Deader
Сквозь Сердце

Глава 1

Теплый влажный вечер давно уступил место ночи. Хотя ночь мегаполиса не очень отличается от вечера. Разве что только машин меньше. Все те же огни, все те же витрины и сверкающие вывески, разношерстые рекламные плакаты и подсвеченные баннеры, то с таблетками от обжорства, то со счастливыми мамами и младенцами, то с чипсами, то еще бог знает с чем. Из дверей бара вышел человек, и, шатаясь, остановился, вытащил из кармана измятую пачку сигарет, с трудом достал одну, пачку сунул обратно в карман, но промазал, и пачка упала на сухой и пыльный асфальт. Он не обратил на неё никакого внимания, так как был сосредоточен на чирканьях спичкой по коробку. Это удавалось ему с трудом – тоспичка ломалась, то чиркал мимо коробки, то спичка затухнет… Наконец-то ему удалось добыть огонь, он прикурил, потом сунул руки в карманы и, ссутулившись и покачиваясь, побрел вдоль витрин и стен.

Сзади него на дорогу выехал черный затонированный внедорожник и не спеша покатился следом. Чуть опередив парня, машина остановилась, из неё выскочили двое крепких парней, один из них выбросил кулак в челюсть парню, и тот как мешок свалился. Другой подхватил падающего подмышки. Через секунду, засунув бедолагу в машину, двое тоже исчезли в машине, и машина стремительно исчезла за ближайшим поворотом…

…Удар в лицо привел его в чувства. Он сидел на стуле в каком-то полузаброшенном помещении, руки застегнуты наручниками за спиной. Гудела голова – сказывалось то ли похмелье, то ли свеженаставленные синяки и шишки, то ли все вместе.

– Ну наконец-то. Я уже устал ждать когда ты проспишься. – Донесся вежливый и колючий голос. – Ты ничего не хочешь мне сказать, Антон?

Антон поднял глаза и увидел сидящего перед собой в кресле человека с колючим голосом. Тот пренебрежительно смотрел на Антона. Рядом стояли два здоровяка в спортивных костюмах. Они были настолько огромны, что спортивные костюмы делали их похожими на две переросших гориллы.

– ты… вы … кто…? – сквозь сухое горло выдавил Антон.

– Что, не узнаешь? – спросил обладатель колючего голоса. и тут же язвительно добавил – Пить надо меньше. Больше помнить будешь.

В следующую секунду в челюсть Антону прилетел кулак, и он упал вместе со стулом.

– Остынь! – резко прервал громилу босс – мне он нужен не мертвым. Или ты за него долг отдавать будешь?!

– к-к-какой долг? – удивленно переспросил Антон.

– А ты не помнишь? – зло и ехидно спросил Колючий.

– что…? …не помню?

– Завязывал бы ты бухать, – Наставляющим тоном и с полным важности голосом произнес колючий, – А то вдруг сердечко не выдержит. Давай, вспоминай, не трать мое время. Казино "Семерочка", месяц назад.

…Тут Антон стал вспоминать, как около месяца назад он был в том казино. Он был тогда изрядно пьян. Почему-то он оказался за столом, проиграл все, что у него было, потом он где-то взял тридцать тысяч долларов, которые тут же спустил на игру и выпивку. Память отдавала воспоминания неохотно, но каждая новая вспышка в памяти все больше приводила его в ужас… Только сейчас он вспоминал ту ночь, и чем больше она всплывала в памяти, тем меньше хотелось верить самому себе… Наконец-то он вспомнил этого "колючего" – это хозяин того казино. Его как кипятком ошпарило.

– Вот, вижу – вспомнил. Где долг? Срок вышел.

– Слушай, Пахом, – поникшим голосом заговорил Антон – Дай мне время. Ты же видишь, нет у меня сейчас.

– Значит так. – Пахом встал и подошел к связанному Антону. – Времени тебе так уж и быть, дам месяц. Если через месяц денег не будет – вернешь шестьдесят. Через два месяца – девяносто. А через три…

Антон молча смотрел в пол и слушал. Почувствовав в паузе давящий взгляд, он поднял глаза…

– через три месяца погибнет твой братишка. Кажется – Никита. Так его зовут?

– Не трогай его! дернулся и зашипел Антон, но тут же был остановлен мощным ударом поддых.

– Он кажется, в интернате находится, – не обращая на него продолжал Пахом, – в интернате на Советской.

– не трогай его, он ведь не причем! – сквозь сбитое дыхание выдавливал из себя Антон – Он же подросток только, ему всего-то четырнадцать лет…

– Вот и не дай брату умереть. – сухо и колко ответил Пахом. Ты понимаешь, что теперь его жизнь, вернее смерть в твоих руках. Три месяца. Время пошло.

Очередной удар вырубил Антона.

***

… Он пришел в себя на автобусной остановке. Тут же на лавке сидела раскрашенная под семнадцатку шестидесятилетняя бабка и презрительно его разглядывала. Антон огляделся. Это была его остановка – прямо возле его дома. По мере прихода в себя он вспоминал свою недавнюю встречу с Пахомом. Она казалась ему каким-то похмельным сном. Только закралась капля сомнения в действительности той встречи, как в кармане куртки зазвонил телефон. Антон не сразу понял, что телефон звонит в у него в кармане. Свой телефон он уже давно разбил. Он достал трубку и нажал на кнопку "принять" и поднес телефон к уху.

– Ало? – настороженно спросил он в трубку

– Привет, Антон! – трубка ответила знакомым колючим голосом – Я решил, что тебе очень нужна трубка. Я же должен убедиться, что ты все понял. Ты все понял? Советую тебе поспешить. Время идет, а три месяца закончатся быстро. Береги себя!

Антон сидел окаменело. Рука с трубкой опустилась и из трубки слышались короткие гудки. Антон сидел и отрешенно смотрел в никуда перед собой.

– Антон! Антоха! – знакомый голос вывел его из оцепенения. – Эй! Ты чего завис?

Это был Андрей, его старый приятель. Когда-то они вместе занимались спортивным многоборьем. Потом, когда Антон провалил отбор на чемпионат России, тренер Михалыч очень долго и очень красочно склонял его по всем междометьям и эпитетам, так как провалив отбор, он фактически подставил всю команду. И только Андрей не отвернулся тогда от него. Отборочные соревнования приходились на середину ноября. И именно в тот день четыре года назад вся жизнь его резко изменилась…

***

…Ему тогда было 16 лет. Родители повезли Никиту в магазин – брату исполнилось 10 лет и в этот маленький и первый юбилей ему должны были купить лыжи. Он так их хотел. А Антон сидел на уроках в школе и все ждал тот звонок, тогда можно будет побежать домой и подарить брату настоящую рогатку, которую он сам специально для Никиты сделал. Он долго выбирал подходящую рогатину, обрезал, аккуратно обтачивал напильником, потом долго балансировал жгут, пока не добился идеального результата. Потом он выжигателем на рогатине выжег замысловатый узор. Рогатка получилась что надо…

После школы он бежал домой, предвкушая тот момент, тогда он втайне от родителей подарит Никите лучший в мире подарок для подростка. Было уже около четырех вечера, и наверняка уже был накрыт стол, на столе стоял торт с десятью свечками, который мама вчера сама испекла… Но вместо родителей и брата его дома встретила соседка, тетя Таня – огромная черноволосая женщина с огромными глазами. Не было ни родителей, ни Никитки, ни накрытого стола с тортом и свечами. Только тетя Таня. Её глаза были еще больше чем обычно. Она неловко и, как бы оправдываясь, поздоровалась с Антоном… Потом, буквально следом за ним приехала его тетка – папина сестра Тамара. Именно в этот момент тетя Таня, робко рассказала Антону, что его родители попали в аварию. Что еще говорила тетя Таня, Антон не помнит, он не мог этого понять, осознать и принять… Дальше все было как во сне… Отец погиб сразу, а маму и Никиту увезли на скорой. На следующий день мама умерла. А Никита выжил. С перебитым позвоночником, с закрытой черепно-мозговой травмой, но выжил…

А через год и тети Тани не стало. Никиту забрали в интернат для детей-сирот, и детей с ограниченными возможностями, а Антон остался предоставленным сам себе. Но, спасибо тетке, что записала его в спортивную секцию по многоборью – было куда эмоции выпустить, да и заняться было чем. Иначе бы во все тяжкие ушел бы… Спортивная секция стала его, если не отдушиной, то способом переключить свою всю энергию и на что-то, чем-то заняться чтоб заглушить то чувство пустоты, которое у осталось у него в груди… Антон с таким остервенением тренировался что уже через пару лет добился довольно высоких результатов, а еще через год уже был включен в областную сборную, и по праву считался одним из лучших спортсменов команды.

Но полгода назад проводились отборочные командные отборочные соревнования за выход на чемпионат России, а потом Европы. И как раз они пришлись на тот самый день – день рождения его брата – единственного оставшегося родного человека во всем мире.

Он сначала опоздал к началу соревнований – ну не мог он в этот день не прийти к Никитке. Никитка всегда очень радовался ему – он тоже понимал, что кроме Антона – никого у него нет. И все ждал, когда же он сможет забрать его домой. Ждал и надеялся, как оставленный пес ждет домой своего хозяина…

Получив свою порцию звездюлей от тренера за опоздание на очень важные для команды соревнования, Антон стал готовиться к старту. Но чуть не плачущие глаза брата, когда он практически убегал от него на соревнования, все стояли перед глазами и мешали сосредоточиться… Антон так и не смог в этот день собраться. В итоге соревнования были с треском проиграны, а тренер готов был придушить Антона на месте за такое провальное выступление. Тренер тогда возненавидел Антона всем своим существом. Сначала он долго не стесняясь в эпитетах и выражениях рассказывал Антону о том, что именно из-за него, была просто слита возможность выхода команды на такой высокий уровень на ближайшие пару-тройку лет. Он еще много чего рассказывал. Он, то орал благим матом как-будто его кипятком ошпарили, то говорил тихо, медленно и почти шепотом, то опять переходил на трехэтажный ор, то опять был сама вежливость…

В итоге Антона вышвырнули из команды, и он остался просто один. Только Андрей не отвернулся тогда от Антона, они продолжали, как и раньше, дружить и общаться. Андрей тогда помог Антону устроиться работать на овощной рынок грузчиком – без образования работу найти было очень непросто, даже такую как дворник или грузчик. Вернее можно, но оплачиваться будет так, чтоб только с голоду не помер. Благодаря знакомствам Андрея, Антона не только взяли на работу "на хлебное место", но и платили сравнительно неплохо. Да, эту зарплату нельзя было считать хорошей, или хотя-бы средней, но и совсем ущербной она тоже не была. Да и иногда подворачивалась дополнительная работа – халтура в нерабочее время, которая тоже оплачивалась. В общем денег хватало, чтоб и жить не впроголодь, и нет-нет и Никитке гостинца отнести…

…У Антона появилось свободное время, и он стал иногда захаживать в местный бар. Потом чаще. Со временем, он стал проводить в баре почти каждый вечер, заливая спиртом назойливые мысли и разочарования в жизни. Так он и жил последние три месяца: рынок – деньги в карман – бар – домой проспаться – и опять рынок.

Да, сейчас он точно вспомнил, как выйдя из бара уже изрядно накидавшись, он, вместо того чтоб пойти домой, почему-то пошел в то проклятое казино…

– Э! Антоха! У тебя все в порядке?

Антон вышел из оцепенения.

– Что случилось? Давай, выкладывай! – тряс его Андрей.

– Да нет, ничего… Не парься… – попытался было уйти от расспросов Антон.

– Давай колись! На тебе лица нет – говоришь " ничего не случилось?"

– Нет, Андрюха. Не допытывай. Ты и так, для меня много уже сделал. Не хочу тебя впутывать.

– Что значит "не хочу"? Давай, хватит как девочка на свидании ломаться. Говори. Я уже впутался, когда с тобой вместе тренировались. – подмигнул Андрей – Не заставляй меня тебя выпытывать, ты же знаешь – я не отстану.

– Ладно… Я на бабки попал. Много.

– Сколько? – нахмурившись, спросил Андрей.

– Тридцать. Зелени.

– Кому?

– Пахому…

Андрей присел рядом на лавку. Сидели молча несколько минут. Наконец-то Андрей сказал:

– Круто ты влип, ничего не скажешь. Тут только один вариант – отдавать надо. У него очень длинные руки и очень высокие связи. Если кто-то ему переходит дорогу, а потом пропадает – удивляться не стоит. Даже искать никто не будет. – Андрей помолчал, вздохнул, и спросил – когда надо?

– месяц… Потом счетчик…

–М-да, не густо… Давай так, не теряйся, я попробую что-нибудь придумать. Я приду к тебе через пару недель, там и обсудим.

– Спасибо, Андрюха…

– Да не за что, пока-что. Ладно, давай. Пора мне. Только ради Бога, ни куда еще не вляпайся сейчас…

***

Вечером Антон оказался опять в том же баре. Он сидел за стойкой бара и пил. Димон – бармен – уже давно знал Антона. Он был в этом баре почти каждый вечер.

– Что-то на тебе сегодня лица нет. – спросил он Антона – случилось чего?

– Да нет, ничего… Еще налей… – отвечал Антон

– Может тормознешь чуть, а? Что-то ты сегодня прям целенаправленно бухаешь. А? – Димон как-то по-доброму, с некоторой дружеской симпатией относился к Антону. – Ты из-за долга в казино так накидываешься?

Антон удивленно поднял на него глаза:

– Ты знаешь?.. Откуда?

– Работа у меня такая… – сочувственно улыбнулся Димон. – все видеть и все знать… Короче – садись вон за тот столик, у стены, спиной к тем двум. Только не пались! Посиди, послушай их. Может поможет. А на стол тебе сейчас принесут. За мой счет.

Антон удивленно и непонимающе посмотрел на бармена.

– Чего стоишь? Давай, время не теряй!

Антон пошел к указанному столику и сел спиной к другому, за которым сидели двое мужчин. Они выпивали, хорошо закусывали и о чем-то сосредоточенно разговаривали. Говорили негромко, но прислушавшись, Антон стал улавливать какие-то фразы, которые сначала казались ему чем-то бессвязным. Но потом диалог стал постепенно обретать какой-то смысл…

– И где он?

– Не знаю. Искать надо.

– Зацепки есть?

– Сложно сказать. Там все темнотой покрыто. Только слухи.

– Но откуда-то они берутся? Что думаешь?

– Думаю с ботанами надо пообщаться. Только аккуратно, без привлечения ненужного внимания.

– Слушай, а на сколько это выгодно? Эта твоя черная душа стоит того, чтоб так заморочиться?

– Будь уверен. Если за периметром удачно его продать, то можно полностью завязывать с артами. До конца жизни хватит ни в чем себе не отказывать. Даже если сбыть там же в Зоне – тоже очень неплохо получится.

– на сколько неплохо?

– вот сколько ты за одну ходку по Зоне поднимаешь? Как минимум раза в три-четыре больше только за этот один арт.

– что-то прям слишком хорошо. Не находишь?

– Я узнавал. Он один во всей Зоне. Поэтому и стоит так.

– Тут подумать надо. Думаю не стоит пороть горячку.

– Горячку пороть не стоит, а думать надо быстро. Если слухи только пошли, то через три-четыре месяца – максимум через полгода – вокруг него такой ажиотаж поднимется – глотки рвать за него будут. Поэтому если делать, то долго не ждать, и делать пока всё тихо…

… Странный разговор, – подумал Антон. Одно ясно – речь о каком-то очень прибыльном деле. В голове копошилась куча вопросов, но сформировать Антон смог только один :

– Кто это? – спросил у Димона, вернувшись к стойке.

– Это сталкеры.– ответил бармен – Из рейда вернулись.

– из какого рейда?

– из Чернобыльской зоны отчуждения. Они регулярно после рейда сюда приходят. Пьют, едят. Уходят примерно на два-три месяца, возвращаются с деньгами. И похоже, что с большими. Далеко не каждый посетитель такой чек здесь регулярно отбивает, как они.

…Антон почувствовал ту нить, которая может разом решить все его проблемы – и с долгом рассчитаться, и забрать брата и уехать куда-нибудь подальше от этого родного и уже ненавистного ему города…

– что ты знаешь от этом? -спросил он Димона.

– да не много знаю. Знаю, что собирают они там какие-то уникальные штуки, артефакты, и продают их там. Но они особо об этом не распространяются, поэтому и в лоб лезть с расспросами к ним не стоит. В лучшем случае просто пошлют. – Ответил бармен, заметив огонек в глазах Антона и поняв, что дальше последует, достал две бутылки водки и пододвинул их к Антону.

Тот взял их и пошел к столику со сталкерами.

– Мужики, я извиняюсь, что вмешиваюсь, но есть разговор. – Сказал он, подойдя к ним, и поставил на стол водку.

Сталкеры недоверчиво посмотрели на него. Один из них взглядом указал на стул рядом. Антон сел.

– Я случайно слышал ваш разговор здесь. – начал Антон. – Это правда, что в Чернобыльской зоне можно хорошо заработать?

– а с чего ты взял? – спросил один.

– я разговор ваш слышал. Здесь, только что.

– И что дальше?

Антон замешкался:

– Ну.. как… как мне…

– а ты что, тоже решил в Зоне заработать? – хитро прищурившись, спросил другой.

– Ну, в общем да…

– Парень, нахрен иди отсюда! Пока по-хорошему. – Опять ответил первый.

– Да погоди, не кипятись, – перебил его второй, и опять хитро спросил – а тебе зачем? И вообще – ты кто?

Антон решил, что лучше сразу говорить все как есть. Ну или почти все…

– Меня Антон зовут. Мне деньги очень нужны. Понимаю, что они всем нужны, но мне очень надо. Я не прошу у вас денег, я хочу их попытаться в Зоне заработать. Просто, похоже, другого выхода у меня нет…

– Ну что, возьмем в отмычки? – спросил второй первого.

– В куда? – спросил Антон

– В ученики. – ответил тот, и посмотрел на товарища. Тот все понял. Да, отмычка им конечно нужен. Конечно, не как ученик, а как тот кусок мяса, который можно будет бросить Зоне, чтобы самим пройти дальше.

– Ну, в принципе, это возможно. – Подтвердил он. – А где гарантия, что ты не засланный казачок откуда-нибудь? – спросил он Антона, и пристально посмотрел ему в глаза, как-бы пытаясь заглянуть внутрь этого парня. От этого взгляда Антону стало как-то не по себе.

