Георгий Попов
Сказки о Ереме

Сказка – это и благо, и радость, и душевное тепло, и чудо.

Давно это было

Очень давно, а может быть и еще раньше, жил старик со своим семейством. Старшие сыновья уже были при деле, а младший все еще пребывал в мечтаниях и не мог остановится на каком -то ремесле, чтобы усердно его осваивать. Непутевый, говорил дед и чесал от досады затылок. Никак не наиграешься, мастеришь целый день свистульки да дудочки, но ими сыт не будешь. Ерема часто сидел в поле около деревни и выводил мелодии на своей дудочке или дудел в свистульку, которая переливалась голосами птиц. Птички радостно кружили над ним, мышки приближались и вставали на задние лапки, суслики весело бегали вокруг него. Цветы издавали аромат, солнышко пригревало, и на душе Еремы становилось радостно и светло. Однако, деревенские недолюбливали его и называли бездельником. Да и ребятишки, пробегая мимо него на реку часто его дразнили:

– Ерема, Ерема, сидел бы ты дома на теплой печи да ел калачи.

– Ерема, Ерема, оставайся – ка дома, ведь у маменьки пирожки сладеньки.

Когда Ерема проходил по деревне, выбегали навстречу ребятишки и кричали

– Ерешка, Ерешка, хватай скорее ложку. Да ложкой картошку, да накладывай в плошку. А то братья навалятся, ничего не останется.

Однако, Ерема не был ленивым бездельником. Он часто помогал и отцу, и братьям. И топором владел и инструментами разными. Так, что все дразнилки он воспринимал с улыбкой.

В путь дорогу

Но вот однажды, Ерема пришел к отцу и сказал – хочу посмотреть мир иноземный, да научиться чему ни – будь полезному. Добре, ответил отец и благословил его в дорогу. Мать дала пирогов, а он еще взял и пшеницы в узелочек, чтобы птичек кормить, наслаждаться их пением и дом родной вспоминать. Знающие люди сказали, что до иноземщины месяца два надо идти без устали, а может и больше.

– В иноземщине долго не задерживайся, сказал отец, – к осени возвращайся, братьям урожай надо помогать убирать, да и невесту мы тебе уже приглядели.

– Постараюсь, сказал Ерема, – хотя, насчет невесты вы погорячились.

И вот, на следующий день, рано утром он уже был в дороге. Настроение было прекрасное, душа замирала от предвкушения необычного, от дальней дороги, от жажды приключений. Долгий путь не пугал его, ведь Ерема был здоровым и крепким, да и умом бог его не обидел. Солнышко светило, птички выводили свои трели, цветы источали аромат. На каждом привале он мастерил очередную дудочку или свистульку. Люди добрые давали ему ночлег и пропитание в дорогу. И он в ответ тоже старался. Кому -то починит забор, кому -то поможет траву скосить, а кого – развеселит и порадует игрой на дудочке, или своими свистульками. Свистульки сослужили ему хорошую службу.

В какой – то деревне Ерема отобрал у кошки воробышка, птенца, только оперившегося, только начавшего летать, но шустрого и звонкого, и выходил его. И привязался воробей к Ереме, везде сопровождал его, а ночью спал в его шапке. Когда Ерема свистел на дудочке своей воробышек прилетал и садился к нему на плечо и вносил свою лепту чириканьем своим. Так и потешали они народ. А народ платил доброжелательностью и гостеприимством.

Удивительная старушка

Прошло уже дней изрядно, а Ерема, по – прежнему, с легким сердцем, преодолевал все тяготы пути. Как -то шел Ерема по дорожке и уже дело к вечеру было, вдруг видит – избушка одинокая стоит у опушки леса.

– Дай, думает, – зайду, да на ночлег попрошусь.

В доме была лишь одна старушка. Поклонился Ерема старушке и попросился на ночлег.

– Хорошо, ответила она, – но и ты мне помоги. Ветер задира выдрал солому с крыши, и крыша стала протекать.

– Конечно, помогу, – с радостью согласился Ерема.

Старушка еще не успела пирогов испечь, а Ерема уже все сделал. За чаем с пирогами Ерема рассказал о своих планах дойти до иноземщины и там чему ни – будь полезному научиться.

