Денис Ган
Торианская империя. Книга 8. Другая галактика.

Глава 1. За честь и славу.

Имперская дата.

1.082.577 – 07. 04.

В истории Торианской империи появился ещё один особый день. По результатам последних печальных событий на Дориуме проведут церемонию возвеличивания павших героев в битве у планеты Хамгарад. Император, понимая значимость церемонии, лично прибыл для участия в ней. Дасарий не мог проигнорировать воздаяние последних почестей погибшему Верховному адмиралу Сугиву Шораку и четырём командным адмиралам империи, павшим в сражении, а заодно, пользуясь случаем, он хотел представить империи нового Верховного адмирала и своего военного наместника. Он очень рассчитывал, что новые назначения сгладят негатив от поражения.

Флагман имперского флота «Толомак», несмотря на проблемы с вычислительными мощностями, всё же прибудет на церемонию. Ему отведена центральная роль в этом событии. С командного носителя было удалено повреждённое информационно-вычислительное оборудование, и вскоре на его место установят новые тубусы. Шиканранги, Зангролакиец, провёл тщательное исследование, которое выявило и подтвердило внешнее воздействие на флагман. Его выводы были однозначны: корабль чем-то облучили, и это негативно сказалось на кибернетическом организме тубуса, фактически уничтожив его. Вероятность внутреннего саботажа была полностью исключена. Выводы Зангролакийца обеспокоили имперское командование. Если такое можно незаметно проделать с одним кораблём, даже с самым защищённым, то подобное может произойти и с другими. До сих пор защита корпуса крейсера считалась абсолютной, но теперь этот факт серьёзно оспаривался. Необходимо срочно искать новую защиту и выяснить, чем воспользовался Логазфир, чтобы вывести флагман из управления. Оставался ещё вариант с аномалией, которая могла как-то воздействовать на корабль. Однако это маловероятно, поскольку кораблей, повреждённых таким образом, больше нет. Именно это указывало на прямое намеренное воздействие.

Церемонию транслировали по всей империи. Ближние и дальние миры прощались с погибшими адмиралами. Триллионы имперских граждан хотели видеть всё так, словно сейчас сами находились в Куатарии. Имперская вещательная сеть уже сильно перегружена, а это только начало трансляции. Гигантский корабль императора под названием «Торианский гнев» занял отведённое ему место на орбите планеты и замер. Сейчас он тут самый огромный и единственный, который принадлежал к классу галактическая звезда. Корабль старый, ему шестнадцать тысяч лет, и он служит уже четвёртой династии императоров, но такой огромный возраст никак не сказывался на его функциональности. «Торианский гнев» часто перестраивался, всё время усовершенствуясь, чтоб соответствовать технологиям своего времени. Его задача не война, его задача – безопасное передвижение главы империи и членов правящего дома. От этого гиганта по направлению в космос постепенно выстраивался длинный «коридор» из прибывающих командных крейсеров меньшего класса, всех тех, что находились поблизости от Куатарии, включая флагман первого флота под командованием адмирала Камистера Шокани.

И вот наступил главный момент, тот самый момент, которого ожидали. По сигналу из центра управления на Дориуме, «Толомак» вышел из гиперпространства и медленно пролетел сквозь прощальный строй боевых кораблей. Из его ангаров началась трансляция древнего торианского ритуала. Когда хранили имперских адмиралов, погибших в битве, то проводили специальную церемонию прощания, а сегодняшняя стала особенной. Пять капсул заключили в автономные саркофаги, а сами саркофаги поставили на одну из взлётных палуб «Толомака». Пятьсот Озгаков в длинных траурных балахонах запели хвалебные строки из великой торианской Антеллы. Они перечисляли имена адмиралов и восхваляли подвиги погибших в битве за Хамгарад солдат и офицеров, всех погибших за честь и славу империи в этой битве, а не только пятерых командующих. Это было прощание империи со своими героями. Торианская Антелла – основа древнего ритуала, первородное произведение со времён первого императора, основанное на музыке и текстах, длящееся ровно одни стандартные торианские сутки. Антелла восхваляла не только мёртвых, но и живых, поэтому сегодня Озгаки исполняли только её самую малую печальную часть, длящуюся всего несколько часов.

Пятый саркофаг… О его существовании стало известно лишь в последний момент. «Толомак» доставил его тайно, ещё до начала церемонии, до того, когда остальные четыре саркофага погрузили на его борт. В капсуле пятого саркофага находился прах адмирала Эритоса. В ней были настоящие останки, оставшиеся от сожжённого тела, восстановить которое уже невозможно. В то время как в остальных четырёх капсулах находился лишь символический прах и несколько личных вещей погибших.

Полы императорской мантии волочились по палубе. Дасарий шёл очень медленно. Он направлялся к группе факелов, установленных рядом с троном. Факелов всего пять, по числу саркофагов. Императора не сопровождали. Свита и охрана остались стоять на почтительном расстоянии. Такова традиция, если ритуал проходит с участием главы империи. Печальная часть Антеллы эхом разносилась по главному залу корабля. В голове Дасария проносились разные мысли. Никто, кроме него, сейчас не знал, о чём он размышляет, можно было только догадываться. Проигранная битва – это удар по всей империи, поэтому церемония возвеличивания должна пройти публично и как можно более грандиозно. Траурная маска на лице Дасария не выдавала его чувств. Два часа на ногах без возможности сесть – такова цена участия Дасария в церемонии. Это было немного, и оно того стоило…

Время.

Песнопения смолкли. «Толомак» озарился бортовыми огнями, а огромные шлюзы его основного ангара распахнулись. Один за другим с палубы флагмана поднялись пять саркофагов и устремились к планете. Эти автономные аппараты представляли собой не более чем обычный орбитальный транспорт, предназначенный для доставки останков адмиралов прямо к залу славы. Трансляция не прерывалась ни на мгновение, за исключением времени, необходимого для перехода между вакуумом и атмосферой. Прошло всего несколько десятков секунд, и на гигантских экранах появилось изображение главной башни древнего зала. На посадочной площадке саркофаги ожидал почётный караул, состоящий из чёрных гвардейцев императора. Было решено, что ритуальное захоронение осуществят безмолвные воины из личной гвардии повелителя.

Капсулы осторожно извлекли и под конвоем сопроводили в зал славы первого флота. Так окончилась похоронная часть и началась торжественная. От долгой прощальной речи, произнесённой Дасарием, у него пересохло в горле, но оно того стоило… Император надеялся, что граждане примут официальную версию гибели столь большого флота и столь большого количества командующих одновременно, и его надежды, вероятно, оправдались, хотя об этом ещё рано судить. Церемонию нужно продолжить…

Непривычный для стандарта имперских военных кораблей крейсер под названием «Сагири», известный сейчас как флагман бывшего Верховного адмирала Аргона, медленно подлетел на дистанцию телепортации к «Торианскому гневу». На ту же самую дистанцию вышел и «Толомак». В тронном зале корабля собрались высшие чины империи, как военные, так и гражданские. Все они присутствовали на церемонии захоронения, и все они станут свидетелями продолжения.

Первым в дверном проёме показался адмирал Аргон. Осознавая ответственность, он без колебаний вернулся на должность второго лица в империи, хоть ему это и не очень хотелось. Сегодня Аргон по прошествии стольких лет снова надел мундир Верховного адмирала империи. Многие в страхе гадали, чем это может для них окончиться, ведь по глупости своей, думая, что к власти он больше не вернётся, плели против Аргона Макариа интриги, ведомые прошлыми обидами. Аргон за время своей службы сумел поссориться со многими из-за того, что в первую очередь соблюдал интересы империи, а потом только свои. Особенно это касалось торговых военных поставок, где он был непреклонен, когда дело касалось финансирования… Обычно император относился к этим вещам проще, чем Аргон, но Верховный адмирал спуска никому не давал, и если ему удавалось обличить коррупцию, он буквально требовал подпись Дасария под приговором. Годы службы создали Аргону много врагов, но и добавили на его сторону много друзей и сторонников. Роль Аргона в правлении империей и влияние на Дасария колоссальны, и кто бы ни думал, что после событий, связанных с его арестом, он потерял свою власть, он ошибался, она только усилилась.

Через несколько секунд телепортом материализовался недалеко от прохода адмирал Эднагар Ромулад Южматран, бывший командующий 206-ым имперским флотом. Оба адмирала поприветствовали друг друга и, поравнявшись, направились в тронный зал для встречи с Дасарием. Множество камер летали по залу, снимая каждый момент, который считали важным. Зрители, наблюдавшие за церемонией, должны были увидеть всё.

Адмирала Эднагара почти не знали. Имперскому обществу он не был знаком, потому что его никто не продвигал в попытках использовать в своих политических целях. Эднагар своими силами и талантом возвысился до адмирала одного из флотов, а благодаря цепочке последних событий и роли расы под названием «человеческая» в контакте с зангролакийцами он был ещё и приближен самим императором как можно ближе к трону. И вот теперь он уже имперский военный наместник. По сути, он заменил погибшего Верховного адмирала Сугива, а поскольку новым Верховным снова стал Аргон, то Дасарий вернул наместничество, древний титул, дающий власть над космическими флотами империи. Эднагар и Аргон разделили управление, но Аргон при этом остался стоять выше Эднагара, что, впрочем, невозможно было игнорировать, потому что Аргон – это Дасарий, а Дасарий – это Аргон. Эту дружескую связь не смогли разорвать даже интриги Шан’Аркудийцев.

Это было официальное разрешение подойти ближе к императору. Так велели традиции и долг почтения.– Аргон Макариа Сальтуран, Мигара Оллети, – произнёс Дасарий, как только оба адмирала приблизились и остановились на почтительном расстоянии от трона империи. – Сын торсианского дома Сальтуранов, подойди!

– Адмирал Эднагар Ромулад Южматран, волей моей и по решению военного совета вручаю тебе имперский жезл наместничества. Отныне ты будешь выполнять обязанности моего военного представителя, и под власть твою и управление я отдаю половину нашего флота. Приказываю тебе немедленно возглавить вверенные тебе войска и подавить мятеж безумных баронов, что примкнули к захватчику из враждебной нам галактики.Аргон сделал несколько дополнительных шагов и остановился. Дасарий встал. Тут же рядом буквально из «ниоткуда» появился Латуций Зариб. Адъютант держал на подушке новый жезл управления. Символ власти Верховного адмирала империи. Жезл оказался в руках Дасария. – Согласно моей воле и воле граждан империи, ты, Аргон, сын Сальтуранов, назначаешься Верховным адмиралом Торианской империи. Служи во имя её чести и славы! Очень короткое напутствие, после которого Аргон забрал протянутый жезл, произнёс стандартную клятву верности империи и вернулся обратно на своё место. Дасарий сопровождал его глазами до тех пор, пока Аргон не остановился. Император отлично знал – Аргон не желал возвращения бывшей должности и не стремился к этому. Его цель – служение империи, а в каком качестве – это уже не имеет значения. Император смутно подозревал, что заговор против Верховного адмирала сильно ударил по его самолюбию. Тогда многие, являясь его друзьями, отвернулись от него, даже не пытаясь встать на защиту осуждённого… Такое не забывается, и такое не забыл император. Сейчас тут в зале многие из недоброжелателей Аргона видели церемонию назначения и поняли, что сильно ошибались… Наступило время Эднагара. Латуций поднёс императору второй жезл. Дасарий забрал его и высоко поднял над своей головой, чтоб присутствующие на церемонии и камеры, снимающие происходящее, отлично всё увидели.

Многим присутствующим показалось, что в этом странном адмирале много непонятного и загадочного. Откуда он взялся и почему такое рвение, а главное, что означают его слова о том, чтоб вычистить предательство? Неужели император Дасарий решился действовать гораздо более жёстче по отношению к баронам-предателям и расам, что они возглавляют… Опасная ситуация. Можно получить ещё более глобальный бунт или, наоборот, укрепить личную власть Дасария.Жезл перешёл в руки наместника. Эднагар встал на одно колено, произнёс клятву верности и пообещал сделать всё для того, чтоб вычистить семя предательства из империи…

Вероятно, до этого момента между Дасарием и его адъютантом существовала некая предварительная договорённость, потому что, как только Латуций получил приказ, конкретно не указывающий, кого и где он должен собрать, адъютант тут же отправился его выполнять. Мероприятие на орбите плавно перешло в императорский приём.На этом трансляция завершилась. Империя увидела всё, что хотел показать ей её император. Почести возданы и новые назначения произведены. Дасарий жестом подозвал Латуция и, когда тот приблизился, велел ему: – Собери их… Хочу поговорить.

****

– Не о чем предупреждать, повелитель, – тихо ответил Саредос. – Эритос, осознавая неотвратимость своей смерти и будущих изменений, в последний момент сам принял такое решение. Я уже нарушил обещание ему, сообщая вам о его решении, но адмирал позволил мне самому определить, ставить вас в известность или нет. Я решил, что сообщить будет только на пользу, иначе на его пути могут возникнуть непредвиденные обстоятельства, связанные с некоторыми решениями из дворца…Уединившись в стороне ото всех, император тихо разговаривал с Саредосом. Со стороны казалось, он немного растерян. – Как случилось, что я узнаю об этом только сегодня? Почему меня заранее не предупредили?

– Я понял, Саредос, я понял… Будем считать, что его действительно больше нет, главное, чтоб об этом не стало известно не только мне. Кто ещё посвящён кроме тебя? Впрочем, молчи. – передумал Дасарий. – Мне знать необязательно. Если Эритос так хочет, то пусть работает. Кого-кого, но его точно нельзя больше подозревать в предательстве, ведь по сути он за империю отдал свою жизнь…– Ты всё правильно сделал. Дальше меня его тайна не уйдёт, а планы свои я буду корректировать с тем, что будет рекомендовано Эритосом. Но я желаю знать, что он всё-таки задумал? – Нет конкретного плана. Он решил, поскольку всё равно официально умрёт, то это можно использовать с пользой. Как и что делать дальше, он определит после процедуры переноса, если, конечно, выживет… – Даже так… Есть шанс, что не выживет? Возможно, он прав… Но он вёл столько дел! – Теперь нам придётся обходиться без него, и надо найти ему замену. Всё, что он просит, это предоставить ему свободу действий и оставить на какое-то время предоставленным самому себе.

Получив от императора знак, что пора начинать, Калинагрий Айсорка Харминаф, смотритель двора, попросил присутствующих сесть на свои места. Двери закрыли, и опустилась силовая защита. Тайная встреча началась.– Это так, мой император, – тихо согласился Саредос. – С этого момента он официально мёртв для всех, кроме меня и вас, господин. Дасарию не понравилось это решение, но выступать против он не стал. Что бы там не задумал адмирал Эритос, теперь это уже не во власти императора. Вполне достаточно будет узнать, что перенос сознания прошёл успешно, а кем он станет и что будет делать во время войны, уже не столь важно, если его действия будут направлены против Шан’Аркудийцев. – А вот и Аргон! – заметил император. – Ни минуты покоя! Я смотрю, он уже с моим наместником дела обсуждает. Если у тебя всё… – Нет, есть ещё кое-что… – Давай, что там у тебя? – согласился император. Саредос протянул императору информационный кристалл. Дасарий забрал предмет и сразу его активировал. Это личное дело некоего генерала Кириана Дора. – Знакомое имя… – Да, повелитель, – согласился Саредос, – этот лантардиец один из тех, что участвовал в тайной операции по спасению Аргона. Сейчас он занимается безопасностью у Зангролакийцев. – Гравиус… Помню-помню. Так что с этим генералом? – Адмирал Эритос просил направить Кириана на крейсер «Карающий». Он будет какое-то время заниматься под командованием нового адмирала секретными разработками. – Хм… Интересно. Зачем? Флот специально создавался под определённые задачи, которыми должен был заниматься только Эритос. – Это так, – согласился Саредос, – именно я это и предложил, только вместо него теперь это будет делать Кириан и отдельно от командования. Часть его дел будет вестись независимо от контроля нового адмирала, которого, надеюсь, скоро назначат… Императору поморщился, реагируя на это замечание, но ничего не возразил. Саредос продолжил объяснять причину, ну или старался попытаться её объяснить, не вдаваясь в подробности. – Это просьба адмирала. Вероятно, у него планы на этот флот… Дасарий понял, что это снова не в его власти, поэтому просто спросил: – Что требуется? – Утвердить генерала Дора на новом посту специальным приказом. – Прямо сейчас? – Это не спешно, но если возможно… На самом деле спешное, но Саредос не стал подгонять Дасария. Не задавая вопросов и не выражая никаких возражений, император Дасарий поднёс руку с личной печатью на пальце к голограмме и, коснувшись её, подписал документ. – Забирай, – вернул он кристалл Саредосу. Это всё? – Да, повелитель, это всё. – Когда отбываешь? – Как только переговорю с Аргоном и Эднагаром. Есть ещё нерешённые вопросы… Дасарий дал понять Саредосу, что тот свободен. Несмотря на случающиеся просчёты, император доверял Саредосу, и порой, когда кому-то казалось, что этот странный картанец скоро потеряет свою власть, как вместо этого он, наоборот, получал новые полномочия. Никто, кроме близкого круга, не знал, чем империя обязана этому картанцу на самом деле и откуда столько доверия.

****

Пост Верховного адмирала вернёт Аргону полномочия самому распределять ресурсы флота. Это единственная полезная функция, которая была недоступна какое-то время. Всё время приходилось согласовывать те или иные шаги с командованием на Дориуме.Перелёт в Куатарию и церемония на орбите Дориума вымотали Аргона. Весь этот официоз, связанный с его повторным назначением, ему претил. Наблюдая с борта «Сагири» за церемонией возвеличивания, Аргон размышлял о судьбе империи и тех, кто находится вокруг него. Вот ещё один адмирал из ближайшего ему окружения погиб в крупном сражении. Сколько их ещё будет…

– Улетаем, – подтвердил Аргон, – я тут закончил. Как только покинем систему – зайди ко мне…Только что Аргон Макариа вернулся с императорского флагмана. Последняя встреча заставила его задуматься над ближайшей судьбой империи. Война разрасталась, четвёртый сектор скоро падёт, что, впрочем, не мешает вести в нём масштабные боевые действия. Чем дольше в этой зоне империя будет сдерживать врага, тем лучше подготовятся остальные имперские сектора. Тем не менее эвакуация продолжается. Асильва сегодня предоставил последний отчёт. Корабли Конгломерата Паканагри здорово помогли, вернее то количество, которое они одномоментно смогли предоставить. Но и Шан’Аркудийцы на месте не сидели. Постоянные засады в гиперпространстве, а порой и точечные прерывания полётов некоторых конвоев говорили о том, что маршруты становятся им каким-то способом известны, а значит вражеская шпионская сеть работает продуктивно и её активность только расширяется. По внутренней связи пришёл вызов. Аргон отвлёкся от своих размышлений и ответил: – Да? Вызывал капитан Зорган. – Мы готовы направиться к точке перехода. Требуется разрешение.

