Наталья Косухина
Пушистое счастье

Глава 1
Успеть до понедельника

– Замуж? Да ни за что!

– Милана, будь благоразумна, – устало вздохнул отец, – я же о тебе забочусь.

– Почему сейчас? – недоуменно спросила я.

– А когда?

Кабинет отца, где он проводил больше всего времени, располагался в подвале нашего особняка. Это же помещение являлось лабораторией.

– Чуть позже? – спросила я с заискивающими нотками.

– Если следовать твоим желаниям, то ты останешься старой девой!

Откинув за спину каскад длинных каштановых волос, которые вились легкими кольцами, лезли в лицо и мешались, стоило их распустить, я раздраженно вздохнула.

– Папа, я что, из семьи дворян или потомственных колдунов? – спросила, прищурившись. – Напоминаю, меня не готовили к браку по расчету. И разговоры о замужестве вгоняют твою дочь в тоску.

Сегодня я пришла домой на выходные.

Наш особняк находился недалеко от центра города, в хорошем престижном районе, но жить я предпочитала в общежитии при академии. Отчасти потому, что так было удобнее, но имелась и другая причина: батюшка все чаще изводил меня своими планами выдать меня замуж.

Папа – гениальный маг-зельевар в первом поколении и уважаемый человек. Одаренный, хорошо разбирается в делах. Талантище. Я им очень гордилась. Но не в такие моменты, как сейчас.

– Планы и не нужно кардинально менять, лишь немного подкорректировать, – стоял на своем отец. – Замужество – это не тюрьма, дорогая. Многим там даже нравится.

– Но не всем, – хмыкнула я.

– Всегда есть исключения из правил, – кивнул папа, бросив на меня осуждающий взгляд.

– Почему для тебя так важно, чтобы я была помолвлена именно с сыном семьи Норвей? – требовательно спросила я. – Они крупные промышленники с большим состоянием. На их сына наверняка ведется охота лучших невест, желающих обогатиться. Я им не ровня.

– Глупости! – обиженно заявил отец. – Ты заткнешь за пояс любую из этих глупых выскочек! И у тебя есть неоспоримое достоинство перед ними: приданое, которое очень нужно Норвею.

У меня есть приданое? Когда это оно появилось?

– Норвею необходим патент на зелье непроницаемости. Мой состав лучший в стране, если не во всем мире. А у них огромный торговый флот. – Папа широко улыбнулся, его взгляд устремился куда-то вдаль, а мечты начали набирать все больший оборот. – Так и вижу, как чудесно устроится твое будущее, Милана! Представь хоть на минуту! Если ты выйдешь замуж за их единственного сына, то мои внуки будут наследовать состояние и империю деда Норвея! Понимаешь, почему я согласен отдать им свой самый выгодный патент? Это… это!..

Я заботливо усадила отца обратно в кресло и покачала головой, по-своему продолжая мысль:

– Это никуда не годится, папа. Даже если не брать в расчет мое нежелание выходить замуж за незнакомца, вспомни о родном сыне.

Отец сфокусировал на мне уже вполне осмысленный взгляд и нахмурился. Я обрадовалась эффективности новой идеи и продолжила развивать мысль:

– Что скажет мой бедный брат на подобный поступок? Зелье приносит нашей семье приличный доход. Отдав патент, ты, можно сказать, обворуешь Катура!

Отец скептически на меня посмотрел и тяжело вздохнул. Снова.

– Начнем с того, что до моей смерти все патенты семейного дела останутся при мне, как и само дело, – заметил он. – Когда меня не станет, Катур получит фирму, а это очень немало, согласись. Кроме того, ты тоже имеешь право на часть наследства. Так что патент станет моим вложением в твое безбедное счастливое будущее! И не переживай, я говорил с Катуром, он полностью со мной согласен.

– Предатель, – процедила я сквозь зубы и посмотрела в сторону небольшого окна вверху комнаты, лелея желание вырваться на свободу.

– Почему ты так сопротивляешься моему решению? – Папа взял меня за руку, посмотрел с грустью.

– Что? – переспросила я, думая, что ослышалась. – Ты правда не понимаешь? Говоришь мне связать жизнь с незнакомым мужчиной, военным из влиятельного рода, в стране, где получить развод, если что, практически невозможно. Издеваешься?

– Милана, будь разумной. – Папа отпустил меня, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза, принимаясь «петь» старую песню: – Жених из известной уважаемой семьи, успешный боевой маг с множеством наград. Он участвовал в крупных военных кампаниях. Герой! Его жизнь и характер на виду и известны многим. Он не будет тебя обижать. Я все предусмотрел, осталось только связать вас узами…

– Я не хочу, чтобы меня связывали! – перебив отца, посмотрела на него с надеждой: – Пойми и ты меня: я сама хочу сделать выбор.

– Когда? – сразу пошел в наступление отец.

– Однажды, – туманно ответила я.

– Скажем, летом! – выдал папа, счастливо улыбнувшись и хлопнув в ладоши, словно дело уже было решенное.

– Значит, главное для тебя – внуки, которые будут наследовать империю, – саркастично заметила я. – Такая она, твоя любовь к дочери.

Батюшка вперил в меня гневный взгляд:

– Снова говоришь, не думая! – сказал он. – Семья не будет о тебе забывать. Разве такое когда-то было? И я, и твой брат всегда о тебе заботились, Милана! А теперь представь, что ты совсем не выйдешь замуж! Что тогда? Останешься приживалкой при семье брата? Сейчас многие женщины работают, но в деловых кругах их не воспринимают всерьез. Ты станешь зависима от Катура до конца жизни! Это и есть твоя мечта?

Я отвернулась от отца, уставилась в стену. Внутри зрело отчаяние.

– Милана? – тихо позвал папа. – Я сумел до тебя достучаться?

– Я не против выйти замуж, но хочу сама выбрать мужа, – ответила я тихо, но настойчиво. – Что здесь странного?

– Ничего, – кивнул отец в ответ на мой напряженный взгляд. – Если бы тебе было семнадцать, я бы не возражал. Только годы идут, дорогая. Раньше я шел навстречу твоим желаниям, думая, что ты еще молода. Еще рано. Но идет время… Ты заканчиваешь аспирантуру, и никаких изменений в личной жизни за это время не наметилось. Да и как появиться романтическому интересу, если ты все время пропадаешь в лаборатории университета?

– Пошла в отца, – буркнула я.

– И все же я умудрился жениться! И семья изменила мое представление о том, что действительно важно. Милана, в тебе есть многое от меня, это правда, но не меньше ты унаследовала от матери. Взяла красоту у Ателии. Но упорно не хочешь думать о том, что родилась женщиной, принять это во внимание и устроить свою жизнь комфортнее.

Упоминание о маме, которая умерла вскоре после родов, до сих пор вызывало тоску. Настроение стало еще гаже.

– Он запретит мне работать! – выдала я свой основной страх.

– Муж? – удивился папа. – Сомневаюсь. Есть ли смысл не использовать твой талант? Норвеи – люди предприимчивые. Скорее, они устроят для тебя новую лабораторию, чтобы ты занималась важным делом. А слуги позаботятся о доме. Это идеальное решение. Но твое упрямство…

– Папа! – Я вскинула руки, едва не зарычала. – Так нельзя! Послушай…

– Все, разговор окончен! – прервал меня он. Тон голоса батюшки изменился с мягкого на железно-приказной. – Через два дня, в полдень, ты встречаешься с женихом в ресторане «Три поросенка». Там и познакомитесь. Ты будешь вежлива и мила. Понятно?

– А что будет, если я откажусь? – спросила, вздернув нос. – Ты не имеешь права меня заставлять!

– Дело твое! – Папа вскинул перед собой ладони. – Помнишь о своих правах? Взрослая? Самостоятельная? Прекрасно. Выпустишься через полгода из аспирантуры и пойдешь на все четыре стороны зарабатывать деньги своими зельями. Без моей поддержки.

– Это же откровенный шантаж! – поразилась я.

– Запомни, Милана, человек может принимать решения сам лишь тогда, когда он полностью независим, – кивнул отец, ни капли не стыдясь своих сомнительных методов.

– Я от тебя такого не ожидала, – проговорила, чувствуя жгучую обиду.

– Конечно, – согласился папа. – Потому что я слишком долго шел у тебя на поводу, и ты решила, что можно вить эту веревочку без конца. Не пропусти свидание, Милана. Я все еще в тебя верю.

Резко развернувшись и даже не попрощавшись, я отправилась наверх. Спешила как могла. Оставаться в доме не было никакого желания. Родные стены давили, превратившись в клетку. Выйдя на улицу, я плотнее закуталась в шарф и вдохнула свежий воздух. Он был наполнен весной. Она еще не наступила, только подкрадывалась, но ее ощущали все: природа, животные, люди…

– Милана…

Повернувшись, я увидела, как из сада к дому идет брат.

Катур, как и отец, был высок, широкоплеч и синеглаз. Темные волосы коротко подстрижены, одежда пошита на заказ. На шее платок, который брат ненавидел, называя его удавкой. Но неизменно носил, ведь положение обязывало.

«А меня обязывает то, что я принадлежу к женскому полу», – подумала я грустно, вспоминая требования отца. Я отлично понимала, что отчасти он прав. Но ведь не во всем!

– Папа рассказал тебе? – Брат-предатель остановился рядом, внимательно рассматривая выражение моего лица. Сейчас семейным делом управлял в основном Катур, отец полностью погрузился в эксперименты. Так получилось, что талант унаследовала я, а брат – деловую хватку.

– Как давно ты знал? – спросила тихо.

– Вчера сказал, – признался Катур.

– И ты ничего не сделаешь? – Я подалась вперед, схватила брата за руку и попыталась прибегнуть к прежнему аргументу: – Он же тебя обворовал!

– Милана, спокойно, – Катур улыбнулся и утешающе похлопал меня по руке. – Не нервничай. Я согласен с отцом, ты имеешь право на часть дела. Это твое приданое.

– Значит, согласен? – прищурилась я. – Только своей частью наследства ты будешь распоряжаться сам, а моей – муж.

Брат, помолчав, заметил:

– Посмотри на это иначе: ты свою часть получишь сразу, а я – нет. И за время до смерти отца может случиться всякое. Например, батюшка может жениться и обзавестись еще наследниками.

Я скептически посмотрела на брата:

– Шутишь?

– Нет, – Катур был серьезен, как никогда. – И ты, и я любим отца и хотим, чтобы он был с нами как можно дольше, а коротать жизнь одному тяжело. Он еще полон сил и может встретить ту, что разделит его беды и радости.

– Как такой романтичный парень ведет бизнес? – выдохнула я, посмотрев в небо. – Нансен просто.

