Антон S.A
Книга теней: легенды городов

"В каждом из нас есть тень, которая шепчет о том, что мы боимся услышать. Она – отражение наших страхов, наших сомнений, наших самых глубоких тайн. Но именно во тьме мы находим искру, которая ведёт нас к свету. Иногда, чтобы понять себя, нужно погрузиться в ту самую тьму, которую мы так стараемся избежать. Потому что только там, в глубине, мы находим ответы на вопросы, которые не решались задать. И только там мы понимаем, что тьма – это не конец, а начало пути к истине."

"Судьба – это не дорога, которую мы выбираем, а тропа, которая выбирает нас. И на этой тропе мы встречаем не только себя, но и тех, кто был до нас, и тех, кто придёт после. Каждый шаг – это выбор, каждый выбор – это жертва, и каждая жертва – это ключ к двери, за которой скрывается нечто большее, чем мы можем себе представить."

Книга Теней

"Иногда, чтобы спасти свет, нужно погрузиться во тьму. Но даже в самой глубокой тени остается искра, которая напоминает, ради чего ты сражался."

В тишине древнего монастыря, затерянного среди горных вершин, время, казалось, застыло. Пыльные лучи света пробивались сквозь узкие окна библиотеки, освещая ряды старинных фолиантов, хранящих мудрость веков. Но среди них была одна книга, непохожая на остальные. Ее кожаный переплет, потрескавшийся от времени, не имел ни названия, ни автора, а страницы, на первый взгляд, были совершенно пусты. Лишь тонкая паутина трещин на пергаменте намекала на то, что здесь скрыто нечто большее, чем пустота.

Монахи, посвятившие свои жизни изучению священных текстов, сначала не придали ей значения. Но однажды, случайная капля крови упала на страницу, и буквы, словно тени, начали проявляться, складываясь в строки, а затем и в целые пророчества. Сначала это казалось даром свыше – книга открывала будущее, предупреждая о бедствиях и катастрофах. Монахи, воодушевленные возможностью спасать жизни, стали использовать ее, чтобы предотвращать несчастья. Однако вскоре они поняли, что каждое их вмешательство в ход событий влечет за собой неожиданные последствия. Реальность, словно живая ткань, начинала менять свою структуру, порождая новые, еще более мрачные версии мира. И книга, которую они считали спасением, стала их проклятием.

Среди монахов, посвятивших себя изучению таинственной книги, выделялся один человек – Марк. Он не был монахом в привычном смысле этого слова. Когда-то он пришел в монастырь как странник, ищущий убежища от собственного прошлого. Его пронзительный взгляд и молчаливая сосредоточенность выдавали в нем человека, знакомого с потерями и болью. Марк не искал просветления или спасения души – он искал покоя, но судьба, как всегда, распорядилась иначе.

Именно он первым заметил, что книга реагирует не только на кровь, но и на того, кто ее проливает. Когда его капля упала на страницу, текст проявился с необычайной четкостью, а слова, казалось, обращались лично к нему. С тех пор Марк стал хранителем книги, тем, кто читал ее предсказания и пытался расшифровать их скрытый смысл. Но чем глубже он погружался в тайны книги, тем сильнее ощущал, как она меняет его самого. Тени будущего, которые он видел на страницах, начинали преследовать его даже в снах, а граница между реальностью и пророчествами становилась все тоньше.

Марк не знал, что книга выбрала его не случайно. Она чувствовала в нем то, что он сам давно пытался забыть – его связь с миром, который он оставил позади, и его способность влиять на ход событий. И теперь, когда монахи начали сомневаться в правильности своих действий, именно Марку предстояло решить, стоит ли продолжать использовать книгу, или же лучше навсегда закрыть ее страницы, пока она не изменила реальность до неузнаваемости.

Однажды ночью, когда тишина монастыря была нарушена лишь шелестом страниц и завыванием ветра за стенами, Марк снова открыл книгу. На этот раз он не стал проливать кровь – она сама проступила на его ладони, будто книга сама требовала жертвы. Текст, проявившийся на странице, был иным: не предсказание, не пророчество, а нечто большее. Слова, словно живые, впивались в его сознание, рисуя картины, от которых кровь стыла в жилах. Он увидел мир, охваченный огнем, небо, расколотое молниями, и землю, кишащую сущностями, которых невозможно описать. Среди этого хаоса он стоял один, с книгой в руках, и понимал – это не просто видение. Это будущее, которое она готовит.

С того момента Марк больше не мог закрывать глаза на правду. Книга не была инструментом спасения – она была злом, древним и безжалостным. Каждое предсказание, каждое изменение реальности, которое монахи пытались использовать во благо, лишь приближало мир к этой апокалиптической картине. Она питалась их надеждами, их страхами, их душами. И теперь она хотела его душу.

Марк начал искать ответы. Он рылся в древних манускриптах, беседовал с отшельниками, спускался в подземные хранилища монастыря, где пыль веков покрывала свитки с запретными знаниями. Постепенно он узнал, что книга была создана не для спасения, а для разрушения. Ее создатель, имя которого стерто из истории, хотел обрести власть над временем, но вместо этого выпустил на волю силу, которую не смог контролировать. Книга была заточением для этой силы, но с каждым использованием ее цепи ослабевали.

Чтобы уничтожить книгу, Марку предстояло совершить невозможное – пожертвовать своей душой. Только так можно было разорвать связь между книгой и реальностью, остановить ее влияние. Но что будет с ним после? Сможет ли он обрести покой, или его душа навсегда станет частью той тьмы, которую он пытался уничтожить?

Марк стоял перед выбором: продолжать бороться, рискуя всем, или смириться и позволить книге завершить свое дело. Но в его глазах уже горела решимость. Он знал, что должен сделать. Даже если это станет его последним шагом.

Марк знал, что времени осталось мало. Каждый день, проведенный с книгой, приближал мир к той апокалиптической картине, которую он видел в своем видении. Он не мог больше ждать. После долгих поисков и бессонных ночей, проведенных за изучением древних текстов, он нашел лишь одну зацепку. Старый монах, чье лицо было изрезано морщинами, словно карта забытых времен, рассказал ему о монастыре в Румынии, спрятанном глубоко в Карпатских горах. Говорили, что там хранятся знания, которые могут помочь в борьбе с древним злом. Никто не мог подтвердить, правда ли это, но другого выхода у Марка не было.

Собрав немногочисленные пожитки и попрощавшись с братией, Марк отправился в путь. Дорога была долгой и трудной. Карпаты встретили его холодным ветром и густыми туманами, которые скрывали тропы, словно сама природа пыталась остановить его. Но он шел вперед. Его мысли были сосредоточены на одной цели – найти способ уничтожить книгу, даже если это будет стоить ему жизни.

Монастырь, когда он наконец нашел его, оказался древним и полуразрушенным. Его стены, покрытые мхом, казалось, сливались с окружающими скалами. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь эхом его шагов. Марк почувствовал, что это место хранит тайны, которые не должны были быть раскрыты. В глубине монастыря он встретил старого отшельника, чьи глаза, казалось, видели больше, чем могли выдержать. Тот молча выслушал Марка, а затем произнес лишь одно слово: "Жертва".

