Владимир Пикалов
А не поймать ли нам дракона?

Примечание автора

Эта повесть, составленная из трех рассказов, была вдохновлена произведением «Друзья на все случаи жизни» и является его дополнением, красочно описывающим очередные приключения гнома Дзаэ и его друзей. Сама идея написания пришла совершенно случайно и была инициирована не автором, а писательским марафоном, в котором я принял участие. П оего завершению я понял, что небольшого рассказа будет мало. Мне пришла мысль, что история не закончена. не все сюжетные линии героев удалось довести до конца, не каждому было уделено внимание. Да и кажется, что концовка не совсем справедлива, что ли.

Посему было написано продолжение. А третья, последняя часть была написана вновь на писательском марафоне. Это был необычный и интересный опыт, когда мне представилась возможность проявить все свои таланты, но я бы не справился без дорогих читателей и близких мне людей, что поддерживали меня, читали, спрашивали, делились чувствами и обильно комментировали отрывки, побуждая меня писать еще и еще.

В результате появилась моя первая повесть под названием «А не поймать ли нам дракона?».

Часть I. А не поймать ли нам дракона?

Желтые листья с высоких дубов медленно кружась падали на землю, закрывая плотным ковром траву и открывая серое небо, а кусты вишни, что росли недалеко, уже приготовились к зиме, ощетинившись веточками, на которых изредка попадались высохшие ягодки. Птицы иногда прилетали, осторожно оглядывались по сторонам и лакомились тем, что осталось от уходящего лета. Костерок посередь небольшого лагеря тускло горел, и немудрено, топливо почти кончилось, а за валежником пришлось топать еще дальше, чем вчера. Двое коренастых гномов, похожих друг на друга как ворон похож на филина по переменке собирали листья и кидали их в огонь, чтобы хоть как-то сохранить пламя. Наступала осенняя пора.

– Энруд, – крикнул черноволосый гном, чье лицо испугало бы даже тигра, но не делайте заранее опрометчивых выводов, этот парень не тот каким кажется на первый взгляд. – Хватит собирать эту мокрую гадость. Дымит так, что глаза начинают гореть еще ярче чем этот ваш костер. Успокаивайтесь.

– Дзаэ, это ты успокойся. – Заступился за брата полненький гном с чуть вздернутым кверху носом. Его овальное лицо, не выдававшее никаких эмоций, больше походило на мордочку заспанного кролика, а карие, чуть пьяные по жизни глаза скрывали настоящую личину колдуна.

– Да, Дзаэ, – вступил в разговор Энруд, поправив очки на умном лице. – Двигаясь, мы хоть чуток согреемся, а то так и простуду схватить недолго.

Эти двое братьев – Энруд и Энлид – были из ордена Заклинателей, что основал еще триста лет назад первый волшебник Номеза. Кстати, он еще живой и возглавляет этот Орден в Цитадели Мудрости. Братья-двойняшки не были похожи друг на друга. С первого взгляду никто вообще не видел в них братьев. Энруд – высокий и крепкий детина с умным лицом аристократа, даже иногда через чур умным, с детства отличался исключительной сообразительностью, но зрение его подводило, потому он всегда носил очки. А его братец Энлид наоборот, был полненьким и коренастым и никогда не отличался остроумием, зато энергии в нем скапливалось неимоверно много. И, стоит сказать, Энлид был старше на целых пятнадцать минут. Та еще парочка. Братья всегда учиняли друг другу мелкие пакости и перекидывались колкими шутками, иногда весьма болезненными, но не стоит за них беспокоиться. Перед лицом общего врага они выступали как единое целое, дополняя друг друга во всем. Они так и учились вместе, что в школе, что в Цитадели Мудрости. Руководство Ордена решило оставить их работать в команде и не прогадало.

– Чего вы там расшумелись? – Гаркнул кто-то из-за деревьев звонким мелодичным голосом. Заклинатели и Дзаэ не стали даже внимания обращать, ибо знали, что вернулся Элькенбо. – А вони то. У-у-у… – Он чихнул. Чего вы в огонь накидали? Совсем что ли? – Полный гном, идя вразвалочку, нес в руках кучу хвороста, поддерживая ее своим большим животом. Он бросил все недалеко у костра и выпучил и без того выпученные темные глаза. – Ну и что это называется, парни?

– Дурью они маются. – Буркнул Дзаэ, почесав черную бороду, заплетенную в красивую косу.

– А ты тут зачем? Сидишь, тоже мне, прохлаждаешься. – Ответил ему Элькенбо, встав в стойку.

Дзаэ не ответил на вызов. Лень пересилила удаль, и он остался сидеть, закутанный в шерстяной плащ. Элькенбо оглядел лагерь с внимательным видом, да и немудрено, ведь именно его назначили командовать отрядом. Он проверил хорошо ли натянута палатка и закинул пучок хвороста в костер. Огонь тут же накинулся на ветки и с треском стал поедать их, излучая свет и тепло. Элькенбо присел у костра и выдохнул, вот и долгожданный отдых в тепле.

Внезапное ржание лошади поставило на уши всех. Отряд встрепенулся и каждый повскакивал, приготовившись к чему-угодно.

– Лошадь. Это же лошадь, верно? – Спросил Дзаэ.

– Да уж, не лось. Его-то я рядом с собой вижу. – Элькенбо усмехнулся и тут же получил в бок локтем от товарища.

– В такой-то глуши лошадь появиться не может. Смотрите в оба, парни. Мало ли что… – Не успел произнести Дзаэ, как с южной стороны из-за деревьев выехала белая лошадь.

Ее пепельная длинная распущенная грива лучилась серебром, а черные глаза выдавали животное смирное и умное. Но одно встревожило отряд гномов – зеленые руны и знаки, горящие на самой лошади. Казалось, что серое небо стало еще серее, а осенний гнетущий пейзаж стал давить со всех сторон, обдувая ледяным северным ветром. Гномы привыкли к неожиданностям, но уж точно не к таким. Всадник, сверху-донизу замотанный в черный балахон вел лошадь прямо на них. Элькенбо заметил за спиной всадник рукоятку меча, но спокойствие, с которым ехало это существо, ввело в заблуждение капитана. В растерянности, он помедлил с командой, но, собрав волю в кулак, изволил ждать. По виду этому зеленоглазому, да, глаза незнакомца светились таким же светло-зеленым цветом, как и знаки на лошади, было что-то нужно и выглядел он не угрожающе.

Лошадь медленно подъехала к отряду, остановилась и фыркнула. Гномы напряглись и приготовились.

– Элькенебо, Дзаэ и двое братьев магов. – Произнес всадник медленно и четко, прожигая своим зеленым взглядом каждого.

– Да, угадал. А ты чьих будешь, всадник? – Буркнул Дзаэ и скрестил руки на груди, широко расставив ноги. Его бравада, само-собой, была ни к селу ни к городу, но всадник сделал вид, что не заметил дерзости в свой адрес и продолжил:

– Вашему королю нужны знания, коими обладает мой господин. А вы можете достать то, что нужно моему господину. – Он вытащил из складок накидки свиток, обвязанный темно-зеленым шнурком из древесного лыка и скрепленный печатью из застывшей смолы с древовидным узором на ней, которую Элькенбо попытался внимательно изучить, прежде чем сломать.

– Что? – Элькенбо словно ужаленный вскинул взгляд на всадника. – Ты хочешь, чтобы мы убили дракона?

– Не я, а мой господин. И не убить, а поймать и привезти живьем. – Спокойно ответил всадник.

– Да вы с ума посходили! – Взъерепенился Дзаэ.

– Таковы наши условия. Знания в обмен на дракона. Если цена вас не устраивает… – Он потянулся к свитку.

– Нет, обожди. – Элькенбо подтянул рукопись к себе и еще раз перечитал. Глубоко и тяжело вздохнув, будто взвалив на плечи пару мешков с картошкой, он ответил, – Хорошо. Пускай так. И где нам искать твоего дракона?

– Идите на север, вас встретит проводник и все расскажет. – Всадник развернул лошадь и помчался в лесную чащу.

– И тебе пока. – Пробурчал Элькенбо, вчитываясь в текст.

– Тоже мне, мятный всадник. Загадочный, молчаливый. Тьфу… – Дзаэ встряхнул ноги. – От него так несло свежестью, что сквозь насморк пробило. Чем это он натерся? – Эльекенбо не ответил. – И вот за этим нас отправил Зокрад? Достать какую-то книжицу? То есть сначала достать здоровенного дракона и выменять его на сборник сказок?

– Не бухти. Читать невозможно. – Резко прервал брюзжание друга Элькенбо. Дзаэ хотел пустить остроту в ответ, но передумал.

– Драконы, на сколько мне известно, не водятся на Анердене, только если не учитывать драконов Лэмпарейна с Градгора. Но это уже и не драконы вовсе. – Энруд задумчиво поправил очки. – Драконы есть на Ферриме.

– Очень хорошо. – С напускной радостью сказал Дзаэ. – До Феррима ехать целые недели, если не солисы.

– Погоди, не бухти. – Элькенбо указал на Дзаэ мощной рукой. – И ты тоже, Энруд. Хм, нас на севере у опушки должен встретить лесовик. Кто? – Элькенбо прищурился и еще раз перечитал документ. – Старичок-лесовичок?

– Час от часа не легче. – Вставил свои пару слов Энлид и подкинул еще пару хворостинок в огонь.

Решив обождать до утра, гномы плотно отужинали и легли спать пораньше. Темнеть начинало рано и ночная прохлада никому еще не шла на пользу, особенно полу простуженному Дзаэ, который уже вторую неделю не мог вылечить свой насморк. Ночь выдалась неспокойная. Дзаэ все время храпел, да так сильно, что Энруд еле смог заснуть, хотя их палатки находились далеко друг от друга. Ветер гулял сквозь щели в палатке, грустно завывая по-волчьи, не предвещая ничего хорошего. Неизвестность и неопределенность витали вместе с ветром и прохладой в воздухе, а из головы командира отряда Элькенбо никак не выходил мятный всадник. Он помнил, что это задание, на которое их отправил Зокрад, будет отличаться от всего, что они когда-либо встречали, но странностей становилось все больше, а гномы даже лагерь не свернули. Что будет дальше? На этот вопрос Элькенбо ответить не мог. Перевалившись на правый бок, он сунул руку под голову, свернулся и заснул, так крепко как только мог.

Утренние дела внесли небольшую ясность, хотя, как показалось Элькенбо, тучи на небе сгустились еще больше. Поспешно собрав лагерь и скудно позавтракав сушеной тыквой, что гномы запасли в деревне еще пять дней назад, отряд двинулся на север.

По дороге все шли молча, не нарушая гнетущую тишину леса. Складывалось впечатление, что ветви деревьев спускаются все ниже к земле, прижимая гномов вниз. Дзаэ был хоть и не из робкого десятка, как и любой в этом отряде, но даже его пробила дрожь, когда сухостой поднялся вверх вместе с кустами на столько, что закрывал каждого с головой. Иногда приходилось мечами и топорами прорубать себе путь вперед. Элькенбо решил не тратить зря времени на поиск обходного пути. Царившая вокруг мрачная серая атмосфера раздражала его не меньше, чем ворчливая жена после веселой ночи с соратниками-гномами в таверне.

Ближе к полудню, выбравшись из глубокого оврага, гномы очутились на небольшой полянке, окруженной зелеными разлапистыми елями и почти сбросившими листву березками.

– И где же этот Лесовичок? – Спросил Энлид, присаживаясь на пенек.

– Слезай-слезай, дружок с вершок. – Загудело откуда-то.

Гномы сгруппировались и стали внимательно озираться по сторонам. Энлид вскочил и удобно крепко встал, готовый отразить любую атаку. Ветер еще раз пробежался по веточкам, просвистывая между иголок елей. И сорвав несколько желтых листочков, вихрем улетел прочь.

– Вот-так, северный ветер, улетай-улетай. И больше гостей моих не пугай.

Гномы обернулись. На пеньке сидел сгорбленный старец. Его умиротворенное морщинистое лицо с густой не расчёсанной боротой, из которой выглядывал тут и там мох, лучилось добром и светом. Он выдернул из подбородка маленький гриб костлявыми руками, покрытыми древесной корой, и бросил его на землю. Его густые брови отбрасывали большую тень на ясные и спокойные глаза. Внимательно присмотревшись, Элькенбо понял, что старик их знает, а встретившись взглядом с ним, Элькенбо осознал, что старик наблюдал за ними ни один день и бродя вчера в поисках валежника, он уже встречался с ним.

– Подходите, голубчики, ближе. Я уже не так остро слышу. Поклонитесь, уважьте старца. – Он улыбнулся и кивнул. Голос старичка звучал звонко, мелодично и ритмично, и казалось, что слушать нужно не то, что говорит старик, а то, как он говорит.

– Элькенбо. – Капитан сделал шаг вперед, убирая топор за пояс. – Приветствую тебя… – он запнулся, не зная, как обратиться к этому существу.

– Старичок-лесовичок, зовут меня. Рад здесь видеть вас, друзья. Чем смогу вам помогу, куда надо отведу. Ну же, не робейте! Ешьте, други, пейте! – Старичок вскочил с пенька и подпрыгнул, направляясь к гномам.

Он пробежал мимо них к деревянным столам, наспех сработанным из толстых веток и необработанных досок. На столах стояла деревянная посуда – кувшины, чарки с резными узорами, похожие на коней и лебедей, набитые яблоками, ягодами, медом и грибами. Гномы оторопели не в силах ничего сказать. Они не понимали, что им нужно сейчас делать и зачем все это представление. Но от этого старичка веяло чем-то приятным и его заразительный ритм рассеивал мрак, что сгустился вокруг умов гномов.

– Старичок-лесовичок, всадник направил нас к тебе, чтобы… – Начал Дзаэ, пока Элькенбо стоял, погрузившись в раздумья.

– А ну, дружочек, подожди. Тут просто так не говори. А коли хочешь что сказать, попробуй рифмой описать. – Старик вприпрыжку оббежал гномов и снова сел на пенек.

– Хм. А… М-м-м. – Начал Дзаэ и запнулся. Он не был силен в поэзии, а складывать слова красиво мог только для колкой остроты в адрес Элькенбо.

– Скажи нам, друг, где путь далекий, которым всадник нас послал? – Выпалил Энруд, запинаясь после каждого слова.

Старичок одобрительно кивнул и ответил:

– Чудесно, чудно, очень рад. Я ждал вас долго. Все пустяк. Дорогу вам я покажу. Но вот что вам сейчас скажу. Чтобы попасть к дракону в лапы, вам должно сделать заклинание. А я вам в этом помогу, но прежде ешьте. Вы устали. – Он протянул руку в сторону стола, предлагая гномам приступить к трапезе.

– Спасибо, добрый старичок… – Начал было Элькенбо, отпив из деревянной кружки ягодного сока.

– Тс-с, друзья, молчок-молчок. – Старичок схватил пару яблок и в энергичном танце съел их почти одним махом. Никто даже не успел увидеть, когда он успел их прожевать.

Гномы скромно выпили ржаного квасу, заев свежими яблоками и лесными ягодами. С каждым глотком на душе становилось все легче. И даже тяжелые сумки, и мешки за плечами перестали отягощать отряд. Старичок достал откуда-то свирель и заиграл на ней. Элькенбо улыбнулся и приободрился, слушая мелодичную музыку. Он немного понимал в искусстве, ибо сам был не прочь помузицировать, но сейчас, когда опасность могла подстерегать на каждом шагу, он не позволял себе даже на мгновение отвлечься. И только звуки деревянного инструмента, мелодично высвистывающего ноты, успокоила его, как и всех остальных. Почему-то и самому недоверчивому Дзаэ казалось, что Старичок-лесовичок не желает им зла. Он в свое время читал, что существуют всякие духи, Тени и прочие сущности, но понять злые они или добрые всегда вызывало затруднения. Даже Заклинатели братья не могли однозначно дать ответ. После череды вопросов в полголоса и одобрительных кивков, отряд все же решил довериться старичку и повеселиться всласть. Пока старичок играл, гномы успели наесться до отвала лесными угощениями и выпить ягодного сока и медового напитка. Изрядно захмелев, Дзаэ приготовился к новой порции острот в адрес Элькенбо, ибо потому что накипело.

– Знаешь, друг, хорош ты воин. Ну а в скорости простак.

Элькенбо повернулся и злостно ухмыльнулся. У него в голове тоже родилось пара замечательных стихотворных острот, которые он готовил пока набивал рот вкусностями.

– Да тебя, мешок с картошкой, обогнал бы только так.

– Полно, будет, все пустое. Только если побежим мы с тобой с горы высокой. Я хоть бегаю быстрее, но а ты, чего скрывать, упадешь и покатился. Пузо вон, растет все больше. Скоро будешь ты как шар.

– Я тебе, коровья морда, надаю прям по ушам. – Элькенбо отвесил тяжелый подзатыльник Дзаэ. Тот пошатнулся и недоуменно посмотрел на Элькенбо.

– Молодец, отбил атаку. Поздравляю, капитан. Так тебе уж скоро светит титул «Королевский адмирал». – Дзаэ встал ровно как мог и задрал голову.

– Так, а вы чего стоите, быстро-быстро, танцевать. Мне сегодня столь приятно вам чего-нибудь сыграть.

Старичок затянул быструю мелодию и вприпрыжку заплясал по поляне. Братья, недолго думая присоединились к старичку. Элькенбо пытался подумать зачем это все происходит и почему. Но приятная музыка и замечательные яства совсем вскружили ему голову, и он пустился за всеми в пляс…

Дзаэ поднялся и потянулся, протяжно зевнув. Его ноги болели от зажигательных танцев, длившихся до самой поздней ночи, пока в одно мгновение его не сморил сон.

– Вот это да, мои друзья. Не чувствую я ног… – Он мотанул головой. – Тьфу, эти стихи заразны.

Гном огляделся по сторонам и нашел своих друзей, спящих на лиственном покрое неподалеку.

– Поднимайтесь, лежебоки. – Он толкнул ногой Энруда. – Энлид, вставай. Солнце уже давно взошло. Ух, ну и покуролесили же мы.

Элькенбо проморгался и тяжело встал. Потянувшись, он внимательно изучил поляну и недоуменно выдавил:

– Это не та поляна.

– Как не та? – Спросил Дзаэ.

– Да вот так. Вон там домик виднеется. Куда нас занесло? Нутром чую, что-то здесь не так. – Он почесал затылок и махнул рукой. – А впрочем пускай. Надо бы найти этого Старичка-лесовичка. Он выведет нас к дракону или нет? Идемте. Дойдем до домика, может там нам кто прояснит что происходит.

Гномы собрались и подошли к дому, построенному из сруба. Внешне было видно, что даже без единого гвоздя вся конструкция держится просто замечательно. Резные оконные ставни и наличники вызывали удивление, Энруд внимательно изучил узор и пришел к выводу, что так дома на Анердене никто не строит, ни на севере, ни на юге.

Элькенбо попросил гномов приготовиться. Мало ли, что их могло поджидать за дверью внутри. Друзья прошли вместе через многое и знали, особенно Элькенбо, что всегда нужно быть готовым к неожиданностям, иначе ты рискуешь попасться на крючок и тут уже судьба может сыграть с тобой злую шутку. Капитан постучал в дверь. Внутри дома послышалось ёрзанье.

– Сейчас, обожди, друже. – Послышался из глубины дома бархатный низкий голос, словно исходящий из недр горы. Дверь отворилась. Огромного роста и крепкого телосложения мужчина стоял в дверном проеме. Его льняная рубаха с странным интересным узором на горловине и рукавах, оголяла толстые руки. Мощь, исходившая от этого человека, ничуть не испугала гномов, но вызвала уважение и почтение. Темные волосы и борода, аккуратно подстриженная, закрывали лицо, но глаза, ясные и спокойные, выдававшие умиротворение этого человека, лучились светом. – Здраве будьте, добры молодцы. Ну что вы, не стойте столбом, словно боязно вам. Заходите в дом, да отведайте каши. – Мужчина зашел в дом, зазывая гномов войти внутрь.

Друзья осторожно, озираясь по сторонам зашли в просторное жилище. Посередь дома стояла печь расписная, от которой исходило тепло. На печи спала кошка, мурлыча и посапывая. Большой стол стоял перед печью, а на нем яства различные.

– Хозяюшка Лада, принимай гостей. – Протянул мужчина. – Накрывай на стол, да ставь квасу ржаного покрепче. Аль молока парного гости желают отведать?

– Благодарю тебя за гостеприимство, хозяин. Но кто ты? – Спросил Элькенбо. – Ты принял нас в гости даже не спросив имен.

– Старичок-лесовичок все поведал мне утром, чуть выступила роса на траве. И строго-настрого наказал накормить и принять четверых путников славных. Садитесь, испейте водицы студеной, она вмиг разбудит ваш дух и ум прояснится.

Гномы посмотрели на Элькенбо ожидая от него указания. Отряд пребывал в растерянности. От Зокрада они получили подробный наказ меньше удивляться тому, что увидят или услышат. И верить своему сердцу. Оно верно рассудит. Элькенбо, пытаясь взвесить все за и против, что боролись внутри него, одобрительно кивнул. Гномы уселись на широкие лавки по обе стороны от стола. Мужчина же сел во главу стола. Он преломил хлеб и подал кусок Элькенбо, затем Дзаэ и потом уже и пришел черед братьев.

– Назовись, хозяин. Как твое имя? – Спросил Энруд.

– Кличут меня все по-разному, но Старичок зовет меня Белотуром. И вы окликайте меня также.

– Спасибо тебе, Белотур, что принял нас в гости. Но скажи, где это мы?

– Вы на севере княжества вольного, что у гор стоит черных высоких. На Ферриме вы, молодцы ныне.

– На Ферриме? – Удивился Дзаэ, чуть не подавившись кашей. Элькенбо тоже насторожился, но постарался всеми силами не подать виду, что он растерялся, узнав такое. Братья в один голос тоже переспросили.

– На Ферриме вы, верно, други подгорные. Гномами вас кличут на юге. Знавал я народ ваш, видел и родичей ваших. Вы добрые молодцы, чувствует сердце мое. – Он положил руку на грудь. Оставайтесь на день-другой у нас с Ладой. Будете гостями почетными. Расскажу я куда путь ваш лежать будет, где змей, изрыгающий пламя, вас дожидается. Обвыкнитесь, сил наберетесь для дел ваших ратных. Землица вам силы придаст, баня вылечит хворь, что десницей схватила своею костлявой. Водица вам живость придаст и нальются силою сотни мужей ваши руки. Ветер крепче поставит вас на ноги, ибо змей летает по воздуху аки по земле ходит.

Гномы призадумались. Элькенбо согласился погостить день-другой у Белотура и поблагодарил хозяина за радушный прием. Отряд провел в гостях три дня. Элькенбо и Дзаэ много говорили с Белотуром, расспрашивая его о Ферриме, о драконе, об их народе. Гномы не могли понять, как они смогли за одну ночь перелететь тысячи километров по воздуху и очутиться, можно сказать, на другой стороне мира. Но Зокрад предупреждал, что в этом походе может случиться всякое и гномам следует быть готовыми к неожиданностям. Но неожиданностей и странностей за последние два дня было на столько много, что казалось, будто еще больше удивить четырех друзей ничего не сможет.

– Спасибо тебе, хозяин Белотур. Век мы твоей доброты не забудем. – Элькенбо поклонился в пояс великану как того подобает обычай местного народа.

– И вам гости добрые благодарность большая. Век я так не веселился. Спасибо за разговоры, за мудрости ваши. Буду рад вам всегда, други славные. Роду вашему не измельчать вовек. Пускай путь ваш закончится ладом. – Белотур пожал каждому гному руку своей массивной ладонью. Тяжесть и силу почувствовал даже Дзаэ.

– Сильный ты, Белотур. Сильнее многих из нас. По возвращению домой, расскажу всем своим, кого знаю, что живет богатырь на землях Феррима. – Он поклонился, выразив уважение и почтение.

– Ступайте тропкой на север к горам, но остерегайтесь болота лихого. Живет там сила нечистая. И доселе я даже не ведаю, что за напасть поселилась в местах тех. Зверь на болота не ходит, птица там не летает, да и путник обходит стороной те места.

– Хорошо, Белотур, будем помнить. Но не беспокойся за нас. Мы гномы, а значит не боимся всякого зла. Это оно должно бояться. Верно говорю, парни? – Дзаэ посмотрел на магов, которые в подтверждение резко поддакнули.

– Зло, что живет на болотах, вас не возьмет силой. Заставит плутать и забудете вы куда путь ваш лежит. Не дозволяйте указывать ей вам дорогу, сами ступайте смело и в сердце держите к дому дорогу, чтобы землица родная путь указала верный.

Гномы еще раз поблагодарили Белотура за совет и зашагали по лесной тропе в сторону высоких гор, чьи вершины покрывал белый снег. Лес в свете яркого солнца пестрил красками осени и еще не до конца ушедшего в этих местах лета. Зеленая хвоя высоких сосен, что подпирали свод неба, устилала и дорогу, приятно похрустывая под ногами. Облетевшие осины и тополя, стройно тянулись ввысь, расступаясь перед гномьим отрядам. Белки и серая ворона внимательно разглядывали гостей, ибо понимали, что приезжие они. Ведь и звери здесь никогда гномов не видели. День гномы шли без долгих привалов, а болтали больше о простом житейском. Элькенбо еще раз напомнил друзьям, чтобы не впечатлялись слишком, ведь Зокрад ясно дал понять, что в дороге произойти может буквально что угодно, даже перелеты за одну ночь через пол мира. Непонятно пока было одно – как возвращаться обратно.

– А как мы поймаем дракона и дотащим его до Анердена? – Внезапно спросил Энлид.

Весь отряд остановился. Гномы обернулись на мага, задумчиво закатив глаза.

– Эх, – махнул рукой Элькенбо. – Чего встали? Сначала поймать его надо, а потом будем решать, как его переправить на Анерден. Может вообще на нем и полетим. Я даже не удивлюсь, что так именно и произойдет. Старички-лесовички, квасок да перемещения через весь мир, духи, что пудрят мозги, драконы, мятные всадники, тьфу. Тень его дери. Меня уже ничего не удивит. И вы не заморачивайте всем этим головы. Будем решать задачи по очереди, а то так даже как топор держать забудем.

К вечеру следующего дня гномы прошли в глубокую чащу и оказались у огромного болота, раскинувшегося на многие километры вперед и вправо-влево. Сколько было видать глазу, ничего не видать. Поделать нечего, тропинка сквозь это зловонное кашистое безобразие была одна, а на обход длиной в почти две недели, у гномов времени не было. Да и незачем. Дзаэ с Элькенбо чуть не подрались, споря кто первым пойдет вперед. Но маги насторожились. Энруд, пытаясь почувствовать силу этого места, сказал, что странное чувствует он, обитает тут что-то или нет, непонятно, да и любые заклинания не набирают даже малейшей силы. Энруд попытался заговорить хотя бы палку, тоже не вышло.

– На ваши фокусы надежды, значит, никакой. – Буркнул Дзаэ. – А я всегда говорил, что сила в руках. Вот это я чувствую. Вот появись только, дух этот странный. Я тебе так тресну промеж глаз, что сам забудешь кто ты есть.

– Я бы не стал злить того, кто здесь обитает. – Высказался осторожно Энлид. – Вот от кого, от кого, так от него такие слова исходили редко. Обычно, Энлид не любил осторожничать. Его геройская натура, мчащаяся, словно голодный волк за оленем, на встречу приключения, всегда беспокоила даже Элькенбо. Пока здравый рассудок управлял капитаном, Энлид, пустив в противника парочку-другую заклинаний, своим посохом довершал дело, ломясь вперед накостылять всем, кто попадется под руку. Один раз даже самому Элькенбо прилетело в лоб.

Дзаэ тоже забеспокоился. Довольная ухмылка на его уверенном лице превратилась в беспокойный оскал. Он вытащил из-за спины арбалет и на всякий случай перекинул колчан поближе. Герои зашли на болото тихо, не поднимая лишнего шума. Зеленая жижа, смешанная с гнилыми деревьями, торчащими тут и там в разные стороны как колья, смердела зловонием, от которого кружилась голова.

– Дзаэ, а скажи, почему ты пошел в отряд? – Спросил Энруд.

– Долгая история, да и ты ее помнишь. Я…

– С кем ты разговариваешь, Дзаэ? – Спросил Элькенбо друга.

Дзаэ обернулся и увидел, что стоит поодаль от тропы по щиколотку в болоте.

– А, э-э. – Только успел произнести он, как Элькенбо перебил его.

– Не дури. Тропа вообще в другой стороне. Вылазь оттуда.

Дзаэ отряхнул сапоги от тины и вернулся на сушу.

– Стой, дурак! – Заорал Элькенбо, хватая Дзаэ за шкирку.

– Ты чего? – Дзаэ встрепенулся и обнаружил себя по грудь в омуте. Он обернулся и увидел друг Элькенбо, взволнованно тянущего его из воды.

– Куда ты полез? – Спросил его Элькенбо, отряхивая от грязи штаны и ботинки. – Ты же только что рассказывал нам про то, как дед научил тебя стрелять из арбалета. Как ты тут оказался?

– Не знаю. – Пробурчал растерянно Дзаэ. Он потер лоб, тяжело дыша.

– Может это и есть происки этого чуды-юда, о котором говорил нам Белотур? – Спросил Энруд.

– Может, брат, может. – Ответил Элькенбо, задумавшись.

– Друзья, вам это не понравится. – Сказал Энлид, стоя поодаль. Гномы подошли к нему и тоже ахнули. Тропа, по которой они шли, уходила в топь.

– Поворачиваем назад, парни. Подумаем в спокойном месте как нам перейти это проклятое болото. – Элькенбо повел быстрым шагом отряд назад. Но назад дороги тоже не было. Они оказались на островке пожухлой зелени с парой сухих коряг, а дорога, которая вот только была перед глазами, словно растворилась.

– Да что это за напасть-то такая? – Крикнул Элькенбо сквозь зубы. Он всмотрелся вдаль. Ничего не видать. Да еще и голова кружится нещадно. – Ладно, отдохнем пока здесь, парни. Подумаем… – Он обернулся и никого не увидел. – Как? Куда? Они вот только все здесь стояли. Прямо здесь. – Он посмотрел под ноги. Его сапоги медленно оплетали корни и тянули вниз. Из-под сапок сочилась влага и было понятно, что это место играет с ними злую шутку, стремясь запутать и поглотить.

Элькенбо рванул что было силы и вытащил левую ногу из плена. Вторая уже проваливалась вниз. Еще немного и нога уйдет под воду. Гном выхватил топор и рубанул по толстому корню, пытавшемуся обвиться вокруг ноги. Корень дернулся и отступил. Элькенбо рубанул еще раз, выдернув и вторую ногу. Из воды стали вылазить большие, даже больше самого Элькенбо коряги. Покрытые тиной, гниющие и ужасно вонючие, живые деревья стали подбираться к гному.

– А ну-ка, подходите, твари! – Взревел Элькенбо. – Сейчас я вас проучу!

Он рубил чудищ налево и направо, с каждым ударом отсекая гниющие ветви от стволов. Зловоние и жидкая слизь, покрывающая деревья, залили гнома. Топор выскальзывал из рук и сам островок от тяжести разлагающихся деревьев медленно шел под воду. Элькенбо напряг все мускулы, всю силу вложил в руки и ноги и продолжил отчаянную борьбу. Было ясно, что положение его безнадежное. Но может, его друзьям повезло, и они нашли выход из этого лабиринта. Элькенбо взмахнул топором, разрубив очередное дерево пополам перед тем, как полностью исчезнуть в пучине.

– Элькенбо! Элькенбо! – После зова последовал удар. Гном открыл глаза. – Элькенбо, ты в порядке? – Спросил Дзаэ.

– Моя голова… – Пробурчал рыжебородый.

– Оно и видно. Ты уже час танцуешь с топором и бормочешь какую-то чепуху. Пришлось тебя приложить хорошенько, чтобы ты пришел в себя.

– Тебе от того было приятно, согласись.

– Немного, но по-другому тебя было не остановить. Поднимешься? – Дзаэ протянул руку товарищу.

– Попробую. – Элькенбо неуклюже поднялся и отряхнулся. Братья колдуны пытались читать заклинания, но безрезультатно, на этом болоте не работало ничего.

– Сейчас мы где-то на середине болота. Ничего не видно из-за этого тумана. Я думал, быть может схватиться за горы глазами, но их не видать теперь. Придется идти наощупь. Главное тропку не потерять. – Пробурчал Дзаэ и топнул ногой, подняв пыль. – Ничего, Белотур сказал же, чтобы не забывали цели своего похода, вот и отвлекаться не надо на всю эту ерунду. Сейчас немного отдохнем и пойдем дальше. А ты, друг мой, выпей пока воды. От этого смрада голова кругом, а еще душно, хоть вода немного приводит в чувство. Этот дух не даст нам просто так уйти отсюда.

– Спасибо. – Элькенбо откупорил бурдюк и сделал большой глоток.

Отряд просидел несколько часов на одном месте. Заклинатели все это время бились с непонятной пустотой, которая витала на болоте. Нет никакой магии и все тут, ничего нельзя наколдовать, ничего нельзя почувствовать, кроме одного – за ними кто-то наблюдал, то ли из тумана, что сгущался к вечеру все сильнее, то ли из противной воды, то ли из коряг и деревьев, торчащих то тут, то там без разбору. Некий взгляд ловил на себе и Элькенбо, до сих пор пребывающий в полузабытьи. Голова его трещала как полено в костре, а костер как раз не помешал бы. С наступлением вечера опускалась прохлада и снова простудиться никто не хотел.

– Да что это за напасть-то? – Снова пробурчал Дзаэ. – Ни одной сухой веточки или травинки. Даже я уже отсырел так, словно под ливнем весь день простоял. – Элькенбо, идти то можешь?

– Ух. – Рыжебородый гном напрягся и встал на ноги. – Конечно. Давно пора убираться с этого болота. – Прошипел он сквозь зубы. Было видно, что боль становится невыносимой. А это значило, что Дзаэ должен принять командование на себя. И новый лидер отряда принял решение идти по тропе так долго, как смогут.

Следующие несколько часов вплоть до заката и сумерек гномы шли без остановок, не сходя с тропы. Туман стал густой будто сметана и вскоре стало ясно, что будет только хуже.

– Что же теперь делать? – Спросил Дзаэ. – Еще немного и мы дальше своего носа не увидим. А ползать на четвереньках чтобы тропу не потерять тоже не хочется.

– Звезд тоже не видно. Мрак будет непроглядный. Лучше стать лагерем, где есть. Наутро продолжим – Отозвался Энруд, протирая очки от влаги.

– Нет. Идем дальше. – Почти шепотом проговорил Элькенбо. – Этот дух меня доканает. Сидит в голове и что-то бормочет, смеется, наблюдает за нами и злится, очень злится, что не может поймать нас.

– Я покажу этому духу, кто кого! – Крикнул Дзаэ.

– Не ори, и без того голова кругом. – Элькенбо поморщился и приложил ладонь к широкому лбу, на котором выступила испарина. – Идемте. И поживее.

Элькенбо тяжело ступая, побрел вперед, да так уверенно, будто знает куда вообще идти надо. Он напряг челюсть, стискивая зубы. Страшная боль поразила его сознание, он знал, что дух следит за ними и идет по пятам. Его главный удар принял на себя Элькенбо, и гном как можно больше пытался противостоять ему. Дух не отпускал, все больше стискивая в своих клешнях голову гнома. Дух, может быть, и знал, что гномы – это такие же живые существа из плоти и крови и их поразить можно чем угодно, но дух точно не был знаком с знаменитым на весь свет гномьим упрямством. Элькенбо не был бы капитаном, если бы не обладал эти качеством на высшем уровне.

Дзаэ не отставал от командира ни на шаг, внимательно наблюдая за ним, чтобы в случае чего помочь или прикрыть. Колдуны тащились чуть поодаль, до сих пор пытаясь пробиться сквозь барьер безмагии. Дзаэ прикрикнул им, чтобы не отставали. Туман сгустился еще пуще прежнего. Дзаэ еле замечал Элькенбо, идущего в двух шагах от него, как вдруг, туман почти рассеялся. Дзаэ обернулся. Сзади стояла белая стена, закрывающая все, она окутывала и небо, не позволяя луне и звездам пробиться сюда. А впереди стоял домик или что-то едва его напоминающее. Посреди трясины, на больших корягах, больше похожих на кривые ноги какой-то птицы, стояла деревянная постройка. Ее покошенный вид вызывал отвращение, а от искаженных линий кружилась голова. К домику вел мосток через болотину, наполовину прогнивший, заросший мхом и заляпанный грязью. Гномы приготовили оружие. Осторожно ступая вперед, они медленно подошли ко входу. Деревянная повернутая набок дверь с щелями такой величины, что можно было просунуть топор, со скрипом отворилась. Дом внутри показался просторнее, чем снаружи, но оттого вызывал отвращения не меньше. Затхлый спертый воздух с запахом разложения и застоявшейся воды, ударил навстречу героям. Но они смело вошли в дом, понимая, что из его глубины на них кто-то смотрит и этот кто-то совершенно не рад их приходу.

– Заходите, заходите. – Донесся из темной глубины голос, по сравнению с которым скрип и свист ржавых петель дверей показался бы прекрасной музыкой. – Раз пришли, проходите, не бойтесь, внутри моего дома вам ничего не грозит. – Гномы прошли вперед, скрипя половицами. Стены и потолок были увешаны сползающим мхом и паутиной. А трава, чем были утыканы щели между бревнами, торчала во все стороны. Здесь даже росли грибы, сквозь гнилые бревна и пол. В большом зале около сгнившего стола сидел существо, своим видом заставившее бы особо впечатлительного испустить дух. У гномов всего лишь кровь застыла в жилах, а по спине пробежал ощутимый мертвенный холодок. Существо, обросшее то ли камышом, то ли высохшими водорослями, сидело на каком-то подобии стула и разглядывало гостей пустыми блеклыми глазами. Его морщинистое лицо покойника было безмятежно, но рот, полный острых желто-зеленых зубов, слегка приоткрывался при дыхании. Существо вытащило свою руку, если ее можно было так назвать, из-под наряда из тины и слегка взмахнуло. Комната стала чуточку светлее и гномы смогли рассмотреть создание получше. Искаженные формы чудища не поддавались логике. Энруд, хоть и изучавший множество чудовищ, был слегка напуган с одной стороны ничтожностью тела существа, но с другой стороны огромной силой, коей оно обладало. Взгляд на нем было сложно задержать, как и на чем-либо, голова шла кругом. Все в этом доме было перекошено, перевернуто, приделано не под нужным углом. И первый вопрос, возникающий в голове каждого из путешественников, был о том, как это место еще не разрушилось.

– Долго же вы шли ко мне. – Начало существо. Его голос резал стух как нож режет кость, но гномы, вобрав всю волю в кулак, не дрогнули. – И с пути вы не сбились. Многих я погубила. Кто через болота не прошел, а кто, попытавшись меня одолеть, сгинули. А вы нет. Кто же вы?

– Гномы. Гномы Номеза. – Ответил за всех Энлид, скрестив руки и расставив ноги пошире, чтобы не качаться из стороны в сторону.

– Гномы… Никогда не слыхала про гномов.

– Ты не слыхивала про гномье упрямство. – Сказал Элькенбо, потирая голову. – Нас тебе не одолеть.

– Это я вижу. Эх, придется мне отпустить вас. Не по зубам вы мне оказались. Нашли мою хижину, не побоялись войти. Смелости вам не занимать. Но просто так отпустить с пустыми руками я вас не могу. Вот, – существо протянуло едва светящийся пучок речной тины. – Возьмите это. Вы к дракону идете, я знаю. Возьмите.

Элькенбо, вобрав воздуха в грудь, подошел к существу с опаской и вытянул руку, стараясь утихомирить дрожь. Чудище медленно положила пучок ему в ладонь.

– Спасибо. – Ответил Элькенбо, медленно отходя назад.

– Боле не держу вас. – Существо сделало пасс корявой рукой. – Идите. – И замолчало, будто не замечая гномов.

Отряд медленно, не упуская из виду чудище, подошел к выходу и быстро вышел через дверь, стараясь отойти от дома как можно дальше.

Молча, озираясь по сторонам, в ночном мраке гномы почти наощупь пробрались к тропе и ускорили как было можно, шаг. Дом потерялся в тумане, и только тогда друзья позволили себе сесть и отдохнуть.

– Вот это чертовщина. – Выдохнул Дзаэ. – Я аж язык проглотил. А ты молодец Энлид. Даже представить не могу откуда можно было силы взять заговорить с этим чудищем.

– Да ты кого? Я сам чуть не помер там на месте. – Энлид обнажил большие зубы и стал похож на кролика. Его улыбка всегда вызывала смех у Дзаэ, за что он от самого Энлида и получал, но в этот раз ни один мускул на лице Дзаэ не шелохнулся.

– Смотрите, туман рассеивается. – Выпалил Элькенбо, поднимаясь с влажно травы.

Дорога впереди запетляла, выводя друзей из самого сердца болота. Прилив сил почувствовали все, а маги, ощутили мощь энергии, и даже простое заклинание, что освещает путь, заработало как надо.

– Чудно. – Элькенбо довольно улыбнулся. – А теперь идемте. Пора убираться с этого гиблого места.

Утренние сумерки застигли гномов у края борот. Туман почти растворился, а зловоние, что пробило бы себе путь сквозь любой насморк, сменилось на аромат мха, тины и какой-то еще гадости, но не столь мерзкой. Завидев впереди твердую сухую землю, раскидистые деревья и кусты, гномы ускорили шаг и выбрались из болот. Дзаэ остановился на мгновение. Ему послышалось, что кто-то окликнул его. И в это мгновение из болотной жижи острый как копье корень пронзил гнома насквозь. Элькенбо обернулся и в два шага оказался рядом, обрубая оружие. Корень, заскрипев, скрылся в воде. Дзаэ судорожно ловил ртом воздух, но так и не успев ничего сказать и понять, отошел на покой.

«То, что происходило дальше, я знаю из рассказов своих друзей. Вот, конечно, попал я, так попал. Элькенбо орал как ужаленный, хотя, если подумать, то ужаленным тут был я. Ха, очень смешно. Энруд и Энлид, ошарашенные моей смертью не меньше, пытались нарыть в своих мозгах какое-нибудь колдунство, что вернуло бы меня к ним, но безрезультатно. Элькенбо даже догадался запихать мне в рот кусочек той святящейся травы, что дало нам чудовище. Дрянь та еще. Вкус еще недели две чувствовал. Такое впечатление, что одной смерти мало и этой дрянью Элькенбо хотел убить меня во второй раз.

Энруд и Энлид, уложили мое тело в носилки, что наскоро сделали из веток разлапистой ели и понесли вперед. В таком подавленном состоянии отряд протопал еще два дня к горам, которые стали возвышаться еще выше деревьев и закрывали собой горизонт. Все эти прекрасные пейзажи, которые я раньше не замечал, пришлось пропустить. С тех пор я начал понимать, что столько прекрасного пропускал мимо глаз, стал внимательнее, что ли. Но моя смерть – это точно происки той чуды-юды с болот. Клянусь меткостью моей матери. И я не вру. Моя мать до сих пор попадает в яблочко хоть с закрытыми глазами.

Поздним вечером третьего дня, Элькенбо, проводя разведку, заприметил вдалеке огонек. Как оказалось, сборище лесных жителей, из которых большинство походило на таких же Старичков-боровичков. Элькенбо, держа руку на топорище, вышел на свет огней. Праздновавшие лесные жители тут же остановили музыку. Точно, как завязался между ними разговор, я не знаю, но уверен, никому лишний фингал не поставили. Лесовики помочь со мной тоже ничем не могли, но спросили, куда мы шли и зачем. Услышав про дракона, один наиболее старший лесовик сказал, что кровь дракона, перемешанная с тем мхом, что чудовище отдало Элькенбо, может оживить меня. Лесовики посочувствовали трагедии нашего отряда и предложили остаться на ночь на поляне. Накормили, напоили всех, и, разумеется, немного приподняли настроение танцами и песнями. Деревянные флейты, как позже говорил Энруд, пели, словно птицы, а арфы играли так нежно, будто это весенняя капель ранним-ранним утром. И, зараза, так эмоционально рассказывал, что и мне страсть как захотелось послушать. Вот так я полюбил потом и музыку. Вкусные кушанья, добрые песни и приятные беседы слегка приободрили друзей. Надежда, вот что зажглось в их сердцах. И они свято поверили, что меня можно еще вернуть. Лесовики праздновали конец осени и подготовку к зиме. В этих краях зима наступала позже, чем на Анердене, но все-таки была не менее холодная. Спустя почти две с половиной недели, пошел снег, скрыв под собой и болото, и лес, закрыв все проходы в горы. Природа впадала в спячку, дабы сохранить силы до весны».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.