– Мы заботимся о твоем счастье, – сказал Катур. – Думаю, жених не так плох, как ты могла вообразить, Милана. Присмотрись к нему.

– Он военный! – напомнила я. – А ты знаешь, что о них говорят!

– Люди вообще любят посплетничать. Меньше слушай всякую ерунду, – отмахнулся Катур.

– Ну да, конечно. – нервно рассмеялась я. – Не ты же выходишь за него замуж.

– Чему я несказанно рад, – улыбнулся Катур, подмигнув мне. – Не вешай нос. И не исключай возможность счастливого брака, пожалуйста. Вдруг вы познакомитесь, разговоритесь и поймете, что созданы друг для друга. Любовь может подкрасться очень незаметно.

Снова посмотрев на брата, я заподозрила, что тот издевается. Но нет, он оставался серьезен.

– Тебе нужно жениться, – заключила я.

– Отец говорит, я не готов, – покачал головой Катур.

– У него в корне неверное мнение о своих детях. Уточни, папа вообще проветривает лабораторию? А то может, надышался там всякого.

– Дело в другом. – Катур помолчал, словно сомневаясь, говорить или нет, но все-таки продолжил: – Месяц назад к отцу заходил Грегор Норвей, крупный промышленник и владелец торгового дома. Они о чем-то долго беседовали. Судя по виду, гость покинул наш дом очень довольный итогом разговора. Потом они с отцом переписывались… и вот.

– Серьезно? Норвей сам приходил? – поразилась я.

– Да, Милана, – кивнул брат. – Это не наша инициатива.

– Что же происходит? – покачала головой я. – Мир сошел с ума.

– Ты просто не руби с плеча. Не делай того, о чем можешь сильно пожалеть. Нужен совет – приходи, поговорим, – попросил Катур.

– Ты лучший старший брат, – признала я, обняв его перед уходом.

Экипаж брать не стала, решила пройтись и подумать. Благо университет был недалеко.

– Что мы имеем? – размышляла я вслух. – Если отец лишит меня поддержки фирмы и не станет больше выступать от моего имени, то я не смогу продавать через него свои зелья. У меня есть лицензия на изготовление универсальных продуктов, и мои изделия пользуются популярностью. Они качественные, но… С девушкой, которая ведет бизнес от своего имени, никто разговаривать не захочет. Как минимум, половина клиентов отсеются, не желая иметь со мной дело. А если узнают, что отец против, то уйдут все. Наш бизнес не такой большой, но влиятельный.

Я шла и чувствовала себя ужасно подавленной. Наверное, многие другие на моем месте прыгали бы от счастья, узнав о такой выгодной партии, но, увы, я была тем самым исключением. Замужество меня пугало до дрожи в коленках.

– Что делать? – бормотала я, шагая по привычному пути. – Идти замуж? Отец говорит, что будет следить за моей судьбой. Ну, пожалуй, это единственное, что он сможет. Батюшка хоть и имеет знакомства и влияние, но с Норвеями ему не тягаться. Что семья сможет сделать, если меня действительно станут обижать? Как же все сложно.

При мысли о браке тоска накрывала с головой. Мысли путались, руки слабели. В какой-то момент я просто остановилась посередине тропинки, поняв: нужен свежий взгляд. Совет опытного человека.

– Может, отправиться к профессору? Он учил меня с первого курса и всегда давал дельные советы, – задумчиво проговорила я. – Конечно, раньше я обращалась лишь по учебе, а не по личным вопросам… Но вдруг он войдет в положение и поддержит?

Не придумав ничего лучше, я ободряюще кивнула самой себе и двинулась к академии, твердо настроившись получить поддержку.

* * *

– Что-что? – рассмеялся Оуш Дортор, профессор зельеварения и известнейший специалист на весь мир.

Он был стар, седина выбелила его волосы, морщины покрыли лицо, и только взгляд оставался живым и проницательным.

– Как сделать так, чтобы избежать брака? – повторила я, решительно глядя на мужчину.

Профессор сидел за своим столом и с улыбкой смотрел на стоящую напротив меня. Вокруг были стеллажи и полки, заваленные документами, книгами, инструментами… Учитель никогда не отличался аккуратностью в повседневной жизни, только в работе. Что и делало его отличным специалистом.

– Давай по порядку, – попросил он. – Что случилось?

– Папа хочет выдать меня замуж, – выдохнула я. Чуть собравшись с силами, продолжила: – Он считает, что я останусь старой девой и угроблю себе жизнь. Угрожает лишить поддержки и загубить карьеру, если не подчинюсь.

– Что я люблю в тебе больше таланта, так это то, как ты можешь обрисовать суть вопроса, – с улыбкой заметил господин Дортор и, потянувшись за чайником, налил мне чашечку горячего травяного отвара. Я такого нигде не пробовала. Правду говорят: мастер в зельеварении – мастер во всем.

– Вы единственный, у кого я могу спросить совета, – призналась, присаживаясь за стол. – Вы прекрасно знаете область зельеварения не только с академической стороны, но и всю отрасль в целом. Думаю, можете дать мне жизненный совет. Если вас не затруднит. Я в отчаянии!

– А ты точно не хочешь рассмотреть предложение отца? – прищурился профессор. – В чем-то он прав. Брак – это простой способ решения проблемы.

– Я буду помолвлена с сыном Норвея, – ответила, качая головой. – Он военный. Понимаете? Такой мужчина задушит мою мечту на корню! Мне не позволят работать.

– Хм-м… Я не слышал о нем ничего плохого, но и поручиться, что такого не произойдет, нельзя, – посерьезнел профессор и задумчиво постучал пальцами по столу. – Ну, пока я вижу только два выхода. Первый: избавиться от жениха. – В глазах профессора прыгали смешинки.

– Не смешно, – буркнула я.

– Или второй: доделай свое зелье, – уже гораздо серьезнее сказал профессор. – Как можно быстрее. Если все получится, это будет прорыв, и никто не посмотрит, замужем ты или нет. Твой отец будет спокоен за твое будущее. Подобный патент обеспечит тебя до конца жизни. Единственное, что может спасти тебя от брака, это талант.

– Но мы с женихом встречаемся послезавтра, – заметила угрюмо. – Времени совсем нет.

– Почему? – удивился профессор. – У тебя есть как минимум сутки, чтобы переломить ситуацию с экспериментом. Воспользуйся моей лабораторией. Сегодня вечером все равно никого не будет. Завтра выходной. В понедельник, правда, учет, ведь нужно пересчитать все, что имеется. Есть опасные зелья, так что процедура обязательная. Поэтому тебе нужно успеть до понедельника.

– Терять мне нечего, почему бы и нет, – согласилась я. – Спасибо!

– Вот и прекрасно, – улыбнулся профессор. – Помни, никогда нельзя опускать руки.

Глава 2
Настоящие испытание

Идар Норвей

Тревожное письмо матушки застало меня по возвращении с учений. Здоровье родительницы всегда было хрупким, поэтому после меня ей запретили иметь второго ребенка. Едва успев привести себя в порядок, я бросился к родителям.

Они проживали в большом особняке, который располагался в центре города и олицетворял собой архитектурную гармонию. Фасад, выполненный из светлого камня, мерцал на солнце, как будто покрыт перламутром. Высокие арочные окна добавляли зданию помпезности и роскоши. Отец купил его у одного лорда и выложил немалую сумму. Подарок маме на их свадьбу.

Ворвавшись в дом родителей, я, бросив плащ дворецкому, уточнил:

– Где госпожа?

– В гостиной, – ответив слуга, склонив голову в поклоне.

Пройдя быстрым шагом в просторную светлую комнату с большими окнами, искусно обставленную дорогой мебелью, я опустился в кресло рядом с матушкой. Она возлежала на диване, и служанка отмеряла ей какие-то капли.

– Мама, что такое?

Она посмотрела на меня, нахмурившись и, выпив микстуру, махнула рукой, отсылая прислугу. Значит, разговор не предназначен для посторонних ушей. Внутри у меня все свернулось в тугой узел от беспокойства.

– Давление упало, – вздохнула родительница и, прикрыв глаза, обронила. – Сын, нам нужно с тобой серьезно поговорить.

Матушка была безупречна даже тогда, когда плохо себя чувствовала. Светлые волосы уложены в высокую прическу, голубое платье, как мне кажется, добавляло лицу бледности. Она выглядела моложе своих лет из-за хрупкости телосложения и нежности характера.

– Что-то случилось? – нахмурился я.

– Я в депрессии. У меня нет внуков, – всхлипнула матушка.

С мукой на лице, прикрыв глаза, я обреченно вздохнул. Начинается… Я тут перенервничал, а она вновь затевает этот уже надоевший разговор.

– Мама…

– Ты пропадаешь в своей армии. А если тебя убьют?

– Я опытный воин.

– Глупости. Случиться может все что угодно. Как мать может не переживать за своего ребенка? Это меня убивает, – госпожа Норвей бросила на меня тоскливый взгляд.

– Твоему ребенку уже тридцать два годика, и он может сам о себе позаботиться, – напомнил я, стараясь не раздражаться.

Терпение, только терпение.

– Дети – это одни переживания, – поджав губы, бросила родительница, недовольная упрямством сына.

– Поэтому ты хочешь обеспечить меня ими?

– Чурбан. Не хочешь сам с ними возиться, это буду делать я. Я еще совсем молода, мы с твоим отцом рано поженились, и теперь ты можешь пожинать плоды этого.

– Дети – это одни переживания, – повторил я ее же слова. – А врачи запретили тебе нервничать.

– Так это твои дети, ты и будешь. А у меня – это внуки, моя радость, положительные впечатления.

Выразительно посмотрев на матушку, я уже собирался отправиться в свою комнату, которая у меня здесь осталась, и хоть немного поспать, но тут в гостиную зашел батюшка.

– Сын, скоро состоится твоя помолвка, – с ходу заявил отец, заставив меня нахмуриться.

– С чего это она должна состояться?

– Тебе пора выполнить долг перед семьей. По понятным причинам у меня и твоей матери не может быть второго наследника, ты выбрал военную стезю. Кому я должен оставить свою промышленную империю?

– У меня есть кузен.

– Нет. Когда ты пошел в армию, семья не стала давить, но ты обещал, что женишься и дашь нам наследника. Что в итоге? Слово забыто? – усмехнулся отец.

Действительно, я обещал, но…

– Обязательно сейчас?

– Да. У тебя опасная профессия. Что если что-то случится?

– Прекрасно, когда ты возвращаешься домой после тяжелой командировки, а тебя уже похоронили, – саркастично улыбнулся я.