Покачала головой старушка

– Ох, нелегкий это путь, да и опасный.

– А как же ты бабуся одна в лесу выживаешь.

– А я не одна. Мне помогают и птицы и звери. Я могу с ними разговаривать. И птицы, и звери мне приносят и ягоды, и шишки, и семена всякие, да и пшеничку в клювиках приносят. Я и муку делаю для пирогов. А медведь мне меду приносит в улье лесном от пчел диких. Они приходят ко мне на чаепитие, я их угощаю, песенки им пою, да сказки рассказываю.

Уже солнце готовилось вставать, да и Ерема засобирался. Попрощались они и, напоследок, она ему и говорит:

– Эх, Ерема, Ерема, хороший ты человек, и душа у тебя добрая. Сгинуть можешь. Так что вернулся бы ты домой, да и сидел в родном гнезде, а то ведь за синей рекой за высокой горой живут страшилища – тоска зеленая, горе горькое и зависть черная. Кого они встречают, душу того пожирают.

– Ничего, – сказал Ерема, – как ни – будь справлюсь.

– Ну смотри, – сказала старушка и дала ему в дорогу хлеба краюшку, да квасу отварного.

– И еще, добавила она. Вот тебе амулет на шею с камушком. Он поможет тебе понимать и язык птиц небесных, и тварей земных. Надо только приложить камушек к уху и сказать- птицы небесные, твари земные, позвольте мне понимать вас, может вам чем – то и пригожусь.

Приложил Ерема камушек к уху, сказал заветные слова, и вдруг слышит, как воробей его говорит ему:

– Ну что Ерема, пора и в путь.

– Прощай бабуся, на обратном пути увидимся.

– Прощай Ерема, обязательно увидимся. Да, и напоследок. Тебе придется пройти по владением ведьминых дочек. Очень коварные они. Будь внимательным. Не поддавайся на их морок. Когда же пройдешь их владения, встретишься с моей старшей сестрой. Она зверей лечит. Может чем и поможет тебе или совет добрый даст. На том и попрощались.

Тоска зеленая

Так шел Ерема после старушки уже целый день и солнце уже начало клониться к вечеру, как попал он в лесную гущу. Вдруг что – то зашумело, заскрипело, запричитало. И на душе так стало тоскливо, так тошно. И куда делось и бодрость, и веселье душевное.

– Ага попался, – завыла Тоска Зеленая.

Окружила она его со всех сторон, куда не повернешь голову, везде она. И так на душе стало тяжело, хоть топись. Проснулся и воробей, который спал в ямке в его шапку. Клюнул он Ерему в голову и чирикнул весело. Ерема, не думая, достал дудочку и начал на ней играть, и чем дольше играл, тем веселее мелодия становилась, тем сильнее тоска корчилась, да уменьшалась, жалостливо попискивая. Взмолилась она и кричит Ереме:

– Перестань, я тебе добрую службу сослужу.

Остановился Ерема, а Тоска и говорит:

– Как только я тебе понадоблюсь просто скажи со вздохом – ох тоска зеленая, должок за тобой, – я и появлюсь.

– И укажи как ни -будь на обидчика своего. А уж я постараюсь. Но кроме тебя никто меня не будет видеть.

– Хорошо, – сказал Ерема, и уже было пошел, а Тоска и говорит ему:

– Подари мне напоследок свою дудочку, я же тебе вон какое волшебство подарила.

– Ну раз ты ко мне по –доброму, то и я к тебе по –доброму, – и отдал Тоске зеленой свою дудочку.

Но как только дудочка оказалась в ее руках, она вновь выросла и окружила Ерему.

– Ну что, теперь то тебе нечем меня изничтожать. Так что я душу твою заберу. . Но, не тут – то было, Ерема моментально достал следующую дудочку и вновь заиграл. Да еще звонче прежнего, да веселей.

– Караул, – завизжала Тоска, – сдаюсь.

– Сколько же их у тебя, окаянный Ерема?

– Да полный мешок.

– Ладно, – сказала Тоска.

