Лилианна Леонтьева
Преступление в школе
Тайна фрака Борьки Берёзкина

© Издательский дом «Проф-Пресс», 2025

© Лилианна Леонтьева, текст, 2025

Глава 1
Звёздный час Борьки Берёзкина

Худая и длинная рука Борьки Берёзкина уже шарила в рюкзаке, когда в чулане погас свет. Надо сказать, это был не совсем чулан. Ольга Николаевна, преподававшая в школе номер сорок два актёрское мастерство два часа в неделю, давно прибрала его к рукам и обустроила в крохотной каморке без окон костюмерную для своих учеников.

В остальное время Ольга Николаевна была классным руководителем пятого «Б», в котором учился Берёзкин, и вела русский язык и литературу. Учительница знала всех авторов и героев произведений без исключения. Всё умещалось в голове этой невероятной женщины. Только вот имя Борьки она никак не могла запомнить. Боря, Борька, Борис… Мало ли было Борисов в книгах, неужели сложно придумать ассоциацию и выучить?

– Толя, к доске! – неизменно ошибалась Ольга Николаевна. Потом она обязательно морщила лоб, изображала глубокое сожаление и, резко дёргая вниз правой рукой, добавляла: – Вот, опять. Роберт, прости. Иди к доске.

И Борька Берёзкин (он же Толя, он же Роберт) послушно шёл.

Но ничего, недолго осталось имени Берёзкина витать за пределами памяти Ольги Николаевны! Скоро она запомнит его намертво, как помнила поимённо персонажей поэмы А. С. Пушкина «Руслан и Людмила». А всё потому, что Борьке досталась главная роль в школьном спектакле про экологию. Он должен был сыграть повелителя чистоты и порядка.

Для этого образа у Борьки даже был нарядный белый фрак из старой бабушкиной простыни. Мальчик сшил его сам, но одноклассникам соврал, что костюм соорудила мама. Не стоит давать им лишний повод подшучивать над собой.

И вдруг… свет в костюмерной погас!

– Эй! Включите обратно! – крикнул Берёзкин. Но отвечать было некому. Единственный выключатель находился справа от самого Борьки, и никого кроме него не было в костюмерной.

Свет не появился, несмотря на то, что Берёзкин несколько раз щёлкал выключателем. Наверное, это лампочка перегорела. К счастью, Борька легко нащупал в своём рюкзаке полиэтиленовый пакет, в который папа накануне упаковал главный атрибут сценического образа сына – тот самый белый фрак.

Борька протиснулся в рукава и на ощупь пробрался к ступенькам. Скрипучие, деревянные и старые, они вели к двери, за которой был узкий коридор и выход прямиком на сцену актового зала.

Центр сцены был отмечен дедушкиной изоляционной лентой. Дед Борьки, Игнат Берёзкин, всегда говорил, что изолента способна выручить в любых ситуациях. Вот и теперь она обозначала место, на которое должен был встать в облике повелителя чистоты и порядка будущий любимчик школы, восходящая звезда пятого «Б» класса, Берёзкин Борис Макарович.

Прожекторы окатили артиста ярким светом с ног до головы. Он широко улыбался всему залу. – Повелитель чистоты и порядка, король прибранных речных берегов! Белый, как снег… – начал Боря.

– Ага, грязный весенний снежок, – захохотал кто-то с задних рядов.

Борька посмотрел на Ольгу Николаевну, сидевшую в первом ряду. Ослеплённый софитами, он едва мог отличить её силуэт от других зрителей. Но выражение лица учителя было настолько искажено ужасом, что мальчик, конечно, это заметил.

– Грязная лужа! – Борька услышал голос одноклассника Ромки, который тоже хотел играть в спектакле, но не смог получить роль, потому что не выучил текст ко дню отбора актёров в постановку.

Вдруг Борис опустил взгляд и увидел, что белый фрак, без которого главная роль становилась даже не второстепенной, а вообще теряла своё истинное значение, был чёрный, словно ночь на экваторе. Даже меловая доска в классе была светлее, чем его костюм! Да, теперь Ольга Николаевна точно запомнит имя Берёзкина! Теперь она его ни с кем не пере путает!

Борька помотал головой из стороны в сторону, всё ещё надеясь, что этот кошмар ему приснился, и сейчас он попробует себя разбудить. Но когда понял, что происходящее – реальность, со всех ног удрал со сцены.

Глава 2
Всё ясно: преступник Ромка

У Берёзкина почти не было сомнений в том, что преступление совершил одноклассник Ромка. Это он заменил белый фрак на чёрный. В спектакле играть хотел? Очень. О роли, которая в итоге досталась Борьке, мечтал? Наверняка. Тогда кто, если не он?

Борька подкараулил одноклассника возле школы после уроков.

– А ну, стой, – прошипел Берёзкин.

Ромка небрежно бросил рюкзак за спину и обернулся.

– Что надо, Берёза?

– Ты зачем это сделал? Говори! – Борька был красный, как помидор с дачной грядки.

– Ты про что? – удивился Ромка и почесал голову.

– Фрак мой белый выкрал, лампочку в костюмерной заменил. Хорошо подготовился. Но я не дурак! Признавайся, куда костюм дел!

– Нужен мне твой фрак! – фыркнул Ромка, закатил глаза и пошёл в сторону дома.

– Я тебя, Ромашка, выведу на чистую воду!

Ты у меня получишь! – кричал вслед однокласснику Берёзкин.

От волнения во время разговора с Ромкой Борька так сильно вспотел, что, несмотря на прохладную весеннюю погоду, на его бежевом джемпере проступили влажные пятна. Светлые волосы тоже взмокли и стали походить на сосульки. Мальчик решил, что сейчас ему лучше пойти домой (хватит с него позора во время школьного спектакля). А расследование он обязательно продолжит завтра.

Дома Борька принял душ и собрался было перекусить, когда телефон издал громкое «тинь!» Роман Мазолин опубликовал… Что именно – видно не было. Конечно, Борис не удержался и зашёл в интернет. Какой тут ужин, когда преступник проявляет активность, тем более постит улики.

«Это скам![1]» – выдал Ромка в публикации. Под обидной надписью было фото: растерянный Борька, рассматривающий чернющий фрак. Огромных, испуганных глаз, к счастью, не было видно. Но мальчик знал, что они были именно такими в тот момент, когда Ромка, гад, нажал на «спусковой крючок» фотоаппарата.

«Теперь я уверен, – сам себе сказал Борис, – это всё он!»

На следующий день Берёзкин еле дождался урока технологии. Обычно Рома и Боря сидели далеко друг от друга: первый – во втором ряду, второй – в четвёртом. Но эта учебная дисциплина не предполагала просиживания штанов: детям разрешали свободно передвигаться по классу, брать друг у друга материалы и даже – да-да! – разговаривать, правда, не очень громко.

Когда высокая фигура Берёзкина направилась к Роме, тому сразу стало ясно, что одноклассник сейчас снова начнёт песню про свой белый фрак.

– Отстань ты от меня, Берёза! Не брал я ничего! – процедил сквозь зубы подозреваемый и шмыгнул носом.

– А если я докажу?

– Ну, попробуй, – Рома сложил руки на груди.

– Где ты был перед первым уроком? – Борис сощурил глаза.

– Перед каким ещё уроком? У нас ведь вместо первого спектакль был, – ухмыльнулся Мазолин.

– Вот именно. Был всего один момент, когда мои вещи остались без присмотра. Я отошёл, чтобы повесить на крючок пакет с уличной обу вью, а рюкзак оставил на скамейке в раздевалке. И я точно помню, Ромашка, что ты в это время… – Борька сделал многозначительную паузу.

– Переобулся и пошёл в актовый зал, – договорил за него Ромка.

– А это мы проверим, – пообещал Берёзкин и, довольно улыбаясь, вернулся к поделке, которую нужно было закончить до конца урока.

Глава 3
Свидетель преступления Егор Денисович

После третьего урока, во время большой перемены, детектив Берёзкин с ребятами и классной руководительницей направился в столовую. Из открытых дверей, за которыми в ряд стояли длинные обеденные столы, доносился запах борща и голос поварихи Анны.

Борька большую часть пути двигался в общем потоке, но у самого входа в столовую свернул влево. Через коридор, мимо больших зеркал, расписанных гуашью, он шёл к охраннику Егору Денисовичу.

– Ты куда? Марш в столовую! – классная руководительница сразу заметила, что один из «подконвойных» выбился из группы, и настигла беглеца почти у самого поста охранника.

– Ольга Николаевна, я… в туалет. Можно? – мгновенно выкрутился Борька. Уборные действительно находились в нескольких метрах.

– Давай, – учительница недовольно поджала тонкие губы так, что они почти исчезли у неё с лица.

Берёзкин проводил классную взглядом. И, когда та скрылась из вида, подбежал наконец к охраннику.

– Егор Денисович, здравствуйте, – широко улыбнулся Борька, блеснув белоснежными зубами.

– Слушаю, – охранник отложил в сторону газету и снял очки с засаленными стёклами.

«И как он сквозь них читает?» – удивился мальчик, но вслух этого не произнёс.

– Мне бы камеры глянуть. Надо посмотреть, что вчера происходило в раздевалке перед школьным спектаклем, – переминался с ноги на ногу Берёзкин.

– А больше ничего не надо? – Егор Денисович с ухмылкой теребил ручку.

Борька пожал плечами.

– Это запрещено, мальчик. Меня за такое уволить могут. Вот что творится, – охранник подвинул газету и ткнул в анонс на первой полосе.

«Школьного охранника уволили за то, что пускал детей в уличной обуви», – Берёзкин пробежал глазами по тексту.

– Ого! – только и смог сказать мальчик.

– То-то же, – Егор Денисович развёл руками, – ничем не могу помочь.

Как только охранник договорил, его живот неожиданно издал голодный «урк».

– А если из столовой булочек принесу? Сам я их не люблю, а сегодня на каждого пятиклассника по две выдают. И сосиску в тесте, – не растерялся Берёзкин.