Теперь «Сагири» отправится к ближайшей зангролакийской станции, чтобы создать стабильный туннель. Как только крейсер и его конвой доберутся до места назначения, они встретятся с Мурганалом, а затем сразу совершат переход в систему-цитадель под названием Нигус. Без станции можно только открыть выход из искусственной чёрной дыры и закончить переход, тогда как для осуществления начального перехода требуются огромные энергозатраты. Именно поэтому в таких случаях помогают комплексы зангролакийцев. Однако опасности нет. Мурганалу не обязательно начинать переход в системе со станцией, ему достаточно находиться в пределах десяти световых лет от неё, чтобы воспользоваться возможностью создания искусственного туннеля. Вычислить место старта невозможно, к тому же оно всегда выбирается случайным образом.

– Я не знаю. До прилёта в Куатарию я полагал, что всё идёт так, как об этом сказал император, но сегодня выясняется – Эритос не выжил. Его останки привезли на флагмане. Дюгвальд вернул крейсер для церемонии в Куатарию и привёз прах. Труп сожгли ещё у зангролакийцев.Лёгкий толчок оповестил о переходе корабля в гиперпространство, гасители инерции компенсировали ускорение. Скоро Куатария останется позади. Личная каюта Аргона находилась на командной палубе, чтобы ему было удобно ходить на мостик. Транспортная сеть крейсера позволяла быстро добраться до нужного места, но адмирал предпочитал находиться как можно ближе к командным постам. К тому же, большая часть палуб могла быстро и легко перестраиваться, создавая более удобную конфигурацию внутренней части «Сагири». Это удобно. Технология, используемая на корабле, была разработана галарианцами и не использовалась на стандартных кораблях империи, так как они были серийными. Охрана доложила о Зоргане. Аргон разрешил: – Пусть войдёт. До прихода капитана Аргон Макариа наливал вино. Ему прислали немного из родного мира. – Будешь? – поинтересовался он у Зоргана. Повод был, и Зорган это чувствовал, поэтому не отказался. – Не слишком много. Аргон налил во второй бокал, поднял его и протянул капитану. – За Сугива и всех погибших героев! Зорган поднял свой бокал, отсалютовал и выпил содержимое. Капитана терзали вопросы. – Что произошло с Эритосом? Аргон молча уселся в кресло и жестом пригласил Зоргана сесть напротив.

– Что-нибудь придумаем. Сражений, на которые рассчитываются командные флагманы, пока не будет. Я не выведу массово корабли в сектор, который кишит Шан’Аркудийцами. Мы скоро потеряем тут контроль и окажемся теми, кто туда прилетает, а не теми, кто там находится на постоянной основе. «Толомак» передали под управление наместника Эднагара. Новый экспериментальный флагман всё ещё достраивается на верфях. В любом случае потенциально использовать его с наивысшей продуктивностью можно только совместно с флотом подобных кораблей.– Шиканранги не справился с переносом? – Я не знаю, Зорган, я не знаю! Всё, что мне известно, это только то, что он мёртв. Саредос подтверждает смерть. Раз императору сказали, что адмирал Эритос умер, значит, так оно и есть. Зорган тяжело вздохнул, после чего тихо, с печалью в голосе произнёс: – Уходят самые лучшие. В душе капитан ещё надеялся, что это не так и Эритос ещё жив, но теперь… Теперь он точно мёртв, раз так говорят первые лица империи. – Аргон, скажите мне, что теперь изменится? – Ты о чём? – удивлённо отозвался Аргон. – Я о «Сагири». Крейсер больше не может быть флагманом. – Нет, не может. Тем не менее он им останется. Я не зря потратил время на модернизацию, чтобы подготовить его к управлению. – Всё же мощностей недостаточно…

– Всё просто. Несмотря на активные боевые действия, он действует не на полную мощь своей армады. Как бы мы ни старались, но инквизитор до сегодняшнего дня так и не проявил полную силу флота вторжения.– А что говорят испытания? – Зорган вернул пустой бокал на стол. – Последние данные хороши. Наши технологии удачно совмещаются с технологиями зангролакийцев. Эскамус стал отличной платформой для тестов. – Вот только мы не знаем, где он сейчас и как себя ведёт… – Это правда. Мы не знаем. Но у них своё задание, а у нас своё. Знаешь, Зорган, меня всё чаще и чаще посещают смутные мысли… – Поделитесь? Аргон посмотрел на капитана и ухмыльнулся. – А почему бы и нет… Понимаешь, мне всё чаще и чаще начинает казаться, что эта война – нечто большее, чем то, чем мы её видим. – Чем мы её видим? Я не понимаю… – Не понимаешь, потому что не владеешь всей полнотой общей информации. Каждый раз, сталкиваясь с очередной проблемой, потом оказывается, что она намного проще, чем последующая, и так шаг за шагом, один за другим, по нарастающей. Наших врагов абсолютно не смущает тот факт, что мы о них многое узнали и ещё узнаем, и они уже не стараются действовать скрытно. Порой создаётся впечатление, что это происходит не случайно и инквизитору нужно, чтоб мы видели все его ходы. Тут идёт странная двойная игра, смысл которой мне непонятен. – Что значит двойная игра? Аргон попытался объяснить как можно проще.

– По словам самих Паканагри, Коалиция не уничтожает планеты, но истребляет их население. По крайней мере, так было во время войны, а после эвакуации информации об этой части галактики уже нет.– Аргон, вы более опытны в сражениях, чем я, но даже мне так не показалось. Мы уже так долго успешно противостоим им, и всё это на фоне кровопролитных битв! Возможно, мы просто лучше, чем наши враги… – Противостоим… Да! Но они с лёгкостью заманили и уничтожили флоты Сугива, и теперь, пока мы переорганизуемся, Логазфир сможет закрепиться в месте, которое нам будет неизвестно, и у него под управлением, вероятно, появилось некое оружие, способное уничтожать в один миг целые системы. Инициатива на стороне врага. – Любое оружие при определённых условиях уязвимо, – последовало возражение. – Всё так, ты прав. С другой стороны, если трезво посмотреть на происходящие события, то можно увидеть, что он хоть и уничтожает наши миры, но делает это без явного фанатизма, стараясь сохранить их большую часть для своего пользования. – Мы не знаем, уничтожает ли он и другие миры, которые были для нас недоступны. Например, миры Паканагри?

– Я не совсем понимаю, Аргон. Вы хотите сказать, что массовое уничтожение происходит только на начальных этапах атаки, а после захвата планеты ситуация меняется?

– А почему бы и нет? Они же именно так поступают с теми, от кого пытаются избавиться. Сначала внедряют своих эмиссаров, создают внутри рас разобщение, а потом происходит мятеж, после чего они преспокойно ведут свои войны. В мутной воде проще действовать. Не знаю, какую стадию застал адмирал Саредос, но наши активные действия явно начались не в самый подходящий для Шан’Аркудийцев момент. Мы сломили все их планы, когда выявили вторжение.– А почему бы и нет? Мы точно знаем, что они не используют искусственную жизнь и не производят андроидов, хотя им эти технологии вполне доступны, но они точно используют захваченное население в качестве рабов, это мы видели неоднократно. – Возможно, это обычная тактика для них… – Поэтому данные с Эскамуса имеют важное значение для понимания нашего будущего. Торианцы говорили, что свою галактику Шан’Аркудийцы зачистили, уничтожив разумные расы. – У нас есть информация, что они властвуют не только в одной галактике. – Такие данные ничем не подтверждены. – Кажется, я начинаю понимать ход ваших размышлений, Аргон. Вы пытаетесь сказать, что эта галактика и её население нужны инквизитору, так? – В точку, Зорган, в самую точку! Вопрос только в том, если нужны, то по какой причине? Это личная инициатива Инквизитора или это политика всей его расы? Мы же точно знаем, что не он правитель своей расы. – Внутренний раскол?

Зорган молча вышел.– Да, я помню, – протянул Зорган, – ведь я был среди тех, кто начинал собирать информацию на них и вёл поиски. Вся моя жизнь изменилась, когда Саредос посвятил меня в свой секрет. А я по наивности думал, что мы и правда занимаемся обычной межсистемной торговлей и перевозками. Тихий спокойный заработок. Аргон Макариа рассмеялся, чем смутил Зоргана. – Хороший был период, но даже во время него они уже тогда меня атаковали как лидера военного флота. Я и сейчас не понимаю, что бы им дало моё пленение. Ладно, давай вернёмся к реалиям современного времени. Ты, как мне помнится, ожидал какие-то данные перед самым полётом в Куатарию. Помнится, речь шла… – Станции ретрансляции связи, – подсказал Зорган. – Да, о них самых. Так что с ними? Ты получил эти свои данные? – Получил, – подтвердил Зорган, – и эта информация мне не нравится. – А подробней? – Если подробней, то Шан’Аркудийцы проявляют серьёзный интерес к перемещению кораблей ремонтников. Есть вероятность, что они вычисляют области перемещения, так сказать, пытаются нащупать последовательность. – Зачем? Ведь там нет никакой последовательности. – Вообще-то есть… – Вот как? И что это значит? – Это значит, если уничтожить один ретранслятор, то ремонтный корабль прыгнет и начнёт устанавливать замену в определённом радиусе. Этот радиус они и пытаются сейчас вычислить. – Даже если так, они всё равно не поймают установщик, да и зачем его вообще ловить! Ну уничтожат, ну и что?! Взамен прилетит другой. – Тем не менее у меня есть сообщение, что один ремонтник они всё же уничтожили. Он сделал прыжок и, кажется, попал в засаду. – Вот как… – Аргон нахмурился. Это серьёзно. Спланированное уничтожение ремонтника – это более чем серьёзно, тем не менее один может оказаться простой случайностью… – Поначалу они тестировали нашу реакцию на появление флота в радиусе глушащего поля вокруг зоны с системой-цитаделью. Осознав, что мы реагируем слишком быстро, они сменили предмет интереса и теперь будут пытаться уничтожать ретрансляторы с целью последующего уничтожения ремонтников. Одновременное уничтожение нескольких таких кораблей в одной зоне позволит им бесконтрольно проделать брешь в системе безопасности на несколько световых лет. – Это угроза для цитаделей, – согласился Аргон, – невозможность быстро передать данные создаст задержку связи, что сильно скажется на нашей реакции встречного ответа. Почему не доложил раньше? – Проверял информацию… – Эту ситуацию нужно держать под контролем. Я хочу видеть симуляцию задержек на случай, если уничтожения ретрансляторов и ремонтников продолжится. – Как раз этим я и занимался до доклада. Новые данные позволят провести эту симуляцию. – Когда будет готово? – К моменту прибытия на встречу с Мурганалом я уже проведу необходимые расчёты для воспроизведения симуляции. Аргон встал и задумчиво прошёлся по каюте. Зорган ждал приказа. Не дождавшись, он тихо кашлянул в попытке привлечь к себе внимание. – Что? – не понял Аргон, а потом, сообразив, что от него ждут распоряжения, он просто ответил: – Иди работай, мне надо подумать. Не нравится мне твой доклад.

Зорган вышел.

Глава 2. Новый контакт.

Глава 2. Новый контакт.

– Корабль как на ладони, – недовольно проворчал капитан Нуграб. – Если нас здесь подловят, да ещё силами, превосходящими наши возможности, и нападут, нам придётся вступить в бой, и улететь мы не успеем. Предлагаю подстраховаться и запустить истребители.– До выхода из гиперпространства остаётся 15 секунд… 14… 13… 4… 3… 2… 1… Выход осуществлён. Эскамус плавно перешёл в обычный космос. На радаре начали появляться сигналы. – Обнаружены множественные объекты, классифицированные как астероиды, – сообщил ИИ корабля. – Рекомендую снизить скорость на 95 процентов. – Подтверждаю, – кивнул Санаркеш и уточнил у ИИ: – Расстояние до внешней границы астероидного поля? – Два миллиона семьсот тридцать тысяч четыреста семьдесят два киламина. – Это приемлемо. Полное торможение на расстоянии полтора миллиона киламинов. – Выполняю.

– Нет, это невозможно. Мы договорились не проявлять агрессии, и мы здесь не для того, чтобы улетать. Наша цель – установить первый контакт. Если за нами наблюдают, то наше местоположение свидетельствует о том, что мы не представляем угрозы и не собираемся нападать, раз уже позволили обнаружить себя. Кроме того, «Эскамус» не имеет ничего общего с кораблями Шан’Аркудийцев.

Эта информация заставила присутствующих на мостике отвлечься от разговора и перейти к контролю полёта.Адмирал Курсанак обернулась и встретилась взглядом с Норианом: – Генерал, вы не передумали? – Это не моя идея, а Нгаруда. Я не могу его остановить, если он хочет лететь, пусть летит. Когда он принимает решение, его не переубедить. Из всех нас на корабле только он может общаться с представителями другой галактики на равных и находить взаимопонимание. Радар снова издал предупредительный звук. ИИ Эскамуса сообщил: – Приближаемся к точке полной остановки.

– Спасибо, она мне понадобится, – голос Нгаруда был абсолютно спокоен, значит, он готов к полёту.Во время перелёта к полю астероидов под названием Жэнг’умтаки произошло то, чего никак не ожидали от Нгаруда. По какой-то неизвестной причине он неожиданно заявил, что полетит в астероидное поле на корабле Уджаркилонцев. К такому выводу он пришёл во время одного из разговоров с ними. Есть только одна проблема, если он перейдёт на гочпортак Уджаркилонцев… Там придётся носить маску для дыхания и мириться с повышенной гравитацией. Смесь для дыхания на инопланетном корабле не подходила птолеанину ровно, как и Уджаркилонцам на Эскамусе тоже приходилось дышать через подобное устройство. Это нормально, хоть и создаёт некие проблемы при коммуникации. – Точка назначения достигнута, двигатели в режиме остановки, – проинформировал ИИ. Санаркеш повернулся к Панате Курсанак. Она, не отрывая взгляд, смотрела на трансляцию внешнего изображения, словно пытаясь разглядеть что-то в этой темноте. Там, за бортом, лежало неизвестное, неизученное массивное скопление астероидов над названием Жэнг’умтаки, и размером оно в несколько световых лет. Такие гигантские поля обычно образовывались редко, при этом всегда есть источник притяжения, способный сформировать подобное скопление. Что является источником в данном месте, не знали даже уджаркилонцы. Сканирование с Эскамуса источник тоже не определило. Это очень странно, тем не менее не вызывало особых опасений. В какой-то момент Нгаруд рискнул предположить, что поле искусственное и камни притянуты в эту область специально. Возможно, это искусственная защита от проникновения, ведь любой корабль, входящий в такое поле, какое-то время будет уязвим, несмотря на свои технологии. – Адмирал? – вопросительно произнёс Санаркеш и, когда убедился, что она слышит его, сообщил: – Мы готовы. – Я даю разрешение, пусть летят, – отреагировала Паната. – Не вижу препятствий отменять полёт. Убедившись, что приказ отдан, Нориан дал разрешение системе безопасности на взлёт с палубы Эскамуса. Инопланетный корабль разблокировали. – Удачи, Нгаруд, – напутственно произнёс Нориан.

Всё это время с момента, как Эскамус вышел из гиперпространства, Нгаруд находился на связи. Он видел и слышал всё, что происходит на мостике. Ему очень хотелось совершить этот полёт, поэтому он не давал повода отменить его, а попросту сидел молча…

План включал в себя опасения, что появись Эскамус в точке контакта самостоятельно – это вызовет недоверие. После обсуждения решили, что и по отдельности друг за другом корабли не станут заходить в Жэнг`умтаки. Увидев уджаркилонский гочпортак в сопровождении инопланетного корабля, Кайтурианцы могут неверно истолковать ситуацию и ровно так же отреагировать, если увидят просто один Эскамус, посылающий обычные сигналы связи, которые он не должен посылать. По задумке Нгаруда, Эскамус появится в границах поля в очищенном от астероидов пространстве, так чтоб его могли отсканировать без всяких помех и выяснить, что он не в боевом режиме. Из ангара зангролакийского корабля вылетит гочпортак уджаркилонцев и направится в астероидное поле один. Эскамус тем временем должен остаться на своей позиции до тех пор, пока не получит сигнал, что можно лететь, или, наоборот, что лучше покинуть эту область. Никто из уджаркилонцев не знал, как поведут себя кайтурианцы, ко всему прочему имелись риски – Нгаруд может оказаться в плену у неизвестной расы, если они, конечно, вообще проявят своё присутствие.

Время пришло.

Гочпортак уджаркилонцев покинул ангар корабля-носителя и вышел в открытый космос. С`аграб корабля ввёл в систему навигации координаты места назначения. Это должно было стать местом прибытия в астероидном поле. Малейшее смещение координат или ошибка в вводе символов грозила столкновением. Гочпортак встал на курс и стартовал. Очень быстро он пропал с радара, перемешавшись с сигналами от астероидов.

Нгаруд откинулся на спинку кресла. С дыхательной маской на лице непривычно, но это далеко не первый раз, когда ему приходилось её использовать. Можно активировать лёгкий скафандр, но уджаркилонцы очень пугливы и могут принять такое несогласованное действие за акт агрессии. Нгаруду этого совсем не хотелось, поэтому он терпел. Гочпортак перешёл в гиперпространство. Очень быстро он достигнет промежуточных координат и перейдёт на пониженную маневренную скорость. Полёт обещал быть недолгим, контактные координаты находятся в 0,01 светового года от границы поля.

Хитрый способ спрятаться. Просто так в такое поле камней далеко не залететь, а прыгать наугад из гиперпространства – это вообще идея для самоубийц. Уджаркилонцы на них не похожи. Вероятно, где-то в определённом месте существовало чистое пространство, и оно наверняка поддерживалось искусственно, иначе в него не зайти. Конечно же, это ещё не всё, и дальше придётся лететь, маневрируя с максимальной точностью, иначе столкновение. Порой огромные каменные глыбы в астероидных полях имеют абсолютно хаотичное поведение, а под воздействием стороннего источника гравитации они перемещаются и вращаются как хотят. Свободные погонщики часто сооружали базы на территории империи именно в астероидных полях, но не в таких гигантских.

