Зайкова Дарья
Месть

Глава 1. Новый преподаватель.

Пайпер Фриц.

Моя жизнь значительно отличается от жизни других людей. Часто слышу, что я не такая, как все. Это связано с моей внешностью, которая, по мнению общества, считается странной. У меня волосы двух цветов: одна сторона черная, а другая – светлая. На тёмной части можно заметить белые пряди, в то время как на светлой – черные. Мои волосы средней длины и есть чёлка.

Макияж присутствует всегда. В основном я крашу ресницы и губы. В одежде и маникюре я отдаю предпочтение черному цвету.

Также я обладаю непростым характером, где присутствует и упрямство, и импульсивность. А вообще я обожаю выделяться из толпы. Вместе с тем, мне интересно, как живут те, кто ведет более спокойную жизнь. Судя по романам, у скромных девушек, подобно серым мышкам, существуют определенные преимущества.

Моя жизнь, помимо всего, полна трудностей. Моя мама ушла из жизни, когда родила меня, а об отце слышала немного от уст бабушки, которая стала моей опорой, но, когда мне исполнилось 18, она тоже ушла, оставив меня совсем одной. Её смерть оказала на меня значительное влияние.

Мне сейчас 20 лет, и я живу в общежитии с подругой, которая также является моей одногруппницей. Я учусь на втором курсе факультета психологии.

Утром меня разбудил крик подруги, и мне пришлось собираться на первую пару, хотя мне этого не хотелось. Я иногда пропускаю занятия из-за того, что темы могут быть неинтересными или преподаватель слишком скучно ведёт уроки. Однако сегодня меня заставили пойти.

– Говорят, что с сегодняшнего дня у нас новый преподаватель по психологии, – сказала моя подруга, – по слухам, он довольно молод. Всего год назад закончил университет.

Кудрявая блондинка стояла у зеркала, нанося ярко-красную помаду на свои полные губы. Она посмотрела на меня карими глазами через отражение. Её зовут Агата Бэйк.

– Ты явно на что-то рассчитываешь. Красная помада, расстегнутые пуговицы на блузке, черный лифчик, подчеркивающий твой размер, – сказала я, открывая шкаф. Я выбрала длинную черную блузу и брюки-клёш.

Агата посмотрела на меня с холодным выражением лица.

– Мне нужно произвести впечатление, и желательно, положительное.

– В таком случае, лучше выбрать более скромный наряд, – ответила я, косвенно намекая на кого она похожа.

Недовольная блондинка приблизилась ко мне и с явным гневом уставилась в глаза. Казалось, что она вот-вот решит со мною подраться.

– Возможно, он окажется скромным парнем.

– Но если это так, то его скромность сразу исчезнет при встрече со мной, – с угрозой произнесла блондинка.

Агата, захватив сумку, направилась к входной двери и начала меня ждать. Я быстро переоделась, обувшись в кеды, а затем мы покинули комнату. Чтобы добраться до университета, нам нужно было пройти через парк. Мы шли по изогнутой дорожке, вдоль которой росли деревья, стояли скамейки и располагалось несколько детских площадок. Через десять минут мы оказались в университете, где все вокруг оживленно обсуждали что-то. Хотя причина понятна. Мне не понять одного: почему в фильмах, сериалах и в реальной жизни, стоит только появиться какому-то парню, и все сразу на него обращают внимание? Особенно когда речь идет о молодых преподавателях.

Когда мы шли в аудиторию, я раза три замечала разговоры о нем. Что в нем особенного? Преподаватель как преподаватель. Меня лишь озадачивает, что он окончил университет всего год назад. Возникает вопрос: как он может быть учителем, если сам еще так молод? Времени прошло немного, возможно, он тоже еще учится.

Мои мысли прервал звонок, после которого зашел высокий мужчина с крепким телосложением. У него тёмные волосы, аккуратно уложенные и борода, которая придаёт ему дерзкий вид. Лицо с чёткими чертами, высокими скулами и уверенным выражением. Мужчина был одет в темно-синюю футболку с короткими рукавами, под которыми просвечивались накаченные руки. Она прекрасно сочеталась с белыми брюками.

– Ты хоть рот закрой, когда на него смотришь, – шёпотом обратилась ко мне сидящая рядом Агата.

– Я не смотрела на него.

– Не ври мне, – с тяжёлым вздохом произнесла блондинка, глядя на преподавателя. – Только глупая или та, которая интересуется другими девушка, не будет разглядывать его, – добавила она, а затем повернулась ко мне. – Ты же не… ?

– Ты с ума сошла?

Похоже, я сказала это громче, чем планировала. Молодой преподаватель уже пытался выяснить кто это, смотря на каждого ученика. Но что мне понравилось так это то, что никто не обратил внимание на крик. Каждый, кто сидел здесь, обсуждал мужчину, как и в коридоре. Но на этот раз кто-то искал о нём информацию в телефоне и показывал экран своему соседу. Кто-то размахивал рукой, изображая веер, чтобы подчеркнуть, насколько жарко им находиться в одной комнате с таким парнем.

– Здравствуйте, я ваш новый преподаватель по психологии. Зовут меня Адам Рейес, – произнес он бархатистым голосом, от чего некоторые девушки чуть не упали со стульев. – Мне интересно, кто из дам решила приветствовать меня таким криком. Прошу, встаньте.

О.. Его характер мне не очень нравится. Какой-то зануда, хотя выглядит привлекательно.

– Мне повторить? – спросил Адам, повысив тон.

В аудитории воцарилась тишина. Услышав, что преподаватель говорит на повышенных тонах, все замолчали и обратили свои взгляды на меня. Так… Всё-таки мой крик услышали.

Под давлением множества глаз, мне пришлось подняться.

– Назовите ваше имя и фамилию, – потребовал Адам

– Пайпер Фриц.

Новый преподаватель подошёл к своему столу, открыл тетрадь и стал пальцем искать моё имя. Затем он взял ручку и записал что-то рядом.

– Я ставлю вам двойку за поведение.

Я была возмущена до глубины души.

– Мы разве в первом классе, чтобы ставить оценки за поведение?

Адам взглянул на меня своими тёмно-серыми глазами, отвлекаясь от записи.

– Нет, но в следующий раз вы поймёте, как важно уважать учителя и своих одногруппников.

Я вернулась на своё место, осознавая, что буду пропускать его уроки. Хоть психология – важный предмет в моей будущей профессии, сидеть в одном классе с таким занудным и скучным учителем я не собиралась.

Глава 2. Плюшевый мишка.

Пайпер Фриц.

Сигнал о завершении занятия наконец прозвенел. Я с нетерпением ожидала этого момента, отсчитывая каждую минуту и секунду на часах. Рейес подтвердил мои предположения, оказавшись невыносимо скучным педагогом с неприятным характером. Если что-то шло не по его плану, он немедленно ставил двойку в журнал. При этом, если он замечал, что студенты не обращают на него внимания, как, например, я, он задавал вопрос, и в случае неверного ответа тоже ставил плохую оценку. Некоторые из моих одногруппников, чаще всего парни, невзлюбили его, как и я. А вот девушки решили посещать занятия не ради обучения, а из-за его привлекательной внешности. У нас в группе есть строгий староста, который поинтересовался у таких девушек о сессии. Они ответили:

«Можно купить ему алкоголь или, в крайнем случае, соблазнить, и зачет будет в кармане».

Непривычный подход, но он действительно работает. Я слышала о таком не впервые.

А я что? Когда я пропускала занятия и наступала сессия, то действовала по тому же принципу. Нет, я не использовала свои навыки соблазнения. Мой подход заключался в том, чтобы либо поговорить с преподавателем на интересующую его тему. К счастью, я хорошо разбираюсь в психологии и точно знаю, о чем стоит беседовать с конкретным учителем. Если этот способ не срабатывал, то я доставала из сумки алкоголь. За два года учёбы в университете я выяснила, кто какие напитки предпочитает: кому-то нравится вино, кто-то выбирает виски, а некоторые любят смешивать с газировкой, из-за чего приходится тратиться больше. И если не получится и этот способ, то есть у меня на такой случай третий план – подкупить преподавателя или купить оценку. Как хотите, так и называйте. У меня всегда есть немного средств благодаря моей вечерней работе.

Что за работа, которой нужно уделять время вечером и даже ночью?

Я танцую стриптиз в клубе. Занимаюсь этим с шестнадцати лет. Так сложились обстоятельства. Когда они изменились, я не смогла отказаться от танцев. Мне это нравится, я ощущаю себя в воздухе, когда танцую на шесте. Стриптиз для меня – это искусство. Не каждый обладает гибкостью и смелостью показывать своё тело с разных сторон. Я благодарна природе за свою фигуру: грудь третьего размера, плоский живот, который я поддерживаю благодаря занятиям спортом, а также выразительная талия и бёдра. Поэтому, надев красивую одежду, я могу долго любоваться своим отражением в зеркале.

Учёба в университете завершилась к вечеру, и я направилась в центр города к ночному клубу. Его трудно не заметить: яркие неоновые вывески светятся на расстоянии. При входе встречает впечатляющее фойе с высокими потолками и стильным интерьером, где уже раздаётся громкая музыка. Основной зал наполняет лёгкий дым от сигарет, а в центре находится сцена с пилонами, вокруг которых танцуют девушки, искусно вращаясь. За барной стойкой, оформленной в арт-деко, бармен смешивает коктейли. Немного дальше я заметила дверь, ведущую в раздевалку. Зайдя туда, я ощутила аромат косметики и услышала оживлённые разговоры коллег. Здесь, среди зеркал и яркого света, мы выбираем наряды, поправляем макияж и укладку.

Через время я была готова. На мне был корсет из кружева с прозрачными вставками и металлическими заклёпками. Чулки с кружевной резинкой подчёркивали стройность моих ног. Я дополнила образ перчатками до локтей, украшениями из страз, а на голове красовалась диадема.

Немного постояв у зеркала, я направилась в зал. Подойдя к пилону, я начала двигаться в ритме музыки. Яркие огни подчеркивали формы моего тела, придавая ему особую привлекательность. Мое сердце билось в унисон с музыкой, а взгляды мужчин ощущались на моей коже.

Каждый шаг и каждое движение – не просто танец, а глубокое эмоциональное самовыражение. В процессе танца я обнажаю не только свое тело, но и душу. Завершив выступление, я услышала восторженные отклики и увидела удовлетворенные лица, а деньги чуть ли не сыпались из их карманов.

Моя работа закончилась ранним утром. Утешает мысль, что сегодня нет занятий в университете – выходной. Я смогу хорошенько выспаться после бурной ночи. Когда я подошла к комнате, которую делила с Агатой в общежитии, возле двери увидела плюшевого мишку среднего размера, бежевого цвета, с красным бантиком на шее. Сначала мне показалось, что это подарок для подруги, но рядом с бантиком была записка:

«Для Пайпер Фриц от тайного поклонника».

В замешательстве я забрала мишку и вошла в комнату.

Наше жилье было очень комфортным, с двухъярусной кроватью. На верхнем уровне спала Агата, а под ним находилась моя кровать с маленьким столиком. Рядом стоял диван, украшенный мягкими подушками, а также шкаф, который дополнял обстановку. В комнате висела гирлянда из маленьких лампочек, которая сейчас была выключена, так как наступило утро. На стене, над диваном, находились наши фотографии и картины. На полу лежал мягкий серый ковер с белым геометрическим узором.

Сев на кровать, я положила игрушечного медведя на столик и задумалась: кто бы мог подарить его мне? Кто может быть этим таинственным поклонником? Это кто-то из клуба или новый знакомый из Интернета?

Сейчас расскажу подробнее о новом знакомом.

Две недели назад я встретила парня по имени Даниэль. Он написал мне в социальных сетях с намерением познакомиться. В процессе общения выяснилось, что он учится на том же факультете, что и я, но на третьем курсе. Живет он не в общежитии, а в арендуемой квартире, и это не стало преградой для наших встреч. Через неделю Даниэль предложил встретиться в сквере. Я долго сомневалась: стоит ли идти, ведь юноша не в моем вкусе. Он – парень с ярко-рыжими волнистыми волосами и зелёными глазами. У него мягкие черты лица и веснушки. Мило и для кого-то это привлекательно, но не для меня. Наверное поэтому я ни разу не замечала его в университете.

Однако я согласилась, считая, что это будет единственная встреча. Но после нашей прогулки я изменила свое мнение. Даниэль оказался увлекательным молодым человеком с отличным чувством юмора. Темы для разговоров возникали без труда, и я смеялась до слез.

После этого мы стали встречаться почти каждый день. Однажды я поняла, что влюбляюсь в него, а плюшевый медведь, оставленный у меня под дверью, подтвердил, что чувства взаимны.

Но вот вопрос: почему Даниэль не отдал игрушку при нашей встрече? И почему он подписал записку так, будто не имеет никакого отношения к мишке? Может быть, я слишком накручиваю себя? Возможно, он романтик и решил устроить для меня сюрприз?

Глава 3. Странное сообщение от Анонима.

Пайпер Фриц.

Заглянув в социальные сети, я нашла профиль Даниэля и отправила ему сообщение:

«Спасибо за мишку, мой таинственный поклонник!»

Несмотря на то что мягкие игрушки не в числе моих фаворитов, мне нужно было выразить свою благодарность. Даниэль долго не отвечал, и это меня немного насторожило. Он прочитал сообщение, находился в сети какое-то время назад, но не писал ничего.

Через час я получила от него ответ:

«Как ты выяснила, что это я?»

Я облегченно выдохнула. Всё-таки мой таинственный поклонник – это Даниэль, и я не ошиблась в своих догадках.

Несколько минут спустя пришло еще одно сообщение:

«Не хочешь сходить в кино? Но скажи, какой жанр предпочитаешь.»

Начну с того, что я совершенно не переношу мелодрамы и романтические фильмы. Во-первых, всегда очевидно, кто с кем будет. Во-вторых, по первым кадрам чётко видно, какую историю нам покажут. Например, главная героиня из небольшой деревни «случайно» находит работу горничной у миллионера. Легко предположить, что он в неё влюбится и начнёт за ней ухаживать. Или вот другой вариант: скромная молодая мама, трудящаяся медсестрой и еле сводящая концы с концами, вдруг встречает его, своего «принца» на белом коне или, точнее, на роскошном автомобиле. К тому же, он ещё и женат на какой-нибудь стерве, которая ему изменяет, но он ничего не подозревает. В итоге он влюбляется в молодую маму, ловит свою жену на измене, начинает заботиться о ребёнке медсестры, то есть первой женщины, даря ему игрушки, и, конечно, заканчивается всё свадьбой и счастливым концом. Фу. Как вообще можно любить романтические фильмы?

А ужастики – это совсем другое дело. Здесь не угадаешь сюжет по первым кадрам, и никогда не знаешь, когда появится монстр или что испугает. Ужасы вызывают адреналин, что делает их увлекательными.

Понятно, что я ответила Даниэлю. Он согласился, приобрёл билеты, и мы отправились в кино.

В кинотеатре был небольшой киоск, где продавали еду и напитки. Я выбрала сырный попкорн и вишневую газировку, а Даниэль остановил свой выбор на чипсах и соке.

– Поднесите карту, – произнесла девушка за кассой.

Я достала кредитную карту из кармана, чтобы оплатить покупку.

– Я заплачу, – сказал Даниэль с улыбкой и прикоснулся картой к платежному терминалу.

О, рыжеволосый парень оказался джентльменом. Это здорово.

Однако, когда мы вошли в зал, я недовольна посмотрела на выбор мест. Даниэль выбрал задний ряд. Обычно туда садятся по нескольким причинам: для поцелуев и для разврата. Мне захотелось уйти, но Даниэль остановил меня.

– Знаю, что это задний ряд, но других мест не было. Посмотри, все кресла заняты.

Я оглядела зал. Здесь не осталось ни одного свободного места. Хотя что я могла ожидать? Фильм, который мы пришли посмотреть, вышел всего пару дней назад. Конечно, поклонники ужасов заполнят все места.

Убедившись, что попкорн стоит на своем месте, я уселась в мягком красном кресле. Свет в зале погас, и на большом экране начался фильм. В следующую секунду я была полностью погружена в процесс.

Скримеров и монстров было много, иногда в самых неожиданных местах. Я вздрагивала от криков жутких чудовищ и резких пугалок. Даниэль, наблюдая за моей реакцией, старался держать меня за руку, пытаясь успокоить, хотя сам тоже был напуган фильмом. После просмотра кино мы решили посетить тир. Первой стрелять по мишеням буду я.

Я встала перед мишенью, крепко сжав пистолет в руках, чувствуя холодный металл на ладонях. Глубоко вдохнув, я внимательно посмотрела на ярко раскрашенные цели. Первый выстрел оказался неудачным, но вскоре я уловила технику стрельбы, и следующие попытки были успешными. Я поразила все мишени, что сильно удивило Даниэля.

После меня стрелял рыжий парень, и он, как и я, попал по всем мишеням, но без ошибок. В качестве призов мы получили несколько бесполезных сувениров. Но даже так эмоций было много.

Затем мы направились к общежитию. Даниэль решил проводить меня.

– Пайпер, может, нам стоит начать встречаться? Кажется, у нас есть взаимные чувства. Если ты не согласишься, я пойму, ведь прошло не так много времени, – сказал он, когда мы подошли к входу в общагу.

Рыжий парень начал что-то быстро говорить. Я, потянув его за футболку, наклонила юношу к себе из-за разницы в возрасте и поцеловала. Даниэль, вновь шокированный моим поступком, ответил на поцелуй.

– Думаю, ты сам понял мой ответ, – подмигнула я.

Он кивнул, и я вошла внутрь здания. Как только я зашла в комнату, заметила, что на мой телефон пришло два сообщения. Первое было от Даниэля:

«Прогулка была замечательной. Увидимся завтра».

А второе сообщение пришло от человека под именем «Аноним». Помимо необычного прозвища, у него нет фотографий и профиль закрыт от посторонних глаз.

«Как тебе мой подарок, детка?»

Я не придала этому значения и просто проигнорировала его. Затем зашла в чат с Даниэлем, чтобы написать ему, но Аноним снова отправил сообщение:

«Молчишь? Понравилось или нет?»

Вместо того чтобы отвечать, я заблокировала этого пользователя и продолжила общение с рыжеволосым.

Глава 4. Фотографии и ссора с подругой.

Пайпер Фриц.

Сегодня ровно месяц с тех пор, как я начала встречаться с Даниэлем. Наши отношения развиваются стремительно. Каждый день мы проводим вместе: то прогулки, то мимолетные встречи перед парами. Моё сердце колотится, когда я вижу его, как будто хочет вырваться из груди. Но мой характер не изменился. Обычно в ненавистных мне фильмах плохие парни или девушки становятся добрее благодаря любви. Но у меня всё по-другому. Я осталась собой: если мне что-то не нравится, я не стесняюсь говорить об этом Даниэлю, даже если это приводит к конфликтам. Я не переживаю, что рыжий парень может уйти. Если он действительно мой, он останется рядом, вне зависимости от обстоятельств.

– Пайпер Фриц, мне ещё раз повторить? – на повышенном тоне Адам Рейес вывел меня из мыслей. Я с недовольством посмотрела на преподавателя, – вы подготовили домашнее задание?

После заданного мне вопроса я обратила взгляд к Агате. К счастью, моя подруга уловила мой взгляд, выразивший вопрос: «Нам вообще что-то задавали?», и незамедлительно написала на листке:

«Психопатология. Расскажи об этом».

Я была поражена. Получается, Агата относится к тем, кто посещает занятия ради новых знаний, а не ради привлекательности преподавателя. Я цокнула языком, осознавая, что оказалась в затруднительном положении. Психопатология – это не моё.

– Вы что, спите? – спросил Адам, приближаясь ко мне.

– Я не сделала домашнее задание. Всё-таки мы не в школе, чтобы его выполнять, – с наигранностью ответила я, поднимая глаза на преподавателя.

– Ох… И как вы, юная леди, планируете стать психологом? – произнес мужчина. – На мои занятия не приходите, но сегодня вот удостоили нас своим присутствием. Наверное, скоро оранжевый снег пойдет, – Адам указал на окно, а потом его взгляд стал более суровым, чем прежде. – Домашнее задание не делаете, на вопросы по теме не отвечаете. Единственный выход для меня – обратиться к ректору с просьбой о вашем отчислении.

Я закатила глаза. Меня не пугает угроза отчисления. Хоть я и прогуливаю пары, но оценки у меня отличные. Скажем так, благодаря своим знаниям я поднимаю престиж университета, так что отчислить меня не смогут.

– Кстати о ректоре, – продолжил Адам, – он вас искал и хотел, чтобы вы к нему пришли. У него есть серьезный разговор. Так что… направляйтес немедленно!

Адам Рейес направился к учительскому столу, а я, схватив свою сумку, покинула аудиторию. Кабинет ректора находился на том же этаже, и я быстро добралась до него.

Когда я вошла, первое, что привлекло меня – дубовый стол, аккуратно уставленный книгами и списками дел. На нём также стоял компьютер и принтер. За столом сидел ректор, мужчина средних лет с проницательным взглядом. На стенах кабинета висели портреты выдающихся ученых, а в шкафу с прозрачными дверцами размещались трофеи и награды, отображающие успехи ректора.

– Мисс Фриц, рад вас видеть. Прошу, садитесь.

Рядом со столом стоял стул, на который я села и посмотрела на мужчину.

– Утром, когда я пришел в свой офис и сел за работу, я заглянул на электронную почту и увидел письмо, отправленное мне вчера вечером. Открыв его, я обнаружил фотографии, на которых были вы, – мужчина повернул монитор в мою сторону, показывая снимки, на которых изображена я, танцующая на пилоне в ночном клубе. Смотря на это, я почувствовала, как внутри меня нарастает паника. Фотографии сделаны кем-то из зала. Кто-то находился очень близко к пилонам и вел съемку, – надеюсь, вы понимаете последствия того, что я увидел. Поэтому я настаиваю на том, чтобы вы объяснились.

Да, я полностью понимаю, к чему он клонит. В нашем учебном заведении есть регламент, в котором изложены различные правила. И если студентка, такая как я, занимается стриптизом или ещё чем-то нехорошим, то её необходимо отчислить, поскольку это отражается негативно на имидже университета.

– Это какое-то недоразумение. Я не занимаюсь стриптизом, – солгала я.

– Пайпер Фриц, не стоит обманывать. На снимках явно изображены вы.

Я старалась успокоить свою нарастающую панику, но с каждым словом ректора она становилась всё сильнее. В такие моменты я становлюсь мямлей. Именно это мне не нравится в своём характере.

– Это может быть фотомонтаж или…

– Хватит! – прервал меня мужчина. – Вы хотите сказать, что кто-то нашёл вашего двойника? В Точь-в-точь с вашим цветом волос, чертами лица, да?

– Всё может быть, – шучу я, осознавая, что они здесь совершенно не к месту.

Мужчина издал тяжёлый вздох.

– Пайпер, ситуация серьёзная, – произнес он с паузой, – поскольку вы талантливая студентка и способствуете улучшению нашей репутации, я хочу предоставить вам шанс. Не буду вас отчислять. К тому же, если отправитель неизвестен, это означает, что сооснователь и инвесторы не видели этих фотографий.

Меня насторожили два слова «отправитель неизвестен». То есть это может быть кто-то из моих знакомых? Единственный, кто осведомлён о том, что я работаю стриптизершей, – это Агата. Неужели она решила подставить меня? Но… зачем?

– Можете уходить.

Я кивнула и вышла из кабинета.

Так как последняя пара сегодня – психология, я пошла в комнату, чтобы подождать Агату. Мне нужно было выяснить, сделала ли она это или нет. К счастью, долго ждать не пришлось. Меня удивило, что после занятия она направилась домой, а не на встречу с каким-то парнем. Обычно она отправляется на очередное свидание с переночевкой и возвращается утром с довольным и радостным лицом.

Когда блондинка приходит домой, она сразу меняет свою одежду на более удобную, но в этот раз, заметив моё серьёзное выражение лица, она села рядом со мной на кровать.

– Что сказал ректор? – с волнением спросила Агата.

Я подробно описала наш разговор и поделилась своими подозрениями.

– То есть ты считаешь, что именно я отправила эти фотографии? – Агата в ужасе поднялась с кровати. На ее лице читались удивление и недоумение.

– Да, ты! – выкрикнула я, вставая с кровати. – Только ты знала, чем я занимаюсь. Мне интересно, почему ты на это решилась? Неужели ты мне завидуешь? Или ты просто решила внести в мою жизнь хаос? Может, ты хотела меня разыграть? Или стремишься быть лучше меня? Я при своем образе жизни добиваюсь успехов, в то время как ты пытаешься добиться этого через постель, и даже это не всегда работает. Затевая интрижку с одним преподавателем ради оценки, ты потом переходишь к другому. Я знаю, что бывало, когда некоторые учителя жаловались ректору на твои попытки их соблазнить. Сколько раз ты была на грани исключения из-за этого? Решила, что если отправишь фотографии, то затмишь свои грязные делишки?

Агата смотрела на меня с ненавистью.

– Что за бред ты несёшь? Мы ведь подруги, Пайп. Мы дружим уже несколько лет и знаем друг о друге всё! Почему ты решила, что это я? Может, твоему новому парню пришло в голову отправить снимки? Или, возможно, это кто-то из мужчин, перед которыми ты крутишь задом?

– Ты знаешь мою причину «крутить задом», Агата.

Я ощутила, как в воздухе витало напряжение, словно пламя уничтожало нашу дружбу.

– Твоя причина ушла из жизни два года назад! Но почему-то ты все еще продолжаешь там работать. Хотя… Понятно почему, – подруга хотела уйти, но я остановила её, требуя объяснений, – тебе, как и мне, нравится раздвигать ноги. Понятно же, что ты не только танцуешь, – я шокированно смотрела на неё, понимая, как что-то внутри меня трескается, – Что? Тебе тоже больно? И мне. Но… За что ты мне сейчас причинила боль? За то, что подумала обо мне в первую очередь, увидев фотографии на мониторе компьютера? Молодец, но могу сказать с точностью, что я не отправляла их на его электронную почту. Знаешь… Благодаря этому разговору я поняла, что ты на самом деле стерва, подруга.

Последнее слово звучало, словно яд. Агата вышла из комнаты, хлопнув дверью. И в тот же миг на телефон пришло сообщение от Анонима. Как так? Я же его заблокировала.

«Игра началась, куколка. И счёт 2:0».

Глава 5. Потерянные связи.

Пайпер Фриц.

Сообщение от Анонима показалось мне весьма странным. Что он имел в виду, когда написал: «Игра началась»?

Почему именно «2:0»? Нужно разобраться с этим.

Я упала на кровать и, лежа на спине, уставилась в потолок, размышляя о последних событиях. Может быть, Агата действительно ни при чём? И я без повода наговорила ей гадостей? Я закрыла лицо руками и громко закричала, осознав свою вину перед подругой. Как мне теперь перед ней извиниться? Что она любит? Так, алкоголь, клуб. Точно! В качестве извинения надо пригласить её в клуб.

Я вскочила с кровати и направилась к выходу. Вероятно, Агата уже вышла на улицу. Но куда она могла уйти? Мест, где можно «остыть» после ссоры, предостаточно. Проще спросить кого-то об этом. Наверняка кто-то заметил злую девушку, выбегающую из комнаты или общежития. В коридоре я встретила несколько первокурсниц, сидящих на подоконнике. Интересно, как долго они здесь находятся? Видели ли они Агату? Сейчас и узнаю.

– Твоя подруга направилась к университету, – ответила одна из девчонок.

Я поблагодарила и пошла в сторону универа.

Между мной и Агатой иногда возникали конфликты, но они были редкими. Мы могли обменяться колкими словами, но не настолько, чтобы обидеть по-настоящему. Я осознаю, что моя подруга испытывает злость и надеюсь, что смогу получить её прощение. Но для чего ей идти в университет?

Я обежала все корпуса учебного заведения в поисках Агаты и наконец увидела её, когда она выходила из кабинета ректора. Закрывая дверь, Агата с улыбкой произнесла ему: «Спасибо!», но потом встретила мой взгляд. Та радость моментально потухла.

– Я тебя искала! – проговорила я, стараясь восстановить дыхание. Агата молчала, и было ясно, что она не желает со мной разговаривать. – Извини меня, пожалуйста. В качестве компенсации приглашаю тебя в клуб.

Но моя подруга никак не отреагировала. Обычно, услышав «клуб» или «алкоголь», её глаза загорались. Для неё без этого молодость теряет смысл. Теперь же она смотрела на меня с холодным безразличием, словно превратившись в куклу.

– То есть после всего, что ты сказала, я должна тебя простить и отправиться в клуб, чтобы напиться? – произнесла она с презрением.

– Давай признаем, что мы обе переборщили.

Я заметила, как Агата становится всё более раздражительной и злой, словно готова взорваться от гнева, как бомба. Мне срочно нужно было сменить тему. Глядя на кабинет ректора, я задала вопрос:

– Что-то произошло?

– Я обсуждала с ректором возможность переезда в другую комнату.

Мурашки пробежались по моей коже, словно я прикоснулась к электрошокеру. Неужели я не ослышалась? Агата действительно собирается переехать в другую комнату? Это означает, что нашей дружбе приходит конец.

Существует ли надежда на примирение? Возможно, не сейчас, но в будущем. Сейчас и мне, и Агате необходимо разобраться в своих мыслях. Я должна понять, что творится вокруг, пристально вглядываясь в своё окружение, и выяснить, кто отправил фотографии с вечеринки на почту ректора. Агате нужно решить, имеет ли смысл продолжать общение и дружбу со мной.

– Спасибо за дружбу, – произнесла я, протянув ей руку на прощание, но блондинка с гордо поднятой головой прошла мимо меня.

Боль ощущалась остро, словно в моё сердце вонзили несколько ножей, но даже так я не могла расплакаться. Не было слёз уже давно.

В последний раз, когда я плакала, это было на похоронах бабушки. После этого я зарыла желание плакать глубоко внутри, полагая, что это проявление слабости. А кому сегодня нужна слабость? В наше время все стремятся казаться сильными.

•••

Тем же вечером Агата собрала свои вещи, а наутро в комнату вошла симпатичная девушка. Её волнистые каштановые волосы были собраны в высокий хвост, ярко-зелёные глаза подведены тушью, а губы украшала нежно-розовая помада. Судя по её образу, мне будет с ней трудно. Хотя… Не стоит судить книгу по обложке.

– О… Привет! – громко произнесла она, катя свой чемодан по полу. – Меня зовут Шарлотта Джонсон. Я первокурсница на факультете литературы. Так здорово, что мы будем соседями!

Нет, это не здорово. По крайней мере, для меня. Во-первых, она первокурсница, а обычно такие студенты не ходят на вечеринки, потому что первый год они заняты только учёбой. Потом, конечно, всё меняется.

Во-вторых, Шарлотта на факультете литературы. Она что, каждое утро будет читать стихи? Или, может, станет рассказывать сказки перед сном, в качестве колыбельной?

Шарлотта начала делиться своими историями, но я ее не слушала, вместо этого я направилась к входной двери. Я решила прогуляться по парку и пропустить занятия. Чувствую себя опустошенной, и учёба не поможет мне заполнить образовавшуюся пустоту.

– Ты не собираешься на пары? – спросила новая соседка, заметив мои намерения уйти.

– Я не обязана отчитываться перед тобой, – грубо ответила я и вышла сначала из комнаты, а потом и из общежития.

На улице начался лёгкий дождь, и температура немного понизилась. Но мне это нравилось больше. Дождь способен смыть мои воспоминания о прошлом дне, но он никогда не иссушит тот вечер, когда я в последний раз была с бабушкой.

Мои размышления прервал телефон – сообщение от Даниэля. Он приглашал меня в кафе, расположенное неподалеку от парка. Рыжий парень тоже решил пропустить занятия. Неужели он перенял это у меня? Хороший мальчик учится плохому? Ох… Но я согласилась встретиться, тем более по Даниэлю я соскучилась. И именно он нужен мне, чтобы скрасить мои переживания.

Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как дошла до входа в кафе. Даниэль сообщил, что немного задержится, поэтому я выбрала столик у окна. Мои пальцы невольно заплетались в волосы – я испытывала волнение. Глядя в окно, ждала его появления. Прошло некоторое время, и вдруг я услышала, как зазвенели колокольчики у входа в кафе.

Даниэль вошёл и направился ко мне. Его рыжие волосы слегка намокли от дождя, а на футболке остались капли. Тем не менее, это не мешало ему выглядеть привлекательно. Подойдя к столу, он поцеловал меня в щёку и занял место напротив. Мы сделали заказ и начали беседовать, и я совершенно потеряла счёт времени. В компании любимого я могла забыть о всех заботах, но важно помнить о главном: Даниэль всё же в числе подозреваемых.

– У меня есть вопрос, – юноша внимательно смотрел на меня, – был ли ты два дня назад в клубе, который находится в нескольких кварталах отсюда? – спросила я, допивая свой кофе.

– Нет, а что случилось?

Я не могу делиться с Даниэлем деталями своей работы. Мы ещё не достигли того уровня доверия, чтобы обсуждать такие вещи. Слишком рано раскрывать свои секреты.

– Вдруг возникнет необходимость тебя ревновать, – почти с истерическим смехом сказала я.

Похоже, Даниэль поверил в моё враньё. Улыбнувшись на мою глупость, он ушел в туалет, оставив телефон на столе. Я решила заглянуть в смартфон, чтобы найти снимки. Но там не оказалось никаких фотографий. Заглянула в корзину – тоже пусто. Могу предположить два варианта: либо это действительно Даниэль, который все удалил, либо фотографом является не рыжеволосый парень. Так кто же тогда?

Может, я схожу с ума? Я подозреваю каждого из своего окружения – это ненормально.

Юноша вернулся, мы ещё немного поговорили, а после вышли из кафе. Он решил в очередной раз проводить меня до дома. Когда до общежития осталось немного, Даниэль остановился и спросил:

– Ты сегодня выглядишь странно. Что-то тебя беспокоит?

– Мы с Агатой сильно поругались, и она решила переехать из нашей комнаты, – призналась я, не вдаваясь в подробности конфликта.

Парень с рыжими волосами шагнул ко мне и обнял. Я не привыкла к физическому контакту, но объятия дорогого человека оказались приятными. Мне стало легче, хотя мысли все еще путались в голове.

– Вам нужно обязательно помириться. В жизни бывают разные ситуации, – сказал Даниэль, отступив на шаг, – если вы справитесь с этой ссорой, ваша дружба станет только сильнее.

А если не получится?

Если мы не сможем пережить этот конфликт, учитывая, что сказали друг другу?

– Спасибо! – ответила я на его утешительные слова.

Потом мы молча дошли до общежития, и я вошла внутрь. Оглядывая комнату, в памяти всплыло:

«Твоя причина исчезла два года назад».

Я села на диван и погрузилась в раздумья о том, что было.

Глава 6. Счастье и трагедия.

Пайпер Фриц.

Я полагаю, стоит начать рассказ с самого начала, с момента моего появления на свет.

20 лет назад.

Виола Фриц.

Я сидела на краю ванны, держа в руках тест на беременность. За несколько дней до этого я заметила, что в организме происходят необычные изменения и была задержка. Решила сделать тест. В инструкции говорилось, что нужно подождать.

И вот я вижу две полоски. Моему счастью нет предела. Уверена, что мой муж, который вскоре станет отцом, будет в восторге. Мы много говорили о детях, и я задавала ему кучу вопросов. Он уверял, что готов к появлению малыша, поскольку наше финансовое положение в порядке, и мы морально к этому готовы. Нам уже не двадцать, мы давно завершили обучение в университетах и занимаемся престижными профессиями. Оба работаем архитекторами.

Обрадовавшись, я пошла в больницу. Там подтвердили беременность. Анализы в норме, то есть я абсолютно здорова.

Мне оставалось поделиться с мужем радостной новостью о предстоящем пополнении в семье. Я решила подойти к этому творчески. Купила маленькую яркую коробочку, в которую положила тест на беременность и ленту для оформления. Устроила праздничный ужин. Когда муж вернулся с работы, мы сели за вечернюю трапезу. Я долго откладывала момент, чтобы достать коробочку, переживая, как он отреагирует. Но под конец ужина все же решилась.

– У меня для тебя сюрприз, – сказала я, улыбаясь и нежно глядя на него, вынимая коробочку из кармана.

Муж был приятно удивлён, но как только он открыл крышку, его улыбка исчезла. Он ошарашенно смотрел на меня.

– Что это? – спросил Ричард с недоумением.

– Это положительный тест на беременность.

– Я вижу! Как это возможно? – его голос стал выше, и я ощутила тревогу.

– Ой, Ричард, ты такой наивный! – произнесла я, не удержавшись от смеха. – Думаю, ты понимаешь, как это случилось.

Ричард сделал глубокий вдох и закрыл лицо руками. В его дыхании витало напряжение и страх. Затем он встал из-за стола. Подойдя к своей куртке, Ричард вытащил кошелёк, откуда достал значительную сумму и начал её пересчитывать. Я молча наблюдала за ним, не понимая, что происходит. Мужчина вернулся к столу и резко бросил небольшую стопку денег, которые разлетелись по всей кухне.

– Ты пойдёшь на аборт, – произнёс Ричард.

Эти слова прошлись по моему сердцу, как удар. Мне хотелось плакать, но я сдерживалась. Я собрала волю, чтобы встретить взгляд Ричарда.

– Ты же говорил, что готов стать отцом.

– Готов, но сейчас не хочу детей, – ответил он, опираясь на стену. – Я ещё не нагулялся.

Резкие и жестокие слова прозвучали из уст Ричарда, но моё сердце также бешено стучало. Я любила его, поэтому взяла деньги.

– Я сделаю аборт, – соврала я ему.

Ричард выдохнул и сел за стол. Я тянула с абортом, не хотела его делать. Я мечтаю о ребёнке, о девочке. Может, мнение моего мужа поменяется? Он всё же отец этого ребенка.

Однако после нашего разговора поведение Ричарда изменилось кардинально. Он начал уходить с работы, утверждая, что встречается с друзьями. На самом деле он возвращался поздно, пьяным и с запахом женских духов. На работе я стала слышать подозрительные перешептывания среди коллег, касающиеся его:

«Он изменяет Виоле»

«Что?! Она же в положении!»

«Ей не стоит волноваться. А то выкидыш случится!»

Как же меня раздражает, когда рабочая атмосфера превращается в слухи. Сплетни распространяются мгновенно, хотя я стараюсь не делиться подробностями своей личной жизни. Как коллеги выяснили о беременности – не понимаю, ведь живота ещё не видно. Да и я стараюсь надевать широкую одежду. Хотя… Может, как раз широкие платья, брюки, футболки дали толчок к сплетне о моей беременности?

А вот причину разговоров об измене моего мужа знаю. Причина – девушка, наша коллега, с которой Ричард старается уходить каждый вечер и даже средь бела дня, словно позабыв о своей жене, то есть обо мне.

А однажды вечером, когда муж пошел в душ и оставил свой телефон, я решила проверить все социальные сети. И наткнулась на переписку с той самой девушкой. Выгнала ли я его за это? Нет. Ещё раз повторюсь: я люблю его. А переписка может быть лживой, ведь так? Ричард может дружить с этой девушкой. А уходят они, потому что могут обсудить какие-то рабочие моменты. Ведь так?

Нет, не так. И как же я была глупа.

Как-то я задержалась на работе. А перед тем как прийти домой, я зашла в магазин, чтобы купить чего-нибудь вкусненького на ужин. Хочется просто так, без повода за вкусными блюдами посидеть и поговорить. Вспомнить прошлое, вспомнить все наши моменты за столько лет.

Но когда я пришла домой, то в прихожей увидела незнакомую женскую куртку и обувь. Сглотнув, я направилась в спальню. Ноги сами несли меня в эту комнату. И, как оказалось, не зря. В спальне я увидела мужа с любовницей. Как только девушка заметила меня, она сразу же собралась и ушла. Услышав звук закрывающейся двери, я посмотрела на Ричарда. Он, будучи в шоке, со смущением смотрел в пол и на кровать, но не на меня.

– Как долго это продолжается? – спросила я.

– Давно. Ещё до того, как ты узнала о беременности, – ответил он.

По щекам стали идти слёзы. Как же я была слепа. Через розовые очки я видела только радость. Старалась оправдать Ричарда. Но сейчас очки разбились.

– Нагулялся?

– Да… Мне нужно было сказать тебе тем вечером, что я не люблю тебя.

– Тогда убирайся из моей квартиры, – сказала я.

Ричард поднял на меня взгляд, полный злости.

– Эта квартира была куплена спустя год нашего брака. Это совместная собственность.

Я согласилась, стремясь поскорее избавиться от Ричарда. Он быстро собрал свои вещи и ушёл. Позвонила матери, сообщив, что приеду домой. Она обрадовалась этому.

В родных стенах я ревела целыми сутками, забыв про всё на свете. Про работу, про ребёнка. Я думала только о Ричарде, но вместо любви я чувствовала боль. Сердце разбито. Сколько ещё трудностей мне предстоит пережить? Может, это всё?

Нет, не всё. Вскоре выяснилось, что переживаний будет немало.

Развод оказался настоящим испытанием. Ричард, решив разбираться через суд, каким-то образом отобрал у меня всё имущество: и машину, и квартиру, хотя сам утверждал, что это всё нажито совместно. Мужчина оставил меня ни с чем. Я переехала к маме, в свой родной дом.

Маргарет Фриц.

Беременность Виолы дала о себе знать. Сначала она ощутила слабость, тошноту и головокружение. Врачи списывали на токсикоз, на гормональную перестройку. К тому же, анализы были в норме. Врачи смогли успокоить Виолу, она вынашивала ребенка. Сдавала анализы, ходила на УЗИ, где узнала, что будет девочка. Но однажды, Виоле стало резко плохо. Мы подумали, что в этот день девочка появится на свет, хотя до родов ещё рано. Вызвали скорую, и Виолу увезли.

Но я нервничала и не находила себе места. Чтобы отвлечься, в голову пришло решение испечь вишнёвый пирог. В случае чего я могла бы отвести его Виоле и внучке.

Когда поставила пирог в духовку, раздался звонок. Я ответила, не взглянув на экран.

– Маргарет, вам нужно срочно приехать в больницу. Это крайне важно, – произнёс врач. В его голосе не было ни намека на радость, он говорил очень серьёзно. Мужчина сбросил трубку.

Вырвавшись из дома, я поймала первое попавшееся такси. Указала адрес, и к счастью, водитель оказался добрым человеком – он не взял с меня денег за поездку. Только выходя из машины, я поняла, что забыла кошелек.

Таксист довёз меня быстрее, чем можно было ожидать. Я вбежала в коридор больницы, и неприятный запах не оставлял сомнений в том, что доктор скажет что-то тревожное.

Я замечаю, как рядом с родильным отделением сидит опечаленный врач. Точно, случилось что-то плохое. Я подошла к нему, но он, не поднимая головы, начал говорить:

– Примите мои соболезнования.

Сердце колотилось в груди, а давление, по ощущениям, зашкаливало. Мне казалось, что я не смогу выдержать услышанное от врача.

– Мы нашли болезнь у Виолы. Как оказалось, у неё была редкая аутоиммунная патология, которую спровоцировала беременность. Узнали только сейчас, и лечение уже бы не помогло. Простите, это ошибка врачей.

Я схватилась за сердце и села рядом с доктором. Я не могла поверить, что моей дочери больше нет в живых.

– А ребёнок? – спросила я едва слышно, словно шёпотом.

– Девочка в порядке, но так как она родилась преждевременно, её поместили в специальное отделение, где будут о ней заботиться.

Я немного успокоилась, но в душе всё равно оставалось тревожно. Врачи допустили ошибку! У Виолы была болезнь! Она пожертвовала своей жизнью ради девочки, ради ребенка!

Кто теперь возьмётся за её воспитание? Неужели я смогу стать ей опекуном? Хотя… У девочки есть отец. Интересно, согласится ли он забрать её к себе?

– Можно увидеть ребенка?

– Да, но чуть позже.

Кивнув головой, я, словно на ватных ногах, направилась домой. Подходя к подъезду, я почувствовала запах дыма. Когда я подняла глаза, то чуть не упала от удивления. Из окна моей квартиры вырывался огонь, а возле здания стояли пожарные машины, скорая помощь и полицейские. Я подошла к одному из мужчин в форме и спросила, что случилось. Он объяснил, что кто-то забыл пирог в духовке, и возникло возгорание. У меня возникло чувство стыда. Ведь из-за меня произошёл пожар. Смотря на пламя, я понимала, что нужно срочно решать эту проблему, иначе буду жить на улице.

Глава 7. Сквозь слезы и трудности.

Маргарет Фриц.

Меня мучило множество проблем. После того, как моя квартира сгорела, я приобрела небольшой домик в деревне. К счастью, мне дали денежную компенсацию.

Сумма была скромной, поэтому я не могла позволить себе что-то красивое или просторное.

Затем появился ребёнок. Вскоре после смерти Виолы врачи разрешили мне зайти в палату и увидеть девочку. Я решила назвать её Пайпер, как и мечтала моя дочь. Держа малышку на руках, я не смогла сдержать слёз. Пайпер сильно похожа на Виолу: у неё такие же чёрно-белые волосы и голубые глаза. Черты лица практически идентичны. Не хотелось бы, чтобы Ричард занялся воспитанием девчушки. Я хочу стать опекуном, тем более он сам настаивал на аборте.

После похорон Виолы я направилась по адресу, где сейчас живёт отец Пайпер. Мне было легко его отыскать: я зашла в компанию, где работает Ричард, и задала вопрос касательно его местонахождения. Мне повстречались доброжелательные люди, которые охотно помогли.

Дорога до новой квартиры Ричарда оказалась долгой, но теперь я стояла у двери и нажимала на кнопку. В ответ раздалась приятная мелодия звонка, и вскоре я услышала лёгкие шаги, приближающиеся ко мне. Дверь открылась, и на пороге появилась девушка с яркими каштановыми волосами, на ней был халат алого цвета. По описанию Виолы, это та девушка, с которой Ричард изменил ей.

– К кому вы пришли? – спросила она, поправляя пояс своего халата.

– Здесь живет Ричард Фриц?

– Да, а что-то случилось? Его нет, он отлучился в магазин на короткое время.

Судя по её внешности, она – доминирующая личность и не любит, когда всё идёт не по её плану.

– Мне нужно с ним поговорить. Это важно.

Девушка немного подумала, затем отступила на шаг назад, чтобы я могла войти в дом. Краем глаза я заметила, что на её безымянном пальце сияет обручальное кольцо. Быстро же женился Ричард.

Мы с шатенкой уселись на уютный диван в гостиной. Она начала расспрашивать о нашем разговоре и о том, как я связана с Ричардом. Я кратко объяснила ситуацию.

– Вам действительно нужен такой человек, как Ричард? – осведомилась я, прекрасно осознавая, что лезу в чужие дела.

Шатенка собиралась ответить, но не успела. Входная дверь захлопнулась, и вскоре в гостиной появился бывший муж Виолы. Увидев меня, Ричард потерял дар речи. Девушка решила оставить нас вдвоём для более приватной беседы. Он стоял, не собираясь садиться рядом.

– Зачем вы пришли? Мы с Виолой всё обсудили. Если вы собираетесь читать мне нотации о том, какой я плохой и изменщик, просьба уйти, – произнёс Ричард властным тоном.

– Я не собираюсь этого делать. У меня есть две новости: одна плохая, другая хорошая, – я сделала паузу, чтобы собраться с мыслями, – первая новость – Виолы больше нет в живых. Вторая – у тебя появилась дочь.

Смысл сказанного быстро дошёл до Ричарда. В его глазах не было ни капли сожаления. В них лишь гнев и ярость. Когда он стал таким? Когда Виола знакомила меня с ним, он казался добрым и заботливым. Неужели возраст и статус его так поменяли?

– Чего вы хотите от меня? Денег? Я давал их Виоле, когда она рассказала о беременности.

– Я в курсе. Об этом мне поведала моя дочь, – я опустила взгляд на пол, – я пришла ради твоей дочери, чтобы узнать, готов ли ты воспитывать её?

Ричард цокнул языком.

– Я могу повторить то, что говорил Виоле. Я не хочу детей. Она собиралась прервать беременность, но не послушалась меня. Почему? Может, потому что ребенок не от меня и Виола решила заработать на этом? – спрашивал он. Я не могла поверить его словам. – Дочка мне не нужна. Можете оставить её себе.

Он говорил о ней, как об игрушке. Мне было больно за Пайпер. Она лишилась и матери, и отца.

Я попросила Ричарда написать отказ от ребёнка, и он без колебаний согласился. Когда я покидала квартиру, заметила, как в коридоре стояла та девушка. Она всё слышала, её глаза были красные, как помидоры, а на щеках оставались засохшие следы от слёз. Она тихо сказала мне:

«Я уйду от него».

Я кивнула и вышла из квартиры. Ричард, похоже, останется один. Он продолжит увлекаться женщинами, но когда придёт время заводить детей, столкнётся с проблемами – будь то возраст, здоровье или выбор партнёрши. Сделает ли он правильный выбор? Это уже другой вопрос, в который я вдаваться не стану.

На следующий день Ричард оформил отказ от ребёнка, и я спустя время смогла получить опекунство. Так как вещи для девочки, которые покупала Виола, сгорели до тла, мне пришлось искать способы купить кроватку и одежду хотя бы на первое время. Кто-то дарил, а что-то я покупала сама, ведь ещё могла работать. В итоге я создала уютную детскую комнату, и через неделю в моём доме появилась Пайпер.

И даже с появлением ребёнка в доме стало не легче.

Меня уволили с работы, и мне приходилось сильно экономить. Ночью девочка часто капризничала, иногда из-за зубов, а иногда просто хотела кушать. А что касается Ричарда? Он уехал после того, как отказался от ребёнка. Я больше не встречала его, и он явно не хочет видеть ни меня, ни Пайпер.

Так и проходили наши дни. Мы жили скромно, но благодаря этому я могла обеспечить девочку одеждой и пищей.

Пайпер росла с непростым характером. Будучи ребенком, не совсем понимала, почему я не могла купить ей ту или иную игрушку. Были и крики, и истерики.

Когда она пошла в школу, ситуация стала не менее трудной. Её дразнили из-за цвета волос, называя далматинцем. Это заставляло Пайпер приходить домой в слезах, иногда она отказывалась идти на занятия. Я всегда поддерживала её, уверяя, что её цвет волос – это уникальная черта, которой нет у других. Со временем она вроде бы успокоилась и начала меньше обращать внимание на насмешки, но вскоре возникла новая проблема – нежелание делать домашние задания на следующий день. Я никогда не прибегала к физическому наказанию, поэтому всегда старалась объяснять Пайпер, почему важно учиться.

Всегда возникало немало трудностей: непростой подростковый период, потеря работы и выход на пенсию. Когда началась старшая школа у Пайпер, я сумела найти неплохое место с хорошей оплатой и надеялась, что наконец-то заживем нормально, без финансовых проблем. У меня ведь есть работа и я получаю пенсию. Но однажды, обратившись в больницу, мне поставили диагноз.

Неделю назад я ощутила сильную усталость и недомогание. У меня начался затяжной кашель, появлялась одышка, особенно при физической активности. В легких были слышны хрипы. Я решила, что это простуда, но Пайпер настаивала, чтобы я посетила врача. Я долго сопротивлялась и откладывала поход в больницу, пока моя внучка не отвезла меня туда сама. Там мне назначили множество анализов. И вот я сижу в кабинете врача, который с недовольным лицом изучает результаты.

– У меня для вас плохие новости, Маргарет Фриц, – произнес он. – У вас обнаружен серьёзный диагноз: хроническая обструктивная болезнь лёгких.

– Что это означает?

– Это прогрессирующее заболевание легких, представляющее угрозу для вашей жизни, – начал объяснять врач. – Речь идет о воспалении дыхательных путей и отёке тканей легких.

– Есть ли возможность избавиться от этого недуга? – продолжала засыпать его вопросами я, сидя напротив.

– Да, такая возможность есть. Однако для этого нужна дорогостоящая операция.

Шок овладел мной. Я не знала, как сообщить о болезни Пайпер и не понимала, как жить дальше.

Глава 8. Время действовать!

Пайпер Фриц.

Я находилась у двери кабинета, где была моя бабушка. Отчётливо слышала слова врача. Вскоре она вышла с мрачным выражением лица. Я хотела плакать, но не могла позволить себе проявить чувства.

Не могла смириться с мыслью о том, что человек, который стал мне ближе всех, может уйти из-за тяжёлой болезни. Если требуется операция, пусть и дорогая, я найду способ собрать деньги. Вопрос в том, смогу ли я найти такую сумму? Нужно действовать срочно, время уходит, ведь болезнь прогрессирует, и бабушка может в любой момент уйти.

Когда в мыслях возникает перспектива потери близкого человека, возникает желание отдать жизнь за его спасение.

Бабушка села рядом со мной и посмотрела на меня с безразличием, словно весь мир вокруг исчез.

– Ты всё это слышала, да? – спросила она.

Вероятно, бабушка поняла всё, глядя в мои глаза. Я кивнула, и она отвернулась.

– Ба, я найду деньги, обещаю тебе, – говорила я, стараясь убедить себя в своих словах.

– Как ты это сделаешь? Тебе даже семнадцати нет, – её голос звучал тихо, печально и безнадежно, – тебе нужно сосредоточиться на учёбе, а не на работе.

– Ты никогда не разрешала мне работать, говоря подобные вещи. Но позволь мне сделать это сейчас, я хочу помочь тебе.

Бабушка долго молчала, обдумывая свой ответ. В конце концов она согласилась, но поставила условие, что я ни при каких обстоятельствах не брошу учёбу. На моём лице появилась улыбка, и мы направились обратно домой. В пути я размышляла о том, каким образом найти работу. В нашей деревне есть ферма, но зарплата там невысокая. Мне не удастся накопить нужную сумму на операцию. Единственный вариант – это город, где мы только что побывали. Может быть, поработать официантом? Хоть зарплата не велика, там есть возможность зарабатывать на чаевых, что поможет ускорить процесс накопления. По возвращении домой я полезла в интернет и позвонила по первому найденному объявлению. Разговор оказался коротким: меня спросили о моём опыте и фамилии, а затем назначили время встречи для собеседования.

На следующий день я направилась в кафе, где меня встретила администратор, с которой я общалась по телефону. Она рассказала о специфике работы, количестве посетителей и уровне заработной платы. Я согласилась с предложенными условиями, и в тот же день началась моя стажировка.

Сначала меня отвели в раздевалку, где мне подобрали униформу по размеру. Она включала в себя тёмную рубашку, брюки и фартук с логотипом кафе. Затем я приступила к работе в основном зале, который оформлен в аналогичном стиле: темные диваны с столиками, стены кофейного цвета, украшенные гирляндами из ламп, и стойка у входа, за которой находилась девушка. Как я поняла, она занимается встречей гостей: уточняет количество человек и предлагает им столик, к которому позже проводит и вручает меню.

Работа официанта, как мне изначально показалось, довольно проста: нужно было записать заказы в блокнот, прикрепить листок с заказом на специальной доске на кухне, дождаться сигнала, сообщающего о готовности блюд, и подать их гостям на подносе. Человек, который показывал мне основные задачи, делал это с легкостью. Однако я не учла, что он давно работает в этой сфере и имеет большой опыт. В отличие от него, я только начала свою карьеру, и работа оказалась гораздо сложнее, чем я могла подумать.

Что именно вызывало у меня трудности? Во-первых, это поднос. Нужно уметь поддерживать равновесие, чтобы блюда не упали. Затем – клиенты. Иногда встречались настолько трудные, что я, проявляя свой характер, могла случайно нагрубить, и они оставляли негативные отзывы или жалобы. Кроме того, необходимо было запоминать меню. Хоть у меня хорошая память, удерживать в голове множество блюд оказалось непросто, что приводило к путанице и ошибкам в заказах.

В течение недели моего пребывания на работе накопилось множество штрафов и негативных отзывов. Казалось, что меня вот-вот уволят из-за допущенных ошибок, однако администрация проявила терпение, словно увидела во мне некий потенциал. Мои коллеги, особенно девушки, работающие со мной в зале, с завистью поглядывали в мою сторону. Я неоднократно слышала негативные комментарии в свой адрес, но не собиралась мириться с этим. Разногласия с девочками на работе доходили до ругани, мы обменивались грубыми замечаниями. Иногда, как в начальной школе, мы жаловались администратору друг на друга, который с улыбкой предлагал сосредоточиться на более серьезных вопросах, например, на работе.

К тому же я осознала, что весь коллектив в курсе моей мотивации заработать денег. Каким образом все узнали? Слухи и сплетни – главные инструменты, с помощью которых информация быстро распространяется. Но благодаря небольшому разговору с одной из официанток моя жизнь поменялась. В лучшую сторону, разумеется.

Рабочая смена подошла к концу, и я направилась в раздевалку, чтобы оставить свою форму и переодеться в обычную одежду. По пути встретила свою коллегу. Она симпатичная, не спорю. Даже сказать, необычная: фиолетовые длинные волосы, собранные в дреды, таинственный макияж, всегда носит облегающие платья. Но в этой девушке есть свои недостатки: она легко может разрушить дружескую атмосферу в коллективе. Собственно, из-за неё я часто страдала. Её зовут Бетти. Это имя запомнилось в первый рабочий день.

– Нам нужно поговорить. Можем это сделать в раздевалке или в каком-то уединённом месте? – спросила она.

– И почему я должна с тобой разговаривать?

– Мы можем просто поговорить? Без истерик и сцен?

По её выражению лица и тону было понятно, что дело серьезное. Я согласилась и стала раздумывать над уединенном месте, где мы бы могли поговорить.

Раздевалка отпадает, так как могут подслушивать другие коллеги, входящие или выходящие. Кафе, рестораны и парки тоже не подойдут – там также могут оказаться знакомые. Самое подходящее место – чей-то дом: либо мой, либо её. Первый вариант уходит, потому что не хочу беспокоить бабушку.

– Разговор будет недолгим, тебе это может пригодиться в будущем, – её слова звучат как угроза, – можем встретиться у меня, выпить чаю, познакомиться и обсудить всё подробнее.

Да, мой второй вариант кажется более подходящим. У моей коллеги дома достаточно уединённо, потому что на работе я не раз слышала, что Бетти живёт отдельно от родителей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.