– Что за булочки? – с деланным равнодушием спросил Егор Денисович.

– С яблочным джемом и творогом, – ответил Борька.

О том, что сегодня на обед, все школьники знали уже к перемене перед вторым уроком. Кажется, ничто не интересовало их так же сильно, как начинка булочек на десерт.

– Вопросы есть? – так обычно учителя завершают объяснение какой-то темы.

– А что сегодня в столовке? – а так традиционно в ответ верещат ученики, если это первый урок. Но вернёмся к Егору Денисовичу и Борьке. Сможет ли пятиклассник подкупить серьёзного школьного охранника?

Глава 4
То самое утро среды, когда…

– Пошли! – скомандовал Егор Денисович. Он встал из-за стола, задвинул деревянный стул, на котором только что сидел, вернул на нос очки и повёл Борьку куда-то по коридору.

– Только времени у нас не так много, меня классная искать будет, – едва поспевал за охранником Берёзкин.

Борька был высоченный, как берёза, и ноги у него были длинные. Но по сравнению с двухметровым охранником он выглядел просто малышом. Тот, казалось, всего за один шаг мог попасть из одного конца коридора в другой. Мальчик изо всех сил пытался не отставать.

И вот они оказались в комнатке, напичканной экранами, какими-то пультами и секретными документами. Впрочем, последних могло и не быть. Так показалось фантазёру Берёзкину, с головой погрузившемуся в расследование.

– Время? – серьёзно спросил Егор Денисович.

Борька достал из кармана телефон.

– Да не сейчас. За какое время камеры смотреть? – рассердился охранник.

– А-а-а, ну так это, – Берёзкин почесал затылок, – вчера, среда, семь тридцать. Утро, – уточнил он на всякий случай.

Егор Денисович нахмурил брови и начал что-то искать в стареньком казённом ноутбуке.

– Так-так-так, – бубнил он и периодически выдувал изо рта воздух, сложив губы в трубочку.

Наконец он радостно воскликнул: «От оно ж!», что означало «вот же оно».

На экране, висевшем вверху, пошёл мутный чёрно-белый видеоряд.

Борька замер в ожидании, когда в кадре появился Ромашка. Вот он остановился возле рюкзака и посмотрел на него… Но что это?

– Как уходит? Он же даже не открыл его! – с досадой пробубнил Борис.

– Ну, открыл или нет – это уже дело не моё. Если больше вопросов никаких не имеется, то жду обещанное вознаграждение, – процедил Егор Денисович.

Охранник на мгновение засомневался, выполнит ли Берёзкин свою часть договора. Но Борька слово держал всегда. Кроме, пожалуй, одного раза, когда обещал однокласснице Свете помочь с контрольной по английскому, но в последний момент из вредности передумал.

– Точно! – осенило вдруг детектива. Он со всех ног бросился в столовую, где сейчас был весь его класс, включая подозреваемую Светку. И как Борька сразу не догадался? Какой мотив преступления распространённее мести? На этот вопрос едва ли кто-то найдёт ответ, потому что его попросту не существует.

– Не забудь про булочки и сосиску! – крикнул вслед Егор Денисович.

– Не волнуйтесь! – Борька оглянулся и жестом показал, что нет повода переживать.

За столом его уже ждала тарелка супа, булочки, миска с гречкой, пара кусочков хлеба и сосиска в тесте. Борька наклонился к последней и глубоко вдохнул её манящий аромат. Как же ему хотелось съесть сосиску самому! Но что поделать: обещание нужно выполнять… Берёзкин огляделся и, убедившись, что никто на него не смотрит, быстро завернул паёк Егора Денисовича в салфетку и сунул его в карман. Управившись с этим делом, детектив нашёл взглядом хитрюгу Светку Жукову.

«Вот Жучиха, думала, я не догадаюсь», – возмущался про себя Борька.

Он быстро съел суп, выскочил из-за своего стола и прошмыгнул к соседнему, за которым обедала и болтала с подружками ни о чём не подозревающая Света.

Глава 5
Новые обстоятельства

– О, герой школьного спектакля, – ехидно заметил приближающегося Берёзкина Саня. Александр Курносиков давно был влюблён в Светку. Каждого, кто смел к ней приблизиться или, того хуже, заговорить, он мысленно записывал в свои соперники. И даже Светкино признание, что он ей несимпатичен, Саньку не останавливало. Он то и дело носил объекту своего обожания конфеты, пряники и шоколадки. А маме Ромео приходилось только гадать, почему так стремительно из дома исчезали сладости. Чтобы отвести от себя подозрения, Курносиков показательно обвинял в воровстве кота Ёршика. Но бедное животное на дух не переносило всё, что было без мяса и рыбы, поэтому ему было особенно обидно, когда в очередной раз с недовольным лицом Санька подходил к его лежанке и громко выговаривал, чтобы привлечь внимание мамы: «Ах ты, котяра! Тебе же нельзя! Толстяк ты!» Последняя фраза казалась особенно странной, ведь Ёршик не был толстым, просто природа и предки наградили его густой и пышной шерстью.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Скам (сленг) – обман, мошенничество.

Вернуться