Старик объяснил, что книга – это не просто объект, а живое существо, связанное с миром через души тех, кто ею пользовался. Чтобы уничтожить ее, нужно разорвать эту связь, и единственный способ сделать это – принести в жертву свою душу, став проводником для ее уничтожения. Но даже это не гарантировало успеха. Книга будет сопротивляться, и Марку придется столкнуться с ее темными сущностями.

Марк понимал, что это может быть его последний путь. Но он уже сделал выбор. С книгой в руках и решимостью в сердце он приготовился к последнему шагу. Где-то в глубине монастыря, в месте, где время и пространство теряли смысл, он начал ритуал, который должен был положить конец всему. И пока тени сгущались вокруг него, он знал, что даже если мир никогда не узнает о его жертве, это будет лучшее решение.

Ритуал требовал не только физической, но и духовной подготовки. Старый отшельник объяснил Марку, что книга будет сопротивляться, используя его же страхи, сомнения и самые темные воспоминания. Она попытается сломить его, заставить отказаться от задуманного. Но если он устоит, если сможет пройти через этот ад, то у него будет шанс уничтожить ее навсегда.

Марк начал с того, что окружил себя символами защиты, которые нашел в монастыре: древние руны, вырезанные на камнях, свечи, сделанные из воска с добавлением священных трав, и воду, освященную в течение многих лет в подземных источниках. Он расположил их в круге, внутри которого поместил книгу. Ее страницы, казалось, шевелились, словно чувствуя приближение конца. Воздух вокруг стал тяжелым, наполненным электрическим напряжением.

Когда Марк начал читать слова ритуала, которые ему дал отшельник, комната погрузилась в полумрак. Свечи погасли одна за другой, несмотря на отсутствие ветра. Тени на стенах начали двигаться, принимая формы, которые заставляли его сердце биться чаще. Он видел лица тех, кого потерял, слышал их голоса, зовущие его остановиться. Но он продолжал, хотя каждое слово давалось ему с трудом.

Книга начала вибрировать, ее страницы перелистывались сами по себе, и из нее начали вырываться темные сущности. Они кружили вокруг Марка, пытаясь проникнуть в его разум. Одна из них приняла облик его самого, но с глазами, полными ненависти и отчаяния. "Ты думаешь, что сможешь победить меня?" – прошипела сущность его голосом. "Я – часть тебя. Ты никогда не избавишься от меня."

Марк сжал кулаки и продолжил ритуал, хотя его тело уже дрожало от напряжения. Он чувствовал, как книга пытается вырваться из круга, как ее сила давит на него, пытаясь сломить. Но он знал, что не может остановиться. Он вспомнил видение мира, охваченного огнем, и понял, что это будущее станет реальностью, если он сейчас сдастся.

Когда он произнес последние слова ритуала, комната наполнилась ослепительным светом. Книга закричала, звук, который невозможно описать, – смесь боли, ярости и отчаяния. Марк почувствовал, как что-то внутри него рвется, как будто его душа отделяется от тела. Он упал на колени, но продолжал держать книгу в руках, хотя его пальцы уже немели.

Свет стал таким ярким, что он закрыл глаза. Когда он снова открыл их, книга исчезла. В комнате было тихо, только слабый запах гари напоминал о том, что произошло. Марк почувствовал пустоту внутри себя, как будто часть его души действительно была принесена в жертву. Но он знал, что сделал это не зря.

Отшельник, наблюдавший за всем со стороны, подошел к нему и положил руку на его плечо. "Ты сделал это, – сказал он тихо. – Но цена была высокой."

Марк кивнул, едва находя в себе силы говорить. "Это того стоило. Мир спасен."

Но старик покачал головой. "Мир спасен, но твоя душа теперь принадлежит тьме. Ты больше не сможешь жить, как раньше."

Марк понимал это. Он чувствовал, как тьма уже обволакивает его, как тени начинают тянуться к нему. Но он также знал, что это была его судьба. Он пожертвовал собой ради других, и теперь ему предстояло жить с этим выбором.

Собрав последние силы, он вышел из монастыря. Горы вокруг были такими же величественными, как и раньше, но теперь они казались ему чужими. Он не знал, куда теперь идти, но понимал, что его путь еще не закончен. Тьма, которую он принял в себя, требовала контроля, и он должен был научиться жить с ней.

Марк сделал шаг вперед, в неизвестность, готовый к новым испытаниям. Он спас мир.

Кровавый карнавал

"Карнавал – это не просто огни и смех. Это ловушка, где души становятся топливом для вечного праздника, а пустые глаза – единственное, что остаётся от тех, кто когда-то был человеком."

В тихий, ничем не примечательный городок, затерявшийся среди бескрайних полей, однажды вечером пришла странная весть. Слухи о необычном карнавале, который появляется только под покровом ночи, разлетелись с поразительной быстротой. Говорили, что его яркие огни и завораживающая музыка притягивают, как магнит, а обещание невероятных чудес заставляет сердца биться чаще. Но вместе с этим в рассказах звучала и тревожная нота: те, кто посещал карнавал, либо исчезали без следа, либо возвращались… другими. Их глаза, некогда полные жизни, теперь были пусты, словно в них не осталось ни искры души.

Марат, молодой и любопытный парень, слышал эти истории, но не мог поверить, что всё это правда. Он привык искать рациональные объяснения всему, что происходило вокруг. Однако, когда однажды ночью на окраине города появились яркие шатры, а воздух наполнился сладковатым ароматом попкорна и странной, почти гипнотической музыкой, его любопытство взяло верх. Что-то в этом карнавале манило его, звало заглянуть за завесу тайны. И, сам того не осознавая, Марат сделал шаг навстречу тому, что навсегда изменит его жизнь…

Марат стоял на краю поля, где раскинулся карнавал, и не мог оторвать взгляда от этого зрелища. Яркие огни мерцали, как звезды, притягивая к себе взгляды. Гигантское колесо обозрения, украшенное тысячами лампочек, медленно вращалось, а из динамиков лилась мелодия, которая казалась одновременно знакомой и чужой. Вокруг шатров сновали люди – или то, что лишь напоминало людей. Их движения были плавными, почти неестественными, а улыбки слишком широкими, словно нарисованными.

Он оглянулся. На улице было пусто – ни души, кроме него. Город словно вымер, будто все его жители поддались зову карнавала. Марат почувствовал легкий холодок на спине, но решил, что это просто ветер. Он сделал шаг вперед, затем еще один, и вот уже оказался у входа. Арка, украшенная гирляндами из разноцветных огней, манила его внутрь. Над ней висел знак, на котором было написано: "Добро пожаловать в Вечный Праздник!"

– Вход бесплатный, – раздался голос справа. Марат вздрогнул и обернулся. Перед ним стоял человек в костюме шута. Его лицо было скрыто за маской с улыбкой, которая казалась слишком широкой, почти зловещей. – Но будь осторожен, друг. Здесь легко потеряться.