– Если ты ставишь вопрос так… Наша семья может легко избавить тебя от командировок. У меня большое влияние. А в армию можно как поступить на службу, так и уйти с нее.

– Это шантаж, – недобро прищурился я.

– Не я тот, кто нарушил слово, – рыкнул отец.

– Вы меня расстраиваете, – всхлипнула мама, откидываясь на подушки, и градус эмоций в комнате сразу упал.

– Хорошо, я подумаю.

– Пары дней тебе должно хватить. Твоя невеста – Милана Родкер. Послезавтра у вас свидание в ресторане «Три поросенка» в час. Не опоздай.

– Что?!

* * *

Милана Родкер

Спина болела, голова гудела, но я была очень довольна собой. На лабораторном столе стояла колба с готовым зельем. Оно получилось розовым. Патрик Сорем, один из учеников профессора, хотел завести породистого песика и, судя по розовой шерстке на его одежде, он таки его завел. Оставалось только взять и использовать в зелье. Но кто же знал, что оно получит оттенок шерсти животного? Это же ничего? Не повлияет на товарный вид?

Вздохнув, я поплелась в основную комнату, где уже пару часов как гремели колбами, шел переучет зелий. Каждая лаборатория, даже та, которая находилась при академии, должна выполнять предписания закона, хотя бы раз в полгода. Мы и так просрочили на две недели. Была подготовка к учебному году, не до того.

Войдя в кладовку, я посмотрела на коллег, стоящих на стремянке. Всего учеников у профессора было пять, включая меня. Я пришла к нему самая первая и была самой талантливой. Полагаю, остальные это плохо воспринимали.

– Почему профессор освободил тебя от переучета? – повернулась ко мне Арая.

Девушка была рыжей и кудрявой, а еще имела вспыльчивый и непримиримый характер. Ее сильная сторона – приворотные зелья, потому она и попала в ученицы профессора. Плюс Араи был в том, что она никогда не таила зла, она причиняла его открыто и повсеместно. Профессор не терпел конфликтов среди учеников, и мы все с пониманием относились к недостаткам друг друга.

– Я работала над зельем и завершила его, – мило улыбнулась девушке.

Та хмыкнула.

– Все считаешь себя звездой? За четыре года аспирантуры так ничего дельного и не изобрела.

Может, стукнуть по стремянке? Чтоб летела она вниз быстро и громко. Пока целительский корпус приведет ее в порядок, хоть пару дней от нее отдохнем. Но посмотрев на стеллажи с колбами, реактивами и прочим, передумала.

– Милана талантлива. Ей просто нужно время, – раздалось с другой стремянки.

Элиот Токер был дальним родственником нашего профессора. Несмотря на то, что попал к нам по блату, оказался хорошим крепким середняком в работе. Красивый темноволосый парень и не конфликтный. Только вот… Он хотел за меня заступиться, но прозвучало еще обиднее.

– Нам всем нужно время. Например, закончить учет. Ты не собираешься присоединиться? – уточнил Норгор.

Темноволосый немногословный мужчина, старше нас всех, так как он поздно поступил в академию. Несмотря на то, что знакомы мы с ним давно, знаем о коллеге немного. С другой стороны, может и не нужно знать больше, чем человек хочет поведать о себе.

– Мне с профессором нужно испытать зелье. Кстати, где он?

– Его вызвал ректор, скоро придет, – показался из-под стола Патрик Сорем.

Самый младший из нас. Его рыжие волосы всегда были в беспорядке, и он являлся довольно рассеянным для зельевара. Очень тревожное качество, ведь специализировался парень на ядах.

– Что ты там делал?

– Инструменты закатились, знаешь же, что в такое время здесь полный бардак. Надо положить на место, – заметил Патрик. – И разбираю напольный шкаф. Чего тут только нет!

– Милана, ты все равно стоишь без дела, помоги мне тут, – выдохнул Норгор.

– Хорошо, – обреченно вздохнула я и, подтащив стоящий неподалеку стул, полезла придержать кучу свертков.

Как они оказались наверху? Зачем они здесь? Почему в нашей кладовке такой бардак?

– Арая, я нашел тут яд. Нужно переместить его в правую секцию, – пробормотал Сорем снизу.

– Хорошо. Странно, опасные вещества мы снизу не храним, – заметила Арая, спускаясь. – Не перепутал?

– Запах у них характерный. Я же не идиот, – огрызнулся Патрик.

– Да? – скептически уточнила Арая.

– Сама такая, – презрительно фыркнул Сорем.

Все время у нас тут такая веселая атмосфера. Добродушие, поддержка и позитив постоянно исходили от учеников Оуша Дортора. Иногда я задумывалась: может, и я такая же? Просто не замечаю.

– Милана, ты тут? – послышался крик профессора из своего кабинета.

Кладовка и лаборатория как раз находилась за ним.

– Да, – крикнула я, уже устав придерживать свитки.

– Тогда иди сюда быстрее. У меня есть буквально полчаса. Успеем провести испытания.

– Прости, Норгор, но мне пора.

– Ну, хорошо хоть немного помогла.

– Всегда пожалуйста, – иронически ответила я.

Схватив свою колбу со стола, я бросилась к профессору. Мы прошли по коридору направо, и там была неприметная дверь, где жили наши подопытные грызуны. Мне всегда нелегко давался этот этап, но с магическими зельями иначе нельзя. После приготовления для испытания только живая материя. Для данного зелья растения не подходили, поэтому мы направились к мышам.

С тяжелым сердцем я подходила к клетке, замерев в трех шагах.

– Милана, Милана. Ну, как ты будешь дальше работать, когда не можешь давать мышам зелье?

Больными глазами я посмотрела на пожилого профессора, который с легкой укоризной покачал головой.

– Давай, сам дам. Три капли, стандартная доза?

– Угу, – кивнула я. Концентрацию зельевары всегда делали одинаковой. Никогда не перепутаешь.

Стараясь не смотреть, я читала надписи на плакатах, которые были наклеены на стене. Техника безопасности, инструкция по уходу за мышами… Тишина внушала оптимизм. Если бы что-то пошло не так, услышала бы писк. Моя жалость мешала профессии и давала повод для шпилек коллегам. Никак было не побороть себя. Хотя упражнения, которые посоветовал менталист, немного помогали.

– Милана…

Повернувшись, я все поняла по лицу профессора.

– Они умерли?

Посторонившись, он показал мне лежащую мышь.

– Только не реви.

– Ну, я же не студентка, – через силу улыбнулась я.

– Ну, да, а то не знаю тебя. Сейчас начало учебного года пройдет, я разгребусь, и мы еще раз посмотрим формулу. А пока иди, отдыхай.

– Но учет…

– Без тебя доделают.

Чувствую, коллеги возненавидят меня с новой силой.

Глава 3
Мое розовое пушистое счастье!

– Ы-ы-ы…

Сидя у себя в комнате в преподавательском общежитии, я ревела в три ручья. И сама не знала, что я оплакиваю: то ли свою свободу, то ли мышку. Наверное, все-таки мышку, я выйду замуж и буду жить дальше, а она… С другой стороны, жизнь может быть мучительнее смерти. Не сомневаюсь, что этот военный душегуб сведет в меня в могилу или тиранией, или изменами. Или еще чем!

За что отец так со мной? Это он виноват, что мышь погибла. Я всю ночь работала и торопилась. Если бы работала в нормальных условиях… Впрочем, кого я обманываю? Я настоящая никчемность.

В дверь раздался стук.

– Войдите, – всхлипнула я.

Внутрь ярким вихрем ворвалась Лилиана. Прекрасная блондинка, у которой по всей академии было множество поклонников. Как и положено благовоспитанной девице, она была помолвлена и, согласно веяниям нового времени, строила карьеру менталиста. Вот у кого идеальная жизнь!

– Дорогая, что случилось? – присела Лилиана на постель. – Мышка?

Без преувеличения самый позитивный человек женской части общежития. Именно она посоветовала мне упражнения для внутреннего равновесия.

– Да. Снова труп. И зелье не получилось.

– Ты же была уверена в этот раз…

Я потерла лицо руками, стирая слезы. Навалилась невероятная усталость и апатия.

– Наверное, поторопилась, или дело в формуле…

– Ты не знаешь? На тебя не похоже. Что случилось?

– Отец договорился о моей помолвке.

– Ох… И с кем?

– Идар Норвей.

– Наследник крупной торговой компании? Служит в армии… Все, что я о нем знаю.

– Я тоже-е-е… – снова всхлипнула я, не в силах удержаться.

– Ничего, не переживай. Я соберу о нем сведения. Если он не прославился среди людской молвы, это еще ничего не значит. С другой стороны, у вас все может сложиться. Вот у меня с моим женихом тоже договорной брак планируется, но мы нравимся друг другу.

– Ты сама его выбирала, – прогнусавила я и высморкалась.

– Это да. Но ты так не волнуйся. Подумай об этом завтра, а сегодня ложись спать. Я тебе сейчас травки заварю, уснешь, как младенец. Все будет хорошо.

– Ничего хорошего уже не будет. В жизни началась полоса неудач, и что с ней делать, я не знаю. Ы-ы-ы…

Лилиана заварила настой, всучила мне кружку, и я глотками пила, расслаблялась, и меня медленно, но неумолимо начало клонить в сон. Хороший рецепт, надо бы потом спросить. А пока баиньки.

Вот только что же принесет мне завтрашний день?

* * *

Идар Норвей

Перед рестораном я стоял, как перед эшафотом. По долгу службы несколько раз приходилось видеть казни, гнетущее ощущение, которое испытывал сейчас, было очень похоже. Но время встречи неумолимо приближалось, и пришлось неохотно зайти внутрь.

«Три поросенка» – примечательное место, создающее атмосферу прошлых веков. Стены украшены деревянными панелями и грубыми тканями, то тут, то там висят щиты и мечи. В центре зала горит камин, создавая атмосферу тепла и уюта. И по всему залу, наполненному аппетитными запахами, расставлены крепкие дубовые столы с белоснежными скатертями и удобные стулья. Популярное место с отличной кухней и обслуживанием.

Столик выбрал на самом видном месте: надеюсь, невесте выдали мой портрет, и она сможет меня узнать. Ее внешностью я поинтересовался в первую очередь. Вполне симпатичная, хоть и не красавица. Аспирантка в центральной академии науки и материаловедения. Талантливый, подающий надежды зельевар. Скорее всего, пошла в отца.

Как раз это меня и беспокоит. Про мужчин говорят, что нам важна лишь внешность. Это верно лишь отчасти, и то не для всех. По мне, так самое главное – характер. Если у супруги он невыносим, придется или терпеть, или вечно пропадать на учениях. Еще имелся вариант жить отдельно, но… тут тоже нужно заручаться согласием жены, у нас не средние века.