Антон пожал плечами в ответ –

– Не знаю… Мне нечем подтвердить…

– Да ладно, хватит давить парня. – вмешался второй. – он нам еще пригодится.

– Ладно, готовься, – сказал первый, – экипируйся, и через месяца полтора созвонимся. Телефон только свой оставь.

– Я не могу столько ждать… – опустив голову, только что обнадеженный, а потом тут же разочарованный ответил Антон. Как мне самому туда попасть?

– Ты спешишь, парень. Так нельзя в Зоне. – ответил ему первый. – Короче так, нам подумать надо, и ты сам все обдумай. Если надумаешь – завтра сюда же приходи в это же время.

***

Всю ночь Антон прокручивал в голове диалог этих сталкеров между собой, да их разговор. Под конец он твердо для себя решил – надо идти в Зону, найти этот таинственный артефакт – Черная душа, как его назвали, продать его и с Пахомом рассчитаться, и брата забрать и уехать куда-нибудь к морю. А если удастся, то и на операцию Никитке денег накопить – врачи говорили что можно прооперировать, и он снова начнет ходить, но только это больших денег стоит… И, главное – пусть сталкеры считают, что Антон ничего не понял про этот артефакт. Он сам его найдет…

На следующий день Антон вечером пошел в тот же бар. Но за столиком сидел только один из вчерашних его собеседников. Того второго, что все хитро поглядывал на Антона не было. А этот один сегодня был какой-то настороженный.

– А почему ты один? -спросил его Антон

– Так получилось. – ответил тот и какая-то черная тень мелькнула у него на лице. – Ты не передумал?

– Нет. Я пойду в Зону.

– Тогда месяц тебе на подготовку. Устраивает?

– А что так долго?

– Слушай, я только из рейда, я жутко устал и хочу отдохнуть. Если идти не подготовленным и вымотанным, далеко не уйдешь. Можешь сразу на кордоне себе местечко для могилки выбирать. Если хоронить будет что.

– Я не могу столько ждать. Это правда. Помоги мне попасть туда. А дальше я сам.

– Ну хорошо. – Ответил сталкер, и поглядел на Димона бармена. Тот стоял за стойкой, протирал бокалы и смотрел на них. В ответ он улыбнулся и подмигнул Антону. Антону стало ясно, что Димон не просто знаком со сталкерами, но и наверняка уже замолвил словечко за него.

– Расскажи как туда попасть.

– Хорошо. Но без гарантии. В Зоне никто и никогда гарантий не дает.

– Я понял. – ответил Антон и ожидающе посмотрел на собеседника.

– Значит слушай и запоминай – едешь в Киев, найдешь там Логопеда. Вот его телефон, запомни его и нигде не записывай. – Сталкер взял салфетку со стола, из кармана вытащил короткий карандаш, начеркал им цифры на ней и положил перед Антоном. Приедешь в Киев, позвони ему, скажешь, что ты от Лешего, я предупрежу его. Он поможет тебе выйти в нужное место и в нужное время к границе зоны отчуждения и даст тебе кое-какие инструкции. Но только это не бесплатно, сам понимаешь.

– сколько это стоить будет?

– Это не ко мне. Это с ним будешь договариваться на месте. Сколько денег у тебя есть? Сколько сможешь собрать?

– Ну.. максимум тыщ тридцать. Рублей. – немного подумав ответил Антон.

– Должно хватить. Может даже на старт что-то останется.

– Ясно. Спасибо тебе.

– Не мне спасибо. – ответил Леший и опять грянул на Димона. – И вот еще что – если все-таки доберешься там до деревни и задержишься там на месяцок – я там буду. Если тебе повезет – с собой возьму. И тебе будет время поднатаскаться. – добавил Леший, взял салфетку с номером телефона Логопеда, поджег её и положил в пепельницу…

***

Через неделю Антон уже нашел в Киеве Логопеда и договорился с ним о переходе в Зону. Логопед согласился вывести его к кордону за двадцатку. Еще пять тысяч ушли на счетчик Гейгера и на дорогу до Киева. Из той тридцатки, что смог ему дать Андрей, оставалось совсем немного. Логопед, как и обещал довез его до какого-то заброшенного поселка, а оттуда шли пешком часа три. Глубокой ночью они вышли к ограждению периметра. Здесь Логопед сказал, что его работа окончена, пожелал удачи Антону и скрылся в темноте. А Антон, в последний раз взглянув на мир снаружи Зоны отчуждения, полез через потайной лаз навстречу судьбе....

Глава 2

Антон приник в земле, затаился и вжался в неё. Доносились голоса солдат о чем-то разговаривающих между собой. За те полчаса, которые прошли с того момента, как Антон пересек ту грань между "там" и "здесь" он смог продвинуться всего метров на сто. В темноте практически на ощупь приходилось выбирать каждый шаг, чтоб не быть обнаруженным военным патрулем, каких тут оказалось в избытке. Ему предстояло пройти еще столько же, прежде чем он доберется до внутренней границы блокпоста. Потом еще надо найти другой лаз через колючую проволоку, по которому он наконец-то попадет в Зону и будет окончательно отделен от мира "за периметром". Постоянно ходящие туда-сюда патрули то и дело заставляли его замирать вжавшись в землю. Он уже начинал переживать, что не успеет пройти блокпост до рассвета. С первыми проблесками рассвета он тут же будет обнаружен, и в лучшем случае просто выдворен обратно. А в худшем… Логопед рассказал ему, что патрульный на территории зоны имеет право стрелять без предупреждения, и причем, сразу на поражение.

… Все, патрульные удалились, голоса были совсем уже не слышны – самое время сделать еще несколько шагов в кромешной темноте, прежде чем опять слиться с землей. Только он сделал шаг, как сухая ветка предательски хрустнула у него под ногой. Антон сжался, потом собрался и бросился несколько шагов в сторону, упал на землю и вжался в неё затаив дыхание и вслушиваясь в темноту.... Но со стороны солдат не доносилось ни звука. …Пронесло?… Антон медленно поднял голову и попытался вглядеться в темноту в сторону бараков. В эту секунду в глаза ударил яркий луч фонаря. Патрульный стоял в трех шагах от Антона и светил фонарем прямо в лицо. На секунду ослепший Антон машинально прикрыл глаза рукой и тут же услышал щелчок затвора.

– Это кто тут ползает? – недовольный голос негромко, но ядовито полоснул по ушам – руки в гору и вставай! Медленно!

Антон подчинился.

– Документы? – требовательно спросил патрульный.

– нету… – растерявшись, ответил Антон. Через секунду луч перестал лупить по глазам, а в следующее мгновение в прилетевший в челюсть приклад разбил губу, вышиб как пробку из бутылки зуб и Антон упал. А через секунду луч фонаря опять слепил глаза.

– Охренеть! – Воскликнул солдат. Его по-прежнему не было видно из-за фонаря. Но было слышно, что он не один.

– Не бейте!… Пожалуйста… – промямлил сквозь разбитую губу Антон – … Не бейте… мне надо…

– Что тебе, мля, надо? – услышал Антон голос, полный отвращения и презрения. – Что, никак в Зону собрался? Бежишь от кого?

– Нет, не…

– что ты мычишь, чучело?! – не дожидаясь ответа перебил поднимающегося с земли Антона патрульный – Нормально говори! – в эту секунду с другой стороны в челюсть прилетел крепкий сапог, и Антон опять рухнул на землю. Только приподнявшись от земли, он ощутил еще один мощный удар сапогом в лицо…

– Что, тварь, в зону собрался? – Не унимался патрульный, светил фонарем в Антону в лицо и продолжал методично его избивать, смакуя и получая удовольствие от каждого удара. – Что, гнида, как тебе зона?…

– Стоять! – Донесся глухой и низкий командный голос – Что здесь происходит?!

– Товарищ майор, нарушителя периметра задерживаю. В зону лез, сталкер сраный…

Антон уже просто лежал на земле и, сжавшись в клубок, пытался закрывать локтями ребра а ладонями лицо и голову.

– Встать! – глухо скомандовал майор, и щелкнул затвором.

Антон с трудом поднялся, через боль выпрямился и повернулся к майору. Майор невозмутимо и изучающе разглядывал Антона. Грязный спортивный костюм, красно-синие руки, такое же распухшее лицо, измазанное текущей из сломанного носа кровью. На левом глазу красовалась огромная гематома сизого цвета, веко распухло, и глаз не открывался. Рассеченная правая бровь заливала глаз. Антон смог все-таки кое-как открыть его и глянуть на солдат. Майор был низкого роста, крепкий широкий мужик лет сорока пяти. Избивавший его патрульный – сержант лет двадцати-двадцати пяти, худой, долговязый с наглым и презрительным взглядом.

"… наверное, чморили в школе, а теперь самореализуется…" отметил про себя Антон.

– Кто такой, откуда и куда? – Коротко и холодно спросил майор.

Антон с трудом разлепил распухшие губы и сквозь выбитые зубы выговорил:

– Антон я. В жону шел.

– Вижу, что не в кино собрался. Как сюда попал?

Антон молчал. Наверняка военные не знают о потайном лазе Логопеда. И сдавать его сейчас было явно не разумным. Но с другой стороны, его сейчас реально могут просто расстрелять, без суда и следствия, на месте, так, что какое из двух зол выбрать?..

– Ты или говори, что спрашиваю, или не испытывай мое терпенье! – не громко, но твердо, как бетонной плитой придавил – добавил майор, передернул затвор пистолета и упер дулом в лоб Антону. Антон стоял перед ним пошатываясь и тяжело дыша и смотрел единственным открывающимся глазом на давящую стволом в лоб руку и лихорадочно соображал, как поступить и что сказать.

– т-там, за кустами – махнул он в неопределенную сторону, – под колючкой прополз… нашел случайно…

– случайно, говоришь? Кто провел тебя? – не верил майор – не Логопед ли?

– к-какой.. Л-л…логопед? – с трудом шевеля языком выдавил Антон, стараясь делать вид, что не понимает о ком речь.

– Пошли, покажешь, где пролез! – потребовал Майор, не убирая пистолета

– н-н…нет… – подергал головой Антон – я не найду уже… темно было, как вылез, я не помню где это…

– хорош тут заливать нам! – брезгливо затянул долговязый и приложился носком сапога поддых Антону. Он упал и согнулся почти вдвое. Больше он не мог ни стоять, ни дышать, ни говорить.

– Михальчук, мля! – рыкнул на него майор. – Какого хера?!

– Да врет же он, товарищ майор! – оправдываясь, воскликнул сержант – Врет же гнида!

– еще раз подобным образом вмешаешься – пристрелю! – сухо придавил майор. – Ясно?!

– Ясно, товарищ майор… – с досадой ответил Михальчук. Антон тем временем слегка отдышался, но подниматься не спешил. Майор, присел перед ним, посмотрел на него, и, убедившись, что никаких резких действий от избитого еле живого парня ждать не стоит, поднялся и повернулся к сержанту:

– Михальчук, вот скажи, ты идиот?

Сержант непонимающе смотрел на командира.

– Тебе дураку уже сколько раз, говорили, не делай так! – продолжал майор.

– чего не делать? – спросил сержант

– мочалки не делай из лезунов! Лучше просто пристрелить, чем так их приходовать! – кивнул майор в сторону Антона – Ты, блин, не забывай, насколько сталкеры зависят от нас, настолько же и мы от них! Или ты хочешь каждое дежурство зверье прущее из зоны отстреливать? Или чтоб кровососы или прочая дрянь на кордоне появились? А бабки за службу ты из чего получаешь? Штатного довольствия тебе даже на портянки, сука, не хватит…

Антону стало больно лежать, и он попытался встать. Майор тут же переключился на него. Антон сначала поднялся на четвереньки, потом стал постепенно подниматься на ноги, держась за сломанные ребра и сплевывая сгустки крови со слюной и слизью. Майор стоял и молча наблюдал за ним. Ночь уже сменилась предрассветными сумерками.

– Как за проход расплачиваться собираешься? – просил он Антона, дождавшись пока тот наконец-то встанет.

– как… нужно…?… – с трудом откашливаясь и сгибаясь при каждом слове спросил Антон.

– Что есть у тебя?

Антон достал из кармана пол пачки сигарет, счетчик Гейгера, а из рюкзака две банки тушенки, бинт, и пару сухих портянок. Бросил все на землю перед собой, рядом бросил пустой рюкзак.

– Это что? Все? – искренне удивился майор. В первый раз он увидел лезуна, так налегке пробирающегося в Зону. – Деньги есть?

Антон достал из внутреннего кармана несколько смятых купюр.

–вот… тут пять тыщ… больше нету…

– Мало. – Ответил майор и опять приставил ствол ко лбу Антона.

– это все… – ответил Антон и повторил – больше нету…

Майор постоял несколько секунд, посверлил Антона глазами, потом забрал деньги, опустил пистолет и сказал Антону – Счетчик и сигареты.

– что – сигареты? – не поняв, спросил Антон.

– Подними. – Ответил майор.

Антон с большим трудом нагнулся, присел, поднял счетчик Гейгера и пачку с сигаретами, потом еще с большим трудом поднялся обратно.

Майор показал стволом пистолета в сторону прохода между домиком КПП и заград-барьером, в сторону дороги в глубь зоны и добавил:

– у тебя три минуты. Через три минуты если ты в поле видимости, я поднимаю блокпост и открываем огонь на поражение.

Антон непонимающе смотрел на майора. Тот кивнул головой в сторону прохода в Зону и добавил:

– Чего стоишь? Время идет!

Антон, все еще до конца не веря, что его пропустили в Зону, как мог быстро, хромая, шатаясь и держась за ребра, поспешил к дороге и дальше, как можно быстрее подальше от блокпоста…

Глава 3

Солнце еще не взошло, но утро уже вовсю набирало свою силу. Было уже достаточно хорошо видно, и Антон на сколько мог быстро двигался по дороге вглубь Зоны от блокпоста. Каждый шаг давался болью в ребрах, но он, не останавливаясь, продолжал идти и озираться по сторонам, выискивая здесь заброшенную деревушку, о которой говорили ему Леший и Логопед. Наконец-то сквозь ветви деревьев он заметил проглядывающие крыши домов, а в нескольких шагах от себя довольно широкую тропу в сторону к этим крышам. Недолго думая он свернул с дороги и зашагал по заросшей проселочной дороге, рядом с которой возвышалась ржавая табличка с надписью «Шабановка»

– Стоять! Кто идет? – Услышал Антон голос, одновременно с двойным металлическим щелчком, и тут же рядом с ним как из-под земли вырос парень в камуфлированной куртке без знаков отличия, и натянутом на голову таком же камуфлированном капюшоне. Парень в капюшоне стоял сбоку Антона, почти в упор направив ему в голову обрез. Антон медленно повернулся лицом к нему.

–Бу-гу-га-га!.. Гы-ы-гы-гы… – Сталкер в капюшоне опустил обрез и, согнувшись, ржал как лошадь – ни фига себе ты разукрасился … гы-гы-га-га!..

Антон стоял, смотрел на ухахатывающегося сталкера и уже начинал закипать.

– Ты чего скалишься?! – ответил сталкеру Антон.

–Извини, не удержался. Красивый ты больно… гы-гы… – Сталкер почти просмеялся и опять направил обрез в голову Антону – Давай, рассказывай, кто такой, откуда и куда?

–Сталкеров ищу. Тут где-то деревня должна быть. Зовут меня Антон. Откуда? Оттуда! – недовольно ответил Антон, махнув рукой в сторону блокпоста.

– Никак с Михальчуком встретился?

– Что, заметно?

– Да ты не обижайся. Ты далеко не первый, и уж точно не последний, кто лезет через блокпост и попадается. Обычно сквозь блокпост проходят с меньшей раскраской, чем у тебя. И выглядят получше. А ты, похоже, с этим отморозком и встретился. Только один вопрос – как ты ушел. Обычно от него мало кто уходит. А если уходит, вернее, уползает, то очень недалеко. Ну а если добирается сюда, это значит, круто повезло. Правда потом два дня отлеживаются и всё.

– Что – "всё"

– Да помирает. Многочисленные переломы, внутреннее кровотечение и все такое. А ты вижу сам на ногах пришел, но с таким боевым раскрасом, что сразу ясно. Дык ушел-то как?

– Там майор был. Деньги и тушенку забрал, счетчик отдал и пропустил.

– майор, говоришь… Ладно, проходи. Только вот еще что – ты здесь человек новый, тебя никто не знает и тебе никто не верит. Даже я сейчас. Учти это. И еще – найти Сухова. Он здесь за старшего. Покажись ему. А он решит, что с тобой делать....

Метров через пятьдесят перед Антоном предстала когда-то заброшенная, но довольно обжитая деревушка. Несколько почти уцелевших домов с широкой вытоптанной грунтовой площадкой – когда-то дорогой между ними. Чуть в стороне горел костер, у которого сидели несколько сталкеров. Одеты они были по-разному – кто в потертом камуфляже, кто в поношенной, но крепкой на вид джинсовой куртке, кто еще в чем-то. Создавалось впечатление, что это какое-то разношерстное сборище, от которого можно ожидать чего угодно. Также Антон заметил еще несколько человек – тут и там за домами, с противоположной стороны этого странного поселения несколько человек с обрезами и в камуфлированных куртках, как у того сталкера, что встретил Антона на входе сюда. Сталкеры у костра сидели и о чем-то оживленно беседовали. Антон подошел к ним. Сидящие замолчали и уставились на Антона. Своим грязным спортивным костюмом и распухшим синим лицом он никак не вписывался в это разношерстную компанию.

– Чего тебе? – спросил один из них.

– Где мне Сухова найти? – шепелявя выбитым зубом, спросил его Антон.

– Вон, в том доме. Еще что? -сухо ответил другой.

– Да нет, ничего. Спасибо, – ответил Антон и пошел к указанному дому.

Только он подошел к крыльцу, как навстречу вышел высокий сталкер, с уже немолодым лицом. Вид его был несколько озабоченным… Его комбинезон был не похож на те камуфляжи, в которых разгуливали здесь патрулирующие периметр деревни сталкеры. Однотонный серо-зеленый комбинезон идеально подогнанный, разгрузочный пояс с многочисленными, но удобно расположенными обвесами, на нагрудном ремне сизой рукоятью сидел нож – обоюдоострый клинок для рукопашного боя с жалом, способным насквозь прошить грудную клетку. За спиной висел Калашников со сложенным прикладом. В этом сталкере сразу угадывался довольно опытный матерый сталкер-одиночка, а серо-зеленый комбинезон с черными, как уголь глазами с пристальным и внимательным взглядом, говорили о том, что перед ним не просто сталкер, а как минимум главный в поселке…

– Сухов? – удивленно спросил Антон.

– Да. А ты кто?

– Я – Антон. Патрульный на входе сказал в тебе подойти.

– Правильно сказал. Ты новичок, что-ли?

– Ну да.

– Ясно. Ну, тогда сейчас пока походи, осмотрись, со сталкерами обзнакомься. Никуда не лезь пока. Сейчас я занят, позже поговорим с тобой. Да, вот еще что – вон за тем домом есть подвал. Там торговец местный. Пойди к нему. Прикупишь чего-нибудь. Может и работу подкинет. Все, свободен.

Волк зашагал прочь и скрылся за одним из домов. Антон немного постоял, перевел дух. Голова гудела, ребра саднили и доставляли довольно приличное неудобство. Солнце уже занималось над верхушками деревьев, рассекая пыльную листву и заглядывая в давно выбитые окна. Антон наконец-то почувствовал себя в какой-то хотя-бы относительной безопасности, и накопившаяся за последние сутки усталость дала о себе знать. Ноги подкашивались, гул в голове усиливался. Антон пошел обратно к костру.

– я присяду? – спросил он у новичков, сидящих у костра, но уже живущих в Зоне кто-то несколько дней, кто-то несколько недель.

– Садись. – ответил один и слегка подвинулся. – Звать тебя как?

– Антон.

–Ну, давай, Антон, за знакомство. Я – Митяй. – Ответил сталкер и протянул кружку с водкой.

Антон взял и молча проглотил содержимое. Спирт обжег разбитые губы и десны, прогрел горло, и, опустившись в пустой желудок, отдал оттуда растекающимся теплом.

– спасибо,– протянул кружку Митяю Антон, но лицо Митяя как-то резко поплыло куда-то в сторону и Антон, завалившись на бок, упал…

… Очнулся он уже после полудня. Ныли ребра, выл, слипаясь, желудок. Голова была на удивление ясная и легкая, если не считать темно-синего синяка на все лицо. Левый глаз по-прежнему не открывался, но распухшее веко начало убывать в размерах, а после кружки водки чувствовалось какое-то шаткое облегчение. Митяя рядом не было, как и всех тех сталкеров, которые сидели здесь утром. Вместо них здесь было двое других. Вид у них был несколько уставший, как будто они только что пришли откуда-то издалека. Они сидели и молча и сосредоточенно уничтожали тушенку из металлических банок, тут же на костре разогретых. Было видно, что это не те, такие-же как и Антон желторотые только-что-сталкеры, а уже обладающие каким-то опытом. Конечно, не как Сухов, но и далеко не разношерстные мечтатели, сидевшие здесь утром. Запах ароматной горячей тушенки бесцеремонно бился в нос Антону, который уже больше суток ничего не ел, заставляя желудок сжиматься и выворачиваться издавая противные скрипучие звуки. Сталкер услышал возню Антона и повернулся к нему.

–О, проснулся! Новичок? Ты Антон?

– Ну да… – несколько растерявшись, ответил Антон.

– Уже наслышаны. Будем знакомы! Я – Коготь. – Тут Антон разглядел на правой стороне груди пришитый неестественно большой коготь. Сталкер увидел его недоуменный взгляд, остановившийся на когте и, улыбнувшись, протянул ему полбанки тушенки. – Бери, не стесняйся. Здесь скромничать не надо. Зона это не институтский бал, здесь скромницам не место. Ты привыкай, здесь все на виду. Все всё видят. Мы с Иваном тебя от самого блокпоста до деревни вели. – Коготь кивнул на другого сталкера. Тот подмигнул в ответ:

–давай ешь, очухивайся быстрее, и заступать будешь.

– куда заступать?.. – удивленно спросил Антон.

– Как куда? на дежурство. За периметром смотреть. Здесь не пионерский лагерь. Тут постоянно надо хвост по ветру держать, да во все глаза смотреть. Если конечно, не хочешь занять её место. Добавил он, кивнув на тушенку, которую Антон уже доедал.

– Это как это? – не поняв намека, переспросил он.

– Это чтоб тебя не сожрали! – ответил Иван.

– а, это… у меня оружия нет… – вопросительно ответил Антон, поглядев на обрез одного, и Калашников другого сталкера.

– Ну а это, парень, твои проблемы. Ищи. На сколько я понимаю, ты тут уже полдня, а у Графа еще не был?

– У кого? – переспросил Антон

–У Графа. Барыга местный. Пойди, поговори с ним. Может поможет тебе со стволом.

Сталкеры поднялись от костра и скрылись в одном из домов. Подкрепившись, Антон стал чувствовать тебя уже намного лучше. Еще немного посидев, и собравшись с мыслями, он встал и пошел туда, где должен быть подвал с обосновавшимся там торговщем. Зайдя за указанный дом, он увидел возвышающийся над землей бетонный спуск под землю. Сбоку красовалась облезлая надпись «убежище». Спустившись вниз, он оказался перед массивной металлической дверью. Антон открыл её и вошел внутрь. Перед ним предстал большой бетонный бункер не меньше двадцати метров в поперечнике. Посередине бункер делили два ряда бетонных колонн, которые держали над головой бетонное перекрытие. У стен на полу валялись грязные матрацы и засаленные телогрейки. В дальнем углу за отгороженной решеткой за столом сидел крепкий пожилой мужик, с острой бородкой и в круглых очках, которые делали его похожим на какого-нибудь графа или дворянина, если бы не строгий камуфляж, который никак не сочетался в таким «дворянским» лицом. Он сидел за столом, отсвещаемом керосиновой лампой и что-то тыкал в ноутбуке. За его спиной стояли стеллажи, на которых лежали разобранные автоматы, разодранные комбинезоны, патроны и всякий хлам. Отдельно лежали несколько аккуратно сложенных камуфлированных потертых комбезов с капюшонами, перебранные обрезы и пистолеты, и пара Калашниковых. Ту же стояли вскрытые цинки с патронами. Отдельно лежали бинты, портативные медкомплекты, укомплектованные в основном антибиотиками и дозированными в двухкубиковые шприцы обезболивающим. Отдельно стоял ящик водки и лежали несколько банок тушенки. Пахло какой-то гарью и оружейной смазкой.

– Во-о, приперся.. Чего тебе? – недовольно бросил хозяин заведения Антону, одарив его коротким презрительным взглядом.

–Я – Антон… – начал было он, но тут же был перебит:

– Это я и так знаю. Я тебя спрашиваю, на кой ляд ты ко мне приперся?

Антон опешил от такого радушия на фоне недавнего общения с Когтем и Иваном, что немного растерялся.

– Это ты – Граф? – просил он.

– А ты здесь кого-то еще видишь? Давай, не морочь мне голову, говори что надо или проваливай! – Недовольно и пренебрежительно ответил Граф, уставившись на Антона своими узкими глазами в круглых очках. – Ну?

– Мне работа нужна. Мне экипировка нужна. Сказали, что ты помочь можешь.

Граф откинулся на стуле, отодвинул ноутбук в сторону, сложил руки на груди и стал так презрительно и оценивающе рассматривать гостя, что Антон стоял и чувствовал себя перед ним провинившимся школьником. Он сверлил глазами Антона некоторое время, потом наконец-то ответил.

– Значит так: – пойдешь на север. Недалеко, метров пятьсот от деревни. Там есть такой пустырь. Где-то там сгинул мой гонец. Вроде как на стаю кабанов нарвался. В общем, найдешь то, что он него осталось. В этом то, что осталось, найдешь флешку и принесешь мне. А потом будем с тобой разговаривать. Все, свободен! – закончил Граф, пододвинул обратно ноутбук и опять погрузился в него, не обращая внимания на Антона.

– Это все? – удивленно переспросил Антон.

– А что тебе еще? – раздражаясь, но не отрываясь от тыканья в кнопки, ответил торговец.

– Ну, как? Там, говоришь, кабаны дикие бродят… Дай хоть обрез на всякий случай, чтоб и меня не загрызли.

– А еще что тебе дать? Перебьешься! – прозвучало в ответ.

Антон уже закипал, но сдерживался.

– Что же ты, к людям как к мясу относишься… – ответил ему Антон. Граф поднял глаза на Антона и, презрительно пялясь на него исподлобья, ответил:

– А ты, мля, и есть мясо. Ты тот кусок мяса, который Зона сожрет и не поморщится. Ты никто и звать тебя никак. Ты даже не дерьмо, ты так – пустое место. Не согласен – докажи обратное. Тогда и разговаривать с тобой будем. Все, пшел нах отсюда!

Глава 4

Антон вышел от Графа с таким ощущением, будто он по ошибке залез в чужой холодильник и с позором был выдворен из кухни… С одной стороны он прекрасно понимал, что здесь никому до него и до его проблем нет абсолютно никакого дела, и вся его идея заработать в Зоне зависит только от него самого и больше ни от кого. Здесь всем попросту плевать и на самого Антона и на все его проблемы и трудности… Вот он и зашел к торговцу за помощью, а вышел оплеванный с ног до самой до головы… А с другой стороны – что такого он ему сделал, чтоб так просто с порога вытереть о него ноги и вышвырнуть обратно… Очень хотелось послать этого расфуфыренного кренделя куда подальше, а заодно и по лицу пару раз ему съездить, но в то же время только от него сейчас зависело – сможет ли Антон дальше идти к своей цели или так и сгинет здесь как десятки, а может даже и сотни других "лезунов" которые пришли в Зону за заработком но не протянули здесь и трех дней… Эти двое у костра как-то обронились, что отсюда в глубь Зоны выбирается в лучшем случае один из двадцати. Десять из них погибают с первые же два-три дня. Пять – держатся не больше недели. Из оставшихся пяти только один уходит дальше. Остальные пополняют нестройные ряды кривых могильных крестов, и это в лучшем случае. Чаще всего становятся либо жертвой какой-нибудь аномалии или обедом для мутировавшего зверья, прущего из глубины Зоны чуть ли не каждую ночь, а то и бродящего в окрестностях днем…

…Но, делать нечего, другого способа хоть как-то закрепиться здесь или сгинуть совсем не было… Антон попытался сориентироваться по солнцу на север, и, примерно определив нужное направление, пошел в сторону довольно обширного и хорошо просматриваемого пространства за редкими деревьями и кустами, закрывающими деревню. Ясное солнце среди редких облаков далеко освещало холмистую местность, уходящую вглубь Зоны и тянущуюся в стороне от деревни дорогу с редкими ржавыми остовами машин, густые заросли причудливой формы деревьев слева от этого огромного и холмистого пустыря, поросшего редкими кустами непонятно чего… Полусухая трава со ржавым отливом, вперемешку с молодой сочной зеленой порослью доходила почти до колена и оставляла за Антоном неровный примятый, но хорошо различимый след. Легкий теплый ветер легко трепал листья на деревьях в стороне, редких кустах, волнами гулял по траве.

Антон смотрел на все это и видел естественную чистоту и красоту природы, не изуродованную бетоном и асфальтом, стеклом и металлом, синтетикой, пластиком и прочей химией, которой буквально нашпигован и насквозь был пропитан его родной мегаполис… Антон смотрел на всю эту естественную чистоту и красоту и чувствовал в ней бескрайнюю свободу и безграничную и невидимую силу, против которой каменные джунгли города казались нелепым капканом человечества, пережевывающим живущих в нем людей, а люди – загнанными муравьями, суетящимися и пытающимися выжить и создать еще больше железа, стекла и бетона, чтоб еще с большей силой сожрать себя и быть переваренными городом в смрад и копоть…

Через сотню метров внимание Антона привлекла странная еле различимая рябь в воздухе над проплешиной в траве, метрах в трех от него. Он сделал пару шагов к ней, присел и стал пытаться разглядеть эту диковину. Ничего такого, чтобы заставляло воздух дрожать, как над раскаленным асфальтом не было, и это выглядело несколько странно. Пожухшая и редкая трава в проплешине под рябью как-то неестественно дрожала, не подчиняясь общему потоку теплого летнего ветерка. Антон пошарил в траве, под собой, поднял неровный обломок какого-то камня, размером со спичечный коробок и легонько бросил его в рябь. Рябь в мгновенье очертила вокруг себя четкую грань сферы, поглотила швырнутый камень в себя и тут же выплюнула обратно с такой силой, что пролетев над самой головой Антона, через секунду он зашелестел по листьям кроны широкого дуба, стоявшего в полусотне метров отсюда. Антон аж присел еще ниже, поняв, что полетел бы этот камень насколько сантиметров ниже, непременно бы попал ему прямо в лоб, а с такой силой он бы просто расшиб ему голову и вышиб ему мозги через затылок.

Ошарашенный увиденным, Антон огляделся и с ужасом увидел вокруг себя еще несколько таких же рябящих на воздухе еле видимых странных сгустков. Рядом с некоторыми он прошел почти вплотную и не заметил их, потому что они были несколько повыше чем эта и не имели под собой проплешин в траве. По спине стал проступать холодный пот от осознания того, что этот ясный открытый и залитый клонящимся к закату солнцем пустырь с вполне обычной травой, кустиками и цветочками на самом деле минное поле, а мины здесь странные образования, способные сначала втянуть в себя, а потом вышвырнуть с такой чудовищной силой. Страшно даже подумать, что будет если угодить в такой дрожащий невидимый клубок неизвестно чего.

Теперь Антон стал продвигаться по поляне на много осторожнее. Он перед каждым шагом внимательно рассматривал пространство перед собой, кидал перед собой поднятые с земли мелкие кусочки уплотненной земной корки и постоянно озирался по сторонам. Так он вышел почти на середину этого пустыря и стал кружить, постепенно расширяя радиус нарезаемыми им кругов, пытаясь отмечать в каждую найденную рябь воздуха и плотно утаптывая выход на свою тропу, по которой сюда пришел. Наконец-то он нашел обрывок кожаной куртки. Потом еще один. Через несколько шагов под ногой оказался прикрытый сухой травой какой-то твердый предмет. Антон раздвинул траву и поднял раздавленный и забитый землей и грязью пистолет с расколотым затвором. Немного очистив его от грязи, Антон сунул пистолет в карман и продолжил поиски. Солнце клонилось к закату и надо было поторапливаться, чтобы не остаться в темноте на пустыре утыканном невидимыми аномалиями, на котором еще и кабаны бродят…

– Кабаны… – вспомнил за них Антон. – Что-то их и видно не было… с долей сомнения подумал он и стал дальше исследовать полянку. Вскоре он нашел недавно вытоптанное место, на котором трава уже успела распрямиться, но следы недавней возни еще были видны. Сквозь не слишком густую траву на земле чернели пятна засохшей крови, а в нос бил запах разлагающейся плоти. Антон осмотрелся по сторонам и принялся внимательно рассматривать все то, что пыталась скрыть поднимающаяся трава. Наконец-то он нашел то, что могло быть теми останками пропавшего сталкера. Это была изодранная и изжеванная кожаная куртка, пропитанная кровью и гнилой жеванной плотью вперемешку с опарышами и червями, поедающими перемешанные с раздробленными костями кишки. Ни головы, ни рук, ни ног от этого бедолаги видно не было. Антона замутило и вырвало желудочным соком. Смрад бил в нос так, что в висках стучало и гулким эхом отдавалось в ушах и утробе. Антон попытался как можно аккуратнее перевернуть эту смесь глистов, кишок и гниющей плоти, засунутую в изодранную куртку, но получилось только разворошить эту почти слежавшуюся массу. Вонь ударила в нос с новой силой, желудок лихорадочно сокращался, но рвать уже было нечем. На перевернутой куртке проявился карман, который тупым поднимающимся углом выдавал какой-то небольшой твердый предмет внутри. Карман как и вся куртка был пропитан гнилью и шевелился от ползающих в нем червей. Антон попытался подковырнуть карман палочкой, но он был застегнут на пуговицы, и без помощи пальцев проникнуть в него было невозможно. После нескольких безуспешных попыток проникнуть в карман подножными предметами, Антон все-таки собрался с духом, и стиснув зубы принялся расстегивать на кармане пуговицы, стараясь на обращать внимания на скользящих под пальцами червей и липкую гнилую плоть.

Наконец-то карман был открыт, и Антон наконец-то вытащил из него небольшой плоский контейнер, примерно в два раза меньший, чем футляр от очков. Это был прочный металлический непромокаемый коробок, открыв который Антон увидел флешку. В ту же секунду он услышал какое-то недовольное урчание в нескольких шагах от себя. Он приподнялся, и увидел недалеко от себя странное существо, очень похожее на свинью, на кабана, но что-то в нем было не так… Кабан стоял и смотрел на Антона, как бы раздумывая, стоит его сожрать сегодня или до завтра подождать. Кабан был больше метра в холке, у него была неестественно огромная голова с такой же огромной пастью, из которой неровно торчали огромные, каждый длиной почти в ладонь клыками, с черными и блестящими глазами и сложенными назад и плотно прижатыми к шее ушами. Кабан отвел уши и приложил их обратно, и Антон увидел, что у этой зверюги было две пары ушей.

– …ни хрена себе – лунтик… – вырвалось у Антона, а кабан двинулся с места и пошел прямо на него.

