Анна Шаенская
Обреченная невеста. Чужая судьба

ГЛАВА 1: Новый мир и чужие грехи

– Дрянь!

Мужской голос, хриплый и рычащий, просочился сквозь пелену тумана, отдаваясь в висках острой болью.

– Ты правда думала, что сможешь сбежать после всего, что натворила? – раздалось у самого лица.

Кожу опалило горячим дыханием, а на шею легла тяжёлая ладонь, перекрывая доступ кислорода.

– Хотел бы я знать, что ты сейчас чувствуешь, Скарлет, – на миг голос незнакомца смягчился, и эти обманчиво ласковые нотки испугали сильнее, чем неприкрытая ярость и злоба. – Как собиралась жить дальше после того, как убила родную сестру и родителей?

Слова мужчины вонзились в мозг раскалёнными иглами. Я не понимала, о чём он говорит, где нахожусь и что происходит… Последним, что помнила, был огромный круизный лайнер и слова капитана: «Начинается шторм, все пассажиры должны вернуться в каюты…»

– Вольгард, остановись! – ещё один голос, на этот раз женский. – Понимаю, что ты чувствуешь, но молю, не уподобляйся ей! Эта мразь не стоит того, чтобы марать об неё когти!

Когти?!

Последнее слово эхом прогремело в ушах. В моём мире нет когтистых мужчин! Похоже, это просто кошмар, а дышать я не могу из-за сонного паралича или как там его медики называют?

Нужно проснуться! Давай, Лена, это сон…

– Не сон, – тихий шёпот раздался прямо в моей голове.

Он напоминал одновременно шум прибоя и треск костра, гипнотизируя своими переливами.

У людей не бывает таких голосов…

– Моё имя Сойран, и я не человек, – продолжило странное существо, – кстати, ты теперь тоже. И чем скорее примешь это, тем больше шансов выжить.

Если бы могла, рассмеялась бы. Происходящее напоминало горячечный бред, наверное, у меня начались галлюцинации от обезболивающих. Я точно читала о таких побочках…

– Забудь о болезни! Ты больше не умираешь от рака, ты в чужом теле, молодом и здоровом, – голос в голове прозвучал хлёстко и грубо, зато хватка на шее ослабла. Видимо, мужчину убедили не добивать меня. – Тайра чувствует, что ты изменилась, – продолжила незнакомка, – она сильная ведьма, скоро поймёт, что в тело Скарлет попала другая душа. Но с Вольгардом будут проблемы.

– С Вольгардом? – переспросила, радуясь, что хоть в мыслях могу говорить. – Кто это?

– Владыка драконов, чью истинную пару ты убила, – пояснила галлюцинация, – вернее, не ты, а настоящая Скарлет.

По коже прошёл мороз. О какой истинности речь? Наверное, что-то вроде нашего брака. Если странное существо не лжёт, у мужчины есть веские основания ненавидеть и желать мне смерти.

– Тебе будет очень сложно всё исправить, – продолжила Сойран. – Дракон, потерявший пару, умирает, а Вольгард – единственный, кто способен удержать двуликих от мятежа и защитить Сольвингард от чудовищ. Мы не можем его потерять, поэтому и призвали Великую душу, – торжественно добавил дух, – тебе суждено искупить грехи Скарлет и заменить владыке погибшую истинную.

– Мне?!

Я не понимала, какое отношение имею к происходящему, но отчего-то верила каждому слову. Неужели и впрямь не сплю?! Как такое возможно?

Воспоминания о прошлой жизни возвращались скупыми обрывками, сейчас я знала только одно: в своём мире я умираю от рака гортани и меня там никто не ждёт. Единственный сын и родная сестра, мои самые близкие люди, погибли в автокатастрофе пять лет назад. Страшный диагноз лишил голоса и разрушил оперную карьеру. А муж бросил, едва узнал о болезни.

Врачи давали мне от силы полгода, но нашёлся специалист, согласившийся испробовать какой-то новый препарат и после провести операцию. Рискованную, без каких-либо гарантий.

Терять было нечего, я согласилась. Но прежде решила осуществить давнюю мечту и отправилась в двухнедельный круиз по Тихому океану. Хотела вновь почувствовать вкус к жизни и найти силы для затяжной борьбы.

В первую неделю плавания всё было замечательно, но сегодня начался сильный шторм…

– Его подстроили мы с сёстрами, чтобы скрыть от других смертных портал в иной мир и объяснить твоё исчезновение, – торопливо пояснила Сойран.

– Но…

– Слушай и не перебивай! – рявкнул дух. – Времени в обрез. Нужна была обречённая душа, способная стать Вольгарду новой парой. В твоём мире ты уже мертва. Упала за борт и утонула, так что возвращаться некуда.

– Вы… осознанно убили меня?! – Голова пошла кругом от подобного вероломства.

Немыслимо! И после этого они рассчитывают на мою помощь?

– Да вы ничем не лучше той Скарлет! – выкрикнула в сердцах. – Вы…

– Откажешься – умрёшь окончательно, – невозмутимо объявил дух, – согласишься – получишь шанс на новую жизнь.

– Призрачный шанс, учитывая, как сильно меня здесь ненавидят! – вспылила, услышав спор Вольгарда с женщиной, уговорившей его не сворачивать мне шею.

Их голоса звучали приглушённо, будто сквозь густой туман, но яростное рычание дракона пронизывало до костей, а жёсткие, полные глухой ненависти слова рвали душу на части.

Сколько же ты нагрешила перед смертью, Скарлет?! И как дошла до такой жизни?

– Призрачный шанс – лучше, чем ничего! – отрезала Сойран. – На Земле не было и его. Я видела будущее, тебе оставалось чуть больше месяца.

– Не верю! Лечение…

– Не дало бы результата. А я предлагаю тебе новую жизнь, молодое тело и возможность начать всё заново. Нужно лишь согласиться с моими условиями, – продолжила Сойран.

Её интонации мне сразу не понравились, как и чересчур сказочные обещания.

– Ты должна стать Вольгарду женой и родить сильного наследника, – слова огрели словно обухом по голове.

– Ни за что! – воскликнула. – Не собираюсь участвовать в подобном! К тому же это невозможно. После всего, что натворила ваша Скарлет…

– Она не «наша»! – в голосе духа проскользнули стальные нотки и неприкрытая ярость.

– Да плевать! – прошипела в ответ. – Вольгард уверен, что я – это она. Меня заслуженно ненавидят и мечтают убить!

– Как там говорят у вас на Земле? – призрак неожиданно смягчился. – От ненависти до любви один шаг? У тебя есть шанс проверить поговорку.

– Ха! Лучше верните меня в океан. Проще вплавь догнать лайнер, чем влюбить в себя Вольгарда!

– Не преувеличивай, – отмахнулась Сойран, – если согласишься, свяжу вас магией. Это не позволит ему сразу убить тебя, хотя любви не прибавит. Ваша парность будет искусственной, так что добиваться его и разбираться с тем, что натворила Скарлет, тебе придётся самостоятельно.

Отличная сделка… На её фоне даже смерть кажется не самым плохим вариантом.

– Я помогу тебе освоиться, – сообразив, что «обречённая» может слиться, призрак сменил риторику, – не брошу одну. Научу магии, дам несколько преимуществ. Пойми, тебе терять уже нечего и, как ни крути, хуже не станет. А Вольгард должен выжить, слишком многое поставлено на кон!

Слова Сойран резанули по живому. Я не знала, кто она и каким могуществом обладает, но мою жизнь ведьма ставила вровень с придорожной пылью. Впрочем, с Вольгардом она тоже не считалась, распоряжаясь его судьбой, как ей заблагорассудится и прикрываясь спасением мира.

На первый взгляд, цель благородная. Вопрос лишь в том, насколько правдивая. И так ли плоха Скарлет на самом деле? Или не она главная злодейка в этой истории?

– Вы говорили о ребёнке, – напомнила. Хотела выгадать время и разобраться в происходящем. – Зачем он вам?

– Не нам, а империи, – в голосе Сойран проскользнуло недовольство. Она злилась на мою нерешительность и теряла терпение. – Его предназначение обсудим позже.

Прекрасно! Малыша ещё нет и в помине, а за него уже всё решили.

С каждой секундой ощущение подставы усиливалось, но обдумать услышанное я не успела. Меня неожиданно встряхнули как тряпичную куклу и к телу вернулась подвижность. Наконец удалось открыть глаза, но лишь для того, чтобы утонуть в огненном, полном ненависти взгляде.

– Тебя казнят после заката, – вынес приговор Вольгард, – хочешь сказать что-нибудь напоследок?

Сказать хотелось многое, но вместо слов из горла вырвалось сдавленное сипение и кашель.

– Я временно лишила тебя голоса, чтобы не ляпнула лишнего, – меланхолично отозвалась Сойран.

Какой навязчивый сервис, «всё включено»…

– И поторопись с решением, – добавил дух, не давая даже мысленно возмутиться, – закат через пять минут.

От слов ведьмы пробрал озноб. Как бы я ни спорила, всё равно хотела жить, да и глупо добровольно отказываться от второго шанса.

Даже сейчас невольно скользила взглядом по напряжённому лицу дракона, подмечая каждую деталь и пытаясь найти в глубине его синих глаз шанс на помилование. Но пока не представляла, каким образом можно изменить его отношение к Скарлет?

– Почему мне отдали именно её тело?!

– Вы связаны, – голос Сойран прозвучал неожиданно сипло и тихо, – намного больше, чем можешь представить. Ты единственная способна искупить её грехи.

– Я…

Выяснить, что именно связывает меня с местной преступницей, я не успела. В дело вступила Тайра, кажется, так дух называл напарницу дракона.

– Вольгард, остановись! Не спеши с казнью! – ведьма подошла ближе. – Ты же видишь, с ней что-то не так. Карета на наших глазах сорвалась со скалы. При падении с такой высоты не выживают, а на её теле даже ран нет!

– Она могла смягчить падение магией, – не сдавался дракон.

– Нет! Карета разбилась вдребезги, мы вытаскивали Скарлет из-под обломков. Взгляни на платье! – воскликнула Тайра.

Мы с драконом не сговариваясь проследили за её взглядом. Ткань на моей груди была изорвана и окровавлена, но на просвечивающей сквозь дыру белоснежной коже не нашлось ни единой царапины.

– Вольгард, я готова поклясться, что Скарлет была смертельно ранена, но кто-то исцелил её за минуту до нашего появления! – в голосе женщины проскользнуло отчаяние. – Позволь мне во всём разобраться! Отложи казнь…

Дракон ничего не ответил, но ненависть во взгляде сменилась настороженностью. Слова Тайры попали в цель, пробившись сквозь пелену слепой ярости. Теперь и он видел нестыковки.

– Это наш шанс, другого может не быть! – встрепенулась Сойран. – Признай его, умоляю! Скажи, что согласна связать свою жизнь с владыкой и искупить грехи Скарлет!

Слова лились рекой, затягивая как в омут. Я чувствовала, что Сойран многое скрывает и не хотела соглашаться. Только… и отказаться не могла. Желание выжить и во всём разобраться оказалось сильнее.

– Я согласна… помочь, – ответила, немного помедлив.

– Хвала Пряхам! – мгновенно отозвалась Сойран и тут же затараторила на неизвестном языке. Что она делает и говорит, я не знала, но взгляд невольно соскользнул на мощную, перевитую жилами и сетью замысловатых татуировок руку Вольгарда.

Дракон до сих пор удерживал меня за шиворот и, подчиняясь неведомому импульсу, я схватила его за запястье.

В сапфировых глазах отразилось чистое пламя и на миг показалось, что меня сейчас окончательно удавят, не дожидаясь заката. Внезапно наши руки охватило серебристое сияние, а через миг Вольгард с силой отшвырнул меня.

– Какого… – остаток фразы утонул в рычании и брани.

Мужчина с бессильной яростью скользнул взглядом по искрящейся татуировке, расцветающей на его предплечье.

– Теперь вы пара, – раздалось в моей голове, – татуировка ему не позволит убить тебя. Ведь если ты умрёшь, он отправится следом, – торжественно объявил дух.

Прекрасно… Осталась самая малость – убедить Вольгарда, что жизнь со мной лучше смерти. А судя по перекошенному лицу и выступившей на висках чешуе, он думал иначе…

ГЛАВА 2: Шанс на спасение и новые проблемы

– Скар-р-рлет, – яростное рычание дракона просачивалось под кожу, впиваясь в позвоночник ледяными иглами. – Правда думаешь, что твои дешёвые трюки меня остановят?

Вольгард даже не сдвинулся с места, лишь изогнул смоляную бровь. Но в сочетании с проступившей на коже чешуёй и удлинившимися клыками, это выглядело угрожающе. Я чувствовала себя ничтожной букашкой, которую загнали в угол и вот-вот раздавят.

Не знаю, что он сделал, но я снова оказалась обездвиженной, ещё и зависла в воздухе, как тряпичная кукла.

– Стратег из тебя так себе, – мысленно обратилась к духу.

До выходки Сойран ещё были шансы выжить и заручиться помощью Тайры. Теперь же ведьма смотрела на меня как на полоумную. Видимо, сожалела о недавнем заступничестве.

– Я обещала, что тебе не свернут шею, – в голосе призрака не было ни капли стыда или раскаяния, – за любовь и свободу будешь бороться сама.

Хотела возмутиться, что моей шее по-прежнему угрожает опасность, но дракон неожиданно подошёл ближе, прожигая насквозь своими невозможно синими глазами. Никогда не видела такого насыщенного и яркого оттенка. Всё же владыка был невероятно красивым мужчиной. Познакомься мы при других обстоятельствах, я бы, может, и оценила предложение Сойран стать его парой. Но сейчас от Вольгарда хотелось бежать как от лесного пожара.

– Куда подевалась твоя смелость, Скарлет? Попытки спастись выглядят жалко. – Пальцы мужчины сомкнулись на моём подбородке, вынуждая запрокинуть голову и вновь смотреть ему в глаза. – Я не боюсь смерти и такая жизнь… – он выразитель покосился на подарок духа, – мне не нужна. Но всё же интересно, как ты сумела применить магию и подделать знаки пары.

– Хороший вопрос, – задумчиво протянула Тайра, – на ней «наручи инквизитора». Она физически не могла призвать Силу, но…

– Тут же нагадила, едва к ней вернулась способность шевелить пальцами, – голос дракона звенел от напряжения.

В нём явно боролись два желания: удавить меня и разобраться в ситуации. Я отчаянно молилась, чтобы любопытство победило, как вдруг на помощь пришла Тайра.

– Скарлет невероятно сильный маг, но такое даже ей не по зубам, – ведьма подошла ближе и от её цепкого, практически препарирующего взгляда стало не по себе.

Если Вольгард напоминал бушующее пламя, Тайру хотелось сравнить со льдом. Обманчиво надёжным, но скрывающим смертоносные ловушки. Я не понимала её мотивов и не знала, чего ожидать от общения. Только в душе с каждой секундой зарождалось странное, необъяснимое чувство, что она может стать как ближайшим другом и соратником, так и заклятым врагом.

– Боюсь, за этими фокусами кроется нечто большее, – добавила Тайра, легко коснувшись руки дракона, – и я хочу выяснить, что именно. Дай мне сутки, Вольгард. Казнить ещё успеешь.

В глазах владыки плеснулось сомнение, но подумав немного, он всё же кивнул.

– Дамьен, подготовь «ведьмину клетку», леди Скарлет отправляется в казематы.

Дракон начертил в воздухе какой-то символ, а затем выудил из ниоткуда странные кованые перчатки с распорками между пальцами. Едва он нацепил их на меня, закрепив на запястьях лентами из алого шёлка, руки словно отнялись, я больше их не чувствовала…

– Не паникуй, это специальные перчатки для транспортировки особо опасных магов, – пояснила Сойран, – Вольгард уверен, что ты использовала какой-то новый тип плетения и хочет выяснить подробности.

– Прекрасно! Теперь вместо быстрой казни меня ждёт допрос с пытками! – вспылила, беспомощно наблюдая за тем, как к перчаткам присоединяются ножные кандалы. – Чёрт бы тебя побрал с такой помощью, Сойран!

– Следи за языком! – рявкнул дух. – Я всегда держу слово. Шансы выжить у тебя есть, вопрос в том, сумеешь ли ты ими воспользоваться?

Мысли панически заметались. С каждой секундой ситуация становилась всё хуже, и я понятия не имела, как отсрочить неизбежное.

– Ты что-то говорила о преимуществах и уроках магии, – припомнила я.

– Вот это деловой разговор, – устало фыркнул призрак, – я всё расскажу, но для начала нужно доказать всем, что ты не Скарлет.

– Мы… собираемся открыть правду?

– Нет, конечно! – взвился дух. – С ума сошла?! Если узнают, что ты из другого мира, убьют на месте!

Ещё лучше.

– Вольных попаданцев здесь не жалуют, но есть одна лазейка, – продолжила Сойран, – я помогу тебе притвориться «правильной» душой и выгадать время.

Я едва сдержала нервный смешок. Учитывая, что в этот мир меня призвали против воли и шантажом втянули в немыслимую авантюру, слова духа о «вольном попадании» прозвучали как издёвка.

– Так называют тех, кто пришёл в Сольвингард без приглашения Совета магов, – дух бессовестно подслушивал каждую мысль. Это нервировало не меньше магических наручей и парализующего плетения. – Чаще всего это чудовища Паутины, – продолжила Сойран, – они питаются магами, так что нелюбовь местных к иномирянам можно понять.

С каждой секундой этот дивный мир нравился мне всё меньше, но расспросить о монстрах не успела. Парень, которому Вольгард поручил подготовить «ведьмину клетку», сообщил, что всё готово, и моё тело куда-то полетело!

– Не куда-то, а в экипаж для транспортировки преступников, – заботливо подсказал дух, – пока будем ехать в штаб, выучишь нужную легенду. Первой тебя будет допрашивать Тайра. Она самый опытный и могущественный инквизитор Сольвингарда.

От слов Сойран потемнело в глазах. Воображение сразу нарисовало сырые и мрачные камеры, кишащие крысами. Орудия пыток, калёное железо…

– Угомонись, – скривился дух, – Тайра менталист и допрос будет магическим, без физического воздействия. Наша задача обмануть её и показать только нужные воспоминания.

– Легко сказать, – я недоверчиво покосилась на клетку, в которую меня погружали. Она напоминала ящик на колёсах, только с небольшим решётчатым окошком и двумя дырками возле него. В последние поместили мои руки, видимо, чтобы следующие за клеткой конвоиры постоянно их видели.

– Прекрати! – рявкнул дух. – Твоя паника утомляет.

– Давай поменяемся, а?! Ты будешь висеть на цепях, а я порхать вокруг и умничать?

– Послушай…

– Нет, это ты послушай! – взвыла, когда «карета» тронулась и меня тряхнуло, как мешок с картошкой. Руки при этом до боли сжало в тисках, и я приложилась лбом о металлические прутья. – Я не всесильный маг, как ты, а обычный человек и…

– Великие Пряхи, да сколько можно повторять! Ты теперь не человек, – вновь вспылила Сойран.

– А кто?

– Фэйри! Чем скорее примешь этот факт, тем быстрее сможешь вернуть магию.

Перед глазами вспыхнули обрывки кельтских легенд. Я помнила, что фэйри невероятно красивы, но отличаются капризным нравом, любят пакостить, часто меняют любовников, иногда похищают видных мужчин. Если это правда, мои шансы помириться с Вольгардом уходят в минус.

– Мимо! Всё мимо, кроме невероятной красоты, – дух подавился смешком, – хотя… нет, есть ещё кое-что. Закрой глаза.

Как только исполнила приказ, темноту озарила яркая вспышка и я увидела просторную спальню, залитую мягким светом свечей. Судя по богатому, но сдержанному убранству, комната принадлежала состоятельному мужчине. А початая бутыль вина, один бокал на столе и раскрытая книга намекали, что хозяин не ждал гостей.

– Это спальня Вольгарда, – пояснила Сойран, – перед тем как отравить сестру, Скарлет пыталась соблазнить владыку.

Видение неожиданно дрогнуло и ракурс изменился. Теперь я видела происходящее глазами духа и могла разглядеть тело, в которое волей судьбы попала. А посмотреть было на что! Скарлет была одета в роскошное алое платье, выгодно оттеняющее белизну кожи и смоль волос, а ещё бессовестно подчёркивающее каждый изгиб соблазнительной фигуры. Пышная высокая грудь и мягкая линия плеч, тонкая талия, стройные ножки, эффектно мелькающие в вырезе юбки. Девушка походила на изнеженную наложницу из восточного гарема, но никак не на беспощадную убийцу.

Впрочем, если вспомнить какие страсти творились в этих самых гаремах…

Картинка вновь дрогнула и в комнату вошёл Вольгард. На драконе были только просторные шаровары, а с волос стекала вода. Видимо, владыка принимал ванну, когда к нему нагрянула незваная ночная гостья.

Заметив его, Скарлет подалась вперёд и что-то сдавленно залепетала. Слов я не слышала, но с каждой секундой лицо дракона всё больше каменело, а в глубине сапфировых глаз разгоралось недоброе пламя. На месте брюнетки я бы стремглав удрала из комнаты, но Скарлет пошла ва-банк, в одно движение распустив удерживающие платье завязки. Шёлк алой волной скользнул к её ногам, обнажая роскошное тело, и я шустро перевела взгляд на владыку.

Дракон был в бешенстве… Его ноздри раздувались, как у племенного быка, а на висках вновь выступила чернильная чешуя. Только девушка, похоже, приняла ярость за возбуждение и смело шагнула навстречу.

Следующий фрагмент я готова была пересматривать на повторе! Летела Скарлет красиво. Вольгард одним движением выкрутил соблазнительнице руку и голышом выволок в коридор, напоследок кинув в лицо то самое алое платье.

Если бы могла, аплодировала бы стоя! Верность невесте добавила дракону баллов. Зато попытки Скарлет его соблазнить окончательно уронили мои котировки.

– Какого чёрта вы отдали мне именно её тело?! – с тоской простонала, едва Сойран развеяла видение. – Да помню, мы связаны, но как… и за что мне всё это?!

Я не ждала ответа и кричала скорее в пустоту, чтобы хоть немного сбросить напряжение, но дух неожиданно отозвался:

– Скарлет – твой тёмный близнец.

Перед глазами вспыхнула ещё одна картинка, и возмущение комом застряло в горле.

Во время сцены в спальне я рассмотрела фигуру девушки и отметила реакцию Вольгарда, но стоило вглядеться в её лицо…

Тот же идеальный овал и высокие скулы, слегка вздёрнутый носик и в меру пухлые губы. Она была похожа на меня лет двадцать назад, отличался только цвет глаз и волос. У меня были пшеничные локоны с золотистым отливом и светло-зелёные глаза. А Скарлет оказалась брюнеткой с глазами цвета перезрелой вишни. Я никогда не видела такого оттенка.

– Скарлет – огненный маг и некромант, – пояснила Сойран, – ты – целитель. Твоё пламя живое и светлое, её – мёртвое. Вы различаетесь как ясный день и безлунная ночь, но при этом связаны божественной магией.

– Твои объяснения больше путают, чем помогают, – вздохнула, устало упёршись лбом в прутья. – Я ничего не понимаю.

– Иногда в Паутине зарождаются Великие души, – голос Сойран неожиданно смягчился, – они невероятно могущественны и могут менять судьбы миров. Чаще всего это великие правители и реформаторы, учёные, маги-изобретатели, реже – чудовища и диктаторы. Увы, Великая душа не всегда чистая и светлая. Она может быть поражена скверной и ненавистью, и тогда её деяния будут подобны стихийному бедствию.

Я поняла, о чём речь. В нашем мире были люди, чьи поступки и решения навсегда меняли ход истории.

– Иногда случается, что Великая душа приходит не в своё время и мир не готов принять её, – продолжила Сойран, – тогда Пряхи раскалывают её на две части, разделяя поровну светлую и тёмную Искру.

– Погоди, ты сказала, поровну?

– Изначально вы были равны и вольны творить свою судьбу, – ответил дух, – но ты выбрала свет, она – тьму. Согрешив раз и осознав собственное могущество, Скарлет не смогла остановиться. Тьма уничтожила в ней всё светлое и чистое. Тогда скверна тёмного близнеца начала просачиваться в твою душу.

Жуткая догадка пронзила мозг ледяными иглами.

– Болезнь…

– Это расплата за грехи Скарлет, – подтвердила Сойран, – в последние годы твоих светлых поступков уже не хватало, чтобы компенсировать её зло и сдерживать силу. Ты сосредоточилась на гастролях, ушла в работу…

– Переложила на помощников работу с благотворительными центрами, – с горечью продолжила, вспомнив, как закрылась после гибели сына и сестры. Я больше ничего не хотела, потеряла радость и вкус к жизни. Единственным, что позволяло хоть на миг почувствовать себя счастливой, была опера. Только когда пела, я жила.

– Могу понять твоё горе, – продолжила Сойран, – но это нарушило равновесие душ. Магия Скарлет вошла в полную силу, ты проиграла схватку с тёмным близнецом и наш мир призвал тебя, чтобы искупить содеянное ею.

– Ты говорила о правильных душах, – напомнила, пытаясь выгадать пару минут и перевести дыхание.

Этот разговор был жизненно важным, но слишком страшным, личным и болезненным. Воспоминания о прошлой жизни нахлынули штормовой волной, бередя старые раны и разрывая сердце на части.

– В Сольвингарде не любят иномирян, но чтут сирен, – Сойран легко сменила тему, словно только и ждала этого момента, – сразу говорю, забудь всё, что о них говорилось в ваших легендах! В нашем мире сирены – это призраки из свиты Хозяина океана. Стать одной из них может только девушка, лишившаяся всего и жаждущая праведной мести.

– Праведной мести? – я нахмурилась.

– Чаще всего это обесчещенные девушки, от которых отвернулась семья, – уклончиво пояснила Сойран, – такие магессы могут попросить помощи и защиты у Хозяина океана, но взамен отдать душу и жизнь, став одной из его сирен.

От слов ведьмы меня передёрнуло: как можно отвернуться от той, кто попал в беду?

– Не все семьи имеют возможность отомстить, – ответила Сойран, – особенно когда им противостоит кто-то могущественный. Зато Хозяин может забрать жизнь даже короля, если тот посмел обидеть одну из его сирен.

– Смерть – слишком жестокая плата за месть, – покачала головой.

– Как по мне, весьма равноценная, – возразила ведьма, – к тому же Хозяин отпускает сирен после того, как они отработают долг перед океаном.

– Долг?

– Сирены защищают моряков, спасают утопающих, если у них светлая душа, – вскользь пояснил дух, – местные чтут их как низших Богинь, а преступники, в чьё тело Хозяин вселил душу сирены, получают абсолютную амнистию.

О!

– Выходит, мы…

– Выдадим тебя за сирену, – подтвердила Сойран. – Скарлет умерла неподалёку от океана, её раны моментально затянулись и она воскресла с чужой душой, что вполне вписывается в обычное подселение сирен. Собственно, по этой причине местные казнят женщин на берегу океана, – немного подумав, добавила ведьма, – такое воскрешение считается великой честью и смывает позор со всего рода преступницы.

– Получается, у меня и впрямь неплохие шансы всё исправить, – приободрилась я.

– Конечно! – фыркнула Сойран, я…

Договорить дух не успел. Клетка неожиданно остановилась, и снаружи раздался взбудораженный мужской голос:

– Владыка Вольгард, леди Сольенна, ваша невеста жива! Целителям удалось её спасти!