Еще один недостаток – невеста-зельевар. Талантливый, если верить молве. Отравит, и поминай как знаешь. А следов никто не найдет. Да на войне меньше опасностей, чем будет дома!

Посмотрев на часы, я заметил, что невеста опаздывает. Терпеть не могу непунктуальных, и внутри меня уже начала подниматься волна раздражения. Подозвав официанта, я заказал обед. Раз моя дама задерживается, не буду ее ждать. Это грубо, но… Какого демона!

Характер девушки уже от таких мелочей начал приоткрываться, и меня он не радовал. А жениться придется, я действительно обещал родителям, когда они поддержали меня на выбранной стезе. Если им так необходим этот патент, а противный зельевар отказывается продать, то пусть будет так.

Конечно, я еще допускаю мысль отказаться, вдруг мы не сможем друг друга выносить, но если она будет хотя бы терпимой… Ну, потерпим.

– Идар, что ты тут делаешь?

Вскинув глаза, я увидел появившегося в ресторане командира. Он с супругой направлялся ко мне, как и официант с дымящимися блюдами. Хорошо хоть заказал на одного.

– Приветствую вас, – я встал и склонил голову перед старшим по званию и его дамой. – Я здесь обедаю.

– Не замечал за тобой склонности к шикарным респектабельным ресторанам, – насмешливо покосился командир.

– Дорогой, думаю, он кого-то ждет. Не стоит мешать.

– Думаешь? Хм-м… Ну, тогда мы действительно пойдем, – скрыл улыбку мужчина и направился к другому столику. А я сел, посмотрел на расставленные официантом блюда и понял, что мое свидание, кажется, пройдет под бдительным взором командира. И, тяжело вздохнув, приступил к трапезе.

Минуты шли, тарелки пустели, а никого не было. За это время в ресторан пришла еще пара знакомых семьи, кивнули мне, покосились и сели за свои столики, а внутри меня росли злость и стыд. Получается, я пришел в одно из респектабельных мест столицы, где все появляются или парами, или семьей, чтобы поесть в одиночестве!

Да она издевается! Неужели специально решила меня унизить таким извращенным способом?

Расплатившись по счету, я решительно вышел на улицу. Ко мне на свидание не пришла девушка. Да, сейчас я испытал много неприятных минут, зато теперь могу сказать отцу, что помолвка отменяется, и совсем не по моей вине. А если он хочет повторить свидание, то пусть сам на него идет и ждет ее на глазах у всего города!

Завернув за угол, я решил сократить путь до дома, когда почувствовал себя плохо. Грудь сдавило, словно тисками, голова потяжелела, такое в последний раз было, когда получил ранение. Рванув шейный платок, я пытался вздохнуть и не мог. Неужели меня отравили?

Упав на колени, я задыхался, перед глазами плыли черные круги, тело сдавило до боли. Понимая, что уже ничего не успею сделать, я упал навзничь, сквозь уплывающее сознание последний раз взглянув в пасмурное небо.

* * *

Милана Родкер

Просыпаться очень не хотелось. Голова болела после вчерашних переживаний, а за стенкой кто-то ругался. Аспирантка с кафедры самоцветов рычала, что в ее комнате кто-то был. Ну кто на нее позарится?

Открыв глаза и сфокусировав взгляд на часах, которые стояли на столе, я увидела, что уже полдень. Довольно поздно. Встреча. «Три поросенка»…

Собралась я быстро, понимая, что все равно безнадежно опаздываю. В жизни началась черная полоса неудач и ничего не удается! Выбежав из общежития, я неслась по мощеным улицам столицы. От академии до ресторана не так далеко, дольше прожду бричку.

Буквально летя по улицам, стараясь не спотыкаться о неровности мостовой, я стремилась только не опоздать. Совершенно не обращая внимания на прическу, которая, скорее всего, растреплется, а думая лишь о том, как буду оправдываться за опоздание.

«Почему именно сейчас? Почему я так оплошала в наше первое свидание?» – мелькнуло в голове.

Не останавливаясь даже чтобы перевести дух, я бежала вперед, не разбирая дороги. На перекрестке едва успела увернуться от проезжающей брички, кучер которой бросил мне вслед возмущенный вопль. Лишь махнув рукой в знак извинения, но не замедляясь, ведь осталось совсем немного. Ресторан уже виден вдалеке, его вывеска блестит на солнце. Сердце колотится, ноги горят, но я почти у цели.

Когда подбежала к дверям заведения «Три поросенка», то едва дышала и наверняка была похожа на чучело. Волосы ожидаемо растрепались, впрочем, собиралась я впопыхах и не особо их причесала. Платье пыльное, кое-где появились пятна от луж. Прекрасно! Такой я явлюсь пред светлые очи своего жениха.

Осторожно заглянув в окно, я старалась оценить обстановку. Но ни одного мужчины подходящего возраста, сидящего в одиночестве, не увидела. Может, просто уйти?

Так, стоп. Милана, соберись. Ты не для того неслась сюда со всех ног, чтобы отступить. Глубоко вздохнув и проявив смелость, я шагнула в ресторан, где передо мной сразу возник элегантно одетый мужчина, встречающий гостей.

– Чем могу помочь?

– Подскажите, Идар Норвей еще здесь?

– Нет. Он ушел минут десять назад.

Досадливо поморщившись, я, поблагодарив, отправилась прочь. Куда он мог направиться? Может, можно догнать? Двинувшись вдоль улицы, неожиданно замерла. Занимаясь зельем, я не нашла времени поинтересоваться, как выглядит мой жених. На глаза навернулись слезы. Сжав и разжав кулаки, я понуро развернулась и пошла обратно в общежитие. Что еще остается?

Несомненно, отец узнает о том, что я не пришла на свидание, заставила мужчину прождать меня больше часа. А судя по тому, что сказали в ресторане, он ждал. Наверняка злился, ему было неудобно. Мы еще не виделись, а я уже успела произвести впечатление.

Что теперь делать? Придется извиняться, а очень не хочется. Может, бросить все и сбежать на край земли? Туда, где море. Буду ловить рыбу и жить простой жизнью, без волнений и тревог. Есть проблема: рыбак из меня никакой.

Уже готовая скатиться в пучину жалости к себе, я услышала рычание и лай, слышимое из подворотни. Заглянув, увидела, что несколько собак загнали пушистого розового кота в угол и уже сильно подрали его. Если не вмешаюсь, пушистику не жить.

Не раздумывала. Смело шагнула навстречу оголодавшим собакам и применила простую бытовую магию. Вода брызнула в разные стороны, орошая все вокруг. Псы переместили свое внимание на меня, но я не была маленькой легкой добычей. Следом, создав в руке огонь, я кидалась в собак искрами, которые не могли причинить вреда, лишь сделать неприятно. Бродячим охотникам не хотелось бросать добычу, но, оттеснив их, я заступила дорогу к коту.

Собаки, оглушенные внезапной атакой, начали отступать. Их рычание сменилось на неуверенное повизгивание, а затем они и вовсе бросились наутек, оставив нас с пушистым розовым котом наедине. Я опустила руку, и огонь в ладони погас, оставив лишь легкий запах дыма.

Кот, дрожащий и израненный, не смотрел на меня, а жался в углу комком. Его шерсть клочками валялась недалеко, а на боку виднелась глубокая царапина. Я осторожно подошла ближе, стараясь не напугать его еще больше.

– Тише, малыш, – прошептала я, протягивая руку. – Я не причиню тебе вреда.

Животное не отозвалось, но и не убежало, а я склонилась над лежащим на земле розовым комком. Кое-где виднелась кровь, но зверь был жив. Аккуратно приподняв кота, я кинулась с ним в ближайшую лечебницу для животных. История с женихом не была забыта, но явно отошла на второй план.

Очереди не было, нас приняли быстро, и пушистика осмотрел маг жизни.

– Как он? – нетерпеливо спросила я, стараясь не лезть под руку.

– Ничего серьезного. Раны я подлечил, но еще нужно мазать кремом. Хороший здоровый кот, в самом расцвете сил. Нужен лишь уход и здоровое питание. Что с ним случилось?

– Отбила у бродячих собак, – тяжело вздохнула, думая насчет ухода.

Может, как-то удастся договориться и протащить в общежитие. Нам запрещалось заводить животных, но я же ненадолго.

– Бедняга. Явно домашний. Неужели потерялся?

– Пока возьму себе, вылечу и поищу хозяев. Ну, как такая прелесть может не понравиться? Красавец. Это ведь мальчик?

– Да. Дадите имя?

Наверное, кличка у него уже есть, но мне сейчас так нужна поддержка, и, возможно, судьба послала мне этого прекрасного котика. Я спасу его, а он – меня. У нас все будет хорошо, красавчик.

– М-м-м… Ну, нужно пока как-то к нему обращаться. Пусть будет Пушок. Мое розовое пушистое счастье!

Глава 4
Знакомство жениха и невесты

– А ну, стой, засранец!

Кот розовой стрелой пронесся мимо меня и спрятался под стол, сжавшись в комок, а я старалась успокоиться. Так, Милана, глубоко дышим, не нервничаем. Это всего лишь котик. Да, глуповат и трусоват, но это совершенно не его вина. Он же животное!

Животное смотрело на меня большими глазами и не двигалось. Ну, кто обидит котика? Бросила печальный взгляд на пустую тарелку, где совсем недавно лежал мой завтрак, пока я не отлучилась в ванную. Вернулась, а уже все, нет еды. Значит, отправлюсь в академию голодной. Профессор сегодня попросил подменить его на лекции, поэтому не отпроситься и не опоздать.

Скинув пижаму, я открыла шкаф и, выбрав наряд, начала одеваться. Волосы перехватила лентой, сверху накинула мантию, и отлично. Кот вылез из-под стола и, не мигая, уставился на меня. Помахав перед ним рукой, но так и не добившись реакции, я застегнула на груди платье и бегло осмотрела комнату.

Вещи собраны. Еда лежит, лоток стоит. Надеюсь, розовое животное не будет гадить по углам, а будет хорошим мальчиком. Еще раз глянув на следящего за мной кота, я вздохнула, накинула шарф и захлопнула за собой дверь.

По дороге в академию думала: может, попробовать незаметно перекусить на лекции? Но отмела эту мысль сразу же – студенты обязательно заметят.

Когда я вошла, аудитория была уже полна. Все взгляды сразу устремились на меня, и я повела плечами из-за столь пристального внимания. Стараясь выглядеть уверенно, начала лекцию. Голос звучал ровно, хотя мысли то и дело возвращались к пустой тарелке и котику, который, наверное, сейчас спит на моей подушке. Или нет? Чем кот может заняться в комнате? А если он столкнет что-то и поранится?