Антон сначала попятился, но окаменел увидев, что зверюга сначала дернулась, а потом как на воздушном шаре поднялась в верх, и взлетев на несколько метров стала кружиться все быстрее раскручиваясь и истошно визжа. Через несколько секунд вопль оборвался, а в следующую секунду тушу разорвало в клочья фееричным салютом из крови ошметков плоти, кишков и их содержимого. Антона как из ведра окатило теплой и вонючей кровью, дерьмом, шмотками кишков и мяса. Тут же из травы поднялись еще три таких же уродливых кабана и, прядая двойными ушами, они тоже направились на Антона. Антон развернулся и со всех ног бросился по им же протоптанной свежей тропинке между аномалий. Кабаны бросились за ним. Виляя между аномалиями Антон увидел, как один из кабанов отделился от собратьев и пошел к деревне, как раз туда, откуда парень выходил из деревни. Уже не на шутку испугавшись, Антон понял, что этот кабан пытается его отрезать от деревни. Да, кабаны – охотники, а он, ЧЕЛОВЕК – загоняемая дичь… Уже через несколько секунд Антон убегал от двух несущихся во всю прыть полутонных мутировавших кабанчиков, а навстречу ему мчался еще один… Антон рванул в сторону, и чудом проскальзывая между аномалий, уже мчался вдоль дороги, ведущей к деревне. Солнце уже садилось, и закатные лучи огненным рыжим светом освещали полотно дороги и сталкера, стоящего на краю, у самого спуска в деревню. Антон пытался ему кричать и махать руками, но в спринтерском беге это почти не получалось, а сбавить скорость – значило быть, так же как и тот сталкер, пережеванным и съеденным. Наконец-то сталкер увидел Антона и, крикнув что-то в сторону деревни, выбежал на середину дороги, вскинул охотничье ружье с укороченным стволом и стал целиться в кабана, стараясь не зацепить бегущего навстречу Антона. Когда между ним и Антоном было уже метров двадцать, а в нескольких шагах за ним уже во всю прыть несся жаждущий мяса кабан, он дуплетом пальнул в лоб кабану. Заряд крупной дроби с треском влупился в огромный лоб кабана, но ни нисколько его не остановил. Тот только мотнул головой и чуть притормозив, переключился с Антона на стрелка. Быстро переломив ружье и пятясь назад, сталкер ловко выкинул гильзы, одним движением воткнул в стволы новые заряды и, захлопнув ружье и, отскочив в сторону от несущейся на него полутонной разъяренной туши, навскидку влупил дуплетом сбоку прямо в ухо. Туша накренившись на бок мордой запахала в дорожную пыль. Еще одна перезарядка, но буквально на мгновение сталкер не успел повернуться к другому кабану, который подхватив сталкера в бок, сбил его с ног на себя, и, протащив перекинутого через холку стрелка, сбросил через несколько метров. Одним прыжком развернувшись к жертве мутант открыл свою огромную пасть с кривыми но крепкими и длинными клыками, способными разорвать кого угодно, и кинулся на лежавшего на земле человека. Еще секунда и его голова треснет и раздавится в этой пасти как грецкий орех под каблуком сапога, как арбуз под колесом грузовика… Вдруг голова зверя взорвалась фонтаном крови и плоти через появившуюся вместо глаза черную сочную дыру, тут же в ней появились еще несколько черных и сочных пятен за ухом, под глазом , еще в шее. Туша рухнула на бок, едва не придавив собой еще живого истекающего кровью сталкера…

Двое сталкеров с охотничьими карабинами отодвинули тушу, подняли раненного и аккуратно понесли его в деревню. Антон стоял на краю деревни, на трясущихся от напряжения и увиденного ногах и не в силах сдвинуться с места смотрел на того парня, который только что спас его, и теперь с разорванным боком его тащат в деревню… Он не видел, что еще несколько сталкеров выскочили из деревни с другой стороны и расстреляли оставшихся кабанов. Он даже не слышал выстрелов, он как завороженный вообще ничего не слышал, зато видел все во всех подробностях и до мельчайших деталей – и своего спасителя, и кабана, и даже брызги темной радиоактивной крови фонтаном взрывающейся из головы мутанта и медленно, как в замедленном немом фильме, разлетающиеся вместе с клочьями плоти…

– Чего стоишь, помоги давай! – окрикнул его один из двоих охотников, несших раненного.

Антон вышел из оцепенения, подбежал и стал трясущимися руками пытаться подхватить сталкера. Наконец-то они его затащили в довольно широкий подвал, в котором было несколько лежаков, стол и даже электрическая лампочка под потолком. Раненного уложили на лежак. Один из охотников ловко ножом разрезал комбинезон раненного и обнажил разорванный и истекающий кровью бок. Откуда-то достал бутылку водки, выудил запечатанный бинт, вскрыл его и обильно залил водкой. Аккуратно обтерев рану от грязи и крови, обмазал края какой-то мазью, накрыл чистым бинтом и бережно перевязал сталкера.

– Ну все, отдыхай… – сказал он раненному, лежащему в полубредовом состоянии. Он вроде как был и в сознании, но большая потеря крови делала свое дело.

Скоро все трое вышли наверх. Антон просто молча смотрел на это все стеклянными глазами и с трудом осознавал что это все реальность, а не какой-нибудь сон. Сталкеры опустились на землю у костра, Антон механически присел с ними рядом. Тут второй повернулся к Антону и спросил:

– Ну, ты как, сам живой?

Антон не ответил. Он даже не осознал, что его о чем-то спросили…

–..эй! Парень! – слегка толкнул его другой. Антон механически перевел на него стеклянный взгляд и отрешенно и непонимающе посмотрел на сталкера. – … так, понятно…

Сталкер поднял лежащую на земле у костра эмалированную кружку со слегка примятым краем, налил больше половины водки и протянул Антону. Тот не реагировал.

– Бери!

Антон послушно взял кружку в руку.

– Пей!

Также послушно, механически Антон стал пить содержимое. В несколько крупных глотков он осушил кружку . Потом выдохнул и стал наконец-то приходить в себя.

– С-с.. спасибо… – выговорил он наконец.

– Ну ты, парень, даешь! – сказал первый и протянул Антону руку – Митроха.

–Ан…Антон. – слегка заикаясь он ответил.

– Я – Кот – сказал второй, тот который перевязывал раненного. – Ты мне скажи – какого черта ты, блин, голый поперся на пустырь. И как ты прошел там туда и обратно?

Антон полез в карман и достал оттуда флешку.

– понятно… – с долей досады сказал Митроха. – Еще один гонец у этого дворянина-бль, загнулся. Теперь новое мясо подбирает…

Антон вопросительно посмотрел на Митроху и спрятал флешку обратно в карман.

– Мы с холма следили за тобой и все видели. – сказал Кот. – Видели, как ты аномалии разглядывал, как по поляне шарился, как кабан на карусели покатался. Только далеко мы были, не успели чуток..

– а он… – Антон кивнул головой в сторону подвала – …выживет?

– не знаю… – задумчиво ответил Кот, уставившись в огонь костра – Это как Зона решит.

Потом поднял глаза на Антона и спросил – Так это ты тот парень, который сегодня ночью через блокпост шел и голым сюда приперся.

– я же не голый… – удивленно возразил Антон, и слегка развел руками показав, что он в штанах и изодранной спортивной куртке.

– Да это все равно что голый, – ответил Митроха, наливая водку в кружки себе, товарищу и Антону. – Держи.

Осушив кружку, Кот сказал:

– Парень, ты или дурак на всю голову, или я не знаю, – и негромко, чтоб только Антон и Митроха могли слышать добавил:

– Но все равно, будь осторожен. Граф, конечно на нужном месте, без его здесь и делать было нечего. Но поосторожней с ним. У него таких гонцов уже только за последний месяц трое сгинули. И подняться у него сложно. Хитрый он. Вроде и работа есть и заработать дает, а так, чтобы оттолкнуться от него не сможешь. Постоянно будешь ему что-то должен. Единственное – если ты ему действительно понадобишься, причем так, чтоб смог только ты. По какой-нибудь серьезной теме. Тогда и немного уважать… нет, не уважать… ценить… во, "оценивать" начнет. Он все оценивает. Даже твою шкуру – что он сможет за неё поиметь. Так что не доверяй особо.

Мандраж у Антона уже почти прошел, водка подействовала и немного успокоила.

– А что ты мне все это рассказываешь?– спросил он у Кота.

– Я в первый раз видел, что новичок, только что из-за периметра, вошел в аномальную зону, нашел все аномалии на пути, обошел их, ни в одну ни вляпавшись, и смог бегом выбраться оттуда. Без детектора, без экипировки, с голыми руками. Из тебя может хороший сталкер получиться. Правда, если у Графа в отмычках не сгниешь.

– это как – в отмычках? – спросил он, вспомнив, как Леший упоминал это.

– Ну как тебе объяснить… вот ты идешь по тропинке, а вдруг там ловушка, или аномалия, или засада, или логово мутантов, или еще какая-нибудь фигня. Как узнать, что впереди все чисто?

– ну… проверить… – ответил Антон

– Правильно. А как?

Антон пожал плечами. Тут включился Митроха:

– вот для этого и используют отмычек.

Антон, не совсем понимая, переспросил:

– А если там… ну … аномалия какая-то и отмычка в неё попадет?..

– Значит, эта аномалия будет точно найдена, а кто-то будет искать нового отмычку.

– …дико как-то… – ответил Антон.

– Это Зона, парень. По-другому здесь не получается. Но зато, это самый лучший "курс молодого бойца", который можно придумать. Тут все просто – или научишься, или сгинешь – самый лучший стимул не ошибаться.

Потом еще сидели и разговаривали о Зоне, аномалиях и мутантах, и вообще просто болтали. Уже стемнело и Антона начинало клонить в сон.

– Ладно, спасибо вам.– Поднялся он и посмотрел на своих собеседников. – Пойду к Графу схожу…

Глава 5

– Ну что, нашел? – не церемонясь, спросил Граф вошедшего Антона. Торговец оторвался от своих записей в толстой затертой тетради, закрыл её. Затем неспешно развернулся к сейфу, закинул туда эту тетрадку, и, наконец-то замкнув его и засунув ключ в карман, уставился на Антона. Антон протянул ему найденную на пустыре флешку:

– Вот.

– Больше ничего? – Изучающе уставившись на парня, спросил Граф

– Ничего. Только пистолет там был. Поломанный,– ответил Антон и достал из кармана найденный на пустыре пистолет.

Торговец ничего не ответил и к пистолету не притронулся. Пододвинул к себе ноутбук и воткнул в него найденную Антоном флешку. Через несколько секунд он довольно заулыбался, и, закрыв крышку ноутбука, посмотрел на Антона.

– Хорошо. Вот тебе за твою работу. – Он вытянул из-под стола какой-то рваный комбез, довольно изношенный пистолет Макарова, и пачку патронов к нему. Потом немного подумал, и добавил к этому банку консервы и кусок мыла. – Вот, забирай. Теперь это твое. И вот еще – без коммуникатора в Зоне никуда. Вот держи. Теперь ты в сети.

Антон с легким волнением, таким, когда получаешь первую в своей жизни зарплату, аккуратно взял КПК и включил его. Это был довольно потертый, но вполне рабочий гаджет, наверняка снятый с какого-то погибшего сталкера, но вычищенный от предыдущего владельца и перепрошитый. Потом он развернул комбез, и увидел, что он не просто рваный, а практически разорванный в клочья. Только что сравнительно чистый. А макаров не только изношен, но и заклинен. Будто бы не стреляли из него, а гвозди им забивали. Разочарованный Антон протянул вещи, показывая их состояние торговцу:

– А что это? Я там, значит, в червях и в дерьме копался, меня там чуть не сожрали, не говоря уже об аномалиях, за которые ты мне ни слова не сказал. И за это ты мне даешь кусок мыла, кусок железа и какие-то тряпки?! Тебе не…

– Заткнись! – перебил его Граф. – Заткнись и слушай. Я тебе не какой-нибудь "ашан", куда зашел и выбрал что тебе надо. Я тебе и так дал больше чем ты заработал! Ты мне еще за КПК отработать должен.

– Больше? – Уже закипал Антон. – Куда уже больше?! А то, что кабаны оттуда там сталкера одного чуть не порвали, это что, тоже ничего?!

– Ну, во-первых, я к тому не имею никакого отношения! И если на то пошло, то это ты потревожил их и за тобой они пришли в деревню. Во-вторых – они все равно бы пришли. Не сейчас, так ночью. И точно кого-нибудь бы порвали. И, в-третьих – комбез зашьешь, а пистолет из двух один соберешь. Заодно и поучишься нитку с иголкой в руках держать. Да, кстати – вот тебе довесок. – Граф выставил на стол катушку с толстой и прочной ниткой и воткнутой в неё иголкой.

Антон уже открыл рот что- то ответить в ответ, но тот в ответ махнул рукой, мол – "все, отваливай!", а в ту же секунду в бункер вошел какой-то сталкер и с порога, не обращая внимания на торговца, крикнул Антону:

– Ты – Антон? – и, не дожидаясь ответа, тут же продолжил – Где ты шарахаешься? Тебя Сухов уже целый час по всей деревне ищет! Давай быстрее – ноги в руки и наверх!

Антон сгреб весь свой "заработок" в охапку и недовольно бросив взгляд на торговца, зашагал к выходу.

***

На поляне у костра было необычно много сталкеров – человек десять-двенадцать. Над ними на ящике стоял Сухов и что-то недовольно высказывал одним, что-то спрашивал других, давал указания третьим. Все это напоминало "разбор полетов" и коллективную взбучку от начальства.

– Где этот новоявленный мастер-следопыт хренов? – непонятно кого спрашивал он. Но, тут же увидев Антона, переключился на него – Вот он! Что, заклинило? Сюда иди!

Сталкеры перед Антоном расступились, и он подошел к Сухову, также держа в охапку свое барахло.

– Ты какого черта на пустырь поперся?! – отчитывал его сталкер – Я же тебе ясно сказал: сиди и не высовывайся пока я не приду! Или ты чего-то не понял? Чего тебя туда нахрен понесло?!

– Ну, я… это… Граф просил принести…

– А ты, мля, что не додумался хотя бы кому-нибудь сказать? Я понимаю, что ты отчаянный парень, герой и все такое, но дело не в тебе, а в том, что ты подверг опасности всю деревню. Ты можешь хоть сам головой в аномалию залезть – никто не расстроится. Но запомни правило – если ты куда-то уходишь из деревни, то обязательно говори или мне или Когтю. Один из нас всегда здесь. На крайний случай – патрульному сталкеру. Если бы ты сказал, то тебя обязательно бы вели, по крайней мере, в окрестностях деревни. Только не для того, чтобы твою жопу, если что, прикрыть, не обольщайся! Кабанов бы засекли гораздо раньше! И встретили их бы не на пороге, а подальше отсюда. Отстреляли бы их еще на подходе. А так – трехсотый появился.

Запал у Сухова постепенно стихал, и он уже говорил немного спокойнее. Антон молчал и слушал.

– Ладно, – наконец-то подытожил сталкер – что случилось – то случилось. Здесь не только твоя вина. Патрульные не должны забывать, что это не городской парк или культурный заповедник. И должны следить за окрестностями постоянно. Здесь – ЗОНА и случиться может что угодно и когда угодно. Всем все понятно?

– Да, все… – ответили сталкеры вразнобой.

– Все свободны. – Закончил Сухов, и, подойдя вплотную к Антону, сказал ему – а ты со мной иди. – И молча пошел к своему домику.

Антон – следом. Когда Сухов и Антон остались одни, сталкер заговорил.

– Мне Кот и Митроха рассказали, как тебя вели, и что ты на пустыре делал. Честно говорю – впечатлен. Я думаю, ты понял, что здесь надо всегда держать нос по-ветру. Но смотри – не зазвездись. Хотя я вообще не об этом. Вижу – Граф тебя экипировал уже? – он указал на шмотье, которое прижимал к себе Антон.

– Ну как… тут все разорвано… хлам какой-то… – несколько озабоченно ответил он.

– Ничего… Если руки есть – в порядок приведешь. Если нет – тебе же хуже. Короче так. Сегодня ночью дежуришь у костра. Заодно шмотье свое подшаманишь. Я ночью уйду. Если что – обращайся к Когтю. Потом – выспись хорошенько. Я кое-то проверю, а там, если все срастется – поработаешь на меня. И еще – меньше болтай и больше слушай. Это так, на всякий случай. Все, иди, заступай. – Закончил сталкер и скрылся в темном доме.

А Антон вернулся к костру, и, поудобнее расположившись, стал разбираться с починкой своего комбеза. Через пару часов старательно заштопанный комбинезон уже плотно сидел на свежеиспеченном сталкере, который теперь ковырялся в пистолетах. Еще через полтора часа Антон отбросил в сторону расколотый затвор и полностью угробленные детали. Свежесобранный из двух пистолет конечно был не в хорошем состоянии, но, по крайней мере уже мог стрелять. Как минимум на несколько выстрелов его должно хватить. Наконец-то разобравшись со своим скарбом, Антон взялся изучать коммуникатор. Ближе к утру наконец-то его сменили, и он прямо тут у костра и увалился спать.

Проснулся Антон к обеду. Его разбудил разговор собравшихся у костра сталкеров.

– Да, не вычухался Васян… Прибрала Зона…

– Значит, судьба такая…

– Э-эх… не повезло… а хотя… мало ли, может и правда лучше так…

Антон поднялся.

– Что случилось? – спросил он.

– Васян помер, – ответил один из сталкеров

Антон вопросительно посмотрел на них, поднялся и быстро спустился в тот подвал, куда накануне он с Котом и Митрохой отнесли раненного сталкера. Они оба были там. Митроха стоял у стены, а Кот, опустив голову, сидел на ящике у топчана, на котором лежал уже остывший Васян.

– Слишком большая кровопотеря, – увидев вопросительный взгляд Антона ответил Кот. – Плюс разрыв кишки, а оттуда и заражение.

Антон стоял остолбеневший и смотрел на того сталкера, благодаря которому Антона кабаны все-таки не сожрали. Это он спас Антона… Спас… А сам погиб…

– ну, в общем так,– нарушил молчание Митроха,– мы тут посовещались и решили – поделить вещи Васяна. Ему они уже ни к чему, а здесь еще пригодятся. Для сталкера лучшая память, когда его вещи кому-то служат, а не в землю уходят и не мутантами жуются. Тебе достанется его ружье и пачка патронов к нему. Это хорошее ружье. Укороченное, но не как обрез. Васян его так подпилил, чтобы и удобно было и в дальности не слишком потерять. Бери и пользуйся. Пользуйся и помни сталкера. Это лучшее, что мы можем для него сделать. Не переживай, мы себя тоже не обделили.

Митроха протянул Антону ружье. Антон стоял и смотрел на него.

Ты не думай, ничего такого здесь нет, – включился Кот – если ты считаешь что это мародерство, и прочая эстетическая херня, то не парься – здесь Зона. Это другой мир. И в нем немного другие законы. Конечно, если ты завалишь кого-нибудь, чтобы вытрясти его рюкзак, то это плохо. Хотя и далеко не редкость. А взять себе вещи погибшего товарища – это дань уважения к сталкеру. Но, если отказываешься, настаивать не будем. Оставим себе, потом продадим.

Митроха уже хотел опустить руку с винтовкой Васяна, но Антон все-таки взял её. И еще несколько минут все молчали.

Васяна похоронили за деревней. Здесь уже было десятка два могил. Некоторые были довольно свежие.

– Быть похороненным в могиле – большая удача в Зоне, – сказал у креста Коготь.– В этом Васяну повезло как немногим. Намного чаще получается так, как с тем сталкером, которого ты на пустыре нашел… добавил он, повернувшись к Антону…

… Так и прошел еще один обычный день в Зоне.

