Вячеслав Сухнев
Пролив измены. Часть первая. Страна на цепи

Глава первая

Страна на цепи

Потомки разберутся?

На карте цепь Курильских островов выглядит как сабля, занесённая над Японией. Вероятно, этот экзистенциальный клинок, с которым японцы хорошо знакомы по русско-японским войнам, постоянно тревожит самурайское эго. Вот и требуют подданные императора вернуть им три острова и крохотный архипелаг Южно-Курильской гряды. Тогда, вероятно, они смогут облегченно передохнуть – без этих островов от сабли останется только хрупкий обломок клинка…

Разговоры о «возвращении» Курил японцам идут давно – то затухая, то разгораясь. Масла в огонь подливает неопределённость позиции нашего руководства на ближайшую перспективу. Значительно яснее перспектива отдалённая: мол, потомки сами разберутся. Когда-нибудь. Во всяком случае, эта позиция постоянно акцентируется в переговорах российских начальников и японских «партнёров». Она тоже не очень вдохновляет, но, по крайней мере, даёт надежду, что потомки разберутся правильно.

В течение последних лет постоянно появляются разнообразные мнения по так называемому «курильскому вопросу». Даже китайцы озабочены: между Россией и Японией существует «территориальный спор», который мешает подписать мирный договор. Я специально выделяю эти слова в кавычки, потому что российские СМИ употребляют их в буквальном смысле. Но включаем логику: в России нет проблем с Курилами – острова принадлежат нашей стране и живут по её законам. Поэтому с российской стороны нет повода для территориального спора. Между нами говоря, этой проблемы в Японии тоже нет, что хорошо понимают вменяемые японцы – по результатам Второй мировой войны острова принадлежат России. Так почему же неугомонные соседи чуть ли не с момента окончания войны кричат о возвращении Курил? Во-первых, больше кричать им, наверное, не о чем – у них и так всё есть. Во-вторых, внешняя проблема весьма сплачивает нацию изнутри. Американская оккупация так не сплачивает, заметим, как несговорчивость русских по «курильскому вопросу». Вот почему «вопрос», превращенный общими усилиями в политического Кощея Бессмертного, надо писать в кавычках. Это справедливо во всех смыслах.

Теперь о заявлениях Владимира Путина. Он говорил о Курильских островах и на Восточном экономическом форуме, и на саммите АСЕАН в Сингапуре, где встречались лидеры России и Японии, и в Аргентине, на саммите «Большой двадцатки». Путин обсуждал с премьер-министром Японии Абэ Синдзо гипотетический мирный договор между нашими странами. Во всех этих беседах, надо подчеркнуть жирной линией, ни слова не звучало о передаче островов. Наш президент только выкатил упомянутую формулу о мудрости потомков, которые решат, что делать с островами.

Однако даже такие невнятные перспективы «возвращения» Курил настолько возбудили бывшего японского премьера, что он с радости начал делать заявления, за которые в не столь далёкие времена любого посла вызывали в советский МИД и ставили в неудобную позицию. Например, Абэ «разрешил» жителям Южных Курил остаться на островах, КОГДА они перейдут к Японии. Потом предложил российским гражданам провести на Курилах референдум наподобие крымского и определиться – хотят ли они остаться в Российской Федерации. И заявил, что не будет требовать компенсации за потерю имущества японцев, выселенных с Сахалина и островов после 1945 года. Намекая, что и россияне, «выселенные» с островов после передачи Курил Японии, тоже могут не раскатывать губы на компенсации. Подобные заявления по любым меркам являются грубым вмешательством во внутренние дела другого государства. И никаких скидок не давало звание «друга Путина», которым постоянно спекулировал Абэ. В данном случае он был просто бесцеремонным нарушителем дипломатического протокола, норм и традиций международных отношений.

В поддержке премьер-министра по Южным Курилам давно слились в братских объятиях японские националисты, мало отличающиеся от нацистов, и коммунисты, которые ещё меньше походят на марксистов-ленинцев.

Председатель Компартии Японии Сии Кадзуо регулярно заявляет, что Сан-Францисский мирный договор несправедливо лишил его страну Курил и Южного Сахалина, которыми Япония владела по результатам русско-японской войны 1904-1905 гг. А ведь после той войны Японская империя ещё дважды воевала с Россией, что выносит за скобки любые ранее принятые договорные обязательства. Но Сии требует от своего правительства «жёсткости» в переговорах с Россией, чтобы добиться возвращения всех Курил и части Сахалина. Весьма характерно, что официальный Токио не укоряет зарвавшегося политика, хотя обязан делать подобные выволочки. Это потому, что коммунисты, такие же ярые ненавистники России, как и нацисты, представлены в парламенте Японии. И свою боевую песню о возвращении Курил и Сахалина японские коммунисты поют чаще «Интернационала» уже много лет, тем самым подпевая националистам, которые тоже облизываются на российские острова.

Наша политическая элита, как бы спросонья, иногда высказывается по поводу злобных взвизгиваний доси (товарища) Сии. Одни элитарии называют неопасными его заявления, другие всерьёз считают, что руководитель коммунистов таким способом поднимает рейтинг партии перед выборами. В любом случае, взывает наша элита, не надо обращать внимания на заявление Сии Кадзуо – коммунисты не пользуются влиянием в стране. Вот и поговорили. Влиянием не пользуются, а пятое место в парламенте занимают. Как раз посередине списка.

Не успели улечься страсти после очередного заявления главы японских коммунистов о Курилах, как на сцену театра абсурда вышел только что назначенный министр иностранных дел Страны восходящего солнца – Мотэги Тосимицу. Он с ходу заявил: «Мирный договор с Россией – это проблема, в решении которой мы не продвинулись ни на шаг за последние 70 лет. Хотелось бы немного расширить горизонты и подойти к решению вопроса с не односторонней позиции».

Судя по тому, что Сии и Мотэги высказались о Южных Курилах почти одновременно, надо понимать, они заранее разделили роли злого и доброго полицейского перед встречей министров иностранных дел России и Японии. Смотри, Лавров-сан, какие у нас жёсткие сторонники возвращения всех «северных территорий»! А теперь давай рассмотрим вопрос «с не односторонней позиции». Мы всего-то требуем четыре острова… Мало ли, что раньше нам обещали два. И тут же вспоминается Марк Твен, который в подобных случаях советовал: требуй вдвое больше желаемого и соглашайся на половину.

Курилы и членство в ООН

Читатель, не искушённый в русско-японских отношениях, вправе спросить: о чём, вообще, речь? Поэтому для начала – о Курильских островах.

Это цепь из 56 островов вулканического происхождения, которая тянется на 1 200 километров от Камчатки до японского острова Хоккайдо. Площадь – всех островов 10,5 тысячи квадратных километров или четверть Московской области. Но дело не в площади – Курилы отгораживают от Тихого океана наше Охотское море, а потому имеют важное военно-стратегическое значение. Да и экономическое – тоже. Здесь огромные запасы биоресурсов и полезных ископаемых. Самые крупные острова – Парамушир, Уруп, Итуруп и Кунашир. Все острова являются частью Сахалинской области, хотя Южные Курилы, а именно Итуруп, Кунашир, Шикотан и группу мелких островов Хабомаи японцы считают частью префектуры Хоккайдо. Спасибо, что пока не считают Сахалин частью префектуры Карафуто…

Япония хочет «вернуть» Кунашир, Шикотан, Итуруп и Хабомаи. И, чтобы узаконить хотелки перед лицом, как говорится, мирового сообщества, ссылается на двусторонний Договор о торговле и границах 1855 года, который подписал наш адмирал Евфимий Васильевич Путятин. Опять вынужден напомнить, что с тех пор между Россией и Японской империей случилось три войны: в 1904-1905 годах, в 1939 и в 1945 году. Они просто перечеркнули суть, действительно, хорошего Договора, сделали его документом истории, а не текущей политической практики.

К сожалению, есть ещё один документ, служащий японцам в качестве векселя, по которому они надеются рано или поздно получить обещанное.

В 1956 году СССР и Япония, с подачи Никиты Хрущёва, приняли Совместную декларацию, где Москва выражала готовность рассмотреть передачу Японии Хабомаи и Шикотана после заключения мирного договора. Замечу, что в нашей географической литературе нет такого обозначения – Хабомаи. Это Малая Курильская гряда. А «хабомаями» её с подачи японцев обозвали именно в Декларации 1956 года, заложив долгоиграющую смысловую диверсию. Почеркну опять жирной линией, что острова Итуруп и Кунашир в декларации вообще не упоминались. Только Шикотан и Хабомаи. Тогда, в 1956 году, и обозначились разные подходы в отношении Курил. В Советском Союзе посчитали, что японцам по этой декларации и так жирно достанется, хоть и незаслуженно, а в Японии решили, что русские просто издеваются со своей подачкой. Именно отсюда – от невозможности согласовать несогласуемое, начинаются японские рыдания по Южным Курилам.

В 1960 году Советский Союз «отозвал вексель», так неосторожно выданный адептом кукурузы, потому что Япония и Соединённые Штаты Америки заключили Договор о взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности. По этому документу американцам предоставлялось право создавать и использовать военные базы на территории Японии, размещать на них любое количество вооружённых сил и вооружений. А Япония обязывалась защищать американские базы при нападении. Естественно, СССР тут же отозвал подпись под Декларацией 1960 года – в России ещё помнили, как совсем недавно сталкивались с бывшими союзниками по антигитлеровской коалиции, с американцами, в небе Кореи…

Что у нас сегодня? Мирный договор с Японией так и не подписан. Многие дипломаты и политики справедливо, на мой взгляд, считают, что в этом нет необходимости. Ведь в 1956 году стороны в Совместной декларации, уже в статье 1, записали:

«Состояние войны между Союзом Советских Социалистических Республик и Японией прекращается со дня вступления в силу настоящей Декларации, и между ними восстанавливаются мир и добрососедские дружественные отношения».

Недавно стали известны закулисные подробности подготовки той Декларации. Газета «Асахи» напечатала часть записок бывшего премьера Мики Такэо, которые он завещал после смерти передать в библиотеку Университета Мэйдзи в Токио. Когда готовилась Декларация, Мики входил в руководство коалиционного кабинета и был хорошо осведомлен о ходе советско-японских переговоров. Кроме обещания Хрущёва о передаче Шикотана и Хабомаи, была договорённость об отказе японцев от всех претензий на острова, если СССР, как член Совета Безопасности ООН, даст согласие на вступление Японии в Организацию Объединённых Наций.

Дело в том, что Япония в июне 1952 года подавала официальную заявку на вступление в ООН. СССР воспользовался правом вето и заблокировал заявку. Через три года японцы сделали вторую попытку – и снова неудачно. Вот почему они пошли на переговоры с СССР о нормализации отношений. И, судя по высказываниям Мики Такэо (а его никто не тянул за язык), в Японии готовы были отказаться от призрачного права обладания Южными Курилами ради реального членства в ООН. В октябре 1956 года была подписана Декларация, а в декабре Япония стала членом всемирной организации. Настолько активным членом, кстати сказать, что уже в октябре 1957 года, на 12-й сессии Генассамблеи, заявила о необходимости пересмотра Устава ООН. И тут же вспомнила о хрущёвском обещании.

Скажите, вооружившись всей мощью разума, зачем после обоюдно согласованной Декларации и по-жлобски выпрошенного ооновского стула Японии нужен мирный договор? По самурайской логике понятно: договор позволит узаконить передачу островов. А зачем такой договор нужен России? Если только в качестве жеста доброй воли. Но снятие вето в ООН тоже было таким жестом. Юридического содержания Декларации 1956 года вполне хватило, чтобы открыть в наших странах посольства и консульства, обеспечить торговые, научные и культурные связи на многие десятилетия вперёд.

Сегодня взаимный товарооборот с Японией составляет почти два миллиарда долларов в год. Японцы входят в первую десятку российских партнёров. В основном, они покупают наше минеральное сырьё. То есть, нефть. Значит, «мирного договора» с Россией нет, а российская нефть в Японии есть. О «мирном договоре» кричим громко, а лесоматериалы у России покупаем тихо. При таком подходе к отношениям между странами восточные соседи очень напоминают западных, незалежных соседей, которые на институциональном уровне, со всех трибун, включая Генассамблею ООН, называли до 2022 года Россию агрессором, кричали, что ведут с нами войну. Вот и докричались… При этом Киев требовал продолжения банкета на газовой трубе и значительных скидок на российские углеводороды. И тем, и другим соседям давно пора определиться: либо трусы надеть, либо амулет спрятать.

В начале 2020-х в Японии заговорили, что хотят подписать мирный договор в трактовке Совместной декларации 1956 года. А трактовка, напомню, такова: сначала – мирный договор, потом – Шикотан и Хабомаи. Но нельзя верить обещаниям японцев подписать договор даже на таких основаниях: они меняют свои решения со скоростью и регулярностью тихоокеанских тайфунов. Не удивлюсь, если последний (во всех смыслах) украинский «гетьман» изучал азы дипломатии по мемуарам японских милитаристов. А нынешние милитаристы ежедневно перекраивают трактовку декларации. И чем дальше, тем изощреннее. Поэтому не стоит задумываться, откуда дует ветер. Дует – и дует себе… Спрошу ещё раз: нам мешает отсутствие мирного договора с Японией? Нам не мешает. Ну и нечего переживать.

Известный российский исследователь русско-японских отношений Анатолий Кошкин считает, что мирный договор японцам нужен не как цель «улучшения отношений с Россией, а лишь как средство достижения многолетнего стремления заполучить южные Курилы и омывающие их богатейшие морские акватории». Это понимают и в Японии. Кошкин приводит слова Накамуры Ицуро, профессора университета Цукуба, который считает, что Россия и Япония могут развивать отношения и без мирного договора, ибо связи между двумя странами уже существуют вне зависимости от результатов переговоров по такому соглашению. «Я не вижу острой необходимости в мирном договоре, – говорит Накамура. – Возможно, он даже и не нужен. Многие страны в мире создают добрые и доверительные отношения без мирного договора. Экономические и культурные связи между нашими странами расширяются и без перспектив по мирному договору».

Жаль, что в Японии среди множества профессоров мало Накамур…

Ландшафт и душа народа

Менталитет японцев, а отсюда – характер их отношений с окружающим миром, складывался под влиянием характера страны. Освальд Шпенглер выводил душу человека и – больше – душу целого народа из вмещающего ландшафта. О связи окружающей природы и характера народа говорил и Лев Гумилев. Отсюда – «натуралистическая» гипотеза развития этноса. Согласно ей, содержание любой культуры, любой цивилизации формируется в окружающем ландшафте так же, как флора и фауна.

На каком вмещающем ландшафте и когда культура японского этноса становилась цивилизацией? Не буду утомлять внимание читателя цифрами и графиками, приведу своё выношенное мнение. Оно не всегда выглядит научно сформулированным, так ведь я и не диссертацию пишу.

Японская нация и культура складывались на вулканических островах в Тихом океане вблизи восточного побережья азиатского материка. Территория Японии – это около семи тысяч островов. Крупных только четыре – Хонсю, Сикоку, Кюсю и Хоккайдо. Вот эти крупные острова и составляют свыше 90 процентов территории страны. Площадь Японии 377 944 кв. километра. Или 61-е место в мире. А по населению она на 11-м месте – 124,8 миллиона человек.

Для сравнения. Великобритания занимает около 700 островов. Её общая площадь 243 809 кв. километров. 78-е место в мире. Население – 66,3 миллиона человек, 22-е место. Самый крупный остров, который так и называется – Великобритания, чуть больше японского Хонсю.

В древности Японское море было значительно мельче. По цепочке островов люди переправлялись на территорию будущей Японии. В основном, с северо-восточного побережья нынешней Кореи, о чём говорит близость гаплогрупп корейцев и японцев. Ещё один путь заселения, уже на Окинаву, шёл с юга на север, с острова, который сегодня называется Тайвань.

Впрочем, теорий заселения Японского архипелага много. Все они говорят о том, что с материка перебирались люди, организовывались в мелкие и крупные сообщества, совершенствовали социальную сферу, создавали материальную культуру. Выращивали рис, ловили рыбу, строили дома и корабли, обзаводились домашней живностью.

Однако на островах и до японцев жили люди, известные и в Японии, и в Китае как айну. Учёные выяснили, что предки японцев начали расселяться на островах около трёх тысяч лет назад, а предки айнов пришли на архипелаг за семь тысяч лет до нашего времени. Одна из сегодняшних теорий говорит об индоевропейском, европеоидном происхождении айнов – большеглазые и густобородые люди не имеют монголоидных черт и резко отличаются от японцев. Вполне возможно, их предки жили в Сибири и на Алтае. Учёные полагают, что во время последнего большого обледенения, ещё в мезолите, айны переходили по льду на острова с побережья Охотского моря.

Айны стали на японских островах автохтонным населением и довольно неприветливо встретили пришельцев из Восточной Азии. Они постоянно воевали с захватчиками. Последнее крупное выступление айнов против японцев состоялось на Кунашире в 1789 году. Японцы задавили его руками купленной айнской верхушки.

Самая большая община айнов оставалась ещё в начале XIX века на острове Хоккайдо, который тогда номинально не входил в Японскую империю. А когда Курилы и южная часть Сахалина перешли к Японии по результатам войны 1904-1905 гг., то большинство здешних айнов просто были записаны японцами. Так русских в Донбассе в период украинизации записывали украинцами. Сейчас айны находятся на грани исчезновения. По сути, этот древний народ первым пал жертвой японского геноцида – задолго до китайцев и жителей Океании. И этот геноцид – одна из многих позорных страниц японской истории.

Довольно долгое время будущие японцы росли и развивались как этнос под крылом китайских царств Цинь, Хань, Цзинь и Тян. То есть, примерно со 2 в. до нашей эры и по 9 в. нашей эры. В китайских хрониках этого тысячелетия упоминается о множестве (сотне) японских царств, которые присылали китайским императорам «подарки». Современная лингвистика выделяет в японском языке около 50 процентов лексики китайского происхождения. Японское письмо кандзи – одно из трёх сегодня используемых – это китайские иероглифы, адаптированные к японскому произношению. Даже традиционная живопись стиля «суми-э», которой так восторгаются эстеты, берёт начало из китайского жанра «шань-шуй», что переводится как «горы-воды». А что ещё рисовать в Японии – только горы и воды. И того, и другого здесь с избытком.

Отвлекусь на минуту. Многолетняя ненависть японцев к Китаю, по моему убеждению, питается завистью и неблагодарностью. Точно так сегодня ведут себя «щирые» украинцы по отношению к России. Одно отличие – они не завоевывали русских с оружием в руках. Им для этого до 2022 года хватало хитрости.

Теперь о горах. Они занимают примерно 75 процентов всей японской островной суши. Три четверти! Не очень высокие по сравнению с горами того же Китая. Знаменитая Фудзи поднимается на 3 776 метров, и это самая высокая вершина Японии. Она изображена на самой первой японской почтовой марке. Но преобладание гор в пейзаже радует лишь художников. В стране критически мало земель сельскохозяйственного назначения – они лежат в горных долинах и на речных берегах небольшими площадями, и за каждый квадратный метр пашни японский крестьянин веками ведёт изнурительную борьбу с природой. Пашня кормила, но не досыта. Террасированные огороды – это земля, в буквальном смысле слова наношенная на террасы в подоле кимоно.

Да и сегодня японцы не очень надеются на свой аграрный сектор. Здесь до сих пор главенствует ручной труд, потому что на крохотных полях и горных огородах с техникой просто не развернёшься. Островитян всегда выручали леса, дающие дикоросы к обеденному столу. Японская кухня, как и китайская, очень богата на дикорастущие «продукты». Их так и называют – сансай, то есть «горные овощи». Первый иероглиф, похожий на трёхрожковые вилы, 山菜, обозначает горы – «сан». А всё вместе – напоминание о китайском «шаньсай» с тем же написанием и тем же значением.

Вот что японцы едят «из лесу». Листья, соцветия и стебли черемши, белокопытника, осота, молодые побеги бамбука, молотые стебли и корни аралии сердцевидной. Особенным уважением пользуются папоротники, а их в Японии растёт около десятка видов. Собирают не развернувшиеся побеги, похожие на улитки, так называемые рахисы. Если их сдобрить специями, на которые японцы большие мастера, то можно есть.

Главная специя – соус сёю. По звучанию напоминает русское название сои. И делается из сои. Технология приготовления весьма сложная, но дело того стоит. Знатоки считают, что сёю подчеркивает вкус продукта. На мой непросвещенный взгляд, как можно подчеркнуть, например, с помощью соуса, вкус сырой рыбы? Скорей всего, соус, заимствованный у китайцев, в Японии служил в первую очередь аналогом уксуса – он помогал обеззараживанию продуктов. Традиционный суп мисо широ делается на основе рыбного бульона и водорослей. Добавляется паста из сои и ячменя и тофу – тоже соевый продукт, похожий на мягкий сыр. Есть можно, но чувства сытости этот практически вегетарианский суп русскому желудку не даёт. А японцы могут есть-пить мисо широ с утра до ночи, да нахваливать.

