

Мы так и лежали обнявшись.

– Костя, мы пахнем после ванны одинаково мятой, – сказала я.

– Нет. Не одинаково. Ты надела мою футболку, в которой я целый день возился и потел.

– А мне нравится, – я улыбнулась.

В пять утра будильник отправил меня к себе в кровать.

Утром мы быстро умылись, вместе почистили зубы и пошли завтракать. Старались не шуметь, чтобы не разбудить родителей. Но Костя всё утро шутил, смешил меня, измазал мне лицо вареньем. Потом слизывал его.

– Чего веселитесь, молодёжь? – папа стоял в дверях кухни и улыбался.

– А сегодня день будет лёгкий, в группе написали, что не будет физики и химии. И мы пойдём классом гулять в сквер. А потом физра и ритмика, – ответил Костя.

– Ну, хорошо. Погода, вроде хорошая будет, – он нам подмигнул и ушёл обратно в комнату.

– Костя, ты опять что-то приврал? – спросила я, вытирая лицо от сладкого варенья влажным полотенцем.

– Нет. В группе написали.

Я взяла в руки телефон.

– Ты мне не веришь? Полезла проверять? – удивился он.

– Верю… Хочу посмотреть, кто какие ещё варианты предлагает на свободное время.

– Ничего интересного.

Когда одевались, Костя протянул мне свой тёплый свитер.

– Возьми с собой, потом наденешь, когда гулять пойдём.

– Хорошо. А что мне лучше надеть: эту блузку или эту кофточку? – спросила я.

– Кофточка слишком обтягивает. Пусть будет блузка, – посоветовал Костя.

Значит, надену кофточку. И где она сильно обтягивает? Уже в школе в раздевалке, рассматривая себя в большое зеркало, я спросила у него, что не так с кофточкой. Он невозмутимо чмокнул меня в голову и сказал:

– Всё так. Блузка была сильно прозрачной.

– Костя! – я даже рот открыла от удивления. – Это нечестно!

– Почему? Ты меня сама не послушалась, – он улыбался.

Первые два урока были русский и литература. Тамара Викторовна решила провести два урока литературы. Мы начали разбирать «Евгения Онегина» А.С. Пушкина.

– Тамара Викторовна, а почему Онегин сразу не влюбился в Татьяну? – задала вопрос Светка.

– Онегин не полюбил Татьяну, потому что был не готов к любви, – начала отвечать русичка. – Любовь в том понимании, в каком он её знал, заключалась во флирте, далёком от целомудрия. Играть в любовь можно с ветреной, поверхностной женщиной, но с Татьяной, полюбившей так беззаветно, Онегин не может себе позволить быть легкомысленным.

– Какая печальная история. Про неудавшуюся любовь, – сказала я шепотом Косте.

– Я бы так не сказал. Он сам ступил. Бывают хуже обстоятельства.

– Наверное…

– Комаровы! Вы так бурно обсуждаете. Может, своё мнение выскажете?

– Я выскажусь, – Костя встал. – Онегин не уважал Татьяну, не восхищался её целомудренностью. Слишком она была для него юной. А он просто равнодушный и высокомерный к окружающим. Хотя у них всё могло сложиться. Они похожи в своём стремлении не подчиняться законам общества. Я бы даже сказал, что они родственные души. Но у них не было возможности узнать друг друга.

– Но ведь позже Онегин мучился от любви к Татьяне, – возразила Тамара Викторовна. – Хотя они так и не узнали друг друга, как ты говоришь.

– Сохранившаяся любовь Татьяны и мучения Онегина – это не настоящая любовь. Они любили образ, который сами придумали. Они просто страдали на расстоянии от упущенной возможности узнать друг друга. И это не любовь.

– А какая она, эта настоящая любовь? – спросила с места Света.

– Настоящая любовь – это знать о человеке всё-всё. Её хорошие и плохие стороны, её привычки, сомнения, пристрастия в еде, её страхи… И всем этим восхищаться. Даже на расстоянии… Боясь потерять возможность хотя бы видеть…

– А физическое влечение? – выкрикнул с последней парты Паша.