Следующие два дня практически ничем не отличались. Сталкеры также сменяли друг-друга в патрулях у деревни, иногда отстреливали подбирающуюся слишком близко к деревне живность, делали небольшие вылазки по окрестностям лагеря в надежде найти что-нибудь интересное или хоть мало-мальски стоящее. Те, кто чуть подольше пробыл здесь, и успел обзавестись детектором, обшаривали близлежащие аномалии на предмет артефактов. Кому-то все-таки повезло и он смог вытащить медузу – странное зеленоватое каплеобразное образование, с мягковатой желеобразной поверхностью, но в то же время довольно прочное – оторвать или отрезать ножом часть от этой капли размером в кулак не получалось. Сталкеры здесь говорят, что только у ученых есть какой-то лазерный нож, которым можно разрезать эту радиоактивную штуковину. В общем, найденный артефакт тут же был доставлен торговцу и обменян на патроны, консервы, и почти новый обрез в идеальном состоянии. Возможно, сталкеру от проданного артефакта досталось и еще что-то, но об этом никто не распространялся. Встречи сталкеров с торговцем здесь всегда проходили тет-а-тет. Кому какое задание давал торговец, кому какую цену на хабар – никто особо не распространялся. Да, сталкеры имели определенное представление об уровне цен на те, или иные артефакты,на оружие, экипировку, но для каждого сталкера Граф устанавливал свои цены и они от других несколько отличались.

Антон тем временем тоже успел облазить все окрестности деревни, застрелить трех кабанов и срезать с них копыта – они представляли определенный интерес для ученых. Копыта он отнес торговцу. Стоили они у торговца сущие копейки, но все-же это было лучше, чем ничего. По крайней мере, можно было немного пополнить запасы картечи и купить хлеба и тушенки.

Но, ближе к вечеру второго дня Антон нашел необычное углубление в пне за деревней. Чуть отодвинув мох от пня, Антон обнаружил в нем пустоту. Запустив туда руку, он вытащил оттуда пачку патронов к пистолету и бинт в упаковке. Следующую секунду он услышал характерный металлический щелчок за спиной, и в затылок уперлось холодное дуло пистолета…

– Ты чего тут делаешь? – послышался недовольный голос за спиной.

–я…тут… я случайно нашел… – растерявшись ответил Антон.

– Ты что, решил мой тайник выпотрошить?

– Да нет, же! Я же говорю, я случайно нашел! Вот что тут было – забирай! Мне чужого не надо!.. – Антон аккуратно положил найденное рядом с собой.

– Повернись! – скомандовал сталкер за спиной. Антон повернулся. Перед ним стоял Рыба – тоже сталкер из деревни. Конечно, не такой опытный как Иван или Коготь, но и не зеленый совсем. Он был здесь уже четвертый месяц и кое-чему поднатаскался и завел кое-какие связи. – Здесь еще была ночная звезда и ПМ!

– Какая звезда? Не было ничего! Я честно тебе говорю!

– Давай, карманы выворачивай! – Не терпящим возражений голосом негромко проговорил Рыба. Антон вытащил из одного кармана свой собранный из двух ПМ с запасной обоймой. Другой рукой показал, что в другом кармане ничего нет. Рыбу это не удовлетворило, и он сильнее придавив дулом в лоб Антону ядовито добавил – рюкзак выворачивай! Только не быстро.

Антон снял рюкзак, перевернул его и высыпал на землю его содержимое – банку консервов, запасную пачку патронов, полпачки картечи и свернутую пару портянок. Рыба не отводя пистолета с Антона забрал запасную обойму к ПМу, сунул её в карман и с наставленческим тоном, будто он директор школы и Антон – провинившийся школьник добавил:

– Значит так. Это я забираю как штраф, чтоб по чужим схронам не лазил. Еще раз увижу – застрелю без предупреждения. На этот раз рекомендую все забыть. Так будет лучше. Ты же не хочешь, чтоб все знали, что ты у своих воруешь?

Антону ничего не оставалось, как согласиться.

Быстро собрав все вещи Антона в свой рюкзак, кроме портянок, и забрав его ПМ, Рыба как-то воровато оглянулся по сторонам, двинул поддых Антону и быстро скрылся. Антон опять остался с голыми руками. Но на этот раз у него уже было ружье с двумя зарядами, хотя для выхода вглубь зоны этого было крайне недостаточно. А неделя уже почти прошла… Решив попытать еще раз удачи у торговца, Антон пошел к Графу в надежде получить хоть какой-то заказ.

Глава 6

-Ты как раз кстати, только собирался вызывать. – с порога проговорил Граф. Он был не один. Тут же рядом стоял сидел Сухов. По виду оба были чем-то озабочены.

– Я тут навел кое-какие справки про тебя. – Сказал Сухов и пристально посмотрел на Антона. Антон насторожился. – Бывший спортсмен, родители погибли, брат в приюте… – после короткой паузы продолжил сталкер.

– Леший по моей просьбе навел справки. – Хмуро вставил Граф, увидев вопросительное лицо Антона.

Легкий холодок пробежал по спине – что узнавал про него Леший за периметром и у кого? Что он знает о долге Пахому? Мало ли кто и чего мог наговорить про него, ведь друзей у него кроме Андрея и не оставалось…

Граф открыл решетку своего мини-магазина и кивнул головой, предлагая пройти. Антон замялся.

– Давай проходи! – негромко, но не терпящим возражений тоном сказал Сухов.

Антон ватными ногами пошел внутрь, Сухов двинулся за ним следом. Граф запер решетку и двинулся вглубь своего бункера. Антон пошел за ним. Сухов последний. За стеллажом показалась небольшая дверь, за которой была небольшая, но вполне уютная каморка, с лежаком у стены и оружейным ящиком вместо стола. Сбоку стояли еще несколько ящиков. Под потолком чадила керосиновая лампа, освещая комнату теплым желтым светом. Когда гости вошли внутрь, Граф выглянул наружу, и, убедившись, что в бункере с той стороны решетки никого нет, закрыл дверь. Антон стоял, не зная чего ожидать от такого приема.

– У нас в лагере завелась крыса. – Хмуро продолжил торговец. – Кто-то повадился пощипывать тайники и заначки сталкеров.

Антон почувствовал, как бетонный пол поплыл под ногами. Неужели Рыба уже и Графу про него донес? Антон прекрасно знал, что могут сделать с "крысой" за периметром, а что могут сделать здесь, он даже и предположить боялся. Тем более, что он – то ни в чем не виноват… Он только нашел чью-то заначку… Да он и брать бы ничего не стал – обворовывать своих же товарищей было для него чем-то брезгливым…

– Мы решили, что ты можешь помочь нам вычислить этого мудака. – продолжил Граф. Антон открыл было рот, чтоб что-то спросить, но не нашел, что и как можно было выговорить. Мысли в голове метались как муравьи в развороченном муравейнике, и собраться в нужный вопрос никак не могли.

– Почему ты? – поднял на него свой взгляд Сухов, оторвавшийся от своего КПК, и тут же ответил – есть несколько причин. Во-первых – это началось еще до твоего прибытия сюда, поэтому с определенной долей уверенности можно предположить, что это не ты. – У Антона словно камень с души свалился. Ему очень захотелось облегченно выдохнуть, и он постарался сделать это как можно незаметнее. Тем более, что у торговца по лицу пробежала какая-то тень сомнения и недоверия.

– Во-вторых – у тебя есть задатки настоящего сталкера. Ты за два дня здесь самостоятельно научился большему, чему у многие новички учатся неделю и больше. – продолжил Сухов. – но я тебе это сказал не для того, чтоб ты зазвездился. Наоборот, теперь тебе придется дальше все постигать самому. Совсем самому. В-третьих – у тебя есть определенная физическая подготовка, которой здесь нет у половины. Ты же в недалеком прошлом многоборец, верно?

Антон утвердительно кивнул.

–Ну и в-четвертых – самое главное, – продолжил Сухов – ты человек здесь новый и тебе сделать всё будет гораздо легче.

– Что – "все"? – не совсем понимающе, чего от него хотят, спросил Антон.

– Нам удалось пообщаться с Лешим, – ответил торговец. – Еще за тебя ему поручился некий Андрей Калугин. Знаешь такого?

Невольная улыбка дернула лицо Антона – Андрюха, его старый и по сути единственный оставшийся друг. Это он замолвил за него Лешему, и тогда еще там, именно поэтому Леший согласился как можно скорее переправить Антона в Зону…

– Вижу, знаешь… – не дожидаясь ответа Антона, подытожил Граф. – Ну, ты как, готов поучаствовать ?

…Ну, наконец-то, серьезная работа… – облегченно подумал Антон – и возможностей будет больше, и оплата будет выше, и можно наконец-то будет начать копить…

–Да, – твердо ответил он. – Только не совсем понимаю как. Вернее пока совсем не понимаю.

Граф налил в кружку чай – горячий, душистый, ароматный, с мятой и протянул её Антону.

– Садись и слушай. Среди сталкеров завелась крыса. Это ты уже понял. Кроме того этот мудак контактирует с бандюками.

– А с чего ты так решил? -спросил Антон.

– У сталкеров из тайников кроме патронов и медикаментов артефакты пропадают. Естественно их надо продавать. Если бы продавал их мне, то я бы быстро узнал кто это. Значит, он сбывает их кому-то другому. Ближайший, кто может здесь скупать артефакты – это Джокер – главарь местных бандитов. Обитает он на ферме за железной дорогой, в километре отсюда.

– Ну а я как смогу здесь помочь? – спросил Антон, потягивая чай и наслаждаясь его вкусом.

– Я дам тебе детектор. Походи по окрестностям, пошарь аномальные зоны. Найдешь артефакт – тащи его Джокеру. Поговори с ним, мол, готов еще таскать, то да сё. Глядишь и проявится наша крыса.

Антону вспомнился Рыба. Может это он? А может это и правда его тайник был? Антон сомневался. Тут опять включился в разговор Сухов:

– Антон, мы не гопники, и голословно обвинять кого-то в крысятнчестве и в воровстве здесь очень опасно и не по-человечески, что-ли. Если чел действительно не причем а его вором обвинить, да еще если он сможет доказать что это ложь – это все, конец репутации. За это можно и пулю в спину получить. Нам нужны не только имя крысы, но и доказательства. И желательно такие, от которых отвертеться будет невозможно.

– И артефакты мимо меня проходить не будут. – добавил Граф.

– Ну, я думаю, ты понял, что и как надо делать. И главное – о нашей сегодняшней беседе никому ни слова, ни полслова.

– Хорошо. – Ответил Антон. – Я попробую.

– Не попробуй, а уж постарайся все сделать как надо! – ответил Граф и положил перед Антоном потертый детектор. – Тогда и тебе хороший кусок перепадет от меня.

***

Немного поправив свои запасы у Графа, Антон на следующий день взялся обшаривать все местные аномалии. На второй день поиски наконец-то увенчались успехом. Проходя по ложбине за пустырем детектор начал сначала понемногу вибрировать, потом облазив здесь все кусты, сталкер все таки нашел под очередными зарослями сливающегося с сухой травой и листвой и практически не заметный странный серо-коричневый комок. Находка напоминала клубок размером с кулак, сплошь покрытый тоненькими мягкими, но упругими шипами, отчего напоминал некую странную помесь колобка и очень пушистого ежика. Именно на него детектор заходился вибрацией и всеми своими светодиодами. Антон протянул к нему руку, и клубок его слегка обжег как крапива. Антон вытащил из своего вещмешка чистую портянку и накинул её на найденный артефакт. Потом аккуратно завернул его в неё и быстро засунул обратно в вещмешок. Найдя первый артефакт, Антон испытал такое удовлетворение, с каким вряд ли может сравниться счастье ребенка наконец-то получившего заветную игрушку, о которой очень долго мечтал. Полный радости и ликования Антон зашагал к железнодорожному мосту, проходящему над дорогой вглубь Зоны.

Мост несколько лет назад провалился, и над проходом так и остались висеть оставшиеся на мосту пустые товарные вагоны. Один вагон просто свисал своими катками-колесами над провалом моста и сидел на своем месте довольно прочно. Другой – же с противоположной стороны лениво и мерно, как медленный маятник, раскачивался над пропастью провала – то начнет опускать свисающую над дорогой сторону, как бы пытаясь наклониться и соскользнуть вниз, к уже упавшим и искореженным собратьям, то обратно поднимался этим краем кверху, в очередной раз отказываясь упасть прямо сейчас и решив повисеть здесь еще немного. По разговорам сталкеров этот вагон так балансирует качаясь без остановки с того момента как рухнул пролет моста. Балансирует уже несколько лет, качается то сильнее, то медленнее, но не падает. Ходят байки, что этот вагон ждет кого-то. Вот будет под ним тот сталкер, кто Зоне нужен, он обязательно упадет и заберет с собой этого сталкера. Только кто это – никому не известно, да и подходить к нему никто почему-то не хочет. Кто его знает, откуда эти байки странные берутся? Может это просто страшилки для отпугивания новичков? Но проверять на себе пока еще никто не отважился.

Еще на подходе к мосту Антон заметил, что никого здесь не видно, хотя этот переход должен был охраняться людьми Джокера.

"…странно…" настороженно подумал Антон и стал осторожно подходить к умершему здесь двадцать лет назад грейдеру. Но стоило ему поравняться с махиной, как перед ним как будто из-под земли вырос сталкер в балахоне, а за спиной появился еще один.

– Руки… медленно и за голову! – проговорил стоящий перед ним, целясь из сайги в голову Антону. Капюшон балахона натянут на лицо так, что лица и не видно. Чуть поодаль за обломками моста показалось еще три фигуры. В затылок Антону уперся холодный ствол ружья. Решив не испытывать судьбу Антон послушно потянул руки к затылку.

– Ну, какими судьбами? Чего забыл? – продолжал в балахоне.

– Мне бы с Джокером переговорить… – Пытаясь сохранять спокойствие, хотя бы внешне, проговорил Антон.

– Ух-ты-ах-ты! Все мы космонавты… И чего тебе у Джокера понадобилось, родной?

– Поговорить надо… – слегка растерявшись, ответил Антон

– О чем? О погоде? – продолжал наседать бандит

– Есть о чем! – неожиданно сам для себя резко ответил Антон. – Если это Джокеру не нужно, тогда я пошел обратно!

– А чё так грубо? И кто тебя отпустит? – с нотками издевки ответил собеседник.

– А ты смотрю прям радушием брызжешь! – закипая, отвечал Антон.

– Чего?! – потянул в ответ в балахоне. Его сначала эта беседа немного раззадорила, а теперь, когда тут какой-то сталкер не то чтобы дает отпор, но начинает задевать его самолюбие, он начинает злиться. Он бы с огромным удовольствием сейчас прострелил башку этому нахальному пацану, который пришел сюда и даже находясь под прицелом четырех стволов еще и огрызается, но по приказу Джокера он не имеет права… По приказу Джокера он должен связаться с ним, а потом, если Джокер решит с ним говорить, то проводить сталкера. Ну а если нет, что тогда он волен делать с этим выскочкой все, что захочет…

Антон стоял и смотрел прямо на него. Все чувства у него как-то обострились. Он уже не думал ни о смерти, ни о смотрящих в его голову оружейных стволах, ни о чем. Просто стоял и смотрел прямо и с вызовом.

– Держать на прицеле! – скомандовал в балахоне, опустил ствол, поднес к губам портативную рацию и заговорил в неё. – Это Хирург. Тут сталкер один ломится, с Джокером поговорить хочет.

Через секунду рация в ответ зашипела:

– Что за нах..? Что за сталкер? Как зовут?

Хирург демонстративно отвел рацию от головы и резко спросил Антона :

– Вопросы слышал?

– Зовут Антон. К Джокеру по делу. – Утвердительно кивнув четко и внятно проговорил Антон. Хирург повторил в рацию слово в слово. Через несколько секунд в ответ из рации раздался короткий ответ:

– Проводи!

Хирург зло заткнул рацию за пояс и скомандовал:

– Лысый, Шпала! Проводите этого ущербного к Джокеру!

Из-за насыпи к Антону подошли двое. Один стал сзади и ткнул в затылок ружьем. Другой, с автоматом наперевес гундосо промямлил:

– За мной пошел! И не выкабеливайся тута!

***

Через двадцать минут Антон стоял в бывшем здании фермы, переоборудованном под вполне приличный хозяйственный блок. Тут была и мастерская по ремонту оружия, чуть дальше на импровизированной кухне копошился в засаленном фартуке, натянутом поверх всего, пухлый повар. С кухни несся запах жаренного на огне мяса, который настолько бесцеремонно лез в нос, что у Антона, последний раз более-менее нормально евшего почти две недели назад желудок так скрутился и взвыл, что его чуть не согнуло ополам. За столом перед ним сидел сталкер в черной кожаной куртке, перешитой под странную помесь разгрузочного жилета и бронежилета. Перешитая куртка не только не утратила своего первоначального предназначения, но и налицо была подогнана под универсальный бронежилет. Даже при первом взгляде было видно, что она не только ни на йоту не сковывает движения своего носителя, но и обеспечивает максимальную его защиту и удобность.

"…Наверняка делалась по индивидуальному заказу…" отметил про себя Антон. Сталкер в этой куртке был не молод, на вид около сорока лет. Абсолютно гладкий череп и густая борода делали его одновременно похожим и на Маркса и на вождя мирового пролетариата – Ленина. На столе перед ним лежал ТТ-шник и стоял стакан с графином. Если бы стол застелить кумачом, то точно можно было бы принять его за партийного работника. Если бы не колода карт, лежавшая сбоку. Одну карту он так ловко и непринужденно перекатывал между пальцев левой руки, что Антон даже засмотрелся.

Сзади Антона стали Лысый и Шпала, оружие опустили, но пальцы держали на предохранителях. Джокер пристально и с подчеркнутым равнодушием смотрел на Антона некоторое время изучая его. Потом наконец-то он спросил:

– И что же за дело у тебя?

Антон вытащил из рюкзака завернутый в портянку артефакт, развернул и спросил:

– Сколько дашь за него?

– А сколько ты хочешь? – ответил ему Джокер, все так же равнодушно и невозмутимо.

– Ну, сколько я хочу, ты все равно не заплатишь. Вот и хочу узнать, что ты реально можешь заплатить мне за такую штуковину.

– А что Граф-барин? Не покупает?

– Покупает. Но не свет же клином на нем сошелся. Так что скажешь?