Мясо на столе островитян появилось лишь во второй половине XIX века, когда страна вышла из самоизоляции. В основном, курятина и свинина. Причём и в наши дни на островах их едят редко. В достатке в Японии всегда были только морепродукты. Они и сегодня остаются основными поставщиками протеина. Отсюда в японской кухне обилие самой разнообразной рыбы, вплоть до ядовитой фугу, водоросли нескольких видов, кальмары, морские ежи, креветки и крабы. Сыроядение – основное японское кулинарное завоевание. Не нужно много дров на готовку. Японские суши (точнее, суси) – от бедности, от голода. Это же блюдо в европейских (и русских) ресторанах – от сытости. Рисовую водку подогревают, чтобы «уговорить» большее количество питухов меньшим количеством питья. Хотя японцы уверяют, что греют водку (ф-фу!) для выявления всех вкусовых нюансов.

Некоторые сторонники сыроядения приводят Японию в пример: мол, здесь самая высокая продолжительность жизни на планете. Это отмечали и китайские авторы ещё в начале нашей эры. Наверное, это полезно – есть сырую рыбу или моллюсков. А может, климат влияет на продолжительность жизни. Или при нехватке продуктов питания включаются резервные ресурсы организма. Давно замечено: люди, пережившие фронт, плен, голод, каторгу и прочие экстремальные условия, живут дольше соседей и родственников, которые этих условия не коснулись.

Но продолжим. Обделила судьба японские горы и полезными ископаемыми. Правда, здесь добывают уголь, золото, серебро, цинк, хром, марганец, железо, серу и ртуть. Однако в крохотных количествах. Этого никогда не хватало для нормальной работы промышленности. Всё нужно было завозить. Есть месторождения нефти. Опять же, с небольшими запасами и залегающие очень глубоко. Та же картина с газом. Лишь нерудные ископаемые для строительных нужд могут дать японские горы, но традиционно здесь строили жильё из дерева.

В условиях постоянной нехватки всего необходимого для жизни и формировался характер японцев, их эстетика аскетизма. Отсюда – жёсткая экономия во всём: дома с бумажными перегородками, деревянные гэта, которые обувью назвать трудно, свёрток из платка на палке, фуросики, исполняющий обязанности саквояжа… В холодное время члены семьи собирались в одной комнате у котацу. Это низкий столик с жаровней-хибати под ним. Сегодня ставят электропечку, но принцип тот же. Сверху котацу накрывают одеялом и дружно засовывают под одеяло ноги. Чтобы помыться, хватало бочки с горячей водой, куда залезали поочередно всем семейством. Впрочем, ноги под столом грели над жаровней и в солнечной Испании, и в хмурой Скандинавии ещё совсем недавно. Наверное, это очень древний обычай. Не могли же норвежцы взять у японцев идею котацу. И наоборот.

Но только в Японии прижилась культура бонсая – карликовых деревьев, выращенных на подносе. В поэзии доминировали хокку – трёхстрочные стихотворения из семнадцати слогов. На большее не хватало сил – с папоротника-то… А может, шесть строк уже считалось излишеством. А.Н. Мещеряков в «Книге японских обыкновений» пишет, что японцы – это «народ, который одомашнивает ближнее пространство. Вся жизнь его проходит внутри ограниченного пространственного круга, где каждая вещь находится на положенном ей месте – внутри, а не вне его – в страшном, неупорядоченном хаосе, от которого никогда не знаешь, чего ждать. Вот и проводили японцы целые века на своих циновках, беседуя о погоде, или же в поле, до которого рукой подать».

Страшный, неупорядоченный хаос, о котором говорит наш автор, это экстремальные природные условия: тайфуны, землетрясения, цунами. Япония расположена в вулканической зоне Тихоокеанского огненного кольца, и поэтому любая активизация вулканической деятельности вызывает подвижки глубинных фундаментов японских островов. Наибольшее количество жертв – 142 800 человек – зафиксировано в так называемом Великом землетрясении Канто, произошедшем на острове Идзуосима 1 сентября 1923 года. Огромные разрушения произошли тогда в Токио, Иокагаме, в префектурах Канагава и Сидзуока. Самым известным ударом подземной стихии новейшего времени стало землетрясение магнитудой в 6.6 по шкале Рихтера 11 марта 2011 года в префектуре Фукусима, где произошла крупная авария на атомной электростанции.

Случаются землетрясения и на наших тихоокеанских территориях. 4 октября 1994 года Южные Курилы содрогнулись от подземного удара магнитудой до 9 баллов по шкале Рихтера. Наибольшие разрушения зафиксированы на Шикотане. Землетрясение привело к значительным разрушениям и человеческим жертвам, вызвало цунами. «Помимо значительных разрушений, это землетрясение характеризовалось необычным характером косейсмических дислокаций, остров Шикотан погрузился в море как единое целое примерно на 0,6 м, при этом на многих участках его территории образовались разрывы, оползни и обвалы». Поясню «косейсмическую дислокацию» из научного отчёта. Это просто столкновение плит, которое и вызывает землетрясение. Геофизики – тоже люди, у них свой жаргон.

Ударила стихия и по ближайшим островам – Кунаширу и Итурупу. Последующая неделя была отмечена афтершоками. Островитяне ночевали в палатках. В зоне бедствия оказались 22 с лишним тысячи человек. Потом случались землетрясения вблизи острова Симушир – 15 ноября 2006 года и Кунашир – 13 января 2007. Цунами обрушились на северное побережье Хоккайдо.

Землетрясения бьют и по Сахалину. Самое известное в наше время – в Нефтегорске, на севере острова, катастрофическое землетрясение магнитудой 7.6 произошло ночью в воскресенье 28 мая 1995 года. Оно полностью разрушило посёлок Нефтегорск за 17 секунд. Его потом даже не стали восстанавливать. Это была вторая крупная катастрофа на территории Сахалинской области. Первой называют цунами, ударившее по острову Парамуширу и Северо-Курильску 5 ноября 1952 года. Тогда досталось и Камчатке, где было разрушено несколько прибрежных поселений.

Японцы поневоле привыкли к подземным ударам и связанным с ними цунами. А куда деваться! Русские поселенцы на Сахалине и Курильских островах тоже привыкли к разгулам стихии. Многие ведь здесь уже родились и выросли. Пока острова не заливают дождями и не заваливают снегом тайфуны, пока не трясётся земля – трудно представить место на планете красивее и здоровее… Пройдя Шикотан пешком, я знаю, о чём говорю.

Чем тяжелее времена, тем изящнее стихи

Скудные ресурсы всегда были предметом грабежа. Вокруг любого князька (даймё) формировалась группа дворни – самураев. Это название, как считают лингвисты, происходит от глагола «служить». В научной литературе самураев определяют «в наиболее часто употребляемом значении как военно-феодальное сословие мелких дворян». То есть самураи были защитниками трона. Или княжеской циновки – татами. Защитники за кормёжку. От самурайского обобщенного облика в истории остались диковинные причёски и красочные тату, уникальное оружие и жестокие ритуалы. Чего стоит, например, отсечение собственного пальца в знак покорности. Или сепукку, больше известное как харакири, – в знак раскаяния и примирения с судьбой. Эти ритуалы во многом сохранены в организованном преступном сообществе Японии – в якудзе, структурированной как двор даймё с кучей самураев, как семья во главе с патриархом.

Для любителей бусидо, карате, шурикенов и прочей японской кухни здесь уже не остаётся романтики и жантильности: самурайская верность сюзерену в якудзе находится рядом с коллективной ответственностью, нарушение которой карается смертью.

Земледельцы в Японии издавна были лишены права на оружие. Как и в прочих просвещённых землях. И правильно. Во-первых, не станут бунтовать. Во-вторых, так легче отнимать у них редьку и папоротник. В общем, «как везде» и в Азии, и в Европе. Вот японским крестьянам и приходилось придумывать боевые искусства – бой с палками, например, или вовсе голыми кулаками, чтобы защититься от разбойников. Карате, кстати, и означает «пустая рука».

А разбойников, любителей чужого, хватало и в горах, и на побережье. В японском фольклоре разбойник, гото, был таким же героем, как оками кицуне – лиса-оборотень. Вокоу, японские пираты, несколько веков держали в страхе жителей прибрежных владений китайской империи Мин (XIV-XVII вв.). В Китае и Корее высадки вокоу считались более страшными, чем набеги северных кочевников, потому что японцы не знали ни жалости, ни меры жадности – убивали всех без разбору и забирали всё, что можно было утащить. Не были лучше и пираты суйгун, действовавшие в акватории японских островов. Соотечественников они грабили с не меньшим пылом, чем вокоу – чужестранцев. Для борьбы с пиратами китайские и корейские владетели нередко использовали даже военный флот.

Наложила отпечаток на характер японца жестокая грызня «верхов». Японская империя, о которой японцы говорят с почтительным придыханием, складывалась в кровопролитной и постоянной борьбе кланов, родов и княжеств.

Первое упоминание о Ямато, государстве японцев на островах Хонсю и Сикоку, относится к III-IV вв. нашей эры. В 670 году оно было переименовано в Ниппон, и с этого времени можно довольно уверенно отсчитывать историю японского государства. В 701 году был принят первый кодекс законов – Тайхо. Интересно, что система управления, зафиксированная в Тайхо, называлась «правовым государством». Однако японцы, как любые патриоты, любят удревлять историю своей страны и считают, что их империя родилась 11 февраля 660 года до н. э. (какая немыслимая точность!). Тогда во главе страны встал первый император – Дзимму. Он был правнуком богини солнца Аматерасу, а потому и причислен к главным богам синтоистского пантеона.

Каждый бог в этом пантеоне отвечает за «определённый участок работы». В списке японских богов – покровители кузнецов, урожая, морских путей, дорог и даже рыбачьих лодок. Боготворили японцы лисицу Кицуне, поклонялись волку, крабу, акуле и ракушке таниси… Любовались цветением вишни, из обожествленной ивы делали палочки для новогодней трапезы.

Синтоизм, традиционная религия японцев, есть одушевление природы, поклонение душам умерших и задабривание «отраслевых» богов. В этом отношении синтоизм мало отличается от анимационных верований папуасов и алеутов. Сторонников единобожия на островах и сегодня мало. Более того, христианин из Страны восходящего солнца вполне сознательно может поклоняться лисице Кицуне, и в этом отношении японцы мало чем отличаются от наших православных, празднующих Купалу или Масленицу.