– Во времена Онегина это было невозможным. Общество осуждало. Впрочем, век 21 не отличается от 19. Есть определённые правила и табу, которые окружающие никогда не позволят переступить. Вот и Татьяна с Евгением не нарушили установленные рамки общества. – Костя говорил, в классе стояла полная тишина. Даже Тамара Викторовна не перебивала.

– Ну, про 21 век я бы поспорил! – возразил Паша.

Но спора не получилось. Прозвенел звонок с урока.

Третий и четвертый уроки – физика и химия, которые отменили. И мы пошли гулять в сквер. Было холодно, но солнечно.

– Ну, ты, Костян, загнул на литре. Так о любви несчастной высказался, как будто у тебя самого сердце разбито.

– Нет. Но история Онегина и Татьяны какая-то недосказанная что ли…

На физкультуре наша учительница, Ольга Владимировна, заставила нас сдавать нормативы на пресс. Мальчики сдавали подтягивание. Костя сдал, как я видела, очень быстро, Макс тоже справился без проблем. Я же так мучилась… еле-еле на «тройку» натянула. Ну, нет у меня пресса и рельефных кубиков, но и пуза тоже нет. У меня нет ни жира, ни мышц… Все девочки пресс качали с легкостью спортсменок, сверкая своими животиками, даже пухленькая Лариска на «четвёрку» смогла. Я чувствовала себя такой ущербной. И так живот стал болеть…

На ритмике начали разучивать главный выпускной танец – вальс.

– Костя, я с тобой и вальс буду танцевать?

– Я не понял, ты против?

– Нет. Но этот танец особенный.

– Чем же?

– Ну, его молодожёны, например, танцуют.

– И что?

– Ничего…

В конце урока учительница нас похвалила и поставила в пример:

– Все смотрите на Комаровых. Вот так надо довериться партнёру: чувственно, нежно, с любовью!

Все захихикали.

– Ну, вот видишь, у нас лучше всех получается, – улыбнулся Костя.

В конце урока Косте пришло смс. Заказ доставлен на пункт выдачи ОЗОН. Он скинул мне код для получения товара. Пообедали в столовке. Он ушёл на тренировку. Я же ни в какую библиотеку, конечно, не ходила. А купила продуктов на салат и отправилась домой готовить ужин для нас с Костей. По пути забрала заказ.

Дома сделала все уроки на завтра. По математике даже решила два варианта по ОГЭ – свой и Костин.

Ужин приготовила лёгким – овощной салат и мясо запекла в духовке. Костя пришёл с тренировки уставшим. Но ещё в коридоре, втянув носом воздух, спросил:

– Чем так вкусно пахнет? Ты так стала хорошо готовить!

– Мясо в духовке, – я улыбнулась, мне стало приятно от его похвалы.

– А ты заказ забрала?

– Да. Только ещё не открывала, – ответила я.

Он снял куртку и прошёл в комнату. Я вернулась на кухню, пора было доставать мясо из духовки. Решили сразу сесть за стол. Пока ели, позвонила по видеосвязи мама. Мы недолго поболтали, Костя похвастался нашим аппетитным ужином. После звонка Костя выдохнул и сказал:

– Выключай большой свет, будем ужинать при свечах. Такой прекрасный ужин заслуживает особого освещения.

– Свечей у нас нет. Бра на стенке подойдёт?

– Подойдёт.

Пока ужинали, Костя рассказывал про свою тренировку, а я пожаловалась на свои «неуспехи» на физкультуре.

– Не знаю, за что ты там переживаешь. Какие особенности твоей фигуры тебя не удовлетворяют. Но Максу я хотел свернуть шею, когда он смотрел, как ты пресс качаешь. В это время спортивная кофта у тебя задралась и открыла твой живот.

– Да? Он смотрел? А как я выглядела?

– Хорошо… Лена!

– Ещё положить салата? – быстро спросила я.

– Нет… Я наелся…

– Посуду кто моет? – спросила я.

– Могу я. А ты в это время набирай ванную.

Я включила воду в ванной и начала распаковывать пакет с покупками.