– Назови свою цену. – сказал Джокер

– десять тысяч зелени.

– Чего?!.. За один колобок?!.. – чуть не закашлялся главарь. Лысый и Шпала за спиной зашушукались.

– Я же говорил, что ты столько не заплатишь. – Ответил Антон и добавил. – Ладно, я наверное, зря пришел… и повернулся к выходу.

– Пять. – Ответил Джокер. – Деревянными. И еще кое-что. – Антон развернулся к Джокеру, а Джокер продолжил. – Все равно Граф тебе больше двух тысяч за него никогда не даст. В лучшем случае – половину. Идет?

– А что еще?

– Ты почаще арты сюда приноси. И подумай ряды наши пополнить. Как видишь – здесь у нас – не то, что у этого отребья Суховского… А?

Антон положил артефакт на стол. Джокер сделал еле заметный жест, как тут же около стола появился еще один браток со странным контейнером, с винтовой герметичной крышкой. Артефакт был аккуратно погружен вовнутрь, контейнер закрыли и унесли. Еще один едва заметный жест и на столе перед Антоном лежали пять новеньких купюр и пачка пистолетных патронов. Антон сунул деньги в карман, закинул патроны в рюкзак, сказал "спасибо" и уже хотел было уходить, как Джокер кого-то окликнул:

– Эй, Батон! Накорми пацана. А то, что-то хреновато выглядит. Еще обратно не дойдет.

Тот что в фартуке кивнул и уже через полминуты на столе стояла железная миска с пшеничной кашей и приличным куском горячего и ароматного жаренного мяса. Антон растерялся. Видя его замешательство, Батон хрипловатым голосом ему ответил:

– Ты, паря, давай не стесняйся! Садись, жуй. Считай, за счет заведения! – подмигнул Антону и принялся дальше возиться с кабаньей тушей.

Антон понимал, что его сейчас фактически покупают за еду, но его желудок, раздразниваемый запахами, скрежетал с такой силой, что подгибались ноги, а голодный рев желудка, казалось, разносится по всей округе. Антон ел и наслаждался – полухолодная почти просроченная консервированная килька из консервной банки, кусок хлеба всухомятку, либо кусок высушенной до резины непонятно из его и когда сделанной колбасы – это то, что он мог представить себе в Зоне до сегодняшнего дня. Он с огромным удовольствием разжевывал тающую во рту распаренную пшеничную кашу, обильно сдобренную жаренным на сале луком со шкварками и пытался сложить в голове – казалось-бы "правильные" сталкеры ютятся в норах и подвалах, живут почти впроголодь и питаются консервами всухомятку, запивая их водкой, да еще и подворовывая друг у друга, а криминальные группировки имеют вполне укрепленные базы со всем необходимым для нормальной жизни – тут и электричество, и мастерские, и кухня, и отдельное здание отведено полностью под жилое, строгая дисциплина и организованность… Так кто же из них – "честные сталкеры", а кто "криминальные отбросы"?.. В размышлениях он и не заметил, как полностью до крошки опустошил миску. Переполняемый смешанными чувствами он сказал "спасибо" Батону, тот в ответ улыбнулся, обнажив золотую фиксу и добродушно подмигнул. Антон встал и направился было к выходу, но его окликнул Джокер:

– Эй, сталкер! Подойди-ка.

Антон подошел, и Джокер продолжил:

– Я тут сейчас вот что подумал. Есть у меня одно дельце к тебе. Интересует?

– Что за дельце?

– Нет, парень, этого я тебе пока не скажу. Если согласишься взяться, тогда и узнаешь. А нет – тогда тебе и знать не обязательно. За оплату не переживай. Так что скажешь?

Антон не нашелся, что сказать и решил взять немного времени на обдумать:

– Мне подумать надо. Так сходу… как-то… стрёмно. – Ответил он и пожал плечами.

– Ты долго не думай. Если надумаешь, то завтра в первой половине дня подходи. Если опоздаешь – то забудь за предложение.

– Хорошо. – Ответил Антон и, уходя, добавил – спасибо.

Глава 7

Когда Антон вернулся в деревню, был уже вечер. Солнце пряталось за кроны деревьев, проваливалось в них и медленно тонуло, заливая золотистым цветом листву и крыши. С востока наползала темнота, расползаясь и подбираясь все ближе и ближе, и пряча под собой все, до чего дотягивалась. Вместе с темнотой все ближе слышались то шумный лай слепых псов, то вой псевдособак, то визг раздираемых на части и съедаемых заживо плотей. Иногда ночные звуки разрезались пронзительным, полным ужаса человеческим криком очередного сталкера, не успевшего к ночи добраться до надежного укрытия и ставшего едой для очередного порождения Зоны.

В деревне ничего не изменилось – те же патрульные на подходе, те же мечтающие стать сталкерами добровольцы в Зону, сидящие у костра, пьющие водку и травящие друг другу байки о Зоне, тот же барыга-Граф, снабжающий новоиспеченных сталкеров скудным провиантом…

Еще пару дней назад Антон воспринимал это как зерно цивилизации в диком и враждебном человеку мире. А сегодня, вернувшись из обители Джокера, с вполне обустроенной базы, на которой обосновались, как тут называют – бандиты, и прочие криминальные элементы, чуждые цивилизованному миру, этот лагерь сталкеров воспринимался им как грязные трущобы с копошащимися нищими бичами, зависящими от местного хитрого и жадного торговца, всеми силами пытающегося сохранить только свое влияние на этих "новобранцев"…

Сухова в деревне не было, и Антон решил сначала зайти к Графу. По обыкновению, в это время у торговца уже никого не было.

– О, здарова! – встретил сталкера граф, и, убедившись, что Антон пришел один, негромко спросил – Ну, что выяснил?

– Пока не много. Артефакты Джокер покупает. Кто отсюда ему носит – говорить не стал. Единственное – говорил, что если еще будут арты – можно приносить, будет покупать.

– и все? – явно не порадованный ответом спросил торговец.

– Все.

– Что-то хреново ты сходил…

– А ты что, думал, что он так сразу все и мне и расскажет? – возразил Антон – Он меня в первый раз в глаза видит. С чего бы ему мне такие вещи рассказывать?

– Да правильно ты говоришь, правильно… – ответил Граф, протер очки и водружид их обратно на нос – только этого мало… и времени мало…

– времени до чего? – спросил Антон

– Да так… не важно… Ладно, продолжай окучивать этого гопника. – Пренебрежительно отозвался о Джокере Граф и добавил: – И помни – мне нужен результат! Ясно? И как можно скорее.

***

К утру Антона разбудила вибрация КПК. Протерев глаза, он ткнул пальцем в коммуникатор – сообщение от Сухова: "Надо встретиться" и координаты. Потянувшись и размяв отдавленную во сне руку, он выдвинулся к указанному месту. Идти было недалеко – в ложбинку к северу от деревни. Та ложбинка хорошо закрывалась от окрестности разросшимися вокруг деревьями. Из неё легко можно было видеть всех приближающихся к ней, а самому оставаться незаметным. "Идеально место для тайной встречи – отметил про себя Антон. – И крайне неудобное для лагеря – простреливается на раз, а при помощи двух-трех ВОГов вообще можно похоронить всех, кто здесь находится. И почему он не сказал Графуу, что Джокер предлагал ему работу?.. наверное, что-то насторожило его в поведении этого скряги…" – продолжал размышлять он, пока перебирался через пустырь.

В ложбине никого не оказалось.

"Странно…" – подумал Антон, и уже хотел было достать КПК, чтоб кинуть Сухову, что мол, он на месте, как голос из-за спины спросил:

– Ты один?

Это был Сухов. Как он так незаметно появился у Антона за спиной, тот так и не понял, но поспешил ответить:

– Да, один.

– У Графа был?

– Да, был.

– Ты не заметил ничего странного в его поведении?

– Да не, ничего… ответил Антон, и, вспомнив озабоченный вид барыги, добавил. – Хотя, было кое-что. Он обронился, что до чего-то мало времени. Но рассказывать ничего не стал.

– А ты?

– А что я? Я тоже. – Ответил Антон и, увидев, встревоженный взгляд Сухова, поспешил добавить. – Я ему не сказал, что Джокер мне работу предлагал. Говорил, что хорошо заплатит. Только что делать – не сказал.

– Ясно.. Ты с Джокером поосторожней. Это очень опытный сталкер. И очень хитрый человек. Не стоит его недооценивать. Не зря его Джокером прозвали. Он такие многоходовки продумывает, что его еще никто не смог перехитрить.

– Это я уже понял.

– Что с работой делать думаешь?

– Пока соглашусь. Узнаю, что ему нужно. А там – по ситуации. А с Графом-то что?

– Да черт его знает… Темнит что-то… Думаю, скоро узнаем. Ладно, давай, удачи. Вот держи, пригодится – Сухов протянул Антону два рожка патронов и добавил – Думаю, ты понял, что и Графу не стоит пока всего говорить.

Антон кивнул, забрал патроны, и ушел обратно в деревню.

Если еще совсем недавно ему была более менее понятна ситуация вокруг сталкеров и бандитов, что сегодня все оказалось на много сложнее. Простая, казалось, истина – что сталкеры занимаются поиском артефактов и исследованием Зоны – дружная команда, в которой все друг-другу помогают и живут как одна семья, а бандиты – отрепье, которое то и делает, что грабит одиночек и вообще не придерживаются никаких ни моральных норм, ни чисто человеческой честности и справедливости… Теперь же, сталкеры выглядели в его глазах как крысы в бочке, живущие по правилу "каждый сам за себя", могут ради добычи и обворовать товарища, или несчастный случай подстроить… Благо в Зоне с этим сложностей не возникает – иногда достаточно просто оступиться, чтобы угодить в смертельную аномалию. Барыга-Граф – этот держит новичков "на коротком поводке" – дает возможность только концы с концами сводить, за патроны и за еду дерет втридорога, а артефакты и хабар сталкеров забирает только за бесценок, Чтоб потом обратно тому же сталкеру и продать с пятикратной накруткой. Что-то скрывает, и явно, если это "что-то" вскроется, то проблем у него заметно прибавится. Сухов – пытается как-то хоть чему-то научить новичков, то ли из идейных соображений, а может просто, чтобы удерживать хоть какой-то заслон между Зоной и военными на охране периметра. И тоже что-то скрывает. Сейчас стало четко видно, что Граф и Сухов, конечно, не враги друг другу, но и союзниками и одной командой их тоже назвать нельзя. А вот это "бандитское отрепье" оказалось довольно дисциплинированной командой, с грамотным распределением задач и обязанностей и, как ни странно, с нормальным отношением к пришедшим. Первые встречи с Джокером и с Графом не идут ни в какое сравнение друг с другом. А если вдруг Джокер со своими людьми решит выбить сталкеров из деревни – на чью сторону встанет Антон? На сторону сталкеров? Или на сторону бандитов?…

Так, погрузившись в раздумья, Антон и пришел в деревню. Только он минул первое наполовину вошедшее в землю подворье, как завибрировал КПК. Сообщение от Графа – "Срочно ко мне!"

***

У торговца в каморке уже было два сталкера – Ричард, уже пробывший здесь несколько месяцев, и Миха Микрон – тоже не новичок, тоже примерно с таким же стажем. Из всей разношерстной братии новичков здесь, в деревне они были самыми опытными. Конечно, если не считать Сухова и его помощников, и тех сталкеров, которые задерживаются на кордоне только при очередной ходке за периметр и обратно, подобно Ивану, или Коту с Митрохой.

Граф выглядел еще более озабоченным, чем вчера, когда Антон вернулся от Джокера.

–Ну, где ты ходишь? – нервно рыкнул на него торговец, потом сделав секундную паузу начал:

– Короче так, парни. У меня к вам троим есть очень срочное задание. И очень важное. Ты Татарина помнишь? – обратился он к Ричарду.

– Помню. А что с ним? – кивнул тот в ответ.

– Да ничего, к сожалению. Короче, эта гнида со своими дружками перехватила моего курьера и присвоила мой товар.

– А может это не он? – недоверчиво спросил Микрон.

– Эта сволочь мне сама сообщение прислала, – ответил Граф, – мол, товар у меня, хочешь забрать – давай мне артефактов мешок, и прочего, а то, мол, не то продам, а покупателя найти труда не составит, и все такое… Короче, идете к этому уроду и забираете мой товар. Отдавать не будет – заберите силой. Будет упираться – можете и на тот свет отправить. Мне без разницы. Хотя нет – даже доплачу за это.

– А что за товар-то?– спросил Ричард, – Что нам искать-то?

– Товар… – как бы нехотя ответил торговец – дорогой товар. Десяток ксюх и четыре цинка.

Микрон присвистнул. Ричард встал, осмотрел свой комбез, достал из-за спины свою потрепанную сайгу, посмотрел на неё, отправил обратно за спину, заглянул на карабин Микрона, подошел к Антону, демонстративно посмотрел на его ружье, доставшееся ему от Васяна, потом повернулся к Графу, подошел почти вплотную к нему и спросил:

– Что со снарягой?

– В смысле?

– Дело опасное. С винтовками против автоматов – вообще не вариант. Он даже разговаривать не станет. – Потом, повернувшись так, чтоб слышали все присутствующие, сказал – нужны бронежилеты, автоматы, и хотя бы по рожку патронов. Тогда можно будет хоть как-то рассчитывать на удачный исход.

– Слушай, Ричард, – ответил ему торговец – были бы у меня бронежилеты и автоматы для этого, я бы не вас просил, а Когтя с его напарником нанял. Если тупо выносить Татарина, то у них бы это лучше получилось. А вы вроде с ним не были в плохих отношениях, значит, и подойти близко сможете, и поговорить. Есть надежда, что без стрельбы обойдется.

– Так, то когда было? Месяц назад? – включился Микрон. – Если у него такой перевес с оружием, станет он вообще разговаривать? Я бы не стал.

– В любом случае, надо сначала попытаться договориться с ним так, чтобы как об этом событии узнало как можно меньше людей, – пытался парировать Граф. И сделать это как можно тише.

– Может это дурацкий вопрос, но мне не понятно. – Заговорил молчавший до этого момента Антон, – отчего такая секретность? И если ты не против, чтоб Татарина просто пристрелили там, то почему ты не попросишь того же Кота, Когтя и опытных сталкеров? У которых гораздо больше шансов чем у нас?

– Больше шансов на что? – недовольно возразил Граф. Лишние вопросы его порядком злили, особенно сейчас. – Чтобы грохнуть Татарина, устроив там целую войну, а потом сказать, что, мол ничего не было? Вот только два калаша раздолбанных и горстка патронов? Не доверяю я им. Чего не ясно?

– Ладно, если мы всё-таки договоримся – чего заплатишь? – сев обратно на свое место спросил Ричард, и откинулся на спину.

– Заплачу хорошо! – отрезал Граф. Если все принесете – очень хорошо заплачу.

– А все-таки? – не унимался Ричард, – Сколько? Должны же мы знать, за что мы будем задницы подставлять?

– Вот ты неугомонный! – воскликнул торговец – прям все всегда тебе надо больше других! Я же тебе сказал – хорошо заплачу. Не только на хлеб с маслом. И не только деньгами. Так устроит?

– Ну что, парни, поможем нашему барину? – спросил всех находящихся здесь Ричард, уже примеряя на себя роль командира маленького, но все-таки отряда. – Что скажете?

– Поможем… – немного подумав, ответил Микрон, – Только если с оплатой обманешь – не обижайся. При всем уважении, но хочу предупредить – попробуешь наколоть с оплатой – я тебя просто пристрелю. Здесь же. И похрену, что дальше будет.

– Вы сначала работу выполните, а потом будете права качать, – недовольно буркнул торговец. Тут нависла небольшая пауза – все ждали, что ответит Антон, а он и забыл что-то отвечать и просто сидел и внимательно слушал сталкеров и Графа. Тут же очнувшись, он как-бы невпопад ответил:

– Да, поможем, сделаем… попробуем…

– Хорошо, договорились, – облегченно ответил Граф. – Координаты вам не даю – брошенный мех-двор за перелеском на северозападе все знаете, нужды объяснять, где это нету. Давайте, ребята, в путь! Времени совсем нету. Удачи вам!– договорил торговец, и выложил на стол три пачки картечи, три медкомплекта, укомплектованных антибиотиками и обезболивающим, и три пачки пистолетных патронов.

***

Через час три сталкера подходили к заброшенному механизаторскому двору существовавшего здесь когда-то колхоза. Слева шел Ричард. Как самый опытный из всех троих, и дольше всех пробывший здесь, он взял командование группой на себя. Никто возражать не стал. Микрон – справа, всегда в походах старался соблюдать особую осторожность. Всегда перед тем, как выйти на какой-нибудь маршрут подолгу изучал его, рассматривал, все окрестности, и только убедившись, что все чисто уходил. Излишняя осторожность, естественно, стоила ему меньшего хабара – пока он готовился проверить какую-нибудь аномальную зону, кто-то другой, более дерзкий, его опережал, и он оставался ни с чем. С другой стороны – такая дерзость нередко заканчивалась одинаково печально – аномалии не прощали неосторожности. Именно поэтому Микрон никогда не спешил. Пусть меньше, но безопасней – иногда поговаривал он. Вот и сейчас, когда надо было принимать решения быстро и двигаться быстро, он предпочел, чтоб руководство взял кто-нибудь другой. Антона, в принципе, по поводу руководства группой никто и не спрашивал, да и он сам не стал ничего говорить за это. Так они и шли – молча и напряженно.

Ричарда беспокоило сможет ли он положиться на зеленого новичка, которого почему-то выбрал Граф. Да и с Татарином раньше они не конфликтовали, хотя и друзьями их назвать тоже нельзя было. Как он себя поведет? Как подходить к разговору? Микрона напрягало то, что выход был практически без подготовки. Да, конечно, дорога к этим ангарам порядком нахожена, но что там в них? Сколько там человек? По словам Графа, там с Татарином один-два сталкера. Кто такие – неизвестно. Да и вообще, чем ближе подходили к фабрике, тем сильнее накатывало ощущение неправильности всей этой затеи…

Антон просто шел посередине. Ему все не давало покоя то, что Граф явно нехотя рассказывал детали – про автоматы, патроны, да и вообще, казалось, что он вообще много чего недоговаривает. Хотя, если вспомнить их первый разговор, когда Антон только пришел в деревню, удивляться не стоит… И Сухов… Вроде в одной команде с торговцем, ан нет – тоже какие-то свои секреты…

– Расходимся, дистанция пять метров. – Прервал напряженное молчание Ричард, перенес с плеча на руку сайгу и снял её с предохранителя. Сталкеры остановились на дороге прямо напротив полузаросшей площадки под навесом между ангаром и крытыми гаражами мехдвора.