Кстати, есть красивая легенда о происхождении Японского архипелага. Мол, богиня Аматерасу О-миками задела копьём поверхность океана. Капли, упавшие с копья, застыли и образовали острова. Не помню, говорится ли в той легенде о том, что Курильские острова тоже образовались из капель с божественного копья. Скорей всего, не говорится, потому что авторы древней легенды тогда и не подозревали о существовании Курил.

В истории любого государства хватает сюжетов о борьбе за власть, когда «идёт брат на брата», а гражданская война тем ожесточеннее, чем ближе по родству её участники. Почитайте историю Европы или историю России, чтобы в этом убедиться. Повествуется, например, о вероломстве Карла II Лысого в отношении братьев и других родственников. Это качество характера, не согласующееся с христианскими заповедями, помогло Карлу укрепить Западно-Франкское королевство. С той же целью – для захвата чужого владения – ослепили князя теребовльского Василька по приказу киевского князя Святополка. Много сведений осталось в истории о влиянии фаворитов и фавориток на политику европейских государств. Иногда их деятельность шла на пользу государству. Примеры – мадам де Помпадур, барон Фуке, братья Орловы.

Японские хроники тоже полны сюжетами, как коварством, подкупом и даже колдовством князья отнимали друг у друга земли и жён. Японцы жили «как все». И также «как все» занимались мифологией. Как ответить на вопрос: с чего начинается национальное государство? Например, наша Россия? С Киевской Руси? Которой, по утверждению многих авторов, не существовало? Или с походов Ивана Грозного? Или с побед Петра? Можно вспомнить и другие государства, которые создавались как мозаика из мелких разрозненных княжеств – Италия, Германия…

Централизация Японии веками шла в постоянных войнах мелких и крупных князей, постепенного «собирания» страны из феодальных лоскутов. С правления императора Камму (конец 700-х н.э.) начался период Хэйан, давший толчок развитию японской культуры, заложивший объединительные тенденции в истории страны. И в самой этой истории уже меньше мифологии, больше фактов и имён. С 1192 года начала укрепляться власть военачальников, сёгунов. Они оттеснили от управления императоров, сделав их ритуальной частью политического пейзажа. Самым известным стал род Токугава, который по влиянию и богатству превосходил императорский двор и прочерчивал два с половиной века путь развития державы. Как прочерчивал – другое дело.

В середине XVI века на островах появились португальцы и испанцы – торговцы и миссионеры. Буквально за несколько десятилетий вырос класс японских «олигархов», разбогатевших на оживлённой торговле с иностранными «варварами». Малиновые японские пиджаки не хотели подчиняться ни чиновникам Токугавы, ни феодальным традициям. В стране перешли в христианство около 300 тысяч человек. Сёгуны усмотрели в контактах с европейцами угрозу порабощения страны. В начале XVII века клан Токугава стал инициатором самоизоляции Японии, сакоку – «страна на цепи». Токугава Ияэсу запретил христианство. Церкви ломали, недовольных указом Токугавы казнили. В 1630 году прекратили ввозить европейские книги, а с 1636 года японцам под страхом смертной казни запрещалось покидать страну без разрешения правительства, а также строить большие суда, пригодные для дальних плаваний. Страна уже в первой половине XVII века, действительно, оказалась на цепи.

По моим ощущениям, чем хуже были времена, тем изящнее была японская литература и богаче устное народное творчество.

Я банан посадил —

И теперь противны мне стали

Ростки бурьяна…

Это Мацуо Дзинситиро, он же Басё, замечательный стихотворец, творивший в конце XVII века, мой любимый японский поэт. Вот ещё из Басё:

Едва-едва я добрёл

Измученный до ночлега…

И вдруг – глициний цветы!

Басё жил во времена правления четвёртого сёгуна, Токугава Иэцуна (XVII в). Эти годы были омрачены крупными восстаниями ронинов – бродячих воинов, оставшихся без сюзеренов, как следствие укрепления «властной вертикали». Деклассированные меченосцы хотели свергнуть сёгунов и установить господство «простых» воинов. Утопия, которая вылилась в десятилетия чудовищного кровопролития. Обоюдная жестокость была настолько свирепой, что запустели даже окрестности столицы – Эдо. «И вдруг – глициний цветы!».

Сёгунат (бакуфу) как форма правления, инструмент централизации сохранялся в Японии до 1868 года, когда 122-й император, Муцухито, вернул себе полноту власти. Это событие положило конец 500-летней самурайской системы. Закончилось и 265-летнее правление рода Токугава. Началась эпоха Мэйдзи, «просвещённого правления». Этот период, продолжавшийся с 23 октября 1868 года по 30 июля 1912 года, покончил с политикой изоляционизма и заложил основы современного японского общества.

До этого многие японские императоры тоже, как Муцухито, пытались время от времени вырваться из удушающих объятий своих военачальников и защитников. Тогда начинались гражданские войны. Разразилась такая война и в середине XIX века после того, как Муцухито принял на себя всю полноту власти. Пятнадцатый сёгун, Токугава Ёсинобу, поначалу согласился передать власть императору, рассчитывая, что будет при нём премьер-министром. Когда эти мечты не сбылись, сёгун отказался исполнять эдикт о передаче власти и поднял мятеж. Понятное дело, кто ж добровольно отказывается от сладкого…

Поначалу войска сёгуна, атаковавшие резиденцию императора, побеждали. Генеральное сражение состоялось в деревушке Тоба, предместье Киото. Императорскими войсками командовал знаменитый Сайго Такамори, «последний самурай», принявший новые идеи. Хотя защитников императора было втрое меньше, а бойцов Токугавы учили французские инструкторы, сёгунат проиграл, и это стало концом феодализма в Японии. Впоследствии Токугава ещё несколько раз выступал против императорской власти и даже, представьте, судился с Муцухито, чтобы защитить древние традиции. Но время решило по-своему: феодализм в Стране восходящего солнца закончился. А Ёсинобу даже не судили за бунт – бывший сёгун стал депутатом парламента, где просидел до 1910 года.

А Сайго разочаровался в идеях Мэйдзи, возглавил мятеж против императора и погиб в бою. Потом он был реабилитирован, превратился в народного героя и удостоился памятника в Токио.

Просвещённое правление и великая справедливость

Несколько слов о титулатуре. В Японии монарха называют тэнно – небесным хозяином, подчёркивая его божественное происхождение. Но в титулатуре японских правителей есть около трёх десятков именований – от «мириада колесниц» до «золотого колеса». Эта традиция идёт из Китая, которому японские владетели почти тысячу лет носили «подарки». Китайские императоры называли эпохи своего правления так: «Гармоничное и радостное», «Прекрасное и справедливое», даже если по факту пафосные именования вовсе не отвечали результатам царствования. Последняя императрица Цы Си, сидевшая на троне почти пятьдесят лет, назвала свое царствование «Совместное правление», хотя извела всех соправителей и завершила «карьеру» государственным переворотом.

В конце XIX и в начале XX века японского властителя называли микадо. По-японски это ворота. Почему – ворота? Потому что в императорской резиденции есть ворота. То есть могли бы хозяина страны и окном обозвать. С конца XIX века многочисленные титулы, в том числе, и микадо, в европейских странах стали переводить как император. Хотя понятно, что в то время никакой Японской империи ещё не существовало. Императором может назваться любой владелец трона или проходимец, но империю создают либо войной, либо трудами. Петр Первый принял титул императора только в 1720 году, после победы в Северной войне. Микадо стали императорами после русско-японской войны и захватов в Китае и Корее.

Время в Японии отсчитывали эпохами правления императорских дворов и императоров. Каждый правитель получал посмертное имя, нэнго, служившее девизом его правления. С Муцухито, первого «постфеодального» императора, девизы, по китайской традиции, стали присваиваться сразу после вступления на трон. Его эпоха – Мэйдзи, то есть «Просвещённое правление». Преемник, Ёсихито, правивший с 1912 по 1926, носил нэнго Тайсё, или «Великая справедливость». Император Хирохито, при котором Япония воевала со всем миром и получила заслуженное наказание, правил с 1926 по 1989 и носил девиз Сёва, «Просвещённый мир». Его сын Акихито – нэнго Хэйсэй, «Установление мира» – принял трон в 1989 году и в 2019 добровольно оставил его, передав власть Нарухито, который получит после смерти имя Рэйва, «Упорядоченное спокойствие». Впрочем, в России тоже от этого далеко не убежали: Петр Великий, Александр Благословенный и Александр Миротворец, Усатый Хозяин, Никита-кукурузник и Лёлик-бровеносец.

И чтобы закончить с императорами… Их самодержавие продлилось недолго, менее ста лет – от начала правления Муцухито до поражения во Второй мировой войне. Конституция 3 мая 1947 года резко ограничила власть тэнно.

«Статья 1. Император является символом государства и единства народа, его статус определяется волей всего народа, которому принадлежит суверенная власть».

Символом государства – то есть, Японской империи. Так ходики с кукушкой, повешенные на стену, являются символом Сердобского часового завода. Императору по Конституции запрещено заниматься государственной деятельностью:

«Статья 3. Все действия Императора, относящиеся к делам государства, могут быть предприняты не иначе как с совета и одобрения Кабинета, и Кабинет несет за них ответственность».

А кто много лет возглавлял японский кабинет? Глава Либерально-демократической партии, наследник старинного самурайского рода, в жилах которого текла айнская кровь – Абэ Синдзо. То есть сёгунат в Японии живёт и здравствует. Только двор самураев называется теперь Кабинетом министров. А сёгун – премьером.

Вернёмся к характеру японцев. Селекция человека в условиях суровой природы и скудости вмещающей среды, плюс постоянные войны и жестокие традиции, сформировали исторический тип. И вот основные черты японцев, которые выводят многие исследователи.

Неприхотливость до аскетизма, трудолюбие, часто переходящее в трудоголизм, креативность и переимчивость, терпеливость и довольно поверхностная религиозность, консерватизм, уважение к предкам и неуважение к чужому имуществу, почитание верховной власти и в то же время перманентная готовность к мятежу, любование прекрасным и бытовая жестокость. Только недавно рассекречены факты каннибализма японских захватчиков на тихоокеанских островах во Вторую мировую войну. Аборигенов кушали и японские солдаты, и японские генералы.

В начале 1970-х вышла несколькими изданиями книга Всеволода Овчинникова «Ветка сакуры». Там есть такое наблюдение:

«Японский характер очень гибок, податлив, но вместе с тем стоек, как бамбук. Вопреки первому впечатлению, что в облике Японии сегодняшний день заслонил вчерашний, незримое присутствие прошлого сказывается доныне. Словно камень, лежащий на дне потока, оно не выпирает на поверхность, но дает о себе знать завихрениями и водоворотами».