– Есть соль с ароматом ванили, лаванды и какой-то ёлки, – перечисляла я, вынимая из упаковки заказанный товар. – Пена для ванны пахнет цветами.

– Давай пену попробуем, – предложил Костя.

В пене лежать мне понравилось больше. Как будто под одеялом. И меня не смущали обнажённые наши тела. Он поглаживал меня мочалкой в воде под пеной и рассказывал о новом сериале, который ему посоветовали посмотреть друзья с тренировки.

– Начнём сегодня смотреть первый сезон? – спросил он меня.

– Я не против.

Из ванной я вылезла первой. Завернулась в полотенце и пошла в комнату.

– Ты бельё новое хотя бы примерь, – крикнул мне в след.

Бельё я не стала надевать. Натянула пижаму со штанами и залезла к себе на кровать.

– Ты чего? Даже пену под душем не смыла, – спросил Костя, вернувшись из ванной. На нём было только полотенце, обмотанное ниже талии.

– Ничего. Я… замёрзла немного.

– Сейчас включим киношку и будем смотреть, накрывшись одеялом.

– Давай сегодня без сериала…

– Почему? Что случилось? Иди ко мне, – он потянул меня за руку с кровати.

– Костя. Ты забыл одеться, – тихо сказала я.

– Сейчас оденусь… Лен, что происходит?

– Пока ничего.

– А что должно произойти?

– Костя, одевайся. Я пойду зубы почищу.

Я ушла в ванную. Меня трясло. Так нельзя! Это неправильно! Как держать дистанцию? И хочу ли я держать дистанцию?… И эти его разговоры на литературе про табу и правила…

– Ты на меня за что-то обиделась? – спросил меня Костя, когда мы смотрели кино обнявшись. Я была в той же пижаме с длинным рукавом и со штанами.

– Нет, конечно.

Но мне стало очень тоскливо за наше будущее. Какое оно? Я с ужасом представляю, что у него появится новая девочка, или с той же Юлей будут серьёзные отношения. А я боюсь своих новых чувств. И я всеми силами стараюсь не анализировать их, не давать себе каких-то определений. Я очень старалась самой себе внушить, что наши чувства – обыкновенная привязанность брата и сестры. И если об этом сильно задумываться, можно себе чего-нибудь нафантазировать лишнего и ненужного. Но, к сожалению, мой аутотренинг не срабатывал. И я с трепетом ловила на себе каждый его мимолётный взгляд, ждала каждое прикосновение…

А на следующий неделе у нас произошёл разговор с психологом.

Когда прозвенел звонок с урока литературы, и все стали собираться и выходить, Тамара Викторовна сказала нам:

– Комаровы, после уроков зайдите к психологу. Она будет вас ждать.

– Зачем это? – удивился Костя.

– Там и узнаете, – ответила она.

Все оставшиеся уроки я очень переживала. Костя был невозмутимым. Мы поднялись на третий этаж, нашли нужный кабинет. Нас встретила молодая девушка-практикантка. Я удивилась. Видела её в столовой и думала, что это новенькая из 11 класса. Она представилась и предложила нам присесть. Мы уселись на диван напротив неё.

– Вы хотели с нами о чём-то поговорить? – уверенно начал Костя. А у меня почему-то задрожали руки.

– Да. Я хотела поговорить о ваших чувствах друг к другу, – ответила она, немного смутившись.

– Ну, давайте, поговорим… – Костя стал улыбаться, а у меня от страха пошли мурашки по рукам.

– Как вы друг к другу относитесь? – спросила она.

– Нормально. Как обычно. Сегодня – хорошо. Но можем и поссориться иногда, – Костя посмотрел на меня и снова улыбнулся.

– А из-за чего у вас ссоры обычно происходят? – допытывался начинающий психолог.

– Например, Ленка иногда берёт мои вещи. Вот и сегодня в моей рубашке пришла. Ещё переругались, когда клеили обои в коридоре.

– Елена, а почему тебе так захотелось надеть рубашку твоего брата?

– Это была единственная выглаженная вещь в шкафу. Я проспала и опаздывала, – ответила я спокойно.

– Тамара Викторовна мне рассказала, что вы стояли в коридоре, обнявшись, и выглядели совсем не как брат и сестра.

– Не знаю, что там померещилась Тамаре Викторовне, но мы правда соскучились, вот и обнялись. Разве это не естественно? Обняться с сестрой, мамой?

– Конечно, естественно… Но что насчёт твоих высказываний на литературе о несчастной любви, осуждаемых обществом чувствах, табу, которые нарушать нельзя?

Костя стал смеяться:

– Ааа, это я высказывал мнение о любви Онегина и Татьяны. И не я один так думаю. Загуглите и найдёте приблизительно такие же ответы.

– Хорошо. А как вы дома проводите вместе время?

– Послушайте, – Костя стал серьёзным. – Тамара Викторовна не замужем и в таком возрасте, когда уже свои дети должны быть. А тут мы вокруг – подростки с буйством гормонов. Вот ей и кажется всякая чушь. Извините. Но нам пора, мама не велит задерживаться после школы.

Он взял меня за руку, мы встали.

– Хорошо. До свидания.

– До свидания.

И мы ушли.

– Костя, мне страшно, – сказала я, когда мы шли домой.

– Не надо бояться. Всё будет хорошо, – он ответил уверенно и обнадеживающе.

– Зря ты про маму вспомнил, они могут её в школу вызвать.

– У них только домыслы. Никаких фактов. Нас не в чем обвинять, – он приобнял меня за плечи.

Родителям всё же позвонили из школы и пригласили к психологу. Утром на кухне у нас был очень сложный разговор. Мама была на грани истерики, но пока ни в чём нас не обвиняла.

– Мама, папа, мы честно не понимаем, почему вам позвонили из школы и зачем назначили встречу с психологом, – сказал Костя.

– Так не бывает, что ничего не делал, а в школу вызывают! – выкрикнула мама.

– Правда, окно мы не разбивали, в туалете не курили, – продолжал говорить Костя.

– Костик! Лена! Ну, что же вы! – мама начала плакать.

– Мама, ты чего? Мы ни в чём не виноваты! – воскликнула я и тоже начала плакать.

– Так! Всё! Мать, хватит обвинять непонятно в чём наших детей! – вступил в разговор папа. – Я завтра после дежурства зайду в школу и поговорю с этим психологом. А вы – марш в школу! Позавтракаете в столовой. Бегом! Чего расселись?

Мы встали, натянули в коридоре куртки, схватили рюкзаки и выскочили на улицу.

– Как думаешь, это лучше, что папа придёт в школу? – спросила я с сомнением.

– Думаю, да. У мамы те же параноидальные идеи, что и у психологини.

На уроке русского Тамара Викторовна всё поглядывала на нас, но ни разу к доске не вызвала. Когда выходили уже из класса, она спросила:

– Комаров, кто-то из родителей придёт?

– Да. Завтра утром подойдёт отец, – ответил Костя.

В коридоре он взял меня за руку.

– Не переживай, родная, всё обойдётся.

– Я не хочу жить у бабушки и дедушки, – я всхлипнула.

– Я не допущу этого!… Или с тобой поеду…

– Правда? – я улыбнулась сквозь слёзы.

– Правда! Пойдём на историю.

Утром на следующий день, когда мы сидели на физике, нас вызвали из класса. Пришёл прямо из части папа, он был в форме. Мы поднялись в кабинет психолога.

Девочка-психолог заметно нервничала.

– Вы меня извините, но у меня очень мало времени, поэтому прошу Вас сразу выложить факты, – начал разговор папа.

– А Вы догадываетесь, о чём пойдёт речь? – удивилась она.

– Нет. Но Вы же готовились к этому разговору, поэтому перейдём сразу к обвинениям.

– Я не собираюсь их ни в чём обвинять. Я хочу им помочь…

– Хорошо. Перечислите факты их неадекватного поведения, требующего коррекции психолога, – папа твёрдо сказал, но постарался улыбнуться.

– Да…

Она стала перечислять всё то, что уже говорила нам.

– И это всё?

– Нет. Ещё один мальчик из 10 класса видел, как они целовались.