В середине лекции один из студентов поднял руку:

– Простите, а где профессор?

– Он отправился в командировку, и несколько дней вам придется потерпеть меня, – ответила я с улыбкой, а в душе кривилась. Не люблю работать со студентами, но выбора нет, ведь на замену Оуш Дортор выбрал именно меня.

Когда лекция закончилась, я почувствовала, что могу съесть корову и, быстро собрав вещи, буквально бросилась в сторону буфета. День сегодня обещал быть насыщенным, поесть стоит основательно. А еще прикупить сладенького. Сегодня мне требовалась взятка. В особо крупных размерах.

* * *

Идар Норвей

Не сразу я догадался, что со мной случилось. После того, как боль ушла и я открыл глаза, то понял – мир изменился. Он словно потерял часть красок и казался огромным с непривычки. С трудом смог подняться и только после этого обратил внимание, что вместо ног у меня теперь лапы. В розовой шерсти, которая колыхалась на ветру. Психоделика какая-то.

Я все еще без сознания? В бреду? Быть того не может, что видят мои глаза.

Я стоял на своих новых ногах, чувствуя, как каждый мускул в этом теле работает иначе. Осторожно сделал шаг вперед, прислушиваясь к непривычным ощущениям. Знакомясь с новым телом.

Теперь я чутко улавливал все звуки: легкий шелест листьев где-то вдалеке, звуки шагов, раздающихся недалеко. Зрение тоже изменилось, оно стало четче, я замечал то, на что раньше не обращал внимание. Может, отчасти из-за запахов, они дополняли картину. Запахи… они были настолько насыщенными, что я едва не задохнулся от их интенсивности. Земля, люди, псина…

Собаки?!

Не успел я решить, что делать со случившимся, как на горизонте замаячили новые проблемы. Четыре здоровенных пса надвигались на меня, рыча и скалясь. Спасения было ждать неоткуда, расстановку сил я всегда мог оценить правильно и бросился наутек.

Мчась через узкие улочки, я старался оторваться от преследователей. Сердце бешено колотилось, а в ушах стоял гул собственного дыхания. Лапы, которые еще недавно казались чужими и неуклюжими, постепенно начинали подчиняться моей воле, но этого было недостаточно. Четверо псов были слишком близко, их рычание нарастало с каждой секундой.

Внезапно передо мной возникла высокая каменная стена. Тупик. Бежать больше некуда. Значит, получение боевых ран было неизбежностью, ведь я не готов сдаться без боя. Огрызаясь, я с отчаянием понимал, как малы шансы на выживание, но, когда уже простился с жизнью, судьба подарила второй шанс.

Меня спасли и взяли на руки. От незнакомки приятно пахло чем-то свежим, не разобрать. Она куда-то меня понесла, нежно воркуя над ухом, а я пытался собраться с силами, чтобы что… Уйти? Сейчас это было проблематично. Понять, что случилось? Не представляю даже как. Неожиданно для себя я стал розовым зверьком, которого несколько минут назад едва не съели.

Мы зашли в здание, хлопнула дверь, в нос ударили разнообразные запахи, и я дернулся, а потом неожиданно для себя и вовсе уснул.

Пробуждение оказалось не таким уж плохим, я чувствовал себя гораздо лучше и был зверски голоден. Чужое, неизвестное место, но сейчас не это было главное. На столе находилась яичница с мясом и пахла столь замечательно, что, не в состоянии устоять, я прыгнул на стул, а следом на стол и предался удовольствию. Есть было непривычно, еду приходилось брать прямо ртом, но голод заставлял поглощать пищу, практически не жуя. Насытившись, я сунул мордочку в кружку и попил воды. Хорошо-о-о…

– А ну, стой, засранец!

Я еще ничего не понял, но знал одно – надо бежать. Метнувшись стрелой под стол, затих, размышляя, что именно предпримет незнакомка. Где-то я ее уже видел. Только где?

Пока гадал, девушка посверлила меня гневным взглядом, потом прикрыла глаза и, резко выдохнув, распахнула шкаф, начав раздеваться. На кровать полетели штаны, кофта, и я заинтересованно пополз, завороженный прекрасным зрелищем. Красивая округлая фигура, с приятными формами, длинные стройные ноги. А какие у нее… глаза!

У меня долго не было женщины. Учения шли одни за другим, и времени на личную жизнь не оставалось. Сейчас я моментально стал заложником своих желаний, и в горле пересохло. Захотелось сходить и еще раз макнуться в кружку. Можно прямо с головой.

Переодевшись, незнакомка взяла вещи и вышла из комнаты, оставив меня наедине с собой и со своими мыслями. Вздохнув, я немного отвлекся от представшей мне до этого картины и, встав, направился к зеркалу. То, что я животное, уже догадался. Вопрос в том, какое именно? Не могла же хозяйка этой комнаты притащить к себе что попало? Поэтому были у меня предположения.

Некоторое время я просто себя рассматривал, а внутри все росло и росло отчаяние. Как такое могло случиться, что я превратился в розового кота?! Смотрел на себя желтыми глазищами и был похож на комок меха. То ли я толстый, то ли пушистый, не разобрать.

Прошествовав до кровати, я запрыгнул на мягкое одеяло и, покрутившись, завалился на бок. Нет смысла поддаваться панике. Это первое, чему учат в военной академии. Нужно восстановиться от ран и найти способ вернуть себе человеческое тело.

А потом… Потом я найду того, кто это со мной сделал, и он пожалеет об этом! Да, идеальный план.

* * *

Милана Родкер

С лекции я вышла мрачная и уставшая. Работа со студентами явно не мое. Как же они меня бесят! А что тогда мне по вкусу? Работа в лаборатории, как делает отец? Только мышам зелье давать не могу, эксперименты не выходят. Может, я действительно полная бездарность?

Вдруг отец прав, и мне просто нужно выйти замуж? Но быть хорошей женой тоже нужно уметь, а я и здесь отличилась. Жених прождал меня больше часа и ушел. Это я еще не получила вестника от отца. Ему точно есть что сказать по этому поводу, а я даже не придумала оправдания.

Скривившись, напомнила себе, что надо меньше рефлексировать, а больше заниматься насущными проблемами, и отправилась к дежурной комнате. Сейчас как раз пересменка. Что в общежитии преподавателей, что студентов, порядок был один: есть дежурные, которые смотрят за порядком, и управляющая, которая заведует всей хозяйственной частью и осуществляет общее руководство. С последней договориться было невозможно, но она редко у нас бывает. А вот дежурных можно попробовать уломать закрыть глаза на то, что в моей комнате живет розовый кот.

Надеяться, что его никто не заметит, глупо. Животное может легко выскользнуть из комнаты и натворить дел. Девочки не выдадут, мне тоже есть что поведать про соседей, и не только. Да и не принято доносить в нашем тесном недружном коллективе. Поэтому имелся хороший шанс некоторое время скрывать Пушка от смотрительницы. А там, может, хозяева найдутся, или я что-нибудь придумаю.

Постучав в нужную мне комнату, я дождалась разрешения войти.

– Милана? – удивленно уточнила дежурная.

– Да, это я, – ответила, стараясь выглядеть максимально непринужденно, и проскользнула внутрь. – Не заняты?

У Аратеи дневная смена. Это пышная дама средних лет, светленькая, симпатичная и находящаяся постоянно в поиске. В мужчинах была очень разборчива, у нее имелись свои требования, аж на целых двенадцать листов.

Вопросительно вскинув брови, женщина отложила в сторону журнал, который она, судя по всему, листала. Непроизвольно мой взгляд упал на обложку. На ней красивая девушка в остроконечной шляпе и заголовок: как приворожить мужчину народными средствами.

Подавив тяжелый вздох, я с трудом удержалась от совета выкинуть журнал. Я хоть и не зельевар с многолетним стажем, но точно могу сказать, что народные методы в приворотах не работают. Арая нам все уши прожужжала про свою область исследования, хвасталась умениями.

– Ты чего тут? – спросила Аратеина сменщица, видимо, уже заступив на работу. – Случилось что?

Лорса, пожилая женщина со строгим, но усталым взглядом, которая осталась вдовой и нашла себе подходящую работу – чтение книг во время ночной смены. Общежитие преподавателей и аспирантов в ночное время обычно тихое. В отличие от студенческого, у нас меньше нагрузка и не так много запретов.

Вот и сейчас на столе находилась стопка книг, приготовленных для чтения. На одной из них был нарисован полуобнаженный боевой маг, прикрытый лишь одной силой. Слышала я, как студентки ее обсуждали, да и некоторые преподавательницы. Очень неприличная книга. Тоже почитать, что ли?

– Ничего серьезного, – начала я, подбирая слова. – Просто хотела поговорить насчет… ну, насчет порядка в комнатах. И… Как у вас дела?

Аратея подняла бровь, явно ожидая продолжения. А я молчала.

– Чаю? – спросила Лорса.

– Спасибо, не откажусь, – улыбнувшись, я приняла приглашение и расположилась на краешке стула, поставив на стол коробочки с пирожными. Из буфета.

Профессор не уставал нам повторять, что за бокалом неважно чего беседа складывается лучше, чем без него. А мне сейчас очень нужно уговорить дежурных нарушить правила.

– О-о-о… Ты купила нас с потрохами. Дело настолько серьезное? – кивнула на взятку Аратея и рассмеялась.

– Не то слово, – не стала ходить вокруг да около я.

Пока готовился чай, наполняя комнату уютным ароматом, я окинула взглядом окружающее меня пространство. Время идет, это место не меняется. Небольшое помещение с большим окном, много света, стол, кровать и крошечная кухонька. Идеальное для работы. Узнать что ли, есть ли у них еще вакансии? Какая мне наука, сторожить общежитие и все.

Когда мы все расселись за столом, пора было переходить к главному, а я не решалась.

– Что же должно случиться, чтобы любимая ученица профессора Дортора пришла просить? Ты же паинька, – усмехнулась пожилая женщина.

– Ну… – начала я, стараясь выглядеть как можно более невинно. – У меня есть… кот.

Лорса замерла, а затем медленно подняла руку, чтобы поправить очки.

– Кот? – переспросила она, явно не ожидая такого поворота.

– Да, – кивнула я, стараясь не смотреть на дежурных. – Он… розовый.

Повисла тишина. Все-таки вскинув взгляд, обнаружила, что Аратея уставилась на меня, словно я только что сообщила, что у меня в комнате живет дракон.

– Розовый кот? – повторила она, явно не веря своим ушам.