ГЛАВА 3: Сердце на двоих

В конкурсе на самую дурацкую шутку гонец наверняка бы занял первое место. Благая весть прогремела раскатом грома, ошарашив не только меня, но и Сойран, и владыку. Каким-то образом я почувствовала эмоции дракона, и они были далеки от радостных.

– Этого. Не. Может. Быть, – чеканя каждое слово, просипел Вольгард.

Пламя в его голосе сменилось льдом. На месте гонца я бы добровольно закопалась под ближайшим деревом или спрыгнула с обрыва, но парень не сдавался.

– Владыка, понимаю, это звучит…

– Сола умирала на моих руках! – рявкнул дракон. – Я до последнего был рядом, слышал её последний вздох и своими глазами видел, как погасла метка пары!

От слов Вольгарда внутри всё заледенело. До этого момента я чувствовала лишь его ненависть и ярость, теперь меня выкручивало от боли и жгучей тоски, разрывающей его душу на части. Он не просто любил невесту… он не мог, не хотел жить без неё и готовился уйти следом.

– Дракон, потерявший пару, умирает, чтобы встретиться со своей половинкой в Паутине и вместе переродиться в другом мире, – едва слышно произнесла Сойран, – Вольгард готов был уйти вслед за Солой, но уже не сможет. Ваша связь не позволит…

– Наша связь – фикция! – воскликнула, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. Своими и… дракона. – Если Сольенна жива…

– Она не могла выжить! – в голосе Сойран проскользнули тревожные нотки. – Я видела её душу в Паутине! И Вольгард сразу бы почувствовал, что она жива. Связь пары НЕ ошибается!

– А Скарлет? – просипела, чувствуя, как горло сдавливает тисками. – Ты сказала, она некромант…

– Они обе мертвы, – перебил меня дух, – иначе я бы не сумела призвать тебя и сделать истинной парой владыки.

Слова ведьмы резанули по живому. Когда дракон ненавидел меня, было проще… Его ярость пугала до дрожи, заставляя сконцентрироваться на выживании. Я больше ни о чём не думала, жила одной целью, монотонно повторяя, что с остальным разберусь позже. А теперь… Чужие эмоции оглушали, сметая все аргументы, и я тонула в них, захлёбываясь его горем и болью.

– Это неправильно, – на глаза навернулись слёзы, – то, что мы делаем. Они…

Подобрать слова не получалось, слишком паршиво я себя чувствовала. Разбить чужую пару, лишить души Вольгарда и Сольенны шанса вновь обрести друг друга…

– На кону судьба мира, – отрезала Сойран, – истинные пары важны, но Сола проиграла свой бой, а потерять владыку мы не можем. Без него начнётся мятеж, империя захлебнётся в крови междоусобиц. Я уже молчу про монстров! Без Вольгарда орден не сможет дать отпор Повелителю и… – дух запнулся, сообразив, что и так сболтнул лишнего. – Ты рассуждаешь как человек, Лена, но счастье одной пары не равнозначно миллионам жизней.

Повозку неожиданно тряхнуло, мы снова поехали. На этот раз в гробовой тишине. Злополучный гонец наконец-то заткнулся, позволяя всем осмыслить услышанное.

Тайра молчала, я балансировала на грани истерики, а Вольгард не верил. Я чувствовала это каждой клеточкой своего тела и пока не знала, на счастье это или на беду.

– То, что не верит, это хорошо, – устало отозвалась Сойран, – не бросится сразу восстанавливать метки. Сможем выгадать время. Но его всё равно будет тянуть к Соле, несмотря на то, что в её теле теперь чужая душа.

– Понять бы ещё, чья, – вздохнула, – а те сирены… это не может быть одна из них?

– Я поговорю с Хозяином океана, – ответил дух, – и позже ещё раз наведаюсь в Паутину. Хоть и не чувствую души Скарлет в этом мире…

– Если она настолько могущественна, лучше перестраховаться, – кивнула, стукнувшись лбом о прутья клетки. Во время разговора я постоянно забывала о них.

– На это уйдёт больше суток, – продолжил дух, – пока нельзя оставлять тебя одну. Для начала нужно пройти испытание Тайры и убедиться, что ваша связь с Вольгардом вошла в полную силу.

– То, что я слышу его эмоции…

– Это очень странно, ты не должна их чувствовать, – задумчиво протянула Сойран, – но с этим и с новой душой Солы разберёмся позже, когда окажешься на свободе. Сейчас слушай и запоминай, мы почти приехали, времени на подготовку осталось в обрез.

Запоминать пришлось много. Дух тараторил без остановки, намереваясь за четверть часа впихнуть в меня все необходимые знания. Я чувствовала себя туристкой, впервые оказавшейся за границей и пытающейся сойти за местную, зная всего три слова на английском.

Оказалось, после перерождения сирены часто сохраняли воспоминания о прошлой жизни, но некоторые из них предпочитали забыть былую боль и начать всё с чистого листа. Таким девушкам Хозяин океана стирал личные воспоминания, зато оставлял знания о мире.

Чтобы не запутаться в показаниях, мы решили пойти по второму сценарию и по дороге в казематы Сойран вывалила на мою голову краткий, но весьма концентрированный курс по истории Сольвингарда. Если бы не спешка, я бы с огромным удовольствием послушала и даже засыпала духа вопросами, но время поджимало. Кроме названий королевств, имён правителей и местных законов, нужно было выучить ещё и несколько заклинаний.

Их мне предстояло активировать во время допроса. Самостоятельно, без помощи Сойран. Именно это пугало до дрожи. Я не понимала, что должна делать и как призывать магию. Да, что там, я даже не представляла, как эта магия выглядит и ощущается!

– Жить хочешь? – проникновенно уточнил дух, едва я провалила очередную попытку.

– Очень! – просипела, прижавшись лбом к ледяным прутьям. Они были зачарованными и блокировали магию, но, по словам Сойран, тренировки проходили в ментальном подпространстве и наручники с клеткой никак не могли повлиять на результат. Значит, дело только во мне…

– Колдуй! – в голосе духа проскользнуло раздражение.

Её злила моя магическая бестолковость, а я едва сдерживалась, чтобы не сорваться в крик и истерику. Тело ныло от усталости, руки и шея затекли из-за цепей, а голова раскалывалась от новой информации. О проблемах с Вольгардом и внезапно воскресшей Солой я старалась не думать, сосредоточившись на предстоящем допросе.

Как бы сказала Скарлетт из моего мира, об этом я подумаю завтра. Если выживу, конечно.

– Колдуй, кому сказала! – раздражённо поторопила Сойран. – Мы к крепости подъезжаем!

Сердце пропустило удар и, до боли прикусив губу, я сконцентрировалась на плетении. Его запомнила легко и сразу представила весь узор целиком, оставалось наполнить магией.

Понять бы ещё, что это такое…

– Энергия, сама жизнь, суть всего вокруг! – с отчаянием воскликнул дух. – Этот мир и вся Паутина, всё соткано из магии и осколков души Творца!

Наставник из Сойран был плохой, нет – ужасный. С таким же успехом она могла рассказывать начинающему художнику о том, что картина состоит из масла и холста, забыв упомянуть о таланте, времени и силах, которые на неё потратил мастер. О кисточках, с помощью которых он её писал, о мастихине, палитре, разбавителе, грунтовке…

– Пряхи всевеликие! – взвыл призрак. – Вспомни, как ты колдовала в своём мире! Во время выступления ты одним голосом могла очаровать тысячи людей! Откуда тогда черпала Силу?

Слова духа на миг ошарашили, но вместе с удивлением вспыхнул и огонёк понимания. Мой успех в опере был результатом титанических усилий и регулярных тренировок, я заслуженно гордилась безупречным колоратурным сопрано, и, утратив голос из-за болезни, словно лишилась части души. Но кроме вложенного труда было и ещё кое-что!

Выходя на сцену, я забывала обо всём, растворялась в музыке и пении, жила своей партией, наслаждаясь каждой секундой выступления. Голос был моей жизнью и… магией! С его помощью я будто колдовала, выписывая немыслимые колоратуры и сейчас, стоило представить, как я распеваюсь, сердце сорвалось в пляс, а по телу растеклось будоражащее тепло…

– О да-а-а, наконец-то! – вопль духа на миг оглушил, зато плетение, до этого висевшее передо мной безликим призраком, вспыхнуло золотыми искрами. – Пой, ведьма! Пой! Мы нашли источник твоей магии!

– Источник…

– Твой голос, – перебила Сойран, – я ошиблась. Думала, он лишь инструмент. Но именно в нём твоя сила и шанс на спасение!

– Именно поэтому ты его забрала? – не удержалась от колкости.

– Это была перестраховка, чтобы ты не ляпнула лишнего, – примирительно сообщил дух, – в камере верну. И приготовься, мы приехали.

По коже прошёл мороз, я была совершенно не готова к встрече с леди-инквизитором.

– У нас будет немного времени, чтобы ещё раз отработать активацию плетений и всё повторить, – заверила меня Сойран, – скорее всего, Тайра начнёт не с тебя, а с Солы.

– А мы… – запнулась, подбирая слова.

Очень хотелось хоть одним глазком увидеть истинную Вольгарда и то, как он отреагирует на её воскрешение при личной встрече. Это могло помочь в дальнейшем.

– Хорошая мысль, – задумчиво протянула Сойран, – да, тебе и впрямь будет полезно увидеть всё лично.

– И ты можешь это организовать? – уточнила с надеждой.

– Весь разговор показать не обещаю, но кое-что сможем подсмотреть! – усмехнулся дух.

ГЛАВА 4: Паучьими тропами

Через пятнадцать минут, штаб чёрных драконов (Лена)

Пронизывающий ветер скользнул по коже ледяными щупальцами, заставляя дрожать от сырости и холода. Едва мы добрались до штаба, погода испортилась за считанные минуты, хотя ранее предпосылок не было.

Всю дорогу мне в лицо светило закатное солнышко, а увернуться от его жарких поцелуев не позволяли цепи. Приходилось жмуриться и терпеть. Теперь же небо затянули чернильные тучи, а знойный летний ветерок сменился штормовыми порывами.

Лёгкое шёлковое платье не спасало, тело моментально сковало холодом. Я едва передвигалась, чувствуя, как мышцы постепенно деревенеют. Но и оставаться на одном месте не могла, нервно приплясывая в углу камеры и перекатываясь с носка на пятку.

Мои мучители в это время накладывали магическую защиту, чтобы не сбежала. Железные перчатки с меня, к счастью, сняли, заменив браслетами, а на ногу повесили тяжёлую цепь. Она была достаточно длинной и позволяла обойти всю камеру, но легче от этого не становилось.

– Дамьен, закрой окно, принеси одеяло и тёплый плащ, – услышав голос Вольгарда, я вздрогнула и поёжилась.

Тон мужчины был не теплее штормового ветра.

– Как прикажете, владыка. – Дракон тенью скользнул к противоположной стене.

Там, на высоте человеческого роста красовалась небольшая дыра, перекрытая шипованной решеткой. Сбежать через неё было нереально, зато сквозило нещадно.

Я не представляла, как эту конструкцию можно наглухо закрыть, но едва Дамьен прижал ладони к краям «окошка», сверху опустилось крепкое стекло.

– Надо же, какие технологии, – мысленно пробормотала, покосившись на Вольгарда.

С чем связан приступ внезапного милосердия, я не знала. По правде говоря, опасалась милости дракона сильнее гнева. Но всё же испытала чувство благодарности. Владыка мог унизить Скарлет, показать свою власть над ней и злорадствовать, но повел себя как мужчина. Не опустился до уровня той, кого так сильно ненавидел.

– Ты права, Скара не упустила бы возможности понаблюдать за чужими мучениями, – отозвалась Сойран, – а Вольгард живёт по законам чести. Он может казнить, но издеваться не станет.

– Ещё один плюс в карму дракона, – вздохнула, скользнув по его хмурому лицу растерянным взглядом.

Несмотря на обстоятельства знакомства, ненавидеть владыку не получалось. Особенно после того, как узнала правду. Скарлет и впрямь была чудовищем, я больше не пыталась оправдывать её, хотя поначалу надеялась, что всё не так безнадёжно. Увы.

Пока меня селили в казематы, Сойран показала ещё несколько фрагментов из её прошлого, сказала, что это поможет лучше понять Вольгарда.

Помогло. Теперь я ненавидела Скарлет намного больше. Коварство этой женщины было немыслимым, только мотивы до сих пор оставались загадкой.

Дух показал, КАК она подсыпала в бокалы родителей и сестры яд, но так и не рассказал, ЗАЧЕМ. Все мои вопросы о причинах убийства уходили в пустоту. Сойран их просто игнорировала, а я ломала голову, выстраивая невозможные теории и пытаясь докопаться до правды.

Не верю, что дело лишь в отказе Вольгарда! Есть что-то ещё, намного важнее.

– Ты права, владыка нужен был Скарлет и её Хозяину, – нехотя ответил дух, – но я не имею права рассказывать подробности. Прошлое тёмного близнеца и её мотивы – твоё испытание Силы, ты должна сама во всём разобраться.

Спросить что-либо или возмутиться я не успела. Дамьен принёс мужской дорожный плащ и плед.

– Я помогу, – сухо произнёс парень, едва я потянулась к вороху ткани негнущимися пальцами.

Дождавшись кивка, он накинул плащ на мои плечи, а плед положил на лежанку.

– Латиф, ты закончил? – Вольгард обратился к высокому светловолосому магу, занимавшемуся сигнализацией.

– Да, владыка, – сделав последний пас руками, маг осмотрел камеру и удовлетворённо кивнул, – я активировал все охранные заклинания, сбежать из камеры нереально, даже учитывая таланты леди Янгроу.

Последнюю фразу мужчина выплюнул с такой ненавистью, что захотелось вжаться в стену, а в мысли закрались смутные подозрения, что и он был неравнодушен к Соле.

– Латиф был тайно влюблён в неё, – отозвалась Сойран, – остерегайся его. Он очень опасен и далёк от благородства владыки.

Количество врагов росло не по дням, а по часам. К счастью, получив разрешение Вольгарда, блондин пулей покинул камеру, будто ему невыносимо было дышать со мной одним воздухом.

– Леди Тольеро скоро спустится к тебе, – владыка неожиданно шагнул ко мне, – ей ты не сможешь соврать или что-то утаить. Если признаешься во всём сейчас…

Дракон замолчал, окинув меня выжидающим взглядом. Сойран предупреждала, что по закону мне предложат чистосердечное и «мягкую» казнь путём повешения на берегу океана. Такой вариант меня совершенно не устраивал, поэтому отрицательно мотнула головой. Голос мне дух так и не вернул…

– Твоё право, – лицо дракона вновь перекосило от злости, и, не говоря больше ни слова, он ушёл, оставив меня наедине с холодом и скулящим ветром.

– Сойра-а-ан… – позвала, едва снаружи загремели тяжелые замки.

Клаустрофобией я не страдала, но оставаться в камере одна боялась до дрожи.

– Я здесь! – В углу над дверью неожиданно вспыхнул белый огонёк, и из него, как из кокона, выпорхнула хрупкая, похожая на фарфоровую куколку девушка с искрящейся как снег кожей и белоснежными волосами, переходящими в… паутину?!

– М-мамочки… – икнула, попятившись назад.

– Это я, – голосом Сойран объявило жуткое и одновременно прекрасное создание, – не бойся, подойди ближе.

– Зз-зачем?

– Ты же хотела взглянуть на встречу Вольгарда и Солы? – ведьма целиком вылезла из кокона и спрыгнула на пол. К счастью, ноги у неё оказались вполне человеческими, а не паучьими. – Я специально для тебя приняла обычный облик, – пояснила Сойран, – знаю, ты пауков боишься, а зря! Мы проводники Прях, между прочим!

– Мне это ни о чём не говорит, – просипела, зябко кутаясь в плащ, но ближе подошла. Любопытство оказалось сильнее страха.

– Ладно, к этому вернёмся чуть позже, – отмахнулся дух, растягивая передо мной белоснежную паутину, – смотри внимательно, связь может оборваться в любой момент. Я не знаю, как много нам позволят увидеть, – добавила, едва паутина пошла рябью, превращаясь в магический экран, отобразивший светлую, просторную спальню.

Богатое убранство, мягкие золотисто-бежевые тона и море цветов. Не умирающих букетов, а красивейших, полных жизни растений, выглядывающих из изящных горшочков. Комната Сольенны напоминала зачарованную оранжерею, поражая нежностью и воздушностью, но в этом райском очаровании прослеживались нотки фальши и фатализма. Я не могла понять, что именно не так, пока изображение не стало чётче, позволяя рассмотреть хозяйку спальни.

Тяжелое золото волос, крупными локонами обрамляющих кукольное личико, огромные аквамариновые глаза и пухлые, капризно надутые губки. Красивая, хрупкая, но… отталкивающая. Сола завораживала с первого взгляда, несмотря на темные круги под глазами, болезненную бледность и лихорадочный румянец на щеках. Но чем дольше я смотрела на неё, тем сильнее в душе разрасталась смутная тревога. Интуиция вовсю сигналила, что от этого ангелочка нужно держаться подальше.

– Она… неестественная, – задумчиво протянула, наблюдая за тем, как личико Солы постепенно меняется. Вернее, менялась только мимика, но уже через миг кукольный образ уступил место горделивой надменности. Только в глазах плескалась растерянность, словно девушка никак не могла определиться, какую маску лучше надеть.

– Это точно не Сольенна, – настороженно отозвался дух, – Вольгард не тот, кого можно поймать на пустую красоту и покорный нрав. Они с Солой были не только влюблёнными, но и напарниками по работе. Младшая леди Янгроу – боевой маг, она служила под его началом, наравне с драконами сражаясь с монстрами Изнанки. А это… эта…

Сойран не стала продолжать, но посыл я уловила.

– Ты говорила, что сиренами становятся обесчещенные девушки.

– Не только, но это всегда те, кому нечего терять, – поправила меня ведьма, – обречённые, чье будущее ужаснее смерти.

– Возможно, я не права, но… Сола не похожа на сирену, – задумчиво протянула, всматриваясь в слишком пластичное лицо красавицы. Она продолжала вслепую примерять маски, пользуясь тем, что в комнате никого не было, с каждой секундой приближаясь к тому образу, который описывала Сойран, – боль, которую переживают такие девушки ничем не скрыть. Она всё равно будет читаться во взгляде и жестах даже после стирания памяти. Будто клеймо.

– Ты очень внимательная, – неожиданно одобрил дух, – и мыслишь верно. Это не сирена, их души чисты, а эта грязная, запятнанная. С ней будут проблемы.

– А это точно не… – запнулась, боясь произносить имя своей предшественницы вслух. Словно она могла услышать и явиться на зов. Вот уж точно, «та, кого нельзя называть».

– Это не может быть Скарлет! – голос Сойран дрогнул, выдавая злость и негодование. – Я видела её душу в Паутине! Она умерла, разве что…

– Что?! – прохрипела, едва сдерживаясь, чтобы не схватить духа за грудки.

– Забудь, – ведьма качнула головой, – это точно не аура Скарлет, в ней нет ни капли её дикого огня.

Ответ духа не убедил, но продолжить я не успела. Двери распахнулись и в комнату вошли Вольгард, Тайра и невысокая рыжеволосая женщина в изумрудном платье с золотистой вышивкой на рукавах.

– Лайза Корелли, Верховная светлых целителей, – пояснила Сойран, – она пыталась спасти Солу, но даже её навыков не хватило, чтобы противостоять «Крови пустыни». От этой смертоносной мерзости нет противоядия, Лайза смогла только облегчить агонию.

От слов духа меня пробрал озноб. Каждый раз, когда речь заходила о преступлении Скарлет, к горлу подступала тошнота, я не представляла, ради чего можно пойти на такое! Но на сумасшедшую эта леди не тянула, её поступки были чётко выверенными, осознанными и она напролом шла к своей цели. Оставалось понять, чего добивалась старшая Янгроу и… могла ли воскреснуть ради этого, обманув даже Сойран?

Изображение неожиданно дрогнуло и сместилось. Теперь я не видела лица Солы, зато могла наблюдать за Вольгардом. Дракон не выглядел счастливым и держался настороженно, гипнотизируя взглядом выцветшую татуировку на руке самозванки. Стужи в его глазах хватило бы на полноценную метель.

– Он не верит, – облегчённо выдохнула, вспомнив, как мастерски незнакомка меняла лица.

В ней не было ни капли растерянности или страха. Даже без зеркала она понимала, что делает и какого эффекта хочет достичь, словно только и ждала попадания в новое тело.

– Можешь снова показать Солу? – уточнила, скользнув взглядом по лицу дракона.

Его сапфировые глаза потемнели и сейчас напоминали грозовые тучи. Казалось, я слышу вдали раскаты грома, а пространство наполняется ароматом грядущего ливня.

– Нет, не могу. Видение нестабильно из-за ярости океана, – покачала головой Сойран, – Хозяину не нравится эта душа, элементали недовольны, близится шторм. Если начну двигать паутину, нас вообще выкинет из подпространства.

Ответ духа больше запутал, чем помог, но суть я уловила. Интуиция меня не подвела: если Хозяин океана недоволен, то в теле Солы не сирена.

– Ты говорила, что Скарлет кому-то служит, её повелитель не мог заранее подготовить нужную душу?

– Проверим, – голос Сойран звенел от напряжения и сомнений. – Смотри внимательно, сейчас всё прояснится, – добавила, едва вперёд вышла целительница.

Слов не разобрать, но судя по ритмичным движениям рук и изумрудным огонькам, пляшущим на кончиках тонких пальцев, женщина колдовала.

– Она может вычислить, чья это душа? – оживилась я.

– Нет, только скажет, Сола это или нет, – ответил дух, – если ты не ошиблась и замену душ планировали заранее, самозванка будет до последнего притворяться воскресшей истинной.

Хм… логично! Учитывая изворотливость и коварство Скарлет, с неё станется завладеть телом сестры, чтобы добиться желаемого.

– А Тайра может вывести её на чистую воду? – я покосилась на ведьму.

Она стояла у окна, задумчиво теребя занавеску и наблюдая за бушующим океаном. На Солу она даже не смотрела, будто вместо неё было пустое место.

– Она пытается связаться с Хозяином, – пояснил дух, – хочет выяснить, имеет ли он к этому отношение.

– Стоп! – встрепенулась. – А ты на что рассчитывала, предлагая мне притвориться сиреной?

– Тебя он прикроет, – раздражённо бросила Сойран, – хватит уже во мне сомневаться!

Вместо ответа я выразительно кашлянула и перевела взгляд на Солу. Её внезапное воскрешение на фоне нашей с Вольгардом «истинности» лучше любых слов характеризовало способность духа к планированию.

– О-о-о… – Мой выпад паучиха проигнорировала. Целительница закончила колдовать и лже-Солу охватило сапфировое свечение. – Странно… – растерянно прошептал дух, – сканирование подтвердило, что это другая душа. Самозванка не стала притворяться.

– А образ Сольенны она зачем примеряла? – нахмурилась, вспомнив её недавнюю пантомиму.

– Не знаю, всё слишком странно, – Сойран тряхнула головой, словно хотела избавиться от ненужных мыслей, – пока одно хорошо. Дракона Вольгарда воротит от новой Солы, он хозяину даже подойти к ней не даёт. Видишь, как тень клубится?

Опустив взгляд, я едва сдержала удивлённый возглас. Тень владыки и впрямь разрослась на полкомнаты и теперь напоминала разъярённого дракона. Огромного, крылатого…

– А я…

– К тебе он не испытывал отвращения, – продолжил дух, – когда Тайра подтвердит, что ты сирена, это сыграет нам на руку.

Хоть одна хорошая новость.

– А Сола…

– Она проблема, – простонала Сойран, – первое время человеческую ипостась Вольгарда всё равно будет тянуть к ней, даже против воли дракона. Но чтобы…

Договорить дух не успел. Позади раздался звон бьющегося стекла и в камеру ворвался порывистый ветер, сминая наблюдательную паутину. А через миг моих ног коснулась ледяная волна.

Камера стремительно заполнялась водой…

ГЛАВА 5: Шёлковая лгунья

Мы с Сойран одновременно уставились на окно: из него вовсю хлестала вода. Учитывая небольшие размеры тюрьмы, минут за пять наберётся по колено, если не больше.

– Какого лешего?! – подхватив юбки, рванула к решётке.

Мокрый шёлк лип к ногам, как дохлая медуза, а проклятая цепь значительно затрудняла передвижение. И всё же хотелось понять, что происходит.

Пока драконы ставили защиту, мне удалось немного осмотреться. Я знала, что казематы расположены в скале над океаном, но и подумать не могла, что вода начнёт стремительно подниматься!

– Сойран! Как Дамьен призывал стекло?

Добравшись до окна, бегло оглядела его и тут же заметила одну странность. На раме не было осколков! Стекло вылетело целиком, разбившись уже в камере от удара о пол. Это совершенно не походило на случайность, и растерянность быстро сменилась ужасом.

– Положи ладони по бокам от решётки, там камни-активаторы, они работают от нажима, – отозвался дух. – Должна выскочить «запаска».

Новый порыв окатил меня с головы до ног, зато нужные камни я нашла с первого раза. Но… ничего не произошло. Я несколько раз нажала вхолостую, промокнув до нитки и едва не порезавшись о скользящие по полу осколки.

– Чёрт… – прошипела, срывая с плеч мокрый плащ и пытаясь запихать его в дыру, чтобы хоть немного уменьшить напор воды. – Сойран, можешь помочь?!

– Я пытаюсь! – голос духа вибрировал от негодования. – Гаррет, твою ж паутину! Отзовись, зараза ты глубоководная!

– Это Хозяин океана нас топит?! – опешила я.

– Нет! В смысле да, но не специально, – Сойран нервно мотнула головой, – это из-за лже-Солы. Сапфировый океан реагирует штормом на ярость Гаррета и гнев его элементалей.

Новая волна снесла старательно забитый между прутьями плащ, и вода полилась мощным потоком. Похоже, дело было не только в шторме.

– Начался магический прилив, – простонал дух, – Вольгард не зря приказал наглухо закрыть окно. Дело не только в холоде, стекло должно было защитить тебя.

– Его специально выбили? – перебила её, бегло осмотрев комнату.

– Очень похоже на это, – отозвался дух.

Воды набралось почти по колено, нужно срочно что-то делать! Самой высокой точкой оказался столик, но он был хлипким даже на вид, веса человека точно не выдержит. Подумав немного, осторожно погребла к кровати: если залезу на неё, выгадаю немного времени.

– Можешь наколдовать новое стекло?

– Нет, воды океана глушат мою Силу.

– А вернуть мне голос получится?

В душе теплилась надежда, что я ошиблась и это не Вольгард отдал приказ втихаря притопить меня, пока Тайра отвлеклась на лже-Солу.

– Минутку! – Сойран взмахнула руками, и на миг меня охватило серебристое сияние. – Готово!

– К-хе… – от неожиданности я закашлялась.

После вынужденного молчания голос возвращался рывками и поначалу звучал сипло, да и холод вносил свою лепту. Меня бил озноб, язык и губы казались деревянными, но мне удалось раскричаться.

– Помогите! – взвыла, забравшись на край постели и кутаясь в сухой плед. Помогало слабо, но самостоятельно снять мокрое до нитки платье не получалось из-за корсета. – Помогите!

В коридоре послышались гулкие шаги и, приободрившись, я закричала что есть мочи:

– Спасите! На помо…

– Кричи-кричи, дрянь. – Мой зов разбился о ледяной и полный ненависти мужской голос.