Японец не считает себя обязанным держать слово, данное чужеземцу – гадзину. В этом он полностью солидарен с правоверным сыном ислама. А ещё китайские и корейские хроники дружно сообщают, что японцы всегда были не дураки выпить. Тут у сторонников синтоизма с мусульманами большое расхождение.

Несколько лет назад японская компания Kantar Japan провела опрос среди людей старше 16 лет в 24 странах, включая Корею, Китай, Францию, Канаду, Россию, США и, конечно, Японию. Результаты опроса опубликованы в газете «Асахи Симбун». Выяснилось, что 21% опрошенных японцев ежедневно употребляют алкоголь. Это самый большой показатель среди стран, где проводился опрос. И ещё. В Японии и Великобритании 56 процентов опрошенных употребляют алкоголь больше одного раза в неделю. Поговорим о русском пьянстве?

Японский фольклор, как и вся японская культура, трудно понимается европейским умом. Когда-то давно я купил ребёнку сказки народов Океании. Полистал книжку и понял, что дочери-третьекласснице такие сказки читать не нужно. То же самое мнение сложилось у меня и при чтении сказок Японии. Думаю, большинство из них нельзя читать ребёнку на ночь. Ну, например, сказку про Тануки. Это японский барсук. Тануки-оборотень повадился грабить поле одного крестьянина. Старик поймал Тануки, принёс домой и приказал жене готовить суп из вредителя. А сам ушёл по делам. Старуха принялась просевать рис для супа, а Тануки вызвался помочь – принести дрова. Бабка развязала барсука, он убил её и спел на прощание весёлую песенку для старика. Мол, не полакомишься мной, дедушка, лучше свари бабушку, и тебе надолго хватит супа.

Сегодня именем Тануки названа огромная сеть японских ресторанов в России. Суп мисо широ здесь делают, как бог на душу положит – нередко на воде, а не на рыбном бульоне. И тофу не мелкими кусочками нарезают, а булькают целиком. Неисчислимо количество суши, которые только и отличаются, что вычурными названиями. Кстати, палочками я умею пользоваться, но предпочитаю вилку.

Вернусь к песенке Тануки. Традиционная японская музыка кокугаку довольно быстро стала известна в мире после Второй мировой. Её и до сих пор используют в аниме – тоже культурном феномене Японии. В музыке японцы очень переимчивы. Буквально с конца XIX века и до Второй мировой, следуя европейским канонам, в первую очередь, русским, они сформировали собственную музыкальную школу и создали японскую оперу, в чём им в значительной мере тоже помогли русские режиссёры.

Музыкальным национальным символом японцев являются барабаны тайко. В написании названия барабана есть иероглиф, имеющий значение «толстый, жирный». И правильно. Тайко выдалбливают из цельного куска большого дерева, потом тщательно обрабатывают. Возятся с барабаном столько же, сколько с ковкой настоящего самурайского меча – катаны. Зато как гремит такой барабан! Вернее, барабанный оркестр.

Живопись Страны восходящего солнца – тоже культурный феномен и национальный символ. Эта живопись вышла из китайской традиции, но развивалась, благодаря новациям японских художников. В Японии искусство кисти пользуется огромным уважением. Достаточно сказать, что историю живописи скрупулёзно разбирают по периодам и сберегают с VI века.

Ещё раз процитирую А.Н. Мещерякова: «Японские писатели с художниками видели не лес, а дерево. Не дерево, а ветвь. Не ветвь, а листок. И даже не листок, а прожилку на нем. Японские художники предпочитали изображать не рвущийся за раму пышный букет полевых васильков или ромашек, а один-единственный цветок».

Наверное, отсюда – икебана, искусство составления букетов. Причём цветов должно быть как можно меньше, а впечатления от букета – как можно больше. Икебане придают такое значение, что ею занимается несколько школ, широко известных в Японии.

Очень много сделал в искусстве Кацусика Хокусай, мастер суримоно – цветной ксилографии. Он творил в одно время с нашим Дмитрием Григорьевичем Левицким – в конце XVIII, в начале XIX века. Левицкий – автор знаменитого портрета Демидова «с садовой лейкой». Посмотрите хотя бы мельком работы Левицкого и Хокусая, и вы поймёте всю глубину пропасти, которая разделяет основоположников японской и русской художественных школ. Не эстетической – экзистенциальной пропасти. Вот где вспоминается Киплинг: Запад есть Запад, Восток есть Восток, и вместе им не сойтись. Впрочем, я заболтался, но вырезать написанный фрагмент не буду – вдруг кому-то приглянется…

В середине 1976 года в Москве проходила выставка Нихонга – современной японской школы живописи. От редакции «Московского комсомольца» я пошёл в Музей Востока. Он тогда располагался на улице Обуха – напротив Курского вокзала. Над выставкой витал дух Хокусая и его картина «Большая волна в Канагаве». Естественно, поахав на выставке, я накатал восторженную статьищу, которую заведующая отделом культуры газеты Наташа Дардыкина сократила до заметки строчек в пятьдесят…

Удивительно, но я снова попал на выставку японской живописи в Музее Востока спустя двадцать пять лет. Время было другое, музей находился по другому адресу, я работал в другом издании… А Хокусай оставался прежним. И его «Большая волна в Канагаве» оставалась всё такой же огромной и завораживающей, и крохотные люди на палубах узких утлых челнов по-прежнему молились о спасении богу моря Суйдзину. Пожалуй, Хокусай – один из немногих японцев, которые примиряют меня с Японией. Хотя он и накатал несколько тысяч сюнга – хулиганских рисунков, которые, вместе с американскими комиксами, стали основой всемирно известного японского аниме. Эти рисунки трудно назвать искусством, хотя и тут Хокусай остаётся мастером стремительной и точной линии. Впрочем, Япония о моём мнении не знает. Или знает, но в очень узком кругу.

Довольно известен ещё один мастер – Какидзаки Хакиё. В 1790 году он создал «Галерею вождей варваров». Почти все работы – портреты айнских вождей северного Хоккайдо, а ещё один изображает кунаширского вождя Цукиноэ. Такая честь быть запечатлёнными на память потомкам досталась айнским вождям за то, что они помогли японцам подавить мятеж айнов на Кунашире и Хоккайдо, о чём я говорил чуть выше. Вождь Цукиноэ изображён олицетворением коварства – бородатое чудище в одеянии, расшитом драконами. Взгляд из-под сросшихся бровей выражает силу, ум и жестокость. Некоторые исследователи считают, что кунаширский Цукиноэ был очень мудрым человеком, который одним из первых айнских вождей понял: если не получается сохранить независимость, надо встроиться в чужое общество.

К концу XVIII века айны Хоккайдо и Малой Курильской гряды буквально выдохлись в борьбе с завоевателями. Дальше маячило только полное уничтожение. Цукиноэ, как и другие айнские вожди, покорился судьбе и не поддержал восстание сородичей на Кунашире в 1789 году. Произошло то, что происходило в разное время и на разных континентах. Казачья старшина Дикого поля стала польской шляхтой. Татарские мурзы, получив от царя уделы и титулы, основали русские дворянские роды. Китайцы покорились маньчжурам, и пришельцы через несколько поколений стали большими китайцами, чем автохтонное население Поднебесной. Индейцы наградили выдающимися носами своих почти белых американских потомков, и те стали парламентариями, банкирами и казнокрадами.

Цукиноэ и другие вожди, заставляя айнов ассимилироваться, тоже получали определённые привилегии и преференции в обществе, выдавали дочерей замуж за японских дворян, становились основателями самурайских родов. Айны были превосходными воинами, японцы учились у них боевому искусству и владению оружием. Тех, кто не хотел становиться японцами, ждали нищета, голод и забвение.

«Галерея вождей варваров» кисти Какидзаки Хакиё в наши дни стала основой для серии почтовых открыток. Один такой выпуск хранится в Сахалинском краеведческом музее.

Можно долго рассказывать о традиционном театре Кабуки и Но, однако у нас тут не семинар по истории японского искусства. Кто хочет, прочтёт сам. Одну пьесу театра Кабуки я смотрел по видеомагнитофону лет сорок назад. Был разочарован донельзя. Странный и страшный грим, несуразные прыжки и зубодробительная музыка. Должно быть, японцы понимают эту несусветную сценическую абракадабру, и она доставляет им эстетическое удовольствие. Но я себя чувствовал так же, как однажды под Душанбе, когда попал на местное празднество, где дудели на огромных рожках – карнаях, настолько длинных и тяжёлых, что их упирали в землю.

Нэцкэ – мелкая японская пластика из дерева и кости, которая давным-давно исполняла роль брелоков. Есть ещё окимоно – скульптура небольших размеров, в основном, из слоновой кости. Сюжеты – гейша с цветком, самурай на коне, мальчик-с-пальчик, мифологический персонаж вроде пузатого Хотэя, одного из семи богов счастья. Всё сделано очень тщательно. И всё. На большого любителя. Работая в журнале «Антиквариат и предметы коллекционирования», я получил представление о рынке антиквариата. Так вот, японская мелкая пластика – не самое массовое увлечение наших коллекционеров. Потому что окимоно времён Мэйдзи, например, может стоить от 200 до 300 тысяч долларов. Впрочем, наши серебряные портсигары с эмалями начала XX века тоже оцениваются в 300 тысяч. Правда, рублей…

Десяток слов о ниндзя, среди которых было много деклассированных айнов. Да, жили когда-то наёмники, подавшиеся в убийцы и диверсанты от голодной жизни. Они хорошо владели техниками боя и маскировки. Чем лучше владели, тем дольше жили – при их-то профессии. В фольклоре осталось много сказаний о героях ниндзюцу. Эпоха беспривязных наёмников закончилась с началом эпохи Токугавы, то есть в середине XVII века. Ниндзя теперь можно увидеть только в кинобоевиках и аниме. Впрочем, нынешние наши мальчишки, которые занимаются паркуром – прыжками по городским стенам, физически подготовлены не хуже ниндзя. Одна надежда, что они это не прочитают.

Нунчаки или, точнее, нунтяку. Это простое оружие, вообще-то, не японское. Его завезли на Окинаву китайцы. А Окинава, как известно, не совсем японская… Причём, завезли в относительно поздние времена. Поэтому, если в кино ниндзя кого-то полирует нунчаками, то это – вздор. Как если бы в кино об Отечественной войне 1812 года стреляли из «калаша».