– Это неправда! – воскликнула я. – Я знаю, что это за мальчик. Это Алексей из 10А. Я его отвергла, он просто мне мстит.

– Послушайте, Всё, что Вы сейчас рассказали, ни о чём не говорит. Но… – папа посмотрел на нас. – Так, ребята, выйдете-ка за дверь на пару минут.

Мы вышли. Но нам так хотелось послушать их разговор, мы прижались ухом. Однако дверь была очень плотной, и ничего не было слышно. Только обрывки фраз. Говорил только папа.

– Я вынужден………семейную тайну……….остановитесь……всё, что я скажу………Они……………….самыми счастливыми. И я не буду………дома………контроль. Но обвинять их ни в чём не надо!

– Ты чего-нибудь понял? – спросила я у Кости.

– Неа. Но однозначно он за нас, – ответил он.

Мы отошли от двери и как раз вовремя. Папа вышел из кабинета.

– Можете зайти, наверное, вам ещё что-нибудь скажут.

И он пошёл по коридору к выходу. Мы зашли в кабинет и сели на диван. Недоученный психолог растеряно смотрела на нас.

– Пожалуй, мы сегодня больше ничего не будем обсуждать, – задумчиво сказала она после паузы.

Мы молча взяли рюкзаки и вышли из кабинета.

Вечером к нам в комнату зашли родители и сели к нам на кровати. Мама подсела к Косте, папа сел у меня в ногах.

– Ребят, я тут подумала… Школа в городе у бабушки с дедушкой лучше этой. Может, Елена туда поедет учиться в 10 и 11 классе? – спросила мама.

Я перестала дышать. Вот этот день настал…

– Нет! – твердо сказал Костя. – Или я уеду с ней. Или ещё лучше – мы поедем учиться в колледж какой-нибудь в Москве.

– Я поддерживаю детей, – сказал папа. – Зачем тебе над ними эксперимент такой проводить?

– Но ты не понимаешь…– она растерянно посмотрела на нас.

– Ну, давай, начинай! Я уже сегодня выслушал доводы от одной тупой курицы. Может, тебе удастся меня убедить?

– Нет… Пусть останется всё, как есть.

Я только сейчас втянула воздух в себя.

Долго не могла уснуть после этого разговора. Я всё лежала и не могла понять, какие чувства у меня преобладали: разочарование в маме, гордость за папу, страх потерять родного человека, обида от несправедливых обвинений. Или справедливых?

– Костя, ты спишь?

– Нет, – он сразу мне ответил. – Иди ко мне, родители уже спят, наверное.

Я залезла к нему под одеяло.

– Это было страшно, – сказала я, прижавшись к нему.

– Я же говорил, что всё будет хорошо.

– Да.

– И про колледж я говорил серьёзно. Может, правда в Москву уехать? – спросил он.

– Не знаю…

Он вздохнул и поцеловал меня в голову.

– А знаешь, отчего больше всего обидно? – я пыталась свои чувства осмыслить.

– От чего?

– От несправедливости…

– В смысле?

– Они невесть что о нас думают, а мы даже не целовались…

– А ты хотела бы?

– Не знаю…

Он опять вздохнул.

Через время я уснула. И опять до пяти утра.

На следующий день в школе на перемене к нам подошла Юлька и отвела Костю в сторону. Она ему что-то рассказывала, они поглядывали на меня. Костя хмурился. Я отвернулась и встретилась взглядом с Максом.

– Я вообще-то удивлён, как долго она держалась, – сказал он мне.

– Угу… Что мне делать?…

– Ничего. Что такого неприличного ты совершила?

– Ну, да… А ты тогда с ней в кинотеатре целовался? – спросила я.

– Нет. Тобой любовался, – он улыбнулся.

– А можно я привру немного? – я с мольбой на него посмотрела.

– Приври. Если что, я подтвержу.

– Спасибо тебе.

На оставшихся уроках Костя со мной не разговаривал. И мой вопрос, что хотела от него Юлька, проигнорировал. И, не попрощавшись со мной, ушёл на тренировку. Вечером его долго не было. Где-то задерживался. Наверное, специально, чтобы избежать со мной разговора. Я одна сделала уроки и легла спать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.