Я сразу узнала его по ядовитым ноткам.

Латиф… Тот самый дракон, что ставил защиту на камеру и, по словам паучихи, был тайно влюблён в Солу.

– Можешь голос сорвать, никто тебя не услышит и не поможет, тварь! – зло процедил маг. – Скоро камеру наполнит вода и ты захлебнёшься. Умрёшь в муках, как того и заслуживаешь! Не позволю владыке даровать тебе лёгкую смерть!

Ругательства комом застряли в горле, разбившись о короткий щелчок замка. Латиф наглухо закрыл смотровое окошко на дверях, лишая меня последнего шанса на спасение. Или…

Шальная мысль пришла внезапно, ворвавшись в камеру вместе с очередной ледяной волной. Сойран говорила, что мой источник магии в голосе, а его не сковать цепями! Рискну! Даже если ничего не получится, хоть умру с музыкой. В конце-то концов, сирена я или кто?

– Ты не сирена…

– Тихо! – рявкнула, сама поразившись внезапно вспыхнувшей ярости. – Не можешь помочь, хоть не мешай!

Злость на духа придала сил. Осточертели её недомолвки! На что рассчитывал Латиф и как собирался оправдать самосуд, я не понимала, но могла объяснить его мотивы аффектом и желанием отомстить за Солу. Зато реакция Хозяина океана не вписывалась ни в какие рамки.

Какое отношение он имел к истинной паре Вольгарда и почему впал в бешенство из-за самозванки? По словам Сойран, он обещал прикрыть меня перед Тайрой, и если это так, почему сейчас не отвечает на зов?

– Он и на твой не ответит! – вспылила паучиха.

Она по-прежнему слышала каждую мою мысль и сейчас это сыграло против неё.

– То есть ты знаешь, ПОЧЕМУ он в бешенстве? – сощурилась, уперев руки в бока. – Полагаю, даже имеешь к этому непосредственное отношение?

Последнее было случайной догадкой, но дух отшатнулся как от удара. Я попала в цель!

– Он не убьёт тебя, это не в его правилах, – затараторил дух, – но хочет меня проучить, вот и пугает, только…

Так, всё! С меня хватит!

– Как связаться с Хозяином?

– Повторяю, он тебе не ответит…

– Я – обречённая душа? – просипела, зло покосившись на растерянную Сойран. – Обречённая! Для перемещения в этот мир ты меня утопила? Утопила!

– Но…

– По вашим законам я имею полное право требовать встречи с Хозяином океана! – сбросив плед, несколько раз взмахнула руками, пытаясь раздышаться.

Невнятный бубнёж духа я уже не слушала, как и оправдания. Плевать, что она замышляла изначально. Затея с треском провалилась, и у меня оставались считаные минуты, чтобы испробовать другие варианты.

Умирать дважды за вечер я не собиралась. Это слишком, даже с моей удачей!

«Ужасной мести жаждет моё сердце!

Я беспощадна!

Я беспощадна… Жажду мести я!..»

Ария царицы ночи набатом гремела в ушах, подталкивая то ли к краю пропасти, то ли к спасению. Я понятия не имела, во что выльется эта затея, но противиться внезапному порыву не получалось, да и не хотелось. Фантомная музыка оглушала, укачивая на своих волнах. Как же давно я не пела…

Стоило закрыть глаза, и утопающая в ледяной воде кровать превратилась в сцену, а грубые каменные стены сменил зачарованный лес декораций. «Волшебная флейта» была моей страстью, а ария царицы – самой значимой и любимой ролью. Невероятно сложная и одновременно чарующая, она удивительно тонко описывала моё нынешнее положение и состояние.

Злодейка… чудовище… обречённая…

Первые аккорды прозвучали будто наяву, сметая холод и страх своими грозовыми переливами. И в груди словно взорвался фейерверк. Я пела, пела и пела… растворяясь в звонких колоратурах, вкладывая в арию всю душу и боль. Поднималась до небес на верхних нотах и падала в пропасть, ненадолго уступая фантомной музыке. Казалось, даже волны отвечают мне, а гроза за окном вторит пению фаготов, гобоев и валторн.

Стихия и музыка сплелись воедино, разрушая сковывающие меня цепи и пробуждая внутри нечто древнее, могущественное. Пугающее до дрожи, и в то же время родное…

– Стой! Останови… – отчаянный вопль Сойран захлестнуло ледяной волной, а многочисленные женские голоса за окном продолжили петь, едва я отвлеклась на духа.

Их хор звучал обманчиво мягко и нежно, но сквозящая в нём боль ни на миг не позволяла усомниться, кто именно пришёл на мой зов.

Сирены…

– Пой, ведьма, пой! – услышала бархатный мужской голос. Казалось, в нём переплелись шёпот прибоя и шелест осенней листвы. – Пой для меня, и я отвечу на твои вопросы, – вкрадчиво добавил незнакомец.

Не успела я моргнуть, как убогую, затопленную камеру сменил роскошный кабинет, а позади раздался разъярённый вопль Сойран. Паучиха осталась в темнице.

– Я не веду дела с такими, как она, – услышав тихий смех, я вздрогнула и резко обернулась, наткнувшись взглядом на потрясающе красивого мужчину.

Он сидел в кресле у камина, лениво поигрывая бокалом. Отблески пламени шёлком скользили по породистому лицу, оттеняя пронзительные черты незнакомца и неестественно яркий цвет его глаз. Они были похожи на расплавленный янтарь, пронизанный золотыми всполохами и зноем южного солнца.

– Вы…

– Тот, кого ты так настойчиво звала, – мужчина щелчком пальцев высушил моё платье и указал на второе кресло. Камин тут же полыхнул ярче, маня своим теплом, а на столик приземлился второй бокал, – Хозяин океана, или местная Смерть, если говорить на твоём языке. Но можешь называть меня просто Гаррет.

Мамочки…

– Ты хотела узнать правду о Шёлковой лгунье? – в янтарных глазах плеснулись шальные огни. – Я могу её открыть, но… готова ли ты это услышать? И чем собираешься платить за информацию?

Последняя фраза резанула слух, напомнив о Сойран. Я понимала, что паучиха завралась, и хотела узнать правду, но боялась ненароком ввязаться в очередную кабалу.

– Вы сказали, что цена ответов – моё пение, – напомнила Гаррету его же слова.

Обещать что-то сверху пока не спешила, в родном мире мой талант стоил дорого, а в этом к нему ещё и магия прилагалась. Возможно, смогу поторговаться.

– А ты внимательная. – По губам мужчины скользнула довольная улыбка. – И смелая, – добавил, указывая на второе кресло, – присаживайся. У нас не так много времени.

– Вы… собираетесь вернуть меня обратно? – поёжилась, вспомнив залитую ледяной водой камеру.

– Ты её и не покидала, – ошарашил Гаррет, – я призвал только душу, а за телом следит Сойран.

– Не слишком обнадёживает, – решив погреться хотя бы во сне, уселась в кресло и потянулась руками к огню. Ощущения оказались невероятно реальными! Кончики пальцев покалывало от приятного тепла, а мерный треск углей расслаблял и убаюкивал как колыбельная.

– Ты путаешь сон с ментальным путешествием, – усмехнулся Хозяин, заметив мой растерянный взгляд, – второе полностью реально. Всё, что с тобой случится в моей обители, отразится и на физическом теле.

– А если моё тело утонет? – нервно куснула губу.

Когда я начинала петь, воды в камере было по колено.

– Говорю же, за телом следит Сойран, – спокойно ответил Гаррет. В отличие от паучихи, его не злили вопросы, даже глупые. – Она слишком дорого заплатила за твой призыв и не допустит второй смерти, – продолжил, наполняя мой бокал, – угощайся. Это не вино, а эликсир фениксов, он поможет восстановить силы и не заболеть после… купания.

Переходить к причине потопа он не спешил, а я не знала, с чего начать и сколько вопросов могу задать.

– Благодарю, – взяв бокал, задумчиво покрутила его в руках.

Отчего-то вспомнилась легенда об Аиде и Персефоне. Богиня плодородия вынуждена была остаться в подземном мире, съев всего одно зёрнышко граната…

– Не в моих правилах удерживать женщин силой. Тем более с помощью еды, – смех Гаррета напомнил о проклятой телепатии. Похоже, не только Сойран могла читать мои мысли. – Хотя в другой раз я бы послушал пару легенд из вашего мира.

– В другой раз? – уточнила, сделав небольшой глоток эликсира.

По цвету я бы никогда не отличила его от вина, но внешность оказалась обманчивой. Напиток пах розами и лавандой, оставляя на языке мягкое, сладковато-терпкое послевкусие с нотками мёда и специй, а ещё великолепно согревал и бодрил. Туман в голове моментально рассеялся.

– Это не последняя наша встреча, – ответил Гаррет, – за каждый вопрос будешь должна мне песню.

На первый взгляд условия были шикарными. Ради правды я готова была петь до хрипоты, но не могла отделаться от мысли, что всё не так просто. Поэтому решила не сорить вопросами, выяснив только главное.

– Вы сказали, что не ведёте дела с такими, как Сойран, и назвали её шёлковой лгуньей, – перешла к делу, – получается, она врала мне? Все её слова о Великих душах, долге перед миром, истинной паре…

– Тш-ш-ш… – Гаррет тихонько рассмеялся, приложив палец к губам, – не все нюансы в одном вопросе, пожалуйста.

Эх… Такой манёвр провалился.

– В переводе с языка Прях Сой`о`раан означает Шёлковая лгунья, – пояснил Хозяин, – так что это не прозвище и не оскорбление, а её настоящее имя. Пряхи сами дают имена особо отличившимся служителям, таким образом выделяя их таланты.

– И талант Сойран во лжи? – скривилась я.

– Скорее, в умении обманывать без обмана, – поправил меня Гаррет, – фактически Сойран не умеет врать, но мастерски недоговаривает и играет на чужих эмоциях. Всё, что она сказала тебе о Скарлет – чистая правда, только умолчала, что Сола не должна была стать парой Вольгарда. Да и в том, что наш мир оказался на краю пропасти, виновата в первую очередь сама Сойран.

В янтарных глазах плеснулись ярость и боль, я уже видела похожую смесь

– Сола – предназначалась вам? – догадалась я.

– Я ждал её девятьсот лет, – на лицо Хозяина набежала тень, – мой контракт с Пряхами давно закончился и продлевать его я не собирался, хотел вернуться в верхний мир и прожить обычную, смертную жизнь с той, что предначертана мне Судьбой.

– А как же… – осеклась, подбирая слова, – вы же Смерть… ваша работа…

– Я давно нашёл преемника, – пояснил Гаррет, – но вмешалась Сойран. Из-за неё мне пришлось задержаться и Сола, не встретив в срок истинного, влюбилась в Вольгарда, – в голосе мужчины проскользнули стальные нотки, – но с простой влюблённостью несложно разобраться, а вот со связью пары…

– Как она это провернула?! Разве это законно?

– Сойран подкинула Соле книгу с описанием старинного ритуала изменения судьбы, – продолжил Гаррет, – она считала все варианты будущего Сольенны и решила, что у неё прекрасные шансы задержать Вольгарда в этом мире.

– А разве он собирался его покинуть?

– Чёрные драконы – наёмники, – ответил Гаррет, подливая мне эликсира, – их призвал Совет, чтобы разобраться с монстрами. Но после решил изменить условия и обмануть их. Вольгарду это, разумеется, не понравилось.

Вот же ж… что Совет, что Сойран… одна паутина!

– Очень тонко подмечено, – усмехнулся Хозяин, – и Высшие маги, и лгунья любят всё контролировать и ставить союзников в безвыходное положение, заставляя соглашаться на любые условия.

– Подожди! – от шока я забылась, перейдя со Смертью на ты. – Выходит, Сойран могла подарить мне другое тело?

– Нет, не могла. Но были варианты обставить появление Великой души иначе, не доводя дело до тюрьмы, – уклончиво ответил Гаррет, – только Лгунье требовалось твоё отчаяние, чтобы навязать контракт на своих условиях.

Да уж, знай я раньше, что мир на краю гибели именно из-за выходок Сойран, разговор проходил бы в совершенно другом ключе.

– А Сола…

– Да и с ней она поступила так же, – янтарные глаза мужчины потемнели от гнева, став практически чёрными, – у Сольенны чистая душа, но слишком порывистый и мечтательный характер. Когда ей было десять, Оракул предсказал, что она встретит истинного на берегу океана в ночь Янтарной луны. – Гаррет закатал рукав рубашки, демонстрируя простой серебряный браслет, украшенный подвесками в виде небольших колечек. – В течение одиннадцати лет она приходила в эту ночь к океану, принося с собой ритуальный браслет и оставляя в храме Волн. Просила меня и сирен оберегать её пару…

По губам Хозяина скользнула горькая улыбка, и от сквозящей в ней боли перехватило дыхание. Их с Солой история обещала превратиться в прекрасную сказку, если бы не одна вездесущая гадина.

– Выходит, Сойран… обставила всё так, что в ту судьбоносную ночь Сольенна встретила на берегу владыку и приняла за предсказанного истинного?

– Вольгард некромант, и Сапфировый океан для таких, как он, главный источник силы, – кивнул Гаррет. – Перед закатом Лгунья организовала небольшой прорыв Завесы и выпустила чудовищ. Их ликвидировали быстро и обошлось без жертв, но владыка потратил магию и вынужден был прийти к источнику, а меня задержали дела. – Пальцы мужчины скользнули по браслету и колечки зазвенели серебряными колокольчиками, оплакивая утерянный шанс.

Только сейчас я рассмотрела, что подвески – уменьшенные браслеты. Гаррет трепетно хранил все дары любимой, не расставаясь с ними.

– Я опоздал всего на пять минут, но… этого хватило, чтобы Сола увидела на берегу Вольгарда и безнадёжно влюбилась, – на лицо мужчины набежала тень.

Его самоконтролю впору позавидовать, но на контрасте с подчёркнутым спокойствием пронзительная горечь в его взгляде и улыбках играла новыми красками. Я не представляла, как он держался…

– А владыка? – голос прозвучал неожиданно сипло.

Рассказ Гаррета зацепил меня за живое, и с каждой секундой злость на Сойран становилась всё сильнее, выжигая душу дотла.

– Вольгард не заметил её и ушёл, – продолжил Хозяин, – Сола последовала за ним, а я… привязан к океану и не могу отойти от него дальше, чем на полсотни метров.

– Почему вы не встретились раньше?

– Янтарное полнолуние – единственная ночь в году, когда я могу покинуть обитель и приблизиться к живым, не рискуя уничтожить их своей аурой, – пояснил Гаррет, – но Сола наполовину феникс. Огненные леди могут почувствовать пару только после второго совершеннолетия.

– И оно наступает в двадцать один год?

– До этого момента я не рисковал показываться ей, – кивнул Гаррет, – неинициированные фениксы нестабильны, моя аура могла навредить ей, несмотря на магию Янтарной ночи.

От слов мужчины пробрал озноб. В моём мире не было истинных пар, и вначале я приняла эту связь за аналог супружества, но…

– Истинная пара – это не просто избранница, но и часть души, твоё сердце, магия и смысл жизни, – пояснил Гаррет, услышав отголоски моих мыслей, – это высшая награда и счастье. Дар Богов…

– Тогда как вышло, что Сойран смогла подделать связь Солы и Вольгарда? И наша с ним связь…

– Ваша связь пустая. – Хозяин неожиданно наклонился ко мне и взял за руку, оголяя запястье.

От его прикосновений кожа вмиг покрылась мурашками и по телу словно прошёл крохотный разряд, леденящий и одновременно обжигающий. Казалось, аура мужчины вобрала в себя холод морских глубин, вулканическое пламя и раскаты летних гроз…

– Татуировка не светится, – продолжил Гаррет, пальцами очертив край узора, – только когда вы с Вольгардом полюбите друг друга сами, без чужой магии, она наполнится серебряным сиянием и войдёт в полную силу. Лишь тогда вы станете настоящей парой.

– То есть никогда, – я вздохнула, – думаю, после всего, что натворила Сойран, это невозможно…

– Ты себя недооцениваешь. – Хозяин вновь отстранился, подливая в мой бокал эликсир, но пить больше не хотелось.

– А Сола… – запнулась. Я не знала, имею ли право спрашивать и сколько придётся заплатить за эту информацию. Наверное, я наговорила уже на десяток полноценных концертов для Гаррета, но желание докопаться до правды оказалось сильнее. – Их с Вольгардом татуировки тоже были пустыми? Или…

– Сольенна никогда не опустилась бы до приворота, – Хозяин сразу понял, к чему я веду. – Когда татуировки пары не проявились, она решила, что проблема в её Даре и недавнем ранении. Помогая залатать разрыв Завесы, она едва не выжгла Искру.

– И как это могло повлиять на парность?

– Для магов Искра – душа и суть, – ответил Гаррет, – потеряв её, невозможно почувствовать зов пары. Поэтому Сола решилась на древний ритуал изменения судьбы. Благодаря вмешательству Сойран Пряхи согласились, но с одним условием: Вольгард должен полюбить её без меток и привязки пары. Только тогда на их руках проявятся татуировки.

Голос Хозяина стал глухим и бесцветным, ему тяжело давался разговор, но в отличие от Сойран он не пытался что-либо утаить. Это подкупало и безумно хотелось ему помочь… Только последняя фраза заставляла в который раз сожалеть о договоре с паучихой. Если Вольгард действительно всем сердцем полюбил Солу, наша связь обречена навеки остаться «пустой».

Впрочем, даже в таком виде она должна спасти владыку от гибели и безумия, а значит, свою часть сделки я все равно выполню. И, кстати…

– А вы…

– Смерть не может умереть, – заботливо напомнил Гаррет, – как бы мне этого ни хотелось. Благодаря Сойран я вынужден задержаться на посту.

– Вы говорили, что ваша аура способна убить живое существо, – припомнила, – почему тогда я свободно говорю с вами?

– Ты недавно утонула и потребовала права стать моей сиреной, – пояснил Гаррет, – я принял твой зов и фактически взял тебя под опеку.

Не удержавшись, я нервно хихикнула. Смерть-опекун – это сильно! Но учитывая вмешательство Сойран, помощь Гаррета – мой единственный шанс выжить.

– Сойран слишком… Ткач, – неожиданно добавил Хозяин, – она прядёт свою паутину, играя судьбами смертных. Её волнует только равновесие и сохранность этого мира, судьбы отдельных людей не важны. Она легко приносит их в жертву, если это поможет уберечь Сольвингард от глобальных катастроф.

– Это… чудовищно! – прошептала, с силой сжав ножку бокала.

– С точки зрения смертных – да, но среди Ткачей она лучшая, – покачал головой Гаррет, – вернее, была. Пока её действия не стали предсказуемы даже для врагов.

О!

– Значит, душа, вселившаяся в тело Солы…

– Твой главный враг, – Гаррет незаметно кивнул, подтверждая худшие догадки, – большего сказать, увы, не могу.

– Но почему Сойран отрицает…

– Тш-ш-ш, – мужчина укоризненно покачал головой, – ты меня не слышишь и просишь невозможного.

– Простите, – смутилась, – я всё поняла. Буду осторожна.

– Не оставайся с новой Солой наедине, – посоветовал Гаррет, – и верь себе больше, чем кому-либо. Твоя магия уникальна и сама подскажет лучшее решение.

– А Тайра? – встрепенулась, вспомнив о плане с сиренами. – Сойран говорила…

– Я слышал, – скривился Гаррет, – только она не посчитала нужным заручиться моим согласием.

Прекрасно… и вполне в духе паучихи.

– Ты мне нравишься, – по губам Хозяина неожиданно скользнула лукавая улыбка, – я подыграю. Но взамен выполнишь три задания наравне с настоящими сиренами, – заметив мой настороженный взгляд, он пояснил: – Ничего сложного, поможешь трём чистым душам, чья судьба связана с морем. Сроки неограниченные, но я бы посоветовал не затягивать с добрыми делами, это позволит тебе быстрее разобраться с Даром и стать сильнее.

Последнее слово он произнёс с нажимом, чётко давая понять, что и сам не останется в стороне. Похоже, мне только что предложили защиту на правах самопровозглашённой сирены.

Соглашаться было страшно, но после всего услышанного я прекрасно осознавала, что одна не справлюсь. Только кое-что настораживало.

– Вам не кажется, что я получаю от этой сделки намного больше, чем вы?

– Сойран ошиблась, душа Солы не попала в Паутину, – не стал лукавить Хозяин, – я хочу выяснить, где она и что происходит на самом деле, но не могу покинуть Обитель душ. Если ты согласишься стать моими глазами…

Гаррет замолчал, давая мне возможность переварить услышанное. С одной стороны, страшновато. Я в этом мире меньше суток, а приключений заработала на десять жизней. Но в то же время отказывать Хозяину не хотелось. Меня зацепила его история, да и сильный союзник лишним не будет. Тем более Сойран теперь доверия нет.

– Я согласна, – поддавшись неведомому импульсу, протянула Гаррету руку.

– Прекрасно, за мной должок, – в янтарных глазах вспыхнули солнечные искорки, а мою ладонь сжали горячие пальцы, скрепляя договор рукопожатием.

Простой жест, всего лишь дань вежливости, но именно это касание подтвердило чистоту его намерений лучше любых слов. Я на миг почувствовала его эмоции как свои собственные и невольно вспомнила слова о том, что мой Дар – лучший советчик.

– У фэйри невероятная интуиция, – пояснил Гаррет, – а прикосновения – лучший способ считать чужую душу. Будь осторожна и, пока не научишься ставить ментальные щиты, носи перчатки из кожи василиска.

Только я хотела уточнить, где б их взять, как на мои колени приземлилась белоснежная пара. Короткие, чуть выше запястья, и невероятно элегантные, украшенные на манжетах крохотными жемчужинками и замысловатой вышивкой.

– Спрячь в карман юбки, когда очнёшься, они останутся при тебе, – пояснил Гаррет. – Кстати, приготовься, – добавил, едва я выполнила указание.

– К чему?

– К возвращению. Здесь время течёт иначе, в верхнем мире прошло всего несколько минут, но тебе всё равно пора.

Подмигнув мне, он начертил в воздухе какой-то знак, и я с воплем рухнула в «кроличью дыру», как Алиса из известной сказки.

– Будь всегда начеку и не забудь о перчатках! – донеслось вдогонку, и в голове будто разорвался фейерверк.

Перед глазами заплясали цветные пятна, грудь ритмично сдавило, словно кто-то отрабатывал на мне навыки сердечно-лёгочной реанимации, а через миг моих губ коснулись чужие. Обжигающе горячие, пахнущие кофе, грозой и шоколадом.

– К-ха! – тело пронзило крохотными иголочками, а голова пошла кругом.

Одно прикосновение пробудило внутри настоящий ураган, но… это было лишь начало. Ведь распахнув глаза, я наткнулась на штормовой взгляд Вольгарда.

ГЛАВА 6: Печать порока

Владыка меня… целовал. Вернее, не целовал, а спасал, делая искусственное дыхание. Но на его прикосновения тело реагировало неправильно, а татуировка на руке раскалилась до предела.

Какого лешего?! Гаррет сказал, что знаки пары пустые!

От одной мысли, что плетения Сойран могут влиять на мои чувства, в душе вспыхнул пожар. Нет, так дело не пойдёт! Если мы с Вольгардом когда-нибудь и сблизимся, то точно без навязчивого магического вмешательства и помощи одной вездесущей паучихи.

Словно услышав последнюю мысль, владыка неожиданно отстранился и обхватил меня за плечи, помогая подняться. А затем заклинанием высушил платье, которое снова намокло до нитки, и накинул мне на плечи свой плащ. Что произошло, пока моя душа гостила у Смерти, я не знала. Похоже, я «слегка» утонула и наглоталась воды, хотя Гаррет уверял, что Сойран справится и с моим телом ничего не случится. Ну-ну…

– Тайра, где целитель?

Голос дракона вибрировал от напряжения. Ненависти я больше не чувствовала, но на всякий случай отступила на пару шагов.

Это не укрылось от владыки, как и попытка наглухо закутаться в плащ. Новой одежды мне никто не предлагал, а платье Скарлет было слишком вызывающим и подчёркивало каждый изгиб. До недавнего времени я не думала об этом, сосредоточившись на выживании, но сейчас стало неловко.

– За лекарем послали, – ведьма подошла ближе, окинув меня цепким взглядом, – всё же я не ошиблась… сирена!

– Я больше не чувствую ауры Скарлет, – задумчиво протянул Вольгард, – и метка Хозяина океана снимает с неё подозрения в убийстве. Но она совсем не похожа на дочерей Волн.

– Бедняжка не в себе, – покачала головой ведьма.

О! Если бы Тайра знала, насколько я НЕ в себе! Не в своём теле, мире, жизни…

– Посмотри на неё, – продолжила колдунья, – ведёт себя заторможенно, смотрит в одну точку, до сих пор ни слова не сказала. Скорее всего, её контузило после воскрешения.

Похоже, они не знали, кто именно пел, и списали незапланированный концерт на других сирен, а я не спешила раскрывать карты. Чем меньше людей знает, что моя сила в голосе, тем меньше шансов его лишиться.

Не хотелось, чтобы к кандалам присоединился кляп или антимагический намордник.

– Настоящая леди Скарлет упала с обрыва, – заботливо напомнил Дамьен, – множественные переломы, сотрясение… Такое бесследно не проходит, даже если её лечил сам Хозяин океана.

– Если она сирена, то почему едва не утонула? – вякнул кто-то из коридора. Лица умника я не видела, но голос запомнила и взяла на заметку. – И почему Хозяин пытался избавиться от неё? Шторм…

– Возвращение сирены на берег всегда сопровождается штормом, и после воскрешения морские леди теряют часть способностей, в том числе и возможность дышать под водой, – неожиданно вступился Вольгард, – вопрос в другом: почему камеру затопило?

Сейчас в темнице было почти сухо, если не считать промокшую насквозь кровать и единичные лужи. Это наталкивало на мысль, что комнату сушили не магией, а как-то возобновили естественный слив.

– Перед уходом я наглухо закрыл окно, как вы и приказали! – шустро отрапортовал Дамьен. – Стекло и рама усилены магией, они выдерживали и не такие шторма… – паренёк умолк, – разве что леди сама открыла его.

В камере повисла гнетущая тишина и на меня уставились три пары глаз. Идеальный шанс наябедничать на Латифа!

– К-хе… – вместо слов из горла снова вырвался сиплый кашель.

Я было собралась по привычке проклясть Сойран, что та снова отобрала у меня голос, но вторая попытка разговориться оказалась удачнее.

– Н-не я, – мотнула головой для убедительности и ткнула пальцем в окно, – стекло само выпало и сразу полилась вода.

Вольгард нахмурился и подошёл к окну, внимательно осматривая его, а из коридора послышались недоумённые перешёптывания.

– На раме нет осколков. – Владыка опустился на корточки, изучая валяющиеся на полу стёкла. – Кто-то нажал на рычаг, активирующий замену стекла, и снял с него магическую защиту, а затем заблокировал экстренный спуск воды.

Половины сказанного я не поняла, но догадки насчёт слива подтвердились. А рычаг, о котором шла речь, скорее всего, находился на посту охраны. Значит, диверсия с моей стороны исключалась. Уже легче!

Однако я переживала, что Латиф подставит меня, исказит события и вывернет всё так, будто я нарочно разбила окно и впустила воду… ну, чтобы намокнуть, заболеть, перевестись в лазарет и оттуда сбежать.

– Я звала на помощь, – пробормотала, прислушиваясь к Дару и отслеживая реакцию Вольгарда.

– И тебя никто не услышал? – Дракон был мрачен и напряжён, но неприязни я больше не ощущала, как и недоверия.

Зато из коридора послышались возмущённые возгласы.

Владыка пресёк их с одного взгляда, ему даже не пришлось ничего говорить. Хватило лёгкого движения брови. Вот это я понимаю, авторитет!

– Светловолосый стражник, который был с вами в прошлый раз, – я не помнила, называл ли дракон Латифа по имени или его мне сообщила Сойран, поэтому решила не рисковать, – он сказал, что я не заслуживаю лёгкой смерти и захлопнул окошко на двери.

– Бред! – снова вспылил коридорный умник. – Врёт она всё! И Хозяину этому веры нет! Он…

Остаток фразы утонул в ругани, а затем послышался глухой удар и звук падающего тела. Видимо, местные очень уважали Гаррета и, выразив сомнение в его Силе, можно было лишиться зубов.

– Рагнар! – рявкнул владыка. – Дир кхаар сег ардан!

В коридоре повисла тишина, а я мысленно повторила фразу, надеясь, что память Скарлет как-то среагирует на неё. Увы…

Сойран тоже не отозвалась, и это насторожило. После возвращения от Смерти я ни разу не слышала её. В то, что паучиху затянуло в слив, я не верила, скорее кто-то блокировал её магией. Неужели Гаррет подсобил?

– Дамьен, Рамиро, немедленно найдите Латифа и проверьте пульт управления артефактами, – приказал владыка, а затем подошёл ближе и сделал то, чего я совершенно не ожидала.

Опустился передо мной на одно колено и начал осторожно снимать кандалы.

На миг его пальцы коснулись обнажённой кожи лодыжки. Это произошло случайно, без какого-либо подтекста, но меня бросило в жар, а тело вновь прошибло сотней крохотных разрядов. Я едва сдержалась, чтобы не отпрыгнуть, по уши замотавшись в плащ.

Столь яркая реакция на дракона совершенно не радовала, впору просить у Гаррета успокоительных настоек! Но пока я убеждала себя, что это от усталости или реакция на бодрящее зелье. Возможно, знаменитый эликсир фениксов не только бодрил, но и слегка пьянил или повышал чувствительность? А я всё-таки два бокала опрокинула, да ещё и на голодный желудок!

– Тайра, телепортируй леди-сирену в лазарет и выясни, куда запропастился целитель.

Закончив с цепью, Вольгард занялся моими запястьями.

Избавиться от кандалов очень хотелось, но близость владыки с каждой секундой напрягала всё сильнее. Пришлось отвести взгляд, мысленно представив на его месте вначале жабу, затем Латифа.

Помогало слабо. К счастью, дракон справился быстро и сам отступил назад, передавая меня ведьме. Но не успела та исполнить приказ, как из коридора вновь донёсся шум и топот.

– Владыка Вольгард! – в камеру ворвался молодой посыльный. – На командире Латифе проступила Печать грешника! Мы задержали его при попытке скрыться из штаба порталом.

О чём речь я не знала, но сам факт, что подлая гадина не сумела скрыться с места преступления, определённо порадовал!

– Печать? Вы уверены?

На лицо дракона набежала тень, а среди стражей вновь прошла волна перешёптываний. Я отчётливо услышала слово «Хозяин», наверное, и здесь не обошлось без вмешательства Гаррета.

– Абсолютно! – воскликнул гонец. – От него разит болотной тиной, а там, где он прошёл, остаются лужи с гнилой водой. Командир весь коридор залил, пока бежал к портальной платформе!

– Это ничего не доказывает! – вновь вспылил неугомонный стражник. Его лица я по-прежнему не видела, но судя по рвению, с которым он защищал Латифа, они были братьями или близкими товарищами. – Ведьма могла подставить капитана!

– Печати Хозяина океана невозможно подделать! – в глазах Дамьена вспыхнул праведный гнев.

– Пустые суеверия! – зло выплюнул мужчина.

– Талиф, тот факт, что вы с братом недавно перевелись в Ярваннский штаб и ещё не сталкивались с магией Хозяина, не оправдывает подобного невежества. – Вольгард был спокоен, но от металлических ноток в его голосе пробирал озноб.

А ещё вспомнилась краткая лекция Сойран.

Паучиха упоминала, что Ярванна находится в зоне мощных магических аномалий и живёт по своим законам. Видимо, приезжим это сложно понять и подобные стычки здесь не редкость.

– Даже если Латиф не имеет отношения к произошедшему в камере, он самовольно оставил пост, – продолжил Вольгард, – мне напомнить, что полагается за дезертирство?

На этот раз Талиф промолчал, но чувствовалась его ярость и ненависть. Он не верил в метки Хозяина и считал, что в случившемся виновата именно я.

Количество моих врагов росло как на дрожжах.

– Леди, – Тайра приблизилась незаметно, мягко коснувшись ладонью моего плеча, – пойдёмте, здесь без нас разберутся.

Я едва сдержала разочарованный вздох. Очень хотелось узнать, чем всё закончится и накажут ли Латифа, но в любом случае услышанное наталкивало на грустные мысли.

Метка Хозяина не гарантировала мне абсолютную амнистию и защиту. Если в штабе среди подчинённых Вольгарда нашлось двое «неверующих», то сколько их будет в городе? Где гарантия, что меня не забьют камнями, едва выйду из темницы?

– Пойдёмте, – Тайра расценила моё молчание как ступор и, подхватив под локоть, потянула к порталу.

Миг! И нас охватило ослепительным сиянием, а пол под ногами качнулся как палуба корабля. От неожиданности я чуть не упала, но Тайра подстраховала. Она ловко придержала меня, словно невзначай коснувшись обнажившегося запястья.

По телу прошлась ледяная волна. С ужасом вспомнив наставления Сойран, я призвала магию и активировала заранее подготовленный щит. С перепугу всё получилось с первого раза. Надеюсь, вовремя.

Тайра на мои манипуляции никак не отреагировала, зато кожу больше не покалывало ледяными иголочками. Я сочла это хорошим знаком, но пожалела, что не успела надеть подаренные Гарретом перчатки.

– Где мы? – спросила, как только развеялись магические всполохи.

Просторная комната, залитая мягким сиянием свечей. Возле добротного дубового стола – два кресла, в углу больничная кушетка. Из необычного только вереница шкафчиков и полочек, доверху забитых странными светящимися камушками, мешочками и склянками.

– В лазарете, – пояснила Тайра, – я приготовлю горячий чай и позову лекаря. Не знаю, куда он запропастился…

– Я в порядке, не стоит беспокоиться, – несмело отозвалась и тут же покраснела до ушей.

Мой желудок устал от голодовки и выдал оглушительную руладу.

– Ох… как неловко получилось! – вместе со мной смутилась и Тайра. – Я прикажу принести еду.

Достав из кармана нечто похожее на небольшую пудреницу, ведьма принялась набирать сообщение. С каждой минутой этот мир удивлял всё сильнее, я и подумать не могла, что здесь существуют подобные технологии!

Интересно, а интернет здесь есть? Или хотя бы его аналог? Я бы не отказалась полистать местную Википедию!

– Лекарь скоро прибудет, ужин принесут через пятнадцать минут, – сообщила Тайра, вновь убирая загадочное устройство в карман, – а пока давайте поговорим.

– Вы… объясните, в чём меня обвиняют? – с надеждой протянула, как учила Сойран.

В том, что к встрече с ведьмой паучиха подготовила меня на совесть, сомнений не было. Моё скорое освобождение было в её интересах, поэтому я решила не отклоняться от первоначального плана.

– Разумеется, – кивнула Тайра, – но сначала ты ответишь на несколько вопросов.

ГЛАВА 7: Имя, сестра! Имя!

– Постараюсь, – прошептала, изображая смятение.

Сойран почти ничего не рассказала о мире, в который я попала, но чтобы прикинуться сиреной с амнезией должно хватить. Особенно вкупе с меткой Хозяина.

– Ох, не волнуйся так, милая, – Тайра решила сыграть в «доброго полицейского» и, подойдя ближе, вновь взяла меня за руки. – Понимаю, тебе сейчас нелегко, но вопросы будут совсем простые!

От ведьмы фонило радушием, зато кончики пальцев уже покалывало от чужой магии. Меня снова проверяли.

– Я почти ничего не помню, – сокрушённо прошептала, вспоминая уроки по актёрскому мастерству.

В опере ценилась экспрессия, нас намеренно учили «переигрывать», но тогдашняя дива так прониклась моим пением, что по секрету посоветовала освоить и «тихие» эмоции. Они больше подходили для фильмов, где лицо актёра показывают крупным планом и можно рассмотреть каждую слезинку, но помогали глубже понять характер и душевные терзания героя.

Сейчас эти навыки давали колоссальное преимущество. Я мастерски владела лицом и не сомневалась, что выгляжу жалко и потерянно. А в сочетании с огромными глазищами Скарлет, впору играть котика из популярного мультика*.

– При перерождении некоторые теряют память, – сочувственно улыбнулась Тайра, – но, возможно, тебе удастся что-нибудь вспомнить?

Я смущённо улыбнулась в ответ. Ведьма мастерски сочетала технику классического допроса с элементами гипноза и даже без магии умела многое. А уж с поправкой на телепатию… Да, с ней всё время нужно быть начеку, но я не теряла надежды, что Тайра станет союзником, а не врагом.

– Ты помнишь, как тебя зовут?

Первый же вопрос оказался с подвохом.

Даже в моём мире по имени можно было многое сказать о человеке – национальность, происхождение, иногда определить вероисповедание и возраст, если родители малыша следовали переменчивой моде.

А здесь, в магическом мире имя наверняка связано с расой, вассальной принадлежностью, какими-то колдовскими особенностями… Нет, называть его точно нельзя. Но можно попытаться разговорить Тайру.

– Але… Алье… – склонять имя Лена на фэнтезийный лад было сложно, обращение «Елена» я не любила, поэтому начала с Алёны.

– Алексис? – подсказала ведьма.

– Н-нет, – соглашаться на первое попавшееся имя точно не стоило, это могло быть ловушкой.

– Альетта?

Я нахмурилась, словно пытаясь вспомнить, а затем мотнула головой. Вариант Тайры по ритму и звучанию напоминал полное имя Солы. Скорее всего, такие имена дают только аристократам, лучше выбрать вариант попроще.

– Алетария? Альейрис? – не сдавалась Тайра.

Похоже, отмолчаться, сославшись на контузию, не получится. Леди-инквизитор к полумерам не привыкла, если не придумает мне имя сейчас, позже придёт со словарём имён.

– Алиенне? – интуиция неожиданно встрепенулась. Этот вариант мне нравился, хоть и звучал немного заковыристо.

– Альена, – повторила, слегка изменив имя. – Кажется… так!

Глаза Тайры вмиг стали круглыми как блюдца, от удивления она даже мои руки отпустила.

Молодец Лена, выпендрилась! Не приведи господи, сейчас выяснится, что так звали какую-то местную и недавно почившую королеву!

– Альена, – словно в трансе повторила ведьма, и мои ладони охватило сапфировое сияние. – Надо же… – шок в её глазах сменился искренним сочувствием, – ошибка исключена. Метка Хозяина подтверждает, что ты была жрицей в храме Забытой.

Ответ Тайры ничего не пояснил. Но порадовало, что Гаррет держит руку на пульсе и продолжает помогать. Нужно расспросить его при встрече об этом храме и настоящей Альене. А ещё выяснить, куда запропастилась Сойран. Не то чтобы я скучала по паучихе, но её внезапное исчезновение настораживало.

– Мне жаль, ужасная судьба, – неожиданно добавила Тайра, – неудивительно, что после случившегося ты предпочла всё забыть!

Интуиция не подвела: имя подтвердило легенду, но породило новые вопросы.

Сомнений в искренности ведьмы не было, такую боль в голосе и взгляде не подделать. Я, как никто другой, разбиралась в театральных уловках, и если до этого Тайра умело играла, очаровывая мягкостью и доброжелательностью, то сейчас действительно страдала. Похоже, воспоминания о случившемся были частью личной трагедии или в храме произошло нечто, шокировавшее всю империю.

– Вы… знали меня раньше? – осторожно уточнила я.

– Нет, – ведьма подошла к шкафу, доставая поднос с чайными принадлежностями и баночку с заваркой, – при посвящении жрицы Забытой берут новое ритуальное имя. По традиции оно включает частичку истинного имени Эвильены – Забытой богини, прародительницы фениксов и матери Хозяина океана.

Ого… Вот это родословная у Гаррета! Теперь понятно, почему его глаза напоминают расплавленный янтарь, а от прикосновений веет жаром и пламенем.

Но как вышло, что феникс стал Смертью и Хозяином океана?

– В переводе с драконьего «льена» означает избранная, – продолжила Тайра, – эта часть имени является обязательной для жриц Забытой.

– А больше никто не может брать такие имена? – я рисковала, задавая вопросы, но любопытство оказалось сильнее.

К счастью, Тайру ничего не насторожило.

– «Льена» используется только как жреческая метка, обозначающая принадлежность к культу Забытой, – пояснила ведьма, разливая чай.

Кабинет наполнился уютным ароматом мёда, липы и специй, а голод взыграл с новой силой.

Скорей бы ужин принесли…

– Кроме этого имя послушницы включает отсылку к её мирской жизни, – продолжила Тайра.

Поставив поднос на стол, она села в кресло, жестом предлагая мне место напротив.

Я покорно перебралась поближе. Не терпелось узнать, кем была Альена и чьё имя я примерила.

– В твоём случае вышла необычная игра слов, – ведьма задумчиво покрутила в руках чашку, – обычно приставка «а» означает отрицание и твоё имя должно переводиться как «не избранная». Но в переводе с древнего диалекта драконов Альена означает «чужая» или дословно «та, что прибыла издалека».

От совпадения пробрала дрожь. Выбрав это имя, я и подумать не могла, насколько попала в точку!

– Скорее всего, ты приехала с другого конца империи или вообще из другого королевства. Если бы храм тогда уцелел… – голос Тайры дрогнул, – я могла бы поднять старые архивы и выяснить некоторые подробности из твоего прошлого. Но теперь это невозможно. Прости…

Я облегчённо выдохнула. Хвала местным богам и Гаррету, посоветовавшему прислушиваться к Дару! Не подвёл, родимый!

– Вы сказали, что я хотела всё забыть, – наклонившись, накрыла ладонь Тайры своей. Понимала, что ведьма может почувствовать мои эмоции, но действовала осознанно. Хотела подтвердить чистоту намерений и показать, что не подозреваю о её способностях. – Наверное, будет правильным оставить всё как есть, не стоит ворошить воспоминания, добровольно стёртые из памяти.

– Мудрые слова, – устало улыбнулась ведьма, – только прошлое тебя всё равно настигнет.

– Что вы имеете в виду? – насторожилась я.

– На протяжении тысячелетий храм Забытой поддерживал магический купол, защищая юг империи от чудовищ, – пояснила Тайра, – без него щиты ослабли и с каждым годом сдерживать напор тварей всё сложнее. Храму нужна новая хозяйка.

Намёк в её голосе и слишком выразительный взгляд мне сразу не понравились. За полдня в этом мире я и без того набрала заданий на годы вперёд. Но интуиция звенела натянутой струной, предостерегая от поспешного отказа. Словно одно «нет» могло перечеркнуть будущее.

– Вы… хотите, чтобы я стала… – вовремя вспомнив, что понятия не имею, как здесь обращаются к старшим жрицам, запнулась.

К счастью, Тайру это не смутило.

– Понимаю, решение непростое, – продолжила ведьма, – после той жуткой трагедии в храме… – в её серых глазах вновь плеснулась неподдельная боль, – мне и вправду жаль втягивать тебя в это, но Священное пламя в часовне погасло и зажечь его может только одна из посвящённых. А все они погибли пять лет назад.

С одной стороны, просьба Тайры не казалась слишком сложной. Но с другой… что же произошло в храме? Отчего погибли жрицы и что это за пламя? Почему оно погасло и хватит ли у меня сил вновь разжечь его?

Вопросов становилось всё больше, а принимать окончательное решение, не разобравшись в нюансах, я опасалась. Эх, был бы здесь Гаррет…

Мои ладони неожиданно охватило сапфировым сиянием, и в глазах ведьмы плеснулась надежда.

– Я знала! – торжествующе воскликнула Тайра. – С самого начала знала, что твоё воскрешение в теле Скарлет не случайно. Это знак! Хозяин хочет, чтобы ты возродила святилище его матери и помогла защитить край от чудовищ.

Ладони заискрились, словно сигнальные огни. Гаррет вовсю намекал на правильный ответ и Дар был на его стороне. Только я всё равно сомневалась.

Впрочем, если отключить эмоции и подумать… предложение Тайры открывало неплохие перспективы.

Во-первых, это отличный шанс завоевать уважение местных. Случай в казематах показал, что метка Хозяина хоть и дарует амнистию, но не защищает от агрессии обычных жителей. Не все готовы с ходу поверить в версию с сиреной, да и бывшая хозяйка тела слишком многим перешла дорогу.

Первое время мне вообще лучше не появляться на улице без охраны. Мало ли, сколько здесь фанатиков, подобных Латифу и его брату? А жрице наверняка полагаются телохранители. Да и благое дело поможет быстрее поправить карму и набрать баллы в глазах общественности.

Во-вторых, восстановление храма – неплохой повод сблизиться с Вольгардом. Сойран упоминала, что чёрные драконы защищают империю от монстров. А значит, владыка будет принимать активное участие в реставрации святилища.

Да и Тайра настроена решительно, а такой союзник дорогого стоит.

– Я хочу помочь, – добавила, едва сияние на ладонях померкло, – но не уверена, что сейчас смогу…

– О, не переживай! – просияла ведьма. – Если согласишься, лично организую тренировки! Как я понимаю, основы магии ты также забыла?

– Помню немногое, – ответила, как и учила Сойран, – в основном как использовать бытовые артефакты и прочие мелочи.

На самом деле я не знала и этого, но паучиха клялась, что с подобным справится даже ребёнок и она научит меня всему за полчаса.

– Ну… уже неплохо, – задумчиво протянула Тайра, – чтобы зажечь пламя, особых навыков не нужно. Главное – аура и кровь посвящённой.

– Кровь?

– Всего одна капля! – заверила ведьма. – Но без неё невозможно активировать печати и защитный купол. Я всё расскажу, едва придёшь в себя. Принесу книги о культе Забытой…

Посреди комнаты вспыхнуло золотистое марево, а через миг из него вышел Вольгард. Злой и мрачный, как грозовая туча.

За пять минут до этого (Вольгард)

Клинок со свистом рассёк воздух, принимая мощный удар противника. Талиф хорошо владел мечом, но до меня ему было далеко.

Шаг в сторону, ложный выпад и вторая сабля зашла снизу, вспарывая рукав форменной куртки, а вместе с ней и предплечье северянина. Клеймор выскользнул из рук бунтовщика, со звоном упав на пол. А эфес моего клинка впечатался в его лицо, ломая нос и выбивая дух.

– Заковать и бросить в отдельную камеру, – приказал, едва Талиф кулём осел мне под ноги. – Есть ещё желающие выйти один на один?

Вместо ответа послышался звон падающего оружия. Пятеро драконов, поддержавших мятеж, сдались без боя.

– На военном суде вам это зачтётся, – я едва сдерживался, чтобы не испепелить придурков на месте.

Солдат в штабе катастрофически не хватало, монстры напирали со всех сторон, а защита над краем расползалась как рваная тряпка. И именно в этот момент северяне решили показать характер! Впрочем, лучше сейчас, чем в бою.

Новобранцы мне сразу не понравились, но выбирать не приходилось. Совет не хотел бросать против монстров элиту, присылая либо необученных фермеров, либо гонористый сброд типа Талифа. Первые могли хотя бы стоять в карауле, ремонтировать и возводить укрепления, а от последних были одни проблемы.

– Рагнар, – едва бунтовщиков связали и увели, жестом подозвал помощника, – следи за новобранцами. Не зверствуй, но при малейшем подозрении ненадёжных изолируй. На сегодня сюрпризов достаточно.

В том, что спасение Латифа лишь повод, я не сомневался. Северяне действовали чересчур организованно. За десять минут такое не подготовить. Скорее всего, бунт назрел, пока зачищали Лойс от чудовищ Паутины. Мне пришлось на сутки покинуть штаб, забрав большую часть чёрных драконов, и гниль оживилась.

Мрази… Для меня и моих людей этот мир был чужим, но за пять лет службы по контракту мы сделали больше, чем все местные вместе взятые. И взамен получили нож в спину.

– Командир, – в глазах Рагнара плеснулась мрачная решимость, – может, всех новобранцев закрыть «на карантин»? Для профилактики?

– Дежурить на стенах кто будет? Я? – устало поинтересовался.

После прорыва в Лойсе отдохнуть не удалось. Зачистка монстров плавно перетекла в охоту на Скарлет, а затем в подавление мятежа.

– Оставь на посту самых надёжных, – добавил, стирая с клинка кровь, – но с расчётом двое наших на одного чужака.

Нормальные маги среди новобранцев тоже встречались, но перестраховаться стоило. Как и в случае со Скарлет, или… как её теперь называть?

Ещё одна проблема, но девчонку можно поручить Тайре. У неё богатый опыт общения с сиренами. А вот что делать с новой Солой? От воспоминаний меня передёрнуло, а дракон взвыл раненым зверем.

Лживая улыбка, томный взгляд куртизанки… От моей чистой, нежной девочки не осталось и следа. Руки чесались от желания вытряхнуть из тела Сольенны эту блудливую душонку. Но для начала нужно выяснить, кто она и почему воскресла в облике моей возлюбленной?

– Командир Вэйри, я могу идти? – голос Рагнара вырвал из размышлений.

– Иди.

Едва помощник покинул комнату, я подошёл к окну. Шторм уже стих, но по сапфировой глади океана до сих пор плясали алые всполохи заблудившегося заката. Расколотое небо Ярванны не переставало удивлять, за пять лет я так и не привык к нему.

Разноцветное, сотканное из бесконечной вереницы хрустальных осколков. В хорошую погоду в нём можно было увидеть отражения других миров, а во время бурь местные по нему предсказывали будущее.

Долгий закат – тревожный знак, как и перечёркнутая паучья тень над Вечной обителью. Кто-то из Ткачей начал большую игру, разгневал Прях и перешёл дорогу Хозяину. Настало время перемен и кидать свой отряд в их эпицентр я не планировал. Но и бросить этот мир сейчас не мог.

Как бы ни прогнил Совет, простые жители не заслужили такой участи. Но кроме охоты на чудовищ были и личные вопросы. Нужно разобраться с поддельной татуировкой пары и выяснить, чьи души и с какой целью вселились в тела Скарлет и Сольенны.

За новой Солой я установил магическую слежку и запретил целителям выпускать её из палаты. Судя по возмущённому блеску в глазах, заточение не вписывалось в планы девушки, но спорить она не рискнула.

Пару дней посидит под присмотром. Для начала разберусь с последствиями мятежа и прорыва в Лойсе, дальше посмотрим.

Может, сейчас во мне говорит злость и новая душа ничего не замышляет? Такого варианта я не исключал. Сольенна была для меня всем и тот факт, что кто-то посмел вселиться в её тело, не давал покоя и сводил с ума.

Но и повод для подозрений был. Хозяин океана признал только душу в теле Скарлет, даровав ей свою печать и защиту, а на вопросы о Соле так и не ответил. Если она не сирена, то кто?

На нечисть не похожа, целители подтвердили факт светлого воскрешения и замены души. Иномирянка, жертва случайного ритуала или прорвавшийся сквозь Завесу голодный дух? Вариантов было много и не все из них безобидные, поэтому кроме целителей я приставил к девице двух проверенных наёмников.

Об охране новой Скарлет подумаю завтра. За неё поручился Хозяин, значит, леди не опасна, но выходить в город без присмотра ей пока нельзя.

Покойный герцог Янгроу был наместником этих земель. Его боготворили, а Солу считали символом Ярванны. Весть об их гибели облетела окрестности со скоростью арбалетной стрелы. Потребуются недели, чтобы все узнали о переселении душ и божественной амнистии. А сейчас, едва Скарлет появится на улице без сопровождения, толпа растерзает её, не дав возможности оправдаться и показать печать океана.

С моря подул тёплый солёный ветер, отвлекая от тяжёлых мыслей и напоминая о том, что неплохо бы отдохнуть. Зелья-стимуляторы помогали не вырубиться на ходу, но если продолжу в том же духе – слягу от отката.

Бездна! Новой Скарлет нужно где-то ночевать…

Поселить её в фамильном особняке Янгроу не выйдет. Он до сих пор опечатан инквизицией, как и дома сестёр. Оставить девушку в штабе я тоже не могу: из гостевых «номеров» только казарма для новобранцев и койка в моём кабинете. Снимать комнату в гостинице – слишком опасно. Если кто-то из постояльцев увидит её, решит, что настоящая Скарлет всех обманула и сумела сбежать.

– Командир, – голос адъютанта вырвал из размышлений, – позвольте доложить!

– Докладывай, – поморщился, чувствуя нарастающую боль в затылке.

Откат от стимуляторов был не за горами. Нужно поспать хоть пару часов.

– Мы нашли лекаря! Бунтовщики связали и заперли его в подсобке, чтобы не сумел помочь леди Скарлет, – отчитался Дамьен, – к счастью, сир Берригоу не пострадал.

Хвала небесам! Бедолаге друиду около тысячи лет. После одного из прорывов он потерял правую ногу и носил протез, а на левую заметно хромал. Но как целитель мог дать фору многим молодым, на него молился весь штаб.

– Помоги ему добраться до кабинета, – приказал, открывая портал, – и сообщи, когда будут готовы результаты допроса бунтарей. Хочу убедиться, что удалось выловить всех ненадёжных.

– Как прикажете, владыка Вэйри! – адъютант щёлкнул каблуками и удалился, а я шагнул в портал. Нужно поговорить с Тайрой, может, согласится на пару дней приютить девушку.

– Без неё невозможно активировать печати и защитный купол. Я всё расскажу, едва придёшь в себя. Принесу книги о культе Забытой…

Низкий, грудной голос леди Тольеро я узнал сразу. Она что-то сбивчиво рассказывала новой Скарлет.

Заметив меня, девчонка вздрогнула и вжалась в кресло испуганной мышью. А когда увидела на куртке кровь – и вовсе побледнела. Того и гляди, в обморок рухнет.

– Кровь не моя, – зачем-то пояснил. – Целитель немного задержится.

И добавил, переведя взгляд на Тайру:

– Нужно поговорить.

Если ведьма и удивилась, то виду не подала. Подлив девушке чаю, она утянула меня в небольшую пристройку, в которой Берригоу хранил запасы зелий и трав, а затем накинула полог тишины.

– Она жрица Забытой, представляешь?

Возглас Тайры напомнил о боли в затылке. Я поморщился.

– Тш-ш-ш, тише, пожалуйста.

– Прости, – стушевалась ведьма. В её глазах пылали возбуждённые искорки, а на щеках расцвёл лихорадочный румянец. – Эта девушка послана самими Пряхами! – произнесла уже тише, – Хозяин подтвердил, что в прошлой жизни её звали Альена и она была жрицей в храме его матери!

– Ты говорила с ним? По поводу второй души…

– Ничего не сказал, – Тайра покачала головой, – это странно. Вопросы о ней словно кто-то блокирует! Зато об этой девушке печётся как о родной.