– Ну, да, – я пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более естественно. – Он… ну, такой необычный. И я просто хотела попросить, чтобы на это не обращали внимания. Он тихий, не шумит, ничего не портит.

Дежурные продолжали смотреть на меня, словно пытаясь понять, шучу я или говорю серьезно.

– Я готова тебе помочь. Взамен попрошу зелье для спины. Помнишь то, что ты мне готовила, когда только заселилась сюда? – наконец, прямо сообщила Лорса.

Обдумав предложение, я решила его принять. Некоторые ингредиенты для зелья редкие, некоторые – дорогие. Ну, что-то куплю, навещу папочку, пороюсь в его закромах. Мы же одна семья! Пока еще…

– Хорошо, – кивнула я.

А Аратея пока молчала. Правда глаза обеих женщин горели любопытством.

– Как же он к тебе попал? – подалась вперед Лорса.

– Понимаете, – начала я и, вздохнув, отхлебнула из кружки. – Я тут вчера пошла… А-а-а… Неважно. В общем, спасла случайно его от бродячих собак. Котика уже почти задрали, некоторые раны требуют ухода, и необходимо время. Сам он на улице пока не выживет.

Женщины с улыбками переглянулись.

– Ох, Милана, я уж подумала, ты будешь мужика по шкафам прятать и просишь прикрыть, а ты по котам. Рановато тебе еще! – всплеснула руками пожилая женщина.

– Да это совсем не то, что вы подумали! Я же временно, я же найду его дом. Я верну!

Но пожилая женщина лишь вздохнула, поставив на мне крест.

– Не слушай ее, – отмахнулась Аратея. – Кот хоть мальчик?

Я яростно закивала головой.

– Пушистый, симпатичный, здоровый кот в самом расцвете сил! Немного погрызан, но мы это исправим!

– Мужчина, значит! Да не боись, прикроем тебя. Что мы, звери что ли, выбрасывать больную животинку на улицу. Если что, выберется из комнаты, спрячем у себя, – уверила меня Лорса.

– Спасибо, – пробормотала я, глотнув еще чайку.

И вопросительно посмотрела на Аратею.

– Даже не знаю, стоит ли такая мелочь ответной услуги, – сомневалась женщина.

– Не люблю быть в долгу, – подтолкнула я.

– Ладно. Мне нужна информация о Норгоре.

В первый момент я растерялась. О моем коллеге и ученике профессора?

– Э-э-э… А зачем?

Аратея покраснела и замялась. У меня закралось фантастическое предположение. Да ладно, не может этого быть.

– Влюбилась она, дурында! – сдала сменщицу с потрохами Лорса.

– А вот и неправда! – воскликнула женщина, но поведение выдало ее.

– Мне кажется, он не соответствует твоему списку, – намекнула я.

– Я его немного пересмотрела, – сообщила мне тут же Аратея. – Уже не молоденькая, нужно быть менее принципиальной.

– Да ты старше Норгора, – снова вмешалась Лорса, за что получила от сменщицы гневный взгляд.

– Это не имеет значения. У нас совсем небольшая разница в возрасте.

Я молчала. Кто я такая, чтоб вмешиваться, поэтому тихо пила чай, только вот он заканчивался. Аратея с надеждой смотрела на меня.

– Норгор, он… – нерешительно начала я.

– Такой красивый, – вздохнула влюбленная.

В голове всплыл образ коллеги. Ну… Не то чтобы он страшный, но я бы не назвала и симпатичным.

– А еще у него идеальный характер.

Правду говорят, любовь зла. М-да…

– С чего бы это? – покосилась на сменщицу Лорса.

– Он молчит!

Ну, если смотреть с такой точки зрения… Правда, я же помню Норгора, когда тот говорит. Ну вот не далее, как вчера, во время учета. Или там его выражения, когда на днях его зелье взорвалось. Не все знает о любимом Аратея. И нужно ли ей все знать?

Посмотрев на женщину, я поняла, что не буду нести эти знания в массы. Нет, только не я.

– Что требуется от меня? – уточнила, покосившись на Лорсу.

– Расскажи все, что о нем знаешь. Пожалуйста, – взмолилась Аратея. – И я все-все для тебя сделаю.

У нас не было принято сводничество в лаборатории, более того, на это стоял строгий запрет, и мы уходили от всех личных вопросов о коллегах, но… Норгор, прости, ты взрослый самостоятельный мужчина. А у меня на кону жизнь маленького беззащитного розового котика.

– Хорошо, значит, слушай…

Глава 5
Ворох проблем

Идар Норвей

В моей жизни начались испытания, которые выдержит не каждый воин. Поначалу пришлось смириться с кошачьим лотком. Я даже в детстве не гадил мимо горшка, не стоит и начинать. Приспособиться к лотку было непросто, но я и не такие крепости брал.

К чему приспособиться не получилось, так это к еде. То, что незнакомка наложила мне в миску, пахло отвратительно, на вкус было еще хуже. Как это можно употреблять в пищу? Взглянув на упаковку в ведре, прочитал: крольчатина в искристом соусе. Что сказать? Кролики, определенно, не мое. Но есть хотелось все сильнее, а выход был только один. Так и не решив нравственную дилемму, я отправился к холодному шкафу, который стоял в комнате.

Когда обернусь обратно в человека, заплачу ей за продукты, и все. Это совсем не воровство. Так ведь? Мысли о том, что снова стать человеком не получится, не допускал, иначе хотелось пойти и повеситься. Буду думать о хорошем. Выход есть всегда, мне только нужно его найти.

Наловчившись и открыв лапой дверцу, я забрался внутрь шкафа, поежился от прохлады и начал принюхиваться к продуктам. Плюсом нового обличия было то, что имелся отменный нюх, острый, который много мог мне поведать об окружающем мире. Например, то, что не все продукты в этом холодном шкафу были пригодны к употреблению. Нужно дать ей как-то понять, чтобы всякую мерзость в дом не тащила.

Выбрав колбасу и мягкий сыр, я скинул те на пол и, спрыгнув сам, закрыл лапой шкаф. Нужно быть осторожным, неясно, как у нас с деньгами. Вдруг незнакомка мало зарабатывает. Пропадет провиант, настанут тяжелые дни. В этом теле есть хотелось почти постоянно.

Я практически дожевал палку, когда открылась дверь и появилась хозяйка комнаты. Инстинкты были сильнее меня, и я метнулся с колбасой под кровать. Дожевывал уже там.

– Эй! – послышался возмущенный вопль и под кровать заглянуло недовольное лицо. – Я же положила тебе поесть. Что не так?

Сама она пробовала есть то, что положила? А то себе колбасу, а мне – вонючего кролика.

– Плохая еда?

Я зашипел.

– Вот привереда. Тебе станет нехорошо от человеческих продуктов. Котам нельзя так питаться.

Колбасу стал жевать быстрее. Вдруг вытащит и отберет? Я мужчина и на женщин руку… тьфу, лапу не поднимаю. Незнакомка тоже поняла, что колбасу уже не спасти, даже если заставить меня срыгнуть съеденное, и махнула рукой. Вместо этого скинула мантию и направилась в ванную.

Выползя из-под кровати, я заинтересованно подался к двери, с интересом наблюдая. Пускает воду для омовения. Хм-м… Поел хорошо, теперь меня ожидает занимательное зрелище. Может, не так уж и плохо побыть в кошачьей шкуре? Временно!

Задрав хвост, я сноровисто прошмыгнул в ванную, прежде чем дверь захлопнулась.

* * *

Милана Родкер

Едва я расслабилась в горячей воде, трудности прошедшего дня отошли на задний план. Хорошо-о-о-о…

Посмотрев на розового пушистика, который сидел на бортике ванны и пристально смотрел на меня, я улыбнулась. Какой же он милый. Не мигая оглядывая мое тело, кот даже не заметил, что его хвост свесился в ванну и уже наполовину в воде. Кошки же вроде не любят купаться. А мой особенный!

Подумав, я добавила немного магии. Зелье зашипело, создавая в воде белую пену. В комнате поплыл запах лаванды, и, прикрыв глаза, я откинулась на бортик ванны. Теплая вода обволакивала тело, смывая усталость и напряжение. Аромат лаванды смешивался с легким запахом трав, создавая умиротворяющую атмосферу. Я чувствовала, как каждая клеточка моего тела наполняется спокойствием.

Главную проблему по спасению кота я решила, может, временно, но, если повезет, то окончательно. Нужно выбраться из академии и развесить в городе объявление, что пропало животное. Вдруг кто-то откликнется. Ну, не могли же люди выбросить такое милое розовое чудо? Я хотела на это надеяться и завтра займусь поиском хозяев.

Покосившись на розового пушистика, я заметила, что тот сосредоточенно пинает лапой пену. Уши торчком, моська нахмурена, на мордочке – упорство и воля к победе. Умилительная картина! Но вот кот чихнул, мотнул головой и, будто бы недовольный собой и своим поведением, независимо встал и с мокрым хвостом прошествовал по бортику ванны до моей головы. Сев там, он снова уставился на мое тело.

Еще немного полежав, я встала и, смыв пену, промокнула воду на теле полотенцем. Мягкая ткань нежно касалась кожи, оставляя ощущение свежести и чистоты. Накинув большой пушистый халат, я подошла к зеркалу, где сквозь легкий пар увидела свое отражение. Волосы, слегка влажные, падали на плечи, а на распаренных щеках играл легкий румянец.

Сейчас бы забраться в постельку с чаем и книжку почитать, но нужно подготовиться к завтрашней лекции по зельям, профессор так и не вернулся. Где его носит? А еще зайти к отцу. При последней мысли я поморщилась и отправилась в комнату, оставив дверь ванны приоткрытой, чтобы кот смог выйти. Он все еще сидел на бортике ванны и смотрел на то место, где я вытиралась.

Все же он странный…

* * *

Стоя перед лабораторией отца, я так и не придумала, что сказать ему в оправдание. Наверняка мой несостоявшийся жених нажаловался ему, что я не пришла. Так и сказать: проспала? Он же не поверит.

Неожиданно дверь открылась, и передо мной застыл батюшка, озадаченно смотря на свою дочь. Очевидно, он хотел выйти, а тут я.

– Милана, у тебя все хорошо?

– Да, папочка, – пискнула я.

– А чего тогда не заходишь? Хотела поговорить со мной?

Я закивала и просочилась мимо родителя в лабораторию. Взгляд тут же упал на шкаф с ингредиентами. Нужно выпросить их любым способом. Не сварю зелье, и кот окажется на улице. Конечно, Лорса может и не выдать, но рисковать не хотелось бы.

– М-м… Как у тебя дела?

– Хорошо. Рад, что ты прислушалась ко мне и сходила на свидание.