Мехдвором здесь назвали брошенные полуразрушенные колхозные гаражи и ангары с весовой для машин с зерном. До аварии на Чернобыле здесь были поля, с которых и свозилось сюда зерно во время уборочной страды. Теперь поля заросли ковылем, кустами и порослью деревьев. Даже и следа, что здесь выращивались рожь с пшеницей не осталось. Только ржавая сеялка здесь под навесом еще напоминает о том, что не так давно на этих землях не кабаны с плотями паслись, а рожь золотилась…

Три сталкера подошли к краю площадки рядом с весовой и остановились.

– Эй, Татарин! – крикнул Ричард. – Поговорить надо! Я знаю, что ты здесь! Выходи, поболтаем!

– Ричард! Какими судьбами? – послышалось в ответ. Судя по голосу, Татарин был где-то рядом, а какой-то из пристроек. Пристроек было немного – всего четыре, но все они зияли черными дырами в стенах, и собеседник мог находиться в любой из них, как на ладони наблюдая за пришедшими, и в то же время, оставаясь незамеченным в темноте ангара. Антон попытался определить по голосу, с какой стороны Татарин, но пустота ангара, соединяющего будки-пристройки эхом разносила голос Татарина по всему ангару, и голос Татарина слышался сразу со всех сторон. – Что, Барин целую делегацию прислал?

– Слушай, Татарин, ты бы вышел, что ты прячешься? – Попытался уйти от вопроса Ричард. – Мы же просто поговорить пришли.

– А это кто с тобой? Микрон, Ты что – ли? Тоже этому козлу продался?

– Я тоже рад тебя видеть, Татарин, – ответил Микрон. – Вот, захотел тебя увидеть, пришел, а ты прячешься… Слушай, выходи, а то, что мы с тобой как-будто десятиклассницу от родителей отпрашиваем?

– Не хамил бы, а? – Послышалось в ответ. А это кто с вами?

– Так, новичок один. – Ответил Ричард.

– Ну и на кой черт вы сюда приперлись? – Татарин продолжал. – Ричард, давай начистоту. Вас прислал сюда Граф, забрать кое-что. Правильно?

– Слушай, как-то не комильфо так разговаривать. Выходи сюда! Что ты прячешься? – передернул в ответ Ричард.

Через секунду из одного из темных проемов в стене раздалась короткая очередь и три пули, взбив кучки пыли, легли в землю перед сталкерами. Ричард и Микрон тут же вскинули ружья и направили в сторону стрелка. Антон было тоже поднял ружье но поняв что никакого толку от этого не будет – он никого не видит, а его наверняка держат на мушке, и пристрелят раньше, чем он успеет сам в кого-нибудь разглядеть, опустил его.

– Слушай, Ричард, не провоцируй меня! Ты мой вопрос четко услышал? Вас это хрыч прислал?

– Татарин, ты не охреневай! – Раздраженно ответил Ричард, водя по сторонам стволом, пытаясь увидеть в темных провалах стен хоть какое-то движение или силуэт. – Давай, покажись!

– Ричард, ты что, вообще страх потерял? В последний раз предлагаю – отвечай на мой вопрос. Граф?

В этот момент какая-то тень мелькнула в одном из черных провалов стены, и изрядно нервничавший уже Микрон выстрелил в этот проем. В ту же секунду Ричард дважды пальнул своей сайги в тот же проем. Следом затрещали три короткие очереди, и напарники Антона повалились на землю, больше не успев ничего сделать. А Антон, даже не успев поднять ружье, так и остался стоять посередине площадки один.

– Как зовут тебя?– донесся голос Татарина.

– Антон… пересохшим горлом выцедил Антон, и, поняв, что получились слишком тихо, повторил свое имя громко, почти в крик.

– Ты тоже хочешь поговорить?

Антон пожал плечами:

– можем и поговорить… А о чем?

– Ну, это же ты ко мне пришел, а не я к тебе, – продолжил голос. – Ладно, проходи, поговорим.

– А куда проходить?

Тут в темных провалах нарисовались силуэты трех сталкеров, вышедших из тени. Сталкеры в проемах пристроек все были вооружены автоматами. Один из них помахал Антону рукой – мол, иди сюда. Антон закинул свое ружье за спину – толку от него сейчас было немного, и зашагал.

Войдя в полумрак ангара со двора, Антон на минуту остановился – дать глазам привыкнуть к полумраку, который тут казался тем плотнее, чем ярче и светлее было снаружи. Проморгавшись, он увидел в трех шагах от себя сидящего на ящике сталкера. Тот просто сидел и рассматривал вошедшего.

– Хорошее ружье, – сказал он, кивнув на обрезанную винтовку Антона. – Откуда оно у тебя?

– Кот дал.

– Чего это вдруг?

– Васян погиб. И Митроха с Котом решили мне это ружье отдать, чтоб помнил, кто меня от кабана у деревни спас, – рассказал Антон, решив, что в его случае лучше рассказать все как есть. Хмурая тень пробежала по лицу Татарина.

– Давно?

– Неделю назад.

– Жалко, хороший парень был… Ну, дык, а ты чего здесь? Никак Граф за товаром за своим прислал?

– Да. Десять автоматов и четыре цинка, – подтвердил Антон.

– И что ты думаешь?

– Не знаю… Но ясно, что отдавать ты их не собираешься.

– Ты охренел? С какой стати? – недовольно потянул Татарин.

– Да мне-то, в общем, все равно. Это твое дело, – ответил Антон.

– А чего тогда с этими упырями припёрся?

– Да Граф созвал нас, предложил сделать. Заплатить хорошо обещал.

– Узнаю этого барыгу. Кинул он вас.

Немного помолчав, Антон все-таки решился задать вопрос, который мучил его:

– А почему ты их? – мотнул он Головой в сторону двора.

– А, Ричард с Микроном? Это же они стрелять начали, а не я.

– И все-таки я не понимаю… – продолжил Антон, пытаясь собрать вопрос из той кучи, которая сейчас кашей кишела у него в голове, но получилось только одно слово. – Почему?

– А, это… Ты, я вижу недавно в Зоне? – ответил Татарин

– Недавно… неделю…

– Тогда ты много еще чего не знаешь. Короче – то, что я перехватил груз этого Барина – моя плата ему. Так и передай – хрен ему, а не автоматы с патронами. Это за Сиплого. Так и скажи этому гавнюку. Он поймет.

– За какого Сиплого?– спросил Антон. – Что-то я совсем ничего не понимаю.

– Ясно, – ответил Татарин, и показал рукой на ящик, приглашая присесть собеседника. – Ты, наверняка заметил, что этот барыга продает все очень дорого, а покупает очень дешево?

– Заметил – кивнул Антон. – Что продает дорого, я думал, так и надо. Все-таки – закрытая территория…

– Это жадность его, а не территория закрытая! – ответил Татарин. – Вот как-то сталкер один – Сиплый – наладил контакт со сводобовцами в Темной Долине, и стал оттуда понемногу носить то патронов на продажу, то жратвы, то медикаменты. Сам ходил, сам носил. Конечно, дешевле, чем Граф – не драл по три шкуры. Естественно, и сам в наваре оставался, и почет у сталкеров, и заказы пошли. – Татарин достал из внутреннего кармана фляжку, и сделал пару небольших глотков и протянул её Антону. Антон сделал глоток, и спирт огнем обжег ему горло и перехватил дыхание. А Татарин продолжил: – Вот Графа это и заело. Как это так? Какой-то сталкер посмел мимо него приторговывать? Вот распустил слух, мол, Сиплый подворовывает, одиночек в спину убивает, чтоб карманы обчистить и продать что найдет. Кто-то поверил ему, кто-то нет. Вот тогда мне Граф и предложил списать втихаря Сиплого.

– К-как … списать?..– удивленно спросил Антон

– На глушняк. Я тогда отказался, сильно поругался с этим уродом и ушел из деревни. Я-то точно знал, откуда свой товар Сиплый брал. Сам помогал ему иногда в переходах. А тут этот козел мне деньги начал предлагать, чтоб я его…

Антон, молча и широко раскрыв глаза, слушал и пытался осознать, что рассказывал ему Татарин. Да, он прекрасно понимал, что тот говорил, но осознать это его голова почему-то отказывалась. А Татарин продолжал:

– А Ричард тогда согласился. За десять штук – столько мне Граф давал. Это он убил Сиплого. В спину, в затылок пулю всадил ему у тоннеля на востоке… Гнида…

И увидев, обалдевший от таких историй взгляд Антона добавил:

– Здесь Зона… Каждый зарабатывает, как может…

– А.. Микрон? … Он что? – спросил Антон.

– А Микрон тоже не далеко от Ричарда ушел. Он новичков втихую за отмычки использовал. Человек пять уже так угробил.

– Как это?

– Ну как… Обычно, когда сталкер берет себе новичка в отмычки, он ему открыто говорит об этом. Тогда и новичок десять раз свой ход просчитает и аномалию найдет раньше, чем в неё влезет. Ну, а сталкер, в свою очередь, помогает отмычке, подучивает его, или, как минимум платит чем-нибудь. К примеру – долей от хабара. А Микрон в своей жадной и расчетливой натуре делиться не хотел. Вот и на опасные ходки брал с собой пацанов зеленых, типа, "в напарники" и как бы случайно впереди себя пропускал. Так в аномалиях и хоронил ребят.

– Охренеть… – вырвалось у Антона

–А ты думаешь, ты случайно посередине, во главе группы оказался? – спросил Татарин, и, видя неперестающего офигевать от такого откровения Антона, продолжил – ты шел посередине как командир группы. Если бы по вам начали работать, ты бы получил пулю первым.

–А-а… – Антон хотел еще что-то спросить, но так и не подобрал слова для вопроса. Но Татарин понял его непрозвучавший вопрос и, ухмыльнувшись, ответил на него.

– Я узнал Ричарда еще на подходе. Да и ты не похож был на остальных…

Тут Антон понял, что по сути именно то, что он опустил ружье и просто стоял, даже не пытаясь стрелять, спасло его от участи своих недавних напарников. Он сидел и пытался разобраться во всех тех переменах, которые с бешенной скоростью начали происходить вокруг него еще накануне, с момента встречи с Рыбой… Он сидел и тупо смотрел в пол, с видом вчера счастливого и верящего в чудо ребенка, а сегодня ошарашенного и растерянного, которому сказали, что Деда Мороза не существует, и показали кукиш.

– Что делать собираешься? – выдернул его из ступора Татарин. – В лагерь пойдешь?

Антон помолчал и покачал головой:

– Нет…

– Если хочешь – можешь с нами остаться, – неожиданно предложил Татарин.

– Нет… Я, наверное, дальше сам пойду…

– Ну, как знаешь. – Пожал плечами Татарин.

***

Глава 8

На этот раз под мостом Антона пропустили без особых вопросов – ему достаточно было только сказать, что он идет к Джокеру и тот его ждет. Громила в земляного цвета комбинезоне молча кивнул в ответ и также молча показал головой на ферму, мол – проходи. Похоже, что его действительно ждали.

– Ну, что ты решил? – спросил его Джокер, когда Антон подошел к столу, за которым тот сидел.

– Да… не знаю… Ты же не говоришь, что делать надо.

– Сыграем? – неожиданно предложил Джокер, показывая на раскрытые перед собой нарды.

– Да я как-то не очень в эту… умею… только видел пару раз, и все… – затушевался Антон, пытаясь отказаться от игры, которая ничего хорошего ему не сулила, тем более с таким криминальным авторитетом, как Джокер.

– Да ты не менжуйся, просто так сыграем, никаких ставок, ничего. – Улыбнувшись, ответил Антону тот. Антон как-то недоверчиво посмотрел на собеседника и Джокер снисходительно добавил – Ну слово тебе даю, что никакого подвоха! Присаживайся.

Антону ничего не оставалось, как согласиться. Джокер вкратце рассказал суть игры и её правила и кинул один кубик.

– Четыре. – Сказал он. – Бросай.

У Антона выпала пятерка.

–Ты начинаешь, бросай, ходи… – подсказал ему Джокер. Антон бросил кости, и принялся неумело отсчитывать ячейки. Джокер терпеливо дождался, пока Антон передвинет свои шашки, бросил кости, ловко передвинул пару своих шашек, и уступил ход. На четверном ходу, когда Антон бросил свои камни, и никак не мог сообразить, что и куда ему походить, Джокер ему подсказал:

– Играй эту три, а эту шесть. Старайся как можно меньше вариантов для хода давать противнику.

– Спасибо. – Ответил Антон, и, чувствуя, что молчаливая игра это не то, что нужно, спросил – Слушай, ну ты же не просто так играть предложил?

– Ну, почему же? – радушно ответил Джокер. – Почему бы и нет? – И, в очередной раз кидая кости и ловко передвигая фишки, как-бы невзначай добавил – кстати, в деревне ничего там нового? Как Граф-Барин поживает?

– Да как обычно… – ответил Антон, пытаясь сохранить безразличие к происходящему между сталкерами, и пытаясь понять по Джокеру, знает ли он что-нибудь о последних событиях на мехдворе… Наверняка знает – оттуда сюда всего ничего, не больше полукилометра, так что почти наверняка стрельбу оттуда было слышно, а может и наблюдал за ними кто-нибудь из братков. Подумал Антон и добавил – Ничего нового.

– Как там товарищ Сухов поживает? – как бы с участием продолжал его расспрашивать Джокер.

– Да, нормально… То есть, то нету его… как обычно… – старался безразлично отвечать сталкер, пытаясь создать вид, что игра его сейчас интересует гораздо больше, чем все остальное.

– Марс. – Ответил Джокер и, снисходительно улыбаясь, посмотрел на Антона. Тот не понял:

– Чего?

– Марс. Ну, сортир, если как в шашках. Ты проиграл.

Антон развел руками – ну марс, так марс.

– Ну что, Кораблев, подумал? Согласен на работу? – таким же невозмутимым видом спросил Антона Джокер. Сталкера как током прошибло – откуда он может знать его фамилию? Он уставился огромными от удивления глазами на Джокера, не зная, что ответить. Собеседник ответил за него:

– Я все о тебе знаю. И знаю для чего ты в Зону пошел. Я готов помочь заработать тебе деньги. Но и ты поможешь мне.

– откуда?.. – только и сумел выговорить Антон

– Ты в Зоне уже почитай две недели, месяц срока уже прошел, а ты еще ничего на накопил. Поможешь мне и десятку сразу заработаешь, – не обращая внимания на вопрос Антона, продолжал Джокер.

Антону становилось ясно, что у Джокера есть огромные и далеко идущие связи не только в Зоне, но и за её пределами.

– Что делать надо? – спросил Антон, уже почти готовый согласиться, понимая безвыходность своего положения. Тут в казарму вошли еще двое сталкеров – Рыба и еще один, которого Антон никогда раньше не видел. Сталкеры подошли и уселись на ящики рядом с ними, как будто уже готовы дальше продолжать начатый разговор и участвовать в… в чем?… Рыба даже виду не подал, что он уже знаком с Антоном.

– Знакомься – Рыба и Равин. – не обращая на вопрос Антона, продолжал Джокер. – Теперь к сути: Мы только что достали пять новеньких ксюх, и теперь можем подобрать под себя Шабановку. Сегодня вечером вы будете в деревне. Вы будете нужны, на случай если там окажется Сухов и его команда. Вы должны по команде быстро и одновременно их нейтрализовать. – Главное – Сухова, Когтя и Митроху. Остальные особой проблемы после этого не составят. Наоборот, если не будут делать глупостей останутся не только в живых, но и смогут пополнить наши ряды. После операции каждый из вас получит по десять тонн зелени, новую ксюху и патроны к ней. Надеюсь все поняли, что отказаться от выполнения работы нельзя, – добавил он, посмотрев на Антона – без ущерба для здоровья.

– Зачем тебе это?… – обалдев от услышанного, спросил Антон

– Просто мне нужен открытый выход к границе периметра. А в деревне вы мне обеспечите быструю операцию с минимальной войнушкой. Повторю – ваше "выступление" должно быть точно и одновременно с нашим выходом. Атакуем одновременно снаружи и изнутри. Результат – минимум потерь с нашей стороны, убираем костяк вольных с деревни, и все – деревня наша. с территорией и населением.

– Во сколько? – сухо прокартавил Равин. – И что с Багыгой?

– Сигнал к началу будет выслан на КПК. – Ответил Джокер. – А Барыга… как там в фильме было… скрипач не нужен…

Прошло больше часа, пока Джокер, сталкеры-перебежчики и бойцы ударной группы банды Джокера обсудили все детали предстоящей операции. Антон слушал и понимал, что план Джокера по захвату деревни не просто вылазка с целью отбить территорию, а именно тщательно продуманная операция с набором запасных и страховочных вариантов, о которых не говорилось, но всем было понятно, что они есть, и уже организованы. У каждого здесь была четко определенная и тщательно продуманная задача – предельно простая для понимания и умеренно сложная в реализации. Если все пройдет по плану, то потери сталкеров в деревне будут минимальны, Джокер вообще не потеряет людей, а вся операция не наделает много шуму. Билет на тот свет выписан только Сухову и его помощникам – непримиримым врагам Джокера. Остальным же предоставляется выбор – либо примкнуть, либо отправиться следом за Суховым. Татарин со своей группой – после ухода из деревни сохраняет нейтралитет и никакой угрозы Джокеру не представляет. А от Антона требовалось держать под контролем восточную часть деревни, по команде к началу операции нейтрализовать ближайшего к нему ветерана. Естественно, это не составит труда, так как никто ни от него, ни от Рыбы, ни от Равина ничего подобного не ожидает. Теперь все стало на свои места – чтобы заработать такую сумму Антон должен был измазаться кровью тех, кто его принял в лагере сталкеров, и даже помог стать на ноги… Чтобы спасти своего брата он должен был начать убивать людей… Убивать тех, кто не только ничего плохого ему не сделал, но еще и отнесся к нему по-человечески…

Все это настолько будоражило мысли в голове, что Антону в какой-то момент показалось, что его голова сейчас просто взорвется, его сознание металось между забрезжившей надеждой заработать денег и спасти Никитку, и чертой, переступив которую он уже никогда не отмоется, не сможет вернуться к нормальной жизни. Переступив которую он станет и убийцей и предателем тех, кто протянул ему руку помощи, тех, кто помог ему сделать первый шаг в этом странном и страшном мире, отрезанном от всего человечества колючей проволокой, блокпостами, и тщательно контролируемым периметром… Смогут ли его понять и простить те, кто помог ему – Леший, Логопед, бармен Димон, Андрей?… Сможет ли он сам потом с этим жить?.. Нет, не зря сначала Джокер выудил из него согласие на заработок, а только потом раскрыл его суть… Не зря Джокер намекнул Антону, что знает про него больше, чем тот может предполагать – теперь Антону просто так отвертеться не удастся…

Когда импровизированная планерка закончилась, и сталкеры вышли во двор фермы, к Антону подошли Рыба с Равином.