– Ладно, с новой Солой разберёмся позже, – я на миг закрыл глаза, боль в затылке стала невыносимой, – ты уверена, что эта… Альена…

– Да! Скажу больше, хочу лично обучать её и как можно скорее восстановить храм Забытой.

– Сможешь поселить её у себя? Понимаю, это неудобно, но…

– Всё в порядке! – просияла Тайра. – Прекрасная идея! Сможем больше тренироваться…

– Заодно и проследишь за ней, – я облегчённо выдохнул, – Талиф и его придурки связали Берригоу и заперли в подсобке.

– Ох…

– Он в норме, но сама понимаешь, это тревожный звонок, – продолжил, – Скар… Альене пока нельзя жить одной и выходить в город без охраны.

Альена.

Новое имя звучало непривычно, но я неожиданно поймал себя на мысли, что мне оно нравится. Как и её новая аура.

Там, на берегу я был ослеплён гневом, а магия Хозяина ещё не успела потушить огненный флёр Скарлет. Сейчас жрица напоминала её лишь внешне и то, разница между мимикой и поведением девушек слишком бросалась в глаза.

Только эта татуировка… Я невольно покосился на новые знаки пары. Вначале принял их за очередную уловку Скарлет, но вмешательство Хозяина исключило такой вариант. Выходит, узоры намагичила не Альена? Но кто и зачем?

Из кабинета неожиданно послышался странный шум и звук бьющегося фарфора. Не сговариваясь, мы с Тайрой выскочили из подсобки.

В дверях замер помятый и бледный Берригоу. За ним скалой возвышался Рагнар. Мой помощник никогда не отличался радушием, а от общения с мятежниками вид у него был откровенно зверский. Неудивительно, что девчонка испугалась и вдребезги разбила чашку.

– Рагнар, можешь идти, – отпустил помощника. – Альена, его не нужно бояться, – продолжил, опустившись рядом и помогая собрать осколки.

Сообразив, что дракон пришёл не за ней, сирена смутилась и кинулась прибираться.

– Командир Тевера – добрейшей души дракон, – заверил Берригоу, – только с виду мрачный. Зато благородный, животных любит. Подбирает брошенных и выхаживает.

Друид трещал без умолку, рассказывая о питомцах моего помощника, и на удивление это работало. Я больше не чувствовал её страха, только скованность и напряжение.

– Ой! – отвлёкшись на сагу о бездомных котах, Альена не заметила мелкий осколок и поранилась.

– Осторожнее, – перехватил руку девушки.

Хотел заклинанием остановить кровь, но стоило нашим ладоням соприкоснуться, как по моей коже весенним ветерком скользнула чужая магия, и головная боль начала стремительно слабеть.

– Простите… – в глазах Альены плеснулась паника. – Я испачкала ковёр…

– Всё в порядке, – окинул девчонку задумчивым взглядом.

Она и не заметила, как вылечила меня. Зато себе помочь не смогла. Странно.

– Остальное сам уберу, – добавил, отпуская её, – Ларс, обработай рану и осмотри Альену. Если всё в порядке…

– Поедем ко мне! – бодро закончила Тайра. Её вмешательство немного снизило градус напряжения, девушка снова расслабилась. – Первое время поживёшь у меня, а там разберёмся.

ГЛАВА 8: Игра Ткача

Через три часа, особняк Тайры (Лена)

Горячая вода мягко обволакивала усталое тело, позволяя немного расслабиться и прийти в себя. За сегодня я пережила больше, чем многие за всю жизнь, и до сих пор не до конца осознала случившееся.

Я в другом мире, в чужом теле. Меня пытались казнить, и я заключила договор со Смертью! Мамочки…

Зажмурившись, с головой ушла под воду и, прежде чем вынырнуть сосчитала до трёх. Это помогло погасить новую волну паники. Я долго держалась, но в доме Тайры меня накрыло запоздалой истерикой. Не помню, когда последний раз так плакала… Кажется, после смерти сестры и сына.

Оставшись одна, рыдала белугой, уткнувшись лицом в подушку, и чувствуя, как с солёными ручьями слёз выходит скопившееся за день напряжение. Хотя, кого я обманываю? Не за день, а за последние месяцы. Новость о болезни, бесконечная вереница анализов и обследований, шок от ужасного диагноза и предательства мужа.

Морской круиз был единственным светлым лучиком, да и тот закончился попаданием в другой мир. Вначале я посчитала это катастрофой, но, прорыдавшись, успокоилась и посмотрела на всё другими глазами.

Заступничество Гаррета переломило ситуацию в мою пользу. Да, выходить в город по-прежнему было опасно и даже слуги в доме Тайры приняли меня настороженно. Но едва ведьма показала им печать на моей руке, тихая ненависть во взглядах сменилась благоговейным уважением.

Кейти, молоденькая горничная, сообщила, что в прошлом месяце сирены спасли её мужа от шторма. Затем рассказала о поваре, которого океанические леди защитили от акул, и мальчике посыльном, недавно сорвавшемся со скалы. Одна из сирен вытащила его из воды, взяв в качестве благодарности обычную ракушку!

Таких примеров нашлось очень много. Для местных жителей морские духи и впрямь были защитниками и спасителями. Им поклонялись, приносили дары, на них молились… Кейти даже мне пыталась украдкой всучить небольшой мешочек со сладостями, и очень расстроилась, когда я отказалась. Пришлось взять конфету в качестве угощения, чтобы не обидеть девушку.

Было очень неловко, но вовремя вспомнилось поручение Гаррета. Я обещала помочь трём светлым душам, чья жизнь связана с морем. Так что будем считать конфету не взяткой, а авансом.

И, кстати, о Гаррете…

Нужно как-то связаться с ним и обсудить восстановление храма. Тайра так и не рассказала подробности. После появления Вольгарда мы толком не разговаривали, а в особняке она поручила меня слугам и умчала по делам. Кейти проговорилась, что ведьмы не будет до утра. Это шанс встретиться с Хозяином!

Выбравшись из ванной, до красноты растёрла кожу полотенцем и высушила волосы странным артефактом, заменяющим здесь фен. К счастью, Тайра сразу предупредила слуг о моей частичной амнезии, и разговорчивая Кейти с удовольствием провела для меня экскурсию по гостевым комнатам, попутно рассказав, где что искать и как пользоваться бытовыми амулетами.

Обилие последних приятно удивило. Кроме магического камина в моих апартаментах нашёлся климат-кристалл, позволяющий настроить нужную температуру воздуха. Мини-кухня с самоподогревающимся чайником и небольшим холодильником, аналог смартфона и даже небольшой планшет! Кейти гордо назвала его магографом последней модели, поведав, что с его помощью можно связаться с кем угодно, узнать последние новости или найти необходимую информацию в маготеке.

Это настолько придало сходство с родным миром, что я на миг потеряла бдительность и в последний момент прикусила язык, едва не спросив пароль от вай-фая.

Впрочем, он мне не пригодился: доступ в общую маготеку был свободным. Но искать информацию о храме Забытой я всё же не рискнула, как и спросить: «Окей, магогугл, как связаться со Смертью?»

– Да уж, – растерянно прошептала, плотнее закутавшись в халат.

Рваное платье наконец-то забрали, но взамен пока ничего не принесли. Благо я успела вытащить из кармана перчатки, подаренные Хозяином!

О! Идея озарила внезапно. В фэнтезийных романах подарки часто использовали для связи с дарителем. Вдруг и у меня получится? А нет, поступлю как волк из мультика «Жил-был пёс» и «щас спою».

Перчатки нашлись быстро. Не стала их прятать, сразу предьявив как прощальный подарок Хозяина. Это никого не удивило. Оказывается, Гаррет никогда не отпускал своих сирен с пустыми руками. Хороший он, хоть и Смерть.

А вот паучиха после потопа так и не объявилась. Поначалу это радовало, потом насторожило, сейчас откровенно злило. Притащила меня в этот мир, нагрузила проблемами, наобещав взамен научить магии, и слиняла! Ну не зараза, а?

– Где ж тебя носит, Сойран? – прошептала вслух и тут же с визгом отскочила в сторону.

В метре от меня раскрылся портал из паутины.

Из него, как чёрт из табакерки, выскочила злющая паучиха, словно только и ждала повода явиться.

– Дура! – выкрикнула вместо приветствия. – Ненормальная! Ты вообще понимаешь, во что вляпалась, согласившись восстановить храм Забытой?!

Шок сменился злостью. Она ещё смеет оскорблять и обвинять?

– Ты подставила меня! – рявкнула, наступая и тесня опешившую паучиху к стене. – Утопила, втянула в неприятности, заставила платить за свои же ошибки, наобещала с три короба, а потом бросила!

– Я не бросала! – взвилась Сойран. Выпад про ошибки она проигнорировала, но судя по лихорадочному блеску глаз, мои слова попали в цель. – Твой новый покровитель меня вышвырнул! Ещё и защиту поставил! Мысли я больше не слышу, влиять ни на что не могу, появляюсь только по зову и…

Сообразив, что ляпнула лишнего, паучиха прикусила язык. Я же едва сдержала победоносный крик. Заклинание Гаррета давало мне колоссальные преимущества! Теперь главное не произносить вслух имя Сойран без крайней необходимости!

– Просто признай, твой план провалился, – я подбоченилась, – в камере ты ничем не смогла помочь. Если бы не Хозяин…

– Не обольщайся, он ничем не лучше меня и так же использует тебя в своих целях! – окрысилась Сойран.

На удивление её слова меня не задели. Розовые очки давно разбились стёклами внутрь, и я знала, что никто из сильных мира сего не станет помогать даром.

– Чего хочет и добивается Гаррет для меня не секрет, – спокойно ответила, – скажу больше, он сразу озвучил расценки, а его мотивы мне близки и понятны. В отличие от твоих сказочек о равновесии!

– Надо же, как быстро вы спелись, – скривилась Сойран.

Её ярость была почти осязаема.

Ещё бы! Иномирная марионетка вырвалась из-под контроля и начала свою игру!

– Не боишься, что Хозяин повысит расценки? – паучиха многозначительно усмехнулась, и интуиция вспыхнула сигнальной ракетой.

Ткач оплетал меня своей паутиной, вытягивая из глубин души сомнения и тайные опасения. Не будь я осведомлена о её талантах, могло бы сработать, но…

– Твоя помощь привела меня в казематы, – напомнила я, – заступничество Гаррета помогло выбраться, обеспечило защиту и кров над головой. Возможно, его услуги стоят дороже, но и качество будет повыше!

Сойран отшатнулась, словно от удара. Последнее явно было лишним, ссориться окончательно я не планировала, но удержаться от колкости не смогла. Паучиха слишком зарвалась.

– Ты сама загнала себя в ловушку, – Сойран оскалилась, на миг обнажив белоснежные клыки, – с моей помощью смогла бы соблазнить Вольгарда…

– Я не Скарлет! – от вопля дрогнули стёкла, а стоящая на столе ваза отъехала к краю и чудом устояла.

Кажется, я случайно вложила в голос Силу…

– Ты сама говорила, что на владыку не действуют дешёвые уловки, – произнесла чуть тише, – настоящую Скарлет он вышвырнул за дверь. Поступи я так же, летела бы ещё дальше.

– Я могу научить, – сквозь зубы процедила паучиха, – скоро его начнёт ломать от разрыва предыдущей связи, дракон ослабнет, и мы умело воспользуемся его уязвимостью.

– Ни за что! – к горлу подкатила тошнота и захотелось снова искупаться. От слов Сойран я почувствовала себя грязной, будто на голову вылили ведро помоев. – Вначале речь шла о любви и настоящих чувствах, – просипела, – сейчас ты…

– Ничего не изменилось, ты так и не поумнела, – лицо паучихи пошло пятнами, она теряла терпение. – Я не предлагаю приворот! Подгадаем момент, когда он будет ослаблен и сыграем на старых привязанностях, он быстрее полюбит тебя…

– Не полюбит, а увидит во мне временную замену Солы, это не настоящие чувства, а суррогат. Любовь не рождается по щелчку пальцев, её нужно завоевать.

– У нас нет времени! – взвыла паучиха. – Равновесие…

– В этом вся ты! – устало покачала головой. – Нет времени, нужно действовать быстро… Ты швыряешь союзников в бой без плана и подготовки, а если они умирают, призываешь новых. Как ты сказала? Отдельные жизни не важны, если на кону равновесие мира? Так вот, я не хочу и не буду пушечным мясом!

– Предпочтёшь стать разменной монетой в игре Гаррета? – паучиха опасно сощурилась.

– Он, по крайней мере, тратит время на подготовку и обеспечивает союзников всем необходимым, – парировала я.

Разговор начинал утомлять, о храме Ткач так ничего и не сказала, зато мозг вынесла основательно.

– Ты пожалеешь о своём решении! – пригрозила Сойран. – Храм Забытой проклят, зажжёшь пламя в часовне – примешь на себя судьбу Девы тысячи молитв и станешь покровительницей этого края. Тебя навеки привяжет к океану, будешь до скончания веков сражаться с монстрами наравне с Вольгардом и Тайрой!

Слова паучихи звенели как проклятие, а вокруг воронкой закручивалась магия. Ткач снова мутила воду, и я не собиралась дожидаться, пока она закончит.

– Сойран, сгинь! – приказала, вкладывая в голос силу. Сработало с первого раза. Паучья гадина взвыла и растворилась в тумане, оставив после себя лишь искрящееся облачко. – А вас, Гаррет, я попрошу… явиться! – воскликнула, сжимая лежащие в кармане халата перчатки.

ГЛАВА 9: Дева тысячи молитв

Несколько секунд ничего не происходило. Я сделала глубокий вдох, готовясь распеться, как вдруг из спальни донёсся странный шум. Словно кто-то бросал в окно мелкие камушки.

– Господин Смерть? – прошептала. – Это вы?

Странный звук повторился, от чего кожа покрылась мурашками. В прошлый раз Хозяин сразу перенёс меня к себе, да и во время разговора с Тайрой подавал вполне понятные знаки. К чему эти игры сейчас? Может… это не он?

Взгляд невольно соскользнул на небольшой чо-ко-ну. Многозарядный арбалет висел на стене в нескольких метрах от меня. Как обращаться с этим красавцем я знала, в своём мире обожала стрельбу и при любой возможности выезжала на полигон.

Освоившись в выделенных апартаментах, первым делом рассмотрела оружие. Оно оказалось рабочим и заряженным. Кейти пояснила, что это дань местному духу-защитнику. Его имени не запомнила, но саму традицию оценила. Полезно! Особенно когда ты хрупкая беззащитная женщина, а в твоё окно стучит не пойми кто.

Словно услышав мои мысли, незнакомец стал действовать настойчивее. Того и гляди стекло высадит.

Тихонько подкравшись к арбалету, сняла его со стены и проверила предохранитель. Звать на помощь не рискнула. Интуиция молчала, зато охотничий азарт захлестнул с головой, сметая страх адреналиновой волной.

– Тук-тук-тук!

В окно снова постучали и, перехватив оружие поудобнее, я тенью скользнула в спальню.

Зажигать свет не стала, чтобы не выдать себя. Зрение у Скарлет было как у кошки, а поступь оказалась мягкой и бесшумной. К окну подкралась заправским ассасином, но едва собралась приоткрыть штору, как сзади раздался проклятый стук!

– Ни с места! – рявкнула, в прыжке развернувшись и вскинув оружие. – Покажись! – добавила как можно увереннее.

– Тук-тук! – прозвучало в ответ. – Тук-тук!

Прислушавшись, попыталась определить источник звука. Он доносился… из графина?!

Это ещё что за лампа Аладина? Хватит мне Сойран с её фокусами! Теперь говорящие вазоны завелись, и вообще, впускать не пойми кого в свою спальню я не планировала. Только гляну одним глазком, кто там прячется и как умудряется стучать из вазы.

– Без глупостей! Я вооружена! – предупредила, бочком перемещаясь поближе.

Каково же было моё удивление, когда заглянув в горлышко, увидела разгуливающего по дну Гаррета! Мини-версия приветливо помахала мне рукой, призвала иллюзию точно такого же графина и выплеснула воду на пол. А затем, окинула меня выжидающим взглядом.

– Эм… вы хотите, чтобы я разлила воду? – Гаррет кивнул и шагнул прямо в лужу.

Со стороны выглядело странно, но кто я такая, чтобы спорить со Смертью? Поставив арбалет на предохранитель, отложила его и с точностью выполнила поручение. Воды в графине было много, и лужа растеклась на пару метров, заливая дорогущий паркет. Надеюсь, он защищён магией.

Подхватив полы халата, шагнула вперёд, и едва мои тапочки коснулись воды, комнату залило сапфировым сиянием.

– А ты опасная женщина, Лена-Льена! – позади раздался весёлый голос Гаррета, его явно впечатлил мой забег с арбалетом.

Каюсь, сама в шоке. Никогда не мечтала о карьере наёмника, но стычка с паучихой пробудила во мне азарт. Гнев затмил здравый смысл, словно я на миг перестала быть собой.

– Это инстинкты прошлой хозяйки тела, – Гаррет сразу понял причину моего замешательства, – Сойран не соврала по поводу тёмных близнецов. Изначально ты и Скарлет были одной душой, цельной и гармоничной.

То же самое говорила и паучиха, но мне не понравился намёк в голосе Хозяина.

– Поэтому я чувствую её… эм… старые привычки и навыки?

– Не просто чувствуешь, а получаешь над ними контроль, – поправил меня Гаррет, – кстати, память тела можешь использовать для ускорения магической адаптации.

– Замечательно, но Скарлет… Выходит, она тоже…

– Смерть и последующее воскрешение ослабило вашу связь. Пока она не слышит тебя и воздействовать магией на это тело не может, – успокоил меня Гаррет, – только если применит управляющее плетение. Но для этого ей необходимо остаться с тобой наедине.

Что ж, уже неплохо. Значит, тёмный близнец не всесилен и шансы оказать достойный отпор у меня имеются.

– Нюансы обсудим позже, – Гаррет щёлкнул пальцами, и на столик приземлилось блюдо с фруктами, закуски, бутыль уже знакомого мне эликсира и два бокала, – ты хотела узнать правду о храме моей матери?

Дождавшись робкого кивка в ответ, указал на уже знакомое кресло.

– Присаживайся, разговор предстоит долгий.

– Тайры не будет до рассвета, так что время есть, – усмехнулась, маскируя тревогу.

Хозяину я доверяла, но едва речь заходила о храме, в душе вспыхивало странное предчувствие. Назвать его дурным не получалось, скорее… роковым. Если соглашусь на предложение ведьмы – это изменит не только мою жизнь.

– Но и судьбу мира, – закончил за меня Гаррет. Он, как и паучиха слышал каждую мою мысль. – Я стараюсь не подслушивать лишнего, – неожиданно добавил, разливая эликсир, – но полностью «выключить» это умение не могу. Телепатия и способность видеть чужие души насквозь – часть моего бремени. Попав в эту обитель, никто не способен закрыться от них.

– Вы и так помогли, защитив мои мысли от Сойран, – прошептала, принимая бокал.

Изначально пить не собиралась и до сих пор винила коварное вино в чувствах, вспыхнувших от прикосновений Вольгарда. Но и обижать Гаррета отказом не хотелось, лучше пригублю немного и всё.

– Эликсир не влияет на эмоции и не пьянит, – Хозяин понимающе улыбнулся, и я мысленно прикусила язык, коря себя на чём свет стоит.

Никак не могла привыкнуть к тому, что он читает не только оформленные мысли, но даже чувства и намерения!

– Если не веришь, можешь сосредоточиться на фруктах, – продолжил Гаррет, – в них тоже есть антидот от магии тёмного близнеца и марионеточных плетений Ткачей.

Залпом осушив бокал, с уважением покосилась на дивные фиолетовые плоды, отдалённо напоминающие смесь земной клубники и персика. Ради защиты от двух местных паучих готова была выпить всю бутылку и закусить ведром фруктов.

– А с собой можно…

– Вне обители плоды ягрель моментально завянут и станут бесполезными, – пояснил Гаррет, – но немного эликсира могу дать. Только учти, что в верхнем мире он действительно пьянит и сильно. Пара капель развеет любое управляющее плетение, но ударит в голову похлеще бочки спиртного, – предупредил, призвав крохотный флакончик на цепочке.

Он был размером с половину моего мизинца и со стороны напоминал обычный медальон. Не знай я правды, никогда бы не отличила его от украшения!

– Спасибо! – искренне воскликнула, принимая подарок. – Я найду способ отплатить вам!

– Можешь даже не искать, – Гаррет неожиданно рассмеялся, – сам подскажу. За мелкую помощь беру оплату песнями, за остальное заплатишь ответными услугами. Если согласишься восстановить храм моей матери и найти душу Солы, в долгу буду я.

– С Сольенной я согласилась помочь, – от волнения голос прозвучал сдавленно и сипло. – А храм… Вы обещали всё рассказать.

– Фэйри и фениксы – первые расы Сольвингарда и любимые дети Творца, – без предисловий начал Гаррет, – тысячелетиями местные поклонялись им как Богам, а они взамен защищали их от катаклизмов и болезней. Фэйри, хрустальные леди, способны излечить своими крыльями любую болезнь, развеять приворот или смертельное проклятие.

Ох…

– А я…

– В тебе скрыта мощь, способная переписать ход истории, – кивнул Хозяин, – но чтобы получить её, нужно не просто исправить то, что натворила Скарлет, а уничтожить её душу. Иначе тёмный близнец будет возрождаться до бесконечности, преследуя тебя во всех мирах и реинкарнациях.

– То есть она сейчас в…

– Тш-ш-ш! – в янтарных глазах плеснулись упрёк и недовольство. – Меня Пряхи повесят на паутине, если узнают, что затронул эту тему. По Закону равновесия никто не имеет права помогать тебе в борьбе с тёмным близнецом и открывать её новое обличье. Это твой бой.

– Простите, – смутилась, растерянно покрутив пустой бокал, – а… как именно я должна уничтожить её?

– Светлые поступки ослабляют тьму близнеца. Любые дурные – питают его могущество и губят праведную половину души, – пояснил Гаррет, – чтобы весы склонились в твою пользу, нужно совершить что-то значимое. Так ты получишь преимущество, но лёгкой победы не жди. Лишь благими делами Скарлет не уничтожить, зато можно забрать часть её силы.

– А восстановление храма…

– Твой шанс не только вернуть себе большую часть Дара, но и вывести близнеца из тени, – подтвердил Хозяин, – она пойдёт на всё, чтобы помешать тебе. Но если согласишься, рядом буду я, Тайра и…

– Вольгард, – закончила за него. – Сойран упомянула, что владыка не верит новой Соле.

– Он чувствует гниль в её душе, но пока сомневается и ищет доказательства.

Плохо… Скарлет наверняка использует затишье для преломления ситуации в свою пользу.

– Верно, и времени на раздумья у тебя немного, – ответил Гаррет, – но давай вернёмся к храму. Если фэйри повелевали исцеляющей магией, фениксы управляли священным пламенем, даруя жизнь и защиту всем жителям Сольвингарда. Самые древние и могущественные дети Пламени могли не только сами восставать из пепла, но воскрешать недавно умерших без каких-либо последствий.

– Кажется, я начинаю понимать, почему в этом мире роль Смерти исполняет феникс.

– Смерть – часть жизни и бесконечной реки времени, – Гаррет плеснул ещё эликсира и отсалютовал мне бокалом, – судьбы всех жителей Сольвингарда однажды впадают в Сапфировый океан, а души оказываются в моей обители. Но лишь для того, чтобы пройти сквозь пламя очищения и возродиться вновь. А уж в качестве кого – зависит от их поступков при жизни. Я лишь проводник и страж Живого огня.

– Живого… значит, дарующего воскрешение? А тот огонь, о котором говорила Тайра?

– Мёртвый, он нужен для равновесия, чтобы тёмные души не могли обойти законы Смерти, – пояснил Хозяин.

– Если бы он до сих пор горел, известная нам душа не сумела воскреснуть? – осторожно поинтересовалась.

Гаррет не ответил вслух, но едва заметно опустил взгляд, а затем снова поднял его. Значит, я угадала.

– Кроме этого Мёртвое пламя тысячелетиями поддерживало Завесу, отделяющую наш мир от Паутины, – продолжил Гаррет, – для чудовищ его огонь смертельно опасен, но твари сумели обойти защиту, подкупив тех, от кого жрицы Забытой меньше всего ожидали предательства.

Слова Хозяина были пропитаны горечью и болью, но в янтарных глазах бушевало пламя. Он жаждал отмщения, и я поймала себя на мысли, что действительно хочу помочь. В то же время понимала – будет очень непросто.

– Помимо Мёртвого пламени в храме были дары от прихожан со всей империи, – добавил Гаррет, – в Лиркаде есть обычай, когда в семье рождается ребёнок, старейший маг рода наносит гравировку с его именем на браслете или медальоне. Затем украшение попадает в обитель Забытой. Жрицы зачаровывали эти дары, вплетая в них магию рода, чтобы после смерти душе было проще найти дорогу в мою обитель.

– А разве она может заблудиться?

– Увы, – кивнул Гаррет, – если маг умер в результате проклятия или нападения тварей Пустоши, его дух может сразу попасть в Паутину и там затеряться. В таких случаях жрицы Забытой использовали дары для поиска заблудших, находили и приводили ко мне.

– Похоже на обол Харона, – задумчиво протянула, – в моём мире древние греки клали в рот умершему монетку, чтобы он заплатил перевозчику, доставляющему души в загробный мир.

– Верно. Только украшения стоят больше монеты, а в храме их было великое множество.

– Даже страшно представить, – поёжилась, догадываясь, на что он намекает, – кто-то захотел их выкрасть?

– До появления чёрных драконов лучшими наёмниками Сольвингарда считались выходцы из Варганды, – кивнул Гаррет, – у храма был контракт с кланом Багряной стали. Долгое время они безупречно выполняли свою работу, защищая жриц и дары. Но пять лет назад сторонники Повелителя чудовищ перекупили их, сыграв на алчности и подтолкнув к преступлению.

– Тайра говорила, что все жрицы погибли, – прошептала, невольно потянувшись к камину.

Разговор подошёл к самой болезненной части и в комнате словно похолодало.

– Не просто погибли, – покачал головой Гаррет, – магия повелителя Пустоши извращает души, вытягивая на поверхность всё самое жуткое и мерзкое. Золото, с помощью которого его соратники подкупили наёмников, было заговорено. Взяв его, варгандцы оказались во власти тварей. Кошмар, устроенный ими в храме, вошёл в историю Сольвингарда, о нём не принято говорить вслух, но…

– Страшно представить, что там произошло, – просипела, чувствуя, как горло сдавливает тисками. – Надеюсь, наёмники также умерли в муках.

– Их растерзали твари Пустоши. Едва погибла последняя жрица и пала защита, чудовища ворвались в храм и уничтожили тех, кто привёл их к победе. А после выкрали несколько искорок затухающего огня и создали амулет Мёртвого пламени, – продолжил Гаррет, – он позволяет сторонникам Повелителя использовать уникальные подчиняющие плетения и защищает от боевых арканов чёрных драконов.

– И если я вновь разожгу огонь…

– Амулет потеряет большую часть силы, и воины Вольгарда получат огромное преимущество в борьбе с монстрами, – подтвердил Хозяин.

– Тогда почему Сойран против восстановления храма?

– Лгунья не против храма, – поправил меня Гаррет, – а против того, чтобы непокорная попаданка стала сильнее её. Дева тысячи молитв немногим уступает Пряхам.