– А? – растерялась я.

– Ты же ведь ходила? – мгновенно насторожился отец.

Я закивала. Бежала! Летела!

– Норвей уже прислал мне письмо, был рад, что у вас все сложилось. Видимо, ты произвела впечатление. Новую встречу нужно назначить побыстрее.

– Что? Снова? – растерялась я.

Что Идар Норвей сказал отцу? Мы все еще помолвлены? Я думала, что уже свободная девушка. А тут вон оно как. Еще бы точно узнать, как именно.

– Милана, снова бунт?

– Нет, что ты. Я вся готовая на свидание, – рассеянно пробормотала, размышляя, что происходит.

– Понравился? А говорила – военные, противный, недостойный…

– Рано еще решать насчет симпатий, нужно узнать друг друга, – нахмурилась я.

– Ну, вот и старайтесь. В моем возрасте нужны приятные впечатления. Хочу на свадьбе погулять.

– Может, тогда сам женишься? Могу подобрать тебе невесту, – вскинулась я, смотря на отца.

– Мне уже поздно. Тут недавно спину заклинило, до сих пор настойки до конца не помогут. Боюсь в самый ответственный момент оплошать с молодой женой, – усмехнулся батюшка.

– Возьми старую.

– Чтобы вместе мучиться радикулитом? Обдумаю твое предложение. На досуге. Ты чего пришла домой? Соскучилась?

– И это тоже. А еще мне нужно заглянуть в твой шкаф с ингредиентами, кое-что позаимствовать.

– Только не мазалис. Его мало, а еще два зелья экспериментальных впереди. Новая поставка задерживается. А я пока отправлюсь по делам. На ужин останешься?

Уже хотела согласиться, но вспомнила про котика в общежитии, который совершенно один и…

– Нет, нужно вернуться. У меня эксперимент.

Пушистый такой, розовый…

– Жаль, но забегай почаще. Я пришлю тебе весточку, когда будет известно время нового свидания. А вообще, вам бы неплохо общаться напрямую и избавить нас от таких организационных вопросов. Взрослые уже.

А я лишь смотрела в пол и шаркала мыском тапочка по доскам. Что тут сказать? Мы, конечно, взрослые, но нам бы познакомиться сначала. Ох, Милана, почему ты не сказала отцу об опоздании? Как ты будешь разгребать весь этот ворох проблем и лукавства?

* * *

Грегор Норвей

Громко хлопнув дверью, я вошел в дом и подал слуге пальто. Сказать, что день не задался, просто ничего не сказать. Дети – это настоящие непрекращающиеся проблемы, даже если им за тридцать. Мы же все обсудили, договорились. Он обещал!

Направившись в кабинет, я увидел спускающуюся в холл Алаю. Как всегда, женственна и прекрасна. Несмотря на многие годы вместе, не перестаю ею любоваться. Мы с супругой соединили свои судьбы довольно рано, по воле семей, и за эти годы еще ни разу не пожалели об этом. И, в отличие от своего сына, я не трепал родителям нервы!

Войдя в кабинет, я налил себе чего покрепче и, прикрыв глаза, старался успокоиться, пока жена не пришла. А она придет, так как тоже волнуется за своего сына. Мне приходилось переживать за обоих.

Открылась и закрылась дверь.

– Дорогой…

Повернувшись к Алае, я улыбнулся, не в силах отвести от нее взгляд. Ее присутствие всегда действовало на меня успокаивающе, словно напоминая, что в этом мире есть что-то постоянное и надежное.

Тогда, много лет назад, мы были совсем юными. Наши семьи решили, что мы подходим друг другу, и, хотя поначалу это казалось странным, со временем я понял, что это одно из лучших решений в жизни. Алая с первых дней стала для меня не только супругой, но и другом, поддержкой, человеком, с которым можно разделить все: и радости, и трудности.

– Ты прекрасно выглядишь.

Она взяла меня за руку, как это часто делала, и я почувствовал, как на душе становится тепло.

– Спасибо. А вот ты не очень. Плохо спал, рано отправился по делам. Тебе нужно меньше работать, – нежно заметила жена.

Обняв ее за талию, я раздраженно процедил:

– Если бы по делам…

– Что-то с Идаром? – задрожала Алая.

За единственного сына она переживала сильно и глубоко. Понимая, что смогла подарить мне единственного ребенка, чувствовала вину и оберегала сына всегда. Любимый ребенок семьи и баловень. Видимо, поэтому он сейчас нам откалывает такие номера.

– Алая, прошу, не волнуйся.

– Тогда не скрывай от меня ничего.

Как же ей сказать о таком?

– Понимаешь… наш сын сбежал.

– Куда? – растерянно моргнула супруга.

– Если бы я знал, давно бы нашел и придушил, – вспылил я, не сдержавшись.

Супруга сразу же обняла меня, стремясь успокоить.

– Расскажи все по порядку.

– После встречи в ресторане «Три поросенка» Идар испарился. В воинской части его не видели, друзья ничего не знают. А его руководство сообщило, что у него увольнительная, которая началась сразу после учений.

– Может, что-то случилось…

– Ага, как же! Он сходил на встречу и, видимо, что-то ему не понравилось. После этого исчез и, естественно, чисто случайно! Наверняка у него потом будет уважительная причина.

Супруга вздохнула и, отстранившись, опустилась в кресло напротив моего стола.

– Почему он все усложняет? Я видела эту девушку, побывав с подругой в академии. Она милая. Судя по тому, что я смогла узнать, обладает жизнерадостным характером и добрая. Жалеет животных.

– Потому что наш сын – засранец! Избалованный и своевольный. Ну, погоди, я до него доберусь.

– А почему ты думаешь, он был на встрече?

– Родкер мне написал. Судя по посланию, его дочь осталась довольна свиданием. Вот кто не мотает родителям нервы! Из этого я делаю вывод, что встреча состоялась, и он там ничего ужасного не отмочил. Вел себя прилично. Но нам нужно назначить следующую встречу, и я не знаю, что делать?

– Может, назначить дату через неделю? – с надеждой предложила Алая.

– А если Идар не найдется, что тогда? Кто пойдет на свидание? Держу пари, он знал, что именно так все и будет. Поставит меня в неловкую ситуацию своим исчезновением, пока я буду тянуть, Родкер оскорбится и разорвет договоренность.

– Вдруг она ему не понравилась?

– Сложно прийти к нам и объяснить, чем? Если причина серьезная, мы бы прислушались, и я бы прервал договоренность. Пусть остался бы без этого зелья, но счастье сына для меня важнее финансовых убытков. Только вот он о нашем спокойствии не печется.

– Не переживай, прошу. Думаю, все наладится. Предлагаю сказать, что Идар поехал к моей маме. Она недавно приболела и, естественно, что внук, в увольнительной, отправиться навестить старушку, которую давно не видел и которая хворает.

– Наверное, – устало пробормотал я. – Другого варианта все равно нет. Будет надеяться, что в этом проходимце проснется совесть, и он объявится. А пока буду искать его.

– Идар хороший мальчик. Он не поступит с нами так скверно. Вот увидишь, он скоро появится. А пока у нас будет пара недель.

Вздохнув, я смирился. Сейчас ничего другого не оставалось. С супругой за эти годы мы прошли через многое, но никогда не позволяли трудностям сломать нас.

Я снова посмотрел на Алаю. Для меня она была такой же прекрасной, как и в тот день, когда мы впервые встретились. Жена смотрит на мир открыто и благожелательно, иногда ее мудрость дальновиднее моей. Будем считать, это тот самый случай.

Глава 6
Новые открытия

Идар Норвей

Сидя перед зеркалом, я придирчиво рассматривал себя. Все-таки я толстый. Как так могло получиться? Мое человеческое тело было в прекрасном состоянии, тренированное, а сейчас я на стул с трудом запрыгиваю. Или все-таки это шерсть?

Одно меня радовало точно: блох пока что не было. Или у всех породистых котов их нет? У меня животных не было даже в детстве, что уж говорить про взрослую жизнь, большая часть которой проходила на работе. Поэтому о котах я знал мало. Видимо, зря в школе прогуливал уроки зоологии. Кто же мог предположить, что они так пригодятся?

Все, что мне известно… Есть обычные коты, которых создала матушка природа и которые ходили по этой земле с древних времен. Они были трех основных цветов, красные, синие и зеленые. Все остальные цвета появились благодаря многим годам селекции и смешиванию генов. И розовых я видел очень мало, значит, вид редкий и породистый. Но длинная пушистая шерсть убивала! Даже подумать противно, что надо все это вылизывать. Бр-р…

Может, удастся договориться с девушкой, чтобы она нормально меня помыла? Вот только как сообщить о своей просьбе, если я только мяукать могу? С другой стороны, все могло обернуться хуже. Сейчас я живу в довольно просторной комнате. Тут, пожалуй, даже лучше, чем в казарме. Светло, есть мягкая постель и прекрасная соседка.

Воспоминание о том, как она принимала ванну, и сейчас опаляет жаром тело, даром, что оно маленькое и пушистое. А еще мне чешут шерстку и пузико. Это намного приятнее, чем прикосновение к животу в человеческом обличье. Хотя… Если прикасаться будет она же… Вот на ком мне надо жениться!

Чувство дежавю нахлынуло, неожиданно подкидывая какую-то мысль, но я не успел ее поймать, как открылась дверь и вошла моя незнакомка. Бросившись к одной из полок, начала что-то там искать. Я же, давно выстроив план действий, решил привести его в исполнение. Тем более дверь так приглашающе приоткрыта…

Ну я и шмыгнул в нее, попав в большой длинный коридор с ответвлениями на другие коридорчики поменьше. В одно из таким ответвлений я и спрятался, шмыгнув за угол. По моим представлениям времени, сейчас должна начаться уборка комнат, а значит, пора провести разведку по комнатам. Присмотреться, послушать…

Затаился за углом, стараясь дышать как можно тише. Издалека доносились шаги – видимо, уборка уже движется полным ходом. Я прислушался, пытаясь уловить голоса или другие звуки, которые могли бы подсказать, что происходит в комнатах. Но коридор был тихим, лишь эхо шагов разносилось по длинным стенам.

Пройдя вдоль стены и все обнюхав, я понял, что здесь огромная проходимость, а значит, это или отель, или доходный дом, или общежитие. Судя по одежде незнакомки и ее расписанию, скорее всего, общежитие для преподавателей. Обычно они делятся на мужской корпус, женский и для женатых пар. Это точно женское.