Гейши. Много говорить не буду. Меня умиляет в японской литературе, посвященной труженицам футона (это японский матрац, основной элемент спальни), один нюанс. Гейши, утверждают японцы, это не проститутки, ни в коем случае. Это женщины, которые помогают мужчинам приятно проводить время. Приятно! Гейши могут поддержать разговор на любую тему, сыграть на сямисэне (аналог нашей балалайки) и рассказать стишок. После концерта самодеятельности японский мужчина собирает манатки и отправляется домой под целомудренный поклон гейши. Вот эту лицемерную сказочку японцы втирают в уши всем не японцам уже много-много лет. И это при том, что женщин на Японских островах всегда не хватало. А тут гейша, значит, с жалостливой песней в сопровождении сямисэна.

Ещё одна картинка: дяденька в чёрном, с маской на лице и с длинным мечом. Просто Дарт Вейдер какой-то! На самом деле, это всего-навсего поклонник кэндо – японской школы боя на бамбуковых мечах. Кэндо и значит – путь меча. Развлечения с палками организовало в конце XIX века «Общество воинской добродетели Великой Японии», чтобы укреплять дух Ямато среди молодёжи, возрождая самурайские традиции. Мальчики, поклонники кэндо, потом выросли и научились настоящими мечами рубить головы китайцам. В России в начале 2000-х тоже появилась мода на самурайский бамбук. Причём, что называется, в верхних слоях общества, поскольку палки и одёжка стоят дорого. Я даже снимки видел с преклонёнными на одно колено высокопоставленными чиновниками в чёрных кимоно. И ладно, пусть забавляются – никого же не убили…

Якудза. Японское организованное преступное сообщество, построенное по образцу семьи. Как коза ностра или мафия. Много говорить не буду, поскольку достоверной информации нет.

Мифы и повседневность

Примерно с начала 1960-х я начал активно читать литературу о Японии. И японскую художественную литературу – тоже. Надо сказать, это было время усиленного внимания советских людей к истории и культуре Японии. В те годы издательства «Художественная литература» и «Прогресс» издавали одну за другой книги японских авторов. У меня в библиотеке с тех пор сборники Акутагавы, Басё, японских трёхстиший хокку, «Японская новелла 1960-1970», а также романы Гомикавы Дзюмпэя, Абэ Кобо, Кавабаты Ясунари, Оэ Кэндзабуро, Нацумэ Сосэки и других авторов. И, конечно же, хонкаку (детективы) Мацумото Сайтё, Моримура Сэйити.

А началось всё с Постановления Комиссии ЦК КПСС по вопросам идеологии, культуры и международных партийных связей «О приглашении в Советский Союз прогрессивных японских философов», которое вышло 15 августа 1958 года. В ноябре появилась Записка в ЦК КПСС Президиума АН СССР, что в Советский Союз готовы приехать философы К. Янагида, Е. Кодзаи, С. Масита и М. Ои. Действительно, в СССР вскоре приехала делегация японских философов-марксистов, во главе с Янагида Кэндзюро, члены которой рассказали, как они после впечатляющих побед советского народа семимильными шагами пошли от идеализма к материализму.

Впрочем, это уже другая история.

В 1962 году на советских киноэкранах с большим успехом прошёл фильм Марка Донского «Здравствуйте, дети!», в центре которого была судьба японской девочки Инэко, жертвы атомной бомбардировки. Она со сверстниками из многих стран отдыхает в пионерском лагере «Артек», где ей помогают излечиться не только специалисты-врачи, но и товарищи по лагерю, которые делают для Инэко бумажных журавликов и ищут «траву жизни». В основу фильма положена история Садако Сасаки, хибакуся (жертва атомной бомбардировки) из Хиросимы, которая умерла в юном возрасте от лейкемии. В 1966 году с таким же большим успехом у нас демонстрировался фильм совместного советско-японского производства «Маленький беглец», где сыграл Юрий Никулин. Трогательная история японского мальчика вызвала большой отклик зрителей и, конечно же, тоже активно сработала на положительный имидж Японии.

Именно в эти годы началось увлечение всем японским – от гравюр до нэцкэ и от литературы до боевых искусств.

Я тоже подпал под дикое очарование японской культуры. Решил воспитать себя на самурайских традициях. Требовалось немного: неприхотливость и самодисциплина. С неприхотливостью всё было в порядке – работая с младых ногтей в газете, нередко между ранним завтраком и поздним ужином я ничего не успевал проглотить. С остальным, то есть с самодисциплиной, сразу появились сложности: работа в газете оставляет мало времени для глупостей. Так я и не стал самураем.

Не стал я и знатоком японской письменности, хотя пытался учить язык. Сложно на бегу, без систематических и длительных занятий, выучить знаки трёх систем японского письма. Попробуйте с ходу прочитать один и тот же текст в современном русском письме, на кириллице XV века и на глаголице. А ведь у японцев всё ещё сложнее: одновременно, в одном тексте, они могут использовать иероглифы китайского происхождения и две собственных слоговых азбуки – катакана и хирогана. Японская лексика, не имеющая корней в привычных мне языках, плохо поддавалась запоминанию. Один и тот же предмет у японцев мог называться по-разному, в зависимости от контекста. Не собираясь в японоведы, я понял, что нелепо тратить лучшие годы жизни на зубрёжку, чтобы потом читать японские трёхстишия или газеты… Теперь я всё-таки читаю по-японски – слава Святой Кибернетике! В Интернете можно найти газеты Страны восходящего солнца, книги и перевести тексты. И чем больше я читаю японских газет, тем меньше у меня остаётся оптимизма в отношении российско-японских отношений, уж прошу пардону за тавтологию…

Сейчас вот думаю: а почему в те далёкие годы произошёл такой всплеск интереса к Японии? Почему советские издательства и киностудии начали работать на положительный имидж недавнего противника? С 1971 года сначала издательство «Прогресс», а потом «Радуга» выпускали серию «Мастера современной прозы», за книжками которых гонялись все сумасшедшие московские библиоманы и я в их числе. В серии вышло три книги японцев и две – китайцев. Учитывая процентное соотношение китайцев к японцам, несправедливо. Или в огромном Китае не было, кроме Лао Шэ, других хороших писателей? Или потому, что мы тогда расплевались с китайцами во взглядах на Сталина?

Характерна судьба хорошего фильма «Дерсу Узала», которую при нашей поддержке снял японский режиссёр Куросава Акира в 1975 году, во время повышенной напряженности в отношениях СССР с Китаем. В 1969 году произошли кровопролитные конфликты на амурском острове Даманском и на границе под Жаланашколем в Казахстане. То есть «Дерсу Узала» в главной роли с нашим Юрием Соломиным снимался, когда камни на границе, раскалённые советскими «Градами», ещё не остыли. Фильм настолько взбеленил китайскую кинообщественность, что вышел целый сборник (!) рецензий на него, где советских «ревизионистов», снюхавшихся с японскими «реваншистами», обвиняли в имперских устремлениях. Мол, и при царе, как показано в фильме, русские разведчики шлялись по китайским территориям, и теперь они опять хотят захватить нашу землю…

Полагаю, советских руководителей тогда очень напрягало укрепление связей японцев с американцами. Так напрягало, что они в угоду улучшениям отношений с Японией пожертвовали отношениями с Китаем. Отсюда и надежда на советскую «мягкую силу» и мудрость Хрущёва. Отсюда положительное голосование в Совбезе ООН по членству Японии. Однако «самураи» поняли всё правильно. Покланялись русским, посветили в улыбке зубами – и подписали с американцами в 1960 году Соглашение о взаимном сотрудничестве и гарантии безопасности.

А может быть, я всё излишне драматизирую… Профукать китайское направление у Хрущёва хватило бы ума и без заигрываний с японцами.

О креативности и переимчивости японцев.

Моя жена в 1970-1980 годах работала в научной библиотеке одного отраслевого института Академии наук. Как-то поделилась восхищением от усердия японских и китайских аспирантов. Мол, приходят к открытию библиотеки, сидят до закрытия. Читают, не поднимая головы. Конспектируют всё: монографии и сборники статей, рефераты и открытые диссертации.

Я предположил, что половина этих трудолюбивых юношей – шпионы. Жена возмутилась: какие шпионы! Очень воспитанные и скромные – всегда здороваются, улыбаются, благодарят и кланяются.

Второй сюжет. В те же годы я трудился в московской областной газете «Ленинское знамя». По характеру службы поддерживал рабочие отношения с многими строительными руководителями. И с начальником управления «Мособлстройматериалы» Анатолием Степановичем Тяжловым, который в новейшие времена стал губернатором Московской области. Раньше он иногда приглашал меня в поездки по стройкам. В одной такой поездке Тяжлов рассказал любопытную историю.

Якобы японцы предложили нашему правительству купить отвалы под городом Воскресенск, так называемую «Белую гору». За десятки лет гора образовалась из отходов Воскресенского химкомбината. Её видно из окон поездов и электричек, идущих по Казанской дороге. Во времена, о которых я рассказываю, гора занимала почти километр в диаметре и была высотой под сто метров. Уже тогда, сорок лет назад, в горе содержалось более 100 миллионов тонн отходов. Так вот, японцы предложили купить её. Причём собирались сами грузить и вывозить. Да ещё обещали после вывозки фосфогипса рекультивировать местность, посадить лес.

Советские начальники заподозрили, что хитрые японцы нашли в отходах фосфогипса редкие элементы таблицы Менделеева. Потом наши токийские «аспиранты» доложили, что из него в Японии делают детали для строительства домов, а конкретно – внутренние перегородки. Тяжлов рассказал мне, что первые опыты отечественной выпечки этих деталей промышленного домостроения оказались успешными, и решено наладить их производство на базе воскресенской Белой горы.

И вскоре такие перегородки действительно были внедрены в жилищном строительстве Московской области. Лёгкие – их монтировали вручную. Прочные – не хуже, чем из железобетона. И вязкие – в них можно было вбивать гвозди, прорезать технологические отверстия чуть ли не кухонным ножом.

Не знаю, делают ли по-прежнему такие перегородки. Судя по тому, что Белая гора ничуть не уменьшается, от хорошей затеи отказались.

Ещё сюжет. В 1990 году корреспондент газеты «Асахи», бравший у меня интервью, сделал презент – часы-календарь. Это композитная пластинка величиной с банковскую карточку и толщиной в спичку. Кроха показывает поясное время на всех материках, год и число. Есть в календарике и будильник-зуммер, способный поднять с самого тяжелого сна. Очень удобная штука, особенно в командировках и на отдыхе. Это чудо техники, сделанное, напомню в 1990 году, работает до сих пор. Я менял дважды лишь круглые литиевые батарейки.