– Она сказала, что храм проклят и, согласившись помочь, я окажусь навеки привязана к нему. Как ты… то есть вы к океану…

– Я не против обращения на ты, – улыбнулся Хозяин, – что же касается остального, у тебя будет намного больше свободы. Сможешь жить обычной жизнью, создать семью. Но надолго покинуть этот край действительно не получится. К тому же ты должна будешь спасать из Паутины заблудшие души, как это делали послушницы, а после их гибели – мои сирены.

– Кстати, почему раньше этим занимались жрицы? А теперь…

– Девой тысячи молитв может стать только Великая душа, – пояснил Хозяин, – за всю историю храма среди его послушниц не было подходящей кандидатуры.

Он хотел сказать что-то ещё, но пламя в камине неожиданно вспыхнуло синим и сквозь него проступили очертания огромного особняка и… силуэт Вольгарда?!

– Какие гости, – нахмурился Гаррет, – прости, придётся вернуть тебя в комнату, пока слуги ничего не заметили.

– А…

– Отказаться от встречи не получится и учти, что Тайра ему всё рассказала, – предупредил Хозяин, – только… не спеши с ответом. Храм невероятно важен, но окончательное решение лишь за тобой и принять его ты должна добровольно.

ГЛАВА 10: Услышь мои крылья

Неподалёку от особняка (Вольгард)

Странное, леденящее покалывание в руке прошло так же неожиданно, как и появилось. Похожее чувство я испытывал, когда затопило камеру и Альена едва не утонула.

Тогда ощущения были намного острее, словно в кожу под вязью истинности впивались тончайшие иглы. В этот раз обошлось без боли, рука слегка онемела, а татуировка казалась ледяной, будто подмораживая кисть.

Что это значит и как реагировать, я пока не понимал. Во-первых, в особняке Тайры девушке ничего не угрожало. А во-вторых, чувствовать друг друга на расстоянии могли только истинные.

Поддельные знаки на такое не способны, но… моя пара погибла и никак не могла возродиться в теле Скарлет!

От одной мысли о Соле в груди разливалась жгучая боль, дракон до сих пор звал её, пытаясь найти душу любимой в Паутине, но тщетно. Будто кто-то перерезал магическую нить, связывающую наши судьбы, и насильно привязал меня к Альене.

Каждый раз, обращаясь к татуировке, я слышал лишь её! Это злило до зубовного скрежета, но винить в происходящем девушку не получалось, и дело было не только в защите Хозяина. Я неплохо чувствовал чужие души, сирена была кристально чистой как слеза. Пройдёт немного времени, и уже никто не сможет перепутать её со Скарлет. Особенно, если Альена изменит цвет волос и не будет прятать настоящее лицо под слоем эльфийской косметики, как это делала предыдущая хозяйка тела.

До ворот особняка осталось несколько шагов, и я замер в нерешительности. Больше всего ненавидел быть в должниках. После того как девушка вылечила меня прикосновением, хотелось её отблагодарить, хоть и сделала она это неосознанно.

Дарить что-то личное опасался. К счастью, вовремя вспомнил, что Альене не только негде жить, но и нечего носить. Из одежды у неё было лишь рваное платье и мой плащ. Выход нашёлся мгновенно: внучка главного целителя была похожей комплекции и с удовольствием согласилась помочь.

Пока я заканчивал дела в штабе, Ленни купила у дочерей Леса всё необходимое и даже эффектно упаковала. Вещи были добротными, хоть и простыми. Аристократия шила платья на заказ, а в окрестностях штаба можно найти только военную форму или традиционные платья дриад. Но учитывая, что Альена в прошлом была жрицей Забытой, изумрудные платья в пол должны ей понравиться.

Книги по истории и трактаты о храме тоже захватил на случай, если она захочет вспомнить прошлое. Тщательно выбрал написанные до трагедии, чтобы не шокировать сирену.

Доставить хотел курьером, но в последний момент татуировка подала странный сигнал и… вот я здесь. Ночью. Не лучшее время для визитов, особенно к молодой незамужней девушке. Да и Альена наверняка уже спит.

Может, отдать артефакт с вещами слугам?

Это было самым логичным решением, но в окне на третьем этаже внезапно промелькнул тонкий девичий силуэт, а через миг шторка слегка колыхнулась. Альена почувствовала моё приближение?

Интересно… Похоже, личной встрече всё же быть.

В это же время (Лена)

Из портала вывалилась кубарем. Поскользнулась, вступив одной ногой в злополучную лужу, с разгона задела бедром туалетный столик и стоящую на нём вазу.

– Стой! – взвизгнула за миг до того, как дорогущий хрусталь едва не разлетелся на крохотные осколки.

Ваза послушно замерла сантиметрах в десяти над полом. Испытывать удачу и засекать время левитации не стала, шустро подхватив её и вернув на место. А вот с лужей решила поэкспериментировать. Вложив в слова максимум Силы, приказала ей испариться. Не сработало, гадство…

– Испарись! Уйди! Кыш-кыш! – продолжила шипеть на воду.

Даже руками пару раз взмахнула, показывая, в каком направлении нужно испаряться. Но лужа не слушалась.

Моя магия была нестабильной и работала от испуга или в критической ситуации, используя память тела. Призвать её осознанно пока не получалось. Впрочем…

– Испарись! – повторила, щёлкнув пальцами, как это делал Гаррет. Надеялась, тело вспомнит нужное плетение.

Волшебных палочек здесь не было, но Сойран упоминала, что заклинания работают от пасов и жестов, поэтому колдунов-преступников транспортируют в специальных перчатках, чтобы не могли пошевелить кистью.

– Сгинь! Уйди! Поднимись и улетучься! – взмолилась, выщёлкивая пальцами полноценную мелодию и исполняя приказы как частушки.

О том, как это выглядит со стороны, старалась не думать. Плевать! Главное, замести следы. Не хочу объяснять слугам, почему посреди моей спальни огромная лужа и… арбалет!

Подхватив чо-ко-ну, метнулась в гостиную. Оружие повесила быстро, а когда обернулась, с ужасом заметила, что следом летит лужа!

– А-а-а… в ванную! – сориентировалась. – За мной!

Перед тем как вернуть меня в особняк, Гаррет предупредил, что открывать порталы может только в воде. В прошлый раз он легко вытянул меня из затопленной камеры, а сейчас пришлось стучать из графина, привлекая внимание.

Впредь, если хочу быстро переместиться в обитель, нужно разлить воду, встать в центр лужи и трижды произнести его имя вслух.

– Сюда! – ткнула пальцем в ванну и на всякий случай немного пощёлкала.

Едва лужа слилась, я вернулась в спальню и осмотрелась. Чисто! Ничего не напоминает о забеге с арбалетом и попытках призвать Хозяина океана. Жаль, не успели договорить! Вопросов было много. Помимо храма я хотела обсудить и Скарлет. В особенности её загадочную память тела.

В своём мире я прекрасно обращалась с арбалетом, но никогда не испытывала такого азарта, держа оружие в руках, и не кралась как тигрица на охоте. Похоже, в первую очередь тело вспоминало навыки, которыми владели мы обе, при этом смешивало мою память с эмоциями Скарлет. Это откровенно пугало, я не хотела иметь с тёмным близнецом ничего общего!

Снаружи неожиданно закричала птица. Вздрогнув, покосилась на приоткрытое окно. Оно выходило на главную улицу, поэтому при заселении я зашторила его, чтобы никто из прохожих случайно не заметил Скарлет. Теперь же меня подзуживало подойти ближе и узнать – Вольгард зашёл или всё ещё снаружи?

Татуировка неожиданно потеплела.

– Это да? – шёпотом уточнила. – Или нет?

Серебристая вязь ожидаемо промолчала, пришлось красться к окну. Осторожно выглянув из-за шторки, нашла взглядом крепкую мужскую фигуру. Дракон стоял у ворот, словно размышляя, заходить или нет. Но едва я собралась смыться, обернулся и на миг наши взгляды пересеклись.

По телу прошла обжигающая волна, сердце сорвалось в пляс. Биение отдавалось в ушах как после забега, а татуировка пары горела и пульсировала, вторя его ударам.

Никогда не испытывала подобного! Ощущения были слишком яркими. Они оглушали и будоражили кровь, а пристальный взгляд Вольгарда казался осязаемым, скользя по коже прохладным шёлком. Дракон снова насторожился, его эмоции резко отличались от навеянных татуировкой. Это отрезвило.

Я шустро отскочила в сторону, закрыла шторку и метнулась в ванную. Открыв холодную воду, сполоснула лицо и шею, чтобы немного успокоиться и сбить лихорадочный румянец.

Тело до сих пор горело и к штормовому возбуждению прибавилась ярость. Татуировка Сойран действительно влияла на меня и теперь к её чарам присоединились эмоции Скарлет. Ведьма ненавидела и желала Вольгарда одновременно, а я дурела от чудовищного коктейля её эмоций, щедро приправленного паучьей магией.

«В плодах ягрель и эликсире фениксов есть антидот от магии тёмного близнеца и марионеточных плетений Ткачей».

Слова Гаррета пронеслись в мыслях шорохом осенних листьев, и рука сама потянулась к висящей на шее цепочке с флакончиком. Во время последнего визита я слишком увлеклась разговором и забыла подкрепиться зачарованными фруктами. А зря… Страшно представить, какой силой обладала тёмная половина души, если меня так ломает.

– Леди Альена! – из гостиной раздался встревоженный голос Кейти. – Леди Альена, мне жаль, что пришлось потревожить вас, но прибыл владыка Вэйри!

– Минутку!

Наспех вытерев лицо, собрала влажные волосы в простенький хвост и плотнее запахнула халат. Не лучший наряд для приёма гостей, но других вещей у меня не было.

К счастью, халат достаточно длинный и плотный. Ничего не просвечивало и даже не облегало стратегические места. Это резко отличалось от соблазнительных образов Скарлет и в теории могло сыграть мне на руку. Чем быстрее Вольгард перестанет видеть во мне старшую Янгроу, тем лучше!

– Леди Альена! – едва вышла из ванной, ко мне бросилась горничная. – Там владыка…

– Госпожа Тайра ещё не вернулась? Может, стоит сообщить ей о госте? Не уверена, что имею право распоряжаться в её доме.

Губы Кейти дрогнули, обозначив беглую улыбку. Она была очень предана хозяйке, и подобная тактичность добавила мне баллов.

– Леди Тольеро доложили о визите. Позволите провести владыку в вашу гостиную? А может, предпочтёте встретиться в кабинете или в библиотеке?

Впускать Вольгарда сюда не хотелось. Комнаты, выделенные мне Тайрой, были неуловимо похожи на те, в которых его пыталась соблазнить Скарлет. Интуиция подсказывала, что подобного дежавю лучше избегать.

– Проводите меня в библиотеку, – выбрала самый нейтральный вариант.

– Прошу за мной, – поклонившись, Кейти скользнула к выходу.

До библиотеки добрались быстро, она располагалась на том же этаже, что и мои апартаменты. Пока горничная умчала за Вольгардом, я успела осмотреться и убедиться в правильности принятого решения.

Строгие линии и тёмные, сдержанные цвета интерьера не располагали к романтическим беседам, зато идеально подходили для делового разговора. Но особенно радовала арка вместо дверей. Закрыться в библиотеке не представлялось возможным. Даже если дракон магией скроет наш разговор от посторонних ушей, арка будет мозолить глаза, напоминая, что мы здесь не одни.

– Леди… Альена? – тяжёлый, пронизывающий взгляд дракона я ощутила за миг до того, как услышала голос.

– Владыка Вэйри, – по-мужски поклонилась, придерживая халат на груди. Исполнять реверанс не рискнула, хоть и умела. Побоялась, что полы халата разойдутся, показав слишком много. – Чем обязана столь позднему визиту?

– Тайра сказала, вы потеряли память, – в голосе дракона сквозили напряжение и неловкость, – я подобрал несколько книг по истории храма Забытой и её культа. Все они написаны до трагедии…

Вольгард умолк. Ему тяжело давался разговор, а я и вовсе тихо сходила с ума. Сейчас, когда я не чувствовала от дракона враждебности, меня тянуло к нему со страшной силой. Хотелось подойти ближе, коснуться смуглой кожи и вдохнуть его аромат, зарыться пальцами в длинные волосы цвета горького шоколада… узнать, какие они на ощупь.

– Замолкни! – мысленно рявкнула на татуировку.

Её проделки бесили до зубовного скрежета, я уже сто раз пожалела, что перед встречей не выпила хоть каплю эликсира.

Впрочем, нет! Гаррет предупреждал, при неправильно подобранной дозировке зелье может пьянить, а такого счастья мне не нужно. Да и не могу я постоянно перебиваться снадобьями, нужно тренировать самоконтроль!

– Леди Альена?

Голос дракона вырвал из размышлений. Я пропустила большую часть монолога, зато сразу заметила лежащие на столе свёртки с… одеждой?

– Не знаю, как благодарить вас, – сбивчиво прошептала, уставившись на подарки.

Такая забота тронула и желание хоть на миг коснуться дракона стало практически невыносимым.

– Рад, что вам нравится, – владыка натянуто улыбнулся. Уж не знаю, страдал ли он как я, но неловкость от ситуации точно испытывал. – Если что-то не подойдёт, сообщите Тайре. Она поможет подобрать всё необходимое. И… ещё, – дракон нахмурился. – понимаю, вы ослаблены, но через два дня состоится праздник Трёх лун. Если появитесь в храме Хранителя океана вместе с новой леди Сольенной, это поможет быстрее прояснить ситуацию и пресечь слухи.

Шок, паника, недоверие… Эмоции налетели штормовой волной, оглушая и выбивая дух, но последнее слово осталось за интуицией. Она мигом почуяла неладное и подала сигнал, а отточенное за годы работы театральное мастерство позволило сохранить лицо.

– Если считаете это необходимым, – безразлично ответила.

Взгляд дракона на миг стал цепким, сканирующим. Чутьё не подвело, он не просто так завёл этот разговор. Хотел проверить, действительно ли я потеряла память или всё же что-то знаю?

– Понимаю, для вас это непростое решение…

– Я неважно себя чувствую и очень устала, – мягко перебила владыку, – но пары дней хватит для подготовки к выходу. Единственное, хотелось бы узнать подробности. Тот маг, Латиф обвинил меня в ужасных вещах… – запнулась, изображая смятение.

О том, что сам Вольгард едва не придушил меня при знакомстве, напоминать не стала.

– Леди Скарлет действительно совершила тяжкое преступление, – лицо дракона помрачнело, – но к вам это не относится. Утром я выступлю с официальным заявлением. Скоро все горожане узнают, что в теле леди Янгроу теперь другая душа, и вы сможете свободно передвигаться по городу. А пока…

– Я не собираюсь покидать особняк, – закончила за него, – случая в казематах хватило для понимания, как местные могут среагировать на леди Скарлет.

– Мне жаль, – в голосе дракона не было ни капли фальши. – Латиф поступил низко. Даже будь на вашем месте настоящая Янгроу, он всё равно не имел права совершать самосуд и сполна ответил за свой проступок.

– Его… казнили?

Жалости белобрысый не вызывал, но об одной мысли о плахе к горлу подкатывала тошнота.

– Латиф жив и ближайшие десять лет проведёт в каменоломнях Хозяина океана, – ответил Вольгард, – если к истечению этого срока не осознает своей вины и не раскается, судить его будет Смерть.

Жёстко, но справедливо. Только… как бы выяснить, что с его братом? Если он остался на свободе, неприятности гарантированы!

– Мне пора, – Вольгард покосился на настенные часы, – и прошу простить за поздний визит.

– Всё в порядке, – растерянно улыбнулась, не зная, радоваться его уходу или насторожиться.

На первый взгляд я уверенно и логично отвечала на все вопросы, и даже напряжение между нами стало не таким ощутимым. А с другой, явно чувствовалось, дракон чего-то не договаривает и задал ещё не все вопросы.

– Ещё раз спасибо за одежду и книги, – добавила, желая проверить догадку, – леди Тайра говорила, я могу помочь с восстановлением храма Забытой.

– Вы не обязаны этого делать, – голос владыки прозвучал ровно и бесстрастно, но интуиция тут же встрепенулась.

Это и впрямь единственный шанс разбить лёд между нами. Другого не будет.

– Я не могу дать ответ сразу, пока в голове туман и толком ничего не понимаю, – зябко поёжилась, обхватив себя за плечи, – но действительно хочу помочь. Леди Тайра сказала, мы скоро приступим к магическим тренировкам. Возможно, с Силой ко мне вернётся и часть воспоминаний.

– Вам бы этого хотелось? – в глазах дракона плеснулась заинтересованность.

– Вначале я думала, что прошлое лучше не ворошить. Особенно если однажды сама решила всё забыть, – задумчиво протянула, – теперь понимаю, от былого не сбежать. Так лучше я осознанно верну воспоминания, чем однажды они сами ворвутся в мою жизнь, перевернув её с ног на голову.

– Возможно, вы потеряли память, но не мудрость и жизненный опыт, – Вольгард неожиданно улыбнулся. – Не смею больше задерживать, леди Альена. Спокойной ночи.

Поклонившись, дракон стремительно покинул библиотеку, оставив меня в смешанных чувствах. Похоже, сейчас я прошла какую-то сложную проверку, но… почему мне кажется, что Вольгард почерпнул из этой беседы намного больше информации, чем я?

ГЛАВА 11: Нелегко в учении, ещё хуже в бою

На следующий день, особняк Тайры

Остаток ночи прошёл без приключений. После ухода владыки я попросила Кейти отнести подарки в мою комнату, а сама немного побродила по библиотеке, изучая названия приглянувшихся книг и рассматривая картинки. Хотела банально успокоиться и отвлечься, в итоге обнаружила одну странность. Чтение давалось намного сложнее разговорной речи, и при попытке изучить хоть страницу текста у меня начинала болеть голова, а буквы расплывались.

На некоторых томах не смогла прочесть даже название! Либо Скарлет не владела языком, на котором они написаны, что маловероятно, учитывая высокое происхождение, либо Сойран снабдила меня базовой версией переводчика для попаданок и для получения полного комплекта настроек нужно было связаться с паучихой.

Идти к гадине на поклон я не собиралась. В который раз убедилась, что она предпочитала во всём контролировать своих кукол, выдавая под огромные проценты даже то, что им полагалось по праву. Зато на память тела я возлагала большие надежды!

Леди Янгроу никак не могла знать лишь один язык и читать по слогам. Тем более Кейти легко оставила меня в библиотеке одну и предложила забрать заинтересовавшие книги в комнату. Значит, ничего редкого и написанного на каком-нибудь забытом диалекте там не было.

Доверившись интуиции, выбрала пару фолиантов на разных языках и утянула в спальню. Надеялась, что какие-нибудь иероглифы вспомню быстрее, но… увы. Чуда не произошло, а вновь призывать Гаррета я не стала. Хотела попытать счастья самостоятельно. Не вечно же его дёргать по каждому вопросу?

Помедитировав немного, как перед выступлением, пошла на второй заход. Он оказался успешней и, попыхтев с полчаса, я смогла прочитать названия всех книг, а в одной успела расшифровать аж два абзаца!

Правда, после этого у меня дико разболелась голова. Решив, что для первого дня это колоссальный прогресс, отправилась отдыхать. Перед сном всё-таки приготовила зелье, размешав в стакане воды одну капельку эликсира фениксов. Боялась, что Сойран или Скарлет смогут воздействовать на меня во сне.

Возможно, это было глупо, но меня пугали внезапно проснувшиеся эмоции тёмного близнеца и чувства, навеянные татуировкой паучихи.

Даже после ухода Вольгарда меня всё ещё штормило. Стоило вспомнить его голос или пристальный взгляд, как кожа покрывалась мурашками, а в душе вспыхивало странное томление и предвкушение. Это ужасно нервировало! Бархатный баритон и бездонные сапфировые глаза не повод растекаться лужицей, забыв о том, что их обладатель едва не придушил меня меньше суток назад.

Вольгард по-прежнему представлял опасность. Кожей чувствовала, дракон что-то вынюхивает и не доверяет мне до конца. Ещё не известно, как он отреагирует, узнав о моём попаданском происхождении!

Впрочем, сомнения не помешали ему сделать обещанное заявление. Проснувшись, я первым делом метнулась к магографу и пролистала последние новости. Кейти вчера показала, как это осуществить. Поэтому выступление дракона нашла быстро и просмотрела несколько раз, пытаясь засечь во взгляде или интонациях Вольгарда что-нибудь подозрительное. Но интуиция встрепенулась, лишь когда речь зашла о новой Сольенне. Похоже, ей владыка не доверял больше моего и это немного успокаивало.

Жаль, под видео не было комментариев! Меня распирало от любопытства и желания узнать реакцию местных на услышанное. Но объяснить магографу, чего именно хочу от него добиться, не получилось.

Решив не тратить время на ерунду, привела себя в порядок и после лёгкого завтрака принялась разбирать подарки. Роскошные изумрудные платья с вышивкой в виде золотых листьев на рукавах и подоле мне понравились сразу. Строгие, но без лишней чопорности, они мягко подчёркивали всё, что нужно. При этом выглядели благородно и элегантно, ничем не напоминая соблазнительные наряды Скарлет.

Едва переоделась, разница между нами стала весьма ощутимой, но мне этого показалось мало. В итоге я уже час крутилась перед зеркалом, размышляя над причёской и макияжем.

С косметикой в этом мире проблем не было. Порывшись в ванной и будуаре, нашла больше, чем планировала. И хоть многие позиции на вид отличались от привычных, быстро сообразила, что к чему. Вот только засомневалась, стоит ли радикально менять образ или обойтись лёгкими, едва заметными мазками?

Без макияжа лицо Скарлет напоминало девственно чистый холст, на котором можно нарисовать что угодно. В моём мире она могла бы стать успешной моделью, способной примерить любой облик. Но я никак не могла определиться, какой именно сейчас будет правильным и уместным.

– Себя что ли нарисовать? – прошептала, растерянно покрутив баночку с мерцающим кремом.

Между лопатками неожиданно зачесалось, интуиция одобрила этот вариант. Не став спорить, нанесла привычный макияж. Учитывая идеальную кожу и фантастически длинные ресницы Скарлет, ограничилась минимумом. Лишь умело добавила чертам строгости и убрала лишнюю «кукольность». На всё ушло минут десять и результат мне определённо нравился.

– Да! Так намного лучше! – одобрительно кивнула своему отражению.

Строгое платье, убранные в высокий хвост волосы и нужный макияж сделали своё дело, превратив леди Янгроу из фривольной кокетки в неприступную королеву. Особенно удались глаза. Золотисто-бронзовые тени помогли сделать цвет радужки мягче. Теперь она казалась янтарной, а не отливала алым, как перезрелая вишня.

Не знаю, оценит ли Вольгард, но я почувствовала себя намного увереннее, словно показала телу, кто здесь хозяйка.

Покрутившись перед зеркалом ещё немного, хотела прибраться, но не успела. В двери неожиданно постучали, а из коридора донёсся голос Тайры.

– Войдите!

Подхватив лежавший на столике магограф, выскользнула из спальни. Кроме интервью Вольгарда успела посмотреть несколько коротких роликов о ночи Трёх лун и хотела обсудить с Тайрой предстоящее торжество.

Владыка упомянул, что оно пройдёт в храме Хранителя океана. Это немного успокаивало и внушало надежду, что Гаррет подстрахует и защитит от магии тёмного близнеца. Но всё же стоило побольше узнать о самом празднике, а заодно показать ведьме, что я помню, как пользоваться бытовыми артефактами.

С последним вышла небольшая засада.

Во время допроса в лазарете я успела похвастаться этим навыком, а после вдрызг рассорилась с Сойран. Пришлось осваивать азы колдовства без посторонней помощи. К счастью, на фоне земной техники местная оказалась не такой уж сложной. Доверившись памяти тела, меньше чем за час я научилась управлять магией без частушек, щелчков пальцами и танцев с бубном.

– Леди… – Тайра умолкла, пристально рассматривая меня.

Дабы не ошибиться с образом, я несколько раз ставила видео праздника на паузу, рассматривая лица гостей. И не сомневалась, что по местным меркам выгляжу привычно и прилично. Но что-то во взгляде ведьмы насторожило.

– Госпожа Тольеро, – присела в реверансе. – Прошу простить за небольшой беспорядок. Владыка Вэйри вчера передал новые вещи, но я не успела разложить их…

– Глупости, могли бы поручить горничной, – ведьма подошла ближе, не сводя с меня цепкого, оценивающего взгляда. – Леди Альена, могу задать вопрос?

– Конечно. – Сердце пропустило удар.

Неужели Штирлиц близок к провалу?!

Но я же видела похожие причёски и макияж на видео! Что не так?

– Бронза и золото на ваших веках, – задумчиво протянула Тайра, – вы выбрали эти цвета осознанно или интуитивно?

Дыхание перехватило, но я вовремя вспомнила о телепатических талантах собеседницы и подняла щиты, как учила Сойран. Они работали безотказно, в отличие от остальных «подарков» паучихи, но… как говорится, с паршивой Ткачихи хоть нитку шёлка.

– Боюсь, не смогу ответить на ваш вопрос, – виновато улыбнулась, – пока мне сложно понять, какие мысли и желания навеяны прошлым. А это тело, – осеклась, расправив ткань на талии и юбке, – это тело для меня слишком юное. Я чувствую себя неуютно и хочется что-то изменить.

О юности заикнулась не случайно. Во время беседы в библиотеке Вольгард упомянул, что я потеряла память, но не мудрость и жизненный опыт. Сомнительный комплимент для молоденькой девы, зато прекрасная похвала для зрелой и уверенной в себе жрицы.

Учитывая мой земной «багаж», лучше не завираться, притворяясь малолеткой. Всё равно где-то да проколюсь.

– Вы выбрали любимые цвета Забытой, – взгляд Тайры смягчился, – и увидев вас, я решила, что это ответ на мой вопрос.

Ах вот оно что… Мне стоило догадаться, что жрицы феникса носят золото, бронзу и алый. Впрочем, так даже лучше!

– Я говорила владыке, что хочу помочь, но мне необходимо немного привыкнуть к новому телу и осознать случившееся. Возможно, во время наших тренировок я сумею восстановить часть воспоминаний, – добавила, ненавязчиво напоминая ведьме о её обещании.

Если с бытовыми артефактами у меня были шансы разобраться самостоятельно, то лезть без наставника в дебри боевой и защитной магии желания не было. И намеревалась сполна воспользоваться гостеприимством Тайры. Тем более, я готова его отработать.

– У вас будет время подумать, – ведьма неожиданно подошла ближе, подхватив меня под руку, – что же касается тренировок, можем приступить прямо сейчас.

– С удовольствием! И ещё… Владыка Вэйри упоминал о празднике…

– Мне не нравится эта идея, – на лицо ведьмы набежала тень, – вам рано выходить в город, даже с охраной.

– Полагаете, мне угрожает серьёзная опасность?

Слова Тайры насторожили и вспомнился даже не братец Латифа, а таинственный повелитель Скарлет. Паучиха так и не сказала, на кого работала старшая Янгроу. Но я подозревала, что этот маг летает очень высоко, если сумел перетянуть на свою сторону дочь герцога.

Неплохо бы изучить списки местной аристократии и выяснить, кто находится в контрах с владыкой. Гаррет упоминал, что Совет обманул дракона, изменив условия контракта. Возможно, этому поспособствовал именно союзник Скарлет?

– На протяжении тысячелетий семья Янгроу владела южной частью империи, включая золотоносные земли – Виланьезу и Дэвонгу, – пояснила Тайра, – на этих рудниках работает больше десяти тысяч рабочих и добывается около восьмидесяти процентов всего имперского золота.