Марат хотел спросить, что он имеет в виду, но шут уже исчез, словно растворился в воздухе. Парень пожал плечами и двинулся дальше. Внутри карнавала царила атмосфера праздника: вокруг смеялись дети, пары кружились в танце, а продавцы предлагали сладости и игрушки. Но что-то было не так. Марат не мог понять, что именно, пока не заметил, что у всех посетителей глаза… пустые. Без блеска, без эмоций, словно стеклянные.

Он почувствовал, как сердце его заколотилось. Что-то здесь было не так, что-то ужасно неправильное. Но прежде, чем он успел развернуться и уйти, к нему подошла девушка. Она была красивой, но её улыбка была слишком яркой, а глаза… такие же пустые, как у всех остальных.

– Ты новенький, – сказала она, протягивая руку. – Пойдем со мной. Я покажу тебе самое интересное.

Марат хотел отказаться, но его ноги будто сами по себе пошли за ней. Он чувствовал, как разум кричал ему остановиться, но тело не слушалось. Девушка вела его через лабиринт шатров и аттракционов, пока они не оказались перед большим черным шатром. Над входом висел знак: "Сокровища Вечности".

– Войди, – прошептала девушка, и её голос звучал, как колыбельная. – Ты найдешь то, что ищешь.

Марат сделал шаг внутрь. Темнота поглотила его, и он почувствовал, как воздух стал густым, почти осязаемым. Вдруг перед ним появился силуэт – высокий, с горящими глазами, как угли. Это был не человек. Это было нечто древнее, зловещее, и оно улыбалось.

– Добро пожаловать, Марат, – произнесло существо, и его голос звучал, как гром. – Ты пришел в нужное время. Мы всегда рады новым гостям… и новым душам.

Марат понял, что попал в ловушку. Но было уже слишком поздно.

Марат попытался отступить, но почувствовал, как невидимые силы удерживают его на месте. Воздух вокруг сгустился, словно стал жидким, и каждый его шаг давался с невероятным усилием. Существо перед ним, высокое и искаженное, с горящими глазами, медленно приближалось, его улыбка становилась всё шире, обнажая ряды острых, как бритва, зубов.

– Не бойся, – прошипело оно, – ты станешь частью чего-то великого. Частью вечного праздника.

Марат оглянулся, ища выход, но черный шатер, казалось, расширялся, стены отодвигались всё дальше, превращаясь в бесконечную тьму. Единственным источником света были глаза демона, которые горели, как два уголька в печи. Он почувствовал, как страх сковывает его тело, но где-то глубоко внутри загорелась искра сопротивления.

– Я не стану частью вашего праздника, – прошептал он, сжимая кулаки. – Что бы вы ни планировали, у вас ничего не выйдет.

Демон засмеялся, и его смех был похож на скрежет металла. – Ты смешной, Марат. Ты думаешь, что у тебя есть выбор? Ты уже здесь. Ты уже наш.

Марат почувствовал, как что-то холодное и липкое обвивает его ноги, словно щупальца. Он попытался вырваться, но тени вокруг него ожили, сжимая его всё сильнее. Внезапно перед его глазами промелькнули образы: лица людей, которые исчезли, их пустые глаза, их безжизненные улыбки. Он понял, что это души, которые демон использовал для поддержания своего вечного праздника. И он был следующим.

Но в этот момент что-то внутри него вспыхнуло. Марат вспомнил о своей семье, о друзьях, о жизни, которая ждала его за пределами этого кошмара. Он не мог позволить этому закончиться здесь. Собрав всю свою волю, он крикнул: – Я не ваш!

Тени вокруг него дрогнули, словно его слова имели силу. Демон на мгновение замер, его глаза сузились. – Интересно, – прошипел он. – Ты сильнее, чем я ожидал. Но это ничего не изменит.

Марат почувствовал, как давление ослабло, и воспользовался моментом. Он рванулся в сторону, к едва заметному просвету в стене шатра. За спиной раздался гневный рык демона, и тени бросились за ним, но Марат уже вырвался наружу.

Он оказался в центре карнавала, где всё ещё царила иллюзия праздника. Люди вокруг смеялись и танцевали, но теперь он видел их настоящие лица – пустые, бездушные. Он знал, что должен выбраться отсюда, но как? Карнавал был ловушкой, и каждый шаг мог привести его обратно в лапы демона.

Внезапно он заметил фигуру, которая выделялась среди остальных. Это был старик в потрёпанном плаще, который стоял в стороне и наблюдал за происходящим. Его глаза не были пустыми – они были полны мудрости и печали. Марат подошёл к нему, надеясь, что этот человек сможет помочь.

– Ты не один из них, – сказал старик, прежде чем Марат успел заговорить. – Ты всё ещё борешься. Это хорошо.

– Кто вы? – спросил Марат, задыхаясь. – Что это за место?

– Это ловушка, – ответил старик. – Демон, который управляет этим карнавалом, питается душами. Он создал этот праздник, чтобы заманивать людей, а затем забирать их сущности. Те, кто возвращается, – это лишь пустые оболочки.

– Как мне отсюда выбраться? – спросил Марат, чувствуя, как надежда начинает угасать.

Старик посмотрел на него с сочувствием. – Единственный способ – разрушить сердце карнавала. Но это опасно. Если ты потерпишь неудачу, твоя душа будет потеряна навсегда.

Марат кивнул. – Я готов рискнуть. Я не могу оставить этих людей здесь.

Старик улыбнулся. – Тогда слушай внимательно. Сердце карнавала – это зеркало, которое находится в самом центре. Оно отражает не лица, а души. Если ты разобьёшь его, карнавал исчезнет, и души будут освобождены. Но будь осторожен – демон не позволит тебе сделать это так просто.

Марат поблагодарил старика и двинулся в сторону центра карнавала. Он знал, что времени мало, и что демон уже ищет его. Но он также знал, что должен попытаться. Ради себя, ради тех, кто уже попал в ловушку, и ради тех, кто ещё может оказаться здесь.

Когда он приблизился к центру, он увидел огромное зеркало, окружённое кольцом огней. В его отражении он увидел не себя, а что-то другое – свою душу, которая светилась ярким светом. Но прежде, чем он успел сделать шаг вперёд, за его спиной раздался знакомый голос.

– Ты действительно думаешь, что сможешь победить меня? – прошипел демон, появляясь из тени. – Ты всего лишь человек.

Марат обернулся и посмотрел ему в глаза. – Да, я человек. И именно поэтому я сильнее тебя.

С этими словами он бросился к зеркалу, чувствуя, как тени демона смыкаются вокруг него. Его рука сжала камень, который он подобрал по пути, и он изо всех сил бросил его в зеркало. Раздался звон, и мир вокруг него начал рушиться.

Он проснулся на краю поля, где раскинулся карнавал. Вокруг было тихо, и небо начинало светлеть. Карнавал исчез, как будто его никогда и не было. Марат знал, что он сделал что-то важное, но также понимал, что демон не исчез навсегда. Где-то в глубине его сознания он слышал его смех, обещающий, что они ещё встретятся.

Но пока он был свободен.

Тень, которая осталась

В городе, где небо редко бывало чистым, а воздух всегда отдавал металлическим привкусом прогресса, жил Макс. Обычный продавец электроники, чья жизнь была словно закольцована в бесконечном цикле: утренний кофе, дорога до магазина, полки, забитые гаджетами, которые он продавал с безразличием автомата, и вечерний путь домой, где его ждал старый компьютер и мир онлайн-игр. Выходные – редкие островки свободы – он проводил в кафешке с друзьями, где разговоры о жизни, работе и будущем казались такими же серыми, как и город за окном. Но в этой рутине, в этой кажущейся предсказуемости, скрывалось нечто большее. Что-то, что ждало своего часа, чтобы вырваться наружу, как тень из-под закрытой двери, как шепот из глубины подсознания. И Макс, сам того не зная, уже стоял на пороге. Пороге, за которым начиналось нечто, что не поддавалось логике, не укладывалось в рамки его обыденного мира. Что-то, что могло быть как сном, так и кошмаром.

Иногда, когда ночь опускалась на город, как тяжелое одеяло, и единственным светом в комнате был мерцающий экран монитора, Макс позволял себе думать. Думать о том, о чем обычно не думал. Мысли текли медленно, как смола, липкие и тягучие, цепляясь за края сознания. Он думал о работе, о бесконечных днях, проведенных за прилавком, о людях, которые приходили и уходили, не оставляя следа. Думал о друзьях, чьи шутки уже не смешили, а лишь напоминали о том, как далеко они все ушли от мечтаний юности. Думал о жизни, которая, казалось, превратилась в бесконечный цикл из одних и тех же действий, словно он застрял в плохо написанной программе.

Но были и другие мысли. Темные, как чернильные пятна, они просачивались в его разум, когда он оставался один на один с тишиной. Мысли о суициде. Они приходили нечасто, но когда приходили, то въедались в сознание, как ржавчина, оставляя после себя горький привкус. Макс не хотел умирать – по крайней мере, он так говорил себе. Но идея о том, чтобы просто исчезнуть, перестать существовать, казалась ему странно привлекательной. Как будто это был единственный способ вырваться из этого замкнутого круга, из этой жизни, которая, казалось, давно перестала принадлежать ему.

Он отгонял эти мысли, как назойливых мух, погружаясь в игры, где можно было быть кем угодно – героем, злодеем, кем-то, кто имеет значение. Но даже там, в виртуальных мирах, тень этих мыслей иногда настигала его, напоминая, что бегство – это лишь иллюзия. И однажды, в одну из таких ночей, когда тьма за окном казалась особенно густой, а тишина – особенно громкой, Макс почувствовал, что что-то изменилось. Что-то в воздухе, в самом пространстве вокруг него. Как будто дверь, которую он всегда держал закрытой, вдруг приоткрылась, и из щели потянулся холодный, чуждый ветер. Ветер, который шептал: "Пора."

Макс открыл окно. Холодный ночной воздух ударил ему в лицо, словно пытаясь остановить, но он уже сделал шаг. Шаг в пустоту. Ветер завывал в ушах, а городские огни внизу казались такими далекими, как звезды, которые он никогда не видел из-за вечной дымки. Он закрыл глаза, ожидая, что сейчас все закончится. Ожидая удара, боли, пустоты. Но вместо этого… ничего. Ни звука, ни ощущения падения. Только странная, гулкая тишина, как будто время остановилось.

Когда он открыл глаза, то увидел асфальт под собой. Он лежал на нем, но не чувствовал ни боли, ни страха. Ни крови, ни переломов. Его тело было целым, как будто ничего и не произошло. Макс медленно поднялся, оглядывая себя. Руки, ноги, грудь – все на месте. Он потрогал лицо, словно проверяя, реально ли оно. Потом поднял голову и посмотрел вверх. Его окно, с которого он только что шагнул, было далеко, на девятом этаже. Оно светилось тусклым желтым светом, как всегда. Но как он мог упасть с такой высоты и остаться невредимым?

Недоумение охватило его, как туман. Он стоял посреди пустынной улицы, чувствуя, как холодный ветер обнимает его, но не принося облегчения. В голове крутились вопросы, на которые не было ответов. Что это было? Галлюцинация? Сон? Или что-то другое, что-то, что выходило за пределы его понимания? Он посмотрел на свои руки снова, как будто ожидая, что они начнут растворяться или превращаться во что-то иное. Но они оставались обычными, такими же, какими были всегда.

И тогда он почувствовал это. Легкое покалывание в затылке, как будто кто-то наблюдал за ним. Макс медленно обернулся. Улица была пуста, но вдалеке, в тени подъезда, ему показалось, что что-то шевельнулось. Что-то большое, темное, едва различимое в свете фонаря. Оно не двигалось, просто стояло там, наблюдая. И в этот момент Макс понял, что что-то изменилось не только с ним, но и с миром вокруг. Что-то, что он не мог объяснить, но что теперь было частью его. И это "что-то" только начинало проявляться.

Макс стоял на улице, вглядываясь в темноту, где, как ему казалось, скрывалось что-то. Но тень не шевелилась, не подавала признаков жизни. Она просто была там, как будто ждала. Ждала, пока он сделает следующий шаг. Но Макс не был готов к этому. Его разум, все еще переполненный хаосом и вопросами, требовал хоть какого-то объяснения, хоть какой-то логики. Но логики не было. Только тишина и этот странный, необъяснимый холод, который, казалось, исходил не от ветра, а изнутри него самого.

Он медленно двинулся обратно к дому, каждый шаг давался с трудом, как будто земля под ногами стала тяжелее. Лифт поднял его на девятый этаж, и он вошел в квартиру, словно в чужое пространство. Все было на своих местах: диван, компьютер, пустой стакан на столе, – но теперь это место казалось ему чужим, как будто он смотрел на него через стекло. Он сел на диван, уставившись в стену, и не двигался. Мысли крутились в голове, как бешеные мухи, но ни одна из них не приносила ответа. Что это было? Почему он остался жив? Почему он не чувствовал боли? И что за тень наблюдала за ним?

Часы тикали, отсчитывая секунды, минуты, часы. Макс не спал. Он просто сидел, погруженный в оцепенение, пока за окном ночь медленно сдавала свои позиции рассвету. Первые лучи солнца пробились сквозь шторы, осветив комнату, но они не принесли с собой утешения. Макс чувствовал себя так, будто он больше не принадлежит этому миру. Как будто он переступил какую-то невидимую грань, и теперь все вокруг – лишь иллюзия, тонкая пленка, за которой скрывается что-то другое. Что-то, что он не мог понять, но что теперь не отпускало его.

Когда солнце полностью взошло, Макс наконец встал. Его тело было тяжелым, как будто он провел всю ночь не на диване, а в каком-то другом, более темном месте. Он подошел к окну и посмотрел вниз. Улица была пуста, но он знал, что тень все еще там. Где-то. Она ждала. И он чувствовал, что скоро она снова даст о себе знать.

Макс чувствовал себя… странно. Не то чтобы плохо – наоборот, тело не болело, голова была ясной, но внутри него бушевал ураган вопросов, на которые не было ответов. Он вышел на улицу, надеясь, что свежий воздух и движение помогут ему разобраться в себе. Город был таким же, как всегда: люди спешили по своим делам, машины гудели в пробках, где-то вдалеке играла музыка. Но теперь все это казалось ему чужим, как будто он смотрел на мир через мутное стекло.

Он зашел в магазин, чтобы купить воды. Полка с напитками была на привычном месте, и он взял бутылку, почти на автомате. Подойдя к кассе, он протянул деньги продавцу, и в этот момент что-то пошло не так. Продавец – обычный парень лет двадцати пяти, с короткими волосами и в синей униформе – вдруг изменился. Его лицо стало неестественным, как маска: кожа натянулась, рот растянулся в огромной, почти до ушей, улыбке. Глаза, широко раскрытые, казались пустыми, как у куклы. Макс отпрянул, едва не выронив бутылку. Сердце заколотилось, а в горле пересохло.

– С вами все в порядке? – спросил продавец, и его голос звучал нормально, даже с легкой ноткой беспокойства.

Макс медленно поднял взгляд, ожидая снова увидеть это жуткое лицо. Но продавец был обычным. Никакой улыбки, никаких пустых глаз. Только слегка удивленное выражение на лице.

– Да, – пробормотал Макс, быстро протягивая деньги. – Все в порядке.

Он схватил бутылку и почти выбежал из магазина, чувствуя, как его руки дрожат. Что это было? Галлюцинация? Или его разум начал сдавать под давлением того, что произошло прошлой ночью? Он остановился на тротуаре, пытаясь успокоить дыхание. Люди вокруг шли мимо, не обращая на него внимания. Но теперь он смотрел на них по-другому. Каждый человек, каждый прохожий казался ему потенциальной угрозой. Что, если их лица тоже начнут меняться? Что, если это не галлюцинация, а что-то другое? Что-то, что он не может понять?

Макс зажмурился, пытаясь собраться. Он знал, что не может просто стоять здесь. Ему нужно было идти, двигаться, что-то делать. Но куда? И зачем? Он открыл глаза и посмотрел на бутылку воды в руке. Она была настоящей, холодной, тяжелой. Это было что-то осязаемое, что-то, что он мог понять. Но даже это не приносило утешения. Потому что где-то там, за пределами его понимания, что-то изменилось. И он знал, что это только начало.

Макс остановился на углу улицы, прислонившись к стене здания. Он закрыл глаза, пытаясь вернуться к той ночи, к тому моменту, когда он шагнул в пустоту. Он вспоминал каждый шаг, каждое движение, каждую секунду. Но ничего странного не приходило на ум. Все было как обычно: открыл окно, почувствовал холодный ветер, закрыл глаза… и потом – ничего. Ни звука, ни ощущения падения. Только тишина. И потом – асфальт. Целое тело. Ни боли, ни крови.

Но что-то все-таки было. Что-то, что он не мог ухватить, как туманную тень на краю сознания. Может, когда он закрыл глаза, что-то произошло? Может, в тот момент, когда он ожидал конца, что-то вмешалось? Что-то, что он не мог увидеть, но что изменило все. Он пытался представить это: темнота, ветер, и.… что? Какая-то сила? Существо? Или, может, он просто потерял сознание, и все это – лишь игра его разума?

Но, тогда как объяснить то, что он остался жив? Как объяснить тень, которая наблюдала за ним? Или лицо продавца, которое на мгновение стало чем-то из кошмара?

Макс открыл глаза и вздохнул. Он чувствовал, что зашел в тупик. Каждый вопрос, который он задавал себе, только порождал новые. И чем больше он думал, тем сильнее ощущал, что мир вокруг него стал другим. Как будто за обычной реальностью скрывалась другая, более темная и странная, и теперь он начал видеть ее края.

Он взял бутылку воды и сделал глоток. Холодная жидкость немного прояснила его мысли. Он знал, что не может просто стоять здесь и размышлять. Ему нужно было что-то делать. Но что? Идти к врачу? Полицию? Кто бы поверил ему? Кто бы не подумал, что он сошел с ума?

Макс медленно двинулся вперед, не зная, куда идет. Он просто шел, чувствуя, как город вокруг него становится все более чужим. И где-то в глубине души он понимал, что это только начало. Что-то изменилось. И это "что-то" не отпустит его.

Макс шел по улице, стараясь не смотреть по сторонам, но это было невозможно. Он замечал. Замечал, как тени от людей, падающие на асфальт, иногда двигались сами по себе, будто живя отдельной жизнью. Они тянулись, извивались, как черные змеи, и на мгновение казалось, что они смотрят на него. Он моргал, и тени снова становились обычными, но ощущение, что что-то не так, не покидало его.

А потом он увидел лица. Люди шли мимо, разговаривали, смеялись, но иногда их лица… менялись. На мгновение кожа становилась слишком бледной, глаза – слишком большими, а улыбки – слишком широкими, как у того продавца в магазине. Макс старался не смотреть, но это было невозможно. Каждый раз, когда это происходило, его сердце сжималось, а в горле пересыхало. Он ускорял шаг, стараясь не бежать, но ноги сами несли его вперед.

Он чувствовал, как его дыхание становится прерывистым, а ладони потеют. Город, который он знал всю свою жизнь, теперь казался ему чужим, враждебным. Каждый угол, каждый переулок таил в себе что-то необъяснимое. Он слышал шепот, но, оборачиваясь, никого не видел. Чувствовал, как чьи-то глаза следят за ним, но, оглядываясь, замечал только обычных прохожих.

Макс почти бежал, когда наконец добрался до своего дома. Он влетел в подъезд, нажал кнопку лифта и, стоя в ожидании, чувствовал, как его сердце колотится в груди. Лифт приехал, и он зашел внутрь, нажимая кнопку своего этажа с дрожащими пальцами. Двери закрылись, и он почувствовал временное облегчение. Но даже здесь, в замкнутом пространстве лифта, он не мог избавиться от ощущения, что что-то не так. Зеркало на стене отражало его лицо – бледное, испуганное, с широко раскрытыми глазами. Он отвернулся.

Когда лифт остановился на его этаже, Макс выскочил из него и почти побежал к своей квартире. Он вставил ключ в замок, руки дрожали так, что он едва попал в замочную скважину. Наконец дверь открылась, и он ворвался внутрь, захлопнув ее за собой. Он прислонился к двери, закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Но даже здесь, в своей квартире, он не чувствовал себя в безопасности. Воздух казался тяжелым, как будто кто-то был здесь, наблюдая за ним. Он медленно открыл глаза и огляделся. Все было на своих местах: диван, стол, компьютер. Но что-то изменилось. Что-то, что он не мог объяснить.

Макс подошел к окну и посмотрел вниз. Улица была пуста, но тени… тени двигались. Они тянулись к нему, как щупальца, и в этот момент он понял, что сбежать не получится. Что бы ни произошло той ночью, это было только начало. И теперь он был частью чего-то большего, чего-то, что он не мог понять, но что уже никогда не отпустит его.

Макс сел за компьютер, его пальцы быстро стучали по клавиатуре, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы объяснить то, что с ним происходило. Он вбивал запросы: "суицид и мистика", "тени после падения", "необъяснимые явления после попытки самоубийства". Страницы браузера заполнялись ссылками на форумы, статьи о психологии, мифы и легенды, но ничего конкретного. Ничего, что могло бы хоть как-то связать его опыт с чем-то реальным или хотя бы известным. Были истории о призраках, о людях, которые видели странные вещи после клинической смерти, но все это казалось таким далеким, таким не связанным с его ситуацией.

Он читал часами, прокручивая страницы, переходя от одного сайта к другому. Его глаза устали, а голова начала болеть от обилия информации, которая не давала ответов, а только порождала новые вопросы. Может, он действительно сошел с ума? Может, все это – лишь галлюцинации, вызванные стрессом? Но тогда как объяснить то, что он остался жив после падения? Как объяснить тени, которые двигались сами по себе, и лица, которые менялись?

Утомленный, Макс откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Он чувствовал, как его разум перегружен, как будто он пытался ухватить что-то, что всегда ускользало. В конце концов, он встал и медленно направился к кровати. Его тело было тяжелым, как будто он нес на себе груз, который не мог сбросить. Он прилег, уставившись в потолок, и почувствовал, как усталость накрывает его волной.

Но даже когда он закрыл глаза, мысли не отпускали его. Они крутились в голове, как бешеные вихри, смешивая реальность с кошмаром. Он видел тени, которые тянулись к нему, лица, которые искажались, и ту самую ночь, когда он шагнул в пустоту. Ему казалось, что он падает снова, но на этот раз он не проснулся на асфальте. Он падал в темноту, которая становилась все гуще, все плотнее, пока не поглотила его полностью.

Макс открыл глаза с криком, его тело было покрыто холодным потом. Он огляделся, но комната была такой же, как и прежде. Тишина. Только тиканье часов на стене нарушало ее. Он сел на кровати, чувствуя, как его сердце колотится в груди. Это был сон? Или что-то другое?

Он посмотрел на окно. Ночь была тихой, но он знал, что за стеклом что-то есть. Что-то, что ждет. И он понял, что не сможет просто лежать и ждать, пока это что-то придет за ним. Ему нужно было найти ответы. Даже если это означало снова столкнуться с тем, что он не мог понять.

Макс выглянул в окно, его пальцы сжали подоконник так сильно, что костяшки побелели. Между деревьями, в густой темноте, стояла она – та самая огромная тень. Она была неподвижна, как будто вырезана из самой ночи, ее очертания сливались с окружающей тьмой, но он чувствовал ее присутствие. Она просто стояла, не шевелясь, как будто ждала. Ждала его.

Макс не мог отвести взгляд. Его сердце билось так громко, что он почти слышал его стук в тишине комнаты. И вдруг… глаза. Два ярких, горящих огня вспыхнули в глубине тени. Они смотрели на него, пронизывая его насквозь, словно выжигая его душу. Это был не просто взгляд – это было что-то древнее, что-то, что знало его. Что-то, что ждало его.

Макс отпрыгнул от окна, как будто его ударило током. Он отшатнулся назад, споткнулся о край кровати и едва удержался на ногах. Его дыхание стало прерывистым, а руки дрожали. Он стоял посреди комнаты, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Несколько секунд он не мог заставить себя двинуться, но потом, собрав всю свою волю, снова подошел к окну.

Он выглянул наружу, уже зная, что увидит. Но тени не было. Только деревья, качающиеся на ветру, и пустая улица, освещенная тусклым светом фонарей. Она исчезла. Или… может, ее никогда и не было? Но глаза… эти горящие глаза… они были реальными. Он это знал.

Макс отступил от окна, чувствуя, как его разум начинает сдавать под тяжестью происходящего. Он сел на кровать, уставившись в стену, и понял, что больше не может игнорировать это. Что-то было не так. Что-то, что выходило за пределы его понимания. И теперь, когда он увидел это своими глазами, он знал – это не остановится. Это только начало.

Макс сидел на кровати, его голова тяжело опустилась на грудь. Мысли путались, как клубок ниток, которые он не мог распутать. Он чувствовал себя опустошенным, но в то же время напряженным, как будто каждая клетка его тела была натянута до предела. Он медленно поднял голову, и в этот момент его сердце остановилось.

Она стояла прямо перед ним. Тень. Та самая. Ее очертания были размыты, как будто она состояла из самой тьмы, но глаза… эти горящие глаза смотрели на него с нечеловеческой ненавистью. Ее голос, низкий и шипящий, как змеиный, прорезал тишину:

– Ты не должен жить.

Макс не успел даже вскрикнуть. Ее рука, холодная и тяжелая, как камень, схватила его за шею. Он почувствовал, как пальцы впиваются в его кожу, перекрывая дыхание. Он пытался вырваться, но его тело не слушалось, как будто парализованное. Глаза тени горели все ярче, заполняя его поле зрения, пока все вокруг не превратилось в огненную пустоту.

И тогда он проснулся.

Макс вскочил на кровати, его тело было покрыто холодным потом, а сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Он огляделся, но комната была пуста. Никакой тени, никаких горящих глаз. Только тишина и слабый свет луны, пробивающийся через шторы.

Он схватился за шею, ожидая почувствовать следы от пальцев, но кожа была гладкой. Это был сон? Но он казался таким реальным. Он все еще чувствовал холодное прикосновение, слышал этот шипящий голос. "Ты не должен жить." Эти слова эхом отдавались в его голове.

Макс медленно опустился на кровать, его руки дрожали. Он знал, что это не просто сон. Это было предупреждение. Или угроза. И теперь он понимал, что не сможет просто игнорировать это. Что-то хотело его смерти. И оно не остановится.

Макс сидел на кровати, его пальцы нервно барабанили по коленям. Мысли крутились в голове, как вихрь, но одна идея начала вырисовываться яснее остальных: ему нужно было действовать. Сидеть и ждать, пока эта… тень, это что-то снова явится к нему, было нельзя. Он не мог больше жить в этом страхе, в этой неопределенности. Ему нужны были ответы. И он понимал, что искать их придется в местах, которые раньше казались ему далекими и чуждыми.

– Надо что-то делать, – прошептал он себе, словно подтверждая решение.

Он начал обдумывать варианты. Ведуньи, гадалки, экстрасенсы – все это всегда казалось ему чем-то из разряда суеверий, чем-то, во что он никогда бы не поверил. Но теперь… теперь он был готов поверить во что угодно, лишь бы это помогло ему понять, что происходит. Может, кто-то из них сможет объяснить, почему он остался жив, почему тени преследуют его, и что за существо явилось ему во сне.

Но была и другая мысль – церковь. Он не был религиозным, но сейчас, когда столкнулся с чем-то, что явно выходило за пределы обычного мира, мысль о священнике, о молитве, о защите, которую может дать вера, казалась… утешительной. Может, это было то, что ему нужно? Может, именно там он найдет ответы?

Макс вздохнул и провел рукой по лицу. Он понимал, что не может выбирать между одним и другим. Ему нужно было попробовать и то, и другое. Ведунья, гадалка – кто-то, кто знает о темных сторонах мира, и церковь – место, где, как он надеялся, он сможет найти защиту от того, что его преследует.

Он встал с кровати и подошел к столу, где лежал его телефон. Быстро набрав в поисковике "гадалки в городе", он начал просматривать результаты. Отзывы, адреса, цены – все это казалось таким обыденным, таким далеким от того, что он переживал. Но он знал, что это его единственный шанс.

– Ладно, – прошептал он, записывая адрес одной из ведуний, о которой было больше всего положительных отзывов. – Сначала туда. А потом… потом в церковь.

Он посмотрел на часы. Было еще рано, но он знал, что не сможет больше спать. Ему нужно было действовать. Сейчас. Пока тень не вернулась. Пока она не решила, что он больше не заслуживает шанса.

Макс дрожащими пальцами набрал номер, который нашел в интернете. Звонок прозвучал всего пару раз, прежде чем на другом конце провода раздался спокойный, но твердый женский голос:

– Алло?

Макс начал говорить сразу, срываясь на слова, перескакивая с одной мысли на другую. Он рассказывал о падении, о тенях, о лице продавца, о сне, о горящих глазах… Он не мог остановиться, как будто слова вырывались из него сами, не давая времени на паузы или объяснения.

– Стоп, – резко прервала его женщина. Ее голос был спокойным, но в нем чувствовалась властность. – Молодой человек, я не могу уловить все, что вы говорите. Вы слишком взволнованы. Запишите адрес и приезжайте к 12 часам дня. Я вас буду ждать.

Макс замер на мгновение, затем кивнул, хотя она этого не видела.

– Хорошо, – прошептал он, чувствуя, как его голос дрожит.

Она продиктовала адрес, и он записал его на клочке бумаги, который нашел на столе. Ее голос звучал уверенно, как будто она уже сталкивалась с подобным. Это немного успокоило его, но страх все еще сидел глубоко внутри, как холодный камень.

– До встречи, – сказала она и повесила трубку.

Макс опустил телефон на стол и посмотрел на часы. До 12 оставалось еще несколько часов. Он чувствовал, как время тянется мучительно медленно, но знал, что должен дождаться. Он не мог просто сидеть и ждать, поэтому начал собираться. Оделся, взял ключи, деньги, записку с адресом. Его руки все еще дрожали, но он старался сосредоточиться на каждом движении, чтобы отвлечься от мыслей.

Перед выходом он еще раз посмотрел в окно. Улица была пуста, тени деревьев лежали спокойно, и никаких горящих глаз он не увидел. Но это не принесло облегчения. Он знал, что это затишье – временное. Что-то ждало его. И он должен был узнать, что именно.

Макс вышел из квартиры, крепко сжимая в руке записку с адресом. Он не знал, что его ждет у этой ведуньи, но понимал, что это его единственный шанс. Единственный способ понять, что происходит, и, возможно, найти способ остановить это.

Макс приехал вовремя, как и договорились. Он стоял у двери, нервно постукивая пальцами по записке с адресом, которую все еще держал в руке. Звонок прозвучал громко, и через несколько секунд дверь открылась.

– Проходи, – сказала женщина, которая стояла на пороге. Она была молода, лет 35, не больше, с темными волосами, собранными в небрежный пучок, и проницательными карими глазами. – Меня зовут Ева.

– Макс, – представился он, слегка кивнув. Его голос звучал неуверенно, но он старался держаться.

Ева улыбнулась, как будто чувствуя его напряжение, и жестом пригласила его внутрь. Они прошли в зал, который оказался просторным, но аскетично обставленным: большой деревянный стол, пара стульев и старый диван у стены. На столе лежали свечи, несколько книг с пожелтевшими страницами и странные предметы, которые Макс не мог опознать.

– Садись, – сказала Ева, указывая на диван. – Рассказывай, что у тебя случилось.

Макс сел, чувствуя, как диван слегка прогибается под его весом. Он посмотрел на Еву, которая устроилась напротив него, сложив руки на столе. Ее взгляд был спокойным, но в нем чувствовалась острая внимательность, как будто она уже видела сквозь него.

Он начал рассказывать. Сначала сбивчиво, путаясь в деталях, но постепенно его слова стали более связными. Он рассказал о том, как шагнул из окна, как оказался на асфальте без единой царапины. О тенях, которые двигались сами по себе, о лицах, которые искажались, о сне, в котором тень схватила его за шею и прошипела: "Ты не должен жить". Он говорил о страхе, который теперь преследовал его каждую минуту, о чувстве, что что-то невидимое наблюдает за ним, ждет.

Ева слушала молча, не перебивая. Ее лицо оставалось невозмутимым, но иногда ее глаза сужались, как будто она улавливала что-то важное в его словах. Когда он закончил, она наклонилась вперед, положив локти на стол.

– Ты столкнулся с чем-то, что выходит за пределы нашего мира, – сказала она наконец. Ее голос был тихим, но каждое слово звучало четко. – Тени, которые ты видишь, лица, которые меняются… это не просто галлюцинации. Это признаки того, что ты… зацеплен.

– Зацеплен? – переспросил Макс, чувствуя, как холод пробегает по его спине.

– Да, – кивнула Ева. – Ты привлек внимание чего-то, что существует за гранью нашего понимания. И теперь оно не отпустит тебя просто так. Но… – она сделала паузу, как будто взвешивая слова, – есть способы защититься. Но для этого нужно понять, с чем именно ты имеешь дело.

Макс почувствовал, как его сердце заколотилось сильнее. Он не знал, радоваться ли ему тому, что Ева, кажется, понимает его, или бояться того, что она сказала.

– Что мне делать? – спросил он, и его голос звучал почти как мольба.

Ева улыбнулась, но в ее улыбке не было тепла.

– Сначала нужно провести ритуал. Мы должны узнать, что это за сущность и чего она хочет. Но будь готов, Макс, – ее голос стал серьезным, – это может быть опасно. Ты уверен, что готов пойти до конца?

Макс посмотрел ей в глаза и медленно кивнул. У него не было выбора. Он был готов на все, лишь бы избавиться от этого кошмара.

Макс сел за стол, как велела Ева. Она взяла его руки в свои, их ладони были теплыми, но в то же время он чувствовал легкую дрожь, как будто через них проходила какая-то невидимая энергия. Ева начала шептать что-то на непонятном языке, слова звучали странно, почти гипнотически. Макс не понимал их смысла, но чувствовал, как воздух вокруг стал тяжелее, как будто комната наполнилась чем-то невидимым, но ощутимым.

Потом она отпустила его руки и встала.

– Встань к стене, – сказала она, указывая на пустое пространство рядом с диваном.

Макс послушался, чувствуя, как его ноги сами несут его туда. Он встал спиной к стене, а Ева взяла в руки мел. Она начала очерчивать его тень, которая четко ложилась на белую поверхность. Мел скрипел, оставляя за собой яркую белую линию. Макс смотрел, как его тень оказывается заключенной в круг, и чувствовал, как что-то внутри него сжимается. Это было странно, почти нереально.

– Теперь отойди, – сказала Ева, отступая назад.

Макс сделал шаг вперед, ожидая, что его тень последует за ним. Но она… осталась на месте. Она стояла там, где он был, внутри круга, нарисованного мелом. Его глаза расширились от удивления, а сердце заколотилось так сильно, что он едва мог дышать. Он сделал еще шаг, но тень не двигалась. Она была прикована к стене, как будто отделилась от него.

– Что… что это? – прошептал он, не в силах отвести взгляд.

– Это твоя тень, – спокойно ответила Ева. – Но теперь она не принадлежит тебе. Она стала… самостоятельной.

Макс почувствовал, как холод пробегает по спине. Он смотрел на свою тень, которая теперь казалась такой чужой, такой живой. Она была его, но в то же время… нет. Она была чем-то другим.

– Теперь садись за стол, – сказала Ева, указывая на стул. – Мы должны продолжить.

Макс медленно отошел от стены, но его взгляд все еще был прикован к тени. Она оставалась на месте, как будто наблюдала за ним. Он сел за стол, чувствуя, как его руки дрожат. Ева взяла свечу и зажгла ее, поставив перед ним.

– Теперь мы узнаем, что это за сущность и чего она хочет, – сказала она, и в ее голосе звучала твердость. – Но будь готов, Макс. То, что мы увидим, может быть… пугающим.

Макс кивнул, но внутри он чувствовал, как страх сжимает его сердце. Он не был готов. Но у него не было выбора.

Ева говорила спокойно, но каждое ее слово било по Максу, как молот. Она объяснила, что, когда он шагнул из окна, что-то вмешалось. Какая-то сила, сущность или, возможно, даже случайность не дала ему погибнуть. Его тень, которая должна была увести его в загробный мир, осталась здесь, отделенная от него. И теперь она… она хотела его. Она хотела завершить то, что началось той ночью.

– Ты не должен был остаться, – сказала Ева, ее голос звучал почти как эхо. – Но теперь, когда ты здесь, тень не отпустит тебя просто так. Она будет преследовать тебя, пока не получит то, что ей нужно.

Макс сидел, чувствуя, как ее слова проникают в него, как яд. Он смотрел на свою тень, которая все еще стояла на стене, заключенная в круг мелом. Она казалась такой живой, такой… зловещей.

– Побудь тут, – сказала Ева, вставая. – Мне нужно кое-что подготовить.

Она вышла из комнаты, оставив Макса одного. Он сидел за столом, не в силах отвести взгляд от тени. Свеча горела перед ним, ее пламя колебалось, отбрасывая странные тени на стены. Но его тень… она была другой. Она была неподвижной, но в то же время он чувствовал, что она наблюдает за ним.

И тогда он увидел. Два горящих уголька, как глаза, вспыхнули в глубине тени. Они смотрели на него, пронизывая его насквозь. Макс почувствовал, как его сердце замирает, а дыхание перехватывает. Эти глаза… они были такими же, как во сне. Такими же, как у той тени, что схватила его за шею.

– Ты не должен жить, – прошептал голос, который он услышал не ушами, а где-то глубоко внутри. Это был его голос, но искаженный, как будто его пропустили через фильтр тьмы.

Макс вскочил со стула, отступая назад. Его ноги задели стол, и свеча упала, погаснув. Комната погрузилась в полумрак, но глаза тени все еще горели. Они приближались, как будто тень выходила из круга, нарисованного мелом.

– Ева! – крикнул он, но его голос звучал слабо, как будто его заглушала сама тьма.

Он почувствовал, как холод охватывает его, как будто тень уже дотронулась до него. Его тело стало тяжелым, как будто его тянули вниз, к полу, к стене, к той самой тени.

И в этот момент дверь открылась. Ева стояла на пороге, в руках у нее была чаша с дымящейся жидкостью и пучок трав. Ее глаза сразу же нашли горящие угольки в тени, и ее лицо стало серьезным.

– Держись, Макс, – сказала она, и в ее голосе звучала решимость. – Это только начало.

Ева действовала быстро и уверенно, как будто делала это тысячу раз. Она достала из кармана пучок ниток и несколько булавок, их металлические кончики блестели в тусклом свете комнаты. Не говоря ни слова, она начала втыкать булавки в очертание тени, которая все еще стояла на стене, заключенная в круг мелом. Каждая булавка входила в стену с тихим щелчком, как будто тень была не просто тенью, а чем-то плотным, материальным.

Макс стоял в стороне, не в силах отвести взгляд. Его сердце колотилось, а руки дрожали. Он чувствовал, как воздух в комнате стал тяжелее, как будто сама атмосфера сопротивлялась тому, что происходило.

Ева размотала нитку и начала измерять тень, обводя ее контуры, словно снимая мерки. Ее движения были точными, почти механическими. Когда она закончила, она отрезала кусок нитки и бросила его в чашу с дымящейся жидкостью, которая стояла на столе. Жидкость зашипела, и в воздухе распространился резкий запах трав и чего-то еще, чего Макс не мог опознать.

– Держись, – сказала Ева, не оборачиваясь. Она зажгла спичку и поднесла ее к чаше. Огонь вспыхнул ярким пламенем, и комната на мгновение озарилась светом. Макс увидел, как тень на стене дернулась, как будто почувствовала боль.

Ева быстро сняла булавки со стены, одну за другой, и бросила их к порогу. Они упали на пол с тихим звоном, и Макс почувствовал, как что-то в комнате изменилось. Воздух стал легче, а давление, которое он чувствовал, начало ослабевать.

– Забирай и не возвращайся! – сказала Ева, обращаясь к тени. Ее голос звучал твердо, почти как приказ.

Тень на стене начала дрожать, как будто сопротивляясь. Горящие угольки глаз сузились, а затем погасли. Макс почувствовал, как что-то отпускает его, как будто невидимые цепи, которые держали его, разорвались. Тень начала таять, как чернильное пятно, растворяясь в воздухе, пока от нее не осталось ничего, кроме слабого очертания на стене.

Ева вздохнула и вытерла лоб рукой. Она повернулась к Максу, ее лицо было серьезным, но в глазах читалось облегчение.

– Это сработало, – сказала она. – Тень ушла. Но… – она сделала паузу, – это не конец. Ты должен быть осторожен. Ты привлек внимание чего-то, что не отпустит тебя просто так. Теперь ты должен быть готов.

Макс кивнул, чувствуя, как его тело наконец расслабляется. Он не знал, что будет дальше, но знал одно: он больше не один. И это давало ему надежду.

Прошло несколько месяцев с того дня, как Макс впервые переступил порог дома Евы. С тех пор его жизнь изменилась, хотя тени прошлого все еще иногда напоминали о себе в его снах. Но теперь он не был один. Ева стала для него не только проводником в мир, который он раньше считал нереальным, но и тем, кто помог ему обрести почву под ногами.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.