– Признаюсь, ты меня победил и уговор наш остается в силе. Появлюсь, когда понадоблюсь и исчезла.

Горе горькое

Идет дальше Ерема, песенки напевает, и вдруг, чувствует, как что -то навалилось тяжелое на плечи и никак не может от тяжести этой избавится. И на тоску зеленую не похоже. Ну прямо ноги не несут. Да и мысли в голову всякие лезут, как будь – то, кто нашептывает. Ой, куда я иду, ой пропаду, да маменька и не переживет такого. И так горько стало на душе. Сел под деревце и с горя решил подкрепиться. Но только откусил кусочек хлеба так и выплюнул его сразу. Горечь была несусветная. Что же с хлебом случилось. Достал лепешку. И опять тоже самое. Ну невозможно в рот взять – горечь такая, аж во рту палит. Призадумался Ерема, сидит соображает, кто же такую порчу навел, и на душе горько, и хлеб горький. Но тут воробушек на плече проснулся и давай песню свою петь. Ладно, думает Ерема, хоть мне тошно и голодный, но сыграю, хоть повеселю пташек. И как только он начал играть как что – то спало с плеч и явилась ему старуха безобразная.

– А ну ка, брось свои забавы детские – на дуделке свистеть, – прошипела она свирепо.

А Ерема сообразил, что здесь что – то неладное, да и бабуся какая -то противная. И так на душе плохо от голода, а тут еще и играть надо бросить. И продолжил играть еще веселей и задорней. Вдруг старуха начала вокруг него бегать, корчиться и причитать – чтобы он немедленно прекратил эти ужасные звуки.

– А не прекращу, пока не скажешь, кто ты.

– Я горе горькое, могу навалиться на человека и довести до смерти.

– Ух ты, какая безжалостная.

И вновь продолжил играть. Каталась старуха по земле каталась и, наконец, взмолилась. Если ты прекратишь, то я тебе секрет волшебный открою.

– Хорошо, сказал Ерема, и прекратил.

– Если кто – то тебя сильно обидит или пожелает зла, похлопай себя правой рукой по левому плечу я и появлюсь, и с обидчиком разберусь.

– Это конечно хорошо, но что тебе взамен надо.

– А подари мне свою дудочку.

– На, говорит Ерема, – и отдает ее бабке.

Та схватила дудочку, и вдруг как закричит:

– Ну, а теперь ты мой, – и вновь навалилась горькой тяжестью на душу Еремы.

Но не тут – то было. Ерема снова достал новую дудочку из мешка, да как начал играть, да с такими переливами, что ноги сами в пляс пускаются.

– Все, все, все, – заорала Горе горькое. – Сдаюсь. Ты достойный противник. Так и быть оставляю тебя и уговор наш остается в силе. Не перепутай плечи. Так как если похлопаешь левой рукой по правому плечу, то уговор наш разрывается.

Сказала старуха и исчезла. И вместе с ней исчезла и горечь из хлеба и из лепешек.

Зависть черная

Наевшись вдоволь лепешек и запив их квасом, Ерема вновь пустился в дорогу, с еще с большей радостью и легкостью на душе. Воробей время от времени, улетал вперед, вдоль дороги, чтобы потом сообщить Ереме об опасностях или о чем – то необычном. Долго шел Ерема, преодолевая и реки, и холмы, и вот однажды попал он в поле с цветами черными. Идет по полю, удивляется, а навстречу ему всадник на красивейшем коне, надменный такой и одежда на нем необычная, бархатными цветами переливается. Проехал мимо, презрительно посмотрев на Ерему. Удивился Ерема, идет дальше, и опять навстречу едет всадник, а под ним еще краше конь и еще краше одежды его. Что -то шевельнулось в душе Еремы нехорошее. Но он так и не понял, что. Идет дальше и вновь всадник, одетый как принц и конь золотом отливает. И вдруг почувствовал Ерема такую зависть к всадникам, к их коням и одеждам, что аж горло свело, чуть не лопнул от зависти. Тут воробей прилетел к нему из своего очередного полета, сел на плечо, потом на его котомку. Достал дудочку и сунул ее Ереме в руки. Машинально Ерема поднес дудочку к губам и заиграл. И о чудо, зависть начала исчезать, стало весело и радостно на душе. Неожиданно поднялся ветер и выросла перед ним, как будь – то из -под земли, старуха омерзительная. Вся в черном, с черными цветами в руках, и как заорет,

– А ну перестань играть на моем поле, – и начала топать ногами.

– Еще чего, – отвечает ей Ерема.

И еще веселее продолжил играть. Заткнула уши старуха, взбесилась, стала бегать вокруг Еремы, пытаясь вырвать дудочку. Да не тут – то было, воробьишко постоянно мешал ей, летая у нее перед носом и клевал в затылок. Наконец, устала она и взмолилась,

– Перестань играть на этой ужасной дудочке, а я тебе секрет открою.

– Хорошо, – говорит Ерема. – Слушаю тебя.

– Я зависть черная, и жадность безмерная, могу съесть человека изнутри. Превратить его в тощую больную былинку. И если ты мне отдашь свою дудочку, то я тебе могу сослужить, когда потребуется.

– Если кто -то завидует чему – то или проявляет жадность безмерную, или отбирает у человека даже последнее, и ты захочешь его наказать за это, покачай головой и топни ногой и скажи, чтоб тебя зависть съела, и я появлюсь.

Отдал старухе Ерема дудочку, а чтобы не было соблазна передумать, или проявит коварство, потряс мешком и сказал:

– У меня таких свистулек полный мешок. Раздулась старуха, как жаба, от злобы, прошипела что -то под нос и говорит:

– Достойный противник. Так и быть, уговор наш остается в силе. И исчезла.

Старушка – хохотушка

Шел Ерема как -то мимо болота. Слышит стоны какие -то. Огляделся никого нет. Собрался было и дальше идти да опять кто -то застонал да так жалостно. Начал Ерема внимательно все осматривать и увидел, как лежит старушка, а на ней ветка большая и старушка не может выбраться из -под нее. И понял Ерема, что она то и вздыхает, и стонет. Освободил он ее, расправил ей косточки. Встрепенулась старушка и заговорила:

– Спасибо тебе добрый человек, то я бы и пролежала неизвестно сколько. Я не простая старушка, я старушка хохотушка. Могу рассмешить так, что человек не сможет остановится, пока я не захочу. Могу и до смерти захохотать человека, если человек злой. А за то, что ты спас меня, я тебе, когда ни -будь пригожусь, только позови меня – старушка подружка, появись да делом займись. Тут я и появлюсь, и рассмешу кого захочешь, а кого захочешь и уморить могу. Поблагодарил ее Ерема, предложил ей помощь добраться до избушки, но она отказалась. На том и распрощались.

Столяр

Прошло уже изрядно времени, как Ерема покинул отчий дом, и однажды, попал он на ярмарку в каком -то городе. И удивила, и потрясла его утварь деревянная. Сразу видно было, что мастер был необыкновенный. Когда берешь в руки любую вещь, сделанную им, душа петь начинает. Вот и пристал к нему Ерема:

– Возьми в подмастерья, хочу научиться твоим премудростям, и мастерства твоего достичь.

Понравился он мастеру своей настойчивостью и желанием, а также бесплатный работник – это тоже неплохо. И согласился. Поначалу мастер не допускал его к работе, а просил только наблюдать за его работой и слушать. И мастер рассказывал ему о дереве, какое оно бывает необыкновенное. И как в нем красоту увидеть можно. Конечно, Ерема помогал ему – принести, поднять, поддержать, убрать мусор. Прошло какое – то время и мастер однажды сказал ему:

– Сегодня ты начнешь сам постигать ремесло, так как ты уже все видел и слышал от меня. Но сначала пойдем в лес и подберем дерево подходящее. Но запомни Ерема, когда приходишь в лес за деревом, сначала поклонись хозяину леса, попроси не отказать в нижайшей просьбе и показать дерево, которое можно в лесу взять. И если хозяин леса примет тебя, он обязательно покажет то дерево, из которого получится именно то, что задумал. Но прежде чем пойдем за деревом ты должен сделать топорище для своего топорика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.