В 1970-1980-е годы в нашу страну хлынула продукция японских заводов – от тяжёлых кранов до телевизоров. Тогда среди советских людей ходила хохма: насколько Япония обогнала в развитии СССР? Ответ: навсегда. Жестоко, но справедливо, как казалось на первый взгляд. Да, были у нас в 1980-х видеомагнитофоны Shivaki и телевизоры JVS. Очень ценились фотоаппараты «Nicon». До сих пор пользуются заслуженным уважением изделия японского автопрома.

Потом на рынок пошла «китайщина». Поначалу плохого качества. Затем – вполне приличные товары. Они не служат вечно, но нам ведь и не нужна вечная иголка для примуса. Сегодня вся японская линейка телевизоров производится в Турции, Белоруссии, Малайзии и прочих странах «переходного периода». А японские машины собирают в Англии, Мексике и в России.

В чем теперь Япония обгоняет прочий мир? В производстве роботов? Однако китайцы и индийцы стремительно идут к созданию искусственного интеллекта. В скоростном транспорте? Было дело. Но теперь и по Китаю носятся быстроходные поезда, демонстрируя умение китайцев хорошо копировать чужие наработки. Поднебесная исследует Луну. В интернете читаю объявление: «Мощный японский бинокль «Canon» за 2 999 ₽. Старая цена 10 000 ₽». Интересно, можно увидеть в такой бинокль японский лунный модуль? Хотя космосом японцы занимаются вполне успешно. Без шума и пыли, без русских ритуалов и американского пиара. Просто пуляют спутники – связи, геолокации, ТВ, для военных надобностей. Доставляют продукты на Международную космическую станцию. Ракеты хорошие. Не совсем свои, но хорошие.

Хочу в этой связи вспомнить опять А.Н. Мещерякова:

«Уже в семнадцатом веке они пользовались телескопическим шестом и разборной переносной лодкой. И даже складным светильником, сделанным из бумаги. И складной веер, похоже, придумали тоже японцы (очень удобен для ношения в широком рукаве японских одежд), да и складной зонтик – тоже. И умещающийся на ладони телевизор, и самую маленькую видеокамеру. Это при том, что ни один из перечисленных предметов не был изобретен ими. Но именно японцы сумели сделать их предельно компактными. И традиционная живопись у них – не «настенная» (огромное полотно в золоченой раме), но «свертывающаяся», загнанная в свиток, в складывающуюся ширму».

Японское экономическое чудо

Послевоенное «японское экономическое чудо», действительно, было чудом: страна, которая лежала в руинах, за каких-то двадцать лет вырвалась в разряд ведущих мировых держав. Примерно с середины 1950-х и до начала 1970-х годов прирост японской экономики ежегодно составлял 10 процентов. Таких темпов не добивалась до этого ни одна страна. Только Китай потом смог повторить японский рекорд, и то – в более коротком периоде.

Прирост в экономике – любопытная штука. Казалось бы, ежегодный прирост в десять процентов должен дать за двадцать лет двести процентов. Популярно говоря, городок из ста домов увеличится в два раза – станет в нём двести домов. Это арифметика. А в экономике чуть иначе.

Десятипроцентный прирост в первый год даст 10 домов. Станет в городе 110 жилых зданий. На второй год – 121 (110+11). Десять процентов остаются прежними, а физическое наполнение их каждый год увеличивается. Короче говоря, к десятому году в городе будет 233 дома. А к двадцатому – 599. Можете сами посчитать. Таким образом, при среднегодовом приросте в 10 процентов за 20 лет исходное количество (домов, машин, мешков с рисом) не удваивается, а утраивается.

В основе сугубо материальных успехов японцев лежало, как потом согласятся эксперты, чисто гуманитарное понятие – гражданское согласие. В разговорах о построении гражданского общества в России, я уверен, не худо вспоминать опыт послевоенной Японии. Гражданское согласие трактуется, как консенсус различных социальных и политических сил общества. Оно основано на совпадении взглядов на стратегические интересы страны и отдельных людей.

Раздолбанная войной экономика Японии к началу 1950-х выправилась. Сказалась помощь США и желание самих японцев быстрее выбраться из послевоенной ямы. И тут переплелись жёсткие государственные институты и гибкий, мобильный бизнес. Японцы показали все преимущества госкапитализма. Вокруг крупного банка формировалась сеть из производителей, поставщиков материалов, продавцов продукции и, внимание, научно-исследовательских групп. Такие структуры назывались кэйрэцу. Правительство поощряло их низкими налогами, поддерживало отраслевые профсоюзы. Работникам кэйрэцу гарантировалась длительная занятость (иногда – пожизненная), социальный пакет и рост зарплаты при условии качественного труда. И эти обязательства фирма выполняла. Свою роль сыграли и японские традиции в личностных отношениях «старший-младший» и «начальник-подчинённый» – жёсткая общественная иерархия.

Повторилась ситуация конца XIX века, когда Япония стремительно выросла из отсталой феодальной страны в передовую державу. В XX веке главный мотор успеха – переход от трудоёмких к капиталоёмким и наукоёмким отраслям производства. Всю фундаментальную науку отложили в дальний чулан, сделав ставку на импорт технологий. За двадцать лет японцы приобрели свыше 15 тысяч патентов и лицензий. На их основе затем получали свой продукт и усовершенствовали его.

В справочной литературе гуляет такой пример японского подхода к чужим разработкам. Американская фирма Du Pont de Nemours and Company, широко известная на рынке нефтехимии с начала XIX века, разработала «чудо-ткань» – нейлон. Научно-исследовательский процесс занял десять лет и стоил компании 25 миллионов долларов. Японцы купили патент на производство нейлона за 8 миллионов в рассрочку. Американцы пошли на это, уверенные, что на внедрение технологии в производство японцам потребуется несколько лет, и мировой рынок нейлона останется за «Дюпоном». Однако труженики нефтехимии из японской компании «Toyo Rayon» запустили производство очень быстро. Выплачивая рассрочку семь лет, они заработали на экспорте ткани почти 100 миллионов долларов.

За двадцать лет – с 1955 по 1975 год – японцы создали передовую металлургию, судостроение, автопром, электронную промышленность. Они тогда не могли похвастаться только достижениями в космической сфере, предоставляя право хвастаться такими успехами своим победителям – русским и американцам. А ещё японцы почти не тратились на военные расходы – поддерживать небольшие силы самообороны было не накладно.

В результате в середине 1970-х Япония стала ВТОРОЙ экономикой мира после США, оставив позади Францию, Германию, Великобританию, Советский Союз и Канаду. Очень почётное второе место Страна восходящего солнца занимала вплоть до 2010 года, когда Китай впервые показал больший экономический рост.

А что сегодня? Японцы выпускают 12% мировой продукции. Суда, автомобили, компьютеры, роботы разного назначения и продукция нефтехимии. В пересчёте на душу населения величина ВВП Японии сегодня составляет около 40 тысяч долларов. В России – 30 тысяч с небольшим. Впрочем, в Китае этот показатель едва перешагнул 18 тысяч. А в/на Украине – и вовсе 9 тысяч с поросячьим хвостиком… Так что подушевой ВВП – из того разряда, когда у одних суп жидкий, а у других жемчуг мелкий.

Существует одна проблема: Япония стареет. Вовсе не потому, что долгожителей много, а потому, что женщины рожать не хотят. Класс пенсионеров увеличивается, класс работников уменьшается. На мигрантов, как в Европе, надеяться не приходится. «Гастарбайтеров» принимают только в качестве так называемых рабочих-стажеров, что позволяет нанимателям манипулировать и с зарплатой, и со сроком пребывания. В Японию отправляются на работу, в основном, граждане Вьетнама, Филиппин, Камбоджи и даже Бразилии. Хватает китайцев и южных корейцев. Но жители Ближнего Востока не едут, потому что слишком отличается их менталитет от менталитета японцев…

Зачем тогда вообще нужны японцам Южные Курилы?

Это я рассказал, чтобы читатель хорошо представлял, с каким упорным и креативным народом мы соседствуем на Дальнем Востоке. Он регулярно стучится в нашу дверь. Вот цитата из передовицы в газете «Санкэй симбун»: «Нет никаких перспектив по разрешению проблемы «северных территорий», которая стала первым в послевоенной истории примером нарушения государственного суверенитета и нанесения тяжелого ущерба другой стране. Сегодня каждый японец должен чётко осознавать всю несправедливость этой ситуации. А весь японский народ обязан сплотиться вокруг задачи по возврату островов».

Сплотиться – и шабаш! Против нанесения тяжкого ущерба… Призывы к сплочению в японском обществе раздавались регулярно перед первой японско-китайской войной, перед первой русско-японской войной – и далее по списку.

Предмет политических спекуляций

Нынешняя ситуация с Курилами возбудила нашу «патриотическую» и «либеральную» общественность настолько, что представители этих двух течений российского политического мейнстрима объединились на полях СМИ под лозунгом: «Не отдадим Курилы!». Я поставил определения в кавычки, чтобы разграничить их видовую принадлежность, и только. Уже несколько лет «либералы», как широкая общественная прослойка, вполне себе патриоты, а «патриоты», наконец-то, осознали вкус некоторых либеральных ценностей. Вместе они работают на благо и крепость державы. И слава Богу. У нас лишь оппозиция беспривязная – хоть «либеральная», хоть «патриотическая». Беспривязная, а потому готовая укусить кого угодно и за что угодно. «За что» выступает здесь в качестве побудительного мотива, а не реперной точки тела.

Вот примечательная заметка: «В Госдуму внесён на рассмотрение законопроект «О территориальных претензиях к РФ со стороны Японии», который запрещает передачу Курильских островов другим странам. Автором инициативы стал депутат от фракции ЛДПР. В тексте законопроекта указывается, что Курильские острова принадлежат России на основании правовых документов, принятых по итогам Второй мировой войны. Поэтому «правовые акты, содержащие положения об отторжении территории Курильских островов, не подлежат ратификации, опубликованию, введению в действие и применению». Хороший законопроект. Но хочется спросить: а какова судьба похожего документа, внесённого ЛДПР ещё в 2009 году, при председательстве Б.В. Грызлова? Тот законопроект тоже так назывался. Вероятно, мы присутствуем при складывающейся традиции: раз в десять лет вносить на рассмотрение Государственной Думы проект закона о противодействии самурайским посягательствам.