– Так это ты – наш новый боевой товарищ? – заговорил первый Рыба – Джокер говорил, что еще один сталкер решил присоединиться, вот не думал что это ты.

Антон, не зная, что ответить, просто пожал плечами.

– Ну ладно, бывай. В деревню приходим по отдельности, чтобы не запалиться, – продолжил Рыба, и, закурив, добавил – смотри, не опоздай!

Антон вышел с фермы и побрел в сторону моста, и потом дальше и не спеша, подставив голову прохладному свежему ветерку и пытаясь привести в порядок свои мысли.

… Да, отвертеться не получится, иначе заработать не смогу, и … – он боялся даже говорить себе, что может случиться с Никиткой, если Антон не вернется в срок на большую землю с необходимой суммой… А если все получится, то наверняка, Джокер, подсадивший его на убийство, будет еще не один раз использовать его для такой "грязной" работы… А кто потом станет следующим… Будет ли ему вообще потом место в этом мире?..

Коротко завибрировал КПК, оторвав Антона от его размышлений. Это было сообщение от Сухова. Координаты и короткая запись – "Жду через полчаса". Отмеченное место было в полукилометре, за оврагом, растянувшимся длинной радиоактивной кишкой от заброшенной остановки на полпути между Шабановкой и базой Джокера на восток. Антон почувствовал легкое волнение, и надежду, что вот сейчас этот ребус с западней решится, и все станет на свои места. Сталкер решил обойти оврагу повыше, чтобы как можно меньше привлекать к себе внимания. Он свернул с дороги и спустился по пологому откосу. Влажная сырая трав, казалось, здесь никогда не просыхает, несмотря на довольно жаркие солнечные дни и практически полное отсутствие деревьев над оврагом, которые могли бы создать здесь тень и сохранить прохладу. Зато по склонам оврага барашками росли редкие кусты, редкие ветки которых плотно опутывались длинными лианоподобными мясистыми и сочными зарослями хмеля. Трава здесь была довольно густой и высокой, выше колена – сказывалось обилие влаги и солнца, Примятая ногами, она очень быстро расправлялась, и уже через минуту не оставалось и следа, только что прошедшего. Антон старался идти как можно тише, слышен был только шелест травы под ногами, да и тот был довольно глухим и тут же гасился теплым летним ветром над оврагом. Вдруг один из кустов зашевелился, и из-под него выползло в десяти шагах от Антона довольно уродливое создание – короткая толстая туша на тоненьких кривых ножках, изувеченная непонятно чем плоская морда, под которой методично поднималась и опускалась челюсть то и дело открывающая кривой рот, из которого понемногу вываливалась пережевываемая масса. Туша уставилась на Антона двумя плоскими и огромными глазами, криво прилепленными над коротким и острым носом так, как будто эту морду лепил пьяный Пикассо, подстегиваемый желанием поглумиться над неповоротливым созданием. Антон замер. Такого уродства он еще не видел. Не зная чего ожидать от этой уродливой свиной туши, он аккуратно потянул из-за плеча ружье. Туша застыла, открыв рот, из которого вывалились несъеденные остатки, Потом вдруг пронзительно завизжала и бросилась прочь. От её неповоротливости не осталось и следа. Через пять скачков перед ней из травы выскочили в овраг еще две такие же свиные туши, вспугнутые первой. От неожиданности та, то ли с перепугу, развернулась и, противно визжа и выпучив свои уродливые глаза, понеслась прямо на Антона. Времени на раздумья не оставалось, и сталкер навскидку дуплетом влепил картечью прямо в пучеглазую перекошенную морду плоти. Перекошенная рожа взорвалась кровавыми брызгами, плоть неестественно поднялась сначала на задние лапы, неуклюже завалилась на спину и, запинаясь, покатилась по склону вниз. Следом за первой на Антона неслись еще две плоти, вспугнутые первой. Но эти две не визжали перепугано, а слегка похрипывали, что делало и без того отвратительные перекошенные рожи несколько устрашающими…

Времени на перезарядку не было, и Антон бросив ружье под ноги выхватил свой раздобанный ПМ, найденный недавно у растерзанного трупа на подступах к деревне, и сделал два выстрела сначала в лоб одной, потом другой плоти. Одна из пуль первой попала в глаз, та резко завернула, пошла боком вперед и тоже рухнула на землю. Второй туше обе пули прошли вскользь, только разозлив её. Антон попытался отскочить в сторону, но высокая трава не дала это ловко сделать, и он свалился на задницу, едва не завалившись на бок и не потеряв из виду несущуюся на него уродливую тушу. Той уже оставалось до Антона не больше пяти метров, и Антон начал палить в неё из своего ПМа. Тот выплюнул в плоть еще две пули и глухо щелкнул заклинившим затвором. Плоть остановилась прямо перед упавшим сталкером, удивленно посмотрела на него, и, зашатавшись, сначала упала на задние лапы, поднялась, и опять упала. На этот раз – на бок, и покатилась на дно оврага к своим свежеубитым подружкам.

Антон кое-как поднялся, попытался трясущимися руками передернуть заклинивший затвор. Не получилось, и он закинул пистолет в рюкзак. Подобрал ружье, перевел дух и заспешил скорее отсюда – выстрелы могли слышать, и наверняка скоро здесь кто-нибудь появится.

***

Сухов уже ждал его в назначенном месте. Внешне он выглядел абсолютно спокойным, но во взгляде и в голосе чувствовалась нервная напряженность.

– Ну что там? – нетерпеливо спросил Волк, только подошел к нему сталкер.

Антон решил не играть с ним в прятки и все рассказал ему и о планах Джокера занять деревню, о Рыбе с Равином, о том, что Джокер все знает и про Антона, и что теперь он не знает как правильно поступить… Антон говорил и чувствовал, что ему становится легче с выбором, ему казалось, что он сейчас оправдывает любой свой выбор, еще даже не решив, что дальше ему делать. Волк внимательно его слушал, не отвлекая Антона от его рассказа, собирая воедино весь разрозненный рассказ сталкера и все то, что ему уже было известно… Наконец Антон закончил и посмотрел на Сухова вопросительно и еще не понимая, что дальше ему делать. Тот молчал. Он молча подошел в соседнему пню, уселся на него и уткнулся лбом в ладонь. Потом поднялся, подошел к Антону и наконец-то сказал:

– Короче, ты даже не представляешь, что ты сейчас сделал.

–Что? – Антон вопросительно как школьник посмотрел на Сухова

– Уже неважно. Значит так, парень – пока никто не кинулся, руки в ноги и топай на север. Пока тебя пропускают люди Джокера, дуй через серверный барьер в сторону Расохи. Держись там дороги, вокруг почти все фонит. Туда зараженный грунт свозили после аварии. Километров через шесть барьера выйдешь еще к одному посту. Его охраняет отряд Долга. Скажешь, что от меня к бармену. Если все сделаешь правильно, то попадешь на территорию Долга, где тебя никакой Джокер не достанет. Поговори с Барменом по твоей теме. Если эта штуковина действительно есть, то он наверняка что-нибудь знает. Сюда больше не возвращайся. Думаю, когда Джокер узнает, что ты его план слил, вряд ли кто сможет тебе позавидовать. Это в любом случае вскроется. Только вопрос времени. И главное – постарайся до долговской заставы никуда не вляпаться. Местность за барьером контролируется людьми Черепа. Он такой же авторитет как Джокер, но не такой хитрый. Но не думай, это ему не мешает. У него богатая фантазия. Любит он аномалии. Вернее отправлять туда. И сталкеров, и провинившихся своих же. Его реально боятся и одиночки, и вольные, и такие-же уголовники. У него своя команда из верных ему людей, человек семь-восемь, все в прошлом бывшие военные, опытные сталкеры и такие же отмороженные, как и он сам. Поэтому и дисциплина у него железная. Да, вот еще что, держи – пригодится.

Сухов сунул в руки Антону небольшой прибор с парой коротких толщиной в палец антенн, темным экраном, размером с пачку от сигарет и пятью кнопками сбоку.

– Это детектор аномалий. Как пользоваться – разберешься. И спасибо от Митрохи и Когтя. Не ошиблись они в тебе. Все, давай, топай. И постарайся дойти до Ростка как можно быстрее. Будь уверен, что уже завтра по всей Зоне начнут рыскать люди Джокера и искать тебя. Удачи, сталкер!

***

Люди Джокера под мостом пропустили Антона, вообще ничего не спрашивая. Казалось, что на него вообще внимания никто не обратил. Только старший наряда лениво проводил Антона взглядом метров десять, и потом обратно вернулся к созерцанию окрестностей.

Через час показался барьер – бывшее военное КПП второго периметра ограждения ЧЗО. Раньше здесь был военный блокпост, отделявший очередной периметр Зоны отчуждения. Но после первого выброса весь взвод военных этого блокпоста погиб. По рассказам сталкеров, их тела так фонили, что зашкаливающие счетчики заходились лихорадочным треском за полтора-два метра от трупа. Потом военные бросили этот блокпост и перебрались на несколько километров южнее по дороге. Туда где и аномалий почти нет, и выброс почти не достает, и зверье не слишком часто добирается.

Два ряда колючей проволоки отгораживали очередной периметр, за которым заканчивалась спорная территория человека и Зоны. Дальше начинались безоговорочные владения Зоны отчуждения, живущей по своим неписаным законам. Зоны, на которой хозяин природы – Человек – превращался в посторонний паразитирующий организм, микроб, пытающийся зацепиться за Зону и питаться её соком… Зону, в которой все написанные государственные законы стоят не больше, чем постой звук, на который никто не обращает внимания… Зону, где рушатся привычные законы физики, и чудеса бок о бок живут с кошмаром… Зону, в которой смерть – обычна, как тучка на небе в дождливый день, а жизнь чужеродна и изуродована не поддающимися пониманию капризами чего-то необъяснимого и вездесущего, но постоянно ощущаемого как пристальный взгляд в спину....

На блокпосту было довольно людно – здесь было человек семь-восемь снаружи и во дворе, из здания доносился шум застольной компании, в которой людей, похоже, было не меньше.

Чтобы не провоцировать дозорных Антон закинул ружье за спину.

– Эй ты! – Крикнул ему дозорный. – Стоять на месте! Ты чего тут шаришься? Ты кто вообще?

Антон послушно остановился.

– Антон я. На север иду.

– А чего на север? Там же холодно? – попытался схохмить дозорный, и сам засмеялся своей же шутке. – Ну, давай, подходи, посмотрим на тебя, Маугли.

Было видно, что дозорный сейчас в хорошем, и наверняка приподнятом чем-то горячительным, настроении. Это немного успокаивало Антона – шансы пройти блокпост без проблем увеличивались. Антон подошел к дозорному и стал перед ним.

– Ну что, пропустишь?

– А с хера-ли? – так же весело и, сам себе улыбаясь, спросил дозорный. Остальным на блокпосту, похоже, до Антона совсем дела не было. Каждый занимался своим делом – один курил сидя у стены на ящике и разглядывая облака, трое у костра о чем-то оживленно болтали, двое в сторонке играли в очко, еще двое просто болтались по блокпосту, шатаясь от изрядно выпитого, и не совсем понимая, где они находятся.

– А что не так? – слегка удивленно спросил Антон. Он, конечно, ожидал подобного вопроса, но не под таким соусом – с добродушной улыбкой и радушным настроением. – Мне Джокер сказал, что проблем нет, а тут?

– Чего тебе Джокер сказал? Слушай, парень, – улыбка на лице у дозорного исчезла, а тон поменялся с веселого и дружественного на тон надзирателя, который застукал Зека за чем-то недозволенным. – Мне плевать, что тебе сказал Джокер. Джокер – там, а я здесь. А таксу за проход никто не отменял. Или ты не в курсе?

– Что за такса?

– Тариф стандартный – один проход – одна штука.

Антон полез в карман достал оттуда уже слегка замусоленные купюры, отчитал тысячу рублей, потом на секунду задумался и отсчитал еще тысячу и протянул дозорному.

–Так устроит? – спросил Антон, протянув, но, не отпуская из рук купюры, за которые уже вцепился дозорный. Дозорный уставился на сталкера неестественно расширенными зрачками, не понимая – то ли сталкер ошибся, то ли ему самому показалось, что здесь денег больше чем надо…

– Но с условием! – добавил Антон.

– Чего за условия, братуха? Ты ничего не попутал? – все еще не понимая, спросил дозорный. Ветерок вдруг подул в другую сторону – от блокпоста на сталкера, и Антону нос защекотал специфический пряный сладковатый дымок, тянувшийся от домика, от шумной компании внутри.

– Ничего, все в порядке – Поспешил его успокоить Антон, – штука – такса за проход, и штука за условие. Да не переживай ты, никакого подвоха, все честно!

– Что за условие? – Спросил дозорный, пристально пытаясь пронизать Антона взглядом, но что-то у него не получалось....

– Ничего серьезного. Просто считай, что меня здесь не было.

– Договорились, – Опять довольно заулыбался дозорный, сунул купюры в карман и, повернувшись в пол-оборота крикнул дремлющему у ворот братку – Эй, Микола, пропусти парня!

***

Дорога была пустынной, как будто все в округе вымерло. Антон пару раз попробовал отойти от дороги, чтоб пойти рядом, меньше привлекая к себе внимание, но треск счетчика заставлял его возвращаться обратно на дорогу, покрытую потрескавшимся асфальтом, по которому уже давно никто не ездил. Сквозь трещины тут и там рола высокая трава, а, кое-где и пробивались редкие низкие деревца. Иногда на дороге Антону попадались ржавые остовы давно вросших в землю грузовиков и автобусов, больше чем наполовину разобранных неизвестными энтузиастами. От мертвых машин фонило так, что после двух слабых попыток подойти к ним поближе и рассмотреть Антон оказался, и обходил их по самому краю дороги, где фон хоть и был, но все же, был значительно слабее, чем от умершего два и половиной десятка лет назад железа.

Где-то через километр от дороги пошло ответвление влево, которое в сотне метров перекрывало открытым шлагбаумом и полуразрушенной сторожкой. Еще дальше сквозь дымку виднелись многочисленные остовы стоящей рядами разномастной техники. Там виднелись и автобусы, и БТРы, и бульдозеры, вдалеке даже просматривались очертания вертолетов… Подавив в себе желание подойти поближе и посмотреть, Антон зашагал дальше. Через пару минут, из этого поворота вышли две фигуры и пошли следом, не догоняя его но и не отставая, но и не теряя сталкера из виду.

Скоро справа показался полуразрушенный еще не достроенный бетонный каркас. С другой стороны, напротив, за бетонным забором, высилось здание заброшенного депо. Оказавшись между ними, Антон заметил, как от бетонного каркаса ему навстречу выдвинулись еще две фигуры. Почти сразу же еще двое вышли от ворот Депо и тоже пошли прямиком к Антону. Сталкер остановился и оглянулся. Еще двое сзади. Послышались щелчки затворов. Антон понял, что он попал в западню – За ним следили и теперь он один, посередине дороги окруженный как минимум шестью вооруженными и явно недружелюбными сталкерами. Антон остановился и поднял руки вверх, понимая, что одно неверное движение с его стороны и его тут же изрешетят. Меньше чем через пару минут сталкеры подошли к Антону. Не задавая лишних вопросов, подошедший сзади ловко развернул автомат и вырубил Антона коротким ударом приклада в затылок.

Глава 9

Антон постепенно приходил в себя. Сильно болела голова – огромная шишка от приклада на пол затылка пульсировала. Руки и ноги затекли и ныли тупой и нудной болью. Антон попробовал пошевелить ими. Никак. В глазах все плыло. В плечах ломило. Кое-как придя в себя, Антон обнаружил, что он находится в каком-то товарном вагоне. Связанные за спиной руки привязаны к поясу. Предплечьями, как на дыбу, он подвешен спиной на металлической трубе. Связанные ноги оттянуты назад и тоже привязаны к полу. К коленям привязан кусок рельсы. От такого неудобного наполовину висящего лицом вниз положения затекло и ломило все тело, болели суставы, чуть ли не трещал позвоночник, немели руки и ноги. Антон попытался поднять голову и осмотреться, но не смог – голова безвольно болталась на затекшей и занемевшей шее.

– Во, очухался! – донесся голос откуда-то сбоку – а я думал, что ты уже все, ласты склеил…

Послышались шаги, какое-то шарканье, несколько глухих резких фраз, но относительно далеко и, поэтому негромко, что они говорили разобрать было невозможно. Но было ясно, что кто-то кого-то трехэтажно материл и склонял по всем падежам, а этот кто-то только виновато и робко пытался оправдаться, но, видно ничего не вышло – донеслась пара глухих ударов, и кто-то закашлялся. В вагон вошли трое. Один остановился в перед проемом ворот, двое молча подошли к Антону, сначала срезали привязанную к коленям рельсу, потом перерезали веревку за спиной, не особо церемонясь, сняли Антона с трубы и бросили его здесь же на пол. От прилившей к ногам и рукам крови они в одну минуту стали свинцово-тяжелыми, кровь запульсировала по пережатым венам распирая вытекшие и занемевшие конечности, острым покалыванием разносила тепло и тяжесть. Антон лежал на полу и не мог пошевелиться. Все трое молча наблюдали за ним. Сталкер чувствовал на себе их взгляды, но поднять голову и посмотреть на них ему не хватало сил. Через пару минут онемение и покалывание в руках и ногах стало стихать, и Антон попытался подняться. Занемевшие руки и ноги не слушались, и большее что он смог сделать – это отползти к стене вагона, и, облокотившись на нее занять полулежащее положение, Он попытался встать, держась за стену, но занемевшие от рельсы колени просто не хотели шевелиться, и каждое движение отдавалось дикой и резкой болью. Все трое молчали. Наконец-то один из них, неспешно и растягивая слова, заговорил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.