– Да… Вы благодарны, но эта помощь может нам стоить чрезмерно дорого. Мы можем потерять доступ к технологиям и покровительству более сильной расы.Управление гочпортака… Сказать, что оно странное, это не сказать ничего. Нгаруд видел много разнообразных технологий, но такое впервые. А ведь раньше он считал, что это на зангролакийских кораблях странное управление. Удивляться нечему, это другая галактика. Тут вообще любое взаимодействие могло быть на иных физических принципах. Чужака уджаркилонцы далеко по кораблю не пускали, достаточно и контрольного мостика, но и того, что Нгаруд увидел, ему хватило, чтоб понять – они другие. Уджаркилонцы с интересом разглядывали любую мелочь на Эскамусе, если считали её интересной, но на своём гочпортаке старались скрывать свои секреты. Уже достаточно того, что они поверили словам адмирала Панаты. – Сколько ещё? – решил поинтересоваться Нгаруд. – Почти прилетели, – последовал короткий ответ С`аграба. Нгаруд терпеливо ждал. Толчок. Лёгкий, но всё же ощутимый. И вправду недолго… – Что дальше? – нетерпеливо поинтересовался Нгаруд. Не отрываясь от работы, Виспур`джака спокойно ответил: – Теперь смотри. Поначалу Нгаруд не понял, куда ему смотреть, а потом запустилось изображение космоса перед кораблём. На изображение наложили карту-схему ближайшего сектора с астероидами. Судя по многочисленным отметкам в области, где находился гочпортак, камней не так уж и много, и они слишком мелкие для того, чтоб нанести критические повреждения. От корабля отделился зонд. Подчиняясь указаниям с мостика, он полетел во мрак холодного космоса. Виспур`джака запустил звуковое оповещение. Минут через семь сплошной тишины из динамиков панели управления послышался нарастающий звук, характерный для передачи какого-то сигнала. Нгаруд удивлённо посмотрел на Виспур`джаку. – И это всё? Вот так просто? – Так просто, – подтвердил тот, – но всё ли на этом? Нет. Нужно ждать, ответят они на наш сигнал или проигнорируют. Ваш корабль, скорее всего, уже заметили. Им придётся либо ответить, либо нет. Мы рискуем… – Чем мы рискуем? – не понял Нгаруд. – Это мы рискуем, а не вы. Мы можем потерять все контакты с кайтурианцами. Мы привели сюда чужаков без разрешения кайтурианцев, и, боюсь, им это не понравится. Но причина, по которой мы это сделали, уникальна, а обстоятельства спорны. Поэтому есть шанс, что всё обойдётся. – Ты должен знать, мы благодарны вам за помощь, – почему-то сказал Нгаруд, он надеялся, что это смягчит ситуацию.

Эти двое говорили, а остальные молчали и слушали. Ничего не происходило. Постепенно Нгаруд тоже замолчал, он не хотел давить на новых друзей, они и так слишком много сделали. Конечно, не просто так… С`аграб Виспур`джака достаточно хитёр для того, чтоб быть простаком. Быстрее всего, целью сотрудничества были новые технологии, которые были у команды Эскамуса и не было у уджаркилонцев. Простая любознательность и поиск новых цивилизаций тут совсем не причём. Постепенно Нгаруд начал клевать носом, он давно не спал, и он не знал, сколько времени прошло и сколько ещё пройдёт, а лишний раз спрашивать ему не хотелось.

Нгаруд кивнул, соглашаясь с мнением этого инопланетянина. После долгого ожидания он попытался сосредоточиться. Один из уджаркилонцев уже говорил по внешней связи. Нгаруд не понимал, о чём они говорят, да и вряд ли смог бы разобрать хоть слово – они говорили на странном диалекте, который переводчик не распознавал. Объект за бортом начал приближаться. Чем ближе он подлетал, тем больше становился. Неожиданно трансляция прервалась. Нгаруд заметил, что это уджаркилонцы отключили её со своей стороны. Интересно, почему… Вместо ответа на его голову навалилась странная тяжесть, и сознание быстро отключилось. Нгаруд обмяк в кресле. Он не заметил, как сзади к нему подошёл кто-то из команды гочпортака и бесконтактной волной из неизвестного устройства отключил ему сознание.Перед гочпортаком размаскировался крупный объект. Не очень похожий на корабль, тем не менее он должен был быть именно им. Объект, конечно, сразу заметили. – Они ответили, – произнёс Виспур`джака. – Ты, – обратился он к Нгаруду, – должен молчать.

*****

Виспур`джака смотрел на экран со своей стороны и ждал подтверждение приёма, а когда получил, начал говорить:Прошло больше шестидесяти часов. Эскамус медленно дрейфовал в космосе. Глупая ситуация… Сейчас даже если отправиться на поиски Нгаруда, это будет вслепую. Где теперь искать гочпортак? Неизвестно. Больше двух суток – это очень много. Ни адмирал, ни капитан понятия не имели, что делать, тем не менее пытались найти выход из сложившейся ситуации. Думали, что всё просчитали, на деле же оказалось не совсем и просчитали, раз так вышло. Уджаркилонцам слишком сильно доверились, чего делать не стоило, и вот результат… Санаркеш пытался установить маршрут гочпортака, он моделировал и рассчитывал наиболее вероятное направление, но дело в том, что гочпортак в какой-то момент и в какой-то точке астероидного поля перешёл на гиперскорость, и теперь неизвестно, где он вышел в обычный космос. Бесполезность расчётов очевидна, слишком много неизвестных, но Санаркеш упорно пытался найти курс и пытался, пытался, пытался… Его настойчивость намекала на чувство вины. Ведь он мог настоять на мерах безопасности и не давать разрешение Нгаруду на этот полёт, но он этого не сделал, потому что по договору больше не имел права вмешиваться в решения адмирала и капитана. Эскамус получил входящий сигнал на связь. – Определить источник сигнала, – быстро потребовал Нуграб словно опасался что он сейчас пропадёт… Ситуация неопределённости сильно нервировала, все ждали результат. Появилась схема. Источник обнаружен. Странно, но он почти на краю поля, только с той стороны, и идёт сигнал от одного из астероидов в ближайшей доступности. Он очень близко… Понятно, что астероид используется как ретранслятор, тем не менее до этого момента источников энергии обнаружено не было. Время шло, и надо было решаться на ответ. – Принимаем, у нас нет выхода, – решилась Паната. – Может, приведём корабль в боевую готовность? – попытался капитан. Он заметно нервничал. Бой с чужим кораблём или кораблями из засады сейчас был абсолютно не с руки. – Нет, но щиты нужно поднять. На мостик вернулся Нориан. Бегло оценив ситуацию, он попытался что-то сказать, но движением руки Паната остановила его. Теми, кто вызывал, оказались уджаркилонцы. Послышался лёгкий вздох облегчения. Была и голосовая связь, и изображение. Поскольку гочпортак не сканировался, стало понятно, что сигнал от него идёт на ретранслятор, замаскированный в астероиде, а оттуда перенаправляется на Эскамус.

– К сожалению, из-за мер безопасности нам пришлось задержаться. Это не в нашей власти. Однако спешу сообщить: наш полёт прошёл успешно, и мы установили контакт. Ваш член экипажа, Нгаруд, лучше меня объяснит вам все детали.

– Нгаруд, – вмешался в разговор Нориан. Он слушал диалог, но именно сейчас решил воспротивиться, – ты слишком далеко заходишь, друг мой. Мы во враждебной для нас галактике, и от нас требуют отключить щиты те, кто прежде служил нашим врагам.Вопрос о том, где сейчас находится молодой учёный, отпал сам по себе. Паната перестала нервничать и немного успокоилась. Из-за неопределённости и недопонимания мог развязаться военный конфликт, но сейчас ситуация выправилась, оказалось, это банальная задержка, а не кража одного из членов её экспедиции. Сейчас будет больше подробностей… – Адмирал, – поприветствовал Нгаруд Панату Курсанак. – Вам позволят пройти в поле. Не удивляйтесь ничему из того, что увидите. Я сначала тоже не поверил. Кайтурианцы не агрессивны, но помешаны на безопасности ещё больше, чем наши новые друзья уджаркилонцы. Поле астероидов – это естественное укрытие комплексов колонии. – Комплексов? Мы не видим никаких комплексов. – Охотно верю, тем не менее колония тут есть. Нам позволено войти и провести переговоры. Но это ещё не всё, у кайтурианцев есть условия… – Какие? – Скорее какое, а не какие. Условие только одно. Кайтурианцы требуют убрать щиты нашего корабля, а потом выключить генератор питания сразу, как только Эскамус окажется на подлёте к базе. – Невозможно! Если отключена защита, даже мелкие камни могут причинить вред кораблю. – Как только наш корабль окажется в зоне комплекса, его поместят под сдерживающее поле, нам ничего не угрожает. – А если я откажусь, тогда что будет? – Контакт не состоится. Это единственное условие, на которое мы либо соглашаемся, либо убираемся отсюда и забываем, кто такие кайтурианцы.

Изображение переключилось. Вместо Нгаруда на экране показался неизвестный до этого момента пришелец. Выглядел он внушительно, при этом своим внешним видом напоминал вориков. Имелось лёгкое сходство. Этим кайтурианцем сразу заинтересовался Санаркеша, и это было видно по тому, как он смотрел на него, не отрывая взгляд, словно сравнивал с кем-то.

– Я экзанвар колонии, – представился неизвестный, – обсуждаемое условие – единственное, на чём мы полностью настаиваем и не обсуждаем. Сейчас на вас смотрят сотни защитных орудий, вы находитесь под прицелом наших боевых охранных систем. Если бы мы пытались вас уничтожить, сделали бы это уже давно, ещё в тот момент, когда вы прибыли сюда.

Всё бы ничего, но не угроза вызвала удивление, а то, что это существо говорило на чистом Шан’Аркудийском языке. Если бы связь сейчас прервали, возникло бы слишком много вопросов, но связь работает, а Эскамус никто не пытался атаковать, его, наоборот, приглашали. Проблемой стал только язык. Уджаркилонцы предупреждали… Кайтурианцы некогда служили Шан’Аркудийцам, и сейчас это было ясно как никогда. Ещё влияло лёгкое сходство с вориками, но всё же эти существа не ворики…

– Я покажу несколько наших секретов, если вы нам не верите, – произнёс экзанвар и добавил: – Это поспособствует большему доверию между нами.

На мостике Эскамуса прозвучал сигнал тревоги. Это ИИ отреагировал на угрозу. На изображении поля астероидов, в районе его границы, стали видны элементы искусственных сооружений. Изображение объектов постепенно проявлялось, по мере того как исчезала их маскировка. Теперь стало ясно, что это защитные конструкции или что-то иное, и они уходят далеко вглубь астероидного поля. Рядом с сооружениями на передней линии находятся несколько скрытых кораблей неизвестного типа. Удивительно, но до этого момента сканеры Эскамуса не обнаруживали ничего, кроме холодных камней и вскрытого ретранслятора сигнала. Часть астероидов оказались простыми голограммами. Технология клонирования сигнала была известна: на сканере появлялась группа почти одинаковых изображений, но при визуальном контакте большинства объектов на самом деле не было. Сканер видел фантом и принимал его за настоящий объект. Хотя это простая технология, но не все обладают ей. Большая часть астероидов на самом деле не существовала, несмотря на то что их видно.

– Высказанные предложения звучат вполне разумно, но только если мы готовы идти на оправданный риск. В данный момент нам ничто не угрожает, и мы моделируем опасную ситуацию, исходя из предполагаемой угрозы, которая, возможно, и не существует. Мы сами сюда прилетели, и пока нас никто не атаковал, хотя, как мы видим, это могло произойти в любой момент. Мы не обнаружили поблизости от корабля никаких чужих боевых систем. Если нам нужен контакт между нашими цивилизациями, то нам следует принять приглашение и отправиться туда. Тем более что один из членов нашего экипажа, Нгаруд, уже находится там. Не забывайте о нём!– Вам необходимо выполнить наше условие, если вы хотите, чтобы между нашими цивилизациями состоялся прямой контакт. Проход в поле будет расчищен, но вам следует передвигаться строго по указанным координатам. С нетерпением ожидаем вашего решения… Экзанвар, или кто он там, завершил разговор. Все сидели молча, ожидая, кто же первым решит высказаться. Санаркеш, осознавая проблему, решил предложить: – Опасность для корабля большая. Если они обманут нас и всё же нападут, мы сможем поднять защиту, но ущерб может оказаться уже большим. Нам неизвестен тип оружия этих кайтурианцев. Обшивка может не справиться с восстановлением… – Мы останемся в состоянии, при котором можно будет улететь отсюда? – Да, адмирал, такой шанс весьма высок. Он имеется и объясняется тем, что мы будем находится в непосредственной близости с крупными искусственными строениями. Полагаю, кайтурианцы возводили укрепления не для того, чтоб они были разрушены изнутри от взрыва или нашего военного ответа, а именно это и произойдёт, если мы ответим им на вероятную агрессию. – Я могу привести в состояние боевой готовности штурмовые группы безмолвных. Мы максимально быстро высадимся на эту их станцию или что там они построили… – добавил Нориан. – А вы, капитан, вы что скажете? – внимание Панаты переключилось на Нуграба. Нуграб пару секунд молчал, а потом высказался:

Кайтурианец молчал.Паната задумалась, затем медленно встала с кресла и прошлась по палубе мостика. Смотря на отключенный экран голака, она размышляла над прозвучавшими мнениями и предложениями. Определившись, она приказала: – Выйти на связь. Канал ещё открыт? – Да, адмирал, канал связи ещё открыт, – подтвердил Нуграб. – Вызывайте кайтурианцев. Несколько секунд задержки, потом появился тот самый экзанвар колонии, как он представился прежде. Ожидая ответ, он смотрел на Панату Курсанак. – Вы предлагаете предоставить наш корабль под полный контроль с вашей стороны, верно? – Именно так. Если вы попытаетесь напасть, мы сможем вас уничтожить. Это простые меры безопасности, и мы имеем на них право… – Мы не собираемся нападать! – Я этого не знаю. Вы прилетели к нам, значит, выполняйте наши условия. Уджаркилонцы к вам проявили слишком много доверия, значит, оно того стоило. Это единственная причина, по которой мы пропускаем вас сюда. Если вы оправдаете и наше доверие, то мы… мы подружимся. Если вы нападёте… Незнакомец не успел договорить. – Вы нас постараетесь уничтожить, – закончила за него Паната. – Верно! Ваше решение? – Мы опустим щиты и войдём в поле.

Понимая, что нужна демонстрация добрых намерений, Паната разрешила Санаркешу снять основную силовую защиту корабля. Нориан по-тихому отправил приказ Танарилану на подготовку боевых отрядов к штурму на случай, если ситуация осложнится. Теперь уже кайтурианцы должны были сделать шаг доверия. В поле образовался проход. Кайтурианцы отключили часть искусственных камней, и они исчезли. Остались только крупные камни, те, что настоящие, а не фальшивые. Астероиды начали стягивать в стороны, образовывая проход. Гигантские установки гравитационных захватов перенастраивали край поля. Смотреть на это было интересно, потому что это весьма серьёзные технологии и адаптация к определённым сложным условиям космоса. Кайтурианцы поселились в поле астероидов, сделали его своим домом и построили базу. Часть этой базы сейчас фиксировалась с Эскамуса. На перестройку прохода ушло немногим больше стандартного часа. Как только с ним закончили, то сразу прислали координаты, по которым можно провести Эскамус. Нужно сказать, что Эскамус – большой корабль, но и некоторые ближайшие астероиды не уступали ему в размерах. Малейшее столкновение могло иметь серьёзные последствия, но ширина прохода оказалась более чем достаточной для приемлемого маневрирования. Санаркеш пилотировал корабль в ручном режиме. Путь через край поля вёл к скоплению многочисленных искусственных строений, больше похожих на космическую базу, встроенную в самых крупных камнях. Выходило, что сами астероиды и есть основа этой самой базы. Её уже отчётливо видели на схемах изображения. Интересная технология, эта база.

– Скоро увидим. Полагаю, нам показывают только незначительную часть…– Четыре миллиона киламинов от края поля. Слишком просто. Да и слишком близко для основной колонии.. – предположил Санаркеш.

Сделав такое предположение, капитан Нуграб покосил свой взгляд на адмирала, словно ждал от неё подтверждения своим словам, но она промолчала.

Нуграб гадал о размерах самой колонии, ведь только начальная её часть уже имеет весьма внушительный размер. То, что кайтурианцы показывают, уже пробивается радарами на полторы сотни киламинов, и это явно ещё не всё. Это довольно много, но тут пока не видно самостоятельных, отдельных от камней сооружений. Пока всё, что видно, всё это встраивалось во внутрь астероидов. Это заметно по тому, как по краям некоторых из них виднелись части сооружений, выпирающих наружу. Все застроенные «камни» соединены между собой широкими переходами или, если судить по размерам, даже транспортными трассами, явно не имеющими окончательной жёсткости. Переходы предположительно строились на силовых полях, потому что жёстких крепёжных конструкций как таковых нет, но видны установки, которые очень похожи на силовые генераторы, вот они, скорее всего, и помогают сдерживать камни на расстоянии и не давать блуждающим астероидам сталкиваться с частями основной базы. Наверняка у кайтурианцев имеется добавочная система внешнего ограждения, которая не позволяет сторонним астероидам приближаться к основным строениям на опасное расстояние. Вот и нашлись источники мощной искусственной гравитации… Одно дело – сделать базу в астероиде, другое дело – объединить камни в огромное скопление и построить там колонию с разветвлённой сетью обитаемых сооружений. Гениально, но весьма затратно по ресурсам и рабочей силе. Шан’Аркудийцы не использовали дроидов, так что же используют кайтурианцы? Это пока остаётся вопросом. По мере приближения к комплексу, который можно назвать и станцией, и колонией, да и как угодно, становилось понятно, что все догадки оправданны. Эскамус направлялся к обитаемому объекту, который легко можно классифицировать как город-колонию, построенный в открытом космосе.

– А вот и ответ на часть вопросов, как они строят и поддерживают такие масштабные сооружения.

Это сказала Паната, сказала и сразу же приказала ИИ Эскамуса увеличить изображение с одного из астероидов. При большом увеличении заметно, что камень облепили механизмы, похожие на торианских дроидов, только эти дроиды имели несколько иной вид, и их очень много. Теперь ясно, что кайтурианцы абсолютно точно использовали умные искусственные механизмы для создания своей колонии. Иного и не могло быть, потому что или так, или требовалось большое количество живой силы, чтоб только построить то, что являлось «входом» в колонию. База начала увеличиваться в размерах. Расстояние между ней и Эскамусом стремительно сокращалось. Главная часть комплекса расположилась на нескольких десятках крупных астероидов, соединённых между собой контактной структурой. Выглядело это так… На самом крупном астероиде удалили внутреннею часть и создали жилое или просто обитаемое пространство. От этого астероида продлили жёсткую конструкцию к следующему, и по итогу были скреплены два камня в единый массив. Помимо жёсткой конструкции явно существовала ещё и гравитационная, которая стягивала всё настолько крепко, что они не расползались друг от друга, и так далее по нарастающей. Постепенно были задействованы максимально крупные подходящие камни. Со временем из этой сети был построен основной костяк. Так сказать, середина и сердце. С учётом того, что камни размеров по 3–7 киламина в радиусе, этого оказалось достаточно, чтоб в каждом из них вырезали внутреннюю часть, и он окажется настолько полым, чтоб вместить население крупного города.

Это Санаркеш ответил на вопрос Нориана о размерах станции-колонии, ну или того, чем на самом деле это является…– 172 киламина в максимальной точке. Центральный сектор около шестидесяти киламинов. Всё остальное – это побочные пристройки.

Эскамус остановился и замер в полной неподвижности. Со станции-колонии запустили гравитационные генераторы. Корабль начал медленно притягиваться к одной из частей космического города. Она заметно меньше зангролакийского корабля. Вскоре Эскамус очень быстро оказался рядом со стыковочной площадкой. Её размер казался относительно небольшим, и, похоже, предназначалась площадка для кораблей наподобие тех, которые уже видели у прохода в поле. Размер стыковочной площадки наводил на мысль, что у кайтурианцев нет крупных кораблей, хотя на самом деле они могли иметься… Только вот пока что на это ничего не указывало.

– Если они готовят переход, значит, параметры нашей среды обитания у нас схожие, или второй вариант – Нгаруд предоставил им данные.Снова заработала связь. Появился тот, кто прежде назвался экзанваром, и сообщил: – Мы готовим переходной шлюз между вашим кораблём и колонией. – Принято, – согласилась Паната, – когда мы сможем перейти? – Ожидайте, вам сообщат дополнительно. Связь прервалась. – Полагаю, данные им предоставил Нгаруд… – О чём вы, генерал? – не поняла Паната Нориана.

Нориан пробежался пальцами по контрольной панели и вывел множество изображений с внешних камер обшивки корабля. Так и есть, кайтурианцы возводили шлюзовой переход прямо к одному из выходов «Эскамуса». Вход внешне не видно, но он там есть. Только Нгаруд мог подсказать, куда подводить и где устанавливать шлюз.

– Если вы не возьмёте Тарка, это будет ошибкой, – рассмеялся Нориан. – Я более чем уверен, что он уже планирует покинуть корабль.Санаркеш предупредил: – Они начинают поднимать силовую защиту вокруг нас и своей базы. – Колонии, – поправила его Паната, – кайтурианец назвал это место колонией… – Пусть будет колония, но с учётом её расположения и технологий, что я вижу, это точно не колония или хотя бы не основная её часть. Скорее всего, это своеобразный форпост, обычная обманка для скрытия на самом деле настоящей колонии в глубине поля. Именно сюда, к началу, где мы входили, ведут первичные координаты, которые доверили уджаркилонцам. Мы пока не знаем, были тут они вообще или контакты между этими двумя расами происходили в ином виде… Могу точно сказать, что мы сюда попали только потому, что представляем интерес с точки зрения тех же самых технологий. Я вижу, кайтурианцы достаточно развиты, но не настолько, чтоб превосходить технологии моей расы. Они даже не превосходят торианские. Я достаточно анализировал и полагаю, у них нет оружия, способного быстро уничтожить «Эскамус». – Это радует, Санаркеш, это меня радуем… Тем не менее я оставлю приказ о полной готовности синей гвардии, – добавил Нориан, осознавая, что последние слова были адресованы ему. – Как хотите, генерал Актарас, но я очень прошу вас, не усложняйте ситуацию. Нам ещё не угрожают. Нориан скептически пожал плечами, но совет принял. В любом случае тут только ему решать, что делать с военной ситуацией, а что нет, но сейчас и вправду угроз как таковых нет, если не считать неизвестности, которая витает на мостике. По кораблю отключали вторичные системы, но основной генератор энергии продолжал работать. Прошло более сорока минут, за это время шлюз почти дотянули до корабля. Наступал момент, когда нужно было готовиться к выходу. – Санаркеш, вы присоединитесь к нам? – Группа уже сформирована? Вы возглавите её, адмирал Паната, или это сделает кто-то другой? – Нет, группа ещё не сформирована. Я возглавлю её, конечно, но сейчас я хочу знать, присоединитесь вы к ней или нет? – Хочу и присоединюсь. Кайтурианцы заинтересовали меня как вид. Возможно, я смогу выяснить, почему между ними и вориками имеется явное сходство. – Кто ещё пойдёт? Паната обвела взглядом присутствующих на мостике и остановилась на Нориане. – Генерал? – Пожалуй, откажусь. Я останусь на корабле. Из двух основных командующих один точно должен оставаться на корабле. – Что же, это вполне разумно… Нориан тут же предложил: – Возьмите с собой генерала Ваканиса. Он оперативник военной разведки и профессионал. Подобное сопровождение – это его работа, тогда как я всего лишь командую войсками. И, пожалуй, возьмите с собой Луквана. По роду своей деятельности он легко наводит близкий контакт среди незнакомого окружения. Встреча с кайтурианцами станет для него вызовом. Он будет стараться максимально помочь вам по многим вопросам. – Лукван… – на лице Панаты буквально читалось недовольство. – Его навязали мне в эту экспедицию. – Возможно и так… Кто бы что ни говорил, но Лукван превосходно ориентируется среди всего нового, если чувствует выгоду. Я спрашивал Нгаруда, зачем он его взял, ведь публично и он противился этой идеи… Нгаруд объяснил мне, что Лукван отлично ориентируется в стрессовых ситуациях на незнакомой местности. Скажем, это его особенность как бывшего криминального заквара Гравиуса. – Значит, решено! Он отправляется с группой контакта. Я согласна с этим. Капитан, а вы? Нуграб постоянно чем-то занимался и что-то контролировал. Услышав, что адмирал обращается к нему, он остановился и повернулся, предварительно положив что-то на край своей контрольной панели. – Санаркеш покидает корабль, а это означает, что я вынужден в любом случае остаться. По-моему мнению, пока мы на враждебной территории, даже и теоретически, но она считается враждебной, я должен оставаться на корабле. – Вы отказываетесь? – Именно так. – Ваши аргументы мне понятны, оставайтесь на корабле, – Паната мысленно подвела итог. – От командования пойдут только двое – я и Санаркеш. Также с нами отправятся генерал Минар и Лукван. Кто из научной группы готов отправиться в путь?

– Он, безусловно, профессионал своего дела, но порой бывает слишком назойлив и самостоятелен. Тарк не всегда поддаётся управлению и не всегда следует моим приказам. Тем не менее, я согласна взять его, раз вы так считаете, генерал. На этом, пожалуй, остановимся. Есть ещё Нгаруд…

– Отвечайте, Нуграб, – разрешила Паната.Панате Курсанак не очень нравился Тарк Игасиас, и по большей части всё потому, что он часто неподконтролен и слишком умён. Недаром он один из ведущих учёных человеческой расы. Император лично обещал барону людей полное участие в работе с зангролакийцами, и, конечно же, экспедиция в другую галактику не могла обойтись без представителя от них. Тарк уже проявил себя с самого начала, как только Эскамус попал в Шанкари. Прозвучал вызов. Кайтурианцы вызывали Эскамус.

– Ваших правил, – спокойно ответил экзанвар, – не наших. Тем не менее я даю такое разрешение. Минимум оружия и не более десяти охранников – это всё, что я могу разрешить. Будем считать это частью вашей расовой церемонии…Связь включили. Снова появился уже знакомый кайтурианец. Точно неизвестно, что такое экзанвар и что означает это название, но если исходить из логики, это или властвующий над колонией, или её глава. В любом случае, если первое лицо неизвестной инопланетной колонии лично обращается к прилетевшим чужакам, значит это чего-то да стоит. – Мы подготовили переход к вашему кораблю, – объявил экзанвар, – будем рады приветствовать вас. Предлагаю собрать группу из тех, кого вы отправите на переговоры. – В этом нет необходимости, – ответила Паната. – Группа уже сформирована, но я прошу разрешения на сопровождение нашей охраной. Протокол корабля и наши законы требуют неукоснительного соблюдения установленных правил.

Паната осознала, что большего не добиться, и решила действовать согласно правилам кайтурианцев. Десять гвардейцев сопровождения – это уже немало, и в случае неизбежного конфликта они смогут дать отпор, что даст Эскамусу дополнительное время. Вероятно, он не сможет покинуть колонию без потерь, но он точно сумеет нанести ей частичный ущерб в ответ на любые агрессивные действия.

******

Лукван недоверчиво осматривал скафандр генерала и крутил в руках своё устройство запуска такого же облегчённого скафандра.

– Какой-то он странный…

– Что тебе не нравится? – вспылил Минар.

– Не привык я к таким! В открытом космосе такое не используют…

– Вот с этого и нужно было начинать. Тебя определили в группу контакта. Параметры гравитации и воздуха в этом городе похожи на наши, но есть некоторые отличия от привычных стандартов. Никто не знает, как они скажутся на нас. Наша группа состоит из представителей разных, хотя и похожих рас. Адмирал решила, что мы все наденем лёгкие скафандры, чтобы не причинять неудобство ни себе, ни кайтурианцам. И мы не совсем в открытом космосе…

В ответ Лукван изобразил неизвестную фигуру на пальцах, которая ничего Минару не говорила. Наверняка оскорбление.– В нём самом… – Лукван перестал спорить и согласился. – Ладно, я его надену, но если сдохну, это будет на твоей совести! – Я как-нибудь переживу, – съязвил Минар.

– Это точно! Но смысл от этого не меняется…Ругаясь как можно тише, чтоб случайно не услышали, Лукван приладил устройство запуска на поясе и запустил скафандр. Материал плотным слоем обтянул фигуру бывшего заквара. Лукван тут же начал проверять его на прочность. – А ничего так… Мягкий. Правда, я чувствую себя в нём голым и абсолютно не защищённым. Может, хоть пару ножей возьму? – Я тебе возьму! – сразу же повысил голос Минар. – Попробуй только! – Ладно, ладно, чего орать-то… – Это тебе не разборки с твоими приятелями – это первый контакт с инопланетной цивилизацией из другой галактики. – Подумаешь, какое великое событие… Ещё одна раса грязных гоквазаков из космоса. Прикрываются высокими идеалами, говорят, мы исследователи, а по сути обычные искатели наживы на дармовщинку… – Только это мы к ним прилетели, а не они к нам, – напомнил Минар.

– Сомневаюсь, что там есть на что жать, – заржал Минар и хлопнул заквара по плечу. – Идём уже, давай!Минару надоело спорить, поэтому он отмахнулся от слов Луквана и поинтересовался: – Готов? – Готов, готов… Подожди, жмёт немного. Лукван демонстративно подтянул плотную ткань скафандра у себя между ног.

Заквар неодобрительно отстранился и снова показал неприличный жест в сторону Минара который тот уже не увидел.

Сбор состоялся в одиннадцатой секции шестой палубы. Тут имелись несколько технических выходов из корабля. К борту корпуса вёл коридор длиной мекратонов в восемь, а в нём ещё несколько камер биозащиты. Телепортацию за пределы Эскамуса решили не использовать, так как кайтурианцы такой технологии не имеют и, возможно, не знают о её существовании. Неизвестно, как они отреагируют на неё, хотя уджаркилонцы могли им и рассказать.Странная парочка… Тем не менее они уже начинают притираться друг к другу, несмотря на то что Лукван ещё помнил о том, что именно Минар разрушил сытую жизнь на Гравиусе, ту самую жизнь, в которой было так много удовольствий и достатка. С другой стороны, не появись имперский оперативник на планете, и тогда наверняка бывшие партнёры Луквана убрали бы своего главаря и забрали все его дела под себя, а заодно прислуживали бы Шан’Аркудийцам. Бунт и предательство назревали ещё до появления Минара.

Конвой безмолвных, гремя сапогами по палубе, прошёл вперёд к выходу. Они один за другим проходили обработку в камере биозащиты и переходили в зону накопления. В группу делегации с Эскамуса вошли: Лукван, генерал Минар Ваканис, адмирал Паната Курсанак, Тарк Игасиас и зангролакиец Санаркеш. Также с группой решено было взять не десять, а восьмерых безмолвных из синей гвардии. Нгаруд был уже на той стороне и присоединится позже.

За спинами сомкнулся переход внутреннего шлюза. Паната подала сигнал, и шлемы скафандров активировались. Внешние сканеры непрерывно фиксировали показания за пределами корабля, стремясь уловить малейшие изменения. Кайтурианский стыковочный шлюз надежно прикреплен к корпусу с внешней стороны, давление оставалось стабильным. Убедившись в безопасности выхода, Паната связалась с мостиком:

– Нуграб, мы готовы, можно разблокировать.

В корпусе образовался внешний выход. Перепады давления незначительны, скафандры успешно их компенсировали. Первыми вышли четверо безмолвных.

Внешний шлюзовой переход выглядел просторным, даже шире, чем нужно. Перед входом в ожидании посадки зависла гравитационная платформа с поручнями и защитными барьерами от падения. Безмолвные быстро осмотрели её и дали разрешение на посадку. Все, кто направлялся к кайтурианцам, заняли места на платформе.

Сначала платформа двигалась вперёд по переходу длиной около двухсот мекратон. Достигнув вертикального спуска, платформа перенастроилась на шахту и начала спуск в астероид.

Эскамус – крупный корабль, местная инфраструктура точно не рассчитана на такие габариты. Шлюзовой переход строили специально под размеры прибывшего корабля. Возвели его, кстати, довольно быстро. Стены и дно перехода полупрозрачные, наверняка для того, чтобы пропускать естественное освещение и не акцентировать внимание на высоте.

Не каждый способен выдержать полёты на большой высоте в условиях открытого пространства, когда вокруг царит пугающая пустота. Одно дело – находиться в скафандре в открытом космосе, и совсем другое – оказаться над бездной, ощущая под ногами лишь зыбкую опору. Не каждый готов к такому испытанию.

Спустились в шахту. На выходе ещё одна камера обработки, но уже по кайтурианской технологии. Процесс обработки схож с торианскими камерами биозащиты. На зангролакийских транспортах биологическая защита более продвинута. Вот и выход. Он уже открыт. С той стороны встречают. Попутно Паната успевает отметить, что структура расположенных вокруг неё строений непохожа на привычную. Наверное, это особенности применимого сплава. Кто знает, какой состав у астероидов в этом поле и какие металлы в них кроются. Ощущение от гравитации как на средней планете, но всё же это космос, а значит… Значит, те, кто долго или вообще постоянно живёт в космосе, слишком ослаблены для жизни на планете. Как бы то ни было, встречающие кайтурианцы никак не казались слабыми на свои тела. Высокий мускулистый торс с признаками вмешательства с целью искусственных изменений. Эти существа модернизировали свои тела тысячелетиями, если судить по инородным вставкам и имплантам. Интересно, какими они рождаются и что потом предпринимают, чтоб так мощно выглядеть. На руках четыре пальца. Ноги чуть ниже, чем требовалось для такой пропорции, а руки заметно длиннее, чем надо. Признаки генетических изменений в прошлом. Явное вмешательство на генном уровне. Уши слишком маленькие, а голова в средних размерах, как у большинства разумных существ, чуть с еле видимым овалом черепа. Глаза светятся странным жёлтым цветом. Наверное, он преобладает над остальными, в делегации кайтурианцы все одинаковые на цвет глаз. А ещё они все поголовно не имеют волос и нет никаких внешних признаков их наличия! Это несколько странно, но такое встречается. Вселенная, создавая разумные и неразумные организмы, даёт им возможность адаптироваться к существующим вокруг условиям. Понятно, что кайтурианцы не зарождались в астероидах, они тут только прячутся от внешних сил, что называются Шан’Аркудийцами. Возможно, то, что кайтурианцы рассказали уджаркилонцам, это только часть легенды. Возможно, всё иначе, но если подумать, они действительно могли в какой-то период свой истории бежать и прятаться от своих притеснителей многие тысячелетия назад. Интересно, что их заинтересовало и привлекло в странных пришельцах, которые называют себя Торианцами. Им уже известно, что на самом деле на инопланетном корабле экипаж состоит из многочисленных рас…

Новость о прибытии чужаков уже разнеслась. Были заметны любопытные на других ярусах, и они даже не скрывали своей заинтересованности. Встречная делегация невелика, её состав всего пятеро кайтурианцев, один из которых тот самый, кто представился экзанваром колонии. Внутри астероида действительно находится целый город, все догадки верны. Место, куда спустились, могло быть посадочным ангаром, залом или чем-то подобным, откуда обычно осуществлялась посадка на корабли или высадка на астероид. Его функция абсолютно понятна. Стена со стороны колонии прозрачна, это позволяло открыть вид на все постройки, что находятся в поле зрения. Кайтурианцы не размещали здания по всей внутренней поверхности, для этого требовалось слишком много энергии на содержания гравитационных генераторов. Местные жители просто разделили астероид на верх и низ, запустили гравитацию с единым центром притяжения и создали города по планетарному типу так, что теперь своды астероида нависали над гигантским поселением. В астероиде сделали искусственное освещение, а значит, его можно полностью гасить или делать ярче, и оно же наверняка являлось источником тепла. Холодные монолитные стены астероида постоянно контачили с открытым космосом, несмотря на силовые щиты, так что тепло тут точно одна из основных потребностей. Паната уже успела заметить внизу башни с ярусными установками для выращивания продовольствия. Значит, колония способна снабжать себя едой. Тем не менее, несмотря на автономность, имеются признаки того, что кайтурианцы иногда, а может и часто, но абсолютно точно покидают свой космический дом и летают на планеты.

Паната про себя отметила, что он не сказал просто «колонии», а сказал «нашей колонии». Пока особой разницы нет, но всё же имеется лёгкий намёк на то, что это поселение не единственная колония. Она по всем признакам не могла быть единственной, хотя бы потому, что находилась слишком близко к границе поля. Так тайные укрытия не возводят, тем более скрывающаяся раса, что прежде находилась в услужении другой враждебной расы.Паната жестом остановила свою группу и вышла вперёд, словно утверждая своё лидерство. Ей навстречу выдвинулся экзанвар. Он сделал странный жест рукой – поднял её над головой, выставил чуть вперёд и растопырил все четыре пальца. Паната приняла этот знак за приветствие и повторила его. Кайтурианец довольно хмыкнул. Ему нравились эти умные пришельцы, один из которых прилетел с уджаркилонцами. – Моё имя Тиги’Аларик Мугваза Нариж, я экзанвар нашей колонии. По-вашему это воспринимается как лидер.

– Мои спутники и я спустимся другим путём, а вас доставят на этом бакаре вниз, – сообщил Тиги’Аларик и указал на транспорт.– Я Паната Курсанак, и я адмирал торианского флота. Я возглавляю нашу военную экспедицию. – Адмирал – это должность? – Да, это должность и пост, позволяющий руководить объединёнными флотами в нашем союзе. – Значит, вы не исследователи? – Исследователи. Наша миссия – это военная экспедиция. Мы проводим поиски и разведку всего, что касается расы Шан’Аркудийцев. Мы прибыли из другой галактики. – Да, один из ваших, что прилетел сюда с нашими друзьями, так и сказал. Также он сказал, что у вас идёт великая война с нашими врагами. Это так? – Они вторглись к нам в галактику и пытаются нас истребить. Да мы ведём с ними войну. – Почему вы всё ещё живы? – вдруг спросил экзанвар. – Не понимаю вопроса… – Если они пытаются вас истребить, то почему вы всё ещё живы? Паната смутилась, она запуталась. Вопрос экзанвара поставил её в тупик, поэтому она просто ответила: – Мы живы, потому что, наверное, неплохо сопротивляемся… – Шан’Аркудийцы вторгаются в другие миры с двумя целями. Одна – это полное тотальное истребление разумных рас, способных на развитие, ровно так, как они поступили с этой галактикой. Другая цель – это захват и контроль обитаемых миров, полное порабощение населения. Мы знаем, мы те, кто некогда содействовал им в этом. Наши далёкие предки служили им… – Уджаркилонцы нам так и сказали, а ещё они предупредили нас, что вы бежали от своих поработителей… – Верно! Бежали и прячемся. Сотни тысяч лет мы скитаемся по галактике. – Значит, мы вам не враги! – заключила Паната. Адмирал заметила, что спутники экзанвара внимательно слушают, о чём идёт разговор. С кайтурианцами всё проще, язык, на котором они говорят, вполне знаком, и переводчик полностью справляется. Да и наверняка уджаркилонцы предоставили им всю информацию по торианскому языку, потому как Тиги’Аларик вполне сносно понимает значение многих слов, так, словно они ему давно знакомы. – Это зависит от того, как много мы о вас будем знать. Приветственные слова, произнесённые между нами, – это только слова и не более. Таких кораблей, как ваш, нет в этой галактике, или нам о них неизвестно. Никто из вас не носит метку Лурджарха, это хорошо, это доказывает, что вы не служите ему. Мы можем договориться, и поэтому вы тут. – Лурджарх? – Вы не знаете о нём? – Знаем только то, что он стоит выше инквизитора и правит Шан’Аркудийцами. – Он не просто правит, он владеет этим народом по древнему праву первых. Он определяет жизнь и войну, он правит мирами и галактиками, он правит всем, что завоёвано Лурджархией. Вы, адмирал, упомянули инквизитора… – Упомянула. Это важно? – Откуда вы знаете о нём? – Откуда я знаю?! Он возглавляет вторжение в нашу галактику. С ним через посла вели переговоры и даже заключали перемирие. – Лурджархийский инквизитор находится в вашей галактике и возглавляет вторжение? – с нескрываемым удивлением вопросительно повторил Тиги’Аларик. – Я так и сказала, – растерялась Паната. Она не поняла заинтересованности экзанвара в этом вопросе. – Инквизитор лично во главе армады и возглавляет вторжение… Это всё меняет! – Что именно меняет? Тиги’Аларик почему-то осёкся, сменил тон и поспешил сменить тему: – Где моё гостеприимство… Я держу вас тут, а должен был уже пригласить… Экзанвар Тиги’Аларик с кем-то связался, после чего с обратной стороны прозрачной стены открылся внешний шлюз, а к нему подлетел парящий транспорт.

Первая ознакомительная встреча подошла к концу. Она оставила после себя ощущение некоторой странности. Было заметно, что кайтурианцы заинтересованы в итогах состоявшегося короткого разговора. В скором времени предстояла вторая встреча, а пока что нужно воспользоваться гостеприимством и проявить уважение, приняв приглашение хозяев колонии. Недолго раздумывая, адмирал подала знак своим спутникам и первой спустилась на палубу бакара – так экзанвар назвал парящий транспорт. Кайтурианцы остались стоять в ожидании, пока машина отлетит от посадочной площадки. Спутники Панаты молчали даже после того, как расселись по местам. Только безмолвные, исполненные чувства долга, остались стоять на палубе, словно готовясь к нападению. Они выполняли свою работу – обеспечивали безопасность, но что-то подсказывало адмиралу, что в этой колонии им больше ничто не угрожало.

Глава 3. Приказы и дипломатия.

Глава 3. Приказы и дипломатия.

Орудия крепости сделали последний залп и смолкли. Цель ускользнула. Неизвестный корабль ушёл в гиперпространство и покинул зону обстрела, избежав вероятного уничтожения. Именно от таких внезапных вторжений и была построена станция-крепость Сальбак`Габона, что в переводе на торианский звучало как «Стена времени». Одно из предназначений крепости – противостоять вторжению через пути тёмной Озханги, так Шан’Аркудийцы называли местную чёрную дыру, самую массивную сингулярность в своей галактике. Крепость играла роль отправной точки для вторжений в другие галактики и была базой для великой армады. Два с половиной миллиона киламинов длиной и триста тысяч шириной. Таковы нынешние размеры оборонного сооружения, возведённого Шан’Аркудийцами. Крепость и по сей день продолжает строится и дополняться новыми секциями.

Нугвар крепости уже был извещён об инциденте. Полный беспокойства, он находился сейчас на своём корабле и спешно возвращался в Сальбак`Габона. Используя личное свободное время, командующий Цор`Санг время от времени летал на планету, расположенную недалеко от сектора с крепостью. Он страстно любил охотиться, поэтому большую часть своего свободного времени посвящал убийству, как и большинство его соплеменников. Несколько часов неспешного полёта, и вот тебе подходящая планета для полного удовлетворения своих страстных желаний. Цор`Санга можно было понять, если б он летал ради плотских утех, но конкретно этот Шан’Аркудиец просто помешан на охоте.

Шан’Аркудийский дом могучих Сангов. Старый, верный престолу Лурджарха дом. Один из членов дома и по сей день является смиренным и преданно служит в залах Парагх`квагиба самому Лурджарху, а ведь ещё пару столетий назад он был великим кудгаром и водил Лурджархийский флот на завоевания. Цор`Санг, глава и правитель своего дома. Очень богат и влиятелен, тем не менее, как и все в Лурджархии, сильно зависел от самого Лурджарха. Атака на Сальбак`Габона могла иметь негативные последствия как для всего дома Сангов, так и лично для нугвара.

– Полторы минуты, господин.Личный Шангал. Неплохой манёвренный скоростной корабль малого размера. Шангал способен маневрировать в атмосфере планет в условиях максимальных скоростей и сверхэкстремальных погодных условий. Цор’Санг использовал его всякий раз, когда летал на охоту. – Сколько ещё? – недовольно ворчал нугвар, грозно зыркая на ворика-пилота. Пилот вздрогнул и моментально ответил:

Цор’Санг не успел добраться к месту своего постоянного развлечения. На подлёте к Зукаба с ним связались и доложили, что из озханги появился неопознанный инопланетный корабль. Кораблю присвоили классификацию межгалактический носитель за неимением информации, что это за корабль, а поскольку он большой и точно прибыл из другой галактики, используя скоростные маршруты тёмной озханги, значит, его можно назвать межгалактический носитель. Ситуация серьёзная и весьма опасная. Инопланетный корабль оказался в зоне обстрела, и его сразу атаковали, но он с лёгкостью нейтрализовал угрозу и ушёл из-под массированного обстрела. Ракеты не смогли не то что причинить ему ущерб, они даже не долетели, кроме одной или двух. Да и тем, вероятно, специально позволяли ударить в силовую защиту, тем самым протестировав урон.

Нугвар нервничал. Никак нельзя допустить, чтоб информация дошла до лурджарха раньше, чем Цор’Санг сам доложит о происшествии. И всё это происходит за несколько дней до отправки очередной флотилии на помощь Бор’Гадоту в спиральную галактику под названием Магнада! Так её называли и указывали в планах вторжения. Кажется, местные называют её иначе, вроде как Савакар, но это неважно… Размышляя, нугвар в гневе дёрнул рукой, в следствие чего смёл со столика у своего кресла кубок с напитком. Пилот снова вздрогнул, но продолжил выполнять свою работу так, словно ничего не слышал.

Корабль вышел из гиперпространства и направился к секции 1620. Командная секция Сальбак’Габона. Если бы все секции были сплошные, то облетать приходилось бы триста тысяч сопоков, и это только ширина, длина станции два с половиной миллиона сопоков. Поскольку все секции имеют и закрытые, и открытые сквозные переходы, то можно быстро попасть в любую внутреннюю часть станции в любом её месте. Крепость имеет двухсторонние защитные секционные сооружения и свободную внутреннюю часть, некое свободное пространство, где стыкуются корабли, миллионы кораблей. Станцию использовали как базу и место комплектации флотов вторжения.

– Высадка разрешена.По кораблю ощущалось, как шла стыковка. Жёсткая сцепка означала, что корабль закрепили и сейчас подведут шлюзовой переход. Цор’Санг ожидал, когда подадут команду на перемещение. Со станции пошла передача:

– А что с ним?В шлюзе выравнивали давление. Ещё минута, и всё будет готово. Нугвар поднялся со своего командного кресла. Он так и не сменил охотничьи доспехи и остался в них до самого возвращения. Тяжёлая поступь и грохот сапог по палубе подсказали пилоту, что сегодня он не умрёт, нугвар уходит, хоть и в очень скверном настроении. У шлюза с обратной стороны командующего встречал один из доверенных иншагов. Серые доспехи говорили о том, что он офицер армады. Опережая вопрос своего командующего, иншаг Нуарк`Гамира, начиная доклад, протянул свежие дополнения от Наргхи`Харманг. Цор’Санг, слушая своего подчинённого, параллельно читал аналитику от разведки. Нуарк`Гамира комментировал: – У нас нет достоверных данных, есть только предположения. Не так давно к нам поступали донесения о странном неизвестном корабле, который может проникнуть к нам в галактику. Возможно, это именно торианцы и прибыли на нём. – Ты говоришь о сообщении сугшара Молг`Зана и его докладах, в которых он рассказывает лурджарху об инопланетном проекте, известном ему под названием «сфера галактик», верно? – Да, я говорю именно об этом донесении. Возможно, этот проект и есть тот корабль, который тут пролетал, но достоверно неизвестно, что это вообще корабль. Известно только, что этот проект и есть способ перемещения через сингулярность. Не знаю, как сейчас, но на тот момент сугшар не имел ни снимков корабля, ни его описания, да и точной информации тоже нет. Известна только технология, а остальное – просто предположения. Прилетевший корабль не имел опознавательных знаков на корпусе и не числится в наших базах данных. – Ещё бы ему их иметь… – фыркнул нугвар. – Вели сделать для меня крупные снимки. И пускай сделают их частями, я сам хочу подробно всё осмотреть. Особенно меня интересует вооружение. – По вооружению есть отдельные аналитические заметки. Есть мнение, что «гость» показал нам далеко не все свои возможности. – Пусть так! У меня времени не более пяти часов, прежде чем я буду докладывать Лурджарху. Чем больше будет информации к этому моменту, тем лучше для меня да и для вас, – зловещим тоном добавил нугвар. Ему нравилось играть на страхе своих подчинённых. – Я понял, господин. – Теперь флот, который мы готовим…

– Прости, господин. Флот готовится не останавливаясь, всё идёт по плану, происшествие никак не повлияет на сроки запуска. Наши боевые корабли полностью укомплектованы, остались незначительные нюансы. Уверяю тебя, к моменту запуска всё будет в порядке.Нугвар неодобрительно фыркнул: – Это я тебя спрашиваю, что с ним!

Пока разговаривали, нугвар и иншаг успели дойти до центра управления. Ворики на посту охраны приветствовали своего господина, как им и полагается, с почестями. Нугвар, не обращая на них внимания, перешагнул порог, следом за ним вошёл иншаг Нуарк`Гамира. Шлюз закрылся. Шан’Аркудийские офицеры, увидев своего нугвара, приветствовали его, громко топая одной ногой по палубе. Грохот стоял такой, что уши закладывало. Металл палубы только усиливал исходящие звуки и вибрацию.

Центр управления станцией резко отличался от командных палуб Шан’Аркудийских кораблей и вообще ничем не был похож на торианские центры управления. Мрачная религия этой воинствующей расы, восхваляющая смерть и завоевания, сказывалась во всём, и подобное место не обошлось без неё. По середине стоял стол из неизвестного камня, что многим из других рас показалось бы весьма непрактичным. Особенно если он не такой прочный, как некоторые сплавы металла. Если при взрыве он разлетится, его осколки покалечат всех, кто находится рядом или недалеко от него. Но не это вызывало интерес… Интерес вызвали статуи представителей покорённых народов, что держали на себе стол. Статуи металлические. Они все стоят на коленях, а на плечах своих держат массивную поверхность. Шан’Аркудийцам нравилось подобное зрелище, ведь оно напоминало им о военной славе, славе и падении врагов.

Стены. Это особая часть. Бог войны, верховный бог, ради которого совершались все походы на инопланетные миры. Он изображён повсюду в странных и порой нелепых ликах. Его разнообразие лиц намекало на то, что никто не знает, как он выглядит. Шан’Аркудийцы чтили его и возвеличивали. С детства каждый Шан’Аркудиец слышал легенду о том, как бог Хаз`цылакаи пришёл в этот мир и дал народу будущей Лурджархии право на завоевание чужих миров. Хаз`цылакаи дал могущественные знания, что позволили разработать технологии для будущих завоеваний, и велел построить на планете Никпадарсуз дворец Парагх`квагиб. В какой-то момент истории знания о древнем боге пропадают, но остаются странные технологии, которыми в будущем будут владеть правители Лурджархии. Древний миф сильно сказывается во всём, что касается Шан’Аркудийцев, начиная от дизайна, заканчивая оружием. Именно с момента, как Хаз`цылакаи пропадает из истории Шан’Аркудийцев, начинаются завоевания чужих миров.

Нугвар подошёл к изображению бога на одной из стен и, соблюдая закон, преклонил колено. На высоте его рук рядом с изображением постоянно горел жертвенный огонь, а рядом находилась ёмкость со странным порошком. Перемолотые кости врагов. Вот из чего состоял порошок. Перемолотые кости и немного добавлено горючего вещества. Цор’Санг зачерпнул ладонью порошок и посыпал на огонь. Вещество вспыхнуло огненным облаком и моментально сгорело. Жертва принесена. Нугвар поднялся. Иншаги смотрели на него преданным взглядом в ожидании указаний. В отличие от вориков нельзя было казнить никого из Шан’Аркудийцев, если нет его прямой вины в серьёзном проступке. Например, нарушение серьёзных законов лурджархии. Таким правом, как казнь по подозрению, обладал только инквизитор и сам лурджарх. Более никто. Нугвар не мог сорвать свою злость на своём окружении, тогда как ворики находились в постоянной опасности и всегда зависели от настроения своих повелителей. Ворики – искусственная раса, созданная путём проб и ошибок за долгие сотни тысяч лет. Они неукоснительно подчинялись своим хозяевам и, если надо, то спокойно и без возражений умирали ради них, но это не избавляло их от чувства страха бесполезной смерти. Бесполезная смерть без военной славы – это позор, тогда как смерть во славу лурджархии – истинная цель воина-ворика. В чём-то их можно было даже сравнить с торианскими безмолвными.

– Анализ направления прыжка показывает, что он не произведён наугад, они точно знали, в каком направлении галактики им нужно лететь, и это не наша половина.– Докладывайте, есть расчёты, куда мог полететь корабль врага? – Да, господин, – подтвердил один из иншагов, – мы просчитали область направления, но конечную точку высчитать невозможно. – Покажи мне! – грозно велел нугвар. – Хочу видеть. Запустили изображение галактики. Иншаг продолжил объяснять, указывая на карте.

– Мы не знаем, кто на этом корабле. Он не похож ни на одну торианскую технологию.Нугвар нахмурился. Перебирая в голове варианты, он понимал, что те, кто находится на борту неизвестного корабля, прилетели сюда, имея определённую цель, а траектория прыжка указывала на то, что корабль ушёл по заранее определённому курсу, и ведёт этот курс в сторону мёртвых миров. Это направление совсем в другую часть галактики. – Или они знают, куда летят, или у них нет никакого направления, и прыгнули они согласно тому, что успели просканировать. – Повелитель, сканирование для перехода могло определить точку для прыжка и в сторону наших миров. – Мм… Согласен! Прыжок не похож на спонтанный. Во всяком случае, его так не назовёшь. Они имеют информацию о нашей галактике? – предположил вопросом нугвар. – Возможно, что-то есть… Мы фиксировали появление чужих кораблей в нашей галактике, но ещё никогда они не заходили через Озхангу. – Дааа… Я помню эти доклады. Наш нынешний поход и есть ответ на такие вот вторжения. Но мы зачистили все подобные корабли! – Мы зачистили все, о которых знаем. Полагаю, были другие, которые действовали тайно и никак себя не проявляли. Они могли собрать данные о нас, и эти данные могли попасть к торианцам.

– Но мы знаем о союзе торианцев с некой древней расой… – напомнил иншаг.

Нугвар издал рычащий звук, означающий недовольство. Его бесило это напоминание.

– Выбора нет, – грозно произнёс нугвар. – Собрать охотников и направить на поиски пришельца. Задействуйте всю сеть дальних сенсоров. Где-то да засветятся. Галактика велика, но это наша галактика, и я не позволю чужакам рыскать у нас под носом!

Командующий дал приказ. Теперь важно, чтоб в Парагх`квагибе поддержали его решение, иначе лурджарх потребует голову нугвара. Это понимали все, и это понимал сам командующий.

***

– Достоверно неизвестно, но есть мнение, что это торианцы или их союзники. Корабль появился из озханги, а значит, он способен совершать ускоренные межгалактические переходы. Прежде торианцы не были способны на такое…Иншаг Бал`Кутар настроил дальнюю связь. Удостоверившись, что всё в порядке, ввёл личный код. Стандартная процедура, её приходилось проделывать всякий раз для большей безопасности. Канал разблокировался. На изображении появился Шан’Аркудиец. Явно знатный, это видно по его доспехам, украшенным рисунками с изображением бога войны. Такими рисунками доспехи могли украшать только самые знатные главы Шан’Аркудийских домов. – Что случилось, Бал`Кутар, зачем ты запросил связь раньше положенного срока? – Прости. У меня срочные новости, не терпящие отлагательств. Цор’Санг допустил большую ошибку, – тихо произнёс иншаг. Шан’Аркудиец моментально заинтересовался. – Ошибку? Какую? – Он упустил вторгшийся враждебный корабль, и теперь тот направился к мёртвым мирам. – Что за корабль?

Связь прервалась по инициативе обратной стороны. Иншаг Бал’Кутар остался сидеть один в полной тишине. Он думал. Думал о том, как ему теперь поступить, ведь у него не такой уж и большой допуск к командной секции и центру управления. Даже эта информация, что попала к нему, уже опасна. Если Цор’Санг узнает, что под него копает один из его иншагов, будет плохо. Как минимум случится несчастный случай на станции, а погибшего иншага сменит другой, благо их достаточно. Дома лурджархии весьма плодовиты на своих сыновей.– Ты говоришь о «сфере галактик»? Почему решили, что это торианцы или их союзники? Может, это кто-то другой… У нас немало врагов. Когда-то и у них появятся технологии, способные проводить корабли сквозь сингулярности, поэтому мы и пытаемся уничтожить их всех. – В сообщениях сугшара Молг`Зана говорилось, что торианцы с большой вероятностью получили возможность совершать ускоренные межгалактические переходы, и эти переходы гораздо совершеннее, чем наши возможности. Поэтому есть основания полагать, что это и есть та технология, о которой сообщалось. – Хм… Если это она, то скоро таких кораблей будет много. И тогда не мы, а они вторгнутся к нам. – Да, господин. – Это хорошее известие, власть дома Сангов будет подорвана. Цор’Санг, конечно же, отправил корабли на их поиски… – Сделано это было не сразу, это произошло только после того, как он вернулся. В момент атаки его не было на станции. Нугвар Цор’Санг всё равно опасается гнева лурджарха. Это видно по тому, как он ведёт себя. – Я постараюсь, чтоб так оно и было. А ты в свою очередь держи меня в курсе его решений и всего, что он предпринимает. Даже если из этого сейчас ничего не выйдет, в дальнейшем подобный просчёт всё равно скажется на его власти. Смотри, чтоб тебя не раскрыли… – Я постараюсь, чтоб никто не узнал мою тайну.

***

Несмотря на то, что разница в среде обитания между торианцами и кайтурианцами не столь существенна, она всё же есть. Для решения этой проблемы были использованы изолирующие залы с переходами. Всё можно было сделать гораздо проще, если бы переговоры проводились на Эскамусе, но они будут проходить на территории колонии. Здание для переговоров разделено на две половины: в одной будут находиться торианцы, в другой пройдут переговоры. Входные воздушные шлюзы обеспечат адаптацию к условиям пребывания.Для проведения переговоров с торианцами подготовили специальное строение. Сроки пребывания у кайтурианцев затягивались. Паната не ожидала, что всё так обернётся, но игра в дипломатию началась, и её необходимо продолжать. Обе цивилизации стремятся извлечь максимальную пользу из первого контакта. Сюрпризом, хотя и ожидаемым, стало возвращение Нгаруда. Оно несколько затянулось по инициативе самого птолеанина. Он рассудил, что раз у него есть такая возможность, то стоит заранее собрать как можно больше информации. В свою очередь, он предоставит кайтурианцам сведения, которые им будут необходимы. Это может способствовать дополнительному доверию. С уджаркилонцами такой подход оправдал себя, сработает и с кайтурианцами.

– Нгаруд, генерал Актарас – командующий, его место на корабле или в бою. Проводить переговоры с новой цивилизацией – это не его задача. Для этого у нас есть вы и Тарк.Нгаруд деактивировал свой шлем и облегчённо вздохнул. – Как замечательно снова дышать свободно! Вы очень переживали? – Переживали? – нет. Беспокоились? – да! Всё пошло не по плану… – Адмирал злилась и даже не скрывала этого. – Я не знал, что так получится, простите. Мы быстро достигли необходимых координат, а там уджаркилонцы получили приказ вырубить меня. Я очнулся уже в колонии. Сам не ожидал такого. – Ты уже знаешь её месторасположение? Ведь она недалеко от границы поля… – Теперь знаю. Я также знаю, что и для уджаркилонцев наше появление – это тоже сюрприз. Поначалу они были в замешательстве, но потом что-то изменилось. К разговору самым бесцеремонным образом присоединился Лукван. Вероятно, он очень хотел поделиться своими размышлениями. – Неплохое место, я уже оценил. Но оно слишком близко к краю поля, а это значит… – Значит, что это не основное укрытие, ты прав, – закончил за него Нгаруд. – Каким образом ты попал в состав делегации? – Уж точно не путём манипуляций… Я слишком ленив и не имею желания шататься по всяким глупым встречам. Генерал с чего-то решил, что именно мне нужно находиться тут. – Нориан так решил? А сам он что? – Да как всегда, занимается безопасностью Эскамуса и обеспечивает нашу. – Это так, генерал? – Нгаруд повернулся к Минару. – Да, так и есть. Он с чего-то решил отправить сюда меня, а заодно и Луквана. – Я расстроен. Ожидалось, что он примет личное участие, но он поступил иначе…

Услышав своё имя, Тарк Игасиас прервал своё занятие и посмотрел в сторону беседующих. Сегодня он был не в настроении и не хотел вмешиваться, понимая, что адмиралу Курсанак нужно объясниться с птолеанским учёным. Однако их частный разговор начал переходить в публичное обсуждение. Несмотря на это, он быстро продолжил оживлённо обсуждать что-то с Санаркешем и остался на своём месте.

Лукван немного обиделся, полагая, что ему всё ещё не доверяют.– Хорошо, я согласен с составом, но предпочту, чтоб Лукван держал свой язык за зубами и больше слушал. У него странный, извращённый ум, но он не глуп, отлично соображает. Лукван, услышав в свой адрес смешанные похвалы, немного удивился, хотя и понимал, о чём говорит Нгаруд. Тот рассуждал о возможностях и скрытых выгодах, которые бывший криминальный заквар никогда не упустит. – Ну спасибо и за это… – при этом всё равно съязвил. – Постараюсь оправдать твоё доверие! Минар дёрнул за руку заквара и оттянул в сторону. – Пускай поговорят, им это сейчас необходимо. – Угу, пускай говорят, я не возражаю.

– Я же говорю, я не смог предвидеть, чем всё закончится, но, кажется, всё идёт к лучшему… Уджаркилонцы получили приказ отключить моё сознание и ждать. Затем их корабль провели сюда, а меня перевезли в колонию. Именно здесь я уже и очнулся. Позже, когда со мной решили поговорить, выяснилось, что кайтурианцы не ожидали контакта с чужаками из другой галактики, и я стал для них сюрпризом. Они решили, что у них нет выхода и придётся продемонстрировать нам и уджаркилонцам место, в котором мы сейчас находимся. Мне сказали, что колония находится у самого края поля, там, где остановился Эскамус, и я сразу понял, что это не основная колония, а нечто иное.В то время как разворачивались эти события, Паната настойчиво пыталась выяснить у Нгаруда, что произошло за несколько дней его отсутствия. Эта информация была для неё очень важна, чтобы восполнить пробелы в её информативности. – Нгаруд, я хочу как можно подробней узнать, во что вы нас втравили!

– Включим это в список наших интересов… – предложил Нгаруд.– Согласна. Но представляют они это место как основную колонию. – По какой причине не хотят признавать. Лично мне и не надо. Я настаивать не собираюсь и понимаю, это вопросы безопасности. То, что я уже увидел, показалось мне больше оборонительным сооружением, чем колонией. – Похоже на то, – согласилась Паната. – Пока мы летели сюда, наблюдали орудийные системы и какие-то корабли. В качестве платформы для орудий – астероиды, они объединены и отлично замаскированы. Пролететь мимо незамеченными не получится. Атака будет стремительной и разрушительной. До тех пор, пока они сами не проявили себя, мы не могли их увидеть. Я бы хотела знать про подобную маскировку как можно больше…

– Серьёзно?

– Почему бы и нет? Это военная технология. Даже зангролаки пока не смогли её вскрыть, и наверняка Шан’Аркудийцы не могут.

– Нас могут попросить предоставить наши подобные технологии, а мы не сможем это сделать, так как они относятся к военной сфере.

– Всё зависит от того, какие именно, – возразил Нгаруд. – Нужно будет обсудить это с Санаркешем. Хотя… Давайте обсудим прямо сейчас, зачем откладывать! В любом случае, именно он отвечает за боевые системы на Эскамусе.

– Нгаруд, я не думаю, что он…

– Сейчас и выясним, – прервал Нгаруд адмирала Панату и поспешно отошёл. Адмирал осталась стоять одна, полагая, что её ненадолго оставили в одиночестве. Так и произошло. Нгаруд увёл Санаркеша от Тарка и вернулся вместе с ним обратно. Не прошло и минуты.

– Что-то случилось?

Санаркеш не понимал, почему его привлекли к разговору, и вертел головой, ожидая ответ от любого из своих собеседников.

– Есть вопросы, Санаркеш, – пошла в атаку Паната, – мы подозреваем, что у нас начнут интересоваться про военные технологии. Мы со своей стороны заинтересованы в маскировочных технологиях кайтурианцев.

– Да, меня они тоже интересуют. По какой-то причине сканеры «Эскамуса» не смогли распознать ничего, что было замаскировано на краю поля. Я бы хотел знать, почему.

– Санаркеш, нам придётся что-то предложить в ответ или узнать, чего захотят кайтурианцы, если потребуют обмен. Осознаёте проблему?

– Осознаю, адмирал, и даже больше, чем вы думаете. Они точно спросят о боевых системах «Эскамуса». Ещё защитные системы наверняка вызовут интерес. Я бы заинтересовался… Мы смогли выйти из-под атаки крупного боевого сооружения Шан’Аркудийцев, а это чего-то да и стоит!

Нгаруд активно подключился к разговору, понимая, что позиция Санаркеша не такая твёрдая, как он полагал. Зангролакиец готов торговаться хотя бы потому, что у него имеется личная заинтересованность.

– И что мы можем предложить в ответ? – уточняя, спросил молодой учёный.

– Это надо обсудить, – заявил Зангролакиец. – Процентов пять, возможно, десять из того, что у нас есть, мы можем показать им, как это воспроизвести. Остальное слишком значимо и сложно. Полагаю, у них дальние сенсоры не столь эффективны, как наши. Они вряд ли способны сканировать пространство настолько тщательно, как это делаем мы.

– Нам это не могло обнаружить почти под самым нашим носом присутствие в астероидах целой колонии.

– Речь не о колонии, адмирал, речь об активности. Наши сенсоры более технологичны, чем кайтурианские. Мне хватило времени, чтоб немного понять, что это за общество. Если вы внимательно посмотрите на то, из чего всё сделано вокруг нас, то поймете, что оно долго не обновляется. Я понимаю, в космосе проще сохранять структурность материалов, но всё же изношенность конструкций в этом месте очевидна. Тут нет, к примеру, простейших репликаторов, способных производить сложные материалы. Мы можем предоставить им такие репликаторы. Скажем, дадим им ваши репликаторы, торианские. А я дополню их Зангролакийским модернизированием. Есть пара боевых систем, но я ещё не думал о них… А вообще, знаете что, давайте так, Паната, вы предоставите мне вести переговоры об обмене, если к этому придёт наш диалог. Согласны?

Ей было странно идти на такой шаг, но, похоже, это верное решение. Заниматься вопросом, что где расположено и как к этому подобраться, вполне в её компетенции, тем более именно за этим она тут и находится. Нгаруду будет проще заниматься вопросом самих Шан’Аркудийцев. Ему полезно будет знать, кто они, откуда, как живут и что из себя представляют как раса, проживающая в своей галактике и зоне обитания. Слабости и, наоборот, сильные стороны тоже нужно выяснить. Особенно важна история этого народа и причины, почему они такие безжалостные. Про общество Шан’Аркудийцев в империи практически ничего не известно, кроме догадок и поверхностного анализа, а кайтурианцы вполне смогут заполнить большую часть пробелов. А Санаркеш… А что Санаркеш? Санаркеш пускай занимается вопросом технологий, раз он в этом лучший специалист в экспедиции.Паната и Нгаруд переглянулись. Сговариваться и не надо, Санаркеш всё сам прекрасно понял. – Я согласна, – обронила адмирал и посмотрела на Нгаруда в ожидании его согласия. – Конечно и я согласен. Всё, что касается технологий и вопросов обмена, будет решать Санаркеш. Я возьму на себя всё, что касается Шан’Аркудийцев как расы, а адмирал займётся вопросами стратегии. – Поделим сферы влияния? – уточнила Паната Курсанак.

– Присоединяйтесь к нам, – предложил Минар. – Мы тут, полагаю, надолго.– Договорились! – заявил Нгаруд. – Я поддерживаю. – спокойно добавил Санаркеш. – Так будет правильно, к тому же мы распределим нагрузку на переговорный процесс. Но у меня есть кое-какие предварительные вопросы… – Давайте обсудим их прямо сейчас, – согласилась Паната. Пока эти трое обговаривали сложившуюся ситуацию, Тарк Игасиас присоединился к генералу Минару и Луквану. Они вдвоём сидели отдельно ото всех и о чём-то оживлённо спорили. Впрочем, как и всегда. Но когда Тарк подошёл к ним, он понял, что это не спор, а скорее активное обсуждение. – Я говорю тебе, – продолжал Лукван, не обращая внимание на учёного, – они точно это делают, иначе им просто тут не выжить. Тарк? – заметил наконец подошедшего Лукван. – В одиночестве стало скучно? – Немного. Нгаруд увёл Санаркеша, и я остался один.

– Вы так активно обсуждали что-то. Возможно, моё присутствие здесь будет лишним…

– Не будете! Мы обсуждали вопрос быта у жителей этой колонии.

– А вы где-то видели в астероидном поле, к примеру, животных?Тарк Игасиас повертел головой в поисках, на что бы ему сесть, и обнаружил рядом небольшое кресло. Он притянул его поближе к Минару и Луквану и разместился на нём. – И что же вас обоих так заинтересовало в этой колонии? – Еда, – коротко пояснил Минар. – А точнее, отсутствие в их рационе мяса, – дополнил Лукван. – Они не могут питаться только тем, что выращивают из обычных растений, и не разнообразить свой рацион другими продуктами. – С чего вы решили, что у них только то, что можно вырастить?

– Нет, я их тут пока не видел. Но могу обратиться к личному опыту… Взять хотя бы шахтёрские колонии. Продовольствие чаще всего туда привозят, но дальние колонии, занимающиеся добычей на астероидах, сами выращивают себе продовольствие на ближайших планетах с подходящим биомом или охотятся там на диких животных. Что и как происходит конкретно в этой колонии, я не знаю, но могу предположить: если у них нет способа выращивать мясо в космосе, значит, они его добывают иным способом. Скажем, они используют ближайшие планеты! Правда, для этого нужен определённый биом. К тому же они скрываются, так что вряд ли они используют для ферм ближайшие планеты. Я бы использовал минимум за сотню световых лет отсюда.

Заквар кивнул в сторону выхода, намекая на кайтурианцев.– Вот именно! – тихо воскликнул Лукван. – Я и говорю о том, что они или имеют свои планеты, или посещают другие чаще, чем об этом думает адмирал и Нгаруд. – Или у них иной состав пищи, – добавил Тарк. Лукван замешкался, словно соображая, что ответить, но секундой спустя почесал свой затылок и протянул: – Я не подумал о таком варианте, соглашусь, и такое может быть. – Лукван, вот мы, – начал Минар, – чаще всего используем концентрат для создания продуктов через репликатор. Правда, это не исключает в пище более расширенный рацион. У уджаркилонцев нет репликаторов. – Полагаешь, и у них нет?

– Никогда этого не делал, – пожал плечами Лукван. – Просто брал и ел, если считал её вкусной и съедобной. О-о-о… там что-то происходит…– Если бы и был, то им владели бы и уджаркилонцы. Глупо передать серьёзную технологию маскировки, при этом не снабдить своих союзников простейшими репликаторами. – Согласен, в этом что-то есть. От этих разговоров я жрать захотел… – Осторожно! – предупредил Тарк. – Прежде чем есть местную еду, нужно проверить её на совместимость.

Стена стала прозрачной, открылся вид на овальный зал. В центре зала находился небольшой пьедестал, который не превышал четверти мекратона – своего рода постамент. По обеим сторонам пьедестала возвышались два ряда кресел с высокими спинками. Кайтурианцы тщательно подготовились к встрече. Кресла расставлены в соответствии с количеством переговорщиков с каждой стороны, что символизировало равноправие делегаций. Хотя, по правде говоря, заранее подготовленной делегации не существовало – адмирал просто решила, что от Эскамуса будет шестеро участников, и кайтурианцы приняли это решение как знак уважения и применили его к каждой из сторон.

Адмирал, Нгаруд и Санаркеш также заметили, что подготовка почти завершена, а значит, скоро всё начнётся. Для торианцев были созданы временные условия, которые могли бы быть комфортными, если бы они находились в отдельной зоне. Однако сейчас, в преддверии переговоров, условия должны соответствовать стандартам кайтурианцев. Это означало, что им, как гостям, всё же придётся облачиться в скафандры.

С обратной стороны стены дроиды, имеющие весьма необычный вид, заканчивали установку временного перехода, встраивая его в стену. Вероятно, это была шлюзовая камера-переход, предназначенная для сохранения изолированных искусственных условий. Хотя это и создавало определённые неудобства, но было вполне приемлемо. Кайтурианцы старались обеспечить максимальный комфорт для своих гостей, создав рядом переговорную комнату. Когда стена стала прозрачной, это свидетельствовало о том, что всё готово. Паната подала сигнал безмолвным. До этого момента они заняли свои позиции и взяли под контроль два единственных выхода. В целом, это было не так уж важно, потому что торианцев, по сути, поместили в каменный мешок, хоть он и выглядел довольно просторным и удобным. В случае нападения им некуда было бы бежать, кроме как отбиваться на месте. С другой стороны, нападение на торианцев не имело смысла. Их могли просто усыпить, применив подходящее для этого вещество. Тем не менее безмолвные выполняли свою работу и старались обеспечить безопасность.

Закончив через минуту-две, дроиды ушли, а вместо них в переговорную вошёл экзанвар Тиги’Аларик Мугваза Нариж. Он запустил шлюз и знаком руки пригласил торианцев пройти к нему. Вход под защитным полем, переход через шлюз и выход с другой стороны тоже через силовую защиту. Таким образом между двумя помещениями создали два разных жизненных пространства с отличающейся гравитацией и составом воздуха. При этом торианцам надо было только надеть дыхательные маски и остаться в скафандре, способном поглощать разницу в гравитации. Адмирал прошла первой, а затем и все остальные. Безмолвных на переговоры она, конечно, не повела. Это могло стать оскорблением, и неизвестно, как кайтурианцы воспримут на этой встрече вооружённый эскорт.

– Договорённостей? Их и не могло быть. Известие о вашем появлении свалилось на нашу колонию внезапно. Мы ещё на подлёте засекли ваш… корабль.После торианцев в переговорную вошли хозяева встречи – кайтурианцы. Делегации разместились напротив друг друга перед разделившим их пьедесталом. Вместо паузы, которая могла затянуться, Тиги’Аларик сразу приступил к делу, минуя всякие задержки. Он представил всех, кто пришёл с ним, а Паната в ответ представила своих. Формальности соблюдены. Очень странно, но ей казалось, что раса из другой галактики, да ещё раса воинов, хоть и бывших, могла иметь некий особый ритуал или процедуру для переговоров, но оказалось, что чем проще, тем лучше, и ничего необычного не произошло. Адмиралу в голову закралась идея, что кайтурианцы просто стараются копировать своих гостей, но доказательств этому она пока не находила. Переводчик работал великолепно. Теперь главное, чтоб можно было понять значение некоторых слов, что произносят кайтурианцы. Пока диалог начинался только между главами. Говорила адмирал: – Я благодарна за этот контакт. Вы пошли на него без всяких предварительных договорённостей. Её голос в скафандре звучал немного приглушённо, но внешний динамик справлялся.

– Так нам и сказали, – согласился Тиги’Аларик. – Нами было принято решение пойти на контакт с вами, раз о нас вам уже известно. В будущих контактах, если такие будут, мы больше не доверимся настолько, насколько доверились уджаркилонцам.Экзанвар хотел сказать «гочпортак», но передумал и использовал более понятное для торианцев значение. – Больше всего мы удивились тому, что из вашего корабля вылетел гочпортак, принадлежащий нашим союзникам. Поначалу мы предположили, что он захвачен, но он уверенно направился по координатам, которые мы заранее обговариваем для очередной встречи. Такие координаты всегда разные. До нынешнего момента уджаркилонцы никогда не были в нашей колонии, и сейчас они находятся на её территории только благодаря вам. – Вы не доверяете уджаркилонцам? Они же ваши союзники! – Доверяем настолько, насколько это возможно, но они очень наивны и слишком озабочены поисками других рас. На вас они вышли только потому, что не смогли идентифицировать ваш транспорт. Они никогда не видели такого корабля. – Мы подтолкнули их к контакту, когда заметили, что за нами в гиперпространстве следит искусственный объект.

Паната поняла, кайтурианцам совсем не понравился тот факт, что союзники притащили странных пришельцев к порогу колонии, но поделать уже ничего нельзя. Наверняка они опасались, что отказ от встречи мог вызвать большее любопытство, и странный корабль из другой галактики может самостоятельно вторгнуться в поле в своих поисках. Кайтурианцы что-то прячут? Есть ощущение, что так и есть. Они понимают, что странные пришельцы, называющие себя торианцами и прибывшие из далёкой галактики, не глупы и давно раскусили, что это не колония. Тем не менее кайтурианцы впустили и встретились…

– У вас большая галактика… – продолжила осторожно Паната, – тут есть где спрятаться.– Вы можете спокойно хранить свои секреты, – неожиданно сменила тему адмирал. Она решила зайти с другой стороны. Нгаруд насторожился. Остальные тоже смотрели на адмирала с интересом, не понимая, что за игру она начала, но адмирал не играла, она действовала по ходу разговора. Ей нужны были ответы. Она пыталась сказать, что её интересуют только Шан’Аркудийцы, а не секреты странной расы из астероидов. – Мы не враги вам и никогда ими не будем. Наша исключительная цель – Шан’Аркудийцы, и только, а ваша колония останется там, где она есть, её не затронет наша война. Казалось, экзанвар проглотил внезапное признание, но не тут-то было! Паната угадала мысли, что терзали кайтурианца. Он боялся оказаться втянутым в противостояние двух галактик. То, что конфликт уже выходил на такой уровень, сомнений нет, Эскамус вторгся в галактику Шанкари, в ту самую галактику, в которой Шан’Аркудийцы и живут и правят. Экзанвару пришлось отвечать на такую откровенность. – Это только часть наших опасений. Вы проникли на запретную территорию, и Шан’Аркудийцы будут искать вас, а затем преследовать, и будут делать это так долго, как потребуется…

– Большая, но вы сейчас находитесь на тех территориях, которые они когда-то уничтожили. Это пространство и эти миры забиты автоматическими системами опознавания и поиска. Вас обнаружат, если вы не перестанете посещать планеты, на которых в прошлом существовала разумная жизнь. Скажу больше, улетайте отсюда и займитесь в своих мирах вопросами переселения, вам не справиться с Шан’Аркудийской армадой.

– Экзанвар Тиги’Аларик, – взял слово Санаркеш и уточнил: – Не возражаете, адмирал?

– Почему бы и нет… Говорите, Санаркеш, – согласилась Паната.

Санаркеш продолжил.

– Экзанвар, что даёт вам повод думать и утверждать, что мы не справимся в нашей войне?

– Что позволяет мне так думать?! Например, опыт сотен тысяч лет и более. Мы первые, кого Шан’Аркудийцы поработили и сделали своей армией. Некогда наша раса была самой развитой в этой галактике из всех нам известных, тем не менее и мы подчинились. Нас не уничтожили, а взамен мы согласились стать армией для Шан’Аркудийцев.

– Вы сами согласились?

– А что нам было делать? Исчезнуть как раса? Вы не знаете, что они творили в галактике. Они уничтожали целые миры самыми варварскими способами. Даже сейчас можно увидеть разорванные на куски планеты. Нет атмосферы, нет еды и воды. Ничего нет! Остатки населения погибали в жутких мучениях долгие годы. Не желая испытать такую участь, мы согласились воевать в составе Лурджархии. То же самое будет и с вашими народами, или вы все исчезнете.

– А что ворики?

– Ворики появились потом. В какой-то момент мы стали осознавать, что Шан’Аркудийцы не боги и не всевластны. Да, некоторые из них живут странным образом тысячи лет, но не все. У них имеются какие-то древние технологии. По словам Шан’Аркудийцев, эти технологии им дали боги, тем самым поставили их в один ряд с собой.

– Кто-то пришёл и что-то им дал?

– И тогда вас начали уничтожать?– Так и есть! Но только в официальной версии истории… – Оставим пока это… – таинственно закончил Санаркеш. – Что касается вориков… Как они появились? – Иногда вспыхивали восстания. Чаще всего это происходило в отдалённых областях галактики, куда сложно быстро добраться. Поначалу никто ничего не знал, а потом стали просачиваться слухи. Вероятно, в какой-то момент Шан’Аркудийцы держали это в секрете и параллельно проводили свои генетические эксперименты. Они создавали искусственную расу, вориков. Это длилось не годами и не столетиями, это продолжалось тысячелетиями. Они создавали их и обучали, смешивая армии вориков с армиями кайтурианцев. Они обучали новую расу воевать и обучали на нашем опыте. – И вы не замечали, что вас замещают? – Замечали, но страх тотального уничтожения был намного сильнее. Вдолгую это приводило к большему неповиновению приказам Лурджарха.

– Каким? – тихо спросил Санаркеш.– Да. Поначалу делали это не столь массово, как потом. Всё делалось по-тихому, путём отправки войск в самые гибельные экспедиции. Умирали миллиардами. Чем больше нас умирало, тем больше становилось вориков. Шли тысячелетия. Ворики учились и модернизировались на генном уровне. Наверное, пришёл момент, когда было принято решение нас полностью уничтожить, и тогда началась галактическая бойня. Мы понимали, к чему это приведёт, и подняли восстание, но, к сожалению, было уже поздно. Миры уничтожались один за другим. Иногда даже сражений не было, всё происходило путём распыления заранее приготовленных ядовитых веществ. Станции-платформы. Обычные орбитальные производства оказались смертельным оружием против целых планет. А потом началось бегство кто куда и как мог. Мы одна из тех групп, что ещё уцелели, но каким путём…

– Несколько сотен лет, возможно, а может, и немногим больше, но если смотреть как на расового представителя… Видно, что прошёл сложный и долгий процесс эволюции. Возможно, пара миллионов лет потребовалось, чтоб сотворить такое с вашими телами. Мы намного младше. А вот Шан’Аркудийцы, скорее всего, легко сравняются по возрасту, тем не менее досконально неизвестно, сколько им лет.– Мы перестали развиваться. Любое развитие – это разработка новых технологий, а разработка технологий – это исследования и поиски. Астероидное поле нам даёт малые ресурсы, и их хватает только на обеспечение той жизни, что у нас есть. Выход за пределы поля грозит уничтожением, тем не менее мы иногда это делаем. Максимум, что происходит, – это естественный процесс эволюции. Мы сильно изменились, проживая постоянно в космосе. Технологически мы остаёмся на прежнем уровне. Тиги’Аларик смолк. Или ему было нечего больше говорить, или просто он не хотел продолжать. Санаркеш решил пояснить суть своих вопросов, для чего он учинил по сути допрос, а не диалог. – Экзанвар, как вы считаете, сколько мне лет? – Лет? – не понял Тиги’Аларик. – Да… – уклончиво подтвердил Санаркеш. – Каков мой возраст? Экзанвар внимательно пригляделся и предположил:

– Клон? Твоё тело – копия? – понял экзанвар.– Мне более семисот миллионов лет… – Невозможно! Ни одно тело не сможет столько просуществовать. – Тело нет, а раса может. Моей расе больше семисот миллионов лет. Кайтурианцы нервно переглядывались и что-то между собой тихо обсуждали. Они не верили словам этого странного пришельца, при этом допускали что он говорит правду. – Я объясню, – продолжил Санаркеш. – Эволюция создала нас с возможностью записывать в наш генный код всё, что происходит с нами до момента смерти. Это некий защитный механизм организма Зангролакийцев. Когда мы умираем или находимся на грани смерти, идёт сброс информации и памяти, а также сознания. Создаётся копия, которую можно перенести в клонированное тело.

– Да. Моя раса достигла такого этапа развития, когда мы стали сильно технологически развиты, но мы не учли вопросы эволюционной деградации. Наша галактика стала нам полностью известна, и мы перестали развиваться. Пошёл резкий спад нашей активности во многих областях, и появились процессы, которые мы не знали, как остановить. Чтоб выжить, мы начали расселение в другие галактики. Возможно, и в этой когда-то был мой народ, а возможно, он есть и сейчас… Кто знает… тысячи лет мы разлетались по галактикам в поисках новой жизни. Была информация, что процесс деградации где-то сумели остановить, и тогда наши лидеры приняли решение о массовом отлёте. Всё, что надо, для этого было приготовлено. К сожалению, среди нас существовали те, кто был против подобных мер и считал, что естественная гибель расы – это именно то, чем должен закончить народ, достигнув крайней точки своей эволюции.

– Крайней точки? – усмехнулся экзанвар. – А она есть? Я о такой не знаю, я даже не знаю, что можно считать крайней точкой эволюции…

– Мне такая тоже неизвестна. Но вернёмся к отлёту… Эти группы, противники расселения, создали между собой союз и решили помешать моему народу улететь. Начались диверсии. В какой-то момент в одной такой погиб мой мир, но осталось несколько орбитальных стартовых комплексов, в которые были загружены капсулы с усыплёнными зангролаки. В одной такой находился и я. Я умер, но стазисная капсула позволила сохранить остатки моего ДНК.

Нгаруд, слушая Санаркеша, осознал, что сейчас тот рассказывает настоящую версию гибели зангролакийской цивилизации, историю которой он никогда не слышал. Раньше ему давали иную версию, и обе версии сильно отличаются. Что-то изменилось. Раз Санаркеш об этом рассказывает при стольких свидетелях, да ещё и перед представителями цивилизации, некогда служившей врагам торианцев, значит, так надо.

– Вот птолеанин, – Санаркеш указал на Нгаруда, – который смог найти остатки моей цивилизации в своей галактике и вернуть часть моего народа.

Нгаруд почувствовал на себе многочисленные взгляды. Кайтурианцы его оценивали, его самого и его способности.

Тиги’Аларик решил уточнить.

– Кто первым проявился в вашей галактике: ворики или…

– Савармоны и биормоны, – ответил Нгаруд. – Так случилось, что я имею прямое отношение к тем, кто их обнаружил.

– Значит, вы знаете о них…

– Знаем, но они нам больше не угроза.

– Зря испытываете такое самоуверенность… Эти расы созданы ещё до того, как были порабощены мы, кайтурианцы. Если вы знаете о биормонах и савармонах, значит, вы знаете, чем они занимаются.

– Конечно! – ещё раз подтвердил Нгаруд. – На момент, когда они появились, я ещё не нашёл зангролакийцев.

Кайтурианцы насторожились. Экзанвар сразу же спросил:

– Биормоны и савармоны не знали ничего о них перед основным вторжением?

– Нет, не знали.

– И не знали о технологиях, которыми мы владеем, – добавил Санаркеш в помощь Нгаруду. – Технология перемещения между галактиками, которой владеют Шан’Аркудийцы, – это только начальная стадия, которую мы уже давно прошли. Я бы сказал, что это даже зачатки технологии, тем не менее они с её помощью удачно пробрасывают свои войска в другие галактики и умеют выявлять скрытые в чёрной дыре маршруты.

– Вот, если вы поймёте мои расчёты, то поймёте их значимость и ценность.– В озханге? – Если вы называете чёрные дыры озхангой, значит, именно о ней и идёт речь. – И на этом вы строите свои предположения о том, что это даст вам победу и поможет уничтожить Шан’Аркудийцев? – У нас нет цели уничтожать их, – продолжал объяснять Санаркеш, – но есть цель выиграть войну – это то, к чему мы стремимся… Расспрос продолжался… – Корабль, на котором вы прибыли, он… – Он способен на перелёты между галактиками в ближайшей вселенной и способен делать это со скоростями в разы больше, чем это происходит у Шан’Аркудийцев. Межгалактический корабль разработан моей расой и спустя многие миллионы лет всё ещё считается самой передовой технологией в моей галактике. Мы прибыли сюда за время… А впрочем, я могу показать свои расчёты, которые смогли сделать ещё во время перелёта. Санаркеш вытащил из кармана неизвестное устройство, встал с кресла и положил устройство на пьедестал перед ногами. Он уже давно понял, что его используют как демонстрационную площадку.

– Превосходит! – вмешиваясь, подтвердила Паната, – и это уже доказано. Мы ещё не противостояли боевым кораблям, кроме мелкой стычки, но от сооружения, которое построено с этой стороны у… как её… озханга! У этой самой озханги, мы смогли уйти. Бой был коротким. Мы нейтрализовали с лёгкостью все ракеты, но предпочли уклониться от дальнобойных орудий. Кто вы? – добавила напоследок адмирал, обращаясь к странному кайтурианцу. Она помнила имя, но не знала, чем он занимается в этой колонии.Зангролакиец запустил устройство, и оно спроецировало те самые расчёты, которые делал Нгаруд, а Санаркеш правил после встречи в чёрной дыре с флотом Шан’Аркудийцев. Вместо Тиги’Аларика расчётами заинтересовался другой кайтурианец. Он быстро вскочил и, ни на кого не обращая внимания, начал просматривать данные Санаркеша. Никто из кайтурианцев ему не перечил. Странноватый кайтурианец изучал расчёты минут десять. Пока он делал это, все молчали, полагая, что так будет лучше. Наконец кайтурианец удивлённо произнёс: – Потребовалось так мало времени на перелёт в десять миллионов световых лет? – Так мало, – подтвердил Санаркеш, – при этом всё равно быстрее почти в девять раз, чем на это уходит у Шан’Аркудийцев. – Я вижу, – отреагировал кайтурианец, – это серьёзное преимущество, особенно если ваше вооружение тоже превосходит вооружение Шан’Аркудийских кораблей.

– Тем не менее они способны проводить флоты один за другим с неким интервалом. Мы это наблюдали, встретили в Озханге несколько таких.Тиги’Аларик встрепенулся, понимая, что надо представить, и объяснил про кайтурианца. – Мосага`Ирмалак – наш специалист по науке. Занимается всевозможными исследованиями. Он поддерживает наши технологии на уровне, который позволяет нам выживать, а ещё он возглавляет кайтурианское Шавара Атун. Научное образование, – пояснил экзанвар. – У нас есть Тарк Игасиас, занимается примерно тем же у своей расы. Именно они смогли запустить процесс восстановления расы Зангролаки. Санаркеш кивнул, подтверждая слова адмирала. – Расчёты скорости говорят о явном преимуществе, – заявил Мосага`Ирмалак. – Если ваши корабли осуществляют самостоятельные переходы по отдельности, то это дорого стоит! – Так и есть, – ещё раз подтвердил Санаркеш, – они способны и сами проходить, и перебрасывать с собой другие корабли. – Ограничено? – Только процессом вычисления расчёта перехода. Контроль полётов чрезвычайно сложен и затратен по энергоресурсам. – Корабли Шан’Аркудийцев ограничены в количестве во время перехода.

– Участвовали только в самом начале эры переходов, но таких экспедиций было очень мало, и большая часть оказалась губительной. После начала гонений на нас мы исчезли и спрятались. Сейчас нас никто не ищет, но знания о переходах у нас сохранились. Даже сейчас, наблюдая за Сальбак`Габона, мы понимаем, что с тех пор ничего не изменилось, и количество пробрасываемых через озхангу кораблей остаётся на прежнем уровне. Шан’Аркудийцы не усовершенствовали технологию межгалактических переходов.– Способны, но на это требуется время. Сооружения, что вы видели рядом с озхангой, это Сальбак`Габона, Великая крепость. Начали её строить сразу после того, как Шан’Аркудийцы опустошили Магнаду. Так мы называем свою галактику. Это сооружение используется как стартовая площадка для перехода в другие галактики, и она же призвана защитить галактику от проникновений через озхангу враждебных и иных рас. – Мы называем вашу галактику Шанкари. – Пусть будет Шанкари… Возведение Сальбак`Габона совпало с периодом начала уничтожения моей расы. – Значит, вы не участвовали в полётах в другие галактики?

Этот кайтурианец не сказал больше ничего, он просто ушёл через свой переходной шлюз на свою сторону, а за ним переговорную покинули остальные пятеро. Разговор был закончен самым странным образом. Делать нечего. Такой исход тоже исход, тем более что ничего экстраординарного не случилось, а результат какой-никакой, но есть. Паната, понимая, что встреча окончена, тоже увела своих через второй шлюз. Переговорная опустела.Лукван усмехнулся, стараясь делать это как можно незаметнее. Он мгновенно сообразил, что кайтурианцы летают по галактике даже больше, чем об этом говорят в открытую, однако он смолчал и не стал цепляться за этот факт так открыто. Он не глуп и прекрасно понимал, что и другие это отметили… – Мы поможем вам, – неожиданно заявил Мосага`Ирмалак, – предоставим необходимые знания о наших общих врагах, но не более того. Что мы предоставим и в каком виде, вы узнаете позднее, а сейчас переговоры требуется прервать.

***

– Адмирал, я не понимаю, что произошло? – Тарк Игасиас выглядел растерянным, он не успел понять, что случилось, и рассчитывал, что переговоры не будут столь короткими. – Почему переговоры прервали?

– Их не прервали, – попытался объяснить Лукван. – Так бывает, когда одна из сторон прекращает играть в дипломатию и начинает говорить более откровенно, чем ей бы следовало!

– Испугались? Но чего? – быстро предположила Паната. – Мы не угрожали!

Лукван подтвердил:

– Нет, не угрожали, просто кайтурианцы сообразили, что в чём-то мы сильно превосходим Шан’Аркудийцев. Мы можем стать для них новым смертельным врагом.

– Или союзником, – задумчиво, но вполне уверенно добавил Минар. – Я бы рекомендовал быть настороже… Пока мы в астероидном поле, мы сильно им проигрываем в вопросах безопасности.

– Прекратите! – раздражённо произнёс Нгаруд. – Они действительно испугались, но при этом осознали, что мы не шутим и вполне способны противостоять вторжению. К тому же все слышали, что сказал этот кайтурианец? Они планируют нам помочь, но берут паузу… Никто не будет на нас нападать.

– Мы и сами способны противостоять, это неоспоримый факт, – подтвердил Санаркеш. – Замечу, что кайтурианцы хоть и рассказали что-то, но далеко не всё, и скрытым ещё остаётся очень много. Если они нам окончательно поверят, думаю, мы вскоре сможем получить от них ценную информацию, которая прольёт свет на то, что пока является тайной для нас.

Нгаруд раздражённо махнул рукой.

– Санаркеш, вы слишком оптимистичны. Помниться, перед разговором мы разделили полномочия и договорились, кто чем занимается. Вы закидали Тиги’Аларика вопросами, а потом дали ему информацию, на которую он не рассчитывал.

– Они не глупы, Нгаруд, кайтурианцы понимают, кто мы и на что способны, но боятся нас.

– А я про что… Теперь экзанвар напуган ещё больше, чем до переговоров. Кстати, что происходит, нам следующего раунда тут дожидаться?

– Надеюсь, нет, – весело отозвался Лукван. – Тут спать негде…

Бывшего заквара почему-то веселила вся эта ситуация. В тайне он считал, что переговоры нужно было вести по-другому, но его никто не спрашивал.

Без предварительного оповещения рядом с адмиралом Курсанак появилась голограмма Тиги’Аларика. Паната аж отпрыгнула, от чего Лукван засмеялся, но тут же заткнулся под взглядом Минара. Генерал зыркнул на него таким взглядом, словно хотел ударить.

– Прошу прощения, – заявил экзанвар, – за прерванные переговоры. Надо было обсудить всё, что вы нам рассказали. Но я тут не за этим… Между нами состоялся дополнительный разговор, и, несмотря на частичное согласие помогать вам, мы всё же решили перенести наши следующие переговоры. Предлагаем вам вернуться обратно к себе на корабль и дождаться следующей встречи. Транспортный бакар уже ожидает вас. Согласны?

– Вы избавляетесь от нас?

– Ни в коем случае, адмирал! Мы решили, что вам будет лучше на вашем корабле, чем у нас. Там вы будете чувствовать себя более спокойно и комфортно. Мы скоро продолжим, но сейчас нам необходим перерыв.

– Я не возражаю, если так… Перерыв долгий?

– Минимум один оборот.

– Кайтурианские сутки?

– Да, если не ошибаюсь, у вас это называется сутками. Если перевести на ваше время, то наше значение – это тридцать пять часов. Мы называем такой оборот истлак.

– Я согласна. Хотелось бы знать, а если мы захотим покинуть астероидное поле и досрочно завершить переговоры?

– Никто не станет вам препятствовать, но, надеюсь, вы не станете этого делать…

– Почему же?

– В этом нет смысла.

– Хорошо, мы не улетим.

– Верное решение, адмирал. Бакар ожидает…

Тиги’Аларик нахмурился. Он понимал, что ошибся в отношении этих странных пришельцев, но, с другой стороны, теперь нужно решать, что с этим делать: сдержать обещание о помощи и принять какой-никакой, но всё же союз или вступить в конфронтацию с этим странным народом…– В нём нет надобности. На лице кайтурианца появилась мимика удивления, но потом она быстро сменилась на обычное выражение, словно он что-то вспомнил. – Ах да… Уджаркилонцы нам рассказывали о вашей технологии переноса предметов на большие дистанции. – Она не только предметы способна переносить. Мы умеем делать это и с живыми организмами. Мы называем это телепортационный транспортёр. – Вы всё время могли им воспользоваться? – сообразил Тиги’Аларик. – Могли. Но в этом нет надобности, тем более лишний раз пугать вас мне не хотелось. Ваши системы безопасности не помеха для нас. – Понимаю… Можете уйти, как вам будет угодно, я не возражаю против такого способа перемещения, но прошу вас воздержаться от использования без предварительного предупреждения. – Обещаю, экзанвар! Адмирал вызвала Эскамус и запросила транспортировку. Сигнал быстро обнаружил телепортационные маяки. Не встретив для сканирования никаких для себя преград. Перенос сработал. Торианцы исчезли. Тиги’Аларик нахмурился. Он понимал, что ошибся в отношении этих странных пришельцев, но, с другой стороны, теперь нужно решать, что с этим делать: сдержать обещание о помощи и принять какой-никакой, но всё же союз или вступить в конфронтацию с этим странным народом…

Глава 4. Знаки доверия.

По тому, как себя вела адмирал Курсанак, можно было подумать, что она нервничает, но вида всё же не подаёт. Вторая встреча обещала снова пойти не по плану. Кайтурианцы меняют ситуацию под себя, заставляя торианцев идти на поводу своих желаний. Они явно чего-то хотели, и вот-вот эта цель станет очевидной для всех участников переговоров.

Нгаруд пожал плечами, демонстрируя своё внешнее безразличие, но со стороны казалось, что и он уже поддаётся лёгкой нервозности. Адмирал в чём-то права, испытывая тревогу от неизвестности. Кайтурианцы могут оказаться чрезвычайно полезными в плане информативности. Им известно то, чего другие могут и не знать. Другим это просто недоступно.– Сколько ещё? Нгаруд, наоборот, вёл себя более спокойно и, помня предыдущую ошибку, готовился к разговору. – Они вот-вот прибудут. Точного времени нет. Было заявлено, что скоро прибудут… – Я не ожидала встречный визит, полагала, если и состоится ещё одна встреча, то снова там же, на астероидах.

– В этом и есть наша ошибка, адмирал. Мы полагали и рассчитывали, что они с радостью бросятся к нам на шею, признав в нас потенциальных защитников.– Что ж, – терпеливо произнёс Нгаруд, – теперь переговоры продолжаться уже на Эскамусе. Какой-никакой, но позитивный сигнал для нас, да и территория наша, а значит, и преимущество. Контакты между нами станут только крепче. Признаюсь… Я тоже не ожидал от них такого внезапного шага, ведь в роли просителей выступали именно мы… Я полагал, наша первая встреча – это практически провал, несмотря на то что мы нашли общие интересы и возможности для сотрудничества, тем не менее то, что произошло в конце, было больше похоже на скрытый отказ или вынужденное согласие, лишь бы мы улетели… Паната предположила: – Мы не взяли в расчёт расовые особенности? В этом ошибка? – Моё мнение – да! Наша самоуверенность в том, что мы необходимы им, оказалась сильнее здравого смысла. С уджаркилонцами было проще… Когда я встретился с кайтурианцами в первый раз, у нас был странный разговор, странный, но короткий и продуктивный. Тогда я не заметил у них каких-то отклонений в поведении, но сейчас понимаю, что они некоторые вещи воспринимают не так, как мы. Это… – Нгаруд подбирал слова. – Это иное поведение. – Скрываться столько лет, оставаясь в тени галактики, и вдруг получить возможность вернуть свою жизнь – дорогого стоит.

– Конечно, всё не так! Хотя и очень близко именно к такому варианту…

Нгаруд снова усмехнулся и возразил:

– А есть она у нас? Есть такая возможность? Мы в чужой галактике, пытаемся навести хоть какие-то контакты и никак не влияем на развитие ситуации с войной у себя дома, а тут и подавно не сможем встать на чью-то защиту. Что случится, если мы своими действиями просто приведём или уже привели Шан’Аркудийцев к порогу кайтурианцев? Что тогда?

– Их уничтожат, – тихо ответила Паната.

– Вот именно! Им есть чего опасаться, контактируя с нами. Одно радуем, мы уже тут и в какой-то мере и нам, и им деваться некуда. С этой точки зрения, даже и негласной, мы пришли на первые переговоры. Хорошо, что хоть об этом не заявили!

– Согласна, Санаркеш перехватил инициативу. Если бы не его вмешательство, кайтурианцы могли бы решить, что мы слишком высокомерны и эти переговоры – ошибка.

– Поддерживаю ваши слова, адмирал! Инициативу он перехватил вовремя, но при этом предоставил им слишком много информации, да такой, о которой даже я не знал! У меня была несколько иная версия гибели зангролакийской цивилизации…

Адмирал Курсанак и Нгаруд с нетерпением ожидали вызова от Тиги'Аларика. После долгого перерыва кайтурианцы наконец-то вышли на связь и сообщили, что следующий этап переговоров пройдёт в виде ответного визита на борту Эскамуса, если никто не возражает. Тиги'Аларик выразил надежду на положительный ответ. Было очевидно, что ему не терпится увидеть инопланетный корабль и оценить уровень технологий своими глазами, прежде чем делать какие-либо выводы.

– Тогда мы останемся на своей стороне.Паната встала в попытке пройтись и размяться, но не успела и сделать несколько шагов, как раздался вызов. С мостика сообщили, что поступил запрос на переброс. Адмирал переглянулась с Нгарудом и дала разрешение. В каюту транспортировали двоих кайтурианцев. Переговоры будут идти в сокращённом формате. От торианцев будут двое – это Паната Курсанак и Нгаруд, от кайтурианцев прибыл Тиги’Аларик и тот второй, который так поспешно, без всяких серьёзных причин, покинул переговорную, кайтурианский учёный Мосага`Ирмалак. Это была встреча двух лидеров и двух ведущих учёных. – Приветствую на борту нашего корабля. Можете опустить защитный шлем, тут он вам не понадобится. Паната протянула руку и коснулась силового поля, демонстрируя, что она имеет в виду. Специально для гостей на корабле переконфигурировали большую каюту и разделили её на две половины. Кайтурианскую половину каюты изолировали силовой защитой и изменили гравитацию и воздух на более подходящие для них. Телепортационный переброс сказался на обоих кайтурианцах. Они первый раз испытали его на себе и сейчас пытались поверить, что это сработало, а они оба остались целы. Первым маску для дыхания снял Тиги’Аларик. Он глубоко вдохнул и, выдохнув, утвердительно качнул головой, одобряя ощущения, которые сейчас испытал. – Да, всё в порядке, – сообщил он своему спутнику. – Можно снимать. Адмирал, как вы разделяете зоны на корабле? – Это просто. Ваша половина – это отдельная секция, она частично изолирована от корабля. Имеет собственный генератор гравитации, и действует он только под ваши условия на вашей половине. – А если я перейду сквозь поле? – Условия мгновенно сменятся. – Никаких шлюзов? – Никаких шлюзов! – подтвердила адмирал.

Кайтурианец закончил. Его не спрашивали, он не продолжал.Пока они говорили, Мосага`Ирмалак снял свой шлем и сел. – Вы, наверное, удивлены, почему мы напросились на встречу именно на вашем корабле? – произнёс он. – Признаюсь, удивлены. Вы отправили запрос, выдержав большую паузу, чем обещали, и сильно сократили количество переговорщиков. – Мы определялись и хотели посмотреть, что из себя представляет ваш корабль. – К тому же есть причина, по которой мы не стали сразу проявлять инициативу, – добавил Тиги’Аларик. – Причина? – переспросил Нгаруд. – И в чём она заключается? Что за причина? Он почему-то сразу подумал, что это чисто внутренняя проблема, и, вероятно, не ошибся… – Среди нас есть ответвление кайтурианцев, – объяснял Тиги’Аларик, – они не приветствуют внешние контакты и всячески воспрепятствуют им. Во время переговоров стало понятно, что вы действительно способны противостоять нашему общему врагу, и я не ошибусь, если скажу, что Шан’Аркудийцы – враг многих рас, которые могли бы объединиться против них. – Так и есть. – подтвердил Нгаруд. – К нам примкнул Конгломерат Паканагри. Народы этого союза проживали во второй половине нашей галактики. Мы о них даже ничего не знали. Они были вынуждены покинуть свой дом в поисках нового, поэтому бежали и попали к нам. Это очень странная история, и хорошо, что всё удачно закончилось. Мосага`Ирмалак перехватил разговор. – Мы присоединиться к вам не можем, но готовы снабдить информацией, которой владеем. Отчасти это древняя история, и заключается она в описании начала развития Шан’Аркудийской расы. Это начало экспансии в те времена, при которых они поработили нашу расу, сделав своими рабами. Они называли нас войнами лурджархии, но по сути мы были просто рабами на убой. Вот… – Мосага`Ирмалак что-то положил перед собой на стол. – Тут то, что я обещал в прошлый раз.

– Мы изучим, – обещала Паната, – обязательно изучим.– Помните, я интересовался инквизитором? – Взял слово Тиги’Аларик. – Конечно, – кивнула адмирал. – Я коротко постараюсь объяснить, почему заинтересовался. Вы что-нибудь знаете о такой фигуре, как инквизитор? – Мы знаем только, что он руководит вторжением. – Не руководит. Обычно… А вот контролирует – всегда! Со времён образования лурджархии должность инквизитора является второй фигурой во власти. Она создана в начале правления первой десяткой лурджархов, тогда и призвали первого инквизитора. Это было время, когда первый лурджарх получил древние артефакты от самих богов… Паната сделала удивленные глаза и моментально переспросила: – Я услышала про богов? – Да, именно про богов. Уже позже, когда мы прослужили им несколько тысячелетий, мы узнали, что до самого начала своей кровавой истории Шан’Аркудийцы были просто рядовой цивилизацией. К тому времени они уже были способны на перелёты между ближайшими системами. Так вот, на планете Никпадарсуз, что в системе Геракелия-14, появились так называемые «боги». Так было указано в древних свитках. Как по мне, так это были представители какой-то древней цивилизации. Они передали Шан’Аркудийцам законы и технологии и пообещали им галактическое правление. Это одна версия. Другая версия – это то, что в своих странствиях Шан’Аркудийцы наткнулись на планету с остатками цивилизации, где обнаружили мощные инопланетные артефакты. В любом случае, что правда, а что нет, уже нельзя узнать, но артефакты можно видеть. – И сейчас? – поинтересовался Нгаруд. – И сейчас. – подтвердил Тиги’Аларик. – Теперь они важная часть их цивилизации. Один из артефактов – это рог Хаз’цылакаи. – Рог? Что за рог? – Ну… Это такая вещь, применяемая у варварских рас на охоте. Они через него издают различные сигналы. Он усиливает звук. – Я понимаю, что это такое, я имел в виду… – Я к этому подхожу. Так вот, этот рог особенный. Это рог бога войны. Одного из тех самых богов, который в древности появился на планете Никпадарсуз. – Второй раз называете эту планету. – Никпадарсуз? Это родная планета Шан’Аркудийцев, именно с неё и правит лурджарх. Артефакты находятся во дворце. – Что делает рог? – Вызывает реакцию в атмосфере планеты. Шан’Аркудийцы говорят, что это ответ богов и дозволение на поход в военную экспедицию. – Как по мне, так это какой-нибудь древний прибор для вызова атмосферных эффектов, – скептически высказался Мосага`Ирмалак. – Если бы я имел возможность его исследовать, наверняка и сделал бы именно такое подтверждение. – Тем не менее он работает и производит эффект, который трактуется согласно древним законам, – возразил Тиги’Аларик. – Я это и не отрицаю, я говорю только о том, что это просто какая-то технология, связанная с природными эффектами. – Есть и другие артефакты? – поинтересовался Нгаруд. – Их много, – подтвердил Тиги’Аларик. – Перечень с названиями и комментариями найдёте на нём… – Экзанвар указал на предмет перед собой, что принёс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.