Юлия Узун
Ты мой номер один

Глава 1

Хван Чжон Хён

Серое небо низко висело над крышами домов, под ногами сердито хрустел гравий. Идти было невмоготу, ноги, пусть в самых удобных кроссовках, подворачивались. Лёгкие забила пыль и запах дыма. Попахивало гарью – в это время года многие жгли сухие листья. И если в другое время Хван не обратил бы никакого внимания на едкий запах, то сейчас он закашлялся.

Ударившись о ствол дерева, он приложил лоб к коре и закрыл глаза. За ним больше никто не гонится, бежать не было смысла. Повернувшись, он облокотился на ствол дерева спиной и скатился вниз. В руке Хван держал разбитые очки. Его мать будет в ярости. «Нет у нас денег каждый раз покупать тебе новые очки, – будет причитать она. – Это третьи за два месяца. Что ты с ними делаешь?»

Рукав на куртке был практически разорван по шву и открывал плечо. Серые брюки стали чёрными и никуда негодными. Все старания выглядеть модно и со вкусом пошли прахом. Если однажды стал в своём районе изгоем, то что ни делай, ты – неудачник. Даже девушки хихикают и шепчутся за спиной, говоря о том, какой этот Хван невзрачный.

– Эй, брат, тебе помочь?

Хван поднял голову. Перед ним стоял парень в широких джинсах и с походным рюкзаком, европеец. Турист, судя по всему.

– Нет, спасибо. Со мной всё хорошо.

– У тебя кровь.

– Упал с… велосипеда. Мне близко до дома, там приду в себя. Но спасибо за беспокойство.

Парень похлопал Хвана по плечу и побрёл своей дорогой.

Посидев ещё минуту, Хван поднялся и побрёл домой, где его встретила возмущённая мать. Она заприметила его из окна и заранее заготовила бранную речь.

– И если бы работал! Ты только и делаешь, что деньги мои проедаешь. А ещё эти постоянные драки! Двадцать три года, а ума не набрался!

Хван прошёл мимо неё, юркнул в свою спальню и закрыл дверь. И хотя мать продолжала ворчать, он её не слушал. Каждый раз одно и то же, слово в слово. И бессмысленно объяснять, что его невзлюбили за то, что чистый и опрятный, без вредных привычек и за себя как следует постоять не может. Каждый день возвращение из колледжа превращается в ад. А другой дороги домой просто не было. Хвану было сложно психологически справиться с проблемами, которые преследовали его, поэтому замыкался в себе. И только музыка и танцы возвращали его к жизни. А мечты помогали забыть реальность.

Так и сейчас, наспех сменив одежду и умыв лицо от крови, он надел на голову вязаную шапочку и спустился в подвал, где оборудовал себе небольшую танцевальную зону. Музыка не беспокоила мать, а Хван мог вытворять здесь всё, что душе угодно. Он жил не там, наверху, в злом и непримиримом мире, он жил здесь, внизу, под землёй в гармонии с собой и своим телом.

Леа

Закрапал дождик. Леа раскрыла зонт и забралась двумя ногами на скамейку. Зажглись уличные фонари, и скоро её хватятся. Ну и пусть. Раз уж ей суждено увидеть любимого в последний раз, то пусть ей за это достанется. Уже не страшно.

Она ждала уже довольно долго, а он всё не шёл. Девушка начала терять терпение.

«Если он сейчас же не придёт, я даже раздумывать не стану. Пусть отец делает с моей жизнью что хочет».

И только она об этом подумала, как заприметила в конце парка знакомый силуэт. Эиджи шёл беззаботной, скользящей походкой, запустив руки в карманы брюк, непонятного цвета красного кирпича. Чёлка закрывала лоб и лаза, но ему она не мешала. Леа вздохнула. Она любила его продолговатое лицо, его повадки и загадочную улыбку. Всё это больше не её.

– Привет, – сказал он, присев на сырую скамью рядом с девушкой.

– Привет, Эиджи.

– Что за срочность? Ты хотела поговорить. – Он взял её белую ручку в свою, но Леа нехотя выдернула её и отвернулась. Эиджи заподозрил неладное. – Что случилось?

– Не знаю, с чего начать. Нам… придётся расстаться.

– Ого, – без эмоций произнёс он. Леа не подозревала о том, что сердце Эиджи готово вырваться из груди от волнения. Он никогда не показывал свою слабость. – Опять твой папаша?

– Пожалуйста, не называй его так грубо.

– Он не заслуживает моего уважения, прости.

Леа заплакала. Она сама не знала, из-за чего больше текут слёзы: то ли из-за того, что любит Эиджи и не сможет расстаться с ним окончательно, то ли из-за злости на собственного отца и его принципы.

– В этом году я заканчиваю колледж, ты знаешь, – всхлипывая, говорила Леа. – А после отец выдаст меня замуж. Жених уже есть. В воскресенье состоится сватовство.

Эиджи нервно кивнул. Капли дождя намочили волосы, но ему было плевать, он сидел, наклонившись вперёд, опираясь на колени локтями, и слушал бред своей возлюбленной. На этой девушке он мечтал жениться. Это была первая его серьёзная связь, и он не желал так просто отдавать её какому-то мажору.

– И ты дала согласие? Ты хочешь замуж за человека, которого толком не знаешь?

– Сам подумай, ну какое нас ждёт будущее? – рыдала Леа. – Какое? Отец тебя ненавидит, как и всю твою семью. Твои родители не примут меня ни за какие заслуги. Они враги.

– Давай сбежим, – резко бросил Эиджи, наперёд зная ответ. Перед ним молодая девчонка, которая боялась лишний шаг сделать без ведома отца. Побег – слишком серьёзно для неё.

– С ума сошёл?

– Любовь и есть сумасшествие, Леа. Если ты меня любишь, то пойдёшь за мной на край света.

– Это безумство! Ну сбежим мы, и что дальше? Мой отец будет искать меня с собаками, а потом с радостью посадит тебя в тюрьму. Ты этого хочешь?

– Я же тебя не оставлю, – настаивал парень.

– Расстанемся. Пожалуйста. Здесь и сейчас.

Теперь Эиджи провёл по лицу мокрыми ладонями и убрал все волосы назад. Он был ужасно притягательным, и Леа с трудом заставила себя отвести взгляд.

– Ты не изменишь своего решения? – холодно спросил он, умилительно сощурив глаза. – Ты отказываешься от меня?

Сглотнув комок, Леа выдавила:

– Да, Эиджи. Это наша последняя встреча.

Он встал.

– Ладно. Прощай.

И ушёл.

Леа осталась одна в темноте, под дождём, совершенно беззащитная и разбитая. В характере Эиджи было вот так уходить без следа и следствия. Крики, выяснения отношений или мольбы – всё это не про него. Но Леа знала, что в душе он страдает. И, возможно, дома он будет колотить всё, что только попадётся под руку.

Вонг Кьюнг

Рёв моторов оглушил полупустую парковку, но Вонг как ни в чём ни бывало продолжал заниматься своим делом, а именно натягиванием кожаных перчаток. От дождя его спасал навес крытой парковки.

Три мотоцикла один за другим подкатили к Вонгу, а через минуту всё вокруг стихло. Его друзья Джон, Ли Минки и Джено, одетые в кожаную одежду, как и сам Вонг, и обвешанные разными дорогими побрякушками, подошли ближе.

– Опаздываете, ребята, – сказал Вонг, приветствуя за руку каждого по очереди.

– Не принципиально, – ответил Джон, самый высокий и самый старший из всех. Он даже не учился вместе с ними в колледже. С Джонни дружил Джено, который позже познакомил его с Вонгом и Ли. Теперь они считаются одной бандой, особенно тогда, когда надо постоять за честь друг друга. Джон поправил воротник куртки и сделал движение головой, смахивая со лба челку. – У кого какие идеи?

– Я кое-что выяснил, – сказал Ли Минки. – Старик увёз конфискованное домой.

– И почему я не удивлён? – усмехнулся Вонг. – Этот идиот всегда вещи студентов тащит в свой домище, будто студенты могут ночью пробраться в колледж и вернуть своё же!

– Так было бы проще, – сделал вывод Джон. – К нему в дом лезть сложнее.

– Система сигнализации несложная, – сказал Джено, до этого бороздивший просторы интернета. – Мы её легко отключим.

– Ты знаешь своё дело, – посмеялся Ли.

На самом деле ребята ничерта не знали. Они не являлись ни ворами, ни взломщиками. Обычные сынки богатых родителей, любящие тусить в клубах, клеить доступных девочек и кататься по городу на мотоциклах. Они строили из себя крутых, имели хорошую репутацию, как в колледже, так и у себя на районе. Никогда не лезли в драки и не имели приводов. Примерные мальчики примерных родителей вдруг решили влезть в дом декана.

– Завтра вечером наш старик вместе с женой отбудет в Суван. У нас появится шанс провернуть дельце. До понедельника мы должны вернуть наши вещи.

Ли Минки все поддержали и следующие полчаса обсуждали план действий.

Вика

Она не сводила с него глаз. Ни один брошенный на Дон Ёна взгляд не мог сравниться с любящим взглядом Вики. На его месте любой смутился бы или раскраснелся, а кто-то, может быть, осмелился подойти к девушке и заговорить, но не Дон. Он не замечал этих взглядов. Казалось, он вообще не видел окружающих его девушек. А по нему сохла не одна только Вика.

Подруга по имени Аяна вздыхала, а потом сочувствовала Вике. Ей было грустно видеть, как та страдает из-за безответной любви.

– Когда ты перестанешь на него пялиться? – спросила Аяна, меняя Книги в руке. Лекция скоро должна начаться, а аудитория была закрыта, поэтому студенты собрались в коридоре. – Повтори лучше лекции. Сто пудов сегодня нам головомойку устроят.

– Я знаю всё наизусть.

– Вик, ну глупо ведь. Все видят, как ты таращишься на Дона, кроме него. Мне кажется, он никогда не обратит на тебя внимание. Да и посмотри, он слеп! Кроме пацанов будто никого вокруг нет. Слушай, а утеря не было мысли, что Дон Ён гей?

Вика уставилась на друзей Дона, а потом снова посмотрела на святящегося от улыбки парня. Он шутил, задирал, «флиртовал» с друзьями. Но это ведь простые приколы!

– Я считаю, что он просто так воспитан. Никакой он не гей, Аяна. Его родители старой закалки. Знаешь же как у них в Южной Корее: к девушкам относятся уважительно и стараются не подходить к ним без надобности.

– О, насчёт Кореи, – вспомнила Аяна. – Дон Ён покидает Астану сразу после учёбы, возвращается домой. Так что у тебя мало времени.

– Откуда тебе это известно? – нахмурилась Вика, крепко стиснув зубы так, что они заскрипели.

– Да это не секрет. От друзей его и услышала.

Новость Вику очень расстроила. Дон Ён такой неподступный, а если он уедет, то она его больше никогда не увидит. И рухнут все мечты, как стеклянный домик.

После лекций подруги отправились в кофейню. Эти походы давно вошли у них в привычку, они иногда даже не договаривались, а просто выходили из университета, садились на «десятку» и мчались в любимую кофейню есть вкуснейшие пироженки.

– Мне нужен план по завоеванию, – решительно заявила Вика, отправляя банановое лакомство в рот. – До конца этого года Дон и я будем встречаться. А потом он увезёт меня в Корею, и я заодно избавлюсь от плена под названием «родной город».

– Ты просишь у меня помощи?

– Ну естественно! А иначе зачем ты мне нужна!

Подруги рассмеялись шутке Вики, затем Аяна сказала:

– Тогда слушай. Для начала кончай сверлить его взглядом. Как ты уже заметила, Дон бронированный. Надо действовать.

– Как? Позвать на свидание?

– Начнём с чего-нибудь легкого. Я считаю, что парень сам должен проявить инициативу, но мы немного ему поможем.

– Есть идеи?

– Есть.

Вика придвинулась ближе к столу, сдвинула тарелку с пирожным в сторону и приготовилась слушать.

– Выкладывай.

Инга

Скрежет поднятия железных занавесей стал для меня привычным за четыре года учёбы. Это моя соседка по комнате в общаге каждое утро впускала свет, чтобы я быстрее проснулась. Я же просыпалась не от света, а от шума, который издавала противная занавеска.

Сегодняшний день вообще не задался с первых минут, как я проснулась. Соседка наехала на меня за разбросанные вещи (а я любила устраивать беспорядок). Мы с ней живём вместе только пару месяцев с начала учебного года. В предыдущие года у меня были более сговорчивые соседки.

Итак, объясню, почему я живу в общаге. Я не местная, родилась и выросла в Казахстане, в городе Астана. Приехала в Южную Корею после наислажнейшего вступительного экзамена учиться. Признаюсь честно, я с класса восьмого учила корейский язык, говорю на нём сносно. И это знание спасает меня практически всегда.

В Астане у меня осталась любимая подружка Вика, с которой мы с первого класса были не разлей вода. А теперь у каждой из нас столько дел, что просто некогда элементарно списаться. В Корее учёба – это реальный ад. Я понимаю её нежелание поступать вместе со мной. Вика выбрала более лёгкий путь – Президентский государственный университет. Ну а я довольствуюсь тем, что предпочла.

Здесь у меня тоже есть подруга. И нет, это не моя противная соседка, которой я показала язык прежде чем скрыться в ванной.

Леа, как обычно, ждала меня в парке недалеко от главного крыльца. Меня удивило то, что она не читала книгу, как это делала всегда, а сидела, задумавшись, и смотрела куда-то в пустоту. Почувствовав в груди неприятный скрежет, я ускорила шаг.

– Встретилась с ним вчера? – спросила без лишних предисловий, присаживаясь рядом.

– Всё кончено.

Эиджи я в глаза не видела, но знала, как сильно Леа любила его. Поэтому моё молчание было сравнимо с минутой молчания в память о погибших.

– И… как он отреагировал?

– Он? – Леа пожала плечами. – Вполне ожидаемо: встал и ушёл. Я знаю, что он переварит полученную информацию и начнёт действовать. В этом весь Эиджи.

– А ты ждёшь от него действий?

– Честно? Жду. Я не хочу с ним расставаться.

– Тогда к чему ты всё это затеяла? В воскресенье придёт жених, ты с успехом пошлёшь его куда подальше и продолжишь тайные встречи с Эиджи.

– Нет. Папа найдёт другого. У него какая-то идея фикс – устроить помолвку, лишь бы я Эиджи не досталась. Он даже угрожал.

– Да ну!

– Да. Сказал, что если я не поведу себя разумно, отправит к бабке в Северную Корею. Можешь себе представить, что меня там ждёт?

– Да уж… такая себе жизнь.

– Ад да и только! Отец в молодости смог выбраться оттуда, но мать уехать не захотела. Нет, спасибо. Лучше помолвка с… Я даже имени его не знаю!

– А вдруг красавчик? – я подмигнула и улыбнулась подруге.

Леа осталась серьёзной.

– Я люблю Эиджи. – Затем встала со скамьи и взяла учебники. – Идём. Скоро лекции начнутся.

В коридоре возле аудитории, пока ждали, когда освободится препод, я заметила парня в очках, в модных широких брюках и в серой куртке. Не сказала бы, что у него заметная внешность. Не красавец. Обыкновенный, ничем особо не выделяющийся, невысокий, молчаливый и как будто старающийся быть незаметным. С ним никто не разговаривал, ни один из присутствующих студентов не смотрел в его сторону.

– Он с нами учится? – спросила Лею, кивая на парня.

– Нет. В другой группе. Что это с тобой? Интересуют заурядные личности?

– Нет, просто жалко его. Стоит один, сам по себе.

– И не советую тебе к нему подходить. Его весь колледж обходит стороной.

– Почему? Он такой страшный?

– Нет. Он размазня. Занеженный мамин сыночек, который слова крепкого не знает. Шарахается, если на него прикрикнуть. Девчонки из его группы рассказывали, что он расплакался, когда препод на него наорал. Прикинь? Перед всей группой! – громким шёпотом воскликнула Леа, затем хихикнула. – Над ним смеются. Слышала даже историю, что он обмочился, когда к нему подошли трое с наездами, чтобы он не путался под ногами. Точно не знаю причины. История разлетелась по всему колледжу, и с тех пор к нему не подходят, «а то обмочится ещё». – И Леа расхохоталась.

Мне же не было смешно. И я не считала такое поведение приемлемым. Человек мог быть болен, да мало ли причин на свете!

После лекций, когда мы с Леа спускались по ступенькам крыльца, я снова его заметила.

– А знаешь, я попробую восстановить его репутацию. Не люблю, когда к людям так относятся.

– Ты дура, Юта?

Юта меня называли одногруппники и Леа. Это прозвище мне дали из-за того, что мне нравится известный актёр с именем Юта. У меня почти все тетради с его лицом на обложке. Но мне такое прозвище даже больше нравилось, чем собственное имя. В Корее быть Ингой странно, зато Юта становится в считанные секунды своей.

– А что в этом такого, не понимаю.

– Сейчас если ты пойдёшь за ним, завтра от тебя тоже отвернутся.

– Чушь!

– Я предупредила.

– Счастливых выходных! Скинешь фотку нового жениха, – весело сказала я, чмокнула подругу и пошла за парнем в очках. Леа неодобрительно покачала головой, но останавливать меня не стала. Да и не смогла бы.

Некоторое время я просто шла за ним, думая, как заговорить. На ум ничего не приходило. Тогда я решила обогнать его и проверить, что он будет делать. Я же не знала, что впереди меня поджидает опасность. В этом районе я никогда не была, а оказалось, таким девушкам, как я, хорошеньким, здесь не место.

Навстречу мне вышли четверо и сразу преградили путь.

– Эй, вы чего? – испугалась я.

– Смотри, иностранка.

– Они все доступные.

– Эй, куколка, прокатишься с нами?

– Идите к чёрту! – крикнула я и повернула, чтобы уйти, но меня обступили. Вот и прогулялась. Приехали! Здорово, Инга! Умеешь вляпаться в дерьмо. – Уйдите с дороги! – я хотела казаться храброй.

– А то что?

И тут раздался совершенно неожиданный голос.

– Отпустите девушку!

Обернувшись, я увидела парня в очках. Того самого!

– О-о-о, наш старый друг! А ну иди сюда, мальчик-с-пальчик! За тобой должок, помнишь?

Про меня вмиг забыли. Теперь им был интересен только этот парень. Напуганная, я юркнула за мусорный бак. Один из хулиганов сорвал с парня очки и разломал надвое, затем вложил в ладонь и сказал:

– Чтобы не видел того, чего видеть не следует.

Парень попытался уйти, но его оттащили за куртку и бросили на землю. Хулиганов это забавляло, они громко смеялись, издеваясь над своей жертвой. Все свои рыдания я держала в себе, несмотря на то, что грудная клетка вот-вот разорвётся от напряжения. Я дышала через нос и искала помощи, но никого поблизости не было. Они толкали парня, порвали его куртку. Они топтали его ногами. Но вдруг он вырвался и побежал.

Через минуту всё стихло.

Я выбралась из укрытия и стояла как вкопанная ничего не понимая. Затем решила убраться отсюда поскорее, надеясь на то, что парню удастся отделаться от безумцев.

Глава 2

Вонг Кьюнг

Это произошло, когда декан зачитывал лекцию. От его монотонного голоса многие зевали, а кто-то откровенно спал, прикрывшись книгами на задних партах. Вонг и Джено писали шпаргалки для контрольного зачёта по математике. Ни один из них не занимался в эти дни, а за выходные они не выучат и половины. Проще было написать шпоры, сдать зачёт и не нервировать родителей.

Ли Минки повернулся к друзьям, чтобы отдать несколько готовых шпаргалок. В этот момент декан заметил движение и подошёл к ним. Вонг быстро собрал стопку шпор и сунул в тетрадь по философии, которую и преподавал декан.

– Передайте мне вашу тетрадь, уважаемый Вонг Кьюнг, – потребовал старик, протягивая руку.

Вонг не хотел отдавать тетрадь, но выбора не было. Декан положил тетрадь на стол, а в конце лекции сказал Вонгу, что вернёт тетрадь тогда, когда тот научится слушать лекции. Никакие возмущения и мольбы не помогли вернуть тетрадь.

Расстроенные ребята уселись на бордюрах около колледжа.

– Сделаем новые шпаргалки, – сказал Джено. – Нет никакой трагедии.

– Не сделаем. Листок с правильными ответами я тоже засунул в тетрадь, – сокрушённо сказал Вонг. – А ещё в той тетради лежит письмо из банка, которое надо отдать отцу. И декану его видеть не желательно.

– Тогда тетрадь необходимо вернуть, – сказал Ли Минки. – Я займусь этим.

Все они думали, что это будет легко, но на деле оказалось всё совсем иначе. Они караулили декана. Пытались пробраться в его кабинет. Посылали девчонок, надеясь на их хитрость. Но ничего не вышло. Декан надёжно спрятал тетрадь Вонга и намеревался продержать её у себя ещё долго. Когда Ли узнал, что декан утащил тетрадь домой, план пришёл в голову незамедлительно.

В ночь с субботы на воскресенье Вонг, Ли, Джено и их верный товарищ Джонни подъехали к коттеджу декана. Они заранее проследили за тем, что декан и его жена уехали. В том, что дом пуст, не было никаких сомнений.

– Разве у него нет детей? Или собаки? – поинтересовался Джонни, всматриваясь в тёмные окна.

– Я о его жизни ничего не знаю, – сказал Вонг. – Вроде сын есть, но где он, понятия не имею.

– Явно не дома, – сказал Ли Минки, улыбаясь, – иначе сигнализацию не включили бы.

Джено натянул перчатки.

– Ладно. Давайте быстро сделаем дело и уберёмся отсюда. Нам не деньги нужны, а только тетрадь Вонга.

Через шесть минут сигнализация была успешно отключена. Ребята перелезли через забор, пересекли чистую лужайку, затем принялись проверять, какое окно не закрыто. Джонни шёл с правой стороны, дергая рамы, пока одна из них не поддалась. Он позвал друзей, и они по очереди влезли в дом.

Несмотря на уверенность, что в доме никого нет, вели они себя по-кошачьи тихо. Вонг влез последним и сразу же осмотрелся. Они оказались в столовой. Большой обеденный стол стоял посередине. Ли Минки пошёл вперёд и наступил на мячик, который издал противный гудок.

– Вот чёрт! – выругался Минки.

Джено посмеялся, когда заприметил резвого котёнка.

– Ты вызвал чёрта!

– Не смешно.

– Эй, смотрите, у него здесь голова лошади, – сказал Джонни, щупая чучело.

– Извращенец какой-то. Бедные животные, – улыбаясь подметил Минки. – О, тут клюшки для гольфа. Старик неплохо досуг проводит.

Джено достал одну клюшку и размахнулся, едва не задев Вонга. Тот перехватил клюшку, отобрал ее у Джено и вернул на место. В это время Джонни играл с ночником, при включении которого, на стенах и потолке отражались звёзды.

«Ещё не выросли», – подумал Вонг и вышел в гостиную, качая головой, затем посмотрел на лестницу. В доме было темно, но глаза успели привыкнуть; к тому же естественный свет луны освещал некоторые участки дома, что позволяло различать предметы мебели.

– Мы с Джено пойдём наверх. А вы с Джонни осмотрите первый этаж, – обратился он к Минки. – Тетрадь он держит либо в кабинете, либо в спальне. Других вариантов у меня нет.

Котёнок протяжно замяукал и поскакал по лестнице вслед за Вонгом и Джено.

– Может, он нам подскажет, где тетрадь лежит? – усмехнулся Джено, заворачивая в левое крыло.

Вонг проигнорировал вопрос. В висках пульсировала боль. Ему впервые было дико страшно. Никогда он не делал ничего подобного. Он даже кусок пирога у матери не осмеливался стащить, а влезть в чужой дом – безумие да и только!

Но цель была определена. Осмотрев одну комнату, он двинулся к другой – к самой дальней. Когда вошёл, первое, что бросилось в глаза – книжный шкаф. Почему-то Вонгу подумалось, что это именно то место, где может лежать его тетрадь. Воодушевленный открытием, он сделал шаг вперёд и замер на месте.

В комнате он был не один.

Карина

Она любила тишину. Любила одиночество. Обычно предпочитала читать книги, но не каждый день выпадает возможность остаться в доме одной, поэтому, отпустив сиделку в семь, Карина настроилась всю ночь смотреть дорамы.

Она выключила свет во всём доме, плотно закрыла окно шторами и устроила себе мини кинотеатр в спальне. Набрала закусок, напитков, удобно пристроилась у стола с компьютером и нашла несколько заинтересовавших её сериалов. Сначала она смотрела «Легенда синего моря», но потом захотелось романтики, и Карина выбрала фильм «Человек со звезды».

На просмотре второй серии девушка услышала шум внизу. Руки крепко вцепились в подлокотники инвалидного кресла. В дом не могли влезть воры, думала она, ведь он под защитой охранной сигнализации. Когда пискнул мячик внизу, она выдохнула. Всего лишь котёнок устроил ночные игры.

Тем не менее, Карина убавила на колонках звук и снова прислушалась. Сердце забилось в бешеном ритме, когда низу донеслись мужские голоса. Она отъехала от стола и уставилась на дверь в спальню. Замка на ней не было. Карина не знала, что делать. Убежать при всём желании она не могла. Находясь в инвалидной коляске, она мало чем могла себе помочь.

Она слышала шаги. Они ходили где-то рядом. Хлопнула дверь в глубине коридора. Что они ищут? Деньги? Но сейф отца находился на первом этаже.

Закрыв крышку компьютера, Карина застыла в полной темноте.

В спальню осторожно открылась дверь, скрывая за собой вора.

Девушка сидела неподвижно.

Ещё секунда, и она увидела его…

Вонг Кьюнг

Неожиданное присутствие девушки на секунду лишило Вонга всех органов чувств. В глазах потемнело. Казалось, что всё это ему сниться. Он не чувствовал мягкого латекса перчаток на руках. Исчезли звуки. Во рту пересохло. Создалось ощущение, что он теряет равновесие.

Девушка была напугана, но при этом она не закричала, не позвала на помощь. Она смотрела на него не моргая. Маленькие, нежные девичьи ручки крепко сжимали подлокотники инвалидного кресла.

Инвалидное кресло. От осознания этого стало тошно. Из-за какой-то дурацкой тетради им пришлось напугать беспомощного человечка.

Быстро придя в себя, Вонг выставил руки вперёд и постарался говорить мягко, спокойно.

– Мы не причиним тебе вреда, хорошо?

– Зачем вы влезли в мой дом? Вам нужны деньги?

– Нет. Мы не грабители…

Объяснение Вонга прервалось появлением Джено. Но в отличие от Вонга, он не растерялся и не стал церемониться с девчонкой.

– Я ничего не нашёл, – с этими словами он зашёл в спальню. – Вот Дьявол!

– Мы сейчас уйдём, – начал Вонг, но Джено разозлился.

– Ты в своём уме? Она же нас сдаст при первой возможности!

– Откуда нам было знать?

– Нашёл! – крикнул снизу Минки, призывая убираться из дома декана.

Но была маленькая проблемка.

Вонг не желал вреда девушке, поэтому предложил Джено просто уйти. А ей сказал:

– Мы забираем то, что принадлежит нам. Мы уже уходим.

Однако Джено так просто не намерен был уходить. Приблизившись к креслу Карины, он нагнулся и, глядя в лицо, с угрозой бросил:

– Если ты настучишь на нас своему папаше, достану из-под земли, и тогда последствия будут серьёзными. Поняла?

Карина кивнула.

– Уходим, – торопил Вонг.

Джено вышел вперёд, а Вонг на секунду задержался, чтобы сказать:

– Сожалею.

Леа

На экране в качестве главной заставки стояла фотография Эиджи. Он прислал её в первые дни после того, как предложил встречаться. Предложение не было романтичным. Эиджи однажды подошёл к Леа и сказал: «Мне надоело пялиться каждый день на то, как пялишься на меня ты. По-моему, мы оба хотим поближе познакомиться. Будешь со мной встречаться?» Такой подкат был необычным, но Лею это рассмешило. Она совершенно спонтанно сказала «да». Эиджи ей нравился. А потом она безвозвратно пропала, влюбившись в этого парня…

На фотографии его волосы были ещё короткими, постриженными в виде шапочки с раздвоенной чёлкой, благодаря чему выделялся его длинный прямой нос и чётко очерченные губы. Сейчас он носит несколько иную причёску: спереди шапочка, а задние пряди достают ему до плеч. Леа любила его любым.

Она провела пальцем по своим губам. Он бесподобно целовался. Чувственно, нежно, но в тот же момент его поцелуи были требовательными и страстными. От воспоминаний всё внутри переворачивалось.

В дверь её комнаты постучались, и Леа, смахнув слезу, отложила телефон в сторону.

– Ты готова? – спросила мать. – Гости уже здесь и ждут тебя.

Леа не наряжалась. На ней были обычные джинсы и топ, оголяющий живот. Волосы она небрежно заколола крабиком.

– Сейчас. Иду.

– Неужели не могла найти красивое платье или блузку какую-нибудь?

– Разве так важно, что на мне надето? – огрызнулась Леа.

– Жених впервые увидит тебя. Конечно, важно!

– В таком случае сообщи гостям, что я выйду минут через двадцать.

Такой расклад не устроил мать, поэтому она позволила дочери идти в том, что уже надела. Они вместе спустились в просторную гостиную, где отец принимал гостей, и Леа тут же увидела жениха. Стильная рубашка и куртка бросились в глаза. Миловидный, но черты лица показались Леа слишком женственными. Он встал и склонился в приветственном жесте. Леа не стала злить родителей и приветливо поздоровалась.

Жених старался не смотреть в её сторону. С серьёзным видом он разговаривал с отцом Леи и с собственным отцом. Девушку возмутило то, что, не спросив её согласия, они уже обсуждали помолвку. Со Джун – так звали жениха – участливо предлагал варианты того, как и где можно провести помолвку.

Пришло время, когда отцы вышли из гостиной, а матеря отправились на кухню, оставив молодых наедине.

Леа молчала. Ей нечего было сказать.

– Ты не выглядишь счастливой, – сказал Со.

– Я тебя совсем не знаю.

– У нас будет время познакомиться. Но если хочешь, можешь задавать любые вопросы, я с радостью отвечу.

– Твой любимый цвет?

– Зелёный. Я очень люблю зелёный чай.

От этого ответа у Леа сразу же потеплело на душе. Казалось, спонтанный вопрос мог привести к односложному ответу, после чего они оба бы замолчали, но «зелёный чай» стал неожиданностью.

– А я терпеть не могу чай.

– Что же ты пьёшь?

– Вино, – ляпнула она и стала выжидать его реакцию.

Со поджал губы и вскинул вверх брови.

– Вино, – повторил он.

Леа рассмеялась.

– Поверил?

– Похоже, ты умеешь лгать.

– Это было грубо, Со. Я умею быть хорошей актрисой. Это именно та профессия, о которой я мечтаю.

– А я мечтал быть агентом.

– И что же пошло не так?

– Я начал работать с отцом в его фирме. – Он улыбнулся. – Между прочим, эта профессия не отличается особо от того, о чём я мечтал в детстве.

Леа вопросительно смотрела на него.

– Я имею в виду быть крутым, ходить в строгих костюмах и иногда носить тёмные очки.

– И вправду круто.

– Но чтобы ты знала, я себя таковым не считаю. Вообще у меня есть девиз, связанный с этим.

– Интересно.

– «Самодовольство приведёт к потерям, смирение принесёт пользу», – и подмигнул.

Был ли это намёк для Леа, она не знала, но не могла не зациклиться на этих словах.

Смирение принесёт пользу.

Есть в этом смысл.

Вика

План действий был прост. Однако Вика не спала всю ночь перед понедельником, прокручивая в голове слова Аяны снова и снова.

Проще простого! Первая лекция не воспринималась серьёзно, поэтому студенты будут повторять лекции перед важной контрольной. Все конспекты будут лежать на партах. «Тебе надо взять его конспект – легко!» – торжествуя воскликнула Аяна, асу Вики в тот момент сердце упало. Говорить одно, а сделать – другое.

Однако всё сложилось само собой.

Вика практически лежала на парте, наблюдая, как Дон Ён вытаскивает из рюкзака заветную тетрадку, намереваясь повторить нужные темы для контрольной. Дон хорошо учился, именно поэтому Аяна была уверена в том, что план сработает. И действительно, он сел повторять конспект. А через минуту друзья позвали его в коридор.

Аяна тут же пихнула Вику в бок, взглядом подгоняя: «Действуй!»

Заранее продумав, как все будет выглядеть, Вика позаботилась надеть джинсовую рубашку, под полами которой и спрятала тетрадь. Она стащила её настолько незаметно, что позавидовал бы любой воришка. После этого отправилась в туалет. Когда вернулась, Дон искал свою тетрадь. Он заглядывал под парты, в рюкзак, смотрел на соседние парты, затем спросил, видел ли кто-нибудь его конспект. Сонные студенты пожимали плечами.

Выход Вики!

– Что потерял?

Не глядя на девушку, Дон пробурчал:

– Конспект.

– Могу одолжить свой.

– Нет, спасибо. Я у ребят возьму, если свой не найду.

Вика была вне себя от злости. Аяна выслушала целую тираду ругательных слов.

– Этот пень просто непробиваем! Что мне делать теперь с его конспектом?

– Возьми себе на память, – заговорщицки сказала Аяна, и Вика широко улыбнулась.

Содержание конспекта было неинтересным. Дон не рисовал, не писал ничего, кроме лекций, не вкладывал записки. Ничего. Но было в этой писанине что-то волшебное, ведь это почерк Дона. А тетрадка слабо пахла его парфюмом. И она станет первым сувениром от Дона.

Инга

Чувство вины мучало меня все выходные. Я еле дожила до понедельника, потому что умирала от желания узнать, что стало с парнем, который защитил меня от районных хулиганов и сам попал в их грязные руки. Я думала об этом так много, что однажды даже разревелась.

Леа не звонила, на мои сообщения не отвечала, так что поговорить мне было не с кем об этом.

В понедельник утром я таранила взглядом каждого встречного парнишку, похожего на того, что носил очки. Однако ему сломали очки, и он мог встретиться мне без них. Или вообще не встретиться.

Я долго крутилась в холле, затем поднялась на лифте на нужный мне этаж. И надо же! Он был там! Стоял около соседней аудитории, облокотившись на стену спиной. Очки на нём были, но с другой оправой. Царапины на лице почти не заметны.

Вдох. Выдох. Я подошла к нему. И едва с ним заговорила, как почувствовала некие изменения в воздухе. Шум поубавился, студенты перестали болтать. Все смотрели в нашу сторону.

– Привет, – поприветствовала парня.

Он удивлённо на меня уставился.

– Меня Инга зовут. Э… но все зовут меня Юта. Корейцам это прозвище больше нравится, чем моё настоящее имя, – я старалась быть непринуждённой и улыбалась. – Ты спас меня в пятницу. Я хотела извиниться за то, что тебе пришлось вытерпеть.

– Не стоит. Мне не привыкать, – буркнул он и отвернул голову. – Тебе лучше от меня отойти, а то рискуешь репутацией.

– Плевать на неё. И почему это я не могу пообщаться с человеком, который повёл себя как настоящий герой? Меня никогда и никто не спасал. Как тебя зовут?

– Ну… Хван.

– Очень приятно! – я протянула руку, и парень её пожал.

С этого момента меня возненавидели. Ни к чему была такая демонстрация, позже я это поняла. Даже Леа, моя лучшая подруга, весь день избегала меня.

Почти в конце занятий я поймала её в коридоре, терпеливо дождалась, пока она договорит по телефону, затем спросила:

– Что происходит, чёрт подери? Не хочешь поделиться, как прошло знакомство с женихом?

– Нет.

– Нет?

– Нет.

– Не понимаю, – я была удивлена.

– Я предупреждала тебя насчёт того парня? Прости, но я не хочу терять общение с одногруппниками. Мне и без того несладко. Боюсь, что мы не сможем дружить… по крайней мере, в стенах колледжа. Прости, – печально добавила Леа, тряхнула волосами и ушла, оставив меня стоять как вкопанную.

День был испорчен ещё более худшим происшествием, чем потеря общения с подругой. Какая-то череда неприятностей началась. Неужели этот Хван такой невезучий, что и мне передал свои неудачи?

Некоторое время я стояла на крыльце, наблюдая за тем, как устанавливают сцену напротив колледжа. Близилось мероприятие, на котором я должна была толкать речь, а потом ещё и петь. Почему-то как что-то касается творчества, так сразу Инга. Да, я кое-что умею, но желания участвовать на всяких концертах не было абсолютно никакого.

Увидев Хвана, я помахала ему рукой на прощанье. Он несмело поднял руку в ответ. Его жест был робким, но искренним. И не казался он плохим человеком. Жаль его…

– Эй, Юта!

Я обернулась и увидела мало знакомых мне девочек. Они обступили меня со всех сторон, все такие важные, разодетые и наштукатуренные.

– Ну, я – Юта. И что?

– Встречаешься с тем придурком?

– В каком смысле встречаюсь? И о каком придурке речь?

– Не знала, что у тебя много придурков, – сказала одна из девушек и рассмеялась, её смех подхватили остальные.

– Нет, нам просто интересно стало, не мочится ли Хван во время секса, – сказала другая. Смех усилился.

– А поцелуи у него, наверное, слюнявые, – издевалась третья.

– Хотя мне казалось, что он никогда не найдёт себе подружку.

– Когда-нибудь должна была найтись дура.

Я переводила взгляд с одной на другую и ушам своим не верила. Злость накатила волной. Какое право они имеют говорить мне подобные вещи. Что они вообще обо мне знают?!

– Эй, вы чего? – возмутилась я. – Хван – обычный парень. Прекратите нести всякий бред!

– Смотрите, как защищает. Может, это любовь?

Они засмеялись ещё громче. Я рванулась к той, что стояла ближе ко мне, но не добралась до неё. Другая девочка опередила. Чтобы защитить подругу, она оттолкнула меня. Позади была лестница. Пятка соскользнула вниз, я потеряла равновесие и поняла, что падаю.

С лестницы!

За секунду в голове пронеслось сразу несколько вариантов исхода этого падения. Я ударюсь спиной, сломаю позвоночник и на веки вечные останусь калекой. Или затылком стукнусь об острый край ступеньки и получу черепно-мозговую травму. Сотрясение или сверну себе шею. Но может, обойдётся всего лишь переломом руки.

Ничего не случилось. Я замерла на месте, неожиданно оказавшись в чьих-то крепких руках.

Глава 3

Джи Йонгтен

Припарковав машину у бордюра перед территорией колледжа, Йонгтен достал с заднего сиденья микшерный пульт, кабель и связку проводов. Из багажника вынул коробку с разными аксессуарами. Нагрузив себя всем и сразу, он пошёл к сцене, которую всё ещё собирали рабочие.

По дороге он улыбался красивым девушкам, а те смущённо опускали глазки. Йонгтен любил флиртовать, зная себе цену. Он был красивым блондином, с копной шикарных волос, шапочкой дотягивающихся до плеч. Карие глаза для азиата были большие, взгляд открытый. А улыбка убивала наповал.

На Йонгтене были модные мешковатые джинсы, белая футболка, поверх которой он надел стильный жёлтый жилет.

Около сцены разгуливал в небесно-синем костюме организатор сего мероприятия Джун, а по совместительству друг Йонгтена. Именно поэтому Йонгтен сегодня был здесь. Обычно он в таких мелких мероприятиях не участвовал. Он работал со знаменитостями. Самый лучший звук был на тех концертах, где работал Джи Йонгтен.

– Я тебя заждался. Через десять минут мне уехать надо, – с деловым видом обратился к нему Джун, помогая донести пульт и провода до нужного места. – Ли Кали гуляет по сцене с молчаливым микрофоном. Еле уговорил его быть ведущим. Как же с вами сложно, друзья!

Йонгтен посмеялся, махая Ли Кали рукой в знак приветствия. Тот сразу же направился к ним.

– Ты загулял на очередном свидании? Где тебя черти носят?

– Если бы это было свидание… – Йонгтен не стоял на месте. Он разговаривал, разбирая провода.

– Примерно неделю у нас займёт подготовка. Потом начнутся репетиции, – давал свой расклад Джун, снова запустив руки в карманы. Так он чувствовал себя важным. – Мне нужно, чтобы выступающие звучали. И музыка чтобы не была тише, чем голоса.

– За это не переживай. Я своё дело знаю…

– Тебе помощь нужна? – спросил Ли Кали, беря провода в руки.

Но Йонгтен не ответил. Он смотрел на крыльцо колледжа.

– Подождите минуту. Там что-то происходит, – сказал он, бросил провод и спрыгнул со сцены.

Йонгтен не был уверен, что девушки нападают на другую девушку. Хотя они очень громко смеялись, когда у той не было даже намёка на улыбку. Он чувствовал, что ничем хорошим эта стычка не кончится, и решил быть поблизости. Девушка слишком близко стояла к краю лестницы.

Чувство парня не подвело. Едва он успел приблизиться к лестнице, как одна из девчонок толкнула беззащитную девушку, и та начала падать. Реакция Йонгтена была быстрой – сказывался опыт. Преодолев расстояние всего в два шага, он поймал девушку. Кто-то из студентов, оказавшихся свидетелями происшествия, захлопал.

Смерив суровым взглядом обидчиц, Йонгтен переключился на девушку. Помог ей обрести равновесие и поставил на землю.

– Ты в порядке?

Девушка посмотрела на крыльцо. Девчонок след простыл. Она вернула взгляд на блондина.

– Лёгкий испуг. С-спасибо.

Он широко улыбнулся.

– Береги себя.

Мун Тхэян

Отец звонил дважды, интересовался, как дела у Карины, но Тхэян не мог сказать ничего вразумительного. Он провёл выходные с друзьями за городом и не знал, что родители укатили в Суван, оставив Карину на попечение сиделки, которая сообщила, что в семь вечера уехала из дома Мун. Карина редко самовольничала, и это насторожило отца семейства.

Теперь Тхэян летел на всех скоростях домой, чтобы убедиться, что с его сестрой всё в порядке, и успокоить разволновавшихся родителей.

Карина не отвечала на звонки, а это могло значить что угодно: она уронила телефон и не может поднять, застряла в лифте, специально сооружённым для неё, или упала с лестницы. Что-то случилось. Тхэян смахнул пот со лба. «Уволить, к чёрту, сиделку! Нанять живую охрану», – вот что пришло на ум Тхэяну.

Сигнализация была отключена, но при этом ворота заперты на внутренний замок. Не входя во двор, Тхэян позвонил сиделке и, едва сдерживая крик, спросил, включила ли она сигнализацию, когда уходила. «Да, конечно», – ответила она.

Но сигнализация была отключена.

Во дворе Тхэян заметил примятую траву, по которой никогда никто не ходит. С бьющимся сердцем парень вошёл в дом. Попытку ограбления он отмёл сразу. Успокаивал себя тем, что безрукая сиделка просто-напросто не включила сигнализацию, а траву примяли коты или собаки.

Мяукнул котёнок, и Тхэян опустил взгляд вниз. Котёнок его не интересовал. На полу он увидел следы. Много следов.

– Карина! – крикнул он, взбегая по лестнице на второй этаж. – Карина! – ещё раз крикнул он, открывая дверь в её спальню.

Девушка сидела перед компьютером в наушниках. После вздоха облегчения, Тхэян подошёл к сестре, снял наушники и присел на корточки.

– С тобой всё хорошо?

– Да, – она улыбнулась. – А почему со мной должно быть что-то не в порядке?

– Потому что… Ты не слышала никакого шума сегодня ночью?

– Нет. Вечером я смотрела фильмы в наушниках, а ночью спала как ангел. Никакого шума я не слышала. А что?

Тхэян побоялся напугать сестру, поэтому улыбнулся и сказал, что просто так спросил.

В течение следующего часа он просматривал записи с видеокамер, но кто-то позаботился стереть последние записи (этим кем-то был Джон, который кое-что знал об этой системе). Запись стёрли и отключили камеры.

Странно было то, что ничего ценного не было украдено. К сейфу никто не прикасался. Дорогие статуэтки, техника, золото матери были на своих местах. Прежде чем позвонить отцу, Тхэян решил посоветоваться с другом. Устало присев на кровать в своей комнате, он набрал номер Вина Ченга.

– Стоит ли вызывать полицию? Я совсем растерян, – говорил он Вину после того, как рассказал, что увидел. – Он или они не оставили ничего, кроме размазанных следов на полу. Зачем они влезли в дом, я не имею ни малейшего представления.

– Поговори с отцом. Мне кажется, ты должен предоставить ему…

На этом разговор прервался. Карина выхватила из его рук телефон и отключила звонок.

– Не нужна здесь полиция, – тихо сказала она. – Я слышала, что ты рассказывал Вину. Ничего ведь не украли. Не забывай, что папа декан в колледже. Возможно, он что-то такое сделал, что студенты влезли в наш дом. Ты же помнишь, как вандалы обстреливали наши окна тухлой едой. Что на деле оказалось? Папа отстранил студентов от экзамена ни за что.

– Сдаётся мне, ты кое-что знаешь, Карина.

– Знаю или нет, не важно. Я всё равно ничего не скажу. Разбирайтесь сами, но без полиции.

Сказав всё это, она выехала из спальни брата. А через минуту в её комнату захлопнулась дверь.

Инга

– Береги себя.

Мне кажется, я не дышала в тот момент, поражённая электрическими разрядами, исходящими от лучистой и очень обаятельной улыбки. Я такого красивого парня ещё не встречала. А если учесть, что он мой второй спаситель, то могу считать себя везучей.

Кивнув, я сделала шаг назад. Он пошёл к сцене. Мне было стыдно пялиться на него, поэтому быстро развернулась и пошла своей дорогой. Но теперь и на моих губах играла улыбка, довольная улыбка. Никогда раньше я не получала внимания от противоположного пола. Возможно, потому что была обычной и сразу не разглядишь во мне красавицу. Чтобы влюбиться в меня, надо было долго присматриваться, искать изюминку. Это, конечно, только я так думаю. Вика в Астане всегда завидовала моей стройной фигуре. А Леа говорила, что я красотка. Но она всегда меня затмевала, потому что была ярче. И когда Леа начала встречаться с Эиджи, я радовалась этому, но и завидовала. Кому не хочется любви? Я не исключение.

Я часто представляла парня своей мечты. Он всегда был высоким, атлетичным. Умел всё на свете, был внимателен и заботлив. Никогда не думала о том, чтобы полюбить корейца или казаха. Я ведь русская и по логике вещей должна полюбить себе подобного. Но это так не работает. Сердечко ёкнуло, когда весёлый блондин-азиат улыбнулся мне. Даже если бы он не держал меня в руках, я всё равно заметила бы его. Увидела бы в толпе и выделила. Потому что он мой типаж. Он даже лучше парня моей мечты в сто раз.

Вернувшись в общежитие, я застала в комнате соседку. Она лежала на кровати в откровенной позе с телефоном в руках, предупредительно сунув наушники в уши. Она страшно не любила, когда её отвлекали от важной переписки, поэтому включала музыку и делала вид, что мира не существует.

Я принялась доставать учебники, а взгляд то и дело устремлялся в окно. Вид из окна моей комнаты выходил на колледж. Деревья не позволяли увидеть всё здание целиком, его было видно частями. А теперь я видела кусочек сцены. А там был ОН.

Замерев, я долго смотрела на необычную конструкцию. И вдруг поняла, что снова хочу его увидеть.

Рю Ян

Все случайности не случайны. Рю убедился в этом, когда узнал, что его возлюбленная вертит им направо и налево, а сама встречается с другим. Рю не из тех парней, кто открыто проявляет свою ревность. А слухи он привык проверять.

То, что он узнал, повергло его в шок.

Рю и Розанна встречались всего четыре месяца. Ему казалось, что с этой девушкой он поймал удачу. Он был на год младше, и учился на предпоследнем курсе, когда Розанна заканчивала учёбу. Тем не менее, она твердила, что равных ему нет, и она до одурения любит его.

Враньё!

Теперь он это знал.

Рю разузнал, что на втором курсе учится парень по имени Хьюн Джи Сон. Среди однокурсников он славился сердцеедом и, по словам некоторых девочек, уложил в постель не одну красотку старших курсов. Розанну он тоже окрутил, но Рю не мог знать, насколько серьёзно Джи Сон относился к Розанне. Ясно, что девчонка играла со всеми. У парней на этот счёт было другое мнение.

Но на этом расследование Рю не закончилось. Одна из девочек на ушко шепнула Рю, что Джи Сон у Розанны не единственный. Так Рю Ян выяснил, что Розанна встречается одновременно с четырьмя парнями.

В одной группе с Розанной учился некий На Минхо. Рю пришлось проследить за девушкой, чтобы самому увидеть их, держащихся за руки, как настоящая влюблённая парочка. Минхо подарил ей цветы, и у Рю не было сомнений в том, что Минхо – очередная жертва Розанны.

Пока Рю копался в этой неразберихе, он продолжал общение с девушкой, хотя иной раз было желание поставить её на место. Но он знал, что если начнёт обвинять и говорить о её связях на стороне, Розанна будет отрицать. Нет. Рю проучит её.

Четвёртый даже не был студентом колледжа. Обычный практикант, скромный и мягкотелый.

Сначала Рю боялся делать то, что задумал. Но когда Розанна в очередной раз нашла оправдание, чтобы не идти с ним на свидание, он сделал первый звонок. За ним второй и третий. Он рассказал каждому парню о том, что творит эта девушка. К счастью, все три парня оказались адекватными и согласились встретиться.

Рю ждал их в одном из городских парков. Первым пришёл практикант Вин Ченг. Он был потрясён и не знал, как оправдаться перед Рю. Из разговоров стало ясно, что Рю встречается с Розанной дольше всех.

– У нас началось всё неделю назад, – рассказывал Вин. – Она попросила помощи с докладом, и мы встретились в кафе. Признаться, с ней очень весело и интересно. Она совсем не глупая девушка.

– Именно, – злился Рю, – не глупая. Поэтому и смогла всех нас обвести вокруг пальца. Может, таких как мы ещё больше. Знать нам не дано.

Минхо был раздражён. Он признался, что едва не поймал её в колледже, чтобы порвать отношения. Но раз обещал ничего ей не говорить, то должен был сдержать обещание.

– Целый месяц она вешала мне лапшу на уши? Что же это получается, она просто ходит со всеми нами на свидания и не задумывается, что мы учимся рядом?

– И работаем, – добавил Вин.

Джи Сон хохотнул.

– Надо же! Я считал себя единственным пожирателем сердец. Но я парень. А тут девчонка!

– Мне необходимо знать, спала ли она с кем-то из вас. О таких интимных подробностях не хотелось бы говорить, но раз уж мы в одной лодке…

Джи Сон снова усмехнулся.

– Думаю, что если я не уложил её в постель, то этого не сделал никто.

Парни угрюмо уставились на него. Только Джи Сон сказал правду. Розанна всем одинаково говорила, что хранит себя до свадьбы. А Джи Сон делал попытки подвести её к этому, и даже почти получилось. Но Розанна остановила его как раз тогда, когда он собирался избавиться от её платья. Рю Ян никогда на близости не настаивал, он уважал девичью чистоту и считал, что это не главное. У Вина просто не было времени сблизиться с ней. Неделя – это не тот срок, когда парень может наглеть. Что касалось Минхо, то он также сказал, что дальше поцелуев у них не зашло.

С одной стороны, Рю это должно было успокоить. Но с другой – разозлить. Но он не почувствовал себя спокойным, и злость припрятал куда подальше.

– Мы, конечно, можем все разом порвать с ней и забыть. Однако она сделает это с другими несчастными. Девушке, по всей видимости, адреналина не хватает.

– Она из богатой семьи, – заметил Джи Сон. – Какая у неё цель? Что даст вот эта куча любовников? Мы ведь обычные студенты.

– Не только студенты, – поправил Вин.

– Но мы не разъезжаем на крутых тачках. Мне просто интересна суть её игр.

Рю Ян потёр свой точёный подбородок, затем улыбнулся.

– А давайте и мы с ней поиграем?

Молчание было долгим, и Рю позволил ребятам подумать. Первым согласился Минхо.

– Я готов в этом участвовать. Меня ни одна девчонка так не унижала.

– Да. Это будет забавно, – поддержал Джи Сон.

И только Вин долго не давал ответа. Сомневался и не знал, правильно ли так поступать с милой Розанной. Он не успел к ней привязаться, однако наличие ещё трёх кавалеров вызывало внутреннюю ревность и даже злость.

– Сначала расскажи, в чём будет заключаться эта игра, – сказал Вин.

И Рю рассказал.

Вонг Кьюнг

Впереди всех шёл Джено. По правую его руку шёл Ли Минки, а слева шагал Вонг. Девушки всего колледжа не могли устоять и смотрели на красавчиков во все глаза. Богатые, стильные и крутые. Их знали в лицо. Сегодня, правда, их уверенность была слегка пошатана.

После того, как они влезли в дом декана, спали все плохо, переживая за своё будущее. Никто не мог дать гарантий, что девушка в инвалидной коляске станет молчать.

Ребята уже написали контрольную. Вонг отдал отцу конверт. Всё вроде бы было хорошо, но день ещё не закончился.

Декан вышел к ним навстречу совершенно неожиданно.

– Вонг Кьюнг. Чжэ Хань (это было настоящее имя Джено). Ли Минки, – медленно произнёс он имя каждого слева направо. – Попрошу вас следовать за мной.

Стараясь не выдавать страха, ребята двинулись за деканом. Вонг сильно сжал лямку своего рюкзака. Он думал о том, что отец такую шалость ему не простит. Лишит всех прелестей жизни, а статья добавит проблем. Стоила ли эта чёртова тетрадь таких жертв?

– Уважаемый Вонг Кьюнг, – вежливо, но строго обратился к нему декан, – выкладывайте всё содержимое вашего рюкзака на стол.

– Я? – растерялся Вонг, глядя на своих друзей.

– Да. Другого Вонга здесь нет.

– Прямо сюда?

– Не испытывайте моего терпения. Прямо сюда.

Ещё раз глянув на своих друзей, Вонг принялся выгружать вещи из рюкзака. Их оказалось не много: четыре тетради размером А4, карандаш, несколько ручек, пустое портмоне, беспроводные наушники, пара зажигалок, жевательная резинка и смятые комочки бумаги, которые он коллекционировал, когда поблизости не находилось корзины для мусора.

Декан внимательно следил за тем, как Вонг аккуратно вытаскивает одну вещь за другой. А когда ничего внутри не осталось, парень продемонстрировал старику пустое дно, засыпанное мусором: крошками и карандашной стружкой. Удивлённый декан изучил тетради, но не узнал ту, что в пятницу увёз с собой домой.

Вонг молча ждал объяснений.

Джено и Минки ломали пальцы, волнуясь за друга и за себя.

– Где она? – внезапно грубо спросил декан.

– Кто? – запнулся Вонг.

– Не кто, а что. Тетрадь, которую я отобрал у вас в пятницу.

– Так вы же отобрали, – сделав невинное лицо, сказал Вонг и почувствовал, как обретает равновесие. – Это я должен у вас спросить, где моя тетрадь.

– Не морочь мне голову, парень. Ты и твои дружки влезли в мой дом и забрали тетрадь.

– Вот как? – Сердце Вонга колыхнулось, но сам парень улыбнулся, претворяясь не при делах. – Должно быть доказательство такого несправедливого обвинения.

– Доказательство? В доме ничего не украдено. Исчезла лишь ваша грёбаная тетрадь. Чем тебе не доказательство?

– Не доказательство, – настаивал Вонг. – Вы могли положить тетрадь куда угодно, а потом забыть. Как видите, у меня её нет, – он начал возвращать вещи в рюкзак. – А сегодня по этому предмету была контрольная. Отсюда следует, что без тетради я не мог явиться.

– Но явился!

– Потому что она у вас!

– Её у меня нет. – Декан бросил взгляд на Джено и Минки. – Выворачивайте рюкзаки!

Вонг напрягся всем телом. Их ждёт поражение, потому что тетрадь была в рюкзаке Джено. Однако расслабился, когда вещи лежали на столе, а среди них не было тетради. Вонг вопросительно взглянул на Джено, но тот лишь криво улыбнулся. Декан открыто нервничал.

– Я всё равно до вас доберусь. Найду доказательства. Никто не смеет влезать в мой дом.

– Как никто не смеет отбирать мои вещи! – выпалил Вонг, за что получил в спину от Минки. Действительно. Что он несёт? Только что он почти признался, поэтому быстро поправил себя: – А посему, сонсенним, я требую свою тетрадь обратно. Не знаю, как вы это сделаете, но я не намерен заводить новый конспект лишь потому, что на мою тетрадь открылась охота.

С этими словами Вонг закинул рюкзак на плечо и поманил за собой друзей. Оказавшись далеко от колледжа, ребята смогли вздохнуть с облегчением.

Джонни встретил их в своей мастерской с тряпкой в руках. Парень решил покопаться в двигателе одной из развалюх, доставшейся ему от деда. Тот держал целую коллекцию ретро автомобилей. После смерти деда Джонни унаследовал эти машины, но до сих пор не знал, что с ними делать.

– Как денёк прошёл? – весело спросил он.

– Под конец испортился этот денёк, – сказал Ли Минки, глядя на Вонга. – Но сам видишь, декан совершенно не уверен в своих словах. Значит, девчонка ничего не сказала.

– Он не докажет, что мы были в его доме, пока она будет молчать. А она будет молчать. Я хорошо её припугнул, – важничал Джено.

– Отпечатков мы тоже не оставили, – добавил Минки. – Да и не станет полиция вызывать криминалистов ради того, чтобы выяснить, кто влез за тетрадью в дом декана.

Джонни разразился смехом.

– Надо было для приличия что-нибудь прихватить.

– Девчонку, – задумчиво произнёс Вонг, и смех затих. – Что? Она же свидетель, а от свидетелей избавляются. Ладно, – быстро сменил он тему, – Джено, куда ты дел тетрадь?

– Да здесь она, – и он достал из-за пазухи тетрадь.

– И когда ты успел?

– Ловкость рук и никакой магии!

Эиджи

С высоты двухэтажного здания Эиджи видел город в радиусе нескольких километров. И ему не нужно было прятаться, чтобы наблюдать за парочкой, идущей от колледжа в сторону знакомого ему района.

Леа разорвала с ним отношения. Он принял её просьбу, но мириться с расставанием не собирался. Глупо было отказываться от девушки, которая продолжала его любить. Но ещё глупее будет позволить какому-то мажору жениться на той, которая тому не принадлежала.

Эиджи думал все выходные, затем пришёл к выводу, что должен увидеть этого ублюдка собственными глазами. С самого утра он сидел на страже, наблюдая за Леа. И только после учёбы он увидел, как она выходит к воротам, где её поджидает длинный и с виду тощий парень в кожаной куртке с чёрными слегка волнистыми волосами и с женскими чертами лица.

Он пристроился у края крыши и посмотрел в бинокль ещё раз. Леа шла по правую руку парня, прижимая к груди учебники. Она не выглядела грустной, однако внешний вид был слегка небрежным. Это выражалось в собранных в пучок волосах и отсутствии макияжа. У неё просто-напросто пропал стимул наряжаться, потому что раньше она была красивой исключительно для Эиджи.

Губы Эиджи искривились в нахальной улыбке, когда он перевёл бинокль на рядом идущего парня. Знает ли он, что Леа рассталась с невинностью? Когда узнает, что будет делать?

«Она принадлежит мне и только мне», – усмехался про себя парень.

Он вспомнил их первый поцелуй. К сожалению, он произошёл под дождём, как и их расставание. Он прижал её к себе, чтобы укрыть обоих под курткой. Их лица оказались на опасном расстоянии. Леа промокла насквозь и дрожала. Эиджи сказал, что вмиг её согреет своей любовью, после чего поцеловал. За одним поцелуем последовал другой, и ни холодная погода, ни дождь, который не хотел прекращаться, их уже не волновали.

Эиджи зашагал по крыше, когда пара завернула за угол. Человек, который с пятнадцати лет увлекался паркуром, легко передвигался от здания к зданию, перепрыгивая препятствия. Так он дошёл до дома Леи и наблюдал за тем, как они прощаются издалека, глядя в бинокль.

Эиджи не нравились их улыбки, но радовало то, что тощий избранник не касался её. Да и Леа держала дистанцию.

Когда девушка исчезла в доме, Эиджи сосредоточился на сопернике. Он следовал за ним по крышам до того момента, пока не нашёл удобный случай, чтобы спрыгнуть вниз.

Парень шагал неспешной походкой, запустив руки в карманы брюк. Эиджи пересёк крышу и начал спускаться по пожарной лестнице. Но вдруг парень свернул именно в этот проулок, не дав шанса Эиджи предпринять задний ход. Дождавшись, когда соперник приблизится, Эиджи перемахнул через перила и приземлился прямо перед Со.

Растерянный парень сделал шаг назад.

Эиджи выпрямился и улыбнулся.

Глава 4

Со Джун

Со оглянулся за спину, понимая, что в таких случаях лучше бежать без оглядки. Он решил, что парень вот-вот вытащит нож и потребует кошелёк. Его улыбка была злорадной, а поза враждебной. Однако ничего не происходило, и Со начал сомневаться в том, что это ограбление.

– Это какая-то ошибка, – проговорил он.

– Да, – громко ответил Эиджи. – Правильно. Ошибка. Тебя не должно быть рядом с Леа.

– Что? – искренне удивился Со.

– Что слышал. Я пришёл поговорить как мужчина с мужчиной и кое о чём предупредить.

– Я не совсем понимаю, – запнулся Со.

– Хорошо. Я объясню простым языком. Леа – моя. Всегда была моей и всегда будет.

– По-моему, у неё на это счёт другое мнение. Иначе…

– У неё на этот счёт такое же самое мнение. А ты и твой папаша в компании с её папашей это мнение пытаетесь изменить. Только вот я не сдамся, знаешь ли, и всюду буду путаться у вас под ногами. – Эиджи просунул большие пальцы в шлёвки джинсов и переступил с ноги на ногу. Поза уверенная, а движения нарочито медленные. Эиджи чувствовал превосходство перед соперником, сбитым с толку. – И не говори, что влюбился в неё с первого взгляда. Вы только притираетесь друг к другу, а значит, нетрудно будет сказать вашим папашам, что ничего у вас не выйдет.

– Послушай…

– Нет, это ты меня послушай, – Эиджи чуть наклонился к Со и намного резче сказал следующее: – Я предлагаю тебе мирно отказаться от Леа.

– Что будет, если я не откажусь от неё? – осторожно спросил Со.

Эиджи прошёлся вокруг парня, смахнул невидимую пушинку с его кожаной куртки, а когда остановился с другой стороны, криво усмехнулся.

– Уверен, что хочешь знать?

– Да.

– Всплывут подробности наших с ней отношений, подорвав твою репутацию, а вдобавок репутацию твоего уважаемого родителя. Я навёл на тебя справки, принц. Поверь, я не бросаюсь словами. Лучше послушайся меня.

Со не дал ответа, но Эиджи этого не требовал. Он знал наперёд, что парень позаботится о своей репутации, и предоставил тому решать, как поступить.

Закончив разговор, Эиджи запрыгнул на лестницу, а через минуту исчез на крыше.

Со стоял как вкопанный, не зная что думать. То, что придётся поговорить с Леа, очевидно. Не хотелось бы неприятных разговоров с этой девушкой, но другого выхода не было.

Вика

Попытка номер два с треском провалилась, как и номер один.

Аяна подговорила старосту группы сделать дежурными Дона и Вику. И та пошла навстречу. Вика плясала от счастья, представляя, как они будут вместе складывать обучающие плакаты и таскать книги в библиотеку. Дон наконец разговорится и поймёт, какая Вика хорошенькая. После он предложит пойти в пиццерию. Они отлично проведут время, погуляют по набережной, посмотрят лазерное шоу. И… на прощание он поцелует её в щёку. Ах, мечты!

Мечты её разбились на мелкие кусочки, когда Дон взял рюкзак и с кошачьими глазками сказал:

– Вик, подежурь за нас двоих, пожалуйста. Я правда не могу остаться.

И ушёл.

Ушёл!

Вика заставила Аяну дежурить вместе с ней, ибо план с блеском провалился.

– Почему он не поддаётся? Почему, почему, почему-у-у, – почти выла Вика.

– Гей?

– Не хочу верить.

– Может, попробовать вильнуть перед ним хвостом?

– Это как?

Аяна вздохнула.

– Смени джинсы на короткую юбку, распусти волосы, подкрасься.

На следующий день Вика вырядилась, как новогодняя ёлка. Яркое красное платьице едва прикрывало попку. Волосы она с вечера заплела в косички, и теперь они были пушистые. Губки намазала блеском, глаза накрасила мамиными тенями. Её виду поразились все. Парни пооткрывали рты, делали комплименты. Девчонки тоже не удержались от реплик. И только один Дон делал вид, что ничего сверхъестественного не произошло. Он шутил со своими друзьями, болтал и обсуждал лекции. Проходя мимо Вики, он не удостаивал её даже взгляда.

Терпеть такое она была не в силах, поэтому после третьей лекции пошла за ним. Поймав его возле мужского туалета, она резко придавила его к стенке и крикнула, что было мощи:

– Ты гей?

Несколько студентов, услышав вопрос, обернулись, хохотнули и вернулись к своим делам.

– Отвечай же. Ты гей? – настаивала Вика.

– Нет, – сказал ошарашенный Дон.

– Тогда что, чёрт возьми, с тобой не так? Разве ты не видишь, как я стараюсь тебе понравиться?

Его брови чуть приподнялись. Нежно взяв её за запястья, он отвёл их от себя, затем оттолкнулся от стенки.

– Вика, а ты не думала, что просто не интересуешь меня? Если я не смотрю на тебя, то это не значит, что я гей. Ты не в моём вкусе, вот и всё.

Внутри Вики сотрясались все её мечты, как самое мощное землетрясение, сметая всё в пыль. Он сказал это и ушёл. А она стояла, поражённая самой острой стрелой, какая только существовала на свете.

Бум!

Свет погас. Для Вики наступила вечная темнота.

Инга

Я увидела его издалека. Светлая головка мелькала из-за какой-то аппаратуры. С утра пораньше он усердно работал. Рядом по сцене ходили ещё люди, и мне страшновато было подходить. А так хотелось…

До начала лекции ещё сорок минут. Я специально пришла рано, чтобы попробовать познакомиться со своим спасителем, а теперь испугалась. Стояла у ворот и тупо глазела на него.

– Привет!

Ко мне подошёл Хван, и он был без очков.

– Привет! Тебе идёт без очков, – сделала комплимент парню.

– Мама заставила идти к окулисту. Тот подобрал контактные линзы. Теперь нечего ломать.

Выдавив улыбку, я снова посмотрела на сцену и чуть не упала! Светловолосый спаситель махал мне рукой, широко улыбаясь.

– Знаешь его? – спросил Хван.

– Э… нет, – ответила, махая парню в ответ. – Вчера довелось коротко пообщаться.

– Он довольно известен среди звукочей. И тот, что будет ведущим, тоже профессионал. В субботу нас ждёт что-то грандиозное. Я бы станцевал, но…

– А ты умеешь танцевать?

– Ну… практикуюсь иногда, – засмущался Хван. – Кажется, он зовёт тебя.

– Меня? С чего ты взял?

– Они оба смотрят в твою сторону. Ты иди. Не каждый день большие люди желают познакомиться.

Хван пожелал мне удачи и пошёл в здание университета, а я двинулась к сцене. Лестницы не нашла, поэтому подошла к краю.

– Привет! Как идёт работа? – весело спросила я, вытягивая шею, чтобы увидеть хоть что-нибудь.

Оба парня подошли к краю сцены.

– Пока ещё ничего не готово. Прошёл шок? – светловолосый парень не переставал улыбаться и был весьма дружелюбным.

– Да, не устану тебя благодарить за то, что… поймал. Я правда решила, что сверну себе шею! Да-да, за одну секунду я смогла подытожить свою ничтожную жизнь!

Парни рассмеялись.

– Видишь, Йонгтен, какая у тебя реакция. Можно только позавидовать! – сказал тот, другой парень, который держал в руке микрофон.

Йонгтен – это его имя? Меня прямо-таки согрели эти буковки. Имя такое же солнечное, как и сам парень.

– Хочешь посмотреть сцену? – спросил Йонгтен.

До лекции оставалось пятнадцать минут. А если опоздаю, ну и ладно!

– Я капраз буду выступать, поэтому – да, хочу.

– Тогда давай руку, – Йонгтен крепко ухватился за мою кисть. – Ставь ногу вон на тот выступ, я подтяну тебя.

Первое осознанное прикосновение. Какие же у него мягкие руки! Я млела перед ним и сама себя не узнавала. Йонгтен помог забраться на сцену. Пол немного скользил и я слегка проехалась, но Йонгтен всё ещё держал меня и не дал упасть.

– Кажется, ты как тот мультяшный пингвин, который постоянно падает.

Я хихикнула.

– В последнее время мне везёт на неприятности. Исправлюсь.

– Исправляйся. Я не всегда буду рядом, – заметил Йонгтен, возможно, без задней мысли, но моё сердечко всколыхнулось.

Я решила переключиться на второго парня.

– А ты будешь ведущим?

– Именно! Сегодня первая репетиция после занятий.

– О. А нас позвали на репетицию ад послезавтра.

– Правильно. Потому что сначала нужно всё организовать, а потом уже выступающие будут шлифовать свои навыки. У меня большая роль. Мой рот не будет закрываться ни на минуту до самого окончания.

– Как к тебе обращаться?

– Ли Кали.

– Ух ты, как складно!

– А тебя как называть? – спросил Йонгтен.

Из здания донеслась мелодия, призывающая студентов собраться в классах, и я пошла к краю сцены.

– Меня Инга зовут. Но можно называть просто Юта. – Присев на край, я ещё раз посмотрела на Йонгтена: – Хорошей работы! – пожелала я и спрыгнула, неожиданно попав в чьи-то руки.

– Не рискуй так больше, – сказал молодой человек в стильном бежевом костюме.

И так как он держал меня за талию, я смутилась. Поэтому быстро кивнув, убежала. А за спиной услышала: «Эй, Джун, есть проблема!»

Голос Йонгтена влился глубоко в разум. С уверенностью могу сказать, что он мне до одурения понравился.

Розанна

Розанна сидела за последней партой, закинув ногу на ногу, демонстративно жевала жвачку и трясла время от времени своими рыжими кудрями. Некоторое время она обдумывала, почему Леа и Юта сидят по разные стороны, ведь они всегда были неразлучны. Эти девчонки нравились Розанне, хотя она никогда с ними близко не общалась. Но собиралась это исправить. Она пригласит их на своё парти в честь дня рождения. До сегодняшнего дня у неё не было крепкой дружеской команды, потому что Розанну многие побаивались. Не из-за того ли, что она была дочерью политика?

Изъявив желание пойти в обычный колледж, она никак не ожидала, что изначально получит клеймо «папенькина дочка», и вместо того, чтобы наоборот сблизиться с ней, девочки начнут её сторониться.

Отведя взгляд от Леа, Розанна уставилась в спину На Минхо. Сегодня он ни разу не обернулся, не подмигнул. Что это с ним?

И телефон молчал. Не было сообщений от Джи Сона. Не писал Рю Ян, а он никогда не обделял её вниманием. Этот дурачок был влюблён в неё по уши. Розанна же испытывала к нему только симпатию. Жалко было беднягу, бросать не хотелось.

Зато новое знакомство с практикантом Вином сулило нечто большее, чем просто флирт. Вин всерьёз понравился Розанне, и теперь она подумывала расстаться с тремя ухажёрами. Когда-то это должно было случиться. Она не могла встречаться со всеми одновременно.

Джи Сон нужен был как пилюля от скуки. Причём она поспорила с одной из девочек, что получит этого ловеласа себе и будет вертеть им как захочет. Пока получалось хорошо.

На Минхо сам навязался, а она просто не смогла отказать слащавому пареньку. Думала один раз удовлетворит его желание погулять с ней, и он отстанет. Но он звал её снова и снова.

Рю Ян – отдельная история. Четыре месяца назад ей было одиноко. Рю подвернулся на одной из дискотек колледжа. Они просто разговорились, а через час уже целовались. Розанна решила, что парень помоложе прекрасно вписывается в её параметры, поэтому они начали ходить на свидания.

Лекция закончилась, и Минхо прошёл мимо Розанны. Девушка нахмурилась.

– Эй, Минхо!

Парень остановился.

– За весь день ни одного слова. Что-то случилось?

– Нет. Дома проблемы, извини.

– А…

Но Розанна не успела договорить, Минхо ушёл.

Топнув ногой, девушка вытащила из сумочки телефон и позвонила Рю.

Он ответил сонным голосом.

– Слушаю.

– Ты не в колледже?

– Нет. Я сегодня проспал и решил не идти.

– Чем же ты таким занимался ночью, что смог проспать колледж.

– О-о-о, – интригующе протянул Рю, – тебе лучше не знать.

– Хочешь встретиться сегодня?

– Прости, Рози, но я неважно чувствую себя. Боюсь, придётся отложить встречу.

– Ты заболел?

– Можно и так сказать.

Розанна этого не поняла, но решила не допрашивать Рю. В любом случае, если он заболел, она не хотела заразиться. На носу важное событие – её день рождение. Нет желания в праздник шмыгать носом и иметь аксессуар в виде носовых платков.

Она искала Вина, но ей сказали, что он уехал по поручению ректора. На звонки он не отвечал.

Остался Джи Сон. Розанна увидела его в окружении одногруппниц в коридоре. Тряхнув копной рыжих кудрей, она направилась к ним. Демонстративно постучала Джи Сона по плечу и таким образом обратила на себя внимание.

– Чего? – грубо отозвался он.

Девушка от удивления отшатнулась.

– Можно тебя на пару слов?

– Ну? – сказал он, когда они отошли.

– Да что с тобой? Столько холодности, будто позавчера не мы целовались в парке.

– Просто я не ожидал тебя увидеть.

– Вот как? Ладно. Хотела позвать тебя вечером в кино или…

– Я всё равно не смогу. С отцом уезжаю.

– А как же я? – от обиды Розанна всхлипнула. – Мне так одиноко…

– Найди себе занятие. Что я могу сделать? Или мне отказать отцу в помощи ради кино?

– Н-нет… уф… просто я расстроилась.

На секунду показалось, что Джи Сон ухмыльнулся, но когда она прямо посмотрела на него, не увидела ничего, кроме бесстрастного выражения лица.

Джи Сон

С минуту Джи Сон смотрел вслед уходящей Розанне. Начало было положено. Дальше её ждут ещё большие огорчения. Джи убедился в правоте Рю Яна. Больно ей будет не от того, что они покажут насколько разочарованы её поведением. Больно ей будет, когда сама почувствует разочарование.

Вин наблюдал за ними со стороны. Он никуда не уехал. Это было сказано исключительно для Розанны.

Джи Сон подошёл к нему и довольно улыбнулся.

– Не будет у неё сегодня свидания.

– Она выглядела такой грустной, – заметил Вин.

– Только не испорти нам всю игру. Какой ещё она должна быть? Ей все отказали. Розанна к отказам не привыкла, потому что сама обычно всем отказывала. Лично мне забавно наблюдать за тем, как она пытается выпросить свидание. Глядишь, и в постель легко ко всем четверым ляжет.

Вин одарил парня неодобрительным взглядом, но ничего не сказал.

Леа

Позвонив Инге, Леа не надеялась на дружеский разговор. Отвергнув её ради репутации в колледже, она чувствовала мучительную вину. А ещё ей не хватало лучшей подруги, ведь не с кем было поделиться о том, что творится в жизни.

Собственно, ничего особенного не произошло. Леа не понимала одного: Эиджи не предпринимал попыток встретиться или поговорить. Он не звонил, не писал, вообще не показывался на глаза. Неужели она ошиблась, и он сдался?

Об этом и о многом другом она хотела поговорить с Ингой.

– Если хочешь, приходи ко мне, – робко сказала она, когда почувствовала, что подруга готова к разговору. – Я приготовлю твой любимый коктейль.

– Не знаю… нам столько задали…

– Так вместе сделаем! Я… неправильно поступила. Прости, пожалуйста. Хочу всё вернуть. Завтра мы снова сядем вместе. Я такая дура! Это из-за последних событий. Веду себя безобразно…

– Ладно, прекрати, – не выдержала Инга. – Я приду часам к пяти.

Леа подпрыгнула на кровати. Она не только приготовила коктейль, но испекла печенье. То самое печенье с орехами, которое Инга попробовала в первый день их знакомства. Это лакомство и свело их. Леа угостила Ингу печеньем, и они разговорились, а потом сдружились и не разлучались до последнего курса. А тут из-за сочувствия подруги к парнишке в очках она должна пожертвовать крепкой дружбой?

Дура! Дура! Дура!

Звонок в дверь прозвучал, когда ещё пяти не было. Печенье отправилось в духовку, а коктейль настаиваться в холодильнике. Отряхнув от муки руки, Леа выскочила в холл, на полпути останавливая их дворецкого.

– Это ко мне!

И этот гость действительно пришёл к Леа. Но это была вовсе не Инга.

– Со?

– Мы можем поговорить? Я знаю, что твои родители сегодня будут у моих ужинать, поэтому набрался смелости прийти.

– Такое впечатление, что случилось что-то серьёзное. Ты заходи.

Со прошёл в гостиную, украдкой принюхиваясь к запахам сладкой выпечки.

– Э… я подругу жду. Но до пяти у нас есть время.

Со взглянул на часы. У них было в запасе примерно двадцать минут.

– Тогда не буду ходить вокруг да около, Леа. Я хочу знать, встречалась ли ты с кем-то до меня?

Глава 5

Кун

Рано утром в понедельник в город прибыл очень серьёзный, но в то же время молодой и безмятежный тип. Приехал он не один, а со своей красавицей женой. Вернее, она пытается быть красивой с помощью пластических операций и косметических процедур. В свой тридцать один год она перепробовала всё, что только могла испробовать женщина, желающая остаться молодой для мужа, который младше неё на четыре года. Ей иногда казалось, что мало быть богатой и успешной. Несмотря на то, что благодаря ей Кун построил карьеру и живёт припеваюче, он мог засмотреться на девушек помоложе. Эшли такого счастья этим пираньям давать не хотела.

За последние два года Эшли исправила себе носик, увеличила грудь, хирургически подтянула кожу лица. Но помимо этого она занималась спортом, бегала по утрам. И Куна заставляла бегать вместе с ней. И пока ей удавалось удерживать мужа рядом. Такой лакомый кусочек мог достаться только ей.

Пять лет назад Эшли проводила кастинг для новой дорамы. Она искала романтичного парня с доброй улыбкой на главную роль. Там она и увидела Куна впервые. Он сразу ей понравился, на роль он подошёл идеально. Его характер как нельзя кстати удовлетворял требования Эшли, и как режиссёра и как женщину. После восьми месяцев лёгкого флирта и заигрываний они наконец начали встречаться. Возможно, у Куна были свои цели, но Эшли знала себе цену и старалась не думать о корыстных интересах своего возлюбленного. В конце концов Кун Гхон сам позвал её замуж, и это стало доказательством того, что она ему не безразлична.

Четыре года брака прошли идеально. Иногда Эшли становилось страшно: а хорошо ли, что всё так гладко в их жизни?

Возвращались они из Таиланда. Кун пожелал провести недельный отпуск именно там, и любимая жена не отказала. Однако теперь голова Эшли была забита новым проектом – коротким сериалом, в котором будет сниматься её муж и… А вот актрису предстояло найти. Её хороший друг Джун пригласил её на мероприятие в колледж, где, по его словам, учатся одни красавицы и умницы. Эшли понравилась идея найти новую звезду среди простых студенток. Биография будет просто бомбой!

Именно во время мероприятия ведущий Ли Кали пригласит Куна Гхона и Эшли Квон на сцену, чтобы они объявили кастинг. Эшли была в предвкушении. Ну, а Кун делал всё, что его жена пожелает.

Вот только ни Эшли, ни Кун не подозревали, что с того момента их жизни круто изменятся, а брак попадёт под удар.

Сейчас у них всё гладко. Но это не навсегда.

Леа

Леа хлопала глазами, ничего не понимая, а Со ждал ответа.

– Я задал вопрос. Это важно.

– А… с чего вообще ты решил спросить? Какая разница, встречалась я с кем-то или нет. Это в прошлом, было или не было, – оправдывалась Леа, при этом задаваясь вопросом, с чего вообще так волнуется из-за глупого вопроса.

Со открыл рот, чтобы что-то сказать, но Леа уловила запах гари и рванула на кухню. К счастью, печенье лишь немного подгорели. Со вошёл на кухню за ней и некоторое время наблюдал за её действиями. Как она, обжигаясь, вытаскивала противень, как высыпала печенье на стол, а затем проверила почти каждое. Леа была красивой девушкой, и Со понимал, что она всерьёз ему нравится. Но случившееся он не мог игнорировать.

– Ещё раз говорю, что для меня твой ответ очень важен. Это прошлое, – Со мялся, подбирая слова, – может помешать нашим отношениям.

– Каким образом? – чуть резче, чем хотела, спросила Леа, подняв голову. Сердце билось, как заведённое. Она уже чувствовала в воздухе дух Эиджи. Это не к добру.

– Мне кажется, ты сама знаешь ответ.

– Нет, Со. Я не знаю. А вот ты чего-то не договариваешь.

– Ладно. Тогда ответь – твой отец принуждает тебя выйти за меня замуж?

Леа молча стояла и смотрела на него. Не дурак. Или кто-то подсказал. Эиджи?

– Ты видел Эиджи, да? Говорил с ним? – вырвалось у неё против воли.

– С этого и надо было начинать, Леа. Нехорошо иметь тайны в самом начале отношений. Я не знаю, что ты думаешь обо мне, не знаю, нравлюсь ли я тебе… Просто пытаюсь сблизиться. А тут… угрозы… Меня это удивило и расстроило. Прошу, пойми.

Эиджи не сдался! В душе Леа радовалась и не могла контролировать свои эмоции. Она широко улыбнулась, словно слова Со были глупы и бессмысленны. Но вдруг опомнилась, видя обиду в выражении лица Со. Он казался ей неплохим. Мягкий, добрый и, наверное, понимающий. Возможно, он не станет настаивать на свадьбе, если она расскажет ему правду.

Взяв самое красивое печенье со стола, она положила его на блюдце и подала Со.

– Попробуй. Сама пекла.

– Спасибо.

Он взял блюдце, но есть не стал, а продолжал настойчиво смотреть на Леа.

– Да, у меня был парень по имени Эиджи. Когда мы начали встречаться, я не знала, что наши отцы конкуренты и… враги. Эиджи живёт с дедом, а с отцом не общается, с его фирмой тоже не связан. Год назад он сбежал из дома, чтобы жить своей жизнью. Но моему отцу хватило того, что Эиджи – сын. Всё. Мне запретили с ним встречаться, начались проблемы. Тайные встречи, слёзы, скандалы с родителями. И длилось это до тех пор, пока папа не поставил мне жестокое условие. Либо я выхожу замуж за того, кого он мне предложит, либо уезжаю в Северную Корею. Вот… – она сглотнула. – Ты ешь печенье. Я старалась. С Эиджи я порвала, можешь не переживать. Я попробую присмотреться к тебе, но…

– Но ты любишь его, так?

Леа не посмела в этом признаться. Со был таким грустным, ей стало его жалко.

– Теперь это не важно. Я его забуду, и ты поможешь мне в этом. – Леа несмело шагнула к нему, приподнялась на носочках и легко коснулась его губ своими.

Со замер ошарашенный. А потом пришла Инга, и они больше не смогли свободно разговаривать. Леа познакомила Ингу с Со. Они поклонились друг другу, после чего Со оставил девушек одних, не забыв попробовать печенье.

– Ты очень вкусно печёшь, – похвалил Леа Со, по-доброму улыбаясь. – Я позвоню, хорошо? Приятно провести время, Инга!

– И тебе всего хорошего! – Когда Со ушёл, Инга расплылась в улыбке. – А он милый.

– Милый, – вздохнула Леа, – но не для меня.

Инга

– Ну, иди ко мне, – я распахнула руки, приглашая подругу обняться. Не могла злиться на неё, хотя обида была глубокой. Просто заставила себя оправдать её тем, что в жизни Леа сейчас очень тяжёлый период. Она крепко прижалась ко мне, и мы минуты две не отпускали друг друга. – Ты знаешь, как я люблю тебя?

– Знаю, – Леа тоже улыбнулась. – А я в знак своей любви испекла тебе печенье.

– Угу. Мне испекла, а Со отдала.

– Всего одну!

Мы рассмеялись. Потом Леа повела меня на кухню, достала коктейль, который я просто обожала, и мы стали уплетать ещё тёпленькие печеньки. Леа начала первой рассказывать о событиях в своей жизни, объяснила причину, по которой пришёл Со.

– Эиджи с ним каким-то образом встретился. И если честно, я боюсь.

– Почему?

– Он такой! Иногда крышу так сносит, что становится опасным. И Со реально был напуган, когда говорил, что моё прошлое может нам помешать.

– Я не заметила враждебности в адрес Со.

– Я и не хочу с ним враждовать. Я рассказала ему правду и попросила помочь забыть Эиджи. Мне кажется, Со терпеливый и понимающий. Он сможет сделать меня, если не абсолютно счастливой, то нужной.

– Повторюсь: он милый. Вежливый и… Думаю, он окружит тебя заботой. Не хотелось бы, чтобы Эиджи навредил ему. Если хочешь знать моё мнение, то тебе необходимо поговорить с ним и попросить не лезть.

– С Эиджи?!

– Ну, а с кем? Жалко будет Со, если у Эиджи крышу снесёт. Сама говорила, что будущего у вас нет, так к чему эти препятствия?

– Ты не понимаешь! Я не могу больше видеться с Эиджи. Я сломаюсь, сдамся и… неизвестно, что будет.

– Напиши ему, дурочка. Чего паникуешь?

– Ты!

– Я?

Идея неожиданно быстро пришла Леа в голову, я немного запнулась.

– Ты, Инга, встретишься с Эиджи и объяснишь ситуацию. Я напишу письмо, ты передашь.

У меня перехватило дыхание. Я? Отказать подруге нельзя, а встречаться с Эиджи было страшно.

– Ну… можно попробовать. Только дай мне пару дней набраться смелости. Я что-то побаиваюсь твоего Эиджи.

– Тебе-то его незачем бояться. Ладно, за это время я сложу в голове письмо.

Выдула коктейль и налила ещё. Голова пошла кругом от событий в жизни Леа.

– Значит, ты намерена продолжать встречаться с Со?

– Я его поцеловала.

– Чего?!

– Ну, не по-настоящему. Просто чмок в губы. Хотелось как-то загладить обиду.

– У-у-у, у тебя всё намного веселее в жизни. А я думала, что у меня круговорот сумасшедших событий.

Леа попросила меня рассказать, любопытство распирало. Я начала рассказ с Хвана и его героического поступка. Также не забыла похвастать, что он умеет танцевать. Пока я не видела как, но мне казалось, что он – профессионал. И благодаря ненависти студентов из-за моей дружбы с ним, я познакомилась со сногсшибательным парнем примени Йонгтен. Я описала его в мельчайших деталях, как описывают парней влюблённые дурочки: «Он такой! Красивый, сексуальный и весёлый. Блондин, а улыбка просто сводит с ума. И зубы ровные-ровные. У него две татуировки на предплечье, правда, рисунок не разглядела. Одевается модно и стильно. Приветливый, ловкий, умелый и… он мой спаситель!» Далее я рассказала, каким образом он меня спас.

Выслушав всю эту чушь, Леа сказала:

– Да ты влюбилась.

Влюбилась? Я тоже так подумала, но некому было это подтвердить.

Дон Ён

Дон тёр глаза от усталости. Всю ночь зубрил, а теперь не мог собраться с мыслями. Лекции слушал вполуха, ничего не записывал, а в перерывах дремал за партой. Последнюю пару он решил пропустить, не такая уж и важная дисциплина. Хотелось выспаться, а вечером встретиться с друзьями.

Когда он был почти у выхода зазвонил телефон, и Дон, увидев имя своего кузена, ответил на звонок.

– Джонни! Вау! Давно не звонил!

– Да это ты позабыл своего двоюродного брата. Как жизнь в Казахстане?

– Учёба, чтоб её! Достала. Жду не дождусь, когда мы вернёмся в Корею. Пережить бы экзамены.

– О, мы тебя тут тоже ждём.

– Охотно верю. Как поживают Вонг, Джено, Минки?

– Вляпались они в неприятное дельце. Я и звоню спросить на всякий случай, твой папа юридически сможет поддержать моих друзей, если им захотят всучить э-э-э… обвинение.

– О? Что они натворили?

Джонни вкратце рассказал проблему, и Дон рассмеялся.

– Вряд ли помощь моего отца понадобится, – сказал он. – Но я, если что, поговорю с ним.

– Я знал, что могу положиться на тебя. Возвращайся скорее. Невесту нашёл?

– Издеваешься сейчас?

Джонни громко рассмеялся, но быстро смолк, став серьёзным.

– Грех вернуться из Казахстана без хорошенькой девушки.

– Да иди ты!

На этом разговор закончился. Дон сунул телефон в карман, а когда развернулся, чтобы идти, почти нос к носу столкнулся с Аяной.

– Есть разговор. Очень важный и очень серьёзный, – её тон и острый взгляд насторожили Дона. Пожав плечами, он согласился.

Они вышли на улицу. Небо было пасмурным и грозило пролиться дождём в любую минуту. Дон и Аяна не стали выходить из-под козырька большого крыльца. Шли пары, и никого вокруг не было. Тишина и покой – как раз то, что нужно для спокойного разговора.

– Слушаю тебя, – сказал Дон, продолжая бороться с усталостью.

– Я понимаю, что насильно мил не будешь и всё такое, – с явным волнением в голосе заговорила Аяна. – Но то, что ты сказал Вике перед выходными, было перебором. Она тебя очень любит, и теперь… Я не узнаю её. Она закрылась в доме, не хочет ни с кем разговаривать. Даже по телефону! Её мама говорит, что она в сильной депрессии. Ты просто одним эгоистичным словом ранил человека до глубины души. Так тоже нельзя, Дон!

– Я просто сказал…

– Что она не в твоём вкусе. Это грубо! Думающий от не думающего чем отличается, по-твоему, Дон?

– Ну и чем? – он сложил на груди руки.

– А тем, что не думающий человек будет бить в самое сердце, а думающий подберёт нужные слова, чтобы не ранить. Вика всю жизнь вгоняла себя в комплексы, а ты просто добил её уверенность.

– Ты позвала меня за тем, чтобы отчитать?

– Нет! Я предлагаю тебе сделку.

– Хочешь, чтобы я извинился? Нет проблем, я извинюсь.

– Это было бы слишком легко и неэффективно. – Аяна достала из сумки мобильник и открыла файл, знакомый всем студентам, но доступный только ей, ибо её мать работала на кафедре. – Знаешь, что это?

– Да. Путь к лёгкой сдаче экзаменов.

– Именно. Я отдам тебе эту папку с условием, что ты попробуешь подружиться с Викой.

У Дона расширились глаза настолько, что были похожи на блюдца.

– Свихнулась?!

– Ладно. Я рискнула, но ничего не поделаешь.

Аяна сделала шаг, но Дон схватил её за локоть. Сдать беспрепятственно и быстро экзамены – значило, что он быстро вернётся домой, к друзьям и прежней жизни. Вика не была уродиной, чтобы отказываться от такого предложения.

– А если у нас не получится?

– Вот это другой разговор. Теперь слушай меня внимательно. Вика очень ранимая, поэтому грубостью ты только хуже сделаешь. Приди к ней, сделай вид, что раскаиваешься, а потом начни проявлять знаки внимания. Когда дойдёт до тесной дружбы, ты сделаешь всё, чтобы она сама оттолкнула тебя. Не знаю, заведи себе странные привычки. Громко смейся на людях, чтобы ей стыдно было. Так она получит, что хотела, а как надоест, сама от тебя откажется. Если будут вопросы, можешь смело обращаться ко мне. Папку отдам, когда увижу результат. До экзаменов ещё много времени. Дерзай!

Дон поджал губы, обдумывая сказанное.

– Ну что? По рукам?

– По рукам.

Йонгтен

Не выспался. Уже который день. И ведь сам виноват. Никто не просит его до утра смотреть фильмы и заправляться вином.

Проспав всего четыре часа, Йонгтен никак не мог раскачаться. Придя на работу, понял, что забыл важный блок, разозлился. Ли Кали где-то задерживался. Когда придёт, обнаружит ненастроенный микрофон. Сегодня всё складывалось не в его пользу, и обычной улыбки на лице миленького Йонгтена не было. Впрочем, это соответствовало погоде.

– Не хочу нагнетать, – сказал Джун, глядя в небо. Руки он держал в карманах безупречно-белых брюк.

– Нагнетать? – переспросил Йонгтен, не услышав продолжения.

– Да. Думаю, после обеда пойдёт дождь, и наша репетиция будет испорчена.

– С чего это? Сцена под надёжным навесом. Провода я спрячу.

– В твоей работе я не сомневаюсь. Студенты не захотят приходить в такую погоду.

– Может быть.

Некоторое время Джун наблюдал за нервными движениями Йонгтена.

– Не в духе сегодня?

– Я в порядке.

– Кстати, хотел спросить… Ты знаком с девушкой, которую я вчера поймал.

– Нет. Вернее, я знаю её так же, как и ты. Она здесь выступать будет.

– Правда? – воодушевился Джун, которому Инга пришлась по вкусу. – Значит, она придёт на репетицию?

– Понятия не имею. – Провода не подходили, и Йонгтен терял терпение. Ещё этот странный интерес к девушке, которую он спас. Что Джун надумал?

– Слушай, она мне понравилась.

Йонгтен резко поднял голову, чёлка тут же упала на глаза.

– Ты видел её всего один раз! – И кто это говорит! Йонгтен сам обратил на неё внимание в первый же день. И это было что-то такое, чего он доселе не чувствовал. Но если Джун решил заполучить эту девушку, Йонгтену придётся отступить и дать дорогу – это он понимал.

– Я и хочу увидеть её ещё раз, чтобы познакомиться. Сделай одолжение, если увидишь её сегодня, спроси, придёт она сегодня на репетицию или, – Джун снова запрокинул голову небу, – или нет.

Ответа он, естественно, дожидаться не стал. Увидев кого-то из работников, направился туда. А Йонгтен прищемил себе палец и выругался.

День с утра не задался.

Мун Тхэян

Декан указал на троицу парней, стоявших на первом этаже возле искусственного фонтана, тогда как Мун Тхэян и его отец находились на круговом балконе второго этажа.

– Ты подозреваешь, что это они влезли в дом?

– Да. Только доказать не могу. Мне надо, чтобы ты за ними проследил. Может, удастся подслушать разговор. Они сделали трагедию из того, что я отобрал какую-то тетрадь. Но это же не повод вторгаться на чужую территорию.

Мун Тхэян кивал, но ничего не говорил. Наблюдая за парнями, он пытался запомнить их имена и лица.

– Ты пробовал говорить с Кариной?

– Пробовал. Толку нет. С той ночи она какая-то замкнутая. Хотя, полагаю, причина в увольнении её сиделки.

– Сиделка не имела права покидать дом. Карина не способна постоять за себя. Да, дом оборудован специально для неё, но это не значит, что она справится с проблемами, пришедшими из вне.

– Я понял тебя, папа. Мама уже ищет новую сиделку, а у меня сегодня встреча с начальником охранной организацией. Посмотрим, что он сможет предложить.

Спустя некоторое время Тхэян встретился с Вином, своим верным другом, и они вместе спустились вниз. Группы подозреваемых студентов в холле уже не было. Тхэян коротко объяснил свой визит в колледж, затем спросил, как дела у Вина. Тот сказал, что ничего хорошего.

– Разве твоя новая подружка не прелесть?

– Вышло так, что она не только моя подружка.

– И такое бывает?

– Моя жизнь всегда сопровождалась неудачами.

– Опять начинаешь, Вин! Мы много раз говорили о том, что ты не неудачник. Видимо, она просто не создана для тебя.

– А я так хотел, чтобы именно для меня.

– С чего вообще ты взял, что у неё есть другой?

– Другой? Нет. У неё другие, – Вин горько усмехнулся. – Другие. И я с ними встречался, говорил. Это разношёрстные студенты. Один учится с ней в одной группе. Двое других совсем молодые. Розанна знает себе цену.

– Коллекционирует вас, что ли? – еле сдерживая смех, сказал Тхэян. Ему не хотелось издеваться над другом, но ситуация глупая.

– Мы и решили выяснить, что она от нас хочет, а заодно проучить и наказать.

– Каким образом?

– Пусть почувствует себя брошенной. Мы сейчас делаем вид, что заняты более важными делами, чем ходить на свидания с ней. Позже начнём отказываться от встреч. А там посмотрим. Пока на этом держимся. Всё зависит от ситуации.

– А проучить как собираетесь?

Вин пожал плечами. Рю говорил, но он не мог вспомнить. Упоминал что-то про её день рождения.

Они вышли на улицу и направились к машине Тхэяна на парковку колледжа мимо сцены. По дороге Вин поздоровался с организатором мероприятия Джуном. Сам Вин собирался руководить группой первого курса. Ребята готовили великолепный номер, и Вина назначили главным. Джун поинтересовался, придут ли студенты Вина на репетицию, и тот поспешил заверить, что это необходимо.

Затем они вышли за ворота и двинулись к парковке.

– Насчёт Розанны я могу посоветовать внедрить постороннего парня, который выяснит её намерения и, впоследствии, проучит, – сказал Тхэян.

– Хочешь поучаствовать?

– У меня невеста, ты же знаешь.

– Так мне и не надо, чтобы ты сближался с Розанной. Только прояснил бы ситуацию. Постороннего внедрять опасно.

– Я могу подыскать того, кто сможет это сделать. Но сам – ни-ни.

Вин согласился. Розанну он уже потерял, а остановить девушку было просто необходимостью. Рю был прав, когда говорил, что таких, как они, может оказаться больше. Тхэян пообещал помочь, после чего они попрощались. Тхэян уже сел в машину, когда заметил троицу подозреваемых. Они направлялись к ряду мотоциклов, громко смеясь над чем-то.

Чуть пригнувшись, Тхэян сделал вид, что возится с ключом, а сам украдкой наблюдал за парнями. Пока они надевали шлемы, Тхэян переписал номера трёх мотоциклов в свою записную книжку на айфоне. Был у него знакомый в полиции. Если эти железные кони засветились в районе его дома, то отец окажется прав.

Инга

Я продырявила взглядом все окна в колледже, потому что пыталась разглядеть под навесом сцены того блондинчика Йонгтена. Леа начала меня дразнить, щекотать и смеяться.

– Теперь ты меня понимаешь, да? Да? Да?

– Да! Да! – шутливо огрызалась я, отходила от окна, но при первой же возможности снова выглядывала его.

Тучи сгустились, и мне не нравилась эта погода. Я собиралась прорепетировать свою песню, но если пойдёт дождь, репетицию, скорее всего, отменят. А ещё мне было страшно петь в присутствии Йонгтена. Я ведь не профессионалка. Так, самоучка. Но мой куратор решил, что я гожусь в оперные певицы, дав самую сложную песню.

Шла последняя пара. Я устроилась у окна, но отсюда людей на сцене совсем было не видать. Заскучав буравить деревья и конструкцию сцены, перевела внимание на Леа.

– Письмо написала?

– Какое письмо? – не поняла подруга, и я её стукнула. Я, что ли, должна следить за её Санта-Барбарой?

– Как это какое? Для Эиджи!

– А. Ой. Да, я написала, – и с этими словами Леа полезла в сумку. – Не имеет значения, когда ты отдашь его. Просто отдай и поговори с ним, хорошо? Если он не хочет мне вреда, то не станет больше препятствовать.

– Ох, подруга, не знаю, смогла бы я так просто отказаться от большой любви… – я машинально посмотрела в окно, зная, что Йонгтен где-то там.

– Поймёшь меня, когда влюбишься и появятся препятствия.

– Пф! Какие у меня могут быть препятствия? Мои родители в Казахстане и не знают, что я делаю здесь помимо того, что учусь.

– Просто пока что ты действительно учишься, – хихикнула Леа и снова получила от меня.

После пар Леа быстро распрощалась со мной и умчалась. Мне она не сказала, куда торопится, но я же не дурочка и сразу поняла, что её встретит Со. Мне понравился этот парень, и, похоже, Леа тоже он понравился. Неважно, кто будет рядом с моей подругой – Со или Эиджи (его я в глаза не видела) – лишь бы она счастлива была.

Хван возник ниоткуда.

– О, как хорошо, что ты здесь! – обрадовалась я. – Пойдём со мной.

– Куда? – растерялся парень.

– Просто пойдём.

С Хваном в компании мне не так боязно было подходить к сцене. Йонгтен был там, причём один. Хван показал, где находится лестница, и мы поднялись на сцену. У меня сердце выпрыгивало из груди. А потом я вздрогнула от резкого звука из усилителя. Йонгтен бросился к пульту и тут же всё исправил. Он выглядел так, будто ему испортили настроение, и от этого у меня по коже мурашки пробежали.

– Привет!

Йонгтен мне улыбнулся.

– Привет!

– Я пришла спросить, будет ли репетиция.

– По идее должна быть, но пока что аппаратура протестует.

Хван стоял за моей спиной, разглядывая звуковое устройство, и Йонгтен покосился на него.

– Это мой друг Хван.

– Йонгтен.

Парни слегка склонили головы в знак приветствия, сопроводив этот жест знаменитым «аннён’асэё». Затем Йонгтен включил музыку, и Хван тут же оживился.

– О! Это же Кай! Красивая песня!

– Да, тоже люблю его слушать, – согласился Йонгтен и сделал пару танцевальных движений.

Хван, недолго думая подхватил, и Йонгтен удивлённо уставился на него.

– Знаешь танец?

– От начала до конца, – улыбнулся мой друг.

– Хочешь станцуем вместе?

– Прямо сейчас?

– А почему нет? Дождь пошёл. Надо же вам переждать.

Я посмотрела во двор колледжа. Асфальт был уже мокрым, а я и не заметила.

Хван мялся, сомневался, тогда я пришла на помощь, захлопав и запрыгав.

– Станцуйте! Я очень хочу посмотреть!

Йонгтен вступил, и я подтолкнула Хвана, который вдруг начал двигаться синхронно с Йонгтеном. Они оба выглядели потрясающе. Я восхищалась пластикой Йонгтена и гордилась способностями Хвана.

Спустя минуту, несмотря на дождь, возле сцены собрались студенты. Я видела их поражённые лица. Им нравилось то, что они видят. Может, теперь у Хвана появится шанс изменить свою судьбу в этом колледже? Я лично хотела в это верить.

– Красиво танцуют, – сказал кто-то рядом со мной.

Повернув голову, я увидела того самого парня, который вчера спустил меня со сцены. Он мне улыбнулся и подмигнул.

Глава 6

Карина

Унылый вид из окна напоминал картину в три мазка, где собрались оттенки пыли и грязи. Мелкий дождь лил не переставая вот уже два часа. Карина сидела в своём инвалидном кресле и смотрела на эту стену без какой-либо цели и настроения. Ей не хотелось смотреть фильмы и слушать музыку, не хотелось читать книги или вышивать. Что бы она ни делала, всё казалось скучным и неинтересным.

Сиделку уволили. Теперь не поболтаешь. А ведь та милая, добрая женщина была единственной её собеседницей. У Карины не было друзей. Она училась дистанционно. Общалась только с матерью, когда та бывала дома, и с братом иногда. Но им она не могла доверить свои тайны.

Она смотрела на улицу и думала о том, что жизнь её на самом деле такая же серая, лишённая красок. Тяжело сидеть целыми днями в комнате, не имея шанса побегать или просто пойти в колледж. Она чувствовала себя обделённой.

Ночь, когда в дом вломились те парни, стала неким переворотом. Карина поняла, что никогда не окажется под защитой сильного человека. А всё потому, что её никто и никогда не полюбит.

По щеке скатилась слеза.

До встречи с ним Карина не задумывалась о любви или о возможности кому-то понравиться. Но не теперь.

В памяти отпечатался добрый взгляд с яркой искоркой честности. «Мы не сделаем тебе ничего плохого». Он не желал ей зла. И он красивый. Как актёр с картинки. Сможет ли она встретить его снова? Сознание рисовало Карине пустоту. Как? Каким образом она встретится с ним снова?

Красивый грабитель.

Карина отъехала от окна. Кем бы он ни был, она не станет доносить.

Дон

Дон подошёл к девятиэтажному зданию и сверил цифры с адресом, который написала Аяна. Это был дом Вики.

Всё утро он молился, чтобы Вика пришла в университет, но этого не случилось. Аяна сказала, что девушка дома одна, а её мама приходит с работы не раньше семи вечера. У Дона был хороший шанс не засветиться перед родительницей.

Лифт привёз его на пятый этаж. Он вышел и сразу оказался перед нужной дверью. Потоптавшись немного, он решил, что раз пришёл, значит надо действовать. Вика не уродина, повторял он себе. Невысокая, черноволосая и большеглазая. Фигуристая и… любит его. Вдох-выдох. Он нажал на кнопку звонка и стал ждать.

За дверью зашаркали тапочки и послышалось ворчание:

– Кого там ещё чёрт принёс?

Дверь открылась. Вика задержала дыхание, увидев того, кого увидеть не надеялась.

– Чёрт меня принёс, – сказал парень, прямо глядя на удивлённую Вику.

– Дон?

– Я… это… пришёл извиниться. Ты не приходила в университет несколько дней, и я понял, что обидел тебя.

– Не то слово.

– Честно, я не хотел. Это вышло… из-за того, что ты назвала меня геем. Я разозлился и ляпнул то, что могло кольнуть в ответ. На самом деле мне всё равно… То есть… не всё равно. Не умею я извиняться. В общем, надеюсь, ты поймёшь.

– О’кей. Спасибо, что ради этого ты додумался прийти сюда.

– Я прощён?

Она посмотрела в сторону, раздумывая, стоит ли верить в это прощение. Но потом решила, что он не пришёл бы к ней домой, если бы искренне не раскаялся, поэтому сказала:

– Ладно, принимается.

Дон хотел уйти и даже сделал шаг к лифту, но потом вспомнил слова Аяны о том, что мало прощения, с Викой нужно подружиться.

– Любишь суши? – вдруг спросил он.

– Суши?

– Да. Если любишь, то… можем их… поесть… где-нибудь.

Она посмотрела на себя: домашние брюки с вытянутыми коленками и невзрачная футболка, волосы в беспорядке.

– Мне надо переодеться.

– Хорошо. Жду тебя на улице.

– Нет-нет! Заходи в дом, – Вика схватила Дона за руку, и в первое мгновение он дёрнулся от неё, но потом поддался. – Заходи, я не покусаю. Посидишь в зале, пока я привожу себя в порядок. Если хочешь, в холодильнике есть пепси.

Дон разулся и робким шагом прошёл в зал. Вика сразу же исчезла в другой комнате, а Дон так и стоял на тёплом паркете, разглядывая уютную комнату коричневых цветах. Он отметил хороший ремонт, стену под кирпич, где висел телевизор. Напротив стоял угловой диван бежевого цвета. Лампы, картины и небольшой ковровый квадрат – ничего лишнего. У хозяйки был отменный вкус.

Ожидание затянулось, поэтому Дон сдался и присел на край дивана. Он спрашивал себя, что здесь делает. Неужели успешная сдача экзаменов настолько важна, что он готов играть с влюблённой в него девушкой. Но с другой стороны, она будет счастлива. Хоть и не долго.

– Я готова. Можем идти.

Дон поднял голову, и челюсть сама собой отпала.

Инга

Сцена постепенно заполнялась людьми.

Йонгтен и Хван станцевали ещё пару красивых танцев, а потом Йонгтен отошёл к своему пульту и надел наушники. Ему нужно было работать, ибо начиналась репетиция. Пришёл Ли Кали, а за ним подтянулись руководители. Вин Ченг, практикант и помощник нашего куратора, поздоровался со мной.

– Готова к выступлению?

– Почти. Надо будет спеть пару раз под микрофон. Честно, я никогда не выступала на сцене и немного боюсь.

– Поверь, здесь добрая половина впервые выступает, – влез в наш разговор Джун. Он мне по-доброму улыбался. После того, как он подошёл ко мне во время танца Хвана и Йонгтена, мы познакомились. Он представился и пояснил, что является организатором данного мероприятия. Я тут же почувствовала себя важной, общаясь с таким человеком. Он обратился к Вину Ченгу: – Я ведь правильно говорю?

– Да. Это просто будет новый опыт для тебя, Инга. В жизни нужно пробовать всё.

Несмотря на эти убеждения, я не стала репетировать в этот день. Попрощалась с Джуном, Вином, Ли Кали и, махнув на прощанье Йонгтену, сошла со сцены. Дёрнув за руку Хвана, который ждал меня у сцены с телефоном, играя в стратегию, повела на выход.

– У меня к тебе дело на миллион.

– Ого! – взбодрился мой новый друг. – За миллион я горы сверну.

– Мой миллион не настоящий. Но могу угостить тебя лапшой после нашего дельца.

– Дельца, – вскинув брови, повторил Хван.

– Да, – я остановилась и тяжело вздохнула. – Мне надо зайти к одному человеку по просьбе подруги, отдать ему записку и поговорить. Но одна я жутко боюсь.

– Почему?

– Потому что я никогда с ним не встречалась, а Леа рассказывала, что он бывает не слишком вежлив. Может, в твоём присутствии он не станет грубить и выслушает меня.

– Мне, конечно, ничего не понятно, но сопроводить могу. Всё равно делать нечего.

– Ты прелесть! – обрадовалась, подпрыгнув. Затем подхватила его под руку и мы пошли по улице к перекрёстку. – Ты здорово танцуешь, между прочим. Сегодня, мне кажется, твоё выступление стало открытием для многих, кто знает тебя.

– Меня не волнует их мнение.

– Волнует. Уверена, что волнует. Просто ты принял ту позицию, которую тебе дали – позицию белой вороны. До сих пор не могу понять, в чём ты перед ними провинился. Нет, Леа кое-что поведала… Кстати, что там за история с… э… мокрыми штанами?

Не удержавшись, Хван расхохотался.

– Тот идиотский случай и решил мою судьбу. Но это смешно, – возбуждённо говорил Хван, – потому что ничего подобного не было. Просто ситуацию рассказывали очевидцы, которые в действительности ничего не видели, по крайней мере так, как произошло на самом деле.

– Значит… это выдумка?

– Скорее, пририсованная действительность. Те придурки подошли ко мне с требованием отстать от девушки, которая за день до того сама пыталась приставать ко мне. Я ей сказал, что не заинтересован в общении с ней. В итоге она наплела своим друзьям, что я очень плохо с ней поступил и всё в таком духе… – Мы перешли дорогу и Хван продолжил. – На следующий день они меня подловили и загнали в тупик. Один из них пил колу, и моя попытка прорваться через них закончилась тем, что он пролил колу на мои штаны. Всё! С этого момента на мне поставили клеймо.

– Ты же мог отрицать это. Зачем же позволил этой неправде жить?

– Я сам по себе скромный парень. Друзей нет, всегда сам по себе ходил. А тут обо мне всякая грязь полилась, стало стыдно. Честно, я замкнулся. Сказал себе, что не буду ни слышать, ни видеть никого вокруг. До твоего появления я справлялся отлично.

– О, я всё испортила? – хихикнула я. – Ну, прости.

– Я всего лишь имею в виду то, что такие друзья, как ты, мне бы сгодились.

– В таком случае, – я крепче обхватила руку Хвана и широко улыбнулась, – я хочу быть твоим другом. Начнём с лапши, а там видно будет. Поучишь танцевать?

– О, я с радостью!

Так за разговором мы незаметно дошли до дома Эиджи.

Вика

Вика подумала, что выглядит глупо в чёрном платьице с оборкой на юбке и в сапогах до колен, потому что Дон никак не отмирал.

– Что? Плохо, да?

– Н-нет, – он кашлянул. – Красиво.

Вздохнув с облегчением, девушка улыбнулась. Она всё ещё не верила, что с ней это происходит. Дон в её доме, попросил прощения, а теперь они идут гулять. Неважно, будут они есть суши или траву с земли. Она будет с Доном – вот, что имело смысл.

Пока они шли по улице в направлении кафе, где подают вкусные суши, Дон чувствовал себя не в своей тарелке. Спрятав руки в карманах мешковатых джинсов, он смотрел себе в ноги и не знал, о чём можно поговорить с девушкой. На свидания он никогда не ходил, просто не нуждался в них. Его страсть – это компьютерные игры, друзья и выпивка. Серьёзные отношения его пугали.

А Вика не разговаривала от волнения. В стенах университета она чувствовала себя увереннее среди других однокурсников. Теперь же они были наедине.

– У меня подруга в Сеуле учится, – ни с того ни с сего сказала Вика, чтобы уничтожить затянувшуюся паузу. – В колледже.

– Правда? Что за колледж?

Вика напрягла память. Инга не раз говорила ей название колледжа, а она не запомнила. Пришлось лезть в телефон, чтобы подсмотреть, но не нашла сообщения.

– Чёрт. Как-то Чунг или Чон… и что-то там ещё.

– Чоннам? Я знаю этот вуз. Там мои друзья учатся.

– Правда? Я вот подумываю после окончания универа поехать к ней, устроиться на работу… Как думаешь, это возможно?

Дон запнулся. Ещё не хватало, чтобы Вика тащилась в Сеул.

– С этим там очень трудно, – сказал он. – Мы пришли.

Не обратив внимания на нежелание Дона помогать ей, Вика решила позже написать Инге и расспросить про возможности. По крайней мере, если Дон уедет в Сеул, она последует за ним и не без причины.

Они заказали суши и напитки. Вика украдкой разглядывала Дона, отмечая его красивые губы. Вот бы он её сегодня поцеловал!

– Я всё мечтаю попробовать самой сделать суши. Говорят, это легко, а я всё боюсь.

– Это действительно легко, – сказал Дон. – Я умею их готовить. Вообще я очень люблю готовить.

– Правда? – воодушевилась Вика, узнав о своём возлюбленном новое, да ещё какое приятное новое! – Вот бы не подумала!

– Да. Моё любимое блюдо – токпокки.

– Какое непроизносимое название! Что это?

– Это плотные колбаски из риса с ароматным густым соусом.

– Звучит аппетитно, – сказала Вика улыбаясь, затем отправила очередное суши в рот. – Очень вкусно! Может, однажды я попробую эти топоки.

Дон засмеялся.

– Ток-пок-ки, – по слогам произнёс он. – Токпокки. Мы, корейцы, очень по-особенному относимся к еде. И если у вас принято желать удачи, то мы желаем людям, чтобы у них была хорошая еда на столе.

Вика запомнила этот факт и ещё очень много того, что услышала за вечер. Они провели всего два часа в кафе, затем Дон проводил Вику до дома. Девушка немного расстроилась, ибо надеялась на прогулку, но настаивать не стала.

Они дошли до её подъезда. Дон держался на расстоянии.

– Спасибо, что вышла со мной. Увидимся завтра в универе?

– Да.

– Ну… пока!

– Да.

Слишком рано она понадеялась на близость. Он не поцеловал её даже в щёку. Поднял руку и, снова спрятав её в кармане, ушёл. Сбежал. Но Вике это настроения не испортило.

Тхэян

Выйдя из здания полицейского участка, Мун Тхэян потёр виски. Голова раскалывалась, но зато появились результаты. Мотоциклы с номерными знаками, какие указал Тхэян, действительно обнаружили в районе, где они жили. У Тхэяна не было сомнений, что ребята, оставив своих железных коней на соседней улице, отправились в дом декана. Однако друг, работающий в полиции, посоветовал не торопиться с выводами. Тот собирался проверить информацию, а потом уже принимать меры.

Сев в машину, Тхэян не отправился домой. К отцу он тоже не поехал. Потому что из головы не лез его отчаявшийся друг Вин. Дождь усилился, но это не препятствовало встрече с Чоном Йесоном. Тхэян позвонил ему ещё до визита в полицейский участок, и тот, должно быть, уже дожидался его в назначенном месте.

Чон Йесон был братом невесты Тхэяна. Они хорошо ладили и иногда выпивали вместе в каком-нибудь баре. Тхэян знал, что парень свободен и всегда рад был прийти на помощь. Сегодня эта помощь требовалась как никогда.

– Из-за тебя я испортил себе причёску, – ворчал Йесон, забираясь в машину. Волосы слегка намокли, а ветер растрепал их. – Если бы я знал, что придётся ждать полчаса, не высунулся бы на улицу.

– Извини. Дело было, не мог раньше освободиться. Голоден?

– Конечно! – обрадовался Йесон, любитель пожрать, да побольше. – Я бы съел рамен.

– Окей.

Тхэян был готов накормить Йесона раменом, кимчхи, пулькоги, чапчхэ, юкхе… Да чем угодно! Лишь бы тот согласился помочь Вину. Он привёз Йесона в уютное кафе, где пахло домашней едой. Йесон, потирая руки и поглаживая живот, уселся за столик.

Скорчив недовольное лицо, Тхэян отправился заказывать требуемый рамен и всяких разных закусок. Сам Тхэян был очень голоден. Наверное, голова потому и болела.

Утолив немного природную потребность, парни перешли к делу.

– Помнишь Вина?

– Того, который пить не умеет?

– Не любит. Да, его.

Йесон прожевал лапшу, проглотил, затем запил холодным чаем.

– Ну?

– Неделю назад он с девушкой познакомился. Она учится в Чоннам.

– А, ну Вин там работает же, да?

– Не совсем. Он там только практикант. В общем, не в этом суть. Дело в том, что с девушкой он начал встречаться, а буквально на днях узнал, что она одновременно крутит роман ещё с тремя студентами.

Йесон присвистнул. Тхэян оставался серьёзным.

– Эти ребята захотели девчонку научить уму разуму. Я о ней почти ничего не знаю, но Вин сказал, что её отец политик. Девушка богата, и её игры с мальчишками – обычная забава. Она ни с кем не спит, а просто ходит на свидания. – Тхэян отложил палочки и поставил пальцы домиком перед собой, деловито глядя на Йесона, который ещё не догадывался, о чём его попросят. – Пока что ребята задумали игнорировать её, но, боюсь, она долго скучать не станет. Они выбрали не тот способ наказания. Нам нужен человек, который не просто появится в нужное время, но сможет выяснить её намерения и… наказать.

– Хорошая идея, – согласился Йесон, пододвигая тарелку Тхэяна к себе. Парень ел за пятерых, но не полнел, а оставался стройным и подтянутым. – Только чем это поможет Вину?

– Ничем особо. Если только… м-м-м… она поймёт, с кем хочет быть на самом деле, то, возможно, Вин её простит.

– А если это будет не он?

– Тогда не простит. Так что? Ты согласен?

– Я? С чем?

– Закрутить роман с девчонкой и провернуть всё то, что я сказал.

Наконец у Йесона пропал аппетит. Он отодвинул от себя тарелку, вытер рот салфеткой, поправил челку на лбу и уставился на жениха своей сестры.

– Давай ещё раз. Ты всё это рассказал мне, чтобы я потом окучивал эту богатую особу, любительницу ходить на свидания с разными парнями, и в итоге наказал её?

Тхэян кивнул без улыбки и промедления.

Йесон потёр подбородок.

– Почему я?

– Потому что ты свободен. Потому что ты находчивый. И потому, что ты любишь поразвлечься.

– И как ты себе это представляешь?

– Мы сведём тебя с ней, а дальше воспользуешься всем своим очарованием и начнёшь игру.

– Игру?

– Да. Заманишь её в свою ловушку, заставишь влюбиться, а потом появишься с другими дамами. Ну, а мы постараемся предоставить ей слухи о тебе.

Йесон думал. Долго думал. А Тхэян ждал главного вопроса, который уже скоро поступил:

– И что мне за это будет?

– А что ты хочешь?

И тут Йесон расплылся в ярчайшей улыбке. Он знал, чего хочет.

Инга

Вот так бывало в начале у всех. Вот что значит идти к незнакомому парню, о котором ходят не самые прекрасные слухи. Ладно, я слышала эти слухи только от Леа, но и этого хватило, чтобы застыть от страха перед дверью дома Эиджи.

– Ну и чего ты стоишь? Стучись или звони, – спокойно сказал Хван.

– Я… боюсь, – проскулила в ответ и встала за его спину.

Хван, у которого царапины ещё не зажили от предыдущей встречи с хулиганами, поднял кулак и громко постучал в дверь. Коттедж, где жил Эиджи, был старым и ветхим, ступеньки под ногами скрипели, а доски хрустели. Во дворе не было ни деревца. Да и травы тоже. Один хлам да голая земля. Впрочем, район тоже не славился ничем хорошим. Недалеко отсюда на меня напали хулиганы. От этой мысли я вздрогнула, а потом послышался звук открывающейся задвижки.

Я ожидала увидеть дедушку Эиджи или какого-нибудь лысого парня. Может, высокого и худого. Может, татуированного. Или потрёпанного и выпившего. Да, должна быть причина, по которой Леа без памяти влюбилась в него, но всё портил пофигизм, о котором так часто рассказывала моя подруга. Уж точно я не представляла его таким, каким он появился перед нами.

Дверь открыл высокий и подтянутый парень в джинсах и майке. На мускулистых плечах я действительно заметила татуировки, но слишком маленькие и абсолютно не пугающие. Волосы цвета красного кирпича шапочкой покрывали голову Эиджи. Челка была разделена на пробор, а задние пряди дотягивались до спины. Лицо продолговатое, взгляд наглый исподлобья, губы маленькие, плотно сжатые. Я бы не назвала такого красавцем, но с первого взгляда он чем-то цеплял. «Он умеет очаровывать. Обаятельный, притягательный и просто неповторимый!» – вспомнила слова подруги. Да, стоило согласиться.

– Кого-то ищешь? – спросил Эиджи, обращаясь к Хвану.

Я вышла из-за его спины и откашлялась.

– Это я тебя ищу, Эиджи. Меня зовут Инга. Может, слышал от Леа моё второе имя – Юта. – Я постаралась придать лицу спокойное доброжелательное выражение и не показывать страха. – Я её подруга, и у меня для тебя послание от неё. Вот. И… я хочу с тобой поговорить… тоже её просьба.

Эиджи окинул меня долгим взглядом и, ничего не сказав, закрыл дверь, исчезнув в доме. Мы с Хваном уставились друг на друга, не зная, как это понимать и что делать дальше. Однако не прошло и минуты, как Эиджи снова вышел уже в толстовке. Он кивнул на стулья. На крыльце стоял стол с пятнами лужиц после дождя и пять стульев, три из которых были мокрыми. Я села на самый сухой. Хван пристроился на краю полусухого стула, а сам Эиджи присел на трубу, проходящую вдоль стены.

– Ну, слушаю тебя, – сказал он, сверля меня ледяным взглядом.

Я достала письмо.

– Леа написала это послание…

– В каком веке живёт Леа? Неужели нельзя было прислать электронное письмо?

– Пойми, Эиджи, она не хочет с тобой связываться даже через интернет, поэтому я здесь. Причину, я надеюсь, ты понимаешь. И прежде чем я отдам тебе письмо, хочу кое-что сказать. – Я помолчала, ожидая, что он что-то скажет, но и Эиджи молчал. – Мы знаем, что ты встречался с тем парнем, э… – Я бросила взгляд на Хвана. Не очень хотелось посвящать его в проблемы своей подруги, но не могла же я его прогнать. Пришлось продолжить. – Со. Он не виноват, что так произошло. И он не знал, что у Леа кто-то был до тебя.

– Теперь знает.

– Теперь да, знает. Но Леа просит, чтобы ты не причинял ему вреда. Он – лишь жертва обстоятельств.

– Нет, Инга, – Эиджи встал и немного приблизил своё лицо ко мне, я инстинктивно отклонилась назад. – Нет. Этот парень, раз уж решил забрать чужое, должен знать, с кем ему придётся бороться. От Леа я не откажусь, и пусть он знает, что прольётся кровь, если решит перейти мне дорогу. Я ясно выражаюсь?

– Яснее некуда, – пробубнила я, затем протянула письмо. Ну его к чёрту! Пусть Леа сама с ним говорит. Какой-то он слишком уж грозный. – Нам пора. Пойдём, Хван.

Эиджи проводил нас взглядом, а дальше я просто втопила, шла без остановки до самого конца улицы. Хван едва поспевал за мной.

– По-моему, ты зря так испугалась, – говорил он, пока я огибала деревья в парке, через который решила пойти. – Он не показался мне плохим.

– А мне показался. И Леа правильно сделала, что порвала с ним. Со намного милее. И, Хван, – я резко притормозила так, что бедный парень чуть не вписался в меня, – всё это между нами. Ты же умеешь хранить тайны?

– Что за вопросы? Я не могу обрести друга, а потом его внезапно потерять. На меня можешь положиться. К тому же я мало что понял.

– Вот и замечательно.

Мы хотели продолжить путь, но вдруг к нам навстречу вышли несколько парней. Причём я их уже однажды видела.

«Только не это», – подумала я и началось.

– О, наш дорогой очкарик больше не носит очки! – принялись дразниться парни.

– Нечего больше ломать, – посмеялся один.

– Почему? Есть руки и ноги, – заметил другой.

Хвана схватили. Он начал вырываться, но его крепко держали.

– Беги, Инга. Они тебя не тронут, – шепнул он.

Я не хотела бросать его, но всё равно пятилась. От меня будет больше пользы, если я убегу. Так хоть на помощь позвать смогу. И я помчалась, что было сил. В спину кто-то крикнул: «Лови девчонку!». «Оставь. Она нам не нужна», – крикнул другой.

Обливаясь слезами, я выскочила на дорогу и начала махать руками. Машины проносились мимо. Чертыхаясь, я перебежала дорогу и направилась к супермаркету, надеясь найти охранника или полицейского.

И вдруг послышался протяжный сигнал. Я повернула голову и увидела машину темно-синего цвета, за рулём которой сидел Джун. Я так обрадовалась, что подпрыгнула, но вместо улыбки мой рот искривился в рыданиях.

– Джун, помоги, пожалуйста! Они его убьют!

Глава 7

Инга

Джун повёл себя как настоящий мужчина. Он поехал туда, куда я ему указала, но при этом потребовал объяснений. Рыдая, всхлипывая и шмыгая носом, я пыталась рассказать, что произошло.

– На моего друга… на… пали… какие-то… отморозки и… – я сглотнула слёзы и завыла: – Они хотят переломать ему руки и ноги-и-и…

– Тихо, не плачь, – попросил Джун, сворачивая к парку. – Это здесь?

Я вытянула шею, как жираф, пытаясь разглядеть тех парней. Хвана я не видела, но обидчики были там, и они громко смеялись. Моё сердце совершило кульбит. Неужели из-за меня опять Хван пострадает?

Только я хотела попросить Джуна поторопиться, как внезапно увидела… Эиджи! И замерла, словно статуя. А вместе со мной замер и Джун, ничего не понимая.

Эиджи смело шёл к тем парням, один и без оружия. Видимо, он их окликнул, потому что они отреагировали. Чтобы слышать разговор, я выбралась из машины и стала наблюдать.

– Сколько раз говорить, что это моя территория? – злобно спросил Эиджи.

– О, он нас опять с крыши высмотрел, – брякнул один из обидчиков. – Человек-паук чёртов! – И сплюнул в траву.

Дальше я увидела молниеносное движение в сторону несчастного. Эиджи заставил его пожалеть о своих словах. И всё, что он сделал, это схватил палец и вывернул его так, что тот пронзительно запищал от боли.

– Считаю до трёх. Если не уберётесь отсюда, переломаю пальцы каждому.

Не будь они трусливы, словно мыши, то попробовали бы одолеть Эиджи. Мне казалось, что его легко победить. Хотя эти ребята могли знать о нём такое, что заставило их не просто отступить, а сбежать.

Я рванула в парк. Хван корчился на земле. Джун пошёл за мной. Они вместе с Эиджи положили Хвана на заднее сиденье. Джун вернулся за руль, а я догнала уходящего Эиджи.

– Подожди!

Он остановился.

– Леа гордилась бы тобой. Спасибо.

Ничего не ответив, он продолжил свой путь.

Вонг

Дождь давно прекратился, оставив после себя приятную свежесть. Осенний вечер был в самом разгаре, сумерки опустились на город, зажигались фонари. А Вонг крепко сжимал руль, хотя фары были погашены, а мотор тих. Он никуда не ехал. Стоял на месте. Машину он поставил так, чтобы на неё не попадал свет фонарей. Зато дом декана предстал во всей красе.

Вонг редко брал у отца машину, но он не мог приехать сюда на мотоцикле из соображений предосторожности.

Зачем он сюда приехал?

В этом доме жила милая девушка, лишённая возможности ходить. И Вонг никак не мог избавиться от мыслей о ней. Он нисколько не проникся сочувствием к декану за то, что у него дочь – инвалид. Но он искренне сочувствовал девушке. Такая красивая, добрая и храбрая, а приходится страдать из-за неполноценности. Как несправедливо!

Вонг Кьюнг рос в семье пластического хирурга. Излюбленный и разбалованный своими родителями. Богатство не шибко испортило Вонга. Парень был весёлым и добрым. Бабуля называла его несносным чертёнком. Вонг любил кривляться, и он окажется везде, где хотят посмеяться. Его младший брат был полной противоположностью. Ченни, как прозвал его сам Вонг, с детства был серьёзным и ходил постоянно хмурым. Уголки его губ всегда были опущены вниз. Чтобы изобразить радость, Ченни приходилось хорошо постараться.

Братья ненавидели друг друга, но всё равно стояли друг за друга горой. Особенно, если обоим это выгодно. Вонг часто дразнил Ченни. А Ченни фыркал на Вонга каждый раз, когда тот ребячился.

У Вонга было особое обаяние. Он считался в районе чуть ли не самым красивым парнем. Поговаривали, что папа приложил к этому усилие, но это только в самом начале, когда требовалось заложить семя в чрево мамы Вонга. Лица красивого парнишки скальпель не коснулся.

Ченни с девушками не везло, и нередко он завидовал брату. Как так, спрашивал он себя, родиться от одних мамы с папой и быть настолько разными? Ченни был похож на мать, но она уродиной при этом не считалась.

Несмотря на свои внешние данные и толпы претенденток, у Вонга не было отношений. Он сходил на свидание всего один раз, и тот сам же испортил своим поведением. Джено, его друг, сказал, что Вонгу нужна та, которая примет обезьянничество и не покрутит у виска, когда Вонг начнёт строить гримасы.

Только в данный момент он был серьёзен как никогда. В душе творилось нечто невообразимое. Как же хотелось вновь увидеть ту девушку и поговорить. Но при других обстоятельствах. Без угроз и спешки.

Как бы это устроить? Как?

Пока эта задача виделась ему неразрешимой. Но он что-нибудь всё равно придумает. Например, если покается декану и начнёт с ним дружить.

Поиграв бровями, Вонг улыбнулся сам себе, завёл мотор и покатил домой дразнить Ченни.

Инга

Я металась из угла в угол, заламывая руки. Нервничала. Кусала губы. Хвана отвезли на Рентген, полагая, что у него сломана рука. Как только услышала ещё в машине, что ему вывихнули руку и он её не чувствует, у меня случилась истерика.

– Из-за меня! Это всё из-за меня! – кричала я, рыдая.

Джун вёл автомобиль и не мог по-человечески успокоить. Хван терпел мои вопли до последнего, а потом как крикнул:

– Я жив, окей?

И я замолчала в секунду…

Наконец вернулся Джун. Я рванула к нему.

– Ну что врач сказал?

– Перелома нет. Ему наложат тугую повязку. Думаю, ты больше ничем не сможешь ему помочь. Он позвонил матери, она едет сюда.

Ну да. В присутствии мамы Хвана мне точно делать нечего. Не хватало с ней встретиться. Я же в глаза ей смотреть не смогу!

– С ним точно всё хорошо? – уточнила я.

– Да, – ответил Джун, пристально глядя на меня.

Смутившись, я задёргалась, глаза забегали в разные стороны.

– Что?

– У вас отношения?

– У нас… С кем? С Хваном? Нет! Нет, нет, что ты! Мы просто друзья с недавнего времени.

На секунду показалось, что с души Джуна будто тяжёлый груз свалился. Но потом я решила, что сама придумываю себе то, чего нет на самом деле. Не медля я засобиралась. За окном давно стемнело, а мне нужно было добраться до общаги.

– Пожалуй, я пойду.

– Подожди, Инга. – Джун мягко взял меня под локоть. – После всего случившегося я не могу позволить тебе ходить по городу в одиночку. У меня машина, так что позволь довезти тебя до дома.

Предложение меня устроило. Попрощавшись быстро с Хваном и пожелав скорейшего выздоровления, а заодно извинившись, я последовала за Джуном к его тёмно-синей машине. Так приятно было, когда он открыл для меня дверцу. Никогда ни один мужчина не ухаживал за мной. Ой, что творится в моей жизни! Перемены прямо-таки крутые.

Большую часть пути мы молчали. Небо стало чище, я даже звёзды разглядела. Вероятно, дождя больше не будет. Через щелочку приоткрытого окна поступал свежий воздух, я с упоением вдыхала эту свежесть. Если бы не страшные события, то я вполне могла бы назвать вечер прекрасным.

– Ты голодна? – вдруг спросил Джун.

– Я, – выразительно пожала плечами, – не очень. Дело в том, что стресс всегда плохо влияет на мой аппетит. Сегодня я слишком переволновалась и хочу только спать.

– Завтра придёшь на репетицию? Очень хочу услышать твой голос, – спокойно продолжал Джун.

Я скромно улыбнулась.

– Да я не умею петь толком. Не думаю, что тебе понравится.

– Позволишь мне решить после того, как услышу? – доброта и мягкость в его голосе подкупала.

– Могу напеть кусочек песни, если хочешь.

Джун одарил меня нежной улыбкой.

– Конечно, хочу, – ответил он, а после был сосредоточен только на двух вещах – вёл машину и слушал моё пение. А когда я допела и замолчала, он долго не произносил ни слова. – Трогательно, – наконец услышала я.

– Правда? Тебе понравилось?

– Очень, – почти прошептал Джун. – Тебе не нужно стесняться, Инга. Ты красиво поёшь. Поэтому жду тебя завтра на репетиции. Покажи всем класс.

– Ты всем девушкам делаешь комплименты? – зачем-то спросила я, понимая, что вопрос очень глупый и неуместный. Виноват мой характер. У меня же что на уме, то и на языке.

– Нет, – спокойно ответил Джун и посмотрел на меня как-то слишком уж загадочно, затем добавил: – Только тем, кто действительно нравится.

Растерявшись, я не знала, что ответить. К счастью, мы подъезжали к общаге, и я начала указывать путь к воротам. Джун остановил машину. Двигатель продолжал работать, но фары он погасил, чтобы не привлекать внимания.

– Ты с кем-нибудь встречаешься? – напрямую спросил Джун, застигнув меня врасплох.

Моя рука уже лежала на ручке, но я её вернула на колени.

– Ни с кем я не встречаюсь. Почему тебя это так волнует?

– Хочу позвать тебя куда-нибудь завтра. Наличие молодого человека может всё испортить, поэтому спрашиваю.

– На свидание? – расплылась в улыбке. Мне стало всё это очень интересно. Для человека, который в жизни не ходил на свидания, всё происходящее казалось забавным.

– Для начала пусть это будет дружеская встреча.

– О, тогда я согласна. А куда пойдём? Может…

– Давай устроим пикник? Если хочешь, возьми подругу.

– Леа! Я возьму с собой Леа и её нового бойфренда. Ой…

Джун посмеялся, и я была уверена, что у меня глупое выражение лица. Но пикник – это же здорово!

– Ладно. Я сначала спрошу Леа, а завтра сообщу, что мы решили.

– С нетерпением буду ждать ответа.

Покидая машину, я помахала Джуну рукой. А потом ещё у ворот остановилась, чтобы помахать. И махала так, пока его машина не исчезла с поля моего зрения.

Подпрыгнув, я забежала в холл общежития. Леа, Леа, Леа. Надо немедленно позвонить ей.

Леа

Лапша снова скатилась с палочек.

– Ты не голодна? – спросила мама, и Леа будто очнулась ото сна. Она настолько ушла в свои мысли, что забыла где и с кем находится.

– Нет. Не хочется есть. Перебила аппетит виноградом. – Она поднялась и поклонилась родителям. – Я пойду к себе, если не возражаете.

За весь день Леа ничего не сделала, хотя заданий в колледже им дали достаточно, чтобы не спать до утра. На носу было тестирование, о котором Леа ни черта не задумывалась. Открыв вопросник, она снова ушла в свои мысли. Звонок от Юты (Леа любила это прозвище больше, чем имя Инга) вернул её в реальность.

– Если ты звонишь, чтобы обсудить вопросы к тестированию, то зря потеряешь время. Я ничего не сделала. В голову просто не лезет никакая информация.

– Леа, какие тесты! Тут такое произошло!

– Ты меня пугаешь, – Леа забралась на кровать и подобрала под себя ноги. Слабый голубоватый свет, исходящий от лампы, освещал её бледное лицо. Вопросник с коленей перекочевал на пол.

– Ох, даже не знаю, с чего начать.

– С чего-нибудь придётся начать, Юта.

– Ладно, тогда стартану с главной новости. Впрочем, с этого всё началось. Я была у Эиджи. Отдала ему твоё письмо.

– Ты говорила с ним? – сердце Леа запрыгало в груди. – Как он тебе?

– Первое впечатление было плохим. Он не слишком разговорчив и не пошёл на контакт. Я собиралась высказать тебе всё своё недовольство, обвинить его в чёрствости. Как вообще такого можно полюбить? Он – камень!

– Ты его не знаешь просто.

– Именно! Произошло кое-что. Это изменило моё мнение о нём.

– Юта, не говори загадками.

– Я пошла к Эиджи не одна. Из страха взяла с собой Хвана.

– Этого лузера?!

– Эй! Он мой друг и отлично танцует, между прочим. А про мокрые штаны, если хочешь знать, выдумка и преувеличение. – Инга тяжело вздохнула. – Он в больнице.

– Да ну!

– На нас напали. На него. Я убежала. Решила позвать на помощь, а тут как раз Джун ехал.

– Это кто такой?

– Организатор мероприятия. Я познакомилась с ним сегодня, пока стояла на сцене.

– Ох, Юта, в последнее время чересчур много знакомств с противоположным полом, не находишь?

– Ты слушай! Мы с Джуном подъехали к парку, а там… Угадай кто?

– Мозг не подаёт признаков жизни. Говори.

– Эиджи! Он в два счёта разделался с этими уродами, а потом помог Джуну довести Хвана до машины. Как он их увидел? Откуда узнал, что на нас напали?

Леа улыбалась сквозь слёзы. Её Эиджи. Её герой.

– Он любит по крышам лазить. Просто привычка провожать гостей, наблюдая с крыши, зная, что живёт в неблагополучном районе. Случиться там может что угодно. Хорошо, что ты пошла к Эиджи не одна.

– Он поступил, как самый настоящий мужчина. Я не постеснялась сказать, что ты гордилась бы им.

– Спасибо…

– Эй, ревёшь там, что ли?

– А как сама думаешь? Я люблю его.

Юта вздохнула, не зная, чем успокоить подругу. Решила сменить тему.

– Хван в порядке. Руку вывихнули, но это не страшно. Обещания тех придурков были куда хуже. А Джун… позвал нас на пикник!

– Джун?

– Угу.

– Парень, которого ты знаешь полдня?

– Он очень хороший. Не отказывайся. Бери Со и поедем! Джун и Со Джун. Вау! Думаю, они поладят. И… Хороший шанс для вас.

– А для вас?

Юта притихла.

– Если я не ошибаюсь, тебе понравился Йонгтен, – продолжала Леа. – Или любовь прошла?

– Я просто надеюсь, что Джун возьмёт на пикник Йонгтена, – смущённо объяснила Юта. – Они друзья, насколько мне известно.

Леа долго упрямилась, но поддалась шантажу. «Я пошла к твоему Эиджи. Помоги и ты мне сблизиться с Йонгтеном».

– Ладно. Позвоню Со, а утром дам ответ.

На том и порешили.

Джун

Йонгтен дожидался Джуна в баре. Тот опаздывал, хотя пообещал нигде не задерживаться. На вопрос, где его черти носят, Джун написал: «Еду».

А когда всё же приехал, то выглядел уставшим, но довольным. Оставалось только догадываться, что с ним случилось по дороге.

– Как дела с Ренхо? – первым делом спросил Джун, присаживаясь напротив Йонгтена.

– Плохо всё.

– Поверить не могу, – печально сказал Джун.

– Никто не может. Закажи себе что-нибудь.

– Я голоден. Пришлось отвезти парнишку в больницу.

– Какого ещё парнишку? – удивился Йонгтен.

– Того, с которым ты сегодня танцевал. На него и на Ингу напали.

Йонгтен застыл, желая знать подробности, но при этом не выдавать страха из-за Инги. Он помнил об интересе Джуна и не смел всё испортить. К счастью, Джун подробно рассказал, как всё произошло и добавил, что с Ингой ничего не случилось.

– Этот случай помог мне сделать первый шаг, – улыбнулся Джун. – Я пригласил её на пикник.

– И? Она согласилась?

– Думаю, да. Ответ завтра даст. Она хочет прийти с подругой.

– Не жирно?

Джун рассмеялся.

– Подруга будет со своим парнем.

– Ну, тогда удачи в завоевании.

– Прости, друг, гружу тебя своими радостями, когда в твоей жизни не лучшие времена.

– Переживу как-нибудь. – Йонгтен поднял бокал с вином. – Я рад за тебя.

И Джун был рад за себя. Он уже предвкушал завтрашний вечер и даже не догадывался, что его близкий друг Йонгтен расстроился вовсе не из-за семейных проблем.

Эиджи

«Дорогой мой, любимый Эиджи,

Я очень сильно люблю тебя и скучаю. Ты не представляешь, что творится у меня в душе. Плачу каждую ночь в подушку, думаю о тебе. Даже если не хочу думать, всё равно думаю. Без тебя мне мир не мил, чуть с подругой не рассорилась. Но несмотря на всё это, я хочу забыть тебя.

Пожалуйста, оставь меня и мою жизнь в покое. Не причиняй вреда Со. Он ведь не виноват в том, что нас хотят разлучить. Я не хочу, чтобы он пострадал из-за меня. После разговора с тобой он спросил меня о моём прошлом, и я рассказала про тебя. Теперь он лучше понимает мою ситуацию. Но ты не лезь, прошу тебя. Если любишь меня, если не хочешь моих страданий, просто исчезни из моей жизни. Только так я смогу справиться.

Прости меня и пойми. Леа, увы, уже не твоя».

С минуту Эиджи смотрел на строки в письме, не читая их, затем быстро смял листок и бросил в корзину. Глаза бегали по комнате в поисках какого-то решения. Отказаться от Леа? Слишком просто. Не заставлять её страдать? Взгляд упал на циферблат настенных часов. Это он может.

Быстро надев чистые джинсы и тёплую кофту с капюшоном, Эиджи взял ключ от мотоцикла и вышел во двор. Пахло свежестью, как и в день их расставания.

Нет. Он её не отдаст.

Ровно в два часа ночи, когда город видел сладкие сны, Эиджи постучался в окно её спальни.

Глава 8

Леа

Это было в прямом смысле нападение. Как только Леа открыла окно и впустила Эиджи в свою спальню, сразу оказалась в его объятиях. Одной рукой Эиджи обхватил её талию, а другой за затылок притянул к себе. Их губы столкнулись в неистово жадном поцелуе. Сопротивляться у Леа не было ни сил, ни желания. Почувствовав запах любимого человека, почувствовав его тепло, она поняла, как сильно соскучилась.

Поцелуй затянулся на долгие минуты. Губы горели, но останавливаться никто из них не хотел. Эиджи резким движением прижал ладони к груди девушки, она придвинулась. Он целовал ее так, словно этот поцелуй – последняя его миссия на земле, и он намерен сделать всё правильно, тщательно, чтобы в ней не осталось желания. Опустошить её, выпить её до дна – вот чего хотел Эиджи.

И Леа это чувствовала.

Её руки взъерошили волосы Эиджи. А когда он стал целовать шею, из её горла вырвался тихий стон. В памяти всплыли воспоминания: из первая ночь в каком-то заброшенном доме. Несмотря на абсурдность ситуации и на обстановку, Леа смело отдалась ему и получила огромное удовольствие. Потом они встречались только у Эиджи дома. Его дедушка плохо слышал, и его не волновала личная жизнь внука. Леа он старался не замечать, когда она бывала в их доме. Это устраивало всех без исключения.

– Ты ведь не забыла дорогу в мой дом? – шептал Эиджи.

– Пожалуйста, – тяжело дыша, взмолилась Леа.

– Я повторю вопрос…

– Не забыла.

– Приходи. Или я буду приходить к тебе сюда, а это рискованно, не так ли?

Он смотрел на неё, а Леа прятала взгляд. Но из его объятий не высвобождалась.

– Лучше, если мы забудем друг друга.

– Без борьбы я не сдамся.

– Ничего не выйдет, Эиджи.

Он был категоричен, как всегда, и не уступал.

– Будешь приходить ко мне сама или я не оставлю в покое твоего фейкового бойфренда.

– Эиджи!

Он крепче прижал её к себе, быстрым движением захватил её губы и тут же отпустил.

– Ты хочешь меня. Ты любишь меня. Больше ничего не надо.

– А ты? – неожиданно спросила Леа. Он редко говорил ей о любви. Чаще выражал свои чувства действиями. Ей вдруг стало интересно, что он ответит. – Ты любишь меня?

– Я ведь здесь.

– Хочу услышать.

Эиджи вложил ключик от своего дома в ладошку Леа, облизал губы и пошёл к окну. Запрыгнув на подоконник, он ещё раз посмотрел на девушку. Ему отчаянно хотелось хотя бы ещё раз прикоснуться к ней, почувствовать, как раскроются ему навстречу её мягкие чувственные губы, но надо было уходить.

– Люблю, – шепнул он и спрыгнул вниз.

Послышалось шуршание листвы. Эиджи умел быть тихим и не создал шума громче, чем это сделала бы кошка. В ладошке лежал ключ, но она не собиралась им воспользоваться.

Вонг

Дождь перестал. Мокрые деревья окутал слабый туман, утро было свежим и тёплым. Но Вонг взял с собой куртку на всякий случай. Перед выходом из комнаты ещё раз взглянул на себя в зеркало, поправил тонкие чёрные прядки, состроил рожицу, затем вышел.

Ченни вышел в коридор одновременно с Вонгом.

– Выглядишь не выспавшемся, – брякнул Вонг. – Неужели ходил на свидание? А, прости, то был секс по телефону… за деньги.

– Зато ты, как всегда, выглядишь на все сто: смазливая мордаха, гель на волосы и гигиеническая помада.

– Завидуешь?

Уголки губ Ченни опустились сильнее, когда он попытался усмехнуться.

– Я позавидую тебе лишь тогда, когда увижу тебя в…

Звонок в дверь оборвал фразу Ченни. Оба парня выжидательно уставились вниз, но не спускались, пока служанка не сообщила, что пришли из полиции. Ченни тут же повернул голову к Вонгу. Тот засвистел в сторону.

– Не удивлюсь, если моё желание исполнится.

– Хм. Спишь и видишь, как от меня избавиться? – Вонг скрутил дулю, сунул её Ченни под нос, а потом щёлкнул пальцами, чем напугал брата. Вонг рассмеялся. – От меня не отделаться, как и от клеща, впившегося в голову.

Спускаясь в холл, Вонг не выдавал своих истинных чувств. Он смеялся, дразнился, кривлялся, а сам понимал, что влип по самые уши. И Ченни, как назло, поплёлся за ним.

– Чем могу помочь? – спросил Вонг, поздоровавшись с полицейским, одетым в деловой костюм.

– Вонг Кьюнг?

– Он самый.

– Я хочу задать вам пару вопросов. Ничего серьёзного, просто ваш мотоцикл был замечен в районе, где недавно произошёл взлом. Хозяин дома утверждает, что ничего не украдено, но желает оштрафовать тех, кто незаконно влез в его дом и напугал больную дочь.

– Мой мотоцикл не влезал ни на чью территорию, – ляпнул Вонг, просто не удержавшись от шутки.

Полицейский запнулся. Ченни спрятал улыбку в кулак. Вонг сохранял при этом серьёзный вид и не улыбался.

– Э… Где вы были в воскресенье с полуночи до трёх часов ночи?

– Катался на мотоцикле с друзьями. Я же не знал, что эта железяка что-то задумала.

– У вас была определённая цель?

– Да. Мы не давали людям спать, с шумом гоняя по улицам. Оштрафуете?

– Нам известно, что вы учитесь в колледже, где работает хозяин дома.

Вонг отвечал, ни секунды не раздумывая.

– В этом что-то есть. Определённо, Ватсон. Ой, простите, – Вонг откашлялся. – У вас закончились вопросы или арестуете мой мотоцикл?

– Вонг, угомонись, – не выдержал Ченни, затем обратился к полицейскому: – Извините его. Он в детстве стукнулся головой, поэтому немного не в себе. Мы его к психологу водим.

Если Ченни выгораживал брата, значит, что-то надо от него – Вонг это быстро смекнул. Проводив полицейского и пообещав позвонить, если появится какая-нибудь информация, Ченни вернулся в холл и спросил:

– Что ты опять натворил?

– Ничего, – будничным тоном ответил Вонг. – Если не считать дохлой крысы в твоём унитазе.

– О чём ты?

– О том, что надо знать, что случается с крысами, которые суют свой нос не в свои дела и докладывают совершенно ненужную информацию главе семьи.

Бросив Ченни намёк, Вонг покинул дом. В колледж он сразу не поехал. Решил заглянуть к Джонни и поинтересоваться, не заглядывали ли к нему полицейские.

– Нет, – удивился Джонни. – А к тебе?

– Да. Они обнаружили мой мотоцикл в районе, где живет декан и решили задать вопросы. Нам грозит штраф, если докажут, что мы вломились на территорию декана.

– Я звонил Дону. Попросил с батей перетолковать по поводу нашего случая. Не волнуйся ты так! Никто не докажет, что мы влезли в дом. Мотоциклы в районе – пф! Подумаешь!

– А если девушка заговорит?

– Ну, до сих пор ведь не заговорила.

Вонг вздохнул. Был бы у него хотя бы один шанс с ней увидеться и поговорить. Хоть бери и снова лезь в этот проклятый дом.

– Джонни, я хочу встретиться с этой девочкой.

– Чего? – вскрывая пакет с чипсами, он едва не вывалил содержимое на пол.

– Я серьёзно. Джено тогда её припугнул, но я не хочу, чтобы она думала о нас плохо.

– Что я слышу? Да ещё и Вонг это говорит! У тебя температура? – Джонни приложил ладонь ко лбу парня. – Да ты кипишь! От любви ли?

– Перестань, – уклонялся Вонг.

Джонни издевался, потому что не понимал истиной причины желания Вонга. В первую очередь он хотел заверить девушку, что угроза Джено не имеет веса, и никто не причинит ей зла. А потом бы познакомился с ней поближе, стараясь сильно не дурачиться. В ту ночь она выглядела не просто испуганной, но грустной, и Вонгу очень хотелось бы развеселить её. Джонни, однако, ничего не подсказал. И вновь Вонг подумал о том, чтобы покаяться декану в содеянном.

– С дуба рухнул? – услышав это, пискнул Минки. – Как ты себе это представляешь? Думаешь, декан сразу тебя на чай пригласит?

Джено жевал зубочистку, сидя на подоконнике. Между лекциями они втроём всегда уединялись в любимом уголке на четвёртом этаже. Он слушал их вполуха, мысли были заняты другим. Взгляд был направлен на пустую сцену внизу.

– Но раз он полицию подключил, то рано или поздно они что-то накопают, – продолжал Вонг. – А так, будет шанс не привлекать родителей. Я вас не сдам, не волнуйтесь. Скажу, что сам влез.

– Это из-за той девчонки, да? – неожиданно спросил Джено.

– Нет. Совесть замучила, – соврал Вонг, боясь новых издевательств. Хватало ему подкалываний Джонни.

Мимо проходил Вин Ченг в компании светловолосого парня, который насквозь пронзал своим взглядом каждого из них. Вонг передёрнул плечами, чувствуя, что не просто так этот человек на них таращится. Минки поздоровался с Вином и задал пару вопросов по поводу расписания. Вонг искоса поглядывал на незнакомца, тот упрямо таращился в ответ.

Когда они продолжили путь, Вонг спросил:

– Вы тоже это заметили?

– Нет. О чём ты?

– Тип тот пялился на нас очень странно, Минки.

– Не знаю. Не заметил.

– Кто он вообще такой? – чесал свою шевелюру Вонг.

И тут Джено выдал:

– Я эту рожу видел в доме декана на фотографии.

Какой наблюдательный друг есть у Вонга! Вот и ответ нашёлся: родственник декана. И этот родственник явно о чём-то догадывается. Надо срочно каяться, решил Вонг.

Тхэян

– Что ты можешь сказать о тех трёх ребятах? – спросил Тхэян, как только они отошли от Вонга и его друзей.

– Обычные ребята. Из обеспеченных семей, очень дружные и, кстати, отличаются хорошим воспитанием. А что?

– Воспитанные и обеспеченные, говоришь?

– Да. Минки, с которым я разговаривал, сын директора предприятия. Очень умный парнишка, хорошо учится. Чуть ли не лучший среди одногруппников. Чжэ Хань – тот, что сидел на подоконнике, из семьи стоматологов. Знаешь же стоматологию «Сыкчонг Донг»? Вот, – после кивка Тхэяна сказал Вин, – это их клиника. Ну и Вонг, сын пластического хирурга, самый весёлый и доброжелательный парень.

– Очень положительная характеристика для… впрочем, не важно. Я к тебе вот зачем пришёл… Как и обещал, я нашёл человека, который проучит твою девушку.

Они вошли в кабинет Вина. Он был очень тесный с одним столом и книжным шкафом, но Вин довольствовался собственным рабочим местом, пусть и временным.

– Это брат Юны, моей невесты.

– Быстро ты, – занервничал Вин.

– Не волнуйся. Йесон не станет крутить с ней роман по-настоящему. Встретится пару раз, а потом подстроим так, что она увидит его с другими девушками.

– И это будет наказанием?

– А почему нет? Пусть увидит, что не она одна так поступает.

Вин задумался. Очень не хотелось обижать Розанну, но другого выхода не было, ведь девушка продолжала звонить ему, и Рю Яну писала. И с Минхо буквально час назад он её видел, воркующую и ласковую.

– Окей. Попробуем.

– У Йесона есть условие.

– Какое?

– На мероприятие приедет Кун Гхон и его жена Эшли Квон, режиссёр и сценарист. Он уже прознал о том, что она будет подбирать кадры для нового фильма. Ему нужна роль.

– И как я это сделаю? – возмутился Вин.

– Ты же с Джуном хорошо общаешься. Поговори с ним и предложи кандидатуру Йесона. Он, кстати, на актёрском учился. Актёр. Понимаешь, о чём я? Он хорошо сыграет свою роль.

Тяжело вздохнув, Вин сел.

– Вот это задачка… Ладно, попробую. Как мы их познакомим?

– Я уже всё продумал.

Усевшись напротив Вина, Тхэян принялся излагать свой план.

Инга

Подходя к сцене, я уже чувствовала, что что-то не так. Из колонок доносилась приятная классическая музыка. На сцене уже репетировали студенты второго курса. Вроде атмосфера та же, но сердце чувствовало, что чего-то не хватает.

Несмело поднявшись на сцену, я замерла. За пультом стоял какой-то другой человек, а Йонгтена нигде не было видно. Сердце так и подпрыгнуло в груди. Горькое чувство разочарования начало наполнять меня – я была уверена, что встречу сегодня Йонгтена и, может быть, мы продвинемся в нашем общении. А теперь и петь расхотелось.

Хотела уйти, но меня заметил Ли Кали.

– Эй, Инга, привет! Ты на репетицию? Или ищешь кого-то? – он догадывался, что я могла искать Джуна. Но о нём я не думала в эту минуту.

– А где Йонгтен?

– О. Его не будет пару дней. С его братом случилось несчастье, он должен был уехать.

– О Боже, – прикрыв ладошками рот, вскрикнула я. – Надеюсь, он не…

– Его брат в больнице. К счастью, всё не так печально, как мы подумали сначала. Скоро Йонгтен к нам вернётся. Дать микрофон?

– Э… нет, я не буду сегодня репетировать. Горло першит, – уверенно соврала я и решила поскорее ретироваться, но стоило развернуться, как наткнулась на мужскую грудь. Взгляд уткнулся в маленькие пуговички белоснежной рубашки, и я уже знала, кто стоит передо мной. Подняв голову, я улыбнулась. – Привет.

Джун одарил меня взаимной улыбкой.

– Рад, что ты пришла.

– Да, – я обернулась, но Ли Кали уже отошёл и разговаривал с другими участниками мероприятия. Помощи искать не у кого. – Только петь не буду. Горло першит сегодня.

– Надеюсь, это не простуда? – обеспокоенно спросил он.

– Не думаю. Такое у меня иногда случается, когда много говорю, а сегодня мне пришлось представлять проект.

Мимо нас проходили люди, и я постоянно отвлекалась или просто-напросто пыталась избежать взгляда Джуна. А он смотрел так пристально, что мне становилось не по себе. Я хорошо запомнила его слова о том, что он делает комплименты только тем, кто ему нравится. Возможно, в этом причина моей робости.

Мы спустились со сцены и медленно пошли по дорожке к воротам.

– Ты спросила подругу? Я всё ещё жду ответа.

– О! Я и забыла! – я и правда забыла про его приглашение, а во всём виновата Леа со своим рассказом о том, что произошло с ней посреди ночи. Эиджи тот ещё перец! Я поняла это по его поведению: не станет он кого-то слушать, а сделает всё по-своему. Есть только его мнение. И только его желания. «Спрячь этот ключ у себя, – попросила Леа, – иначе я пойду туда». Я не взяла ключ. Надо быть дурой, чтобы заупрямиться, потому что он придёт к ней снова. А если однажды родители заметят? Здесь я даже не знала, что посоветовать. Мы обе были в растерянности. Джун ждал, что я предприму, пришлось вызванивать подругу. – Она сейчас подойдёт. Какое счастье, что ещё не ушла.

Леа пришла быстро. С ней был Со. Ну точно судьба!

– О, она как раз со своим парнем. Сейчас обо всём и договоримся! – обрадовалась я.

На пикник очень хотелось поехать. Я обожала вылазки на природу. А нам с Леа необходимо было отвлечься от учёбы, от навалившихся проблем и избавиться от однообразия.

Джун и Со обсудили важные вопросы, договорились о месте встречи. Эти двое быстро нашли общий язык, словно давно были знакомы. Я считала, что с таким подходом вечер обязательно должен пройти весело и легко. Леа, как и я, тоже была в предвкушении.

– А этот Джун симпатичный, – сказала она, когда мы позже созвонились с ней. – Такой элегантный, статный и, по-моему, он добрый. У него глаза добрые.

– Не уговаривай. Я рассчитываю на дружбу с ним, потому что только так я смогу приблизиться к Йонгтену.

– Этот Йонгтен не особо проявляет к тебе интерес, Юта. Мне кажется, тебе стоит обратить внимание на Джуна. Он правда лапушка! Вот пока не увидела и не пообщалась, я относилась к нему скептически.

– У Йонгтена беда в семье. Ему не до меня. Что-то случилось с его братом, и я за него как-то немного переживаю.

– А что случилось?

– Не знаю точно. Сегодня попробую спросить у Джуна.

Леа помолчала, затем сказала:

– Слушай, если ты хочешь закрутить роман с Йонгтеном, то, может, не нужно тогда заводить дружбу с Джуном? Он вроде как намерен сблизиться с тобой.

– Мероприятие уже в субботу, Леа. Потом сцену разберут, и Йонгтен больше не появится на территории колледжа. Подумай сама, если я не смогу до субботы с ним встретиться на нейтральной территории, то больше шанса у меня не будет.

– И тогда на помощь придёт Джун?

– Именно. Дружба с ним сблизит меня с Йонгтеном.

– Смотри только не наломай дров. Своим невинным планом ты можешь разбить человеку сердце, – сделала вывод подруга.

– Обещаю, что буду осторожна.

– Не обещай. А знаешь почему? Потому что у тебя ещё не было настоящих отношений. Ты целовалась с мальчиками?

– Э… в школе было дело, но не по-настоящему.

– О чём и речь! Тебя может захватить интерес. Все мы мечтаем попробовать хоть раз, а когда другого варианта нет, мы хватаемся за то, что имеем в данный момент. Надеюсь, ты уловила мою мысль.

Леа говорила правду. Я мечтаю о настоящем поцелуе, и если подвернётся шанс попробовать его, то я вряд ли буду сопротивляться. Конечно, с кем угодно целоваться я не стану, но если человек мне симпатичен, то… а Джун приятный.

Розанна

Чёртов На Минхо! Сначала согласился прогуляться с ней до района Чхондам, а в последний момент планы вдруг изменились. А ей так хотелось, чтобы он поучаствовал в подготовке к её дню рождения. У Минхо был хороший вкус. Однажды он помог выбрать подарок для её двоюродного брата, который был в восторге, увидев кожаное портмоне от известной марки. На Минхо тогда сказал, что взял бы такое, если бы выбирал для себя. Ей нравилось ходить с ним по магазинам, потому что он всегда принимал участие, а не стоял в сторонке, как Рю Ян, например.

Раздражённая она пошла к лестнице, уронила сумку, с психом собрала вывалившиеся вещи. А сама думала: что же делает не так и почему её дорогие сердцу кавалеры внезапно начали её избегать.

Всё, решила Розанна, больше она не станет их куда-либо звать, писать и названивать. И только она об этом подумала, как увидела Вина и расплылась в улыбке.

– Давно не виделись, – сказала она, когда он подошёл к ней.

– Я искал тебя. Есть просьба, вернее, даже не просьба, а предложение.

Вин держался от неё на расстоянии, но Розанна не пыталась проявить себя.

– Что за предложение?

– Когда мой друг спросил, могу ли я помочь, я сразу вспомнил о тебе.

– Вот как? Любопытно даже.

Вин пригласил её в свой кабинет. Девушка тут же устроилась за его столом, а сам Вин отошёл к окну, находящемуся между столом и книжным шкафом.

– Мой друг – сын нашего декана. Мне кажется, если ты проявишь себя перед ним, то заработаешь репутацию. Я тобой очень дорожу, и мне кажется, ты заслуживаешь признания и уважения.

Эти слова придали Розанне уверенности. Она широко улыбнулась.

– Если это в моих силах, то…

– Конечно! У моего друга есть сестра Карина. К сожалению, она инвалид. Не ходит. Но зато она хорошо рисует и хочет помочь с декорациями для грядущего мероприятия. Помню, ты говорила, что владеешь корейской каллиграфией. Не могла бы ты ей помочь? Все плакаты потом принесёшь мне.

– С удовольствием, – воодушевилась Розанна. Наконец-то в ней действительно нуждались. – Когда нужно приступать?

– Сегодня пойдёшь в их дом. Я дам адрес. – Он принялся что-то писать в телефоне, при этом говорил. – Я бы пошёл с тобой, но перед мероприятием меня завалили работой.

– Не волнуйся. У меня ведь машина. Попроси своего друга сбросить мне локацию, и я быстро найду дом декана.

Клюнула рыбка на крючок. Вин внутри себя улыбался. Какое счастье, что Карине действительно нужна была помощь с каллиграфией.

Вонг

Вонг топтался перед дверью в кабинет декана. Он знал, что тот ещё никуда не ушёл, но войти не решался. Джено и Минки разозлились на него за это решение, но Вонг хотел избавиться от груза и наладить отношения с человеком, являющимся отцом девушки, которая запала в душу парня.

Подняв кулак для стука, он замер. Губы были сжаты. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Надо было собраться.

Раз, два, три…

Он постучал.

– Войдите! – крикнули за дверью.

Вонг вошёл, дико волнуясь.

– О, Вонг Кьюнг! Заходи, заходи.

– Я… пришёл поговорить.

– Ну, слушаю, – деловито сказал Мун Пак Кимчи. Декан уже догадывался, что парнишка ему скажет. Всё слишком очевидно.

– Это был я, – быстро произнёс Вонг, сглотнув. – Я влез в ваш дом, чтобы найти тетрадь. Просто потому, что положил туда важное письмо из банка для отца. Я ничего не украл и вашу дочь не пугал, клянусь.

Пак Кимчи потирал подбородок, но ничего не говорил.

– Можете оштрафовать меня как угодно, только… родителям не говорите.

– А друзья твои?

– Они в этом не участвовали. Тетрадь моя, я и лез за ней. – Вонг склонился. – Прошу прощения.

То, что произошло дальше, стало для Вонга полной неожиданностью.

Глава 9

Инга

Мы приехали в деревенский домик, чего я совершенно не ожидала. Вокруг тишина, запах мокрой листвы, запах леса и древесины. Место умиротворяло, мысли становились связными и ясными. Здесь я хотела отдыхать.

Внутрь домика мы зашли лишь для того, чтобы взять посуду и некоторые принадлежности для того, чтобы разжечь мангал. Мы с Леа надели куртки, поскольку вечер был прохладным. Со надел шапку, но длинные пряди волос выглядывали, создавая ему образ хулиганистого мальчишки. В этот вечер он много шутил, рассказывал смешные истории про свою собаку. Джун практически не говорил. Он был занят мясом, но иногда выдавал короткие реплики.

Мы с Леа попытались поиграть в бадминтон, но получалось очень плохо. В конце концов, мы уселись на скамейку и принялись готовить рамен на горелке. Еда получилась очень вкусной. Мы то и дело мычали, пробуя то одно блюдо, то другое. Джун приготовил просто волшебно вкусное мясо, а лапша на горелке получилась такой вкусной, что я даже добавки взяла.

Осенью темнело быстро. Джун включил фонари, что были установлены во дворе. Некоторое время мы ещё болтали, а потом Со обнаружил вдалеке озеро и предложил Леа прогуляться. Я забеспокоилась, потому что не желала оставаться с Джуном наедине. До сих пор всё шло просто превосходно и ничто не волновало меня. Я не знала, о чём мы с Джуном будем говорить. Боялась предстоящего разговора. Этот парень очень сдержан, но он умел быть настойчивым, а это пугало.

С грустью я наблюдала за тем, как Леа и Со удаляются от нашей беседки. Вздохнув, я съёжилась у печки, обняла колени и положила на них голову. Я слышала шуршание одежды. Джун прибирал со стола, а потом вдруг мне на плечи легло одеяло.

– Холодно, – сказал Джун, присаживаясь рядом. – Не хочу, чтобы ты заболела.

– Я крепкий орешек, – тихо ответила, думая о Йонгтене. Некоторое время мы молчали, глядя на тлеющие угольки в печке. – Джун?

– Да?

– Я слышала, что у Йонгтена с братом приключилась беда. Что-то серьёзное?

– Ренхо слишком ранимый парень. Рано или поздно этого следовало ожидать, но никто всё равно не ожидал. – Джун грел руки у огня, на меня он не смотрел. – Безответная любвь, разбитое сердце… Ему двадцать три. Не маленький, а задумал перерезать себе вены. Йонгтен его очень любит, поэтому тяжело воспринял новость.

– Его же спасли?

– Да, но парень находится в плохом состоянии.

– Жаль Йонгтена.

– И мне жаль. Но такова судьба. Важно то, что Ренхо жив. Я давно советую перевезти его в Сеул, где он не будет думать о той девушке. У Йонгтена достаточно средств, чтобы содержать брата. И квартира большая в центре города.

– А почему Йонгтен до сих пор не сделал этого, раз это выход?

– Ренхо упрямится.

Джун подкинул дров в печку, и присел поближе, освещаемый языками пламени, слушая, как осенний ветер шуршит и свистит в высоких деревьях вокруг беседки. Нос его стал красным от холода, и это делало его по-детски милым.

Невольно я засмотрелась на него. И он это заметил…

Розанна

Дом декана Мун Пака Кимчи найти было легко. Розанна хорошо ориентировалась в городе и без навигатора. Достаточно было одного взгляда на локацию, чтобы понять, куда ехать. Розанна была девушкой ветреной, но при этом умной и находчивой.

Ей открыл Тхэян. После звонка Вина он ждал девушку.

– Ты Розанна?

– Да. Я приехала помочь Карине.

Тхэян был приветлив и сразу же проводил её в гостиную.

– Подождёшь? Я предупрежу Карину.

– Конечно, – ответила Розанна, присаживаясь в кресло и поглядывая на молодого человека, который сидел в кресле напротив, читая какой-то журнал. На столике перед ним стояла чашка с кофе.

Ничуть не смущённая присутствием незнакомца, Розанна достала зеркальце и губную помаду, чтобы подправить макияж. Парень обратил на это внимание.

– Вы и так очень красивая, – сказал он. – Мне всегда казалось, что натуральная красота – это сила, которой девушки должны пользоваться.

– Я смотрю, вы ценитель прекрасного, – принялась кокетничать Розанна.

– Когда передо мной идеал, удержаться сложно. – Парень отложил журнал и встал, чтобы протянуть девушке руку. – Йесон.

Розанна не растерялась и пожала руку в ответ, назвав своё имя.

Йесон снова сел.

– Кофе?

– Нет. Я пришла по делу.

– А когда можно будет выпить с такой красивой девушкой кофе? – пошёл в наступление парень, заранее зная, что она соблазнится на такое предложение. – Я ведь не слишком настойчив?

Широко улыбаясь, Розанна отбросила свои кудри за спину и сделала вид, что сомневается. Но отказать симпатичному парню побоялась. Когда ей ещё представится возможность с ним встретиться?

– Пожалуй, мы сможем попить кофе за пределами этого дома. Завтра, например, – сказала она.

Дальше пошёл обмен номерами телефонов. Они договорились о месте встречи, и только тогда Тхэян вылез из своей засады и пригласил Розанну к Карине.

Йонгтен

Уставший с дороги Йонгтен сразу отправился в больницу к брату. Ренхо спал, пока по трубке в него вливалось лекарство. Перебинтованные запястья лежали поверх одеяла. Йонгтен на секунду прикрыл глаза, подумав, что открыв их снова, эта невзрачная картина исчезнет. Но ничего не изменилось. Ренхо сделал это с собой.

Взяв в углу стул, он тяжело присел и долго смотрел на младшего брата.

Йонгтен и Ренхо были дружны с самого детства. Они были похожи внешне и по характеру. Оба весёлые и общительные. Оба любили одинаковую музыку, одни и те же блюда. Йонгтен не ел фрукты, и Ренхо тоже их терпеть не мог. Йонгтен увлёкся рисованием, и Ренхо попробовал. Они не соревновались, а всего лишь старались не отставать друг от друга. Ренхо хотел походить на старшего брата, поэтому, когда Йонгтен обесцветил свои волосы, Ренхо сделал то же самое, только он почти выбелил их, а волосы не стал отращивать сильно.

Единственное их отличие заключалось в наличии любовных отношений. Йонгтен был свободен от отношений. И теперь, когда ему понравилась Инга, ничего не светило. Но Ренхо напоролся на безответную любовь, которая в конце концов привела его на больничную койку. Нельзя сказать, что Ренхо просто бегал за девчонкой. Они встречались, но как оказалось, она поиграла с ним и выбросила, а парень страдал.

За окном загорелся закат, когда Ренхо проснулся. Увидев Йонгтена, он улыбнулся.

– Я дурак, да?

– Рад, что ты это понимаешь.

– Не знаю, что на меня нашло.

– А я знаю. Ты выпил лишнего, а потом крыша поехала. Чудак ты, Ренхо. Ужасно всех напугал! А ведь ей плевать.

– Я и сам это понимаю, – улыбка парня растаяла, он облизал пересохшие губы. – Чем искупить свою вину?

– Сделать так, как я скажу, – серьёзно сказал Йонгтен, поймав момент. – Немного поправишься и переедешь ко мне. Сейчас я готовлю мероприятие в пристежном колледже Чоннам.

– О, я слышал о нём. Только это университет.

– Все его колледжем называют. Но не в этом суть. Переведём тебя туда. Мне кажется, это то, что тебе нужно, братишка.

– Быть под твоим наблюдением?

– Если хочешь, то да. Мама не перестаёт пить успокоительные. Подумай о ней. Со мной тебе будет лучше, а ей спокойнее. Помни, что кроме неё, у нас больше никого нет.

Ренхо долго упрямился, но в итоге согласился. Вздохнув с облегчением, Йонгтен поехал домой к матери и обсудил с ней все необходимые нюансы, касающиеся переезда Ренхо и перевода в Чоннам. Возможно, удастся попросить Ингу присматривать за его братишкой. А ещё это шанс иногда с ней встречаться. Пусть она будет вместе с Джуном, но смотреть на неё никто ведь не запретит.

На следующее утро Йонгтен намеревался заняться перевозкой вещей Ренхо.

Леа

Поверхность озера потемнела и стала гладкой, как стекло. Вдали на ней дремали лодки, ожидая рыбаков. Воздух холодный и тяжёлый, пахло дождём.

Леа и Со шагали по сырому песку вдоль берега, наслаждаясь природной тишиной, которую так редко можно было услышать в городе.

– Я благодарен тебе за этот вечер, – заговорил Со. – Даже не думал, что мы сможем так сблизиться. И подруга у тебя милая, добрая. Рад знакомству с Джуном. Нет, правда, мне очень понравился вечер.

– Спасибо Юте – это она позвала нас.

Со вдруг остановился, и Леа последовала примеру. Ветерок раздувал её светлые пряди, выглядывающие из-под капюшона. Носик её покраснел, она то и дело шмыгала, но Со нравилась Леа именно такой: маленькой и естественной.

Когда-то у него был неудачный опыт. Он встречался с коллегой по работе, хотел жениться на ней, но в какой-то момент понял, что её заботила репутация больше, чем чувства Со, и он вынужден был порвать с ней. У Леа не было никакой цели. Она пыталась справиться с прошлым и привыкнуть к настоящему, что прельщало Со больше. Если однажды Леа полюбит его, то это станет большой наградой.

– Ты… разговаривала с тем парнем?

– Нет, но можешь не волноваться, он больше не потревожит тебя. Юта поговорила с ним и передала мою просьбу не лезть в мою жизнь, – говорила Леа, а сама дрожала, вспоминая их с Эиджи долгий поцелуй минувшей ночью. «Без борьбы не сдамся», – звучал его сладкий голос. И ключик всё ещё лежал в надёжном месте. – Я правда хочу его забыть и встречаться с ним не собираюсь. И тебе не стоит его бояться, Со.

Со стало вдруг обидно.

– Я не боюсь его, Леа. Просто тогда я не был готов и не знал, кто он такой. Понимаешь, у меня могут быть враги посерьёзнее. Если он снова придёт ко мне, поверь, я знаю, что скажу.

Леа пожала плечами, не желая знать, какие мысли в голове у Со. Зная Эиджи, она с точностью могла сказать, что если он захочет, переплюнет разом десятерых врагов. Эиджи мог быть милым, нежным и, если доведётся увидеть его улыбку, она пленит в мгновение ока. Но он может быть страшным противником и не боится ничего. Его бесполезно запугивать – дохлый номер. Эиджи в ответ запугает так, что мало не покажется.

– Холодно, – сказала она, отвернувшись от ветра.

– Хочешь вернуться?

– А ты хочешь согреть?

– Если обниму, то согрею, – кокетничал Со, подбираясь к Леа ближе. Руки уже лежали на талии девушки. Не встретив сопротивления, он притянул её к себе. – Могу я попробовать?

– Попробуй, – тихо произнесла Леа, подставляя губы для поцелуя. Ей хотелось верить, что таким образом она сможет переключиться. Но ничего подобного не произошло. Поцелуй Со оказался мокрым и неприятным. Это не то, чего она хотела. И хотя всеми силами пыталась отвечать взаимностью, водила руками по его щекам и шее, но удовольствия не получала. Появилось желание оттолкнуть парня.

А потом почувствовала вибрацию в кармане своей куртки. Она специально не включила звук на телефоне, полагая, что Эиджи посмеет позвонить или написать. Сердце подпрыгнуло от мысли, что это он. Но Со рядом. Как прочитать?

– Со?

– Да, – шепнул он, взволнованный и заинтригованный происходящим.

– Принеси плед. Посидим немного на песке у озера.

– Холодно же!

– Не теперь, – она подмигнула ему и улыбнулась. – Давай, а я здесь подожду.

К счастью, Со исполнил её желание и убежал. А она тут же извлекла телефон. Сообщение было от Эиджи, и оно гласило: «Жду тебя сегодня».

Вонг

Признание принесло свои плоды, причём немедленно. Вонг совершенно не ожидал, что декан сразу же прикажет ехать с ним. Но ещё больше удивился, когда они подъехали к его коттеджу.

– Зачем мы сюда приехали? – несмело спросил он, хотя его захлестнуло волнение. В доме та девушка, и они могут встретиться в любой момент.

– Ты просил оштрафовать тебя как угодно, я это и собираюсь сделать, – ответил Пак Кимчи, загадочно улыбаясь.

Вонг сглотнул.

В душу закрался страх, и только мысли о девушке придавали сил. Пройдя мимо дома, они свернули на задний двор и прошли к маленькому белому домику. Декан с большим усилием отварил железную дверь. Она не поддавалась из-за насыпи.

– Вот, – сказал он, указывая на небольшую щель, – этот сарай давно следует разобрать. Хлама за многие годы накопилось предостаточно. Это твой штраф, чтобы впредь не вздумал влезать в чужие дома. Временем не ограничиваю. Приходи когда захочешь и возись здесь сколько хочешь. Можешь привлечь друзей, и им полезно будет.

Не веря своему счастью, Вонг с минуту не шевелился. Приходить сюда, чтобы работать в сарае? Да запросто! Настолько приблизиться к встрече с девушкой в инвалидном кресле он и не надеялся. Удача ему улыбнулась, а он улыбнулся декану.

– Я сам здесь всё уберу! Могу хоть сейчас начать.

Декан посмеялся.

– Какой прыткий! Нет, сегодня езжай домой, а завтра приступишь. Сейчас инструментов нет. Сначала попрошу Тхэяна подготовить тут всё для тебя. И имей в виду, в дом я тебе запрещаю соваться. Сад и сарай – твоё рабочее место.

Дожили! Сын пластического хирурга будет разгребать сарай. Если бы не девушка, вряд ли Вонг на это согласился бы. Друзья точно засмеют. А Ченни устроит праздник ради такого случая – брат возится в мусоре. Мусорщик! Вонг тряхнул головой, сбрасывая эти мысли. Всё же появился шанс. Стоило рискнуть.

Инга

Джун поймал мой взгляд, и у меня вдруг неожиданно забилось сердце с удвоенной силой. Столько нежности было в его тёмных глазах. Он не улыбался, был серьёзен и, мне показалась, печален.

Не было произнесено ни слова, мы просто смотрели друг на друга, когда из леса прибежал Со и спросил у Джуна, где взять плед. Я потуже закуталась в свой и со смешком поинтересовалась:

– А Леа бросил в темноте одну?

– Она послала меня за пледом, – суетливо бросил Со, осматриваясь.

Джун спокойно сказал:

– В доме есть, возьми. Там много.

– Окей, – протянул Со, и я заулыбалась.

В эту минуту он был таким смешным в своей шапочке, неуклюжий и весёлый. Леа, должно быть, отлично проводит с ним время. Эиджи и Со такие разные, но я отдаю предпочтение Со. Он мне искренне нравится. От Эиджи исходит холодок, от которого невольно съёживаешься. А Со светлый человек во всех смыслах этого слова.

Как только он нашёл плед, снова убежал через рощу к озеру. Я посмеялась.

– Он такой забавный!

– Да, у тебя хорошие друзья, – сказал Джун, затем похлопал по месту рядом с собой. – Садись сюда. Тут тепло. Мне не хочется, чтобы ты простудилась.

Без лишних колебаний я примостилась рядом с Джуном. Около печки правда было теплее, я подставила ладошки к огню. Краем глаза я заметила пристальный, изучающий взгляд Джуна, и вновь что-то внутри всколыхнуло. Мне был приятен Джун, но я не хотела допускать мысли, что между нами может что-то произойти.

Чтобы разрядить обстановку, я решила найти тему для разговора.

– Расскажи о себе.

Джун отвёл взгляд к огню и слабо улыбнулся. Смущение ему к лицу – смягчает черты и делает его милым.

– Что ты хочешь знать?

– Всё.

– Я менеджер. Занимаюсь составлением бюджета нашей компании, распределяю финансы между проектами, иногда организую мероприятия. Я молод, и ещё только учусь, но получается хорошо.

– Сколько тебе? – спросила, зная, что у корейцев это вполне обыденный вопрос.

– Двадцать шесть.

– Ты старше меня м-м-м… всего на три года? Ух ты! И почему я ещё не менеджер?

Мой вопрос рассмешил его, и я наконец увидела его широкую улыбку и обратила внимание на зубы. Все они были ровные, словно под линейку росли, однако, верхние клыки чуток выпирали заострёнными кончиками. Нет, он вовсе не напоминал вампира. Это было просто, естественно и красиво. Улыбка парня очаровывала. А в особенности ямочка на левой щеке.

– Ладно, про работу не интересно. Расскажи что-нибудь ещё.

– Ну… – снова смутился. – Я живу один в собственной квартире. Родителей у меня нет. Вообще никого нет, кроме друзей. Люблю музыку. Умею играть на гитаре и пианино.

– Вау! А почему до сих пор не на сцене?

– Это не моё. Да и поздно уже строить карьеру. В двадцать лет был моделью ради разнообразия, но и это всего лишь забава.

– И у тебя есть профессиональные фотографии?

– Есть.

– Покажи! – потребовала я, заинтересовавшись.

Джун достал телефон, чуть придвинулся ко мне и показал несколько наикрасивейших фотографий. Я открыла рот, увидев его на обложке «Эль» в желтых брюках и распахнутой кожаной куртке с голым торсом. Мамочки! Он был шикарен!

– Очень красиво, – скромно выразила своё мнение, но это от того, что засмущалась. – Не думала, что…

– Я мог быть моделью?

Мы снова уставились друг на друга. Я первая отвернулась.

– Давай поиграем в вопрос-ответ?

– Давай.

– Любимый Диснеевский фильм?

– «Красавица и чудовище». Твой?

– Ты будешь смеяться. Это «Рапунцель».

– Что смешного в том, что девушка любит сказки про принцесс?

– Не знаю. Этот фильм несёт мало смысла. Любимый герой из «Мстителей»?

– Капитан Америка.

– А я Локи люблю. А какую суперсилу ты бы хотел иметь?

– Сложный вопрос. Телепортироваться, наверное. Ты не на журналиста учишься?

– Не-а. Но очень люблю задавать вопросы. Наскучила?

– Нет, спрашивай.

– Окей. Любимый автор?

– Агата Кристи.

– Детективы любишь?

– Люблю разгадывать загадки.

– У тебя карие глаза?

– Да. А у тебя?

– У меня странный цвет, но в темноте ты, наверно, не увидишь. – Я приблизила своё лицо, и Джун внимательно посмотрел в мои глаза, пытаясь разглядеть цвет. – Ну что?

– Похоже, что тоже карие.

– Не совсем. Посмотри повнимательнее.

Он замер. Когда я поняла, что происходит, вдруг испугалась. Мой взгляд переместился на его приоткрытые губы, и опасное желание поднялось из глубин естества, заполняя сознание. Леа предупреждала о том, что я не удержусь. Любопытство, волнение и предвкушение овладели мной. В эту минуту, когда симпатичный Джун был так близок, я на самом деле хотела попробовать настоящий поцелуй.

Джун больше не разглядывал цвет моих глаз, он сам впал в то состояние, когда туман затмевает разум. Всё вокруг исчезло. Звуки: потрескивание дров в печке, шелест деревьев, раскачиваемых ветром, плескание воды вдалеке. Я сглотнула, но не двигалась. Джун чуть подался вперёд и – Ух! – у меня в груди совершился приятный прыжок. Внутренний голос молчал, хотя должен был напомнить, что я не того хотела поцеловать. А я хотела… Губы Джуна манили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.