Решив не терять времени, я, двигаясь как можно быстрее, заглядывал в открытые двери. Первая комната оказалась пустой – лишь стол, стул и несколько книг на полке. Ничего интересного. Вторая дверь была приоткрыта, и оттуда доносился слабый звук – будто кто-то перебирал бумаги. Я замер, прижавшись к стене, и заглянул внутрь.

Там, спиной ко мне, стояла рыжеволосая женщина в форме. Она что-то искала в ящиках стола, нервно перекладывая документы. Я не мог разглядеть ее лицо, но по ее движениям было видно, что она торопится. А если заметит меня? Мой план уже начинал казаться рискованным, но отступать было поздно. Даже если увидят, не убьют же они животное. А если выкинут?

Через пару минут женщина, наконец, нашла то, что искала, и быстро вышла из комнаты, даже не оглянувшись. А я сидел за дверью сжавшись. Может, вернуться обратно? В это время, вынырнув из соседней комнаты, мимо прошаркала уборщица и даже не посмотрела в мою сторону. Будто я невидимка, а не розовый кот. Хмм…

Стараясь быть незаметным, я путешествовал за уборщицей от одной двери до другой. Но почти все комнаты пустовали, скорее всего люди на работе. Все же это моя промашка, не учел времени суток. Когда уже было решил вернуться в свою комнату, услышал в одной из уже убранных разговор нескольких девушек.

Крадучись, я подполз к двери, намереваясь подслушать.

– Итера, ну куда ты пойдешь? Центральная академия науки и материаловедения лучшая в империи. Все остальное не котируется. Смирись и работай. Нагрузка не такая уж большая.

Значит я нахожусь в общежитии для преподавателей одной из лучших академий столицы. И именно здесь имеется самая большая кафедра зельеварения. Хм-м… Совпадение?

– Но как же бесит этот профессор. В ученики не берет, только обещаниями кормит, противный старикан.

– Ты только в этом году окончила, а хочешь…

– Ой, какой миленький.

Хор женских голосов стих и все глаза устремились на меня. Вот незадача, все же заметили.

– Какой прекрасный розовый котик! Какая прелесть! Чей он?

– Вроде у Миланы завелся. Мальчик.

– Ну хоть какой-то мужчина у нее появился.

– Она спасла беднягу, того едва не загрызли собаки!

– О-о-о… – послышался дружный умиленный вздох.

И, прежде чем я успел сбежать, меня подхватили на руки, принявшись тискать и гладить. Как бы я ни мяукал и не шипел, ничего не помогало. Впервые в жизни я пошел по рукам. Кошмар, как много не знал я о женщинах и их сюсюканье. Моя намного приятнее, она нежнее гладит, ее голос более приятный и все она делает лучше! Помогите!

– Ну разве можно быть таким милым и не давать себя потискать! – воскликнула одна из девушек, удерживая меня в своих объятиях.

– Смотри, какой пушистый! – добавила другая, запуская пальцы в мою шерсть. Я отчаянно пытался вырваться, но мои усилия только вызывали у них еще больше умиления.

– Ой, смотри, он сердится! – засмеялась третья. – Ну ничего, сейчас мы тебя успокоим!

Меня начали кормить какими-то лакомствами, которые, признаться, были довольно вкусными. Но это не меняло того факта, что я чувствовал себя пленником в этом кругу восторженных женщин.

– Может, нужно раздобыть ему кошачьей еды?

Я громко мяукнул в знак протеста, но все лишь рассмеялись и заспорили о том, что нужно давать кошкам. Воспользовавшись тем, что внимание ко мне ослабло, я вывернулся и, умудрившись спрыгнуть с рук, дал деру!

Когда летел прочь из этой комнаты не жалея лап, от меня отваливались куски шерсти. То ли эти живодеры ее повыдергивали, то ли сама выпала от стресса. И лишь сев за углом, я смог перевести дух. Что может кот? Ничего. Даже постоять за себя толком не в состоянии. Конечно, можно было царапаться и кусаться, но я не поднимал на женщин лап!

Лишь бы мою комнату не закрыли! Быстрее! Безошибочно определив по запаху нужное мне помещение, я забежал туда и шмыгнул под кровать. Полученной информации явно недостаточно, нужно отсидеться и придумать, как розовому коту незаметно перемещаться по общежитию. Кругом полно опасностей! А то, что разведка необходима, я не сомневался. Внутри сидело тянущее тревожное чувство. И оно мне категорически не нравилось. Как и сама ситуация!

* * *

Милана Родкер

Профессор все еще не вернулся из своей командировки, и я уже несколько часов пишу доклад для студентов по редким ядам. Коллеги помогать не стали, мол, ты самая талантливая? Любимица профессора? Вот и отдувайся за него. А они приберутся в лаборатории. Как будто там есть что убирать!

Пушок запрыгнул на стол и начал вертеться на бумагах, махая мне по носу пушистым хвостом.

– Эй, ну что ты делаешь. Мне же нужно работать. Завтра доклад.

А тот упал на бумаги и хитро прищурил глаза. Я уже знала этот его вид, хотел, чтобы я чесала ему пузико.

– Вот не буду. Зачем ты удираешь из комнаты? Все девочки тебя уже видели. А если узнает о твоем существовании смотрительница, знаешь, что тогда будет? Нет, не знаешь, ты же кот. А она выкинет тебя, и окажешься на улице. Сидит тут весь день, проверяет общежитие и уходит к себе только вечером. Эх…

Кот только стукнул своей лапой по моей руке, словно говоря: не отвлекайся и гладь. Ну что с ним делать? Запустив пальцы в пушистую мягкую шерстку, я поглаживала кота, чесала пузико, а он мурлыкал, словно маленький трактор.

– Какой ты красавчик. Такой милый, пушистый, совершенно замечательный кот. Настоящая гроза для женских сердец. Устоять перед такой прелестью невозможно.

Мурчание усилилось, и я, не удержавшись, схулиганила и подула на кошачий пузик.

– Мурк, – сразу свернулся котик.

Рассмеявшись, я встала и потянулась, разминая спину. Нужно готовить еду. И кота покормить. Тот отказывался есть кошачий корм и питался со мной чуть ли не из одной тарелки. А это вредно. Я проконсультировалась с целителем на эту тему и теперь стараюсь давать продукты безопасные, но вчера этот бандит снова украл колбасу. Больше не буду ее покупать!

– Чем сегодня с тобой будем ужинать? Может, отварим мяско?

Обернувшись, я уже увидела, что Пушок снова наматывает круги вокруг растения на подоконнике.

– А ну брысь оттуда, это мне для зелья! Ценный ингредиент, покупать получится дорого! А тебе вредно!

Кот тут же сел и уставился на меня большими желтыми глазами.

– Я слежу за тобой, – предупредила его и вернулась к готовке.

С этим котом я начала питаться правильно и полезно. Все блюда, которые ему можно, нужно есть и мне. Иначе он что-то стащит у меня из тарелки. Или выпросит. Противостоять розовому обаянию практически невозможно!

Покосившись на пушистое животное, я увидела, что тот снова принюхивается к цветку. Надо забрать растение на работу, а то ему настанет конец. Пушок такой милый, но очень целеустремленный котик. Может, оставить его себе? Я так и не дошла развесить объявления. А если это знак, что не нужно его никуда возвращать?

Прошло всего несколько дней, а я уже привязалась к нему. Мы словно созданы, чтобы жить вместе. Прекрасно понимаем друг друга. Я раньше думала, что породистые коты от обычных не отличаются, и лишь теперь поняла, какие они умные!

Он словно все понимает и очень ласковый. Спит у меня в голове или на шее. Спихнуть невозможно, потом все равно забирается и укладывается рядом. Его шерсть лезет в лицо, а иногда приходится от нее отплевываться. Когда придет лето, ему, наверное, станет жарко. Может, его побрить?

Когда я раскладывала еду по тарелкам, странный, но характерный звук заставил меня насторожиться. Медленно повернувшись, я узрела, что цветок на подоконнике обглодан, а кота тошнит.

– Пушок!

Подхватив животное, я поволокла его в ванную, параллельно прикидывая время и размышляя, успею я отправить весточку целителю или нет. Одно ясно точно: предстоящая ночь обещает быть очень веселой!

Глава 7
Все тайное становится явным

Идар Норвей

Еле живой и совершенно обессиленный, я лежал на кровати пузом кверху и задрав лапки. Меня жалели, гладили и держали на диете. Жизнь ужасна. Все планы пошли прахом.

По вечерам все находились по своим комнатам, а смотрительница уходила. И до отравления я еще пару раз проводил свои вылазки, отправлялся слушать и прислушиваться, но сейчас куда уж мне. Каждый час, проведенный в этой слабости, казался вечностью. Я понимал, что если продолжу просто ждать, то никогда не узнаю правду.

Бродя по коридорам, прячась за углами, подслушивая разговоры, я тешил себя надеждой услышать хоть маленькую зацепочку в решении моей проблемы, а получил лишь кучу слухов и сплетен. В том числе про мою незнакомку.

Должен сказать, женское общежитие то еще место. Мини-вселенная, где раскрываются все грани женской натуры. Ты начинаешь понимать, что за милой улыбкой и аккуратным макияжем скрывается целый мир эмоций, интриг и тонких манипуляций. Ты видишь, как они общаются между собой, как строят стратегии, как легко могут превратиться из «милой и беззащитной» девушки в «решительную и хладнокровную».

Познав такое коварство женской натуры, я уже передумал жениться. Когда ты мужчина, они тебе ничего такого о себе не рассказывают, а если и узнаешь их секреты, то к тому моменту ты уже прочно женат и в ловушке. Есть девушки, которые вызывали у меня симпатию, но все были заняты. Интересно, а у моей незнакомки есть парень? Надо бы узнать ответ на данный вопрос.

Сегодня был выходной, и в общежитии народу было мало. Все или разъехались, или ушли по своим делам. Мы же проводили выходные вместе. Девушка уселась рядом, периодически косилась на меня и читала книгу. Хорошо…

Уже почти задремал, когда в дверь раздался стук.

– Открыто!

– Милана, это я. Я все узнала!

– Что? – растерялась девушка, откладывая книгу.

В комнату ворвалась блондинка. Девушку я видел ранее с ее парнем, темноволосым мужчиной ненамного старше нее. Она дружит с хозяйкой комнаты?

– Про твоего жениха.

Про… Что?! Поднявшись, я уселся и осуждающе посмотрел на… Милану. Значит, есть жених, а она тут с розовыми котами обнимается!

– О-о-о… Давай я заварю чаю. Садись, Лилиана.

Та разместилась на стуле и с любопытством посмотрела на меня.

– Общежитие гудит, что ты завела себе розового мужчину.

– Кошмар. Я так рассчитывала это скрыть. Теперь узнает смотрительница!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.