Главное сделано – есть законопроект. Осталось проголосовать. Хотелось бы посмотреть в глаза депутату нашего парламента, который проголосует «против». Более того, положение о неотторжимости нашей территории закреплено в новой редакции Конституции. То есть, вопрос по существу решён, и дело можно сдать в архив? Думаю, это не так. Вопрос был решён в 1960 году, когда СССР отозвал свою подпись с Декларации 1956 года с обещанием «вернуть» Японии два острова. Советская подпись была отозвана в связи с тем, что Япония, как мы уже говорили, заключила с США соглашение о взаимном сотрудничестве и гарантии безопасности, что явилось юридическим оформлением военно-политического союза. Ну, и зачем надо было одаривать островами ненадёжного соседа? Чтобы наш потенциальный противник ставил там новые базы?

Дискуссия о Курилах постоянно подогревается японцами. Каждый новый премьер-министр, вступая в должность, ритуально обещает в программной речи всенепременное возвращение «северных территорий». Японская «мечта» будоражит общественность – и мировую, и российскую. Появляется опасение, что замалчивание (как и бесконечное обсуждение) японских инициатив может плохо сказаться на общественных настроениях в нашей стране.

Ведь примерно с начала 1990-х годов, когда в новой России этот проклятый «курильский вопрос» стал в полный рост, выросло целое поколение, которое становится не только кадровым потенциалом во всех сферах промышленности, культуры и науки, но уже определяет жизнь государства в качестве депутатов разных уровней и руководителей производств. Это поколение о Курилах знает мало. Значит, надо ему рассказывать. Потому что, пока Россия соседствует с Японией, нам будут настырно, постоянно «подбрасывать вопрос» и канючить: дай миллион, дай миллион… Изматывающая тактика однообразных движений – приём из восточных боевых искусств. Тут один выход – просто не ввязываться в поединок на татами. Это не наша игра.

Я начал заниматься «вопросом» более тридцати лет назад. Один из очень немногих советских и российских журналистов, кто побывал на мысе Край Света на острове Шикотан. Действительно, край света. Ведь туда ещё добраться – проблема. Добраться, чтобы увидеть: дальше только океан. В еженедельнике «Литературная Россия» 16 февраля 1990 года вышел мой первый очерк из цикла «Курильское ожерелье». На первой странице газеты шёл анонс «Южные Курилы: для одних – малая родина, для других – предмет политических спекуляций». С тех пор я поддерживаю связь с Сахалином и островами.

Два подхода постоянно присутствуют при обсуждении «курильского вопроса» и – шире – отношений России и Японии. Первый: острова не отдадим, потому что они политы кровью и потом предков. Второй: острова надо отдать, и это послужит укреплению хороших отношений между странами.

Неверен ни тот, ни другой подход. Неверен в корне. Кровь и пот – не субъекты международного права. Мало ли русской крови пролито от Балкан до Ла-Манша… Надо просто доказывать российский суверенитет островов на исторически сложившейся правовой базе.

О добрососедстве. Достигать «хороших отношений» без учёта национальных интересов – политическое дилетантство в чистом виде, от которого мы уже неоднократно страдали. Вспомним хотя бы хорошие отношения СССР и ФРГ перед бессмысленной и «бесплатной» сдачей ГДР. А какие хорошие отношения были с Соединёнными Штатами! В те годы «дружбы» мы лишились суверенитета, промышленности и армии. Но зато вдохновеннно дирижировали чужими военными оркестрами!

И на будущее. Российский остров Кунашир отделяет от японского Хоккайдо пролив Измены. По нему проходит государственная граница. Пролив назван так в память о коварном захвате японцами русского мореплавателя Василия Михайловича Головнина, руководителя двух кругосветных экспедиций. Хорошее название, ёмкое, запоминающееся…

Курильские острова сегодня – предмет политических спекуляций. Как со стороны японцев, так и, к сожалению, со стороны российской «элиты». Спекуляций, которые не имеют отношения к дипломатии и к международному сотрудничеству. И если вспоминать такую дефиницию, как историческая справедливость, то спекуляции тоже не по этой части. Определение в словаре: «Скупка и перепродажа ценностей (ценных бумаг, товаров, имущества) с колеблющимся, неодинаковым курсом с целью легкого и быстрого получения барыша в виде курсовой разницы, разницы в ценах».

Спекуляция на Курилах – это получение барыша в виде политической выгоды: напоминании о своём более чем скромном существовании с тем, чтобы не забыли отщипнуть от общего пирога. Неважно – электорального или бюджетного.

Число определить трудно

Все Курилы – это почти шесть десятков относительно крупных островов, не считая множества мелких и отдельно стоящих скал. В Малой Курильской гряде главный – остров Шикотан. А ещё рядом острова Юрий, Зелёный, Танфильева, Полонского, Анучина и так далее.

Остров Танфильева, о котором знали лишь специалисты, стал знаменитым 8 марта 1994 года – здесь на погранзаставе № 1 произошла бойня: два солдата расстреляли сослуживцев из-за «неуставных отношений». А 5 октября 1994 года в новостные ленты на короткое время попал остров Шикотан – от сильного землетрясения пострадали островитяне, разрушены рыбозаводы, на берег волна выбросила суда.

Уже в середине XVII века в России знали о Курилах из отчётов русских путешественников. Купец и землепроходец Михаил Васильевич Стадухин и казачий атаман Семен Иванович Дежнёв много сделали для исследования русского Северо-Востока – земель, примыкающих к акватории Охотского моря. Дежнёв, например, за 80 лет до Беринга открыл пролив, названный потом именем датчанина. Трудами наших первооткрывателей были поставлены Анадырский, Охотский, Гижигинский остроги, из которых выходили русские суда для исследования Охотского моря и Курильских островов. Через два десятка лет после строительства острогов тюменский воевода Никифор Иванович Колобов уже довольно подробно писал царю Алексею Михайловичу об айнах, населяющих острова. Этой коренной курильской народности будет уготована страшная судьба. Сначала айнов будут уничтожать «дети Ямато», а потом начнут «переселять» с острова на остров представители то русской администрации, то японской. В конце концов, японцы устроят для айнов настоящий ад – концлагерь на острове Шикотан…

Но вернёмся в XVII век. Невероятно, но факт: Сахалин и часть Курил могли бы стать голландскими владениями. Я говорю об экспедиции Маартена Фриса, который был первым европейцем, побывавшим у Сахалина и на Курильских островах. В те годы Голландия была великой морской державой, владевшей территориями на всех континентах и огромным торговым флотом. Голландская Ост-Индская компания с конторой на острове Ява занималась торговлей от африканского мыса Доброй Надежды до южноамериканского Магелланова пролива, то есть в водах Индийского и Тихого океанов. С Явы в начале 1643 года отправилась на двух судах экспедиция Фриса, чтобы исследовать восточное побережье Татарии, как тогда называли Сибирь. Ещё в обязанность Маартену Фрису вменялось изучение западного побережья Америки, островов Японии и поисков земель, богатых золотом и серебром.

В середине июня Фрис дошёл до Курильской гряды, осмотрел берег Кунашира, поднялся на север и обнаружил Итуруп с Урупом. Пролив между этими островами назвали потом именем руководителя экспедиции. Остров Уруп голландцы приняли за часть Америки, потому что испанские мореходы утверждали, что от Калифорнии суша уходит далеко на запад. Фрис установил на Урупе крест и объявил остров владением Ост-Индской компании.

Из-за тумана Фрис не увидел пролива между Сахалином и Хоккайдо и посчитал эти земли одним островом. На голландских и европейских картах до середины XVIII века изображалась «Земля Ессо» – симбиоз Сахалина и Хоккайдо, пока Лаперуз не проплыл между островами по проливу своего имени. От экспедиции Маартена Фриса остались на Сахалине названия: мыс Терпения, остров Тюлений.

В очерке Б.П. Полевого о голландской экспедиции приводится текст обширной инструкции, полученной Фрисом перед отплытием с Явы. Прошу прощения за обильное цитирование, но текст того стоит.

«Всякую твердую землю и острова, которые будут открыты, вы должны будете взять во владение светлых высокочтимых Генеральных Штатов, как суверенной республики свободных соединенных нидерландских провинций. Это можете произвести в незаселенных странах или в таких, которые не имеют владения, путем воздвижения камня в знак установления владения с помещенным на нем гербом страны или флагом нашего принца, ибо такие страны принадлежат по праву их открытия и занятия. Но в заселенных странах или в таких, у которых, несомненно, имеются повелители, то при присоединении их необходимо иметь согласие их народа и повелителя путем полюбовного согласия, путем посадки дерева, установления камня, герба или флага принца в память добровольного их присоединения. Но, так как, вероятно, вы как в Татарии, так и на неизвестных островах, найдете большей частью вежливые нации и, следовательно, с законными властями, то по праву тех стран, они не могут быть взяты во владения, и они не захотят добровольно отказаться от суверенитета, то потребуется с подобными нациями в соответствии с их принципами заключить договор о дружбе, чему могут служить и возведенные памятники, отмеченные в ваших дневниках с упоминанием тех лиц, которые при этом присутствовали и еще будут со временем оказываться на службе нашей республики».

Вежливые нации нашлись, да голландцы к ним не добрались: в 1641 году сёгун Токугава закрыл Японию для иностранцев. А о Фрисе, или, как его у нас называют, о де-Фризе я рассказал только потому, чтобы было понятно: европейцы рано или поздно наткнулись бы на Курилы в поисках короткой дороги в Калифорнию или Северо-Западного прохода из Атлантики в Тихий океан.

Наши казаки и купцы тоже прокладывали пути на Аляску и в Калифорнию, а по ходу дела закладывали базы для плаваний. Камчатка служила одной из таких опорных баз. Впервые полуостров описан сибирским картографом Семёном Ульяновичем Ремезовым. Подробные данные к описанию ему сообщил Владимир Васильевич Атласов. Интересно, что в литературе у него есть и другое отчество – Владимирович. Так, во всяком случае, именуют его в Полярной энциклопедии школьника «Арктика – мой дом». Хотя к изданию энциклопедии приложил руку другой Владимир Владимирович – Путин, который написал предисловию к изданию.

В 1700 году опубликована русская карта Курильских островов всё того же Семёна Ремезова. В 1711 году на островах Шумшу и Парамушир побывала экспедиция Ивана Козыревского и Данилы Анциферова. В 1713 году Козыревский вновь побывал на Курилах и составил первое в мире их описание.

Если бы айны имели государство, то, вполне возможно, они смогли бы противостоять японской экспансии. Однако такого государства не было, древнее население Курил и японских островов проживало обособленными группами и семьями. По роду занятий они были собирателями, охотниками и рыболовами. Поэтому не знали никакой промышленности, никаких, самих примитивных форм коллективного производства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.