Хелена Кассель
Новый год с горчинкой

Глава 1

Не люблю Новый год, кто-то скажет сумасшедшая,

это же самый волшебный праздник на земле.

Это запах пихты, мандарин, подарки и ожидание чуда.

Всё было так, до того злополучного дня,

который навсегда оставил во мне привкус горечи…

Тридцать первое декабря, мой тринадцатый Новый год, день, в который я возвращаюсь снова и снова, тёмное пятно моей жизни, из года в год именно в этот день я перестаю существовать. Остаюсь дома, закрываюсь на все замки и отключаю связь. Недолгие годы работы с психологом, ни время, ничего не исцелило, всё так же горько и противно.

Укутавшись в плюшевый плед, я уютно устроилась на кухне с чашкой мятного чая, добавив в него пять ложек сахара, приторным напитком я пыталась заглушить горечь двадцать пятого новогоднего дня.

Шорох слева, вздрагивая, я устремляю взгляд в окно, останавливаясь на своём отражении в стекле затянутым морозной паутинкой, и вновь проваливаюсь в воспоминания того дня.

Мы с мамой украшаем новогоднюю ель. Комната наполнена пихтовым ароматом, в воздухе веет надежда, радость и мамина любовь.

Отца я не знала, он бросил нас, когда мама была беременна, с её слов ушёл к тётке с большими деньгами и влиятельными родителями, где, как считал он, его ожидали большие перспективы.

Конечно, золотых гор, мама дать ему не могла, работая в школе учителем английского языка. Жили они только на мамину зарплату и еле сводили концы с концами. Отец, как рассказывает мама, искал всегда чего-то большего и месяцами пропадал на заработках, а возвращаясь, спускал всё на свои удовольствия. Да, она не могла одарить его золотом, но могла окружить заботой и любовью, сделать его счастливым. И она подарила ему меня, но к этому подарку он был не готов и, выразив своё недовольство, приказал сделать аборт. Мама отказалась, и он недолго думая слился.

В ожидании новогоднего торжества мы суетимся с мамой на кухне, подарки лежат под ёлкой и дожидаются заветного боя настенных курантов с кукушкой.

– Ой, Алин, а про майонез-то мы забыли – говорит мама, выглядывая из-за дверей холодильника.

– Ну ладно, ничего, значит, без оливье, завтра сделаем.

– Я схожу мам, какой Новый год без оливье.

– Поздно уже, Алина вон как темно, да и магазины закрылись, наверное. Я посмотрела на часы.

– Ларёк во дворе ещё открыт, я быстро – ответив на ходу, накидываю коротенький пуховик и запрыгиваю в тёплые дутыши.

Бегом игнорируя часть ступеней, я спустилась с седьмого этажа и выбежала на улицу, громко хлопнув подъездной дверью. Морозный воздух ударил в нос, и, поморщившись, я рванула в сторону ларька. Добежав, обнаружила, что продавщица уже закрывает массивные железные ставни.

– Здравствуйте, а что уже закрылись – промямлила я.

– Тётя Зоечка, миленькая, продайте мне, пожалуйста, майонез. Продавщица добродушно улыбнулась.

– Вовремя ты, Алина, держи. Она протянула мне пачку майонеза, я поблагодарила и, поздравив с наступающим праздником, счастливая, пулей рванула обратно. Заскочив в подъезд, нажала кнопку вызова лифта. Кабина двинулась с последних этажей и с гулом поехала вниз. В подъезде несколько раз моргнул свет, и я насторожилась. Не хочется подниматься на седьмой этаж в кромешной тьме. Двери распахнулись, и я вошла в кабину, быстро нажав на кнопку нужного этажа, так как послышался звук открывающейся подъездной двери и тяжёлые шаги, а ездить с кем-то в лифте я не любила не комфортно мне как-то молча стоять в тесной кабине с незнакомым человеком. А живя в многоквартирном доме, я знала, только соседей по этажу, остальные для меня были не знакомцы.

Дверь почти сомкнулась, и я вздохнула с облегчением, как резко между створками появился мужской ботинок. Я тесно прижалась к стене кабины и с силой несколько раз надавила на кнопку вызова, но двери предательски распахнулись, и в кабину ввалилось тело со зловонным запахом алкоголя. Я резко рванула к двери, но мужик с силой схватил меня за руку, грубо прижимая к стене. Я ударила ладонью по клавишам этажей в надежде попасть на кнопку вызова диспетчера. Мужик заломил мне руки за спину, сверля похотливым взглядом.

В кабине послышался треск, и в эфире прозвучал голос диспетчера – диспетчерская служба.

– Помогите, на меня напали в лифте – успела только выкрикнуть я, и мгновенно он крепко зажал мне рот шершавой рукой, источающей едкий запах табака.

– Ммм, – пыталась вырваться я, но он ещё крепче прижал меня к стене и полез под пуховик. Я оцепенела от страха и не могла пошевелиться, мощная рука всё ещё зажимала мне рот, а вторая ёрзала по обнажённой груди под футболкой. Мерзкий мужик смрадно пыхтел и, резко сорвав с меня джинсы, вонзился в моё юное тело. Резкая боль разлилась по всему телу, и я ничего уже не понимала и не видела, слёзы застилали глаза, всё плыло, наверное, я потеряла сознание и очнулась оттого, что он бил меня по лицу, приводя в чувства.

– Хорошая девочка, – выдохнул он и потряс своим причиндалам, убирая в штаны. Двери распахнулись и появились полицейские, наверное, диспетчер услышала и среагировала.

– Помогите, – еле слышно прошептала я одними губами, и обессиленная потеряла реальность.

Очнулась я в палате реанимации вся заштопанная вдоль и поперёк. С адской болью промежности и глубоким рассечением на щеке. Мама сидела рядом, землистый цвет лица и заплаканные глаза.

– Алина, доченька – прошептала она, увидев, что я очнулась. С её глаз стремительным потоком хлынули слёзы.

– Я сейчас врача позову, родная моя, я сейчас – спешно произнесла она и выскочила за дверь. Я закрыла глаза, возвращаться в реальность не было никакого желания.

Далее предстояла долгая реабилитация, занятия с психологом и бесконечные, мучительные походы и допросы в правоохранительных органах.

Очень ясно помню один из так дней. Мама вызвала такси, так как передвигать самостоятельно я могла с трудом. Мы долго сидели в полупустом обшарпанном кабинете, единственное окно, через которое проникал дневной свет, было разбито и заклеено скотчем, а оконная рама защищена массивной ржавой решёткой.

Мой взгляд устремлён в пространство, мама сидит немного позади, явно наблюдает за мной, я чувствую её пристальный взгляд в затылок. В комнату грузно входит следователь, мужчина лет сорока пяти, широкоплечий, с грубыми чертами лица и пронзительным взглядом. Он молча садится за стол и начинает укоризненно сверлить взглядом маму. Я оборачиваюсь и растерянно смотрю на неё. Она опускает глаза, стыдливо пряча взгляд, как будто знает, в чём её подозревают. Я перевожу взгляд на полицейского в поисках ответа. Он смотрит холодно и сердито. Меня пугает его взгляд, и я ещё теснее вжимаюсь в спинку деревянного стула.

– Алина, выйди, пожалуйста, нам с мамой нужно поговорить. Я посмотрела на маму, она в ответ кивнула. Я послушно встала и вышла за дверь, намеренно не закрыв её плотно. Было интересно, что будут обсуждать взрослые и какую тайну скрывает мама. Я уселась на ближайшую к двери скамейку и, прислонившись к стене, начала вслушиваться в разговор.

– Анастасия Павловна, Вы же присутствовали на опознании? – всё также холодно поинтересовался следователь.

– Да – еле слышно ответила она.

– Тогда Вы наверняка узнали обвиняемого?

Она помедлила с ответом и нерешительно тихо произнесла – Да.

«Что»!? – ужаснулась я от услышанного, и морозная дрожь пробежалась по всему телу.

– Почему же Вы тогда промолчали? Мама расплакалась.

– Я не могла об этом сказать, я хотела, чтобы об этом ужасе никто никогда не узнал – отчаянно разрыдалась она.

– От следствия ничего не скроешь, Анастасия Павловна, а вот от сокрытия информации можно и срок получить – угрожающим тоном ответил следователь. Мама разрыдалась ещё сильнее. Стул со скрежетом отодвинулся, мужчина вышел из-за стола, подошёл к ней и протянул салфетку.

– Нечего тут реветь – произнёс он и вернулся на место.

– Ну так кем приходится вам обвиняемый?

– Муж, точнее, бывший муж – хлюпая носом, ответила она. Следователь долго молчал.

– В тот вечер он шёл к вам? – неожиданно прорезался прерывистый голос следователя. Чувствовалось, что после открывшейся информации диалог давался ему с трудом и он буквально выдавливал из себя слова.

– Нет, он бросил меня, когда я была беременна Алиной, и больше в нашей жизни не появлялся.

– Значит, он никогда не видел Алину и в момент насильственных действий не знал, что эта его дочь.

– Нет

Сердце с болью ударило по грудной клетке, и к горлу подступила тошнота, душа рвотным рефлексом. Мне захотелось бежать, бежать без оглядки в неизвестном направлении, но я сдержалась, оставить маму я не могла, с глазами полными слёз я продолжала подслушивать, вслушиваясь в каждое слово.

– Анастасия Павловна, а Ваш адрес проживания, с тех пор как Вы жили с обвиняемым, остался прежним?

– Да.

– Ммм – промычал следователь и замолк.

– Так, значит, он знал, что Вы проживаете в этом подъезде, но при этом Вы утверждаете, что он шёл ни к Вам?

– Нет, ни к нам, это маловероятно.

– Почему же, Анастасия Павловна, Вы делаете такие выводы. Может, в Новый год у него проснулись отцовские чувства, и он решил увидеть дочь.

– За все тринадцать лет он не хотел её увидеть, а тут захотел – пробурчала недовольно мама и разрыдалась. – Да будь он проклят, не к нам он шёл, а к соседке Ольге – истерично прокричала она.

– Угу – отозвался следователь.

– Подробнее, пожалуйста, про Ольгу, Анастасия Павловна – монотонно произнёс он.

– Ольга Алексеевна, наша соседка по подъезду, я видела их с балкона несколько раз, они в обнимку заходили к ней в подъезд. – Один раз видела, как они бесстыдно целовались возле её подъезда на глазах у всех соседей и прохожих. – Он, наверное, попьяне подъезды перепутал – с отвращением бросила она и тихо заскулила от душевной боли, крепко прикрывая рот мокрой от слёз рукой. В комнате повисла мёртвая тишина. Затем послышался тяжёлый вздох следователя.

– Анастасия Павловна, подойдите, пожалуйста – услышала я голос полицейского. Как ни странно, но он звучал уже более мягко.

– Подпишите, пожалуйста, что суд может рассмотреть уголовное дело без вашего участия. Не нужно Алине присутствовать, вновь открывшаяся информация сломает её ещё больше, ни один психолог не поможет. У меня тоже дочь такого же возраста, поверьте для ребёнка так будет лучше, а о решении вам сообщат в письменной форме на ваш адрес.

Мама подписала документы, и мы вернулись домой. Она проплакала всю ночь без остановки, я несколько раз подходила к двери её комнаты, но так и не решилась войти. Я же не чувствовала уже ничего, кроме физической боли, которая с малейшим движением возвращала меня в кабину злополучного лифта. Абсолютно опустошённая, я лежала на кровати, блуждая безжизненным взглядом по потолку, снова и снова прокручивая в голове разговор мамы со следователем. Я решила, что утром я обязательно признаюсь, что я подслушивала и всё знаю. Проснувшись, я насторожилась, странно тихо. Утром мама обычно гремела посудой, готовя мне завтрак, а сегодня тишина. Я вышла из комнаты.

– Мам – позвала я её, но ответа не последовало. Я прошла на кухню, там было пусто.

– Мам!

Я прошла к её комнате и открыла дверь, она находилась на кровати, с головой, укрывшись одеялом.

– Мам – прошептала я, стягивая одеяло вниз. Отёкшее лицо, бордовые глаза и сухие губы, отливающие синевой. Увидев меня, с её глаз молчаливо полились слёзы.

– Мамочка, не надо не плач – крепко прижавшись к ней, прошептала я.

– Пойдём завтракать – позвала я и потянула за руку, но она не пошевелилась.

– Не могу Алиночка, нет сил, нет сил жить дочка – прошептала она пересохшим губами и закрыла глаза.

– Я же живу, и ты живи – твёрдо произнесла я. В тот момент я осознала, что мне некогда себя жалеть, надо спасать маму. Она открыла глаза и слегка улыбнувшись, одарила меня любящим взглядом.

– Прости меня, Алинка, конечно, пойдём приготовим что-нибудь вкусненькое – оживлённо произнесла она и погладила меня по голове.

Мы молча сидели на кухне, уплетая оладушки с клубничным вареньем. Я крепко сжимала в руках чашку с горячим чаем, меня нервно лихорадило, и я никак не могла начать разговор.

– Мам – наконец решилась я. Она подняла измученные болью глаза.

– Прости меня – нерешительно начала я и затихла.

Мама внимательно посмотрела на меня, окончательно покидая свои мысли, сосредоточась на мне.

– Я вчера подслушала ваш разговор со следователем и всё знаю – виновато произнесла я. В комнате повисла тишина.

– Зачем, зачем, Алина – прошептала мама дрожащими губами и хаотично замотала головой.

– Прости меня Алин, прости – разрыдалась мама, упав передо мной на колени. Я расплакалась вместе с ней, и, обнявшись, мы ещё долго рыдали, оплакивая судьбу.

– Справимся Алинка, справимся, время лечит, – прошептала мама излюбленную фразу моего психолога.

Только время шло, а душевная боль оставалась не изменой, никуда не выкинешь искалеченную психику и несвоевременно законченное детство. Немного притупились воспоминания, и на этом вся помощь времени закончилась. Учебный год я завершила на домашнем обучении, а затем мы с мамой приняли решение переехать в другой город, где ничего нам не напоминало о прошлом. Со сверстниками я почти не общалась, ведя замкнутый образ жизни с головой, погрузилась в изучение иностранных языков. В этом же городе я с отличием окончила лингвистический университет, где в совершенстве овладела четырьмя английским, немецким, французским и китайским.

Не успели мы выдохнуть после заключительных экзаменов, как один международный строительный холдинг предложил лучшим выпускникам побороться за место в престижной компании на должность переводчика. Я попала в тройку претендентов. Но эту идею я сразу откинула, я не представляла себя в международных переговорах, мне к душе больше лежало пойти по стопам мамы и преподавать в маленьком, уютном кабинете школы, где окружать будут только дети и ничего не будет мне угрожать.

Я открыла двери ключом и вошла в квартиру, «Ммм», воздух наполнен ароматом выпечки.

– Ой Алиночка, пришла уже – обрадовалась мама, встречая меня на пороге, вытирая руки о передник.

– Угу, а что ты готовишь, пахнет божественно – спросила я, скидывая босоножки.

– Торт решила испечь.

– Ничего себе, а что за повод, – поинтересовалась я, исследуя пальцем чашку с кремом.

– Так, с деканата звонили, радость какая Алин, прошла ты конкурс в Futurity.

– Я так горжусь тобой – произнесла мама, ласково гладя меня нежной ладонью по голове, и крепко прижал к себе.

– Чего молчишь, не рада? – спросила она отстраняясь.

Я села за стол, окинув взглядом коржи праздничного торта.

– Наверное, рада, но я не стремилась к этому, мне, конечно, хотелось проверить свои возможности, но не более. Я пошла на собеседование только потому, что Вадим Петрович настоял, наш декан.

– Он сказал: «Алина, такой шанс выпадает раз в жизни и не воспользоваться им это глупо, а я знаю ты очень умная девочка», – и, буквально взяв меня за руку, завёл в зал, где проходило собеседование.

– Алин, но ведь действительно эта такая возможность, да Futurity это мечта.

– Это не моя мечта Мам – промямлила я.

– А какая твоя мечта скиснуть как я, в четырёх стенах малюсенького учительского кабинета?

– Не хочу, – прошептала я, и глаза набрались слезами. – Futurity – это переезд, а я не хочу оставлять тебя, не хочу, понимаешь, я не смогу без тебя.

– Пусть ещё кого-нибудь выберут, нас пять человек было.

– Угу, а выбрали-то они тебя Алина, понимаешь, из всех пяти выбрали тебя – и она шутя начала трясти меня за плечи.

– Ну-ка, посмотри на меня! Я подняла глаза.

– Не надо меня караулить, я как была здесь, так и буду, будешь приезжать ко мне в гости, я буду приезжать к тебе, в конце концов, телефоны никто не отменял, ты можешь мне всегда позвонить, будем вместе отпуск проводить.

– Алинка, это же такой шанс, большие возможности, соглашайся.

– Не открыв дверь, никогда не узнаешь, что за ней, а если не понравится, ты всегда можешь вернуться.

– Когда нужно дать ответ?

– В конце недели.

– Подумай, не буду на тебя давить,– произнесла мама и продолжила заниматься тортом.

Я смотрела на горящие глаза мамы, которые она периодически поднимала на меня улыбаясь, затем посыпая выпечку тёртым шоколадом, она довольно что-то стала напевать. Она явно хотела, чтобы я увидела большую землю и приняла предложение о работе, а не осталась на веки вечные сидеть в квартире, обложившись книжками. Я, конечно же, это всё понимала, но принять не могла. Проживая эти годы, как отшельник, мне сложно было представить другую жизнь, и так кардинально что-то в ней менять было жутко.

Прошла неделя, страх я так перебороть и не смогла и отказалась от предложенной должности. Трудоустроилась в школу и в сентябре приступила к обучению своих первых учеников.

Шорох заокном усиливается, привлекая моё внимание и возвращая в реальность сегодняшнего дня. Семейка снегирей вдруг решила расположиться на нашем подоконнике.

– Снегири! – удивлённо воскликнула я и посмотрела на маму, она в это время заваривал чай, в прозрачном чайничке, где чаинки от кипятка расправлялись и гордо кружились словно снежинки за окном.

– Никогда не видела, чтобы снегири ютились на окне – произнесла я и пожала плечами.

– Это к новостям – сказала мама, располагая заварник на столе. Она протянула руку к моей чашке.

– Совсем остыл, холоднючий, давай налью нового.

– Нет, не надо, спасибо – отказалась я, не отводя восхищённого взгляда от птиц с красными животиками.

– Надеюсь, новости будут хорошими, я люблю снегирей они всегда вместе, кучкой, никогда не видела их по отдельности – пробормотала я. Мама, посмотрев на меня, улыбнулась.

– Конечно, хорошие, вон какие птицы красивые, разве они могут принести плохую весть.

Неожиданно в дверь постучали, и мы переглянулись. Новогодний праздник мы больше не отмечали и гостей не ждали.

Мама открыла дверь. На пороге стоял высокий, статный мужчина средних лет в чёрном пальто с высоко поднятым воротником. В нём он выглядел серьёзно и весьма дорого.

– Здравствуйте – сдержанно поприветствовал он.

– Кравцова Алина Сергеевна здесь проживает?

Мама молча посмотрела на меня. Я занервничала и притихла.

– А вы кто, что вы хотели? – потребовала она ответа. Мужчина помялся с ноги на ногу.

– Вы извините, что я к вам в праздник пришёл, но ситуация очень срочная.

– Меня зовут Виктор Андреевич, я представитель от компании Futurity, Алина Сергеевна, успешно прошла у нас собеседование, но почему-то отказалась от должности.

– Можно узнать причину?

Мама смягчилась и открыла пошире дверь, приглашая гостя в квартиру.

– Проходите, пожалуйста.

Мужчина коротко кивнул и шагнул через порог.

– Семейные обстоятельства – ответила мама на его вопрос.

– Ясно – чётко ответил он, как будто ему дали развёрнутый ответ, и действительно ему было всё понятно.

– Я пришёл к вам с повторным предложением о работе. – Я хочу ещё раз предложить Алине Сергеевне должность переводчика.

– У нас в компании хорошие условия, мы предоставляем работникам комфортабельное жильё в специально отстроенном нами жилом комплексе.

– Доставка до офиса и обратно на автомобиле компании, полный соцпакет и ещё разные интересные бонусы.

– Насколько я знаю, вы уже трудоустроили мальчика из параллели – произнесла неуверенно мама и тихо добавила: Алина так сказала.

– Всё верно, – ответил незнакомец.

– Извините, как я могу к Вам обращаться – поинтересовался он у мамы.

– Анастасия Павловна.

– Анастасия Павловна, понимаете – начал мужчина.

– Да вы проходите, что мы в дверях стоим – гостеприимно пригласила мама и указала рукой в сторону кухни.

Я жутко занервничала.

– Спасибо – кивнул он и прошёл на кухню.

– Здравствуйте – смущённо поприветствовала я и взглянула на маму, входящую следом.

– Здравствуйте, Алина, рад новой встрече – слегка улыбнувшись, ответил Виктор Андреевич и остановил взгляд на моём встревоженном лице.

– Присаживайтесь – отодвинула мама гостю стул, сама села, напротив, поближе ко мне.

– Так вот, – продолжил он. – Взять-то мы его взяли, но получить, что хотели не получили.

– Понимаете, Анастасия Павловна, как же Вам подоступнее объяснить. Мужчина ненадолго затих.

– Мало знать иностранные слова, нужно их правильно в предложения складывать, понимаете, а вот с этим у парня проблемы.

– Алина Сергеевна, другое дело, я ведь сам проводил собеседование, это перспективный специалист, именно такой сотрудник нам необходим, и я не могу позволить компании потерять такие кадры, поэтому я здесь.

– Надеюсь вы согласитесь работать в нашей компании. – и он пристально посмотрел на меня, ожидая немедленного ответа. От его взгляда мне захотелось залезть под стол, и сидеть, притаившись, как маленький ребёнок, который думает, что его там не видно.

– Ну Алин, что думаешь? – прервала мама мои мысли и желания.

Я посмотрела на неё потерянным взглядом и пожала плечами.

– Ну вы подумайте, я выйду, мне нужно сделать важный звонок, вернусь минут через двадцать. Мужчина вышел из-за стола.

– Виктор Андреевич, а ответ обязательно нужно дать сегодня? – спросила мама.

– Да, вопрос срочный, иначе я бы вас не потревожил в такой праздник.

– Контракты горят – обеспокоенно произнёс он и вышел из квартиры.

– Ну Алинка, это судьба – выдохнула мама.

Я сжала губы и молча закивала головой, задумавшись, о невероятности происходящего. И о том, как вновь день новогоднего праздника может кардинально поменять мою жизнь. А может, мне как раз это и нужно, всё изменить, чтобы из года в год не возвращать в этот гадкий день.

– Я соглашусь – произнесла я еле слышно.

– Правильно Алина – улыбнулась она.

– И выходные как раз сейчас длинные помогу тебе с переездом и обустроиться на новом месте.

– Как замечательно, всё складывается, Алинка – засветилась от счастья мама и крепко прижала к себе.

Послышался звук открывающейся входной двери, уверенные шаги и Виктор Андреевич появился на кухне.

– Ну что, Алина Сергеевна, приняли решение?

– Да, я согласна.

– Ну и отлично, – сверкнул довольным взглядом мужчина.

– Запишите номер, скинете на него необходимые документы, начнём оформление и билеты закажем, я распоряжусь.

– Хорошего Нового года, – кивнул он в сторону мамы и перевёл свой взгляд на меня.

– До скорой встречи, Алина Сергеевна.

– До свидания, – задержав дыхание, ответила я и нервно выдохнула после его ухода, переводя взгляд на маму.

– Ну что трясёшься как заячий хвост, – подстегнула она меня и заняла место за столом.

– Пиши, отправляй документы – улыбнулась она, и в глазах блеснули слёзы.

– Я так горжусь тобой, Алина.

Глава 2

Жилищный комплекс был небольшой, он состоял из десятка высоток. Уютные дворы с детскими площадками, много разных кустарников и деревьев и, вероятнее всего, летом он утопает в зелени.

Вокруг множество маленьких магазинчиков, в стороне возвышался необъятных размеров торговый центр. Мне была выделена двухкомнатная квартира на третьем этаже, чему я была очень рада. Лифтом пользоваться не нужно и можно очень быстро попасть с подъезда в квартиру. Трудоустроили меня молниеносно, и вот я стою на пороге офиса международного строительного холдинга Futurity. Я, студентка лингвистического университета, молодая, неуверенная, рыжеволосая девочка. Я делаю глубокий вдох и шагаю через порог в новую жизнь. Просторное здание с высоченными потолками и большими окнами, через которые буквально льётся свет морозного солнца. Посреди широкого холла с многочисленными цветами расположился ресепшен. Увидев меня, девушка за стойкой оживилась.

– Добрый день, чем я могу помочь?

– Здравствуйте, меня зовут Скворцова Алина, у меня сегодня первый рабочий день, я переводчик.

– Секунду – улыбнулась девушка и достала журнал посещений.

– Алина Сергеевна – уточнила она.

– Да.

– Я вас провожу, идите за мной – всё так же с улыбкой ответила она и поманила меня рукой. Мы поднялись по лестнице и вошли в помещение, напоминающее больше аквариум, чем офис, отделы тесно соседствовали с друг другом, лишь разграничиваясь прозрачным стеклом, которое при желании можно было закрыть белыми жалюзи, но этого почти никто не желал. В офисе работа кипела и глазеть по сторонам было некогда. Мы шли по прозрачному лабиринту, неожиданно нам навстречу будто бы из ниоткуда возник Виктор Андреевич.

– Здравствуйте – растерянно поприветствовала я.

– Алина Сергеевна, доброе утро, рад вас видеть.

– Вероника, спасибо, дальше я сам провожу Алину Сергеевну. Девушка кивнула и удалилась. Мы преодолели ещё несколько поворотов и оказались в просторном кабинете, состоящем из трёх комнат. В нём было светло и тихо, так как он находился вдали от основной суеты. За столом сидел мужчина лет тридцати пяти. Тёмные волосы, харизматичные черты лица, озадаченный вид. Он настолько был занят работой, что не заметил входящих.

– Станислав Викторович, покажите, пожалуйста, Алине Сергеевне, её кабинет – обратился Виктор Андреевич к молодому человеку и прошёл в соседний кабинет.

Станислав молча кивнул, не отрываясь от компьютера. Я посмотрела вслед уходящему Виктору Андреевичу и ахнула, увидев табличку на его двери.«генеральный директор».

«Ничего себе, вот дела, а Станислав, наверное, его зам.» – задумалась я и перевела взгляд на мужчину, продолжающего всепоглощающе изучать что-то на мониторе, не обращая на меня никакого внимания.

– Присядь, – не глядя метнул Станислав, указав пальцем на рядом стоящий стул. Я слегка поморщила нос и присела на стул. «Неприятный тип ещё и не воспитанный» – подумала я, устремив взгляд в пол.

– Алина Сергеевна, значит – услышала я совсем близко от себя и подняла глаза, встретившись с глубоким взглядом цвета насыщенного янтаря. Я нервно сглотнула.

– Пойдём, те, Алина Сергеевна, провожу вас до вашего кабинета – соперничал Станислав и открыл дверь в соседнюю комнату.

– Располагайтесь, пароль от компьютера на мониторе.

– В почте договора нужно перевести и предоставить информацию сегодня – отчеканил он и тут же посмотрел на золотые массивные часы, расположенные на руке.

– Ладно, так и быть, к завтрашнему вечеру – выдал он и посмотрел на меня в ожидании реакции.

– Вы же отлично владеете иностранными языками, и вам не составит труда за это время обработать все документы, да? – съязвил он. От его тона я потеряла дар речи и лишь поморгала округлившимися глазами.

– Ну и отлично – ответил он, не дождавшись моего ответа, и вышел за дверь.

«Ага, вот значит, что, считаешь, я тупая студентка, не заслуживающая этой должности» – обиделась я и немедленно приступила к работе. Я ввела пароль на компьютере и открыв папку с договорами, испытала шок. Тридцать договоров в каждом не менее двадцать страниц.

Я запаниковала, но тут же взяла себя в руки и посмотрела на часы. Мне хотелось утереть нос этому зазнайке и выполнить работу в лучшем виде раньше назначенного срока, тем самым поставить его на место и заставить поменять незаслуженное мнение обо мне. К концу рабочего дня я, конечно же, не успею, но если пропущу обед, уложусь к завтрашнему утру. Так не отрываясь, к вечеру я перевела большую часть документов и с облегчением вздохнула.

Неожиданно и совершенно бесцеремонно двери в кабинет распахнулись, и в проёме появился Станислав Викторович.

– До свидания, Алина Сергеевна, – с издёвкой произнёс он и скривился в искусственной улыбке.

– До свидания, – не принуждённо ответила я, не обращая внимание на его излияния яда.

На следующее утро я была уже готова сдать материал, как в кабинет без стука вошёл Станислав и с ходу начал разговаривать со мной на английском.

– Доброе утро, Алина Сергеевна, как ваши успехи, надеюсь, вы не задержитесь с задачей договоров – и с усмешкой хихикнул.

Да, надо признать, английским он владел отлично.

– Доброе утро, Станислав Викторович, я уже закончила и готова сдать переводы договоров – с лёгкостью на английском парировала я.

Брови Станислава недоверчиво нахмурились, как будто с ним говорила не я, и он пытался разоблачить подвох, затем в глазах блеснуло восхищение.

Он молча опустил голову, пряча взгляд, и направился к выходу, затем развернулся, оценивающе изучил меня взглядом и сухо произнёс.

– Надеюсь, остальными языками вы владеете так же хорошо?

Я не стала скромничать и повторила свой ответ ещё на трёх языках, которыми владела в совершенстве.

Станислав замер, держась за ручку двери, затем повернулся и молча зафиксировав взгляд на мне, застыл.

Было видно, что его мозг не мог сопоставить ту Алину у него в голове и меня настоящую.

– Я отправила вам на почту – неуверенно тихо произнесла я, не выдержав его напористого взгляда, и начала смотреть в пустой монитор, ожидая, когда он уйдёт. Станислав ещё немного постоял, может, что-то хотел сказать, но промолчал и вышел. Я с облегчением вздохнула.

Так просидела я до обеда, периодически проверяя почту, которая была пуста, позвонила маме и, поговорив с ней, решила отправиться на поиски еды, как неожиданно в дверь постучали и в проёме показалась миловидная блондинка со стрижкой каре с искрящимся взглядом и заразительной улыбкой.

– Привет – раскованно поприветствовала девушка.

– Привет – растерянно ответила я.

– Я Даша, будем знакомы, я тоже переводчик, мой кабинет напротив.

Я удивлённо вскинула бровь.

– Так, я не одна – пробормотала я и тут же осеклась. Надо думать, такая большая компания и один переводчик, студент. «Ну наивна же ты, Алина» – поругала я сама себя.

– Нет, теперь я не одна, а то уже зарываюсь – закатила глаза Даша.

– Как тебя зовут? – улыбнулась она.

– Алина.

Здорово, Алин, я очень рада, что ты согласилась у нас работать, Виктор Андреевич молодец, умеет уговаривать. От её слов я немного напряглась. Странно, что Даша знает всю историю про моё трудоустройство, и как-то таинственно она говорит: работать у нас. Она произносит это с таким чувством, как будто говорит о доме или о чём-то родном.

– Ну что, решила, где будешь обедать? – вдруг прервала она мои размышления.

– Нет, я ничего ещё здесь не знаю, вот собиралась пойти на разведку.

– А хочешь, я тебе проведу экскурсию и всё расскажу.

– Это было бы здорово, спасибо.

– Ну пойдём – вновь улыбнулась Даша.

Посмотрев на неё, мои губы, тронула лёгкая улыбка, Даша так часто улыбается, что я даже немного ей позавидовала. Замкнувшись в себе, я уже давно не улыбаюсь, а если и делаю это, то выглядит она не правдоподобно. Но не улыбнуться Даше в ответ, было невозможно, её заразительная улыбка заставляла сиять в ответ.

Мы шли по длинным коридорам, и Даша по пути рассказывала, где какие расположены отделы и за что они отвечают. Затем долго спускались по лестнице и незаметно очутились в маленьком, уютном кафе.

Мы прошли к столику возле окна и сели напротив друг друга. Я посмотрела по сторонам, посетителей было очень много. Из здания мы не выходили и, соответственно, это были все сотрудники компании.

– Ну что, пойдём выберем, чем сегодня пообедаем.

Мы прошли к длинному конвейеру с едой, обед был организован в стиле шведского стола. Я озадаченно посмотрела на Дашу.

– Выбирай, что понравиться, складывай на разнос и пошли уплетать, времени на обед осталось не так уж много – произнесла она и посмотрела на большие настенные часы.

– Даша, а где я могу оплатить – закрутила я головой по сторонам.

– Вот здесь Алина. Даша поднесла пластиковую карту с логотипом компании к маленькому дисплею, встроенному в колонну конвейера.

– Тебе выдали карту компании? – спросила она.

Я покачала головой.

– У меня есть карта банка – промямлила я.

– Нет, не подойдёт, это специальная карта сотрудника, на ней определённый баланс и бонусы разные падают, которые ты можешь потратить, но только в стенах Futurity.

– У меня нет такой – грустно ответила я и развернулась, чтобы поставить разном на место.

– Ты чего, – задорно произнесла Даша, останавливая меня.

– Я угощаю – и она поднесла карту к устройству.

На обратном пути зайдём, получим твою карту – улыбнулась Даша.

– Спасибо – улыбнулась я в ответ.

Мы вернулись за стол и принялись за еду.

– Вообще, Futurity – это целый комплекс услуг.

– Здесь ты можешь позавтракать, пообедать, поужинать, заказать еду с собой, если не хочется готовить или мероприятие намечается.

– Советую заказать у них мини-корзинки с джемом из лепестков роз – загадочно произнесла она почти шёпотом.

– В продаже их нет, а вот заказать можно.

– Я обязательно попробую – ответила я.

– Также на нулевом этаже есть тренажёрный зал и шикарный бассейн с сауной. Массажный кабинет, фитобочки и тому подобное. В левом корпусе здания расположен медицинский центр, там можно получить квалифицированную консультацию, лечение, если потребуется, ещё можно воспользоваться платными услугами юристов и бухгалтерии, оплатив всё с помощью бонусной карты компании.

– Я если у меня сегодня первый рабочий день, на карте, наверное, ещё нулевой баланс – растерянно проронила я.

– Дарья, я переведу Вам на карту.

– Так, Алина, давай договоримся сразу, никаких «вы», а поводу обеда не беспокойся. На карте баланс у тебя уже положительный. Каждый месяц первого числа и трудоустроившимся сотрудникам компания пополняет баланс автоматически. Это можно увидеть в приложении, я тебе позже покажу и помогу установить. Ежемесячные поступления у всех одинаковые, а вот бонусы разные.

– Разберёшься, не переживай – вновь улыбнулась она.

– Ничего себе – всё, что смогла произнести я.

– Угу, Futurity заботиться о своих сотрудниках – довольно произнесла Даша. Было видно, что она очень довольна своей работой и компанией в целом. Я немного расслабилась и подумала, том, что приняла правильное решение, согласившись работать в Futurity. И тут же вся напряглась, вжавшись телом в стул при виде входящего Станислава Викторовича. Даша, видимо, заметив моё смятение, коротко хихикнула.

– Что, успел уже тебя напугать? – с непонятным мне весельем в голосе спросила она.

– Не бойся, это он внешне такой злой, холодный и серьёзный, а на самом деле он добрый и внимательный. Я недоверчиво нахмурила бровь.

«Сомневаюсь» – подумала я, но озвучивать не стала.

– Сама скоро в этом убедишься, он присутствует на всех переговорах и сделках.

– Он зам. Виктора Андреевича? – решила уточнить я. Даша посмотрела в сторону Станислава.

– Кто Стас?

– Нет, он юрист.

– Ясно – тихо произнесла я.

– Возвращаемся к работе? – спросила Даша. Я кивнула.

Мы шли обратно, но совершенно по другим коридорам, по пути зашли, получили карту компании, и Даша помогла мне разобраться в приложении.

– Ну что, Алина Сергеевна, будем дружить, – задержалась она на выходе из моего кабинета.

Я кивнула. Даша улыбнулась и скрылась за дверью.

На почту пришёл новый договор и уже зная, что с ним делать, я приняла за его перевод.

В дверь постучали, и на пороге появился Станислав.

«Ну на даже постучался, невероятно»

– пронеслось в голове.

– Завтра в двенадцать сделка, будьте готовы – сдержанно произнёс он и скрылся.

Он ушёл, а я ещё долго и потерянно пялилась на дверь. «Будьте готовы и всё»! Как я должна подготовиться, что должна сделать. Может спросить у Дарьи, как-то неудобно, но лучше выглядит нелепо, чем прийти не подготовленной. С этой мыслью я подошла к её двери и тихонько постучалась.

– Входите – услышала я и осторожно приоткрыла дверь.

– Даша, ко мне Станислав Викторович заходил, сказал завтра сделка, и что я должна быть готова.

– Как подготовится, что я должна сделать? Даша, как всегда, улыбнулась.

– Ничего особенного, просто быть собранной к назначенному времени, опрятно выглядеть.

– Ясно, спасибо.

– Пожалуйста, обращайся.

В двенадцать я нервно измеряла шагами кабинет, периодически поглядывая на часы. На мне белый пуловер и классические чёрные брюки. Волосы собраны в пучок, минимум косметики. Вдруг двери открываются, и я слышу голос Станислава, но не вижу его.

– Пойдём – произносит он. Дальше слышаться его исчезающие шаги и голос Виктора Андреевича.

«Ну что за человек, не здравствуйте не до свидания» – бурча, беру ручку, планшет для записи и выхожу, где встречаю обоих мужчин.

– Доброе утро – приветствую я. Виктор Андреевич бросает на меня встревоженный взгляд, как будто уже сомневается в моих возможностях. Он задумчиво потирает лоб рукой.

– Даша на месте? – вдруг обращается он к Станиславу.

– Выходной взяла, Темка заболел, звонить – твёрдо произносит он. Мужчины ведут беседу, не обращая внимание на моё присутствие, становится чуточку обидно, но я понимаю, сделка – дело серьёзное.

– Доброе утро, Алина Сергеевна – неожиданно говорит Виктор Андреевич, как будто я только что вышла из кабинета. Станислав окидывает меня оценивающим взглядом с головы до ