Любовь Черникова
Генерал черных драконов 2. Истинная и наследник Хозяина Запределья

Глава 1

Лена-Эления

Слушая рассказы Анисьи и Белки, я себе навоображала, что Запределье – эдакий Мордор. Выжженная земля, над которой никогда не поднимается солнце, и краски там преобладают серые и черные с проблесками алого, а под каждым кустом скрывается по десятку монстров.

Ан нет! Запределье такое же, как и прочие земли в этой полосе. Нас оно встретило приветливо – так мне показалось.

Наш дилижанс катил по обычной дороге, петляющей между зеленых холмов. Не менее и не более зеленых, чем в Левшарах. Над холмами раскинулось голубое небо – такое же, как и раньше. Светило солнце. Вдоль обочины то и дело встречались заросли кустов, из которых доносился птичий щебет. Благодать, да и только!

Наверное, поэтому я немного снисходительно наблюдала за реакцией Белки и нянюшки. Она была такой бурной, словно мы из знойной Сахары въехали прямиком на Северный полюс.

– И воздух! Воздух здесь какой-то другой! Чувствуете? – воскликнула Беляна.

Обнаружив еще одно только ей заметное отличие, она обвела нас взглядом, в поисках поддержки. Я инстинктивно принюхалась, ожидаемо не ощутив никакой существенной разницы.

– Дымком потянуло, – неожиданно заметил генерал.

Похоже, драконье обоняние мало чем отличалось от драконьего острого слуха.

Захныкал Сашка, и я взяла его на руки, чтобы покормить. Вот кому путешествие давалось легче, чем прочим. Большую часть дороги мой сын спал в удобной люльке, подвешенной к потолку кареты и закрепленной специальными ремнями, чтобы не болталась. Еду он получал по первому требованию, ласку – тоже, причем ото всех присутствующих. У нас было достаточно пеленок, чтобы вовремя его переодевать, если возникнет надобность. В общем, не жизнь, а сказка!

Ну и еще, пожалуй, не страдал Хомка, который проводил время, устроившись на спинке сиденья позади Белки. Он тоже уставился в окно, шевеля усами, и предупредил:

– Будьте начеку, лэрд. Вдоль дорог много всякого сброда собирается в поисках поживы.

Хомка демонстративно проверил свой маленький меч, с которым не расставался с того момента, как я ему его подарила. Белка и Анисья, не сговариваясь, отпрянули от окон, испуганно уставившись на хомяка.

– Не бойтесь, мы с Энарой от любого сброда отобьемся. Главное, чтобы нас не встретил кто посерьезней. Вот тогда могут возникнуть проблемы.

Справа вдоль дороги тянулся древний лес с толстенными деревьями в несколько обхватов. Мы уже некоторое время двигались вдоль его опушки. Лес казался светлым и сказочным, но после слов Данте тревога, утихшая к этому моменту, снова подняла голову. Мы как раз почти поднялись на гребень очередного холма, и слева пространство просматривалось на много километров вокруг. Потому я принялась настороженно всматриваться в прогалы между стволами деревьев. Подумалось: если опасность придет, то непременно оттуда. Откуда же еще?

Некстати пришла мысль, что здесь весьма удачное место, чтобы пустить наш дилижанс под откос. Достаточно просто напугать лошадей или скатить ствол поваленного дерева. Такой, как эти, снесет с дороги даже паровоз. Словно почувствовав мое настроение, заплакал Сашка, выплюнув грудь, и я постаралась отогнать дурные мысли и не накликивать беду раньше времени.

– Сто-о-ой! – раздался зычный крик, а затем послышался свист.

Лошади тревожно заржали, дилижанс вздрогнул и остановился. Мы с генералом переглянулись, и я крепче прижала к себе сына.

– Мамочки! – пискнула Беляна, закрыв лицо руками.

– Не бойтесь, все будет хорошо! – успокоил нас генерал и спросил у наемницы: – Энара, кто там?

– Отряд, лэрд. Большой. Боюсь, просто так они нас не пропустят…

Данте ар Шахгар

Запределье впервые на моей памяти встретило меня мирно. Может, потому что я явился сюда не во главе армии?

Впрочем, тишина и покой были лишь иллюзией. Я прекрасно знал, насколько опасны эти края. Мирные с виду пейзажи вызывали подозрения. Не доверяя глазам, я пользовался магией, исследуя ближайшие окрестности на предмет магических угроз, и постоянно был настороже. Вот только драконье восприятие было мне больше недоступно, и от этого я злился. Впрочем, и моей человеческой магии хватило бы, чтобы распознать большинство опасностей.

Стоило усилить восприятие, как меня коснулась магия Хаоса. Здесь она не была так сильна, как на западной границе Запределья, но я уже имел с ней дело, поэтому распознал ее мгновенно. Этот магический аромат нельзя было спутать ни с чем.

Первое время все и правда было спокойно. Всяческая живность спешила убраться с глаз долой, а местные обитатели предпочитали не селиться вдоль тракта. Слишком велика вероятность однажды стать добычей лихих людей и нелюдей. Сброда здесь всегда хватало.

Магия Хаоса влияла и на простых людей. Беляна и Анисья инстинктивно пытались найти причину этой инаковости, но я-то знал, что так действует на них именно магия. Чувствовал ее и мой сын. Беспокоился, не понимая, что поменялась. А вот Эления была подозрительно безмятежна. Как будто и не замечала никаких перемен.

Запах дыма я почувствовал слишком поздно. А вместе с ним – лошадей, кожи, оружия, и дикого зверя. Очень знакомая смесь…

– Сто-о-ой! – Тотчас раздался окрик, следом кто-то свистнул.

Женщины обратили на меня перепуганные взгляды. Эления, кормящая нашего сына, выглядела растерянно. В ее глазах застыл немой вопрос. Да уж, не самый удачный момент для стычки. Согласен.

– Все будет хорошо, – пообещал я ей и выпрыгнул из кареты.

Пошел навстречу остановившему нас отряду, предварительно подав знак Энаре, убираться, если начнется бой. Ее задача – увезти и спрятать Элению и ребенка, пока я не разберусь с угрозой.

Я не ошибся, анализируя запахи. Нас остановили оборотни. Вот почему я их так поздно заметил. Безошибочно я чувствую лишь смерть, а в оборотнях слишком много жизни и своя особенная магия. В поле зрения оказалось тридцать всадников на крепких коренастых лошадях, не слишком отличающихся статью, но зато выносливых. Такие способны долго идти под седлом. А еще они не пугаются, когда в этом самом седле вместо всадника возникает дикий зверь.

Одного я пока не понял: кто именно идет мне навстречу? Медведи? Волки? Те и другие? А, может, и еще кто нарисовался?

Припомнив полевые карты, сделал вывод – волки. Если, конечно, расклад сил не изменился за месяцы моего заточения. Как оказалось, не ошибся. Один из всадников спешился и направился ко мне, сверкая белозубой улыбкой.

Райд Серый Камень – глава самого большого и сильного волчьего клана в Запределье. Мы были недолго знакомы, но волк оставил о себе приятное впечатление. Его клан приобрел влияние с приходом Морейна.

– Генерал ар Шахгар! Какими судьбами в наших краях? – поинтересовался оборотень.

Ждать, чтобы волки кланялись, не приходилось. Но, если честно, я и сам не был любителем всех этих церемоний. Потому первым протянул руку, и мы пожали друг другу предплечья в воинском приветствии. В этом не было урона моей чести.

– Давно не виделись, Райд! Как поживаешь? Как семья? Откуда узнал, где и когда меня встречать?

– Для меня честь первым в Запределье поприветствовать королевского наместника.

Эти слова не содержали ни унции лести. Райд всегда говорил то, что думал. В знак благодарности за его отношение я кивнул, и мой собеседник продолжил:

– А семья… – Оборотень перестал улыбаться и нехорошо прищурился. – Твоими молитвами, генерал, мой непутевый сынишка избежал вчера позора, так что я у тебя в долгу.

Я едва не присвистнул. Так вот кого мы вчера освободили из клетки! Спасли местного принца, можно сказать. Ульрих должен будет занять место отца, когда придет время. Если, конечно, силенок хватит потягаться с другими претендентами. У оборотней все непросто устроено. И не исключено, что это кто-то из своих попытался заранее расчистить себе дорогу, избавившись от сильного конкурента.

– Райд, нет у тебя передо мной долга. Волки не созданы, чтобы сидеть в клетке, вот я и вмешался.

– За что я тебе благодарен. Мы проводим вас, куда пожелаете, генерал. Нынче в Запределье неспокойно, да и слухи всякие ходят…

– Слухи?

– Генерал, тебе ли не знать, что слухи быстрее ветра и безжалостнее огня?

– Уж точно! – Я усмехнулся.

– Говорят, ты теперь в опале у Нарвага ар Гэрхэя? Врут?

– Не врут. Считай, что меня сюда отправили в ссылку, но официальная версия – навести в Запределье порядок.

Оборотень долго молчал, о чем-то раздумывая, а затем спросил:

– Одно никак не пойму, ты же служил королю верой и правдой. Что же произошло?

– Наверное, дело в моих успехах? Мои предки когда-то сидели на троне Морейна. Возможно, его величество опасается, что я пожелаю вернуть все вспять.

– Но ведь его опасения беспочвенны? – Райд посмотрел мне прямо в глаза.

– Кто знает… – ответил я неопределенно. Это было куда лучше, чем солгать.

Ответить отрицательно я уже не мог. Больше не мог. Не после того, как со мной поступил мой король. Я пока не разобрался, что за игру ведет Нарваг ар Гэрхэй, но если он отправил меня сюда, чтобы уничтожить, не буду раздумывать ни секунды с ответом.

– Генерал, ты только что меня уверил в правильности моих действий. Я не просто провожу тебя до места, но и оставлю несколько крепких парней во главе с моим сыном. Ты, конечно, дракон. Но даже дракон не способен бодрствовать неделями. Сдается мне, что на этот раз ты пожаловал к нам без своего войска?

– Тут ты прав. И охранять есть кого, и войско дома осталось. Но ты уверен, что стоит так рисковать, демонстрируя поддержку захватчикам? – спросил я прямо.

Не то, чтобы оборотни были такими лояльными к Морейну, но с тех пор как на эти земли пришли черные драконы, их положение укрепилось. Они устали от вечной междуклановой грызни. Когда Запределье перешло под руку Нарвага ар Гэрхэя, территории были поделены, и установился какой-никакой, а порядок. Не без моего участия, конечно же.

– Мы давно приняли правила игры, – словно прочитав мои мысли, ответил Серый Камень и усмехнулся. – Главным образом, потому что они нас устраивают. Волки признали власть королевства Морейн, и соседи опасаются на нас нападать. Знают, что земли вдоль границы с Левшарами – наши. Знаешь, что мы делаем с преступниками, которые позволяют себе бесчинства на нашей территории?

– Что?

– Казним именем короля!

Мы вместе рассмеялись.

В том, что и раньше волки не церемонились с преступниками, я даже не сомневался, но так было и правда куда веселее.

Райд перестал смеяться и снова посерьезнел:

– Грядут перемены, а волки всегда чувствовали, откуда ветер дует. Клянусь всеми богами, что с твоим появлением Запределье вскипит.

– Вот чего бы я не желал. – Скривился я. – Мне нужна спокойная, размеренная жизнь в ближайшее время.

Я бросил короткий взгляд на карету.

– На свадьбу пригласишь? – поинтересовался оборотень вкрадчиво.

Улыбка невольно заиграла на моих губах.

– Обязательно. Как только моя избранница согласится.

Я вдруг почувствовал себя совсем юным перед умудренным опытом мужем. Впрочем, так оно и было, если говорить о семейной жизни. Да и Райд Серый Камень был старше меня, давно женат и имел уже взрослого сына.

– Она согласится. Кто ж тебе откажет, генерал? – подбодрил меня оборотень.

Из кареты послышался детский плач. Райд принюхался, посмотрел на меня внимательно, но ничего не сказал.

– Друг, ехать нам еще далеко, и мне бы хотелось добраться на место побыстрее.

– Где планируешь осесть? – поинтересовался оборотень.

– В Мейре.

– Мейр?! Данте, ты уверен, что ничего не перепутал? – от удивления у оборотня глаза на лоб полезли.

– Не перепутал. Эти земли мне пожаловал Нарваг ар Гэрхэй. У меня и бумаги с собой. А что не так с Мейром? – полюбопытствовал я, пытаясь припомнить, доводилось ли мне бывать там раньше.

Запределье протянулось узкой полосой между королевством Морейн и землями Хаоса. И Мейр находился хоть и в самом сердце, но как бы на отшибе – у самой западной границы. Там не было боевых действий, так что и делать особо было нечего. Мне – нечего. Ну, может, пролетал над ним раз или два, но и только.

А ведь и правда, подозрительно! Почему король пожаловал мне именно Мейр?

– С Мейром все не так, Данте! Это же проклятые земли на самой границе с Хаосом! Туда в здравом уме никто без нужды не суется! – просветил меня оборотень.

Неужели и здесь Нарваг ар Гэрхэй мне удружил? Похоже, не зря я подозреваю его величество в недобром… В любом случае я должен лично убедиться, насколько разумно ехать в Мейр с будущей женой и ребенком.

– Как работает это проклятие, Райд?

– Если бы я знал, вряд ли бы сейчас разговаривал с тобой. Да только у нас каждый ребенок тебе скажет, что от Мейра нужно держаться подальше.

Пожалуй, мне и правда следовало хорошенько подумать, прежде чем совать голову в ловко расставленные силки. Перспектива вырисовывалась не из приятных. Конечно же, остальные территории давно поделены между разными кланами, обитающими здесь. Искать другое место, означает открытый конфликт с кем-то из них. Да, я решил прибрать к рукам это место, но действовать планировал мирно, присоединяя кланы один за одним. Незадача…

– И где же тогда мне остановиться? – задал вопрос, который остро встал передо мной после таких новостей.

– Приглашаю вас погостить в моем доме, пока эта проблема не решится, – предложил Райд Серый Камень.

Глава 2

Лена-Эления

Генерал вернулся в карету и заявил:

– Планы поменялись, мы едем в гости.

– В гости? – удивилась я. – И к кому же?

– К оборотням.

Беляна ойкнула, закрыв лицо ладонями. А Анисья, испустив тоненький вздох, неожиданно повалилась в обморок. После минутного замешательства мы с Белкой бросились приводить ее в чувство, но пожилая женщина никак не желала приходить в себя. Не помогали ни ароматные соли, которые весьма кстати обнаружились у Белки, ни мои легкие пощечины.

Положение спас Хомка.

– Похоже, старушка-то наша окочурилась! Это что же, нам теперь ее прямо на дороге хоронить?

Анисья приоткрыла один глаз и прошипела:

– Я тебе окочурюсь! Ты сам у меня сейчас окочуришься, крысеныш полудохлый!

Встрепенувшись, Анисья приняла вертикальное положение и попыталась замахнуться на хомячка клюкой.

– Жива! Жива! – Белка радостно бросилась нянюшке на шею, одновременно спасая хомяка от расправы.

– Тю! Осторожнее, коза горная! Спина-а-а! – завопила няня.

Я переживала, что своей кутерьмой они напугают Сашку, но сынок лежал в люльке и таинственно улыбался, тихонько и как-то на удивление рассудительно «гыкая». За прошедшее время мой малыш подрос и изменился. Стал вполне себе осмысленным ребенком. Для меня – самым красивым и милым малышом в мире, естественно!

– Эй вы, тише! – шикнула я на них. – Генерал сейчас высадит вас за плохое поведение. Пешком пойдете. – Хомка, тебя это тоже касается.

– Да чо я-то? Я вам, вообще, бабулю оживил. Собой рисковал! Мне медаль за это положена. И орден! – возмутился хомячок.

– Хома, слово «окочурилась» – не самое удачное в данном контексте, – пояснила я.

– Усек! Анисья, ты на меня не серчай. Решил, что у тебя с переполоха такого молотилка не выдержала и встала, вот берега чуток и попутал. Кто ж знал, что ты просто под дохлую косишь? – «исправился» хомяк, больше играя на публику, чем чувствуя себя виноватым.

– Он сейчас что, меня косой обозвал? – зверея, уточнила Анисья.

Похоже, добрую половину сказанного хомяком-гопником она и не осознала даже.

Хомка почуял, что дело неладное, и бочком-бочком перебрался на прежнее место – позади Беляны и подальше от сердитой няни.

– Нянюшка, он просто разговаривать по-человечески выучен, да не приучен, – вмешалась я. – Но он старается по мере сил.

– Учусь! Вот те знак Эсклера! – Хомяк как заправский прихожанин в храме изобразил лапой знак бесконечности.

Нянюшка, ты лучше скажи, что именно тебя так сильно напугало у оборотней, что ты чувств решила лишиться?

Я ожидала какой угодно реакции вплоть до нового обморока, но Анисья неожиданно порозовела, словно девица на первом свидании.

– Так как же… Оборотни, они же… – Она покосилась на генерала. – У них же… Темперамент! – прошептала она, наклонившись к нам с Белкой ближе и многозначительно округлив глаза.

– Темперамент? – Я недоуменно приподняла брови, пытаясь сообразить, что именно нянюшка хочет этим сказать.

А сообразив, едва не прыснула! Сдержаться и не заржать в голос стоило мне серьезного усилия.

– Няня, мне кажется, что темперамента оборотней стоит опасаться только Беляне, – заметила я осторожно.

– А ведь наш генерал тоже в какой-то степени оборотень, но он совсем не страшный, – простодушно выпалила Белка. – Ой, а у него тоже темперамент? – спросила она полушепотом у Анисьи.

После короткой паузы и многозначительного взгляда нянюшки Белка ойкнула и закрыла лицо руками, осознав, что ляпнула лишнее. А я уставилась на Данте, ожидая реакции, но тот только улыбнулся и, пожав плечами, подтвердил:

– Без сомнений, в какой-то степени драконов тоже можно считать оборотнями, а насчет темперамента решать не мне. – Генерал подарил мне пристальный и какой-то слегка плотоядный взгляд.

Я невольно покраснела и, выглянув в окно, поспешила сменить скользкую тему:

– А это что за оборотни? В кого они превращаются?

– Волки. Здесь вождь их клана – Райд Серый Камень. Он отец того самого волка, которого мы освободили вчера на ярмарке. Удачно получилось. – Дракон усмехнулся.

При этих словах Беляна снова ойкнула и залилась краской до кончиков ушей. Странная реакция.

– А нам обязательно к ним ехать? – переживала Анисья.

– Не бойтесь, нянюшка, волки вас не съедят, – успокоил ее генерал.

– А я не за себя переживаю, за Элению! Кровиночка моя – вон какая красавица! Эти охальники и не посмотрят, что у нее дитя! Наслышана я об оборотнях ентих!

Нянюшка чопорно поджала губы.

– Эти охальники знают, что такое законы гостеприимства и подчиняются своему вождю, – заметил генерал. – Да и меня не стоит со счетов списывать.

Пока мы препирались, дилижанс тронулся и покатил дальше в сопровождении отряда оборотней. Эдакий правительственный кортеж получился. Ехали мы довольно долго. Только через час или полтора, свернули с основной дороги куда-то в лес. Движение замедлилось. То и дело я видела, как вокруг шныряют крупные звери. Непривычные к оборотням наши лошади всхрапывали и тоненько ржали. Один из волков нагнал карету и некоторое время бежал рядом, заглядывая в наше окно. Беляна не выдержала и демонстративно задернула занавеску перед его носом. Я отметила, что ее руки при этом подрагивали.

– Ты чего? – поинтересовалась я.

– Страшно мне, лейра… – ответила девушка шепотом и, алея щеками, покосилась на Анисью.

– Да ясно же все как день! Она из-за «темперамента» переживает, – пояснил за нее хомяк, старательно выговаривая новое для себя слово.

В поселение волков мы прибыли затемно. Лесная дорога оказалась не такой комфортной, как раньше. Я жутко устала от тряски, меня даже слегка укачало и мутило. Прижимая к груди Сашку, я вывалилась из кареты на руки генералу. Следом, кряхтя и охая, выбралась Анисья. Ее поясница, растревоженная дорогой, снова дала знать, и няня едва могла стоять на ногах.

Мы ждали-ждали, но Белка так и не появлялась.

– Беляна? – позвала я.

– Темперамента опасается! – Хомка, узнав новое слово, старательно им пользовался к месту и нет.

– Белка, выходи, дурища! – негромко, но строго прикрикнула на нее Анисья.

– Не выйду! – пропищала Беляна из кареты.

 В этот момент в свете неярких огней из-за деревьев показались многочисленные фигуры – женские и мужские. Когда они приблизились, я увидела, что мужчины почти все раздеты до пояса. Исключение составлял сопровождавший нас отряд – эти были в броне, но тоже надетой на голые торсы.

Выглядели волки интересно. Большинство мужчин косматые – с волосами не короче, чем до плеч, у многих заплетены на висках в косы, чтобы не мешали. Коротко стриженных не было вовсе. Мужчины постарше – носили аккуратные недлинные бороды. Независимо от возраста, все были сложены так, что хоть статуи с них ваяй! Эдакая концентрация тестостерона и мужественной красоты, но без слащавости.

Женской красоты тоже хватало с лихвой, но Белку пугала явно не она. Даже я – дитя своего мира и времени, и то слегка стушевалась под многочисленными пристальными взглядами и порадовалась, что успела намотать на голову сейр. Как будто он как-то мог меня защитить.

К нам приблизились двое мужчин. Один – постарше, второй – ровесник Данте на вид. Их сходство выдавало близких родственников.

– Лэрд, лейры, добро пожаловать в Волчье Логово! – приветствовал нас тот, что старше. – Меня зовут Райд Серый Камень, и я здесь главный. – Посмотрев на карету, он добавил: – Пока вы у нас в гостях, вы находитесь под покровительством волков. Лейра, ваших служанок никто не обидит, пусть не боятся.

При этих словах Беляна почти вывалилась из кареты. Как будто ее силой оттуда вытолкали. Подтверждая мои подозрения, следом за ней показалась слегка встрепанная Анисья, которая тут же схватилась за поясницу. Пожилая няня забралась обратно, чтобы «помочь» Белке, а я и не заметила.

– Прекрати нас позорить! – едва слышно прошипела она, крепко держа Беляну под руку.

Волчицы, что стояли поблизости, переглянулись, и едва заметно заулыбались. Похоже, у оборотней был прекрасный слух.

– Мои подданные покажут вам настоящее волчье гостеприимство. Если что-то понадобится, можете обратиться к любому члену стаи за помощью, – продолжил свою речь Серый Камень.

Вождь волков произвел на меня приятное впечатление. Надежный и основательный – вот что приходило в голову, глядя на него. Казалось, этот мужчина отвечает за каждое сказанное слово.

– Здравствуйте! – поприветствовала я присутствующих. – Меня зовут Эления дан Анатур. Лэрд Райд, рада знакомству. Благодарю за гостеприимство. Дорога и правда выдалась непростой. Нам хотелось бы отдохнуть и перекусить, если это возможно?

– Твоя избранница не только красива, но и крайне скромна, Данте, – заметил Райд Серый Камень. – Она просит о малом, в то время, когда предложено много большее. Лейра дан Анатур, вон идет моя жена Далила. Она устроит вас на ночлег.

К нам приблизилась женщина лет сорока навскидку, в нескромном наряде. На ней было что-то вроде парео или большого платка, надетого прямо на обнаженное тело. Концы парео был обвязаны вокруг шеи самым классическим образом. По крайней мере, на улицах столицы Верховедов, да и по дороге через Левшары я ничего подобного еще не видела.

Странно? Наверное. Но если немного подумать, становится ясно, что это удобно. Потяни за узел, и все – ты свободен. Не то что все эти корсеты и многочисленные юбки. Пока наденешь, пока снимешь… Если вспомнить, что мы имеем дело с оборотнями, их можно понять. Я не знаю, как часто они принимают звериный облик, но если делаешь это по нескольку раз за день, замаешься переодеваться и менять наряды.

Удивительно, но меня не слишком смущал тот факт, что человек может менять облик. Хоть я и не видела, как это происходит, но в душе как будто успела свыкнуться с этой мыслью. Наверное, потому что путешествую с человеком, который умеет принимать облик гигантского ящера, дышащего огнем. Так что мне какие-то там волки?

Вдруг стало безумно интересно, как выглядит Данте, когда становится драконом? Насколько он большой? А какого цвета? Нет, я понимаю, что вроде как черный. Но какой именно? Пятнышки есть?

– Генерал. – Далила вежливо, но с достоинством поклонилась Данте. – Лейры. – Второй исполненный королевского достоинства кивок достался нам.

– Далила, наши гости желают поесть и отдохнуть с дороги.

Райд Серый Камень глядел на свою жену с теплом и любовью, и женщина ответила ему таким же говорящим взглядом. Определенно их отношения крепкие и не угасшие за годы совместной жизни. Приятно было наблюдать подобное. В какой-то степени я даже им позавидовала.

– Конечно, дорогой. Для наших высоких гостей я приготовила самый лучший дом – наш, – пояснила она и улыбнулась. – Прошу за мной.

Все это время парень, так похожий внешне на вождя волков, молчал, при этом неотрывно глядя на меня. Понимаю, этот народ отличается свободой нравов, но неприлично же вот так на человека таращиться!

Поселение, где мы оказались, было скрыто за деревьями, но стоило пройти совсем немного вглубь леса, и мы оказались на широкой улице, где кипела жизнь, несмотря на поздний вечер.

Окна одноэтажных просторных домов с цветниками и небольшими огородами уютно светились. Рядом была организована детская площадка, где резвились ребятишки. Качели крепились прямо на ветках. Веревочные лестницы вели в домики на деревьях. Соединенные подвесными мостиками, они представляли собой настоящий городок. Эдакий панда-парк в местном исполнении.

Улица уходила вдаль, ее пересекали переулки, и было трудно судить о масштабах поселения. Но под описание «наша улица в три дома» она точно не подходила.

– Как же так? Только что мы были посреди леса, а здесь целый городок! – удивилась я.

– Охранная магия. Чужак, который попал сюда без приглашения, мог бы долго блуждать совсем рядом, но так и не попасть в Волчье Логово. Заговоренные тропы уводили бы его прочь в чащу или в болото, – пояснила Далила.

– Надо же! А если человек просто заблудился и нуждается в помощи? Его тоже в болото? – возмутилась я.

– Нет, конечно! Такого дозорные встретили бы и проводили к дороге или приютили в поселении на время, если возникла бы такая необходимость. Ну а если это шпион или кто-то с недобрыми намерениями, туда ему и дорога.

– Как интересно! А у нас тоже будет что-то подобное? – Посмотрела я на Данте.

– Подобное не обещаю, но охранную магию организую непременно. Вы с Александром будете в полной безопасности.

Нас поселили в большом красивом доме – единственном двухэтажном, который я здесь заметила. Архитектура зданий в волчьем поселении чем-то отдаленно напоминала мне шале. Бревна, двускатные крыши, просторные террасы, и все это в окружении вековых деревьев, кроны которых терялись в полумраке ночного неба.

– Надеюсь, наш скромное жилище, придется по вкусу высоким гостям? – низким приятным голосом поинтересовалась Далила.

– Кажется, нам сейчас придется по вкусу любое жилище, где нет насекомых, сквозняков и вони, – ответил генерал.

– И которое стоит на месте, а не едет, – добавила я, чем вызвала улыбку на губах гостеприимной волчицы.

В доме пахло травами, хвоей и нагретым на солнце деревом. Большой, выложенный грубым камнем камин встретил нас на первом этаже в гостиной. Вычурная люстра из отполированных оленьих рогов точно сошла с разворота журнала по дизайну. Сколько же я их пересмотрела в прошлой жизни, пока выбирала оформление для собственного жилья!

Грубая деревянная мебель и притом мягкие кресла, накрытые накидками из сшитых звериных шкурок. Все это отлично сочеталось между собой, не вызывая чувства дисгармонии.

А еще тут было много живых растений в горшках. Буквально повсюду зелень!

– У вас очень уютно, Далила! – искренне похвалила я волчицу, и той это пришлось по душе.

– Лэрд, лейра, простите за бестактный вопрос, но я так и не поняла, вам нужны общие покои или раздельные? – спросила волчица.

Прежде чем мы с Данте успели открыть рот, заговорила Анисья:

– Конечно, разные, лейра! Где это видано, чтобы порядочная девица ночевала вместе с мужчиной, который не является ее мужем?

– Еще раз, простите меня! У нас несколько иные порядки, но я ни в коем случае не желала оскорбить лэрда генерала и лейру дан Анатур.

Далила сделала знак служанке, незаметно выскользнувшей откуда-то из тени.

– Рима, проводи лэрда в гостевые покои и помоги ему устроиться. Выполни любое его пожелание, о чем бы он ни попросил.

Красивая и гибкая, точно плеть, волчица кивнула. Одета она была так же фривольно, как и остальные женщины в этом месте, но почему-то мой взгляд приковала ее грудь, под обрисовавшим контуры поджарого тела эфемерным парео. Она выступала остро и как-то особенно дерзко. И голову девушка держала высоко и гордо, а смотрела исключительно на моего генерала.

От ее вида, и от оценивающего взгляда Данте, которым тот окинул ее, я ощутила чувствительный укол ревности. А еще от слов Далилы, показавшихся мне чересчур однозначными. Она что же, намекает на нечто непристойное?!

 А чего я удивляюсь? Подобное и на Земле когда-то местами до сих пор принято.

– Лэрд генерал, наш вождь ждет вас для беседы, если вы в состоянии уделить ему время, – вмешался в разговор вошедший в дом парень.

– Да, конечно, – ответил ему генерал и посмотрел на меня. – Эления, отдыхайте и ни о чем не переживайте. Я скоро вернусь.

С этими словами он ушел, а Далила жестом пригласила нас следовать за ней.

– А в дороге лэрд и лейра ночевали в одной комнате. И даже спали в одной постели! – громко прошептала позади Белка, когда мы поднимались на второй этаж.

– То в дороге! Это не считается! – сварливо ответила ей Анисья.

Шедшая впереди нас Далила едва заметно повела головой. Она прекрасно все расслышала, но сделала вид, что не заметила.

Нам с сыном отвели отдельные покои, состоящие из гостиной и спальни, а Белке и Анисье выделили – комнату по соседству. Мои служанки пожелали нам спокойной ночи, и Беляна передала мне Сашку, которого несла наверх, чтобы дать мне немного отдохнуть.

Место, где нам с сыном предстояло ночевать, оказалось просторной спальней с огромной кроватью по центру. Не иначе – хозяйская! И, о счастье, в примыкающем санузле тоже была моя любимая волшебная сантехника, инкрустированная драгоценными камешками!

Я чуть от радости не завопила, поняв, что волки тоже под кусты не ходят, и удобства для них – не пустой звук.

– Вы оказали мне честь, отдав собственные покои? – поинтересовалась я.

Далила улыбнулась и согласно кивнула.

Было неловко стеснять семью вождя, но сил на споры у меня уже не осталось. Опять же подготовка других покоев займет время, а уже поздно. Не стоит лишний раз тревожить людей дурацкими капризами. Да и кто знает, вдруг отказ занять эту спальню будет воспринят как оскорбление?

Смирившись, я в очередной раз поблагодарила хозяйку:

– Спасибо!

– Все для дорогих гостей. Под дверью будет дежурить Лада. Это и прислуга, и охрана одновременно. Достаточно просто позвать ее, и она выполнит все ваши пожелания, если только их возможно выполнить. У Лады отменный слух, так что она услышит, если вы позовете ее по имени, – сообщила хозяйка дома.

– Но у меня есть свои служанки…

Я так сказала, потому что без Данте и Анисьи с Белкой почувствовала себя неуверенно.

– Конечно. Но они ведь тоже устали с дороги? К тому же дом им не знаком. И, насколько я поняла, старшей служанке требуется помощь лекаря? – мягко возразила Далила.

– Прихватило спину. У нее есть какие-то снадобья с собой, но помощь точно не помешала бы, – согласилась я.

– Я пришлю к ней своего лекаря. Лейра Эления, если пожелаете, то служанка может размять вам тело перед сном.

Массаж? Ох… Я бы не отказалась, но не стоит совсем уж расслабляться.

– Спасибо большое за заботу, но не стоит. Лучше я сразу лягу спать.

– И все же рекомендую сначала поесть и накормить ребенка.

– Конечно. Что-то я уже совсем не соображаю. Вот даже про Анисью не вспомнила… – пристыдилась я.

– Лейра Эления, вам сейчас и не до этого. Нужно думать о малыше каждую секунду, другим перепадает куда меньше внимания, когда мать заботится о своем ребенке. Кстати, я велела принести колыбель для вашего сына, или можете положить его с собой, если так удобнее. Кровать достаточно просторная…

Волчица улыбнулась и вдруг просительно посмотрела на меня.

– А можно мне его подержать?

Далила мне нравилась. Вызывала доверие, что ли? Поэтому я не стала возражать и осторожно передала ей Сашку. Волчица приняла моего сына так, словно он был драгоценностью, и ее лицо при этом как будто просветлело. Сынок что-то прокряхтел, но не расплакался, а принялся рассматривать склоненное над собой лицо, а потом схватил волчицу за прядь волос и потянул.

– Чудесный малыш! – похвалила Далила, морщась одним глазом, и ее улыбка стала шире.

– Спасибо! – поблагодарила я ее и тоже улыбнулась в ответ.

– Сколько лет прошло, когда я держала на руках Ульриха… Жаль боги не дают нам с Райдом больше детей.

– А вы бы хотели еще деток?

– Хотели бы. Но, похоже, такова наша с Райдом судьба, – с грустью ответила Далила. – Я слышала, что вчера вы помогли Ульриху? Они с мужем те еще заговорщики, скрывают от меня все подробности. Не хотят волновать. Но я-то знаю – случилось что-то неприятное…

Волчица определенно намекала на то, чтобы я поделилась подробностями.

Вот только стоило ли? Муж и сын не желали ее беспокоить…

С другой стороны, все ведь уже закончилось, так почему бы не рассказать? По себе знаю, как тяжело пребывать в неведении. И как бесит, когда от тебя только отмахиваются. Не раз на себе испытала, когда интересовалась у мужа, почему он задержался на работе.

Взвесив за и против, приступила к рассказу:

– Мы были в Левшарах на ярмарке и увидели волка в клетке. Его заметила моя служанка, и нам пришлось вмешаться. Мы освободили волка, и он убежал. Все. – Я не стала вдаваться в подробности и объяснять, что клетку разрушила моя магия. – Признаюсь, я даже и не подозревала, что мы помогаем оборотню, если честно.

– Лейра Эления, спасибо, что вмешались и спасли моего ребенка от страшной участи!

– Без Данте вряд ли мы хоть что-то смогли бы сделать.

– Да, но ведь именно ваша служанка заметила Ульриха? Вы могли приказать ей не вмешиваться, но вместо этого попросили генерала о помощи. Так что я и ваша должница тоже. Эления, вы всегда можете обратиться ко мне за помощью. В любое время. Помните об этом.

– Спасибо, я буду иметь это в виду, – поблагодарила я ее, и мне показалось, что в этом мире у меня стало на одного друга больше.

Сашка закряхтел и засучил ногами, и Далила передала его мне.

– Что вы желаете на ужин? Может, хотите чего-то особенного?

– Просто горячая еда и питье, – скромно обрисовала я круг своих пожеланий.

Есть хотелось зверски и желательно чего-то жиденького. Весь день мы только перекусывали.

Волчица кивнула и направилась к выходу. На пороге Далила обернулась и сказала неожиданно:

– Эления, не переживайте за вашего дракона. Он уже выбрал вас, значит, останется верным навсегда. Истинным не изменяют.

Я долгое мгновение смотрела на нее с благодарностью, а затем от души пожелала:

– Далила, пусть у вас с мужем все получится, и Рада пошлет вам малыша!

Глава 3

Ужин подали мгновенно. Нежное мясо с овощами и пряностями, наваристая похлебка, теплый ароматный хлеб. А на десерт – свежие ягоды, от которых я с сожалением отказалась. Побоялась, что у Сашки разболится животик. Поев и накормив сына, уложила его рядом с собой – так было уютнее и спокойнее в чересчур просторной комнате.

Уснула мгновенно, а проснулась будто от толчка. Затаив дыхание, я прислушалась, пытаясь понять, есть здесь кто-то еще или это просто отголоски дурного сна меня растревожили? По ощущениям на дворе стояла глубокая ночь. Сколько мне удалось поспать? Час? Два?

Тревога не отступала, и я приоткрыла глаза, взглянув из-под ресниц. На фоне большого окна отчетливо выделялась мужская фигура.

– Кто здесь? Я закричу! – предупредила строгим шепотом, а у самой поджилки затряслись.

Мелькнула мысль, что это нелогично, но инстинктивно я старалась не разбудить и не напугать спящего сына.

– Не бойтесь, лейра! Я не причиню вам вреда! – так же шепотом ответил мне незнакомец, выставив открытые ладони.

– Ульрих?! – узнала я ночного гостя и села на постели. – Ты же Ульрих! Сын Далилы и Райда!

– Верно. А еще я – тот самый волк, которого вы освободили из клетки, лейра.

– Поверить не могу! – ерничала я от возмущения.

Убедившись, что сыночек спит, я поднялась, завернувшись в длинный халат, и подошла к оборотню ближе. Ульрих походил на своего отца. Прямо копия, разве что значительно моложе, и более сухой и жилистый, а в волосах пока нет и намека на седину.

– Прошу прощения, что потревожил вас, лейра Эления, но мне нужно с вами поговорить.

– А нельзя было отложить разговор до утра? – поинтересовалась я, едва сдерживая зевоту.

– Не думаю, что генерал с вас хоть на минуту глаза спустит. Он и сейчас был бы здесь, да отец увлек его разговором. К тому же моя мама… Она настрого запретила мне приближаться к вам. Боится, что генерал будет ревновать, и это может плохо кончиться.

Сказанное повергло меня в легкое недоумение.

– Глупости какие… – пробормотала я и уточнила: – Ты утверждаешь, что твой отец отвлекает сейчас генерала, чтобы ты мог со мной спокойно поговорить?

– Не совсем так, просто удачное стечение обстоятельств.

Что ж, у всех свои странности. Я решила не вникать, да и спать больно хотелось. Сдерживая зевоту, я опустилась в кресло, стоявшее прямо у окна и, посмотрев на оборотня, поинтересовалась:

– Обязательно было лезть через окно?

Ульрих сверкнул клыкастой улыбкой, или это в свете луны мне показалось, что его клыки чуть острее, чем у нормальных людей?

– Обязательно. У порога дежурят соглядатаи матери, ей тут же доложат, что я здесь, и она мне головомойку устроит, а я этого страшно не люблю!

– И будет права! Ульрих, тебе не кажется, что слегка невежливо врываться вот так, когда люди спят? В твоем возрасте пора бы об этом знать, – поддела я оборотня, не сдержавшись.

– Совершенно верно, лейра! Но разговор действительно важный! Лейра Эления, вы спасли меня, и я хотел сказать, что можете рассчитывать на ответную услугу в любой момент. Волки всегда платят долг жизни.

– Спасибо, Ульрих. Но тебе скорее Беляну стоит благодарить, а не меня. Если бы не она, мы бы даже не узнали, что ты в беде. Это моя служанка увидела тебя и бросилась на помощь.

– Ей я тоже благодарен, но именно вы освободили меня из клетки. Счет шел на минуты. Это не простая клетка, она вытягивала из меня магию. Час… Может, два, и я бы превратился в дикого зверя, неспособного больше принять человеческий облик. Только ваша магия меня спасла – разрушила артефакт, так что именно вам я обязан тем, что остался в здравом рассудке. Родители о том не знают. Мама, вообще, не в курсе подробностей, а отцу я не говорил про то, что клетка магическая. Он… Он бы рассердился на меня за то, что я подверг свою жизнь такой опасности.

– Твое положение было куда хуже, чем казалось на первый взгляд, – заметила я, слегка шокированная.

– Точно!

Ульрих присел на подоконник и уставился куда-то в противоположную стену, как будто переживая все заново.

– Ты догнал того урода, который задал стрекача? – поинтересовалась я, чтобы отвлечь его от грустных мыслей.

– Догнал. И убил. Но сначала допросил.

Ответ оказался настолько же жестким, насколько прямолинейным, но я отреагировала удивительно спокойно. Даже нигде ничего не дрогнуло, как будто подобное в порядке вещей. Наверное, привыкаю к новым реалиям потихоньку?

– Полагаю, он заслужил свою участь?

– Заслужил, – подтвердил Ульрих. – Он был из «ловцов».

– Кто такие «ловцы»? – спросила осторожно, чувствуя какое-то внутреннее напряжение.

– Охотники на оборотней, – ответил Ульрих с легкой заминкой.

– Расскажешь?

Волк оценивающе посмотрел, словно решал, посвящать ли меня в какую-то тайну. Мне вдруг показалось, что ситуация чем-то похожа на мою. Ульрих – тоже сын, пусть уже взрослый. Его тоже пытались похитить, и судя по всему, за это кто-то заплатил. Я решилась поделиться:

– Ульрих, моя мачеха продала моего сына неизвестно кому. За нами тоже охотятся, и если бы не генерал, не знаю, был бы ли еще мой ребенок со мной.

Похоже, мои слова разрушили последние сомнения, и Ульрих принялся рассказвывать:

– Все началось около года назад. Оборотни отправлялись по делам в Левшары и другие места неподалеку, и не возвращались. Пропадали парни и девушки, но сначала никто ничего дурного не заподозрил. У нас бывает, что молодежь уходит из отчего дома на поиски счастья, или просто странствовать. Такое не редкость. Некоторые возвращаются, но не все.

– Когда же вы поняли, что их похищают?

– Последней пропала Хельга – девушка моего друга Бриана. Они собирались пожениться этой осенью, так что она не могла просто взять и уйти. Они очень любили друг друга.

– И как это случилось?

– Хельга оставила записку, но не Бриану, а мне. Написала, что решила сделать особенный подарок жениху и отправилась в Левшары за ним. В записке она написала, где планирует остановиться, и обещала вернуться через два дня. А если нет, тогда просила рассказать обо всем Бриану. Мой друг что-то почувствовал. Он очень волновался, и когда я пришел и передал записку ему, очень расстроился. Сказал, что я должен был сделать это сразу. Мы поссорились и даже едва не подрались. Он один направился в Левшары, чтобы найти Хельгу. Меня с собой не взял и даже не сказал, что пойдет туда.

История Ульриха взволновала меня.

– И что случилось дальше? Бриан тоже пропал?

– Нет, он вернулся наутро и рассказал, что Хельга остановилась в самой дешевой гостинице в пригороде. В ее номере все было перевернуто вверх дном, когда он пришел.

– Там был обыск?

– Скорее, драка. Пропали все вещи Хельги, кроме одной – браслет, который Бриан ей подарил. Да и тот валялся под окном снаружи. Порванный и со следами крови Хельги…

Ульрих замолчал. Похоже, он чувствовал свою ответственность за пропажу девушки.

– А он спрашивал работников и хозяина гостиницы?

– Пытался. – Ульрих усмехнулся.

– И, конечно же, никто никого и ничего не видел? – констатировала я.

– Верно. Пока мы искали, пока сообщили совету старейшин, пока те думали, что делать, пропала еще одна волчица. Тихоня Луана, которую мать послала за покупками. Безобидная и девушка, которую считали лунной странницей.

– Лунной странницей? – переспросила я.

– Она была слегка не в себе, – пояснил Ульрих, красноречиво покрутив ладонью у виска. – Но ей бы точно не пришло в голову отправиться в путешествие в одиночку и без разрешения родителей.

– И что дальше? Что решил совет?

– Они боятся нарушить правила. Наши ведь не могут просто так заявиться в Левшары и навести там порядок. Это кончится войной.

– Бюрократия… Куда же без нее, – пробормотала я, понимая, что с точки зрения политики все верно.

Надо обращаться к властям, но это должен сделать кто-то вроде Райда, а не Ульриха.

– Вроде того, – согласился оборотень. – Поэтому я и решил действовать. Сам отправился в Левшары на ярмарку и притворился деревенским дурачком. Да еще нарочно засветился с оборотом, чтобы наверняка. Подумал, раз им нужны оборотни, это имеет значение.

– И у тебя получилось, – констатировала я.

– Да! Они клюнули и куда быстрее, чем я ожидал, потому и попался. Я снял комнату на постоялом дворе недалеко от того места, где похитили Хельгу. Ждал, что нападут ночью, если, вообще, нападут, но ловцы совсем обнаглели. Взяли меня сразу же.

– Но как ты им поддался?

– Что-то было в питье.

– Выпивка еще никого до добра не доводила, – пошутила я. – Многие на этом погорели.

– Я пил воду! – возмутился Ульрих. – Похлебка, что мне подали на обед, оказалась слишком острой. Жажда замучила, и я попросил воды. Выглушил целый кувшин, после чего мгновенно отключился, а пришел в себя уже в клетке. Как и когда принял волчье обличье, даже не помню!

– Похоже, работают они профессионально, продумав каждый шаг.

– Так и есть. Доставщик – тот самый покупатель, которого я догнал и допросил, рассказал, как у них все устроено: ловцы выслеживают и похищают одиноких оборотней в городе, подливая в питье особое зелье. Оно без вкуса и запаха, так что даже в воде его не распознать при всем желании.

Мне это совершенно не понравилось.

– Очень предусмотрительно! Таким средством можно любого одурманить!

– Верно! Иначе с оборотнями у них ничего бы не получилось. Мы тонко чувствуем запахи. Малейшие оттенки. Сразу можем понять, если с пищей что-то не так.

– Скажи, ты действительно применил пытки, чтобы он все это тебе поведал?

– Не пришлось. Двинул пару раз по дых, и он запел как птичка. Разве что…

– Что?

– Этот урод был настолько самоуверенным, что даже не считал нужным запираться!

Я лишь покачала головой. Рассказ Ульриха и свежий воздух из открытого окна согнали остатки сна. Я зябко поежилась, и оборотень накинул мне на плечи плед, который лежал на подоконнике.

– Спасибо! – поблагодарила я и попросила его продолжить рассказ.

– Ловцы действуют по хитрой схеме. Поймав очередную жертву, они просят продавцов живности на рынке присмотреть за товаром, пока покупатель не приедет. Якобы срочно нужно уехать, а за волком вот-вот придет покупатель. Предлагают хорошую плату, но не слишком большую, чтобы выглядеть подозрительной. Кто откажется от такой пустяковой просьбы? Никаких затрат на содержание. Нужно лишь присмотреть за зверем час или два, передать покупателю и получить остаток гонорара. Снадобье, которым ловцы меня усыпили, действует довольно долго, а клетка с виду используется самая обычная. Если зверь не проснется, продавец и не заподозрит, что присматривает за оборотнем.

– А если даже и догадывается, то ему все равно… – заметила я, вспомнив того самого мужика, который продавал «кошаков».

Мне показалось, что он прекрасно понимал, что ввязался во что-то дурно пахнущее, но деньги ароматами не обладали.

– Даже если и заподозрит что-то, то будет поздно дергаться. Ловцов уже след простыл, а опасный товар нужно сбыть с рук во что бы то ни стало. Сбыть и забыть об этом побыстрей, – подтвердил оборотень.

– Ну да, выпустить тоже страшно. Вдруг ловцы явятся потом с разборками к нему домой. У каждого дети, жена…

Ульрих согласно покивал.

– За «товаром» приезжал тот самый человек, которого, я… Ну, того… Шею свернул.

– Всегда только он?

– Других он не знает, даже если они есть, но подозревает, что не один. У нас ведь не единственное поселение, где живут оборотни. Так что мы не знаем, сколько всего похищенных.

Я задумалась. Похищение оборотней приобрело массовый характер. Интересно, а конечный потребитель товара один, или они разные? И кто он? Маньяк какой-то? Или все прозаичнее?

– Ульрих, а этот самый «доставщик» знал, кому он должен был тебя передать?

На лицо оборотня легла тень.

– К сожалению, нет. Заказчик получает товар в условленном месте. Они с доставщиком никогда не встречаются. А, может, оборотня там забирает очередной посредник. Этого тот мужик не знал.

Я задумалась, пытаясь осмыслить схему.

– Умно у них все устроено. Посредник не знает в глаза ловцов. А те – посредника. Временные продавцы постоянно меняются, рынки тоже? – уточнила я.

– Уверен, что так и есть. Из нашего с доставщиком напряженного, но содержательного разговора я понял, что оборотней не всегда продавали там же, где они были пойманы. Все устроено таким образом, что звенья цепочки не контактируют между собой напрямую. Так что след Хельги здесь теряется. Как и остальных несчастных…

Мне стало не по себе, и я обхватила себя за плечи.

– Жаль, что тебе не удалось больше ничего выяснить.

– Да… Но все равно теперь я знаю намного больше, чем раньше. Я смог убедить отца, что это не выдумки влюбленного Бриана, и Хельга никуда не сбегала. Она была очень своенравной волчицей и доставляла проблемы. Вот все так и решили. Но теперь точно известно, что похищенных было больше. Возможно, намного больше!

– Ульрих, я искренне тебе сочувствую и Бриану тоже. Неизвестность – это ужасно. Надеюсь, теперь получится выйти на этих заказчиков и найти пропавших. Но… Больше не действуй в одиночку, ладно? Твоя мама очень беспокоится за тебя. Ты у нее один.

Я дотянулась и тронула оборотня за локоть. Он согласно опустил голову.

– Да. Я был чересчур самонадеянным, это правда. Думал, что уж меня-то им не обмануть, а вышло как вышло…

Мы замолчали, погрузившись каждый в собственные мысли. Ситуация мне не нравилась, и я решила поговорить об этом с Данте. Если он собирается здесь править, ему все равно придется с этим разбираться рано или поздно. Но как оборотень отнесется к тому, что я его выдам?

Я взяла парня за руку и сжала его пальцы.

– Ульрих, нужно рассказать об это генералу ар Шахгару. Уверена, он сможет что-то посоветовать, – попыталась я его уговорить.

Реакция превзошла ожидания. Ульрих стиснул мою руку и, опустившись передо мной на одно колено, заглянул мне в глаза.

– Спасибо вам, лейра Эления! Я сам собирался попросить вас об этой услуге. Если бы не вы, не знаю, где бы я сейчас был, а генерал, он… Отец запретил его беспокоить, и тогда я решил…

Оборотень не успел закончить мысль. Дверь спальни отворилась, и на пороге возник Данте собственной персоной.

– Ульрих? Эления? Что здесь происходит?

– Э-э… К-хм! Генерал, я… – Оборотень поспешно выпустил мою руку и поднялся. Он походил на мальчишку, застигнутого за просмотром сайтов с неподходящим возрастным рейтингом. – Пожалуй, мне пора.

Ульрих попытался ретироваться тем же путем, которым попал сюда – через окно. Ухватила его за запястье, не позволяя улизнуть.

– Останься! – сказала твердо и тоже поднялась из кресла. – Данте, тебе стоит послушать историю Ульриха, – обратилась я к генералу. – Поверь, это очень интересно.

Дракон молча буравил меня потемневшими глазами, и я видела, что он едва справляется с собой.

Его взгляд медленно сместился на мою руку, все еще сжимающую запястье волчонка.

Очень красноречиво! Неужели ревнует?

Ревность – плохое чувство. Следовало убить его на корню. Выпустив Ульриха, которой, кажется, передумал, убегать, я подошла к Данте и взяла его руки в свои. Стиснув пальцы, попросила шепотом, чтобы не разбудить Сашку:

– Идемте, поговорим в гостиной. – И потянула дракона за собой.

Мягко ступая, мы все покинули спальню, а я мысленно смирилась с тем, что выспаться мне сегодня не удастся. Сынок вот-вот проснется и потребует его накормить.

Ульрих, у которого в голове все сложилось после нашей беседы, смог куда более сжато и коротко поведать о том, что он успел узнать о похищениях оборотней. Данте слушал, не перебивая. Лишь потом задал несколько уточняющих вопросов.

– С этим нужно разобраться, – согласился он. – Я не позволю никому бесчинствовать на своих территориях.

– Уверен, отец предоставит любую помощь. Сейчас его возможности ограничены. Оборотни не могут действовать законно на территории, которая нам не принадлежит.

– Я обладаю определенными полномочиями во всех княжествах Морейна и меня пока никто не лишал этого права. Завтра я поговорю с Райдом, и мы подумаем, с чего можно начать расследование. После того, как ты улизнул из лап ловцов, они могут затаиться на какое-то время.

– И верно… – расстроился Ульрих.

– Не переживай, зато ты выжил и смог рассказать о том, что произошло. – Поддержала его я и добавила, глядя на Данте. – А у нас пока будет время устроиться.

Ульрих ушел, еще раз извинившись за столь поздний визит. Повисла тишина. Я не считала, что в чем-то виновата, потому не торопилась оправдываться. А о чем думал генерал, я не знала. Но определенно он был чем-то взбудоражен. И это точно была не пропажа оборотней.

Генерал обвел взглядом комнату, а затем уставился прямо на меня.

– Эления… – выдохнул он с такими интонациями, что у приятная вибрация по всему организму прошла.

Смутившись, я неожиданно для себя довольно улыбнулась и спросила:

– Что?

Генерал вдруг схватил меня и притянул к себе. Обнял, крепко прижав. С усилием гладя и растирая мне спину. Его ладонь обжигала через тонкую ткань ночной сорочки и такого же тонкого халата. Волны жара расходились по телу. Бежали маленькими молниями по коже, выстреливая в кончики пальцев. Грудь тут же напряглась, дыхание участилось. Желание, острое, точно кайенский перец, и такое же пряное, прокатилось по моим венам. Сводя с ума, лишая лишних мыслей…

Я затаилась, наслаждаясь ощущениями. Полной грудью вдыхая запах такого желанного мужчины и пытаясь понять, что со мной происходит и почему? Пытаясь не сорваться в пучину.

Почему столь острая реакция? Как это, вообще, возможно? Или это тело Элении так реагирует. Хотя… Теперь оно мое. И мысли тоже мои. И реакции…

– Эления, я… Когда увидел его рядом с тобой… Я едва сдержался. Думал, оторву голову на месте. Я никогда… Потерял контроль…

– Не потерял, Данте, – выдохнула я на какой-то неожиданно мягкой ноте. – Ты прекрасно держался. Но не надо меня ревновать, пожалуйста…

– Не могу!

Странно, но фраза, в которой не было ни одного рычащего звука, отдалась рокотом далекого грома внутри меня, вспугнув бабочек в животе.

– Не могу. Не желаю, чтобы мужчины посещали твою спальню ночью! Независимо от причины!

В отличие от генерала я себя сейчас почти не контролировала. Вопреки здравому смыслу. Не думая о недавних родах, я поднялась на цыпочки и закрыла рот Данте жадным поцелуем.

Глава 4

Данте ар Шахгар

Ревность сжигала меня, и я ничего не мог с этим поделать. Умом понимал, но инстинкты так тяжело побороть! И даже сейчас, когда драконья суть подверглась враждебному влиянию, чувства не притупились. Напротив! С каждым днем… С каждым проведенным рядом часом наша связь только крепла. И этому было объяснение: наш малыш, который мирно сопел в своей колыбели. Он был главным подтверждением того, что Эления – моя женщина.

Моя и только моя! А значит, никто не смеет ошиваться рядом без моего ведома!

Не убить волчонка на месте помог отработанный годами самоконтроль. Эления почувствовала, что со мной происходит. Пусть не поняла, но инстинктивно оказалась рядом. Ее нежные пальчики нашли мою руку, и душу словно омыло волной тепла. Меня попустило достаточно, чтобы я смог мыслить и говорить, а не рычать.

Хотя… Мыслил я не так уж здраво.

Ночь выдалась особенной. Напоенная безудержной, дикой магией Запределья и приправленная, точно специей, магией Хаоса, она походила на свежий морской бриз, перемешанный с ароматом южных пряностей – кружила голову и толкала на безумства. Не только меня…

Когда мы остались одни, я попытался объяснить Элении, что почувствовал, когда увидел ее рядом с волком, но… Она буквально заткнула мне рот поцелуем! Знаю, эту банальную фразу используют солдаты и наемники, сидя у костра вечерком и делясь своими постельными похождениями с излишне болтливыми девками. Не подозревал, что испробую такое на себе!

Когда это Эления стала такой смелой? Ее напор одновременно удивил и даже слегка рассердил меня: да как она посмела так вести себя с драконом?

Из груди вырвался глухой звук, похожий на рычание. Моя рука скользнула в чуть спутанную после сна копну шелковых волос, аромат которых казался ярким и призывным. Приласкав затылок Элении, я сжал пальцы, запрокинув ей голову. Из горла моей женщины вырвался низкий призывный стон, и все, что могло у меня окаменеть, окаменело.

Я ласкал ладонью ее талию… Хотя нет, давно уже не талию, а приятную упругую выпуклость ниже. И сейчас потянул на себя. Прижал, не давая отстраниться. Заставляя прочувствовать, что она натворила своим неразумным поведением. Подсознательно желал ее припугнуть, чтобы одумалась, но добился противоположного эффекта.

Эления резко вдохнула и, приподнявшись на цыпочки, обвила мое бедро ногой. Потерлась, словно кошка, и откинулась чуть назад, взглянув из-под ресниц. Затуманенный желанием взгляд разлился горячим медом по моему телу. Казалось, я кожей чувствую исходящие от моей пары волны возбуждения. Это было удивительно приятно и ново. Ведь в нашу первую ночь все было совершенно по-другому, несмотря на дурман Сердца Рады.

Налитые груди Элении с призывно выделяющимися под тонкой тканью сосками приковали мой взгляд незримыми цепями. Тепло ее тела, его аромат, наполненный страстью и ожиданием, кружили голову не хуже вина из королевских подвалов, а действовали почище, чем самая забористая сивуха в кабаках городского дна.

Потеряв остатки здравого смысла, я подхватил Элению на руки. Ее стройные ноги тут же обвили мою талию, и я ощутил, какая она жаркая и готовая. Наши взгляды встретились. В широко распахнутых серебряных глазах я увидел призыв, на который не мог не откликнуться, даже если бы хотел.

Розовый, манко приоткрытый и такой беззащитный рот со слегка припухшими, чуть влажными губами сам напрашивался на поцелуи. Мой язык ворвался внутрь, и Эления на миг растерялась, но приняла правила игры, отвечая мне с тихими стонами, от которых по коже шли волны удовольствия.

Не прекращая целовать, я понес ее в спальню.

– Нет! Там Сашка! – выдохнула она мне в рот, на такой ноте, что у меня все зазвенело от окрепшего донельзя желания.

Подоконник, предназначенный для чтения, показался достаточно широким, а еще на нем лежали несколько подушечек. Оценив обстановку, я решил, что там будет достаточно удобно, и изменил траекторию. Усадив Элению, принялся целовать ее шею, подбородок. Спустил с плеч сорочку. Ворот был слишком узкий, пришлось его слегка расширить, чтобы увидеть полные молока груди с крупными сосками. Блеск луны на светлой коже окончательно свел меня с ума…

– Нет! Не трогай их… – выдохнула Эления, а затем ее руки надавили мне на голову, опуская ниже, направляя…

Одновременно она прогнулась, подставляя животик, немного мягкий еще после того, как она выносила и родила моего сына, и такой желанный!

Сорочку я разорвал до самого низа, и под ней не было ничего ровным счетом. Полюбовавшись на округлившееся тело, которое приобрело более женственные формы, чем в нашу первую ночь, я остался очень доволен.

Эления постанывала и вздрагивала от моих поцелуев, ей было приятно и щекотно одновременно, а движение бедер подсказывало, чего она от меня ждет. И я покорился, наслаждаясь вкусом любимой женщины, ее стонами, дрожью, тихими мольбами: она то требовала прекратить, то продолжить.

Пришлось чуть придержать ее, чтобы не сбежала, и наградой мне стали частые всхлипы и вцепившиеся в мои волосы пальцы. Эления достигла пика очень быстро. Желание и в ней копилось не одни сутки, теперь это было понятно. Как и во мне…

Заплакал ребенок. Требовательно и надрывно, словно от приснившегося кошмара. В тот же миг Эления разом изменилась. Выскользнула из моих объятий, на ходу закутавшись в остатки ночной рубашки и халат. Скрылась в спальне, и плач тут же стих, а до меня донесся ее ласковый шепот и голодное чмоканье сына.

Этому мелкому дракошке было позволено сосать ее грудь сколько влезет!

Уткнувшись лбом в твердый прохладный камень, я постоял, стараясь остудить мысли, вот только тело остывать не желало. Было почти больно, но уже понятно, что продолжения не последует. Уж точно не сейчас, и это правильно… Еще слишком рано для постельных утех. Организм Элении должен восстановиться после рождения ребенка. Не стоит торопиться.

Мой бездумный взгляд скользнул за окно, и мне вдруг показалось, что я заметил темную фигуру, которая тут же скрылась за стволами деревьев. Кто это был? Случайный прохожий, или кто-то намеренно наблюдал за нашими похождениями? Пожалуй, подоконник был не самой лучшей идеей, подумал я и направился в спальню. Оставлять свою семью этой ночью я не собирался.

Пожалуй, только это меня и остановило от того, чтобы догнать незнакомца и сделать ему внушение. Объяснить, что подглядывать в чужие окна – нехорошо.

Или это была женщина?

Плащ помешал рассмотреть фигуру, но мне показалось, что двигалась она как-то… По-женски, что ли?

Неважно! Важно понять, кто это? Случайный прохожий, или тот, кто желает забрать нашего сына. Возможно, это отвлекающий маневр, и наши враги намеренно пытаются выманить меня из дома таким образом? Хотят, чтобы Эления осталась одна?

Но если так, то как им удалось проникнуть в поселение оборотней?

Ответ напрашивался один – это кто-то местный. Например, тот же, кто давал наводку на молодых одиноких оборотней, отправляющихся из Запределья в Морейн. Кто-то… Кто имеет зуб на всю общину? Исключать такой вариант было нельзя, и я решил сказать об этом Райду, но утром. Сейчас я хотел побыть с истинной и нашим сыном. С этими мыслями я и вошел в соседнюю комнату.

Эления, увлеченная кормлением малыша, не сразу меня заметила. Я постоял в дверях, наслаждаясь зрелищем. Ощущая, как в моей душе что-то меняется. Крепнет. И вдруг понял, что вижу слабое свечение, которое окружает мою истинную и ребенка. Магия, совершенно особенная, разливалась вокруг, заполняя пространство. Когда мы ехали в карете, я не раз наблюдал, как Эления кормит сына, но не замечал ничего подобного. Сейчас же происходило что-то особенное – ни с чем подобным я раньше не сталкивался.

Завороженный зрелищем, я подошел ближе и тихонько присел на краешек постели.

Эления повернула голову.

– Сашка… Он есть захотел. Прости…

Она виновато и чуть смущенно улыбнулась. Мое сердце зашлось в особой, не испытанной ранее, неге.

– Ничего. Наш сын… – Я споткнулся и добавил, чтобы скрасить оговорку: – Растет, парень.

– Наш сын? – Эления, внимательно посмотрела на меня и снова улыбнулась, а затем неожиданно добавила: – Мне нравится, когда ты так говоришь о Сашке.

В горле встал ком, не давая выдавить больше ни слова, а Эления вдруг продолжила:

– Данте, я выйду за тебя, только…

– Только? – повторил я хрипло, словно старый ворон.

– Только давай сначала устроимся. Поживем вместе. Убедимся, что подходим друг другу…

Ее слова удивили меня настолько, что я переспросил:

– У тебя еще есть сомнения в том, что мы подходим друг другу?

– Нет, но… Мы ведь пока еще не любим…

– Эления, я…

– Стой! – Пальцы истинной коснулись моих губ. – Ничего пока не говори, пожалуйста. – Я просто хотела сказать, что нас вместе свела беда. Ты помог мне, я испытываю благодарность, а ты – ответственность. Это сближает. Но пережив острый период, люди зачастую понимают, что чужие друг другу. Не хочу, чтобы с нами случилось так же. Сашка привыкнет считать тебя отцом…

Она разволновалась и замолчала, уставившись на меня умоляющим взглядом.

– Эления, я никогда вас не оставлю! Как же ты не понимаешь?

– Данте, ты говоришь сейчас то, что думаешь. Но, пожалуйста, не будем торопиться, ладно? Дадим нам шанс стать настоящей семьей. Мы ведь так мало знаем друг о друге на самом деле.

Волшебное свечение пропало вместе с особой магией. Кажется, наш разговор ее разрушил…

Ощутив разочарование, я нехотя кивнул. Но надо было отдать должное мудрости Элении. Такое могла выдать опытная женщина, прожившая не один десяток лет в браке, а не вчерашняя девчонка, которую силой затащили в бордель, подложив под незнакомца.

Разница между той Эленией и этой ощущалась особенно ярко. Передо мной уже была не испуганная девчонка, а уверенная в себе женщина. Моя пара. Внутри бушевала и ярилась драконья суть, запертая в прочную оболочку враждебной магии. Дракон больше не спал, но и вырваться не мог, и от этого было тошно…

Хотелось выйти и дать себе время собраться с мыслями. Подышать воздухом и прийти в себя. Но Эления, уложив сына в колыбель, подошла и положила руку на мое плечо.

– Данте, ложись со мной. Мне не нравится, что ты ночуешь где-то в другом конце дома, а рядом ошиваются готовые на все прислужницы, – проворчала она, укладываясь и увлекая меня на подушки. – Да и эти покои слишком просторные для двоих, – добавила она сонно.

Я лег и притянул Элению к себе. Обнял, стараясь не думать о близости. Чувствовал, что истинной сейчас это не нужно. Мне было приятно просто лежать вот так рядом. Ощущать тепло ее тела. Наслаждаться ритмом биения сердца. Дыханием – ее и нашего сына. Дракон внутри меня тоже угомонился, а я понял, что чувствую его почти совсем как раньше.

О полном восстановлении речи пока не шло, но какую бы магию ни использовал Нарваг ар Гэрхэй, волшебство истинности ее словно бы и не замечало. Но достаточно ли истинности, чтобы все стало как раньше. А чтобы создать полноценную семью, ее хватит?

Эления была права. Мы слишком мало знали друг о друге. А еще у каждого из нас были свои секреты. Вопрос: останется ли все по-прежнему, когда правда выйдет наружу?

Я-то был готов понять и принять что угодно. Дракону внутри меня не было дела до того, кто его пара – раскованная жрица Рады, благопристойная служительница Эсклера или последняя тварь и убийца, разумом которой управляет сам Локрус.

 Но как отреагирует Эления, когда узнает, что я настоящий отец ее ребенка? И что случится раньше: я расскажу сам, или она вдруг это вспомнит?

Стоило на миг представить, что потеряю истинную, и страх оглушил меня. Я крепче прижал Элению к себе, словно пытаясь укрыть ее от всего мира в собственных объятьях. Она погладила меня по руке, успокаивая, а потом завозилась, устраиваясь поудобнее, и скоро уснула, а я еще долго лежал, прислушиваясь к дыханию сына и к тому, что происходит снаружи.

Я все-таки уснул, да так крепко, что не заметил, когда встала Эления. Не обнаружив ее рядом, на миг испугался, но в этот момент дверь ванной комнаты отворилась, и оттуда показалась моя истинная с ребенком на руках. На ее губах блуждала улыбка.

– Доброе утро, лэрд генерал! Как спалось? – поинтересовалась она.

– А почему так официально? – ответил я вопросом на вопрос.

Эления пожала плечами и принялась заниматься ребенком. Подложив под голову руки, я наблюдал за ними. Истинная то и дело поглядывала на меня, и от этих взглядов меня словно теплом обдавало.

– Ты так смотришь… – заметил я.

– Просто смотрю! – ответила она поспешно и зарделась. А потом неожиданно возмутилась: – Данте, прекрати меня смущать!

– Ха! Это я-то тебя смущаю? – удивился я. – Ходит тут передо мной в одном тонком халатике. Посматривает так, что внутри все переворачивается от желания затащить тебя в постель, и это я ее смущаю! – рассердился я наигранно.

Эления возмущенно выпучила глаза, покраснев, а затем ехидно парировала:

– Тебе говорили, что ты очень милый по утрам?

О ее абсурдного заявления я не выдержал и рассмеялся.

– Слышали бы тебя мои подчиненные! Вот кто не назвал бы меня милым ни в какое время суток.

Вместо ответа Эления передала мне ребенка и заявила:

– Побудь с ним, мне в уборную надо!

Она снова скрылась за дверью ванной, а я остался один на один с младенцем и слегка оробел.

Что-то незримо изменилось в нем с момента нашей первой встречи. Он стал другим? Вырос?

И правда…

Не зря говорят, что дети растут не по дням, а по часам.

– Кажется, кое-кому скоро исполнится месяц, – заявил я малышу, и в ответ услышал согласное: «Гху!»

Клянусь всеми богами, он мне ответил!

– Мы должны сделать хороший подарок маме, верно, Александр?

Ребенок продолжал смотреть на меня не мигая. Я понятия не имел, как полагается играть с детьми, потому вытянул губы дудкой и попытался изобразить что-то вроде: «Пу-пу-пу!»

Наследник, внезапно быстрый, точно кобра в пустыне, ловко схватил меня маленькой ручонкой за нижнюю губу. Да так крепко, что даже стало немного больно!

– Кьепкие фруки! И фто взе ты делаефь? – поинтересовался я.

– Гу! – ответил дитеныш и снова дернул губу.

Я аккуратно расцепил маленькие пальчики. Поцеловал крепко сжавшийся кулачок и улыбнулся, положив сына себе на грудь. Он попытался приподнять голову, но потерпел неудачу и расстроенно закряхтел, намереваясь заплакать.

– Ничего страшного, скоро получится. Ты же настоящий дракон! – успокоил я его.

– Гуг! – согласился со мной малыш и попробовал снова.

На этот раз у него почти получилось. Еще немного и будет уверенно головку держать.

– Вот и правильно! А реветь пока не надо. Мама бросит все дела и прибежит. А ей тоже надо иногда принимать ванну. И, вообще, она слишком много внимания тебе уделяет. Не доверяет тебя нянькам, понимаешь? Так что не наглей.

Сын решил последовать моему совету и затих. От него пахло молоком и еще чем-то приятным, а сам он был маленьким и забавным. Наблюдая, как он борется с дремотой, я не смог удержаться от улыбки.

Думал ли ты, черный дракон, что найдется что-то, что способно сделать твое сердце мягким, как пудинг? А вот, нашлось такое средство. Но не в этом ли весь смысл заговора: дать тебе сына, а затем лишить?

Лишить, чтобы что? Чтобы управлять тобой? Подчинить?

Я легонько погладил пушок на головке ребенка.

– Обещаю, что найду того, кто за тебя заплатил. Он пожалеет, что посмел допустить мысль о том, что так можно поступать с моим сыном!

На пороге ванной появилась Эления с намотанным на волосы полотенцем. Она пристально уставилась на меня, и на миг показалось, что вот-вот прозвучит вопрос, дать ответ на который я пока не готов.

Эления спросила другое:

– Ты тоже считаешь, что похищения оборотней и охота на Сашку могут быть как-то связаны?

– Не знаю, но обязательно это выясню. Я должен помочь оборотням и найти того, кто организовал эти похищения.

Эления подошла ближе и принялась сушить волосы.

– У тебя есть мысли, кто это может быть?

– Кто бы он ни был, у него есть связи. Возможно, что это кто-то приближенный к его величеству.

– Ваш… Наш король водится с подобными людьми? – удивилась Эления.

Оговорка резанула ухо, и я подумал, что Энера во многом права. У Элении много странностей. Например, то, что между нами случилось накануне, не вязалось с поведением домашней, затюканной мачехой, девочки. Она была раскованной и приняла мои ласки, не выказав ни малейшего удивления или протеста. Как будто подобное было для нее в порядке вещей, а ведь о таком ей и знать пока не положено.

Но это мне в ней и нравилось, побери меня Локрус!

– Не надевай сейр, пока мы здесь, – попросил я неожиданно для себя.

– Что? – удивилась она.

– Не надевай сейр, пока мы у волков. Хочу любоваться твоими волосами, – попросил я.

– Хорошо. Мне все равно не нравится носить головные уборы, – легко согласилась она.

На миг я представил ее одетой так же, как волчицы. Мелькнула шальная мысль, согласится ли она надеть одежду, которую носят местные? Интуиция подсказывала, что согласится и даже не поймет, что именно не так. Вот только стоило представить, как моя истинная расхаживает полуобнаженной при других мужчинах, и я передумал экспериментировать. Первый же не выдержу и сдохну от ревности к каждому самцу. Но еще раньше сделаю ее своей…

В дверь покоев постучали, прервав мои крамольные мысли.

– Лейра, простите, но лэрда генерала зовет вождь. Прибыла делегация от лесного народа… – сообщил приятный женский голос.

– От лесного народа? – переспросила Эления, с недоумением посмотрев на меня.

– Ильвы, – пояснил я. – Рановато они заявились…

Остроухие снобы, которые доставили мне проблем больше, чем кто-либо еще из народов, населяющих Запределье уже знали, что я здесь. Плохо. Встречаться с этими ребятами, лишившись драконьей сути, было крайне безрассудно. Неизвестно, что взбредет им в голову?

– Это опасно? – Эления правильно считала мою настороженность.

– Ильвы – это всегда опасно. Но будем надеяться, что они не посмеют нарушить законы волчьего племени и не станут мстить мне прямо сейчас.

Эления растерянно захлопала ресницами, а из-за двери донеслось:

– Лэрд, так что мне передать вождю?

– Передай, что я скоро буду, – ответил я и добавил, обращаясь к Элении: – Надеюсь, меня там накормят завтраком.

Глава 5

Лена-Эления

В Волчьем Логове мы гостили уже третью неделю. Оборотни отдаленно напоминали мне земных соотечественников: общались запросто и носили легкую одежду, к виду которой я быстро привыкла. Они не стеснялись выражать чувства и не обременяли себя лишними условностями и правилами.

Сашке исполнилось полтора месяца. На днях мой сынок научился держать голову и стал еще забавнее. Данте каждую ночь проводил с нами, а утром уходил по делам. И мне казалось, что мы похожи на настоящую семью.

Казалось бы, какие могут быть дела в гостях у оборотней? Да только в Волчье Логово зачастили гости – посланники из разных земель Запределья. Разузнав о визите Черного Дракона, они посылали делегации одну за другой, якобы стремясь выразить свое почтение.

«Проверяют, насколько горяч котелок», – говорил Данте в такие дни.

Одним словом, народы Запределья прощупывали почву, пытаясь выяснить, чем грозит им приезд генерала черных драконов. Данте с Райдом пытались убедить их, что кровопролития не будет. Конечно же, если те будут вести себя хорошо.

Пока Данте был занят государственными делами, я наслаждалась природой, общением, прогулками. Отдыхала, в общем, впервые за последнее время ощущая себя спокойно. А вот Анисье и Беляне у оборотней не особенно нравилось. Настолько, что нянюшка даже отказывалась выходить на улицу.

– Срамота! Одна срамота кругом! – ворчала она. – Смотреть противно! Тьфу!

Беляна ее поддерживала, но на прогулках меня сопровождала.

– Негоже отпускать вас одну, лейра. Мало ли что может случиться, пока лэрда генерала нет рядом.

Энера тоже участвовала во встречах с делегациями, потому нас охраняли оборотни, которые вели себя так незаметно, что я забывала, что нахожусь под наблюдением, и была им за это благодарна. Хомка где-то пропадал ночами, а утром отсыпался в одном из цветочных горшков в гостиной. Ему в Волчьем Логове тоже понравилось, да настолько, что он даже подумывал остаться.

– Зачем нам, вообще, куда-то еще ехать? Поживем у волков годик-другой, чай не погонят загаженными тряпками? – взялся он рассуждать.

– Ага, дождемся, когда ты состаришься и умрешь, а потом уж и поедем, – однажды поддела его Анисья. – Благо ждать придется не долго.

Хомка посмотрел на нее с укоризной, а я едва не прыснула. Еле сдержалась.

– Не пристало женщине в годах так ядовито шутить, – заметил хомяк и покосился на меня, ожидая одобрения.

Я, старательно держа благопристойное выражение лица, кивнула. Ну а как было не кивнуть? Хомяк ведь не использовал ни единого слова из своего «блатного» жаргона.

Эта беседа повторялась не первый раз.

– Хома, мы ведь это обсуждали. Останемся, пока генералу так нужно, но ты волен поступать по своему разумению, – пресекла я дальнейшие бессмысленные споры.

Беляна тяжко вздохнула.

– Скорее бы генерал закончил здесь с делами. Мне хочется покинуть это место поскорее…

Я не могла взять в толк, почему у нее подобный настрой? Вроде бы ее никто здесь не обижает. Да, парни заглядываются, комплименты делают, но и только. Волки вели себя прилично. Никто не желал ссориться с генералом драконов и нарваться на наказание от Райда. И все равно мою служанку что-то беспокоило.

Был очередной уютный вечер. В гостиную, где мы обосновались с рукоделием в ожидании ужина, вошел Данте.

– Эления, завтра я уезжаю в Мейр, – сообщил он с порога.

Сразу за генералом появилась Энера. Кивнув нам, она привычно подперла стену у дверного проема. Отложив вязание, я уставилась на дракона и переспросила слегка растерянно:

– Завтра?

– Да.

– Ладно… Беляна, помоги собрать вещи. Анисья, вот видишь, некоторые мечты исполняются куда быстрее, чем мы полагаем. И… Где Хомка? Если увидите его, передайте, чтобы никуда больше не бегал.

– Кто звал Хомку? Я здесь!

Хомячок высунул мордочку из-за цветочного горшка.

– Прекрасно! Тогда ты и сам все слышал. Если хочешь, оставайся. А если желаешь продолжить путешествовать с нами, никуда не убе…

– Эления, – перебил меня Данте. – В Мейр я поеду один, а вы с Александром останетесь здесь под охраной волков и Энеры.

– Генерал, вы и меня оставляете? – удивилась наемница.

– Я доверяю Райду, но будет лучше, если именно ты присмотришь за моей семьей.

При этих словах мы с Данте встретились взглядами, и на душе стало щемяще тепло и одновременно тревожно.

– Данте, мне кажется, что это не слишком удачная идея. Я думаю, нам лучше поехать с тобой.

– Да, лэрд генерал! Не оставляйте нас одних, мало ли что может случиться, – поддержала меня Белка и даже умоляюще сложила руки перед грудью.

– Эления, в Запределье не осталось и угла, где еще не знают, что я здесь. Многие только и ждут, как бы от меня избавиться. Ведь это именно я помог Нарвагу ар Гэрхэю присоединить эти земли к королевству Морейн. Не хочу подвергать вас с сыном риску.

От этих его слов стало только тревожнее. До этого я будто не до конца осознавала степень угрозы, а сейчас поняла, что привязалась к Данте, куда больше, чем представляла.

Я поднялась с кресла и подошла к дракону.

– Данте, ты прав, на дорогах опасно, и волки привечают нас, как высоких гостей. Но, пожалуйста, не оставляй нас здесь одних.

Иррационально и глупо, но я предпочитала рискнуть и отправиться с Данте, чем маяться от неизвестности здесь.

– Эления, я только взгляну, как там в Мейре, и вернусь. Если все плохо, как меня хотят убедить, подберу для нас другое место и вернусь за тобой. Не о чем переживать. Кстати, у меня хорошие новости. – Данте улыбнулся и поправил прядку, выбившуюся из моей прически. – Я получил письмо от Крейдена – одного из моих офицеров. Он пытается отыскать тех, кто служил под моим началом. Многих уже нашел, и совсем скоро сюда прибудут два отряда верных мне людей. Когда это случится, мы больше не сможем злоупотреблять гостеприимством оборотней. Я должен подготовить место, где обосноваться до этого момента.

– Лэрд генерал прав! – неожиданно поддержала его Анисья. – Путешествовать по Запределью стало слишком опасно для нас, деточка. Так и быть. Давай еще немного потерпим этот срам.

– Лэрд генерал, не оставляйте лейру Элению, прошу вас! Мало ли что может случиться с ней и малышом в ваше отсутствие. Вы ведь до сих пор так и не выяснили, кто наблюдал за вами в день приезда! – напомнила Беляна, закончив тираду зловещим шепотом.

В комнате повисла тишина.

Кто-то подсматривал за нами во время первой ночи в Волчьем Логове. Данте рассказал мне об этом наутро. Но я решила, что это местные проявили любопытство. Телевизоров-то здесь нет, а поселение, хоть и большое, да все равно маленькое. Любое происшествие привлекает повышенное внимание.

Вот только после слов Беляны стало как-то не по себе…

– Белка, негодница! Не зря говорят: «Волос долог, да ум короток». Ты зачем лейру в смущение вводишь?! – накинулась на нее Анисья. – Эления, деточка, не слушай эту глупыху. Просто она оборотней боится, вот и хочет уехать поскорей.

– Мне одному кажется, что нашей старушке стоило бы поучиться обходительности? Оскорблениями так и сыплет, а еще нянька называется! – съехидничал хомяк и едва успел увернуться от тяжелой трости.

– Это кого ты тут старушкой назвал?! Мышь недоеденная! Я тебе сейчас покажу!

Эти двое так и жили: то в мире, то начинали поддевать друг друга. Хомка изо всех сил старался выражаться правильно, но получалось иногда даже хуже, чем если бы он использовал жаргон. В такие моменты мне казалось, что я открыла ящик Пандоры, научив его контролировать речь.

Поднялся галдеж, хомяк носился вокруг Беляны. За ним, прихрамывая, довольно шустро поспевала Анисья, стараясь огреть тростью. Белка зажмурилась и стояла, не шевелясь, зато вскрикивала каждый раз, когда трость ударяла об пол.

– Хватит! – прикрикнула на них я, но меня даже не услышали.

Наемница наблюдала за этой котовасией от двери и давила смешки, а затем генерал кааак рявкнет на них:

– А ну, тихо!

От неожиданности я вздрогнула, а Белка с Анисьей аж присели. Хомка, пользуясь моментом, шмыгнул за ножку кресла.

– Завтра я еду в Мейр. Один. Это не обсуждается, – подвел итог беседы генерал и покинул нашу гостиную.

Сбежал, чтобы больше не слышать уговоров?

Одновременно хотелось наорать на него, или устроить истерику, но я сумела сохранить бесстрастное выражение лица. К тому же чуйка подсказывала, что генерала подобным не проймешь. Оставив присмиревших нянек в гостиной, я молча отправилась в спальню.

Затворив дверь за собой, на миг прижалась к ней спиной. А затем глубоко вздохнула и подошла к люльке, в которой мирно спал мой сынок. Мы все-таки его не разбудили. Хотя просыпаться пора, а то потом трудно будет уложить в ночь.

Я погладила малыша по волосам, а затем осторожно взяла на руки, поцеловала невесомо, наслаждаясь особенным теплым запахом.

– Какой же ты маленький. Мое солнышко, – прошептала, прижимая сыночка к груди.

Я во что бы то ни стало должна его уберечь. Уберечь любой ценой. Сердце подсказывало, что пока нам с Данте нельзя разделяться. Остаться здесь одной, куда опаснее, чем отправиться с ним вместе. Значит, нужно найти способ его уговорить.

Невольно вспомнилась поговорка про ночную кукушку, которая любого перекукует. Ну что ж… У меня будет еще целая ночь.

Совсем скоро мы оказались в постели. Все время, что мы жили в Волчьем Логове, Данте ночевал со мной. Я привыкла засыпать в его объятиях, и это чувство покоя и безопасности бальзамом проливалось на душу. Залечивало ее, дарило надежду на то, что после всех моих злоключений, впредь все будет хорошо.

Но были в этом и некоторые сложности.

Ощущая рядом сильного желанного мужчину, я изнывала от затаенной страсти. А генерал с той самой первой ночи не делал никаких поползновений завершить начатое. Сама же я не решалась его провоцировать. Ведь та ночь и правда была какой-то особенной. А эти – самые обычные. Так что мне не следовало сходить с ума.

Еще одной причиной не делать того, о чем могу пожалеть: был страх выдать себя. Настоящая Эления ни за что бы не отважилась соблазнить генерала. Подозреваю, она и помыслить о подобном не могла. Так что я лежала, не подавая вида, пока не проваливалась в сон.

Но не сегодня.

– Данте? – позвала тихонько.

– М-м? – сонно ответил генерал.

– Возьми нас с собой в Мейр.

– Нет.

– Пожалуйста, – протянула я. – Не хочу здесь оставаться без тебя.

– Эления, мы уже это обсуждали. Если попадем в руки ильвов, они никого не пощадят.

– Опасность может подстерегать нас где угодно, – возразила я. – Что такого в этом Мейре?

Генерал подумал немного и ответил:

– Местные считают Мейр проклятым местом и не суются туда. Он расположен на границе с Хаосом у самой Завесы. Неподалеку образовался городишко под тем же названием. Его основали те, кто бежал из Морейна в поисках лучшей судьбы. Переселенцы, беглецы, авантюристы и те, кому нечего терять. По большей части – они не местные, потому лишенные предрассудков жителей Запределья. Только они и рискуют селиться в тех местах.

Ага. Запредельцы отдали им кусок бросовой земли, который им не годился из-за суеверий. Но раз там есть город, значит, и жить можно, а все эти проклятия – бред сивой кобылы, как это и бывает.

– Судя по всему, моя дорога вела в Мейр с самого начала, – пошутила я. – Если бы мы не встретились раньше, непременно столкнулись бы там. Это судьба!

– Вот только вряд ли ты смогла бы туда добраться, – засомневался генерал.

– Это точно. Наемники не выпустили бы меня из столицы, не появись ты на моем пути. Спасибо, что тогда остановился. Не отвернулся, когда это было так нужно, – прошептала я искренне.

Данте погладил меня по волосам и обнял. Мы некоторое время лежали молча, переживая момент духовного единения.

На улице тревожно закричала птица. Нет, это не птица. Это дозорные обмениваются сигналами. И снова повисла тишина, нарушаемая только шумом ветра в кронах деревьев. Погода к вечеру испортилась. По подоконнику ударили первые капли, и запахло дождем.

– Как вышло, что владения, которые тебе пожаловал король, все еще свободны, раз там вокруг одни преступники? Или придется кого-то выселить? – поинтересовалась я.

– Нарваг ар Гэрхэй вознамерился избавиться от меня, не иначе. – Данте невесело усмехнулся. – Много лет назад в замке, который теперь принадлежит мне, жил и правил хранитель Завесы и господин всего Запределья.

– Какие-то у меня нехорошие подозрения… С ним что-то случилось?

– Угу. Исчез вместе с семьей, и никто не знает, что с ним случилось. Население Запределья перегрызлось между собой, каждый отхватил себе по куску земли, и постепенно конфликты прекратились. Не сошли на нет, но больше никто друг с другом не воюет, как поначалу.

– А как же замок хранителя Завесы? – переспросила я, пытаясь понять, что еще за Завеса такая?

Спрашивать напрямую было рискованно. Нужно потом выведать у кого-нибудь. Да хотя бы и у Хомки.

– Занять замок пытались и не раз. Да только никто не возымел успеха, так и стоит пустой по сей день, что меня не радует, как ты понимаешь.

– То есть тебе пожаловали дом, в котором нельзя жить?

– Вроде того, – согласился со мной Данте. – Я в тот момент не вникал, что это за место. Но Райд мне все подробно рассказал. Поэтому я и хочу выяснить, что там творится в окрестностях. В городе правят банды, но у них нет единого главаря. Если не смогу попасть в замок, или он непригоден для жизни, заберу себе город.

– Ты собираешься воевать с целым городом?!

– Полагаешь, не получится?

 Данте улыбнулся, источая волны уверенности, и у меня по спине поползли приятные мурашки.

– Полагаю, что твоему появлению там не будут рады.

– Уж точно не будут! – подтвердил генерал со смехом и добавил: – Но что-то мне подсказывает, стоит им узнать, с кем имеют дело, и ключи от города мне принесут на бархатной подушечке.

– Страшный ты человек, Данте ар Шахгар!

– Дракон. Генерал черных драконов, – поправил он меня.

Прозвучало как констатация факта. Данте не рисовался, и что-то в его словах заставило меня задуматься о том, насколько мало я знаю об этом мире. Похоже, драконов здесь всерьез опасаются, раз одного упоминания хватит, чтобы заполучить власть в целом городе.

Но пока мы были в Морейне, как будто все было не так?

Не удержавшись, подколола:

– Что-то не заметила, чтобы в городах, которые мы проезжали, тебе сразу выдавали ключи. Разве что от номера в таверне.

– А ты язва! – шутливо возмутился генерал. – Дело в том, что в Морейне правит Нарваг ар Гэрхэй, а здесь я единственный дракон.

– Единственный дракон, принадлежащий мне. Хмм… – протянула я довольно.

– Мне нравится, как это звучит из твоих уст! – заметил Данте.

– Самый смелый и сильный дракон, – продолжила я неумело льстить.

– Хочется надеяться, что не обманываешь. – Данте насмешливо посмотрел на меня, но я чувствовала, что так он прячет смущение.

– Может, мне все-таки стоит поехать с тобой? Ты ведь такой грозный и сильный. Чего нам бояться?

– Эления, не старайся. Я не привык менять свои решения без веской причины.

Укоризненный взгляд лишил меня желания возражать. Я повернулась и прижалась к мужчине всем телом. Данте разом затих, и даже дыхание на миг затаил, а я принялась неторопливо гладить его спину и бока. Чувствовала себя при этом странно – словно совсем неопытная девушка, и от этого было только хуже.

Похоже, не выйдет из меня коварной соблазнительницы.

– Хочешь, сделаю тебе массаж? Ты такой напряженный…

Прозвучало банально, как в плохой мелодраме. И я едва сдержалась, чтобы не поморщиться. Но генерал не смотрел мелодрам.

– Не откажусь, – согласился он.

Похоже, идея с массажем пришлась ему по душе.

– Ложись на живот! – скомандовала я, немного осмелев, и даже подтолкнула, пригрозив: – Давай-давай! А то передумаю.

Генерал перевернулся, и я уселась на его верхом – чуть пониже талии. Вышло так поспешно, что он издал сдавленный звук.

– Тяжелая? – поинтересовалась я участливо.

– Вовсе нет! – опроверг дракон.

– Прекрасно!

Я взялась за дело и принялась разминать ему плечи, неторопливо разогревая мышцы. Не зря когда-то ходила на курсы массажа, желая порадовать мужа. И вот у меня другой муж, но тоже рад. Эта мысль отчего-то меня развеселила. Улыбаясь, я полностью отдалась процессу.

Под моими руками, каменные мышцы генерала постепенно расслаблялись. В какой-то момент он даже начал издавать звуки. Очень довольные звуки. А вот у меня устали руки. Пальцы Элении были слабыми и нежными, а мышцы у генерала – каменными. Но я старалась, как могла, невзирая на усталость.

Вообще, надо что-то с собой делать. Кажется, я достаточно восстановилась, чтобы уделить время упражнениям, а то прежняя Эления была какая-то хилая. Возможно, жизнь взаперти так на нее повлияла, но теперь все в моих руках.

«Вот завтра и начну», – пообещала себе.

Из окна падал лунный свет, освещая нашу постель, но вдруг стало темней.

«Наверное, луна зашла или спряталась за тучи», – подумала я, инстинктивно повернув голову. Темный силуэт снаружи напугал меня до полусмерти. Генерал вскочил одновременно с моим криком. Действовал он с бешеной скоростью. Я и не поняла, как оказалась на подушках, а Данте уже распахивал оконные створки.

Долгое мгновение ничего не происходило, а затем я решилась. Вскочила с постели и на цыпочках подбежала к нему. Ежась от холода и пережитого мгновенного испуга, выглянула из-за его плеча наружу.

– Кто это был? Ты видел?

– Нет. Но, кто бы это ни был, он скрылся.

Еще некоторое время мы с Данте напряженно вглядывались в темноту между деревьями, при этом меня, не переставая, била внутренняя дрожь. Не знаю, видел ли что-нибудь генерал, но я – совершенно ничего подозрительного. Только очертания деревьев и домов…

– Лэрд генерал, что-то случилось? – поинтересовался мужской голос снаружи.

Слева из-за дома вывернул вооруженный отряд.

– Здесь кто-то был меньше минуты назад. Заглядывал прямо в наши окна, – ответил Данте, одновременно задвигая меня себе за спину. – Кто-то очень быстрый и ловкий. Он ушел, не оставив следов, прежде чем я успел что-то сделать.

– Мы патрулируем местность вокруг дома. Были рядом, но ничего не почуяли, – с сомнением отозвался оборотень постарше.

– Могу перечислить всех птиц и белок, которые появлялись в окрестностях. Готов поклясться, что никого постороннего не было! – добавил второй – помоложе.

– Не беспокойтесь, лэрд генерал. Мы все здесь проверим. Разрешите, так и в доме поглядим? – предложил их командир.

– Полагаю, стоит предупредить Райда. Все же это его дом, – ответил Данте.

У меня по спине пробежал холодок. Неужели неизвестный соглядатай мог проникнуть в дом вожака?

На миг почудилось, что он стоит прямо позади нас и коварно улыбается из-под надвинутого на глаза капюшона. Фантазия получилась такой яркой, что сердце заколотилось пойманной птицей, и я круто обернулась. Ожидаемо в комнате никого не обнаружилось.

Я пулей бросилась к колыбели, боясь обнаружить ее пустой. Сын был на месте, но уже не спал. Похоже, наша возня и разговоры его разбудили.

– Что-то случилось? – Мое беспокойство передалось и Данте.

– Ничего. Просто показалось…

Я взяла ребенка на руки и присела на край кровати, прикрыв глаза и пытаясь успокоиться. Данте отошел к окну, чтобы отдать распоряжения оборотням, а затем вернулся ко мне. Устроился рядом и обнял за плечи.

– Они проверят местность и дом заодно. Не нравится мне все это…

Он поднялся и зажег свечи. Магических светильников у оборотней не было, так что приходилось использовать обычный живой огонь. Обитатели этого дома прекрасно видели в темноте и не особенно нуждались в освещении по вечерам. Света снаружи им хватало, но люди – другое дело.

Данте задернул плотные тяжелые портьеры, которыми мы обычно не пользовались, а затем направился к выходу в гостиную.

– Я посмотрю снаружи. Оставайся здесь.

– Не уходи! – выдохнула я, ощущая, как к горлу подкатывает паника, а взгляд невольно возвращается к окну.

Генерал строго посмотрел на меня.

– Эления, ничего не бойся. Я просто посмотрю, что в коридоре, и сразу вернусь к тебе.

Справившись с собой, я закивала. А потом забралась вместе с Сашкой повыше на кровать. Генерал вернулся и заботливо накрыл нас одеялом.

– Спасибо. Так немного спокойнее.

Он улыбнулся и погладил меня по плечу. Я поймала его руку, и наши взгляды встретились. И тут я подумала, что не должна так сильно трусить. В конце концов, у меня есть убийственная магия, которая испепеляет врагов. Я смогу ее использовать, если понадобится. Всем сердцем пожелаю, и она придет. Буду в это верить.

Словно в ответ на мой призыв, золотой свет заструился по моей коже и окутал нас троих – меня, Данте и Сашку. На сердце разом стало спокойнее.

– Что это такое? – задал вопрос мой дракон, с восхищением осматривая мою сияющую руку и сравнивая со своей.

– Не знаю… – ответила я, зачарованно разглядывая его длинные музыкальные пальцы. – Я подумала о том, что смогу защитить ребенка, если понадобится, и сияние появилось…

Данте улыбнулся и кивнул.

– Это твоя магия говорит с тобой. Тебе предстоит научиться управлять своим даром, Эления. Я займусь этим, как только выдастся возможность.

Я согласно кивнула и предложила, выдавив улыбку:

– Иди посмотри, что там. Мы подождем. Только… Возвращайся поскорей.

Снаружи доносились голоса. Похоже, люди Райда уже проверяли дом. Захныкал Сашка, и я сосредоточилась на нем. А вскоре в спальню ворвались Беляна и Анисья.

– Лейра Эления! Ужас-то какой!

– Деточка, как же нас напугали эти треклятые оборотни! Что твориться-то? Генерал ничего толком и не сказал!

– Мы так крепко спали, когда к нам в комнату вломился отряд, – одновременно с ней продолжала Белка.

Мои спутницы гомонили наперебой, и я не знала, кого вперед слушать.

– Тсс! Не разбудите ребенка, он почти уснул! – шикнула я на них, вынуждая сбавить тон и напор.

Сашка, минуту назад еще бодро сосавший мою грудь, клевал носом, чмокая губами все более вяло.

– Лейра, эти ужасные оборотни ворвались в нашу комнату без стука! – делилась Беляна, которую заметно потряхивало. – Почему они не носят рубашек? Почему ходят полуголыми? Нарочно, что ли?

– Срамота! – согласно добавила Анисья, хотя и без обычного осуждения в голосе.

Мне даже послышалось некоторое восхищение. И там действительно было чем восхищаться. Все оборотни, которых мне довелось увидеть, были прекрасно сложены. Хоть сейчас на обложку какого-нибудь журнала «Брутал и криминал».

– Удобно им так ходить, Беляна. Они же в карауле. Если придется менять облик туда-сюда несколько раз за ночь, одежды не напасешься, – пояснила я.

– И то верно! – неожиданно поддержала меня Анисья. – Такие расходы на одежду разорят любую общину. Поняла, дурында? – Она пихнула локтем Белку.

– А почему они к вам вломились? – поинтересовалась я.

Я слышала какой-то шум, но не думала, что кто-то пугает моих служанок.

Но не успели они и рта раскрыть, как в спальню вошла Далила.

– Доброй ночи, лейра Эления, – поздоровалась она и кивнула служанкам. – Кто-то проник в Волчье Логово, вошел без приглашения в наш дом и усыпил охранниц, – сообщила она. – Простите, похоже, мы переоценили свои силы. – Она виновато потупила взгляд.

Я не поверила ушам.

– Что?! Кто-то проскользнул мимо патрулей и усыпил наших охранниц? Они хоть живы?

Волчицы, приставленные к нам, выглядели серьезно. Эдакие воительницы-амазонки, которые еще и в могучих диких зверей умеют превращаться.

– Ага, живы. Только дрыхнут, точно сонного отвара напились. Обе. И наша, и ваша, – подтвердила Анисья.

А у меня даже в голове помутилось, стоило представить, что кто-то столь ловкий и неуловимый ошивался совсем рядом с моим сыном. Сомнений в том, кто именно его интересовал, не было.

– Оставаться здесь без генерала, опаснее, чем отправиться с ним в дорогу! – выпалила я. – Не будь его рядом, у меня бы уже отняли ребенка!

Подкатывающую к горлу истерику удавалось сдерживать с трудом. И я замолчала, сосредоточившись на дыхании.

Анисья потупилась, а Беляна налила воды в изящный серебряный кубок и подскочила ко мне. Пока я пила, она гладила меня по руке, а затем повернулась к няне и в сердцах выпалила:

– А я ведь говорила! Говорила, что нельзя нам одним оставаться, а вы мне не верили!

Генерал вернулся спустя полчаса, хмурый и недовольный. Вместе с Райдом и его людьми он искал неизвестного соглядатая, но тщетно.

– Даже следов не нашли. Ни звука, ни запаха, ни клочка одежды. Ничего. Похоже, лазутчик проник в поселение с одной из делегаций и успешно скрывается.

– Но как это возможно? Почему оборотни не способны его обнаружить? – уточнила я.

– Он или очень сильный маг, или один из ильвов, – предположила Далила. – Только они умеют прятаться, используя магию природы. Наши люди обыскивают поселок, проверяют каждый дом, каждое дерево, каждый куст. А эту ночь мы с мужем и сыном проведем с вами. Займем комнаты на нижнем этаже.

Далила поклонилась на прощание и ушла.

– Что же теперь делать, лэрд генерал? – заохала Анисья. – Кто-то желает обидеть мою деточку и ее ребеночка, на вас теперь одна надежда. Вы же поможете? Не оставите ее и малыша?

Глава 6

В Мейр мы отправились вместе. После той тревожной ночи, Данте все-таки передумал нас оставлять. Дилижанс оборотни подшаманили, помогли погрузить вещи, и мы снова отправились в дорогу. Но на этот раз нас сопровождал отряд во главе с Ульрихом. Кони оборотней были менее пугливы, чем обычные, так что половину времени Данте теперь проводил в седле, и без него в карете становилось как-то скучно.

– Я пошмонал в доме. Не было там никого постороннего, зуб даю! – неожиданно заявил хомяк, который с самого начала поездки был подозрительно тихим и задумчивым.

Я даже не сразу сообразила, о чем он говорит.

– Вот и волки тоже ничего не учуяли, – со вздохом подтвердила Беляна. – Но кто-то же усыпил наших охранниц? До сих пор не могу прийти в себя. Кажется, будто Двуликая прошла совсем рядом!

Беляна осенила себя отвращающим беду жестом.

– Скорее всего, у того, кто это сделал, были особые артефакты, – предположил Хомка.

Я уже успела отметить, что в артефакты хомяк верил безгранично. И немудрено, раз один из них наделил его способностью говорить и понимать человеческую речь.

– А, может, это был ильв? Я слышала, что они умеют закапываться в землю. А еще перед ними раскрываются стволы деревьев, и они могут прятаться внутри целую вечность! – пугала меня Анисья.

Все это звучало как сказка. Хотя и оборотни с драконами, и магия – все, что было сказкой дома, в этом мире оказалось явью. Так почему бы этим самым ильвам действительно не прятаться в стволах деревьев?

Так и подмывало поинтересоваться, кто же такие ильвы и как они выглядят, но я боялась сморозить глупость, потому глядела в окно, предаваясь размышлениям и слушая краем уха собеседниц.

Вот я и в Запределье, но затеряться, чтобы отделаться от того, кто заплатил мачехе за моего сына, так и не получается. Генерал ар Шахгар слишком заметная фигура, по нему нас легко отследить. Но и в одиночку путешествовать я не смогу. Сбегая из дома, я переоценила свои силы. Реальность оказалась намного суровее, чем я представляла, так что выбора у меня нет.

Нет его еще и потому, что теперь мы с генералом пара. Истинная, как я выяснила. Звучит многообещающе, но пока я знаю только то, что успела к нему прикипеть за время совместного путешествия всем сердцем. Наверное, я слабачка, и сама по себе малого стою, но думать об этом пока некогда. У меня на руках младенец, который нуждается в защите, и одна я не сумею его уберечь…

Карету тряхнуло, прокатившись еще несколько метров, она остановилась. Внутрь забрался Данте – очень вовремя, чтобы не дать мне окончательно погрязнуть в самоуничижительных мыслях. Внимательно взглянув на меня, он поинтересовался участливо:

– Эления, у тебя все хорошо? Ничего не болит?

– Разве что сердце? – ответила я с заминкой, чем едва не довела до обморока нянюшку. Пришлось поспешно добавить, чтобы ее успокоить: – Волнуюсь о нашем будущем.

Данте взял мою руку в свою. Стиснул легонько.

– Все будет хорошо, обещаю! Не сразу, но будет.

Наши взгляды встретились, и я сжала его ладонь в ответ.

– Спасибо. Когда ты так говоришь, я почему-то тебе верю.

– Анисья, у меня сердце тает, когда вижу лэрда и лейру такими! Видимо, сама Рада свела их вместе! – с придыханием прошептала Белка, очарованно глядя на нас.

– Скорее Геретта, – заметили мы с генералом хором и удивленно уставились друг на друга.

– Что ты сказала? – первым спросил генерал.

– Геретта… – протянула я растерянно. – Я так отчаялась, когда за мной гнались наемники, что попросила у нее помощи, и тут же мне навстречу выехала твоя карета, – объяснила я, вдруг окончательно осознавая, что здесь боги не только слышат, но и реагируют куда быстрее, чем на Земле.

– Деточка, да разве же просят о таком Двуликую? – испуганно выдохнула няня.

– Двуликая – на то и Двуликая. Неизвестно, какое лицо на тебя взглянет… – прошептала Беляна. – Страшно-то как!

Она привычно спрятала лицо в ладонях.

– Не о чем переживать. Прибудем на место и сразу же сделаем подношение богине, – успокоил их Данте.

Их и меня тоже. Я поняла, что снова прокололась. Вряд ли местные обратились бы за помощью к переменчивой богине жизни и смерти. Теперь-то я об этом знала.

– Мы сможем сделать это в городе или в замке? – перешла я к конструктиву.

– Наверняка в Мейре есть храм всех богов. В замке тоже должны быть изваяния, но сможем ли мы попасть на его территорию, пока вопрос, – ответил Данте.

– Лэрд генерал, можно к вам присоединиться? – снаружи раздался голос Ульриха.

Данте вопросительно посмотрел на меня, и я кивнула, проигнорировав умоляющий взгляд Беляны. За время, проведенное у оборотней, я заметила интерес волка к моей служанке. Нет, я бы ни за что не стала издеваться над ней, если бы не поняла, что и Белке Ульрих симпатичен. Вот только ее предрассудки довлели над чувствами. Именно поэтому я предоставила ему возможность доказать Белке, что он достоин ее внимания.

Признаюсь, Ульрих мне нравился. С первых дней я отнеслась к нему как к младшему брату, и мне хотелось, чтобы эти двое обрели счастье.

– Забирайся! – скомандовал генерал.

Дверца кареты отворилась, и оборотень ловко заскочил прямо на ходу. Кивнув нам, он уселся рядом с Данте.

– Лейры, я тут немного лесной земляники собрал Угощайтесь.

Волк протянул берестяной туесок, доверху полный спелой крупной ягодой. Одуряющий аромат затопил все пространство, и у меня рот наполнился слюной. Я обожала землянику просто до умопомрачения!

Генерал, давая Ульриху место, подвинулся ближе ко мне, и наши бедра соприкоснулись. Меня точно молнией прошибло от такого простого прикосновения, и я едва не взвыла, испытав сразу целых два соблазна. Поддаться можно было только одному, и я поспешно взяла одну ягодку и осторожно положила в рот.

 Вкус оказался куда насыщеннее и ярче, чем я ожидала. Я даже не удержалась от довольного возгласа:

– М-м!

Сомневаясь, я позволила себе взять еще одну ягодку, вот только не вылезет ли аллергия у Сашки?

– Беляна, попробуй! – Ульрих протянул туесок Белке, и та замерла в нерешительности.

– П-пусть лучше лейра поест, – стала она отнекиваться.

– Мне много нельзя. У сына может несварение случиться, – с сожалением отказалась я. – Бери, такая земляника хорошая!

Беляна, робея, протянула руки, чтобы взять туесок. На Ульриха она при этом не поднимала взора. Волк улыбался, влюбленно глядя на нее. Я подумала, что из них получится чудесная пара – просто как с картинки! Ну а что, здорово же?

У оборотней не было никаких предрассудков по поводу выбора партнера. В Волчьем Логове были семьи, где жены не были волчицами. Напротив, в таких браках рождалось больше детей.

Передавая туесок, Ульрих будто нечаянно коснулся пальцев Белки. Вздрогнув от неожиданности, та отдернула руки. Туесок, который больше никто не держал, выпал. Я почти успела огорчиться, но Данте одним стремительным движением успел подхватить его в последний момент. Только несколько спелых ягод оказались на полу.

А генерал не спешил расставаться с добычей. Как будто поддразнивая Белку, которая упустила свое счастье, он предложил землянику няне. Анисья помотала головой, и тогда Данте устроился на сиденье поудобнее и закинул сразу несколько ягодок в рот.

– И правда, очень спелая! – констатировал он, довольно улыбнувшись. – Обожаю землянику!

– Зуб даю, высшая ягодка! – подтвердил с пола Хомка.

Рассыпаных ягод больше не наблюдалось, зато хомяк держал в лапках крупную спелую земляничку. Выглядел он при этом невероятно мило. Так и не подумаешь, что перед тобой настоящий головорез.

– Беляна, я бы на твоем месте не стал отказывать сыну вождя волков, – неожиданно сказал Данте и, протянув туесок Белке, добавил после паузы: – В такой мелочи.

Залившись краской, та взяла ягоды, да так и замерла, держа туесок на коленях и не осмеливаясь есть. Ульрих только бросил короткий взгляд на генерала, но ничего не добавил.

Это что еще такое? Похоже на сговор! Неужели и генерал черных драконов решил свести этих двоих вместе? Хмм! Ну в таком случае капитуляция Белки совсем близко.

Я мысленно потерла руки.

Запределье, как оказалось, было заселено не так густо, как королевство Морейн. Так что надеяться на таверны не приходилось. Заночевали мы прямо в лесу.

– Я бы в любом случае не стал рисковать и останавливаться в тавернах, – заявил Ульрих, разжигая костер.

Мускулы на его руках так и играли. Мне даже показалось, что он нарочно напрягает бицепсы, чтобы покрасоваться перед Белкой. Надо отдать должное, та и правда посматривала на него украдкой. Но стоило волку взглянуть в ее сторону, как она тут же отворачивалась и краснела.

Сидя у весело потрескивающего огня, я будто вернулась в студенческие времена. Мы частенько ходили в походы с друзьями. Ночевали в палатках, пекли картошку на углях – на шашлыки тогда еще не хватало денег. Разве что на сосиски по счету, да на кашу с тушенкой. Но это нас совершенно не смущало. Мы пели под бренчание расстроенной гитары, громко разговаривали и смеялись, а нас обступал ночной лес. Тогда мы вели себя нарочито шумно и неосознанно жались к огню, как принуждали инстинкты, так и не притупленные веками эволюции.

 Тот лес был куда безопаснее, но мне все равно было хорошо и спокойно рядом с генералом. На руках мирно посапывал сытый ребенок. Рядом с мамой ему было все равно, что творится вокруг.

Данте накинул мне на плечи теплый плащ. С наступлением темноты стало прохладно и сыро, но возвращаться в дилижанс, где нам предстояло ночевать под охраной волков и одного черного дракона, не хотелось. И Анисья тоже не пошла, хотя и жаловалась, что ее старые кости ноют на погоду. Нянюшка устроилась на стволе поваленного дерева, да и задремала сидя, опершись на свою клюку.

А вот Белка, прихватив Хомку, скрылась в дилижансе, едва закончили ужинать. Полевая Мышь тоже куда-то пропала, сообщив, что скоро вернется. Волки были заняты делом – обустраивали лагерь, готовясь к ночевке. Запасались дровами, выставляли посты, сооружали шалаши из веток и плотной ткани.

Стоило Беляне скрыться в карете, и Ульрих ушел с первым же патрулем. И внезапно мы с Данте как будто бы остались одни у костра, не считая задремавшей нянюшки.

– Ты сказал Белке, чтобы она не отказывала Ульриху. Это прозвучало… неоднозначно, – заметила я.

Генерал хитро взглянул на меня и сказал:

– Я говорил не только о ягодах.

– Какой же ты коварный тип!

Я легонько пихнула генерала плечом, а он тихо рассмеялся и, наклонившись ко мне ближе, заявил:

– Ты даже не представляешь всю степень моего коварства, Эления!

Он пошевелил бровями. Сначала синхронно, потом вразнобой. Я не выдержала и захихикала. А потом подалась ближе и тоже поддразнила его:

– Боюсь-боюсь, лэрд генерал!

Дракон доказал свое коварство и, резко подавшись вперед, звонко чмокнул меня в нос. Увернуться я не успела.

Откуда-то из темноты появился улыбающийся во весь рот Ульрих, ставший свидетелем этой сценки.

– Я тут травки разные собрал, целебные. Утром будет отличный бодрящий отвар, – сообщил он.

Данте принюхался и согласно кивнул. А вот я испытала некоторые сомнения. Как на этот бодрящий отвар среагирует Сашка? Что, если спать днем откажется? Наверное, не стоит его пить.

К слову, съеденная мной земляника обошлась без последствий. Живот у малыша не разболелся, и сыпь не вылезла. Да и Данте уверял, что переживать из-за такой мелочи не стоит. Сашка – парень крепкий, и даже если бы я сподобилась умять весь туесок, на ребенке это бы не отразилось.

У меня на этот счет были сомнения, но я не успела их выразить. Ульрих подсел ко мне с другой стороны и спросил:

– Лейра Эления, подскажите, что нравится Беляне? Что она любит?

Я даже слегка растерялась. А ведь и правда! Я сама не знаю, что по душе моей служанке. Мы все время в дороге, нам не до выпендрежа как-то было.

– Беляне? Она сладкое, кажется, любит. И ленты ей яркие нравятся… – ответила не слишком уверенно, припоминая нашу прогулку по рынку.

– Значит, сладости и ленты?

Волк серьезно кивнул. Чую, поправится наша Белка скоро на пару килограммов.

– Ульрих, скажи, какие у тебя намерения насчет Беляны? Если просто так ей хочешь голову вскружить, лучше не стоит. Белка у нас еще девица. Не хочу, чтобы ты ей сердце разбил. Понимаешь?

– Не переживайте, лейра. Намерения у меня самые серьезные. Нравится она мне крепко. Вот только совсем не подпускает. Дичится… Может, это потому что я оборотень?

– Понимаешь, Ульрих, у Беляны был неприятный опыт. Ее преследовал один тип, у которого мы чудом успели ее забрать. Она сейчас слегка недоверчивая из-за этого.

Оборотень слегка помрачнел от моего ответа.

– Ничего. У тебя еще будет время добиться ее благосклонности. Вот приедем на место, обживемся. Беляна к тебе привыкнет и поймет, что ты другой. Главное, не торопись. Не спугни ее прежде времени напором, – принялся учить парня Данте.

Наш разговор прервала Анисья. Похоже, нянюшка заснула совсем крепко и слишком сильно оперлась на трость. Та, подломилась в сторону, и няня едва не полетела головой в костер!

Ульрих успел подхватить нянюшку за плечи.

– Осторожнее, бабушка! Так и убиться недолго!

Но Анисья спросонья не поняла, что происходит.

– Ах ты охальник хвостатый! Уже и до старухи решил домогаться? – завопила она, да так громогласно, что на нее обернулись несколько волков.

– Ну что вы! Я и не думал…

Растерявшись, Ульрих тут же убрал руки. Анисья, которая так и не успела обрести равновесия, едва снова не полетела в костер, но сумела удержаться без посторонней помощи. Волки подлечили ее спину, и та больше не беспокоила нянюшку. После травок и отваров, которыми ее поили волчицы, она как будто даже помолодела лет на десять. Даже движения стали легче и проворнее.

– Эления деточка, ты почему еще не спишь? Круги под глазами появятся! А вы, лэрд генерал, куда смотрите? Ваша будущая жена и так встает по нескольку раз за ночь к ребеночку, себя не бережет! Вы бы уж как-то проконтролировали…

И правда, пришла пора ложиться. Время – уже за полночь. Мы дружно поднялись с места.

– Не хочу ночевать без тебя, – прошептала я, понимая, что привыкла спать с Данте в одной постели за время, что мы провели в Волчьем Логове.

Данте подхватил меня за талию, разворачивая в противоположном от дилижанса направлении, и повел прямиком к одному из шалашей, которые построили волки.

– Да-да, можете мой занять, – запоздало предложил Ульрих.

– Эления, да как же это… – попыталась возмутиться Анисья нам вслед. – Не положено же!

– Няня, ты же сама говорила, что в дороге можно, – припомнила ей я, обернувшись через плечо, и улыбнулась Данте.

Дракон, словно повинуясь порыву, наклонившись, поцеловал меня в губы. Ахнула нянюшка, явно собираясь прочитать мне мораль.

– Дражайшая Анисья, позвольте, я провожу вас в опочивальню!

Ульрих тут же потянул ее к дилижансу.

– Уймись, охальник! Я напишу твоей матери и все расскажу! Далила – достойная женщина, и в кого только ты такой уродился? – бормотала Анисья, пока оборотень настойчиво вел ее прочь под локоток.

– В отца, конечно же. Я весь в отца.

Ульрих обернулся и подмигнул нам. Глаза его полыхнули звериным оранжевым светом – словно в них плясали отблески костра.

– Это же шалаш Ульриха, да? – поинтересовалась я у Данте, когда мы остановились.

– Угу.

– А где он будет спать?

– Под дилижансом, например. Поближе к своей ненаглядной Белочке. – Генерал усмехнулся.

Внутри шалаша оказалось на удивление уютно. Пахло хвоей, а пол был застелен сеном и накрыт звериными шкурами, поверх которых было уложено покрывало. Рядом возвышалась стопка одеял и ждала пара подушек.

– О! Похоже, оборотни любят комфорт, – восхитилась я.

Удобно устроившись в объятиях генерала, я прижала к себе сыночка. Хоть и стоял разгар лета, но ночь сегодня выдалась прохладной, и я боялась, что к утру температура упадет еще сильнее.

Сон долго не шел. Я лежала, прислушиваясь к ночной жизни – лес был богат на причудливые звуки. То мне казалось, что кто-то стонет, то как будто плакала женщина. А порой раздавались такие жуткие и ни на что не похожие вопли, что даже и не поймешь, кто может так погано орать.

Сашка тревожился, похныкивал. Я плотнее прижимала его к себе успокаивая, и, в свою очередь, жалась к Данте. Пожалуй, только то, что он был рядом, и позволяло мне сохранять присутствие духа. Генерал обнял нас с Сашкой, и сынок тут же угомонился, ощутив его руку на своей спине. Похоже, Данте и на него действовал успокаивающе.

Утром я ощутила себя разбитой и всерьез задумалась над тем, чтобы следующий раз ночевать в дилижансе. Но, с другой стороны, там мне было бы куда страшнее без защитных объятий генерала.

– Ужасная ночь! – стонала Анисья, которую вела под руку Беляна.

– Нянюшка, у тебя снова поясница разболелась? – справилась я участливо.

– Все хорошо с моей поясницей! Просто одна дуреха колобродила и не мешала мне спать.

– Анисьюшка, так страшно же было. Вон как кто-то орал. Не иначе заблудшие души!

– Не переживай, Белочка. Я бы тебя защитил от любой заблудшей души. Я охранял тебя всю ночь, хоть ты об этом и не знала.

Ульрих подмигнул Беляне, заставив ее зардеться.

– Завтракаем и в дорогу! – скомандовал Данте. – Чем быстрее доберемся до населенных мест, тем лучше.

Замечание дракона меня насторожило. Похоже, и он был чем-то обеспокоен.

В лагере началась молчаливая суета. Оборотни без лишней болтовни готовили завтрак, убирали шалаши и занимались лошадьми. Я, немного потупив у огня, направилась к дилижансу, чтобы переодеть Сашку.

Генерал разговаривал о чем-то с наемницей, которая запрягала лошадей. Завидев меня, она кивнула, будто нехотя. Забравшись в дилижанс, я поместила сына в колыбельку и принялась рыться в сумках, сложенных в задней части кареты. Мне нужны были чистые пеленки. Разговор генерала и наемницы, доносящийся снаружи, заставил меня замереть и тихонько приникнуть к открытому окошку возницы.

– Я так и не смогла его выследить. Возможно, он и правда ильв… – с сомнением сказала наемница. – Моих способностей недостает, чтобы выследить ильва. Простите, лэрд генерал.

– Ильвы весьма искусны в слежке и маскировке. Но в открытом бою один на один им не выстоять против тебя. И тем более против меня. Будь осторожна и используй амулет, отводящий стрелы. Есть у тебя такой?

– Конечно. Я без него на козлы не сажусь. Уже ученая. – Наемница усмехнулась.

А я вдруг вспомнила, как застала ее без одежды. На теле Энеры было множество старых шрамов, происхождением которых мне было неловко интересоваться.

Со слов Полевой Мыши выходило, что кто-то нас преследует. Кто-то, кого опытная наемница не сумела выследить. Получается, не зря я так тревожилась и Сашка тоже. Мой малыш чувствовал, что что-то не так… Да и страхи Белки теперь не казались такими уж беспочвенными.

Размышляя, я переодевала сына и разговаривала с ним:

– Вот так ночка выдалась, да? Тебе тоже не спалось?

Сашка кряхтел и морщился, словно раздумывая, а не разреветься ли? А чего бы и нет? Но потом откладывал это дело на попозже.

В дилижанс заглянула Белка.

– Лейра, а я водички теплой принесла. Давайте Сашеньку перепеленаю? – предложила она помощь. – А вы пока идите позавтракайте.

– Спасибо за воду, Беляна. Весьма кстати. Ты иди сама позавтракай. Я тут закончу. Все равно еще Сашку покормить надо.

Белка поставила котелок на пол, но уходить не спешила.

– Лейра, как вам сегодня спалось? – поинтересовалась она, словно подслушав мои мысли.

– Шумно было в лесу, не находишь?

– Шумно, не то слово! Мне все время чудилось, что кто-то вокруг дилижанса ходит и в окна заглядывает. А один раз по крыше так стукнуло! Словно кто-то спрыгнул, я даже вскрикнула! Лейра Эления, зря меня Анисья ругает, да трусихой зовет! Она-то глуховата, спала себе и ничего не слышала, а на меня больше наговаривает. Разок я ее всего и разбудила. Как раз тогда, когда по крыше брякнуло.

Я представила, каково было Беляне, и внутренне передернулась. У меня-то хоть Данте был рядом, а у нее никого…

Стоп! А Ульрих, который охранял?

А, может… Может, это оборотень ее нарочно пугал?

– Беляна, а где Хомка? – поинтересовалась я.

– Хомка? Не знаю…

Белка принялась озираться по сторонам, а затем заглянула под сиденье и даже проверила под накидкой. На миг я напряглась.

– Отставить шмон! Здесь я! – голос хомяка послышался из детской люльки.

– Ты что тут делаешь? – поинтересовалась я.

– Сплю. Удобно и тепло. Да и хомячонка твоего тут раньше не было, так чего бы и нет?

В логике ему не отказать, но мне было не слишком приятно, что грызун находится на детской постельке. Все же мне было трудно преодолеть это предубеждение.

– Хомочка, а я и не подозревала, что ты здесь. Думала, убежал на ночную охоту, – заметила Белка, доставая хомячка.

– Хом, а ты что-нибудь подозрительное слышал этой ночью? Кто-нибудь ходил поблизости?

– Так понимаю, живность и оборотни не интересуют? – вопросом на вопрос ответил хомяк.

– Верно мыслишь. Ну так что?

– Кто-то здесь определенно был. Близко не подходил…

– А по крыше кто скакал? – возмутилась Беляна.

– Ухажер твой и скакал волком. Не спрашивай зачем. Или спрашивай, если хочешь. У него.

Так, значит, это Ульрих скакал? Выходит, я была права в своих догадках!

Беляна как будто разозлилась, но промолчала. А чего бы не разозлиться, когда ее даже хомяк с Ульрихом шипперит?

– Значит, ты тоже не знаешь, кто это бродил? – уточнила я.

– Неа, – легко согласился Хомка. – Но знаю, что его и оборотни гоняли, и наемница ваша, но все без толку. Несколько раз он подходил к лагерю с разных сторон, а потом скрывался в лесу.

– Как же мне это не нравится! – в сердцах выпалила я.

– Что именно? – Поинтересовался Данте, как раз заглянувший внутрь.

– То, что нас преследуют, а мы даже не знаем кто! Данте, меня это выматывает! Выжигает изнутри! Заставляет постоянно об этом думать!

Я уставилась на дракона с мольбой, словно он мог избавить меня от этих мыслей.

– Я тебя не дам в обиду. Верь мне, – ответил он.

Долгую минуту я утопала в грозовом взгляде и только потом кивнула.

– Хорошо. Знаешь, иногда мне хочется, чтобы эта встреча случилась быстрее. Чтобы разобраться раз и навсегда с этой проблемой и зажить уже спокойно.

– Согласен. Неизвестность отнимает много сил. Так что надо как следует поесть. И лучше сделать это сейчас у костра, чтобы не прикусить язык во время тряски. Поедем сегодня быстро.

– О, неееет! – выдали мы с Белкой и Хомкой в один голос.

Глава 7

Генерал ар Шахгар задал высокий темп, и дилижанс весь день несся будто ошпаренный. От быстрой езды по лесным дорогам нас ужасно укачивало. Анисья, закатывая глаза, тихонько молилась Эсклеру. Беляна то и дело крепко жмурилась, справляясь с дурнотой. Когда мне начало чудиться, что я вся зеленая и в пупырышку, мы выбрались на какой-то тракт. Болтать перестало, и больше не казалось, что колеса дилижанса вот-вот оторвутся, и мы разобьемся о стволы деревьев.

Нужно отметить, что дороги в Запределье были просто прекрасными, несмотря на отсутствие асфальта. Я подозревала, что их выравнивали и укрепляли с помощью магии. Выносливости наших лошадок тоже можно было только позавидовать. Вроде бы лошадей положено менять и довольно часто, судя по тому, что я об этом знала. Вот только остальные как будто бы о подобном и не слышали. А я не задавала лишних вопросов, боясь, что сморожу какую-нибудь глупость.

Когда вечерние сумерки легли на дорогу, дилижанс скатился под сень деревьев. Оборотни прилично углубились в лес, прежде чем расположиться на ночлег. Сегодня никто не зубоскалил и не подтрунивал над товарищами. Одни тут же увели куда-то лошадей, другие быстро и удивительно бесшумно разбивали лагерь. Шалаши, размером с обычную двухместную палатку, вырастали как грибы после дождя!

Еще ни разу дорога не казалась мне настолько утомительной, и я едва могла держать глаза открытыми. Ужинали без разговоров наваристой ухой с овощами и зеленью. После прогулялись девичьим составом до кустиков, а потом – к ручью, чтобы умыться. Такие походы в компании Энеры уже успели стать своеобразным ритуалом. Плеская в лицо ледяной водой, я думала: "Хорошо, что с нами наемница".

Напряжение, которое возникло утром, так и не оставляло до сих пор. А с Энерой все же было куда безопаснее.

Перед тем как лечь, Данте обошел весь лагерь по периметру и нанес на стволы какие-то знаки. Делал он это не при помощи ножа или краски. Повинуясь мановению его рук, прямо в воздухе формировался магический символ, похожий на китайский иероглиф. Серебрясь и переливаясь, он медленно плыл к стволу дерева, где ярко вспыхивал, а затем гас, оставляя после себя темный контур.

Генерал повторил эту процедуру не менее десятка раз, и я наблюдала за ним, как завороженная, изнывая от желания задать вопросы и не осмеливаясь. На ночевку мы отправились вместе. На этот раз генерал выбрал другой шалаш, будто намеренно пытаясь запутать того, кто мог нас преследовать.

– То, что ты делал, это магия? – поинтересовалась я, когда мы улеглись на мягкую подстилку из звериных шкур и одеял.

– Магия… – подтвердил Данте после долгой паузы.

Заподозрив неладное, я села и посмотрела на него. Генерал даже в темноте казался бледнее, чем был еще минуту назад. Я даже откинула полог, чтобы в отблесках костра убедиться, что не ошиблась. Повернулась и внутренне вздрогнула. Черты лица дракона заострились. Скулы проступили отчетливее, глазницы запали, а губы словно посинели от холода. Мне даже почудилось, что я вижу едва заметную сеточку сосудов на его висках.

– Что с тобой?Ты не заболел? – спросила, ощущая стремительно растущую тревогу.

– Нет. Это… драконья магия. Я не рассчитал силы, создавая защитный контур. Не могу поддерживать его, как раньше.

Последние слова прозвучали едва слышно. Я опустила полог и придвинулась ближе.

– Ты сказал: «Как раньше». Что это значит?

– Это значит, что меня хватит примерно часов до четырех утра. Потом придется отказаться от подпитки, иначе есть опасения, что меня высушит до донышка.

Я слабо понимала, о чем он, но общий смысл улавливала.

– Ты же не умрешь? – уточнила на всякий случай.

Сердце колотилось о грудную клетку, предвещая приступ самой настоящей паники. Я не привыкла видеть генерала таким, и это пугало едва ли не сильнее, чем идущий за мной по пятам преследователь.

– Не думаю. Просто перестану держать контур, когда почувствую, что совсем невмоготу,вот и все.

Почему-то его слова меня не успокоили. Я догадалась, что не так все просто. Никаких «перестану и все». Это не сработает!

– Но так нельзя! – Мой взгляд заметался по пространству шатра, пока я пыталась взять себя в руки. – Я могу как-то помочь? Возьми у меня немного магии. Мачеха так делала, но я не знаю принципа. Но ты же знаешь?

– Просто ложись спать, Эления. – По его голосу я поняла, что дракон улыбнулся. – И… Если заметишь, что я потерял сознание, приведи меня в чувство. Можешь даже бить, щипать или жечь огнем. Боль работает лучше всего, поняла?

– Сдурел?!

Я вскинулась и чуть не разбудила мирно спавшего рядом Сашку.

– Ты заговорила прямо как этот несносный хомяк. Похоже, он плохо на тебя влияет, – поддел меня генерал, выждав, когда ребенок снова засопит.

– На меня плохо влияет твое состояние! – огрызнулась я и погладила Данте по щеке.

Как бы он ни бодрился, а я сердцем чувствовала, что ему становится хуже с каждой минутой.

– Мне кажется, или твои прогнозы дожить до утра чересчур оптимистичны? – поинтересовалась осторожно.

– До четырех утра.

– Да хоть до трех, Данте!

– Я справлюсь, – буркнул дракон и упрямо стиснул зубы.

А мне вдруг стало очень страшно.

Что, если Данте не станет? Будут ли оборотни по-прежнему любезны, или бросят нас на произвол судьбы? Да нет, Ульрих – хороший парень, а его родители – благородные люди. И все же…

Неважно! Совершенно неважно, будут ли любезными оборотни. Главное, чтобы с моим генералом все было хорошо!

За время, что мы пробыли вместе, он стал первым после Сашки, кто мне настолько дорог в этом мире! Даже к нянюшке Элении я не питаю подобных чувств, хотя и отношусь к ней как к настоящей родственнице.

– Данте, а нельзя ли все отменить? Может, пусть по старинке оборотни патрулируют? – предложила я. – Энера, опять же… Ой! А давай я пойду и сотру эти знаки? Ну пусть не все, а некоторые. Если три оставим, хватит? Или четыре?

– Эления, перестань! Знаки стирать нельзя ни в коем случае. Да и не получится это сделать. За нами шли ильвы, а этим кровожадным тварям только язык силы и понятен. Не смотри, что они все из себя такие утонченные. Чуть расслабишься, и кишки на вертел намотают. Хуже них, пожалуй, только ирканы. Но эти хотя бы с самого начала не притворяются милыми. А так они друг другу – родня по матери, хотя никогда в жизни в этом не признаются.

После такой длинной тирады Данте словно выдохся. Замолчал, пытаясь восстановить дыхание. А я снова задумалась. Ильвы и ирканы, значит? И почему мне кажется, что речь идет об эльфах и орках? Эх, и не спросишь даже. Эления слабо разбиралась в народах Запределья, и ее память ничего мне не подсказывала.

– Может… Может, заварить какие-то травки, чтобы тебе стало легче?

Вот бы знать побольше об усилении магии. Что именно мачеха делала с Эленией, та не понимала. Я, соответственно, тоже.

– А давай позовем Ульриха? Может, он придумает, как тебе помочь?

Я поползла к выходу из шалаша, но генерал перехватил мое запястье. От прикосновения ледяных пальцев я вздрогнула. Впервые на моей памяти у него такие холодные руки!

– Никто… Никто снаружи не должен узнать о том, что со мной происходит. Никто! Ты поняла, Эления? И говори, пожалуйста, потише. У оборотней отличный слух, и мне приходится тратить силы еще и на то, чтобы твои слова не выходили наружу.

Я прикрыла рот ладонью, ошеломленная новой информацией, а затем, справившись с собой, прошептала:

– П-почему им нельзя знать?

– Если хоть кто-нибудь поймет, что я потерял дракона, нам конец!

Долгое мгновение я пыталась осознать смысл этих слов, но решила задать вопросы позже, когда Данте не придется тратить силы еще и на то, чтобы нас не подслушали.

– Тебе надо согреться. Руки просто ледяные!

– Пожалуй, это слегка облегчит мое состояние, – неожиданно согласился дракон.

Сегодня стояла на удивление теплая ночь, поэтому я не переживала за Сашку. Сынок крепко спал рядом в своей люльке, которую я предусмотрительно прихватила с собой. Боялась, что с нами ему будет слишком жарко.

Кому сейчас не было жарко, так это Данте. Подпитка защитного контура забирала из его организма все тепло. Как будто сама жизнь покидала его по капле!

Да что там по капле? Она вытекала бурным потоком и все ради нашей с сыном безопасности. Так выходит?

Однажды мы с Далилой завели разговор об истинных парах. Тогда я узнала много нового. Волчица рассказала, что дракон, конечно, не волк, но ради своей истинной жизнь отдаст. Меня такое самопожертвование больше пугало, чем льстило. Данте лежал молча с закрытыми глазами. Прикусив губу почти до крови, я рассматривала его в полумраке и думала-думала-думала.

Дважды я сталкивалась с проявлениями собственной магии, и это вызывало похожие ощущения. Кажется, она была как-то связана с сердцем. По крайней мере, мне казалось, что изначально она зарождалась именно там.

Я стянула с себя все лишнее, оставшись лишь в нательной рубашке, тонкой и почти прозрачной, а затем обнажила грудь Данте. Помедлив, прикоснулась к его сердцу и едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Температура кожи здесь была такой, будто бы он только что вернулся с мороза, полежав на снегу обнаженным. Но ведь это же ненормально!

Похоже, моя теория не далека от истинного положения дел.

Решительно стянув с себя и рубашку тоже, оседлала дракона и, накинув одеяло себе на плечи, легла на него, дополнительно укрыв нас обоих с головой.

– Эления, что ты делаешь? – поинтересовался генерал удивленно.

– Грею. Сам же сказал, что это может облегчить твое состояние. А как известно, живое тепло – самое верное средство, чтобы согреть человека.

Кажется, я где-то об этом читала…

Холодные руки Данте не сразу, но сомкнулись чуть выше моей поясницы. Не слишком приятно, но я потерплю. Я тут сейчас главный источник тепла, и моя задача – разморозить эту холодную глыбу собственным телом. Других вариантов не предвидится.

Некоторое время мы лежали молча и неподвижно. Прижавшись ухом и щекой к груди Данте, я напряженно вслушивалась в ритм драконьего сердца. Хотелось немного изменить положение и нормально послушать, как оно бьется, но тогда, придется спуститься ниже, и Данте достанется меньше тепла.

А все-таки, как бы передать ему хоть немножечко магии?

Руки Данте на моей талии слабели с каждым мгновением. Наконец они расслабились совсем и упали по сторонам, а мне показалось, что тело подо мной стало только холоднее. Как будто все мои усилия были бесполезны!

Я схватила руку Данте и принялась растирать каждый палец. Закончив с одной, потянулась ко второй. Дракон лежал, не открывая глаз и не говоря ни слова, и я не могла разобрать спит он, или без сознания?

А, может… Нет! Не хочу об этом даже думать!

Глава 8

Генерал выглядел совсем плохо. Не шевелился и не отвечал на мои вопросы. Я принялась его трясти и шлепать по щекам, но эффекта не было.

– Данте, очнись! Очнись же!

Я схватила его за плечи и принялась трясти. Волны паники грозили захлестнуть меня с головой. Я снова прижалась к дракону всем телом и принялась умолять:

– Данте, миленький, не умирай, слышишь? Только не умирай, как же мы без тебя?

Генерал не пошевелился и не ответил. И как будто стал еще холоднее, чем раньше! Мне даже показалось, что теперь и я тоже остываю. Не то от нервов, не то от контакта с холодным Данте, одолел озноб, и я накрыла нас одеялом с головой. Может, вместе надышим, и станет теплее… Кстати! А он, вообще, еще дышит? Нужно проверить!

Генерал дышал. Редко, но дышал! Хвала всем богам!

Я снова легла на Данте, обхватив руками и ногами, стараясь укрыть его собой как можно плотнее. Так пролежала еще какое-то время, а мои мысли беспорядочно скакали с одного на другое, пока я не вспомнила, как генерал меня спас. Я пыталась сдержать магию, боясь навредить Энере, и чуть не погибла, а он мне помог. Теперь плохо ему, а я не могу отплатить тем же. Или могу?

Меня вдруг осенило:

– Поцелуй! Ты спас меня поцелуем!

Не мешкая ни секунды, приложилась к губам Данте, всем сердцем желая, поделиться с ним магией. Отдать то, чего у меня в избытке. Со всем отчаянием, что накопилось, представила, как мощный поток магической энергии обретает выход и согревает моего дракона. Дает ему силы и жизнь!

И у меня получилось! Повинуясь моему желанию, не только губы, но и все мое тело превратилось в источник магии! Я ничего не смыслила в том, как это должно работать, но чувствовала, что все делаю правильно.

Данте ожил очень быстро. Не прерывая глубокого поцелуя, перевернулся, подминая меня под себя. Накрыл своим телом – на этот раз совершенно нормальной температуры. Даже слегка горяченьким. И… Весьма возбужденным!

Характерная твердая выпуклость, уткнувшаяся мне в живот, не оставляла пространства для других версий.

– Сокровище! Ты настоящее сокровище! – шептал заметно оживший дракон, руки которого снова налились силой. – Ты просто невероятная! То, что ты сделала, Эления… Это… Ты спасла нас всех!

Он гладил меня по спине, продолжая целовать, и когда я уже подумала, что сейчас все и случится, Данте усилием воли отстранился и скатился в сторону. Но тут же сгреб меня снова и прижал к себе. Поцеловал в макушку и пробормотал:

– Не так. Не здесь…

– Дышишь, разговариваешь и… все такое. Очень рада, что тебе стало легче, – ответила я смущенно. – Теперь-то дотянешь до четырех утра?

– Теперь даже до семи дотяну. Или до десяти, но в это время мы уже будем в дороге.

Он чмокнул меня в макушку и на миг стиснул сильнее. Я невольно улыбнулась, испытывая самые смешанные чувства.

Лежать вот так в шатре, слушая звуки природы и дыхание самых любимых и близких мне мужчин было невероятно приятно. Я ощущала необычайное единение с Данте, вот только желала большего. Мое тело просто молило о близости. После родов прошло больше месяца, и я чувствовала себя готовой. А от беготни и материнских забот организм Элении окреп, и формально мне ничего не мешало добиться желаемого. Наверное, достаточно было немного намекнуть, но я не могла себя заставить это сделать…

Я тихонько лежала, испытывая облегчение, приправленное легким разочарованием, и радовалась, что смогла помочь Данте. Одновременно мне не хотелось, чтобы все произошло прямо здесь и сейчас, когда рядом спит мой малыш, а за эфемерной перегородкой из веток, ошивается два десятка других мужиков, да еще и оборотней, от которых не утаить ни звуков, ни запахов. Ну на фиг!

Под эту здравую, в общем-то, мысль, я и провалилась в сон.

Утро наступило внезапно. Приснилось, что кричат петухи, но оказалось – Сашка требовал внимания. Я так вымоталась накануне, что не сразу это поняла. Данте рядом уже не было, а я и не заметила, когда он ушел!

Снаружи донеслись голоса – спорили Беляна и Анисья.

– Да пусть лейра Эления еще поспит, а я ребеночка тихонько из шалаша вытащу…

– Вытащит она! А кормить ты чем его будешь? Водой?

– А, может, и правда? Дадим ему водички попить, он и успокоится?

– Нет уж! Пусть лейра Эления просыпается. Нам все равно скоро в дорогу, так хоть позавтракать успеет.

Да уж! Если снова как вчера поедем, никакая еда внутри не удержится. До сих пор удивляюсь, как только меня не стошнило? Укачало ведь в зелень!

Кстати, о еде! Позавтракать я бы не отказалась. У меня просто «живот к спине прилип». Успокаивая ласковыми уговорами Сашку, принялась искать рубаху. Не хватало еще, чтобы Беляна сунулась внутрь и обнаружила, что я совсем голая.

Рубаха обнаружилась под платьем в углу. Натянув ее через голову, я принялась кормить оголодавшего за ночь сына.

– Лейра Эления, вы уже не спите? – поинтересовалась Белка. – Помочь вам одеться?

– Да! Пожалуйста, забирайся ко мне.

Сама я и правда не справилась бы с платьем в небольшом пространстве. Снять его было куда легче, чем надеть. Полог откинулся, и внутрь шалаша заглянула Беляна.

– Лейра?

Она пристально на меня посмотрела, оценив внешний вид, а затем залилась краской.

– Это не то, о чем ты подумала! Просто ночью было очень жарко.

– Да… Точно. Да еще и генерал рядом… От него, наверное, жара только больше, – заметила служанка.

Я не стала ее разубеждать и, чтобы сменить тему, спросила:

– Как ночь?

– На удивление спокойно, не то что прошлая.

– Думаешь, от нас отстали?

– Если бы! – Беляна тяжело вздохнула. – Ульрих сказал, что под утро кто-то пытался напасть на дозорных, но как драконью магию почуяли, так и поняли, что ловить здесь им нечего.

– Когда это случилось? В какое время?

Белка только пожала плечами. Подробностей она, похоже, не знала.

Накормив Сашку, я уложила его в люльку.

– Беляна, помоги одеться и займись Сашкой, мне по нужде очень надо!

И правда, организм намекал, что ждать мы с ним больше не можем. Беляна споро надела на меня платье и помогла со шнуровкой. Причесываться было некогда, и я натянула на голову сейр, который всегда держала при себе на всякий случай. Теперь можно показаться снаружи.

– Нянюшка, доброе утро! Ты не видела Энеру? – поинтересовалась я у Анисьи, которая так и дежурила у шалаша.

У меня даже закрались сомнения, не было ли ее здесь ночью?

– Да вон же она у дилижанса, – ответила Анисья с легким поклоном.

Подхватив юбки, я заторопилась к наемнице, по пути отвечая кивками на приветствия оборотней. Полевая Мышь чем-то занималась на крыше кареты.

– Лейра? Думала, вы не любите носить сейр, – заметила она вместо приветствия.

– Причесаться не успела, – пояснила я и добавила, не разжимая зубов: – Идем скорее, не то случится конфуз.

Наемница, понятливо кивнув, ловко спрыгнула на землю и первой направилась в сторону от лагеря. Отдалившись на достаточное расстояние, мы остановились недалеко от ручья. Удовлетворив потребности организма, я смогла умыться и, стянув с головы ненавистный сейр, достала из поясной сумочки гребень, который всегда носила с собой, как и положено благовоспитанной лейре.

– Я помогу.

Энера протянула руку, и я, чуть помедлив, отдала ей свой гребень. Наемница указала на ствол поваленного дерева.

– Садитесь сюда, так будет удобнее.

– Не думала, что ты умеешь делать прически, – заметила я, усаживаясь.

– То, что я коротко стригусь, не значит, что не умею.

– Согласна. Нельзя делать выводы о человеке лишь по его внешности.

Воцарилось молчание, во время которого наемница быстро и аккуратно причесала меня и собрала волосы в простые дорожные косы, соединенные между собой. Прикрыв глаза, я искренне наслаждалась ее манипуляциями. Всегда любила, когда с моими волосами что-то делают.

– Готово.

Энера вернула мне гребень.

– Спасибо.

Я поднялась, собираясь назад, но наемница не двинулась с места.

– Я хотела поблагодарить вас, лейра, – неожиданно выдала она.

– За что?

Я повернулась к ней и вопросительно наклонила голову.

– Что бы вы ни сделали этой ночью, вы спасли жизни нам всем.

– В смысле?!

Я во все глаза уставилась на наемницу, на лице которой отражался целый спектр эмоций. Как будто она решала, стоит ли делиться подробностями.

– Ладно, вы истинная Данте, значит, не желаете ему зла, – признала она неожиданно.

– Ну, конечно, не желаю! – подтвердила я. – Энера, знаю, я кажусь тебе странной. Но, поверь, я, вообще, никому не желаю зла. И лэрду генералу тем более! – добавила неожиданно смутившись, но глаз не отвела. – Я… Кажется, я люблю его, но боюсь в этом признаться даже себе…

Наемница кивнула после долгой паузы. Затем опустилась на то же дерево и, словно собравшись с духом, сказала:

– С Данте что-то не так. Он не говорит, но я слишком хорошо его знаю.

Я подошла и села рядом.

– Что ты имеешь в виду?

– Не то, о чем вы подумали. – Наемница усмехнулась. – Но даже если бы между нами и было что-то, теперь все в прошлом. Вам не о чем беспокоиться.

– Я не боюсь прошлого. Оно есть у каждого, это неизбежность.

– Да. Но я хотела сказать другое. Данте… Мне кажется, что он заболел, вот только драконы почти неуязвимы. Им не страшны человеческие недуги. Там, где я умру от переохлаждения, он максимум схватит насморк и поднимется с постели уже на другой день. Но сейчас что-то не так, и я это чувствую, но не могу объяснить. Если ты можешь хоть как-то ему помочь, сделай это, прошу! Данте… Он мне как младший братишка, понимаешь? Я заботилась о нем, когда он еще был мальчишкой, едва приступившим к тренировкам в лагере.

Энера тепло улыбнулась.

– Так вот почему ты его ко мне ревнуешь? Это сестринская ревность. Боишься, что братишка попадет в лапы искусительницы, недостойной его мизинца, и будет мучиться всю жизнь?

– Вроде того, – с усмешкой согласилась наемница.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. И тут мне вспомнились слова, сказанные Данте этой ночью: «Если хоть кто-нибудь поймет, что я потерял дракона, нам конец…»

Он потерял дракона?! Не понимаю до конца, что это значит, но судя по его состоянию, это очень и очень серьезно.

– Попробую выяснить, что с ним, и помочь, если это в моих силах, – пообещала я искренне.

Я уже поняла, что могу сделать. Довольно простого поцелуя, чтобы Данте восстановил силы. Вот только как вернуть его дракона? И… Это, вообще, возможно?

Мы с наемницей вернулись в лагерь, если не подругами, то уже приятельницами. Ульрих тут же дал мне в руки миску, полную горячей сладкой каши, чем-то напоминающей пшенную. Внутри обнаружились крупные кусочки яблок. Желудок тут же свело от острого голода, и я с жадностью набросилась на еду…

Горячо! Горячо!

Выпучив глаза, я задышала ртом и, сунув миску обратно оборотню, замахала руками, отвернувшись от остальных. Свидетели моего позора – два парня, которые активно работали ложками, беззлобно заулыбались.

– Не торопитесь, пожалуйста. Обожжетесь же! – запоздало предупредил Ульрих.

Впрочем, моего энтузиазма это не умерило, и я принялась яростно мешать кашу ложкой, чтобы остывала быстрее. Я была голодной как волк. Казалось, что мне не хватит этой порции. Она и правда закончилась слишком быстро. Слегка посомневавшись, я все-таки попросила добавки:

– Ульрих, а можно еще?

– Конечно, лейра! Вам понравилась моя стряпня?

– До сих пор не могу поверить, что ты готовишь.

– А что в этом такого?

– Ну… Ты же сын вождя.

– Это не значит, что я белоручка. Я умею все, что нужно, чтобы выжить и защитить своих людей.

– Это похвально. Постараюсь вырастить сына таким же, как ты, – заметила я.

– Лейра, это для меня честь! – поклонился оборотень.

Мне стало неловко, и я поспешила сменить тему.

– Как прошла ночь? Я слышала, что на дозорных напали?

– Да вот пусть они вам сами и расскажут. – Ульрих кивком головы указал на завтракающих рядом парней. – Торен, Айк?

Оборотни переглянулись, и один из них – тот, что постарше, – начал:

– Наша смена была утром. С трех часов. Сначала все было тихо.

– Подозрительно тихо, – прибавил второй.

Первый покосился на него и продолжил.

– Верно Айк говорит. Подозрительно тихо. К началу пятого – туманчик пополз. Похолодало.

– Сыро так стало и мерзко, – снова вклинился второй.

– Сначала я подумал, что мне чудится, – продолжил Торен. – Знаете, лейра. Мы – оборотни лес знаем и любим. Мы дежурили в зверином обличии. Так все острее воспринимается.

– Кроме магии. Магию зверь хуже замечает, – заметил Айк.

Торен двинул болтливого товарища локтем в бок. Судя по виноватому виду того, он разболтал какой-то секрет.

– Значит, показалось мне, что я что-то почуял. Будто цветами пахнуло, а это странно. Мы нарочно выбирали место так, чтобы никаких пахучих цветов рядом.

– Вообще, никаких цветов, – поправил его Ульрих.

– И для чего это понадобилось? – уточнила я.

– Известно, для чего. Ильвы же благоухают, как клумба! Они с этим своим запахом ничего поделать не могут, – радостно поделился Айк.

– Верно. Но, Айк, ты различаешь запахи куда лучше обычных людей. То, что для тебя благоухает, люди едва смогут почуять, – добавил Ульрих.

Я жадно впитывала информацию: оказывается, оборотни хуже различают магию, находясь в зверином облике, а ильвы пахнут цветами! Угу. Может, мне стоит куда-то все это записывать? Пригодится в будущем.

– Что было дальше? – поторопила я Торена.

– Запах усилился, а мы с Айком сделали вид, что ничего не замечаем, и пошли вдоль охранного периметра.

– По кругу в разные стороны. Он по часовой, а я – против, – добавил Айк.

– Мы заранее сговорились, чуть что – прятаться под защиту контура Двоим все равно с ильвами не справиться. Главное – поднять остальных по тревоге, – оправдывался Торен, словно застеснявшись того, что не вступил в битву с нападавшими.

– А что ильвы? Сколько их было? – поинтересовалась я.

– Я насчитал десяток, – ответил Торен. – Одни поднялись из-под земли, другие попрыгали с деревьев. Собирались вырезать лагерь, пока все спят… – Торен проглотил крепкое словцо.

А в это время я мирно спала, не представляя, что творится снаружи!

– Так много?! А я ничего не слышала…

Стресс и передача магии не прошли даром, я вымоталась так, что плач ребенка под самым ухом не сразу разбудил. Подумаешь, нападение каких-то ильвов!

– Ильвы двигаются быстро и бесшумно, они не орут во время атаки, – пояснил Ульрих. – Да и нападать предпочитают исподтишка.

– Но и мы не медленней. Успели укрыться за контуром от их стрел и болтов, – похвастался Айк.

– Вас не ранили? – спросила я, присматриваясь к оборотням.

На виду у них не было повязок, но, может, они под одеждой?

– Стрелы сгорели, едва достигнув защитного контура, а затем кааак полыхнет! – сообщил Торен.

– Я думал, ослепну! – подтвердил Айк.

– Остроухие тоже не ожидали такого. Поняв, что нападение провалилось, они сбежали. Теперь больше не посмеют идти за нами по пятам. Спасибо лэрду генералу, – закончил рассказ Торен.

– Драконья магия, это им не бабкины наговоры! Это такая силища! Лишний шаг, и все – в пепел! В удобрение для леса! – Айк искренне восхищался магией Данте.

Оборотни принялись наперебой восторгаться мощью истинных драконов, но я слушала их лишь краем уха, с ужасом представляя, что было бы, если бы мой план не сработал. Данте сказал, что продержится часов до четырех утра. Даже если бы у него получилось, ильвы напали позже…

– Уверен, больше они не станут рисковать и преследовать нас, – уверял Ульрих.

– Это точно! Генерал им не по зубам! – Айк хлопнул Торена по спине.

– А почему они больше не станут нас преследовать? – зацепилась я за эту фразу.

– Они же не идиоты! Думали, что легкая добыча попалась, но с драконом им не тягаться, – пояснил Торен.

– Ох и достанется же им дома! – Радостно рассмеялся Айк.

А я сделала неожиданный вывод: похоже, оборотни и ильвы соперничают, или между ними какой-то застарелый конфликт? Лес, что ли, делят?

Пока заканчивала завтрак, лагерь уже свернули, и пришла пора отправляться в путь. С чувством легкой ненависти я забралась в дилижанс. Задолбала меня уже эта «роадстори». Надоело хуже горькой редьки! Очень хочется обрести свой угол и зажить по-человечески. Желательно нормальной семьей…

– Лейра, вам нехорошо? – участливо поинтересовалась Беляна, заметив мое кислое выражение лица.

– Пока нет, но скоро точно поплохеет, – ворчливо ответила я, и дилижанс тронулся с места.

Глава 9

Мне на руки забрался Хомка, который старался не отходить далеко от дилижанса даже в лагере. В лесу хомячку опасно. Слишком много желающих схарчить.

– Не кипишуйте, сегодня будет полегче. Вчера-то мы волшебными тропами драпали, потому так и болтало. А теперь обычной дорогой поедем. Этот тракт мне знаком, бывал здесь однажды. И в самом Мейре бывал – в городе. Там не так страшно, как рассказывают.

Мы уставились на хомяка, раскрыв рты.

– Волшебными тропами драпали? Что еще за «волшебные тропы» такие? – переспросила я.

Анисья, закатив глаза, принялась яростно осенять себя божественными знаками. Похоже, волшебные тропы для нее были чем-то предосудительным.

– У оборотней есть особая магия. С нами Ульрих, он умеет открывать тропы в лесу. Так намного быстрее получается. Вроде как по дороге едешь, как обычно, но она выводит тебя точно, куда требуется. Мы так несколько дней пути скостили, а может, и неделю. Это и быстро, и безопасно. Оно ведь как? Просто так сунься, и этой тропы вовек не найдешь. Говорят, что для каждого знающего – тропа своя открывается, и двум разным отрядом на ней встретиться невозможно.

– Откуда ты все это знаешь? – поразилась Беляна.

– Слыхал от наемников, но не думал, что доведется самому по такой тропе прогуляться. А поди ж ты!

– Ясно… – протянула я, мысленно записывая новую информацию в блокнот.

Точно заведу себе дневник для полезностей, как приедем. И, если это возможно, зачарую, чтобы никто посторонний не смог его прочесть. А то уже голова пухнет от новых сведений.

– Хома, а что насчет Мейра? Что это за город? Какие в нем живут люди?

– Обычный город. И люди как люди. Есть бедные, есть богатые. Есть ублюдки полные, но и порядочных хватает. Одним словом, не хуже и не лучше того же Лемара. А вот кошки там… Все как одна – те еще твари! Я едва пережил ту поездку. Хуже всего пришлось, когда мой хозяин нажрался и оставил меня в клетке без еды и воды на несколько дней, а вокруг коты собрались и давай лапами шуровать. Насилу спасся…

Хомка принялся рассказывать о своей нелегкой наемнической жизни. Историй у него в запасе было много, а мы жадно слушали. Надо же было как-то развлекаться в дороге.

После остановки на обед Данте решил ехать с нами в дилижансе. Мне все это время хотелось спросить, как он себя чувствует, но тогда я бы выдала его остальным. После всего, что я узнала, мне совершенно не хотелось, чтобы в силе и здоровье генерала черных драконов кто-либо сомневался.

– Лэрд генерал, эти ужасные ильвы от нас уже отстали? – поинтересовалась Белка.

– Трудно сказать. Но теперь они точно сто раз подумают, прежде чем рискнут напасть снова, – ответил ей Данте и с благодарностью посмотрел на меня.

– Долго нам еще ехать? – поинтересовалась я.

– Если все будет хорошо, этим вечером прибудем в Мейр.

Так и вышло. Город, взбирающийся по горам наверх, уже какое-то время маячил впереди, маня огнями и обещанием передышки. Заставляя нетерпеливо менять позы на сиденье, тоскливо наблюдать, как на дорогу спускаются сумерки, и сердиться, что вот-вот стемнеет, а мы все еще не прибыли. Данте не выдержал еще часа полтора назад и снова поехал верхом вместе с волками.

На нас напали, когда до города оставалось совсем немного.

Что-то грохнуло, раздался свист. Лошади заржали и шарахнулись в сторону, затем карета резко сдала назад. Посыпались тюки в багажном отсеке. Заплакал проснувшийся Сашка. Снаружи послышались отрывистые команды и рычание – несколько оборотней приняли звериную форму.

– Что творится-то, а? Что творится! – заохала Анисья и принялась судорожно шарить по карманам аккуратного белого фартука, с которым не расставалась в последнее время.

– Лейра… Лейра, это нападение! Ильвы! – первой сообразила Беляна.

– Ильвы?! – Я сглотнула, ощутив, как во рту мгновенно пересохло.

– Точно напали! – подтвердил хомяк. Пошевелив усами, он принюхался и добавил: – Действительно ильвы, драть их в три шкуры в коленно-ло… Ну, то есть сломать через колено. Дерево повалили, засаду устроили на дороге, понимаешь ли!

– Как ты понял, что ильвы? Цветами, воняют, что ль? – деловито спросила Анисья.

– Еще как! – подтвердил хомяк.

Я даже принюхалась, но никаких цветочных ароматов не уловила. В карете пахло, как и всегда. Ну, разве что… пора Сашку переодеть. Вынув из очередного кармашка на фартуке какую-то продолговатую колбу с круглыми пилюлями, Анисья посмотрела на просвет и недовольно поморщилась.

– Да чего они к нам пристали-то? – задала я риторический вопрос, размышляя, стоит прямо сейчас заняться ребенком, или время неподходящее?

– Уши им нужны, ясен пень, – объяснил Хомка.

– Какие еще уши? – недоуменно переспросила я, прислушиваясь к кутерьме снаружи.

Во мне боролись два противоположных инстинкта: один велел хватать Сашку и валить в леса, пока на нас никто не обращает внимания. А второй – требовал прижать пятую точку и спокойно ждать, пока Данте все решит. В конце концов, он здесь настоящий черный дракон. Генерал драконов! А значит, все будет хорошо.

– Главное, шухеру-то навели, а в драку лезть стремаются. Ой! Боятся они, боятся! – продолжал комментировать происходящее Хомка.

Передав Сашку Беляне, я забралась коленями на сиденье и выглянула в окошко для связи с возницей. Слава богу, еще не полностью стемнело, и к тому же горящие огни хорошо освещали окрестности. Все было, как сказал Хомка. Поперек дороги лежало толстенное дерево, а прямо на его стволе возвышались стройные до изящества, но определенно мужские фигуры в черно-буро-зеленых нарядах. Их облачение до боли напоминало наш земной камуфляж, только с плащами. И все это дело было явно ручного крашения.

В руках нападавшие держали луки, к поясам были приторочены короткие мечи и кинжалы. Но самое поразительное, у всех были типичные эльфийские заостренные уши и надменный взгляд. Смотрели ильвы на всех, как на содержимое нужника.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.