Я мысленно присвистнула. Если семья Янгроу была настолько богата и влиятельна, какого лешего не хватало Скарлет и что посулил ей загадочный повелитель за сотрудничество? Титул императрицы? Или дело не в амбициях, а в личных счётах?

Видимо, придётся всерьёз погрузиться в местную политику, завести блокнот со списками главных «партий» и выяснить, кто против кого воюет. Иначе стану лёгкой добычей Совета и прочих интриганов.

– У герцога Янгроу ещё были дети? Или братья, сёстры…

– Нет. Вчера Золотые земли остались без хозяина и, поверьте, претендентов на них очень много. Только… – ведьма замялась, и я невольно поёжилась, молясь, чтобы пугающие догадки не подтвердились. – Согласно древнему закону, сирена не имеет права претендовать на собственность предыдущего владельца тела. Исключение составляют случаи, когда морская дева заняла место последнего представителя Рода.

А по закону подлости это я или… Сола. Если в теле бывшей невесты Вольгарда действительно Скарлет, всё ещё хуже, чем я думала.

– Как вы понимаете, известие о вашем скоропостижном воскрешении обрадовало не всех, – извиняющимся тоном произнесла Тайра, – вести из Ярванны дошли до столицы с опозданием, когда Совет уже начал бой за рудники.

Отлично… как раз то, чего мне не хватало для полного счастья.

– Выходит, мы с леди…

– Главные претендентки на роль законных наследниц, – кивнула ведьма, – и в ближайшее время вам либо помогут правильно выйти замуж и отдать всё мужу, либо…

– Отправиться обратно к Хозяину океана, – прошептала, словно в трансе. – Но ведь…

– Леди Сольенна должна была стать женой владыки Вэйри и получить рудники в качестве приданого, – продолжила Тайра, – герцог давно и серьёзно болел и мечтал уйти на покой, оставив своё детище в надёжных руках. Теперь его завещание признано недействительным и получить всё должны вы, как хозяйка… эм… старшего тела.

Я мысленно прикусила язык, чтобы не взвыть. Очень хотелось выплеснуть на пол содержимое ближайшей вазы, трижды позвать Гаррета и нырнуть в спасительную лужу.

– На первый взгляд, ситуация безвыходная, – вкрадчиво начала ведьма, словно прочитав мои мысли, – но варианты есть. Жрицы Забытой имели огромную власть, если всё же решитесь, сможете не только сохранить земли, но и избежать навязанного брака.

Угу… если до этого мне не свернут шею союзники Скарлет. Я-то наивно полагала, что моей главной проблемой будет именно она! А тут такие новости.

И надо же, как совпало… Именно удобный для Тайры вариант способен решить мои проблемы. Выходит, и она чего-то недоговаривает.

– Пока вы слабы и беззащитны, – ведьма щёлкнула пальцами, открывая портал, – любой сильный маг играючи подчинит вас. Я поговорю с Вольгардом. Понимаю, ваше появление на празднике Трёх лун может решить несколько щекотливых проблем, но не уверена, что это безопасно.

– Но ведь существует защита от подчиняющих плетений? – я нахмурилась.

Проще всего было согласиться с доводами ведьмы. Я и сама очень хотела откреститься от встречи с лже-Солой. Но боялась, что это может быть частью проверки. Возможно, Тайра специально дала мне шанс отступить? Хотела посмотреть, уцеплюсь ли за возможность остаться в особняке?

– Защита, безусловно, есть, – легко согласилась ведьма, – и мне не составит труда её поставить. Но чтобы удержать щиты, вы должны вернуть контроль над магией, поэтому предлагаю сразу приступить к тренировкам, – добавила, утягивая меня в портал. – Посмотрим, на что вы способны после возрождения, леди Альена.

ГЛАВА 12: Хрусталь и пепел

Пол под ногами пошатнулся. На этот раз я была готова к коварству портала и легко удержала равновесие. Как только развеялись золотистые всполохи, осмотрелась, с удивлением отметив, что Тайра переместила нас в сад. Густые заросли надёжно скрывали меня от любопытных зрителей, но я всё равно предпочла бы заниматься в особняке.

– Не волнуйтесь, – заметив моё недоумение, ведьма усмехнулась, – над этой частью сада мощный защитный купол. Нас никто не увидит и не помешает.

Она хлопнула в ладоши, и небольшие крылатые статуи, которые я поначалу приняла за украшения, вспыхнули синим маревом, оживая на глазах. Было жутко и непривычно, когда одна из горгулий со скрипом качнула головой, окинув меня пристальным взглядом. Я еле сдержалась, чтобы не отскочить в сторону.

Мамочки… как же приспособиться к этому миру?!

– Забыли, как выглядят големы-охранники? – участливо поинтересовалась Тайра. – В храме Забытой их было немало.

– Но защитить жриц они не сумели, – жёстко парировала, ругая себя за столь яркую реакцию.

Впредь нужно быть осторожнее, любой чих может выдать моё иномирное происхождение.

– Леди Альена, я не хотела задеть вас, – ведьма примирительно подняла руки, – но чтобы составить график тренировок, нужно понимать, насколько много вы забыли.

– Я уже говорила…

– Речь о магической памяти, – мягко перебила Тайра, – Хозяин океана мог по вашей просьбе стереть часть воспоминаний, но не навыки и опыт. Даже переродившись в чужом теле, вы должны были сохранить хоть часть жреческих способностей.

Сердце пропустило удар. Хотелось то ли грохнуться в обморок, то ли телепортироваться к Гаррету с воплем: «Хьюстон, у нас проблемы!»

И кто меня за язык тянул, когда ведьма спросила об имени?! Лучше бы соврала, что не помню! Что теперь делать? Жрицей я никогда не была, и явно не могла вспомнить то, чего не знала. Зато тело Скарлет могло подкинуть сюрпризы, и не факт, что приятные.

Впрочем, нет! Если подумать, это мой единственный шанс выкрутиться. Тайре прекрасно известно, что леди Янгроу была очень сильным магом, а я возродилась лишь вчера. Логично, если тело в первую очередь вспомнит её навыки, а не мои.

Правда… засомневалась, а все ли сирены могут перенимать навыки своей предшественницы? Или всё дело в том, что Скарлет – мой тёмный близнец?

Интуиция молчала, я паниковала, а Тайра неспешно рассыпала в центре лужайки золотистый песочек. Два голема тут же ровняли его, ещё один раскладывал вокруг светящиеся камушки. Едва ведьма закончила, помощники метнулись в беседку и притащили аккуратную трость с заточенным концом и странным набалдашником, напоминающим уменьшенную швабру.

– Начнём с азов, – отпустив горгулий, Тайра ещё раз прошлась по песочку «шваброй», затем крутанула палку в руках, переворачивая острым наконечником вниз, и начертила несколько рун. – Наполните их магией.

Вздохнув, подошла ближе. С подобным я уже сталкивалась, когда паучиха учила призывать и активировать ментальные щиты. Но тогда я направляла магию внутрь себя, а сейчас нужно действовать наоборот.

– Ну же, смелее, – Тайра ободряюще улыбнулась.

Закрыв глаза, представила, что нахожусь на сцене, но вместо переливчатых аккордов музыки вокруг закручивается магическая воронка. Я словно дирижёр управляла ею голосом. Подчиняя и направляя, сплетаясь с ней в едином порыве и создавая уникальную штормовую симфонию.

Магия пела и звенела вместе со мной, шёлком скользила по коже, то вспыхивая огненным искорками, то ослепляя белоснежным сиянием. Она менялась каждый миг, будто никак не могла определиться, какой облик лучше принять и ждала, что я решу за неё. А я медлила, наслаждаясь пленительным танцем стихий и перебирая варианты как драгоценные жемчужины.

Алое пламя… Смерть и возрождение… Вечность на крыльях феникса…

Я знала, что пламя может быть разным. Мягким и согревающим, очаровывающим и проникающим в душу мерным потрескиванием осенних костров. Очищающим тело и дарующим воскрешение, но всё же в первую очередь огонь ассоциировался со Скарлет и, видят высшие Силы, он подходил ей как нельзя лучше.

Яростный и беспощадный, жестокий как лесной пожар, сжигающий дотла и оставляющий после себя пепелище. Я боялась, что, пробудив мощь Янгроу, не удержу её в узде, и предпочла издали наблюдать за безумной пляской искр и огней.

Сапфировая магия… Пронзительная песнь сирен и слёзы морских пучин…

Эта Сила манила и пленяла, будоражила воображение, словно красавица в мерцающей вуали. Но стоило последовать за ней, как в шёпот волн вплелись раскаты грома и штиль сменился буйством волн, способных утопить любой корабль и раскрошить даже скалы.

Не успела испугаться, как среди сапфировых огней проскользнул искрящийся мотылёк. Нежный и воздушный, будто сотканный из лунного света и перезвона хрустальных колокольчиков. Я и сама не заметила, как скользнула следом, принимая его помощь и Силу. Но едва коснулась мерцающих крыльев, видение развеялось и мир вокруг залило ослепительным сиянием.

– СТОЙ! – вопль Тайры едва не оглушил.

Похоже, я что-то сделала не так, но мне было уже всё равно…

Пой ведьма, пой… Слова Гаррета набатом пронеслись в мыслях, и поддавшись неведомому порыву я и впрямь запела, заклиная собственную Силу и скрепляя союз с загадочным хрустальным мотыльком. А ответом мне стали раскаты грома и пронзительный аромат осеннего ливня.

Он обрушился на нас с Тайрой, вырывая из транса и заставляя открыть глаза.

– Фэйри… хрустальная фэйри… – ошарашенно прошептала ведьма, словно под гипнозом рассматривая окружающее нас сияние. А я уставилась на собственную тень. Мерцающую и… крылатую.

Сойран не раз повторяла, что чем быстрее приму магию и новую сущность, тем проще мне будет в этом мире. Но глядя на побледневшую Тайру, я поняла: паучиха и здесь обманула.

– Я…

– Спрячьте крылья, – голос ведьмы звучал сипло и глухо, а холёные, украшенные многочисленными кольцами пальцы, ритмично подрагивали, будто она перебирала невидимые струны. – Быстрее! – с нажимом повторила. – Я не могу долго удерживать щит, скрывающий вас от Охотников!

О чём речь я не поняла, но от тона Тайры пробрал озноб. Закрыв глаза, представила, как крылья уменьшаются, а затем приказала им исчезнуть. Ничего не произошло… Только вдали вновь проскользнул прекрасный мотылёк и раздался чарующий перезвон хрустальных колокольчиков.

– Леди Альена! – рявкнула ведьма. – Щиты…

– Я пытаюсь! – воскликнула, не открывая глаз. – Пытаюсь… – шёпотом добавила, прислушиваясь к музыке чужих крыльев.

Мелодия, создаваемая мотыльком, казалась подозрительно знакомой и родной, словно я знала её всю жизнь, но лишь сейчас услышала со стороны. Она дразнила и манила, ускользала, но через миг возвращалась, гипнотизируя чудными переливами и приглашая последовать за ней на мерцающие дорожки потаённых желаний и снов.

Я чувствовала, что загадочная бабочка может многое рассказать и помочь с новой магией, но время поджимало.

– Помоги, – взмолилась, обращаясь к дивному созданию, – я благодарна за Дар, но не умею им пользоваться!

Мотылёк не ответил. Продолжил кружить вдали, оставляя в воздухе мерцающий след из искрящихся магией снежинок. Не удержавшись, шагнула к нему, чувствуя, как душа отделяется от тела. Это было пугающе и головокружительно одновременно.

Никогда не испытывала подобной лёгкости.

– Во имя Забытой! Леди… – крик Тайры растворился в хрустальном перезвоне и рокоте молний.

Магия вышла из берегов, обрушилась на меня подобно цунами. Я тонула в ней, задыхаясь от непривычных ощущений… Но едва по разгорячённой коже вновь скользнули ледяные струи дождя, душа воссоединилась с телом и дышать стало легче. Словно разыгравшийся шторм защищал меня от собственной силы.

Вначале подумала на Гаррета, но татуировка пары неожиданно встрепенулась, напоминая, что не фениксом единым…

– Альена! – шёпот Вольгарда окутал бархатным коконом, скрывая от бушующей магии и жутких золотистых цепей. Они со свистом рассекали воздух, танцуя вокруг меня как змеи, приворожённые флейтой заклинателя. – Альена, очнись! Иди на мой голос! – повторил дракон.

Я по-прежнему не понимала, где нахожусь, блуждая в беспросветной тягучей тьме, но всё же попыталась исполнить приказ. И тут же отскочила обратно, едва ко мне рванула одна из цепей.

– Рца-а-ар, – она со скрежетом врезалась в мерцающий щит, а я замерла как вкопанная.

– Вольград, – тихонько позвала, боясь пошелохнуться. Защита дракона спасала от жутких золотистых змей, но как выбраться из ловушки не представляла. – Вольгард… – вновь прошептала, коснувшись татуировки пары.

Она неожиданно потеплела. Это приободрило, значит, я двигалась в верном направлении.

Сосредоточившись на магических знаках, призвала и свою Силу, вплетая её в татуировку и щит владыки. Выждав несколько мгновений, шагнула в сторону. Купол беззвучно переместился вместе со мной!

Теперь я чётко видела его мерцающие очертания и следила за тем, чтобы случайно не выскочить за пределы спасительной защиты. Шла медленно, но голос дракона становился всё ближе, а клубящиеся вокруг щита золотистые змеи бледнели и слабели.

– Альена! – на этот раз зов раздался совсем близко и вместе с ним пришёл свет.

Мягкий, напоминающий отблески звёзд в пасмурную ночь, он постепенно растекался по теневой ловушке, превращаясь в узкую мерцающую тропинку.

Как только ступила на неё, оставшиеся позади монстры протяжно заскулили, потеряв меня из виду. Не дожидаясь, пока они очнутся, со всех ног помчала к огромному порталу, сквозь который уже виднелись очертания знакомого сада, моего тела и склонившихся над ним Вольгарда и Тайры.

– Рца-а-ар! – Новый рёв чудовища придал ускорения.

В два прыжка достигнув перехода, ласточкой нырнула в него и тут же услышала хриплый голос, ставший для меня путеводной звездой.

– Очнулась… – с облегчением выдохнул дракон, почуяв моё возвращение едва ли не раньше, чем я сама.

– В-вольгард… – прошептала, с трудом шевеля языком.

Хотела поблагодарить, но не успела. Новый порыв дождя обрушился как из ведра, и в мысли эхом проскользнул голос Гаррета.

– Пой ведьма, пой! – услышала, прежде чем провалилась в новую бездну.

– Ты… – просипела, приземляясь прямо… в руки феникса!

Ой…

– С возвращением, – подмигнула Смерть, – о Тайре и Вольгарде можешь не переживать. Со стороны твоё исчезновение было похоже на обычный обморок.

– А…

– Крылья и хрустальную магию я временно запечатал, – не отпуская меня, Гаррет шагнул в портал и через миг мы оказались у подножия ослепительно красивого храма, сверкающего в лучах солнца чистейшим бриллиантом. – Мне жаль, что пришлось похитить тебя прямо из-под носа владыки, но сейчас в твоих крыльях слишком много магии. Если останешься рядом с Вольгардом, проснувшаяся Сила свяжет вас насильно и всё пойдёт по сценарию Сойран.

– Ах ты ж… – я задохнулась от ярости и возмущения.

Вот почему паучиха убеждала поскорее призвать Силу! Хотела любой ценой достичь своего и плевать, что в процессе меня могло уничтожить какое-то чудовище!

– Магия фэйри способна вылечить раны, оставшиеся на ауре Вольгарда после потери пары, – продолжил феникс, осторожно поставив меня на землю, – но благодаря плетениям Лгуньи это навеки свяжет ваши судьбы.

– Погоди! – я встрепенулась. – Ты же говорил, что наши татуировки «пустые» и наполнятся Силой, лишь когда мы с владыкой полюбим друг друга!

– Верно, но на это нужно время, а Лгунья не любит ждать. Она ведь намекала, что есть способы ускорить процесс?

Во время последнего разговора Сойран действительно упомянула, что Вольгарда скоро начнёт ломать от разрыва связи с Солой и мы сможем воспользоваться его слабостью в своих целях. Меня тошнило от одних воспоминаний о её методах. Я ненавидела нечестную игру и всё больше убеждалась: нам с паучихой не по пути.

– Расчёт Лгуньи прост, – Гаррет подхватил меня под локоть и потянул в сторону храма, – во время первого пробуждения в крыльях фэйри накапливается колоссальное количество магии. Поддельные татуировки пары должны были впитать эту мощь, став почти настоящими.

– Почти… – с горечью повторила я. – Она хотела лишить нас выбора.

– Лгунья не умеет работать иначе, – скривился феникс, – в любом случае навеянные татуировкой чувства были бы далеки от любви. Скорее… подобны наваждению и болезненному влечению.

– Это же подло! – выдохнула, до боли сжав кулаки.

– Потому я и вмешался, – Гаррет ободряюще улыбнулся, – но к Ткачу вернёмся позже. Думаю, тебе не помешает небольшая экскурсия по миру, – он кивком указал на храм, – я наблюдал за тобой во время тренировки…

– Шутишь?!

– В прошлую встречу я поставил на твою ауру несколько следилок, – пояснил феникс, – они реагируют на опасность и любые проявления хрустальной магии, что в твоём случае одно и то же.

– Значит, ты видел…

– Охотника? Да. Хотел вытащить тебя самостоятельно, но в последний момент уступил это право Вольгарду. Решил, что защищая и спасая он быстрее перестанет видеть в тебе Скарлет.

– Надеюсь, – поёжилась, вспомнив жуткие золотистые цепи и непроглядную тьму ловушки. – Тайра тоже упоминала об Охотниках, кто они?

– Монстры, питающиеся такими, как ты.

От слов Гаррета я протяжно завыла. Мало мне было проблем со Скарлет и Советом…

– Учитывая, что ты не совсем обычная фэйри, тебе будет проще защититься от них, – заверил феникс, – я научу. И Тайра с Вольгардом помогут. Но для начала хочу показать, откуда вообще пришли эти монстры и почему их появление изменило историю Сольвингарда.

Любопытство взяло верх, заглушая страх от пережитого. Очень хотелось побольше узнать о новом мире, ведь от этого зависела моя жизнь.

– С удовольствием послушаю! Ночью пыталась найти информацию, но обнаружила, что не могу читать. Вернее могу, но только некоторые абзацы и недолго…

– Это подарок Лгуньи, – скривился Гаррет, – она перестраховалась, так проще тебя контролировать. Хотела выдавать информацию порциями, каждый раз подчёркивая твою несостоятельность и собственную значимость.

– Сдохну, но к этой скотине на поклон не пойду! – прошипела я.

– Ну зачем же так радикально? – фыркнул феникс, – это плетение можно обойти.

– Я уже пробовала, – призналась, – получается медленно, но…

– Если продолжишь тренировки, через пару дней сможешь читать книги на любом языке, который знала Скарлет, – ответил феникс, – а теперь слушай внимательно и не перебивай. У нас мало времени, а я должен многое рассказать.

Не дожидаясь ответа, Гаррет направился к ступеням храма, увлекая меня за собой. Я даже осмотреться как следует не успела, хотя поглазеть было на что!

Белоснежное святилище очаровывало своей совершенной красотой, но намного больше поразили растущие у его подножия цветы. Изящные, хрупкие, словно сотканные из хрусталя и отблесков далёких звёзд. В сиянии их граней можно было заблудиться, я никогда не видела подобного и, залюбовавшись, споткнулась. От падения спас Гаррет.

– Это эльезы, священные цветы, рождённые из слёз Пресветлой Богини-матери, – пояснил феникс, помогая подняться по скользким ступенькам, – они защищают храм Творца от чудовищ Пустоши.

– А нельзя сорвать…

– Нет. Эльезы сами решают, кому помогать.

– Жаль, – вздохнула, вновь покосившись на изумительной красоты цветы, – мне бы пригодилась защита от Охотников.

– Она у тебя будет.

Едва подошли к огромным воротам, они бесшумно распахнулись.

После ослепительно прекрасного фасада я ожидала увидеть нечто невообразимое, но внутри нас ждали лишь голые стены и статуя мужчины в простом дорожном плаще и маске, скрывающей лицо. В руках незнакомец держал две сферы – алую как пламя и серебристо-голубую.

–Тельраах, один из Творцов этого мира, – пояснил Гаррет, едва подошли ближе, – я не буду рассказывать о сотворении Паутины, скажу лишь, что она насчитывает бесчисленное множество миров. Некоторые из них не развиты и не имеют значения для Равновесия, но есть и так называемые Девять жемчужин, – феникс щёлкнул пальцами, и рядом со статуей возникло ещё восемь иллюзий.

Они отличались лишь ростом, цветом плащей и масок, но присмотревшись, я увидела, что среди них нескольких женщин.

– Жемчужины – это миры, к созданию которых приложил руку Первый Творец или все Девять учеников. Они совершенны и наполнены уникальной магией, а их Сила питает всю Паутину Межмирья – продолжил феникс, – если падёт хоть одна жемчужина, погибнет и Паутина. Поэтому Пряхи и Ткачи защищают священные миры любой ценой, не считаясь с последствиями и судьбами отдельных магов.

– Кажется, я начинаю понимать мотивы Сойран, – задумчиво протянула, рассматривая Творцов, – только это не делает её поступки менее отвратительными.

– У всех свои пути поддержания Равновесия, но давай вернёмся к ученикам Первого Творца. – Гаррет вновь щёлкнул пальцами, и за спинами Девяти магов возникла могучая мужская фигура.

Лица я не видела, только испещрённую шрамами спину и две свежие раны, словно ему кто-то оторвал крылья…

– Забытый Бог. Он же Первый Творец, создатель Паутины и истинный сын Пламени, – пояснил Гаррет, – все фениксы и фэйри рождены из Его крыльев.

От слов Смерти голова пошла кругом, а взгляд прикипел к израненной спине мужчины. Его шрамы заиграли новыми красками, я смотрела на них с нескрываемым восхищением и жаждала узнать историю каждого. Но в то же время боялась…

– Творец добровольно отдал их нам, желая вдохнуть жизнь в Сольвингард, – продолжил Гаррет, – хотел, чтобы его любимое детище стало совершенным и превратилось в главную жемчужину Паутины. Но…

Феникс махнул рукой, развеяв иллюзии, и создал новую – жуткую и пугающую до дрожи… Я словно заворожённая смотрела на долговязую тень, окружённую мерцающими золотистыми змеями, отдалённо похожими на тех, что напали на меня в ловушке.

– Один из его учеников – Тельраах совершил непростительную ошибку, – продолжил Гаррет, – гуляя по одному из миров, он слишком сблизился со смертными, решив познать не только чистые чувства, но и все грани порока. Вернувшись в Паутину, понял, что обретённый багаж мешает ему и делает слабее, и попытался избавиться от него. Только… порок оказался сильнее и обрёл собственное тело.

Феникс указал на жуткого монстра, связанного с Богом мерцающей цепью.

– Ангаарх, ожившая Тень Тельрааха, отражение его неудачных экспериментов и ошибок, исковерканное воплощение желаний, от которых ему пришлось отказаться для сохранения могущества и бессмертия.

В голосе Хозяина океана проскользнули рычащие нотки, а через миг с чудовища слетел капюшон, позволяя рассмотреть совершенное, сражающее своей красотой и изящностью черт лицо. Только полные, искривлённые в порочной улыбке губы и жестокий блеск алых глаз выдавали истинную сущность мужчины. А ещё… до боли напоминали…

– Скарлет… – прошептала, ошарашенная внезапной догадкой. – Это… это и есть её Повелитель?!

Гаррет не ответил, но по его взгляду я поняла, что не ошиблась. Мамочки… И как я должна противостоять этому чудовищу? Его вообще реально победить?

– Ангаарх – воплощение ненависти, лжи и порока, – продолжил феникс, – сейчас он слабее Девяти, но жаждет получить магию Творца, пока тот покинул Паутину и не может помешать его планам.

– Погоди! – недоумённо мотнула головой. – Я не сильна в колдовстве, но как он собирается забрать магию Забытого без его присутствия? Разве для этого не нужен какой-то ритуал?

– Когда Творец возвращается в Паутину, его аура сливается с её нитями, напитывая все миры магией и усиливая их, – пояснил Гаррет, – но покидая родные места, он всегда оставляет в обители Прях кристалл со своей энергией для поддержания стабильности Жемчужин. Именно на него и нацелился Ангаарх.

– И чёрные драконы способны помешать его планам?

Вновь вспомнилась Сойран, она постоянно талдычила о равновесии, но тогда для меня это было пустым звуком. Лишь сейчас, после откровений Хозяина океана я начала потихоньку во всём разбираться и осознала истинную ценность Вольгарда не только для простых магов, которых он защищал от монстров, но и для всего мира.

– Владыка Вэйри и его люди – единственные, кто может противостоять Охотникам.

Гаррет начертил в воздухе какой-то знак и перед нами вспыхнула иллюзия нового чудовища. Настолько жуткого, что я невольно вскрикнула и юркнула за спину феникса.

Здоровенное, метра два ростом, напоминающие одновременно богомола и обнажённого мужчину…

– Это… Охотник?! – просипела, рассматривая жуткие, покрытые шипами лапы и брюшко, переходящее в чешуйчатый торс.

Лицо монстра было почти человеческим, если не считать фасеточных глаз и огромных клыков, а вот руки ниже локтя превращались в заточенные сабли.

Представить такое я не могла даже в самом жутком кошмаре и от одной мысли о том, что монстр реален, пробирала оторопь.

– Охотники – сильнейшие творения Ангаарха, рождённые из его крови и магии Паутины, – ответил Гаррет, – с одним из них ты недавно познакомилась.

– Ик…

– Они чувствуют магию фэйри и перезвон ваших крыльев, – феникс создал ещё одну иллюзию и вокруг Охотника заплясали уже знакомые цепи, – а это – Ловчие, низшие сущности, помогающие им ловить таких, как ты. Они почуяли, что в Ярванне появилась фэйри, но Тайра вовремя скрыла тебя от поисковых плетений, а после подоспел и Вольгард.

– Ты сказал, что они питаются такими, как я… – просипела, словно в трансе рассматривая жуткое существо.

– Твари Пустоши не способны самостоятельно восстанавливать магические резервы или черпать силу из природных источников. Зато крылья фэйри и фениксов – бесконечный источник энергии, – пояснил Гаррет, – даже их осколок способен многократно усилить любого мага или вылечить от смертельной болезни.

– Осколок? – недоумённо уточнила я.

– Фэйри не зря называют хрустальными леди. Ваши крылья сотканы из чистейшей магии Паутины и действительно напоминают хрустальное кружево.

Феникс развеял иллюзию Охотника и создал ещё одну, сказочно прекрасную.

Хрупкая белокожая женщина с пронзительно-синими глазами и роскошными смоляными косами в пол была совершенна, но больше всего поражали огромные мерцающие крылья. Они переливались и искрились, будто чистейший бриллиант, в гранях которого заблудились солнечные лучики.

Игра магических искорок завораживала и умиротворяла, даже от иллюзии фэйри волнами растекались тепло и свет. Я не представляла, как можно причинить ей вред…

– С помощью своих сабель Охотники пришпиливают фэйри к зачарованной паутине и выпивают из них магию. – Слова Гаррета ударили как обухом по голове, вырывая из мечтательного настроения и возвращая в жестокую реальность. – Душа жертвы при этом остаётся в плену твари.

Передо мной вспыхнула иллюзорная голова чудовища, феникс специально увеличил её, позволяя рассмотреть глаза кузнечика.

То, что я поначалу приняла за фасеточные грани, оказалось осколками, внутри которых бились и блуждали чужие души!

– Только после смерти Охотника они обретают свободу, – продолжил Гаррет, – до этого несчастные пленницы вынуждены кормить монстра своей болью и агонией.

Крепко сжала кулаки, пытаясь сдержать слёзы, но по щекам всё равно хлынули солёные ручьи. Это не укрылось от Смерти.

– Охотников можно победить, как и Ангаарха. – Гаррет призвал белоснежный платок и подал мне.

– Как?! – всхлипнула я. – Они кажутся такими… – запнулась, подбирая слова.

– Монстры не всемогущи, хотя и очень сильны, – мягко перебил меня феникс, – но об этом поговорим в следующий раз. Времени осталось в обрез, фэйри и фениксы рождены из магии Творца, в наших крыльях есть искры Первородной энергии, их Сила поддерживает защиту обители Прях. Чтобы добраться до кристалла, Ангаарху нужно для начала уничтожить всех стражей.

– Вот почему на нас охотятся…

– Смерть каждого первородного ослабляет щиты обители и делает Ангаарха сильнее, но пока жива хоть одна хрустальная леди или дитя Пламени, ему не заполучить артефакт, – кивнул Гаррет, – впрочем, если бы не Вольгард и его драконы, тварь совершила бы задуманное ещё пять лет назад.

Зябко поёжившись, обхватила себя за плечи. Услышанное не укладывалось в голове. Я была благодарна фениксу за откровения, но пока не представляла, что делать с этой информацией и как противостоять чудовищу.

Я ведь не всемогущий волшебник, не рыцарь из легенд и не Жанна Д`арк! Обычная певица, попавшая в другой мир волею судьбы и одной зловредной паучихи.

– Нет силы в тебе, ни мудрости. Однако же избран ты, а значит, придётся тебе стать сильным, мудрым и доблестным*, – словно в трансе прошептала слова Гэндальфа.

«Властелин колец» был моей любимой книгой. Не помню, сколько раз перечитывала её, но никогда не думала, что сама окажусь на месте скромного хоббита и отправлюсь к жерлу вулкана для борьбы с мировым злом.

– Какие интригующие слова, – Гаррет заинтересованно наклонил голову. – Сказавший их явно отмечен Творцом.

– Несомненно, – улыбнулась, жалея, что заветная трилогия осталась в родном мире и не могу вручить её Хозяину океана в благодарность за помощь.

– Ой!

Сферы в руках статуи замерцали, озаряя храм своим сиянием.

Алый шар был блеклым и слабым, практически траурным. Зато хрустальный искрился путеводной звездой, притягивая взгляд и гипнотизируя своими бликами.

– Это…

– Сферы Тельрааха показывают смерть и рождение Первородных, – в голосе Гаррета проскользнули боль и горечь, но вместе с ними я услышала и отголоски надежды, – один феникс только что умер, защищая свою жену и новорождённую дочь фэйри.

На глаза вновь навернулись слёзы. Поддавшись порыву, шагнула к Смерти и ободряюще сжала его плечо.

– Мне пора обратно в обитель, сирены не смогут сами провести его душу на Тропу возрождения, – добавил, легко касаясь моих пальцев, – а тебе нужно вернуться к Вольгарду и Тайре пока они ничего не заподозрили.

– Конечно! И спасибо огромное за всё! – воскликнула и тут же встрепенулась, вспомнив о тренировках в саду и храме Трёх лун. – Можно задать два вопроса? Это важно!

– Быстро, – кивнул Гаррет, всматриваясь в затухающие искры в глубине алой сферы.

Что он там видит, я не знала, но молилась Творцу и всем его ученикам, чтобы следующая жизнь феникса оказалась счастливой, и он снова встретил семью.

– Вольгард упоминал, что через два дня нужно посетить праздник вместе со лже-Солой…

– Не оставайся с ней наедине и не позволяй касаться себя. И где перчатки? – в янтарных глазах Смерти плеснулась укоризна. – За всё время ты ни разу их не надела.

– Исправлюсь! – я смутилась. – А Совет… Тайра говорила, на меня могут воздействовать ментально…

– Теперь, когда пробудились крылья, тебе будет проще поставить защиту, – перебил меня Гаррет, – и я подстрахую. Перчатки защищают от ментальной и подчиняющей магии не только во время прямых касаний.

Оу! Похоже, я в них даже спать буду…

– Значит, мне всё же стоит появиться на этом празднике?

– Если не случится что-нибудь непредвиденное, – ответил феникс. – Мы ещё успеем встретиться, выпьешь двойную дозу эликсира и потренируешься держать щиты. Одну тебя никто не бросит, – успокоил, устало улыбнувшись.

– Знаю, – улыбнулась в ответ. – И последнее, Тайра говорила, что я должна вспомнить жреческие навыки…

– Этим займёмся позже. Что-то ещё?

– Книги! Мне нужна будет информация об Охотниках. Как защититься, что именно может привлечь их, – выпалила на одном дыхании.

– Не призывай крылья. После сегодняшнего случая тренировки с Тайрой придётся ненадолго отложить, – подхватив меня под руку, Гаррет направился к выходу из храма, – пока сосредоточься на книгах. Тебе предстоит многое изучить и способность нормально читать пригодится. Книги про Охотников пришлю ближе к полуночи, – пообещал, едва мы вышли за ворота, – прислушивайся к сигналам из вазы. Как услышишь стук, набери воды в раковину, телепортирую тебе всё необходимое и несколько дополнительных инструкций.

*Цитата – слова Гэндальфа из «Властелина колец» Джона Р.Р. Толкина.

ГЛАВА 13: Надежда хрустального двора

В это же время, особняк Тайры (Вольгард)

– Обморок на фоне магического истощения, – констатировал целитель, закончив осмотр, – ничего опасного.

– Уверен? – я нахмурился, покосившись на болезненно бледную Альену.

После того как вытащил девушку из теневой ловушки, она снова потеряла сознание и привести её в чувство не вышло ни у меня, ни у Тайры. Пришлось порталом вызывать Берригоу. Внучка целителя была фэйри, поэтому об особенностях хрустального народа старик знал не понаслышке. К тому же, я доверял ему как самому себе и не боялся посвятить в тайну.

– После пробуждения крыльев – это обычное состояние, – заверил друид, – скоро леди придёт в себя. Возможно, пару дней её будут беспокоить слабость, головокружение и озноб, – добавил, доставая из наплечной сумки несколько флакончиков и блокнот с пером, – я оставлю необходимые лекарства и инструкции, а вечером ещё раз загляну.

– Хорошо, спасибо, что сразу примчал.

Просить его задержаться не стал. На рассвете в лазарет привезли трёх раненых драконов и оставить их надолго Берригоу не мог.

– Это моя работа, – отмахнулся целитель.

– Мессир… – Тайра нервно куснула губу. Она винила себя в случившемся и боялась, как бы раннее начало тренировок не повредило Дар девушки. – Альена ведь только вчера возродилась…

– Леди Тольеро, я уже говорил, ваши действия не могли спровоцировать появление крыльев, – друид укоризненно цокнул языком, он ненавидел повторять что-либо дважды, – даже если бы вы спросили моего совета до того, как всё случилось, я бы не запретил тренировки. К тому же упражнение, с которого вы начали, не способно навредить даже детям, – вздохнул, собирая лекарства и артефакты в сумку.

– Но для инициации фэйри требуется колоссальное количество магии! – Тайра до сих пор сомневалась. – Альена ещё не восстановилась…

– Это всего лишь первое пробуждение крыльев, – поправил её целитель, – в отличие от настоящей инициации оно не выжимает фэйри досуха, а наоборот, наполняет её тело Силой. Если бы не появление Охотника… – Берригоу суеверно потёр висящий на шее амулет, скрывающий от Ловчих отголоски магии фэйри. Он носил его не снимая, чтобы твари не выследили внучку по отголоскам хрустальной магии на его ауре. – Если бы не Охотник, я бы сказал, что для леди это лучший вариант. Энергия крыльев не только окончательно изменит ауру Скарлет и ускорит магическую адаптацию, но, возможно, поможет вспомнить прошлое.

Пока друид колдовал, я выставил над особняком новую защиту и вплёл в ауру фэйри несколько обманок, чтобы помешать Охотникам напасть на её след. Но кое-что не давало мне покоя.

– Кстати, о прошлом, – задумчиво постучал пальцами по столу, – что-то я не припоминаю фэйри среди послушниц Забытой.

Перерождение не способно изменить магию и расу. Если в прошлой жизни сирена была драконицей, то и в новой не могла стать эльфийкой, орчихой или человеком. Возродившись в чужом теле, душа постепенно меняла его, обычно на это уходили годы, но Альена справилась за сутки.

Странностей, связанных с девушкой, становилось всё больше.

– Нужно поговорить с королевой фэйри, – неуверенно предложила Тайра, разбивая напряжённую тишину.

С Иолантой и её супругом Фрером, владыкой фениксов я собирался встретиться вечером для обсуждения новых охранных амулетов. Вот уже пять лет мои люди тайно помогали Первым вопреки запретам Совета, защищая их от Охотников.

Выжившие из ума маги предпочли отдать древнейшие расы Сольвингарда на растерзание монстрам, лишь бы не вступать с ними в бой и очень удивились, когда твари предали их, начав нападать на других жителей империи. Но даже прозрев, они так и не сняли запрет на помощь Первым.

Я подозревал, что часть Совета тайно поддерживает Повелителя монстров, но пока у меня не было доказательств и сотрудничать с Иолантой и Фрером приходилось тайно.

– Хорошая мысль. Возможно, она что-нибудь вспомнит, – голос целителя вырвал из размышлений, – и мне пора. Инструкции и снадобья на столе, вечером буду! – друид, хромая направился к порталу.

Проводив его благодарным взглядом, вновь сосредоточился на Альене. Словно почувствовав моё внимание, девушка вздрогнула и распахнула глаза. Пронзительно-зелёные, и ничем не напоминающие алое, неукротимое пламя Скарлет…

– Леди… – Тайра метнулась к фэйри, но заметив изменения в её внешности, замерла в шаге от постели и недоумённо моргнула.

Она видела подобное впервые и не могла понять, как сирена умудрилась поменять не только ауру, но и цвет радужки, ведь последнее считалось невозможным. Зато я наконец разгадал одну из тайн Альены.

Во время путешествий по Межмирью встречал немало диких душ. Некоторые из них были безумны и блуждали по чужим мирам в поисках пищи и нового тела. Иные меняли оболочки осознанно, убивая прежних владельцев и поглощая их магию. Но были и те, кого затягивало в другие миры против воли в результате магической случайности или по решению иномирных магов и Богов.

На тёмного сноходца, охотящегося за чужой магией, Альена не походила. Хотя и на перепуганную, ничего не понимающую попаданку тянула лишь вначале. После – быстро научилась скрывать настоящие эмоции, мастерски обходить ловушки и правильно отвечать на все вопросы.

Без могущественного, мудрого наставника такое не провернуть, и теперь метка Хозяина объясняла пусть и не всё, но многое. Особенно если сопоставить мои догадки с предсказанием расколотого неба.

Долгий закат, перечёркнутая паучья тень над Вечной обителью…

Сольвингард ждали большие перемены, значит, Альена не простая душа, а Избранная! Неужели… та самая фэйри из пророчества Иоланты?

«Когда на расколотом небе вспыхнет созвездие Паука, в мир Догорающего пламени придёт Великая хрустальная душа. Она подарит детям Творца надежду, и вместе с хранителем Живого огня убьёт Чудовище тысячи теней…»

Голос королевы набатом прозвенел в ушах, и я словно в трансе подошёл к окну, рывком распахнув занавески. Созвездие Паука было единственной дневной плеядой, но увидеть его можно было лишь накануне мощнейшего магического шторма, когда в расколотых небесах скапливалось огромное количество Силы.

Сейчас оно не просто горело, а пылало ярче солнца, не позволяя отвести взгляд и подтверждая догадки.

– Вольгард? – услышал встревоженный голос Тайры. Она по-своему трактовала моё молчание. – Альену подменили? – добавила едва слышно – Снова новая душа?

– Нет, – ответил на родном языке. В этом мире его знали лишь мои наёмники и избранные, которых мы сами же обучили, поэтому я не переживал, что попаданка поймёт смысл сказанного. – Это по-прежнему наша фэйри.

Последнее невольно произнёс с нажимом. Привык, что хрустальные леди находятся под моей защитой и сам не заметил, как принял попаданку под крыло.

– Посмотри на небо, не уверен, но, похоже, королева предсказала именно её появление.

– Альена… попаданка, как Фрер? – осторожно уточнила ведьма.

В этом мире иномирян не жаловали, без разбирательств записывая в ряды монстров. Даже ко мне и другим чёрным драконам местные до сих пор относились настороженно, несмотря на то, что мы на протяжении пяти лет защищали их от чудовищ Пустоши. Поэтому об иномирном происхождении повелителя фениксов знали лишь его супруга Иоланта, Берригоу и мы с Тайрой.

– Да, я практически уверен, что её призвал кто-то из Ткачей или сам Хозяин океана, – ответил, прикидывая, где раздобыть фейские капли для глаз. Цвет радужки моментально выдаст Альену и тогда от расправы местных её не спасёт даже метка сирены.

Если повезёт, у Фрера найдётся запасной флакончик. До этого придётся прятать фэйри даже от слуг.

– Никого не пускай к ней, пока не вернусь, – предупредил Тайру, достав из кармана куртки магограф.

Хотел связаться с Иолантой, но королева оказалась быстрее. Пока занимался Альеной, она уже написала мне и попросила о срочной встрече.

Почувствовала рождение хрустальной сестры? Или произошло ещё что-то?

Решив не откладывать встречу, назначил её через пять минут в старом храме Хозяина. Заодно попросил Иоланту захватить пузырёк с каплями. В подробности не вдавался, для начала хотел поговорить с самой Альеной.

Менять цвет глаз могли только дикие души. Это означало, что новый хозяин тела стал сильнее прежнего и теперь полностью контролирует его. Учитывая, что я до последнего сомневался, действительно ли Скарлет умерла или её душа успела найти новый сосуд, это было хорошим знаком.

Также собирался выяснить, владела ли фэйри магией в прошлой жизни?

Если Альена знает, что делать с этой мощью – прекрасно. Тогда мы с Иолантой быстро научим её держать щиты и обороняться от Охотников. В противном случае придётся временно запечатать магию, чтобы фэйри раскрывала свои способности постепенно, обучаясь их контролировать.

Интересно, как много успел рассказать тот, кто привёл её в наш мир? И наложил ли печать вечного молчания, чтобы она ни с кем не могла обсудить своё предназначение?

Словно отвечая на мой вопрос, память подкинула обрывки нашего знакомства и сцену в казематах. Первое время Альена упорно молчала, хотя и пыталась открывать рот, когда я задавал вопросы. Похоже, на ней всё же стоит защита от откровений. Плохо.

Честный разговор мог решить многие проблемы, но раз так, будем общаться намёками. Мне не впервые обходить подобную защиту.

– Кхе! – позади раздался сдавленный кашель.

Увлёкшись размышлениями, я повёл себя не лучшим образом. Помчал к окну, бросив перепуганную, ничего не понимающую девушку одну.

Подхватив стоящий неподалёку стакан, плеснул воды из графина и подошёл к постели Альены.

– Выпей, – протянул ей, – прости, что ничего не пояснили сразу, нужно было проверить новую защиту.

Судя по настороженному взгляду, мне не поверили, но говорить прямо сейчас, что я и сам обо всём догадался, как минимум глупо. Разговор предстоит сложный и очень деликатный, магия фэйри напрямую зависит от эмоций. Если напугаю, она невольно призовёт крылья и тогда ни один щит не скроет её от Охотников.

– Мне необходимо отлучиться ненадолго, – сообщил, забирая пустой стакан, – с тобой останется Тайра.

– Хорошо, – голос Альены прозвучал сипло и приглушённо, она ещё не до конца оправилась от пережитого. – И… спасибо.

– Это моя работа, – невольно повторил слова Берригоу. – Отдыхай, когда вернусь, обсудим случившееся и решим, что делать дальше, – увидев ответный кивок, продолжил: – Возможно, я приду не один. Если повезёт, со мной будет другая фэйри. Она поможет тебе освоиться.

В изумрудных глазах вспыхнуло неподдельное любопытство и на миг черты Скарлет стали совершенно неузнаваемы, а татуировка пары на моей руке заинтересованно потеплела. Это отрезвило, напоминая о главной странности.

Кто и зачем связал нас, предстояло выяснить, но для начала нужно разобраться с хрустальной магией Альены и защитить её от Охотников.

Лежащий в кармане магограф снова пискнул. Иоланта прибыла в храм.

– Пока не говори ей, что мы обо всём догадались, – обернувшись к Тайре, вновь перешёл на драконий язык. – Успокой и подготовь к встрече с королевой фэйри.

Не дожидаясь ответа, активировал специальный портальный артефакт. При встречах с Иолантой или Фрером я всегда был особенно осторожен, чтобы случайно не навести на них тварей Пустоши или магов из Совета.

Вспышка! Спальня Альены осталась позади, и едва развеялись сапфировые всполохи, я увидел бледную как снег Иоланту. Рядом с ней был король и двое телохранителей-фениксов.

– Прости, что пришла не одна, – вместо приветствия прошептала королева, – но Охотники нашли дорогу в наше убежище. Погиб Рейвен… – Иоланта всхлипнула, забыв о манерах, и уткнулась лицом в грудь мужа.

– Мне жаль, ваш брат был достойнейшим воином, – скрипнул зубами, едва сдерживая ругательства и проклятья.

На старую друидскую общину, в которой Иоланта и приближённые к ней Первые скрывались последнюю неделю, у меня были огромные надежды.

– Дзинко помогли убить нападавшего, – продолжил Фрер, – но я не уверен, что оставаться там безопасно.

Девятихвостые лисы-оборотни были исконными жителями Сольвингарда и одними из немногих, кто открыто выступил против решения Совета. Если бы не они и ещё несколько сотен магов, мне бы никогда не удалось спрятать в империи более тысячи Первых.

– В общине вам оставаться нельзя, – я устало потёр переносицу. Проблем и так было море, теперь ещё нужно придумать, где спрятать больше полусотни магов. – Пока переберётесь сюда, – добавил, указав на центральную молельню и примыкающие к ней кельи. – Понимаю, это не слишком удобно, но так мы выгадаем немного времени и я найду…

– Лайана только что родила дочь, – королева покачала головой, – я и остальные можем ютиться здесь, но ребёнку нужен особый уход.

Новость ошарашила, отдаваясь в сердце пронзительной болью. Скорее всего, именно роды и привлекли Охотника. В таком состоянии фэйри не могла контролировать крылья…

– Рейвен погиб, защищая тех, кого любил больше жизни, – по бледным щекам Иоланты вновь хлынули слёзы, – надеюсь, Хозяин будет милостив к его душе и к Лайане… – она запнулась, не в силах договорить.

Для фэйри потеря пары была так же страшна, как и для драконов. Лишившись возлюбленного, хрустальные леди уходили следом, чтобы воссоединиться с ним в следующей жизни, но у Лай не было права на смерть. Ей придётся жить ради дочери, а мне – сделать всё для защиты малышки.

– Я видела созвездие Паука, – голос королевы на миг окреп, – если эта девочка… если она та самая фэйри из пророчества…

– Не думаю, что речь шла о ней, – возразил.

– Но знаки…

– Только что в мир пришла ещё одна хрустальная душа, – перебил королеву, – попаданка, занявшая тело Скарлет, призвала крылья и превратилась в фэйри.

Повисла звенящая тишина. Шок Иоланты был практически осязаем, а её сомнения, страх и робкая надежда смешались в штормовой коктейль, волнами растекаясь по храму.

Королева колебалась и не спешила верить в услышанное, но… в то же время молилась, чтобы я не ошибся.

– Если ты прав…

– Нам не придётся ждать, пока малышка вырастет, чтобы пророчество вступило в силу, – хотел приободрить Иоланту, но улыбка далась с трудом. Рождение маленькой фэйри было омрачено гибелью её отца и моего преданного соратника, а пылающее в небесах созвездие Паука теперь походило на поминальный костёр. – Альене предстоит многое узнать и научиться использовать Силу, но в ней ощущается стержень, – продолжил, чувствуя, как внутри всё закипает от бессильной ярости и злости.

Изначально я не собирался сходу втягивать девушку в войну с монстрами, и дело не только в недоверии. Восстановление храма Забытой давало нам огромную фору, но ставило крест на относительно спокойной жизни попаданки.

Сейчас Альена могла изучать магические книги, тренироваться и осваивать новые способности, но едва переступит порог храма Забытой – на неё откроется настоящая охота. Повелитель чудовищ и преданные ему маги пойдут на всё, чтобы не допустить возрождения Пламенного культа, ведь его магия усилит Завесу, мешая Ангаарху призывать из Межмирья новых тварей.

Я хотел дать Альене время, но Паучьи звёзды рассудили иначе. Верховный Охотник знал о пророчестве, и я не сомневался, что его прихвостень перед смертью успел сообщить о рождении малышки-фэйри. Теперь для всех тварей Сольвингарда эта кроха – враг номер один.

Её будут искать, поставив на кон всё и переворачивая вверх тормашками всю империю. Не знаю, сколько продержимся и как долго сумеем перепрятывать уцелевших Первых, если Ангаарх вновь пойдёт в наступление.

Сейчас тварь засела на руинах Самоцветного королевства, бывшей родины фэйри и фениксов. На Лиркаду нападала набегами, посылая Охотников-разведчиков и небольшие летучие отряды. За счёт этого мы и держались, но теперь придётся играть на опережение, ведь храм Забытой – наш единственный козырь.

– Как Лайана назвала дочь? – спросил, пытаясь хоть на миг отвлечься от болезненных размышлений.

– Райвенна, – в глазах Иоланты плеснулась щемящая нежность, – рождённая из пепла…

– Или «солнечный лучик», если переводить с моего родного языка, – на этот раз я улыбнулся искренне и открыто. В приметы никогда не верил, но совпадение счёл хорошим знаком.

Надеюсь, Боги Межмирья будут милостивы к крохе и тьма, омрачившая её рождение, вскоре канет в прошлое.

– Я хочу увидеть ту фэйри… – королева неожиданно шагнула ко мне, – о которой ты говорил.

– Альена сейчас в особняке Тайры, – ответил, задумчиво осмотрев своды древнего храма.

Его давно поглотил океан, но союзники из числа морских драконов помогли откачать воду и поставить над святилищем специальный купол. Я всерьёз подозревал, что в деле участвовали и сирены с Хозяином, но лишних вопросов не задавал, помня о законах Равновесия и Невмешательства.

В любом случае, теперь здесь можно свободно дышать и даже жить, новый щит не только надёжно защищал храм от повторного затопления, но и постоянно телепортировал сюда воздух. А воды Сапфирового океана не позволяли тварям почувствовать магию Первых.

Более надёжное укрытие сложно представить, но только не для беременных и младенцев. Мёртвые воды не способны навредить взрослому магу, зато могут запросто выпить из новорождённой фэйри всю магию и жизненную энергию.

Пока Райвенна не окрепнет, им с Лайаной категорически нельзя приближаться к храму, но спрятать их я мог только у себя или в особняке Тайры. Второй вариант был предпочтительнее. Для безопасности Альены я поставил на дом мощнейшую защиту, если накину такой же купол на свой дом, находящийся неподалёку, щиты могут войти в резонанс и вместо отпугивания монстров начнут их приманивать.

– Предлагаю Лайану с дочерью перевезти в резиденцию леди Тольеро, я и сам временно переберусь туда. Разумеется, тайно…

– Если это возможно, я бы хотела остаться с племянницей, – с мольбой произнесла Иоланта, – Лай очень слаба и не сможет сама ухаживать за малышкой.

– Хорошо, подумаю, как лучше всё устроить, – устало потерев переносицу, я вновь осмотрелся.

Размеры храма позволяли разместить всех беглецов. Пусть здесь не слишком комфортно, зато безопасно. На первое время перевезу сюда спальные мешки и походные палатки из штаба. Тёплые плащи, обогревательные кристаллы и пищу также выдам из своих запасов.

Вкратце обрисовав идею Фреру и Иоланте, связался с Рагнаром. Мой помощник пообещал за пару часов доставить в храм всё необходимое, а дзинко согласились помочь с открытием «длинного» портала, способного быстро перекинуть в храм больше полусотни магов.

План вырисовывался на глазах, а ситуация хоть и оставалась напряжённой, уже не казалась совсем безнадёжной. Но едва разобрался с переселением Первых и собрался телепортироваться в общину за Лай и малышкой, на магограф пришло срочное сообщение из лазарета.

Главный целитель сообщал, что леди Сольенна пропала, а приставленные к ней охранники найдены мёртвыми.

ГЛАВА 14: Равновесие душ

Через час, комната Альены

Глаза снова поменяли цвет…

Когда очнулась, они были зелёными. Пробуждение хрустального Дара вернуло мне родной, земной оттенок радужки, и, увидев это, Тайра с Вольгардом впали в ступор. Я не понимала, почему подобная мелочь удивила их сильнее крыльев, но ещё больше настораживало то, что об изменениях во внешности я узнала самостоятельно.

Почему они мне ничего не сказали?!

После того как дракон ушёл порталом, леди Тольеро ещё долго стояла у окна, рассматривая невероятно яркую и пылающую словно солнце звезду. Что она означает, мне также не объяснили, как и не перевели странный разговор на незнакомом языке. Зато насмотревшись на небо, Тайра сама завела речь об Охотниках.

Я с удовольствием поддержала тему, желая выжать из откровений ведьмы максимум, и не прогадала. Она рассказала много интересного, и хоть кое-что я уже знала благодаря Гаррету, всё равно слушала, затаив дыхание, и мысленно повторяла самое важное.

Особенно меня интересовали способы защиты от тварей.

Увы, их оказалось критически мало. Хрустальные крылья фэйри были воплощением созидательной энергии, поэтому такие, как я, не владели боевой магией и не могли самостоятельно дать отпор чудовищам. А большинство фениксов-защитников твари уничтожили в первую очередь, предварительно ослабив с помощью какого-то иномирного проклятия.

Лишь недавно Берригоу, тот самый целитель, осматривавший меня в штабе, нашёл способ защитить сыновей Пламени. При помощи артефактора-дзинко он создал специальные амулеты, блокирующие вражеские плетения и позволяющие фениксам использовать магию в полную силу.

Не знаю, что имел в виду Гаррет, говоря о возможности победить тварей, но пока ситуация казалась фатальной и безнадёжной. Хотя Тайра вскользь упомянула, что возрождение храма могло бы не только помешать Ангаарху призывать подкрепление из Межмирья, но и дать защиту моим магическим сёстрам.

Оказывается, под руинами были огромные и вполне приспособленные к жизни лабиринты. Раньше там обитали гномы и земляные наги, но пятьсот лет назад они перебрались в горы Юркалады, устав от соседства с обителью Смерти, и теперь их города пустовали. В теории там можно было спрятать беглых Первых.

Тайра сразу предупредила, что крылатый народ не сможет долго жить под землёй, но это позволит нам выгадать время и освободить резервы для борьбы с чудовищами. Ведь сейчас большая часть союзников Вольгарда постоянно дежурила возле лагерей беглецов и не могла участвовать в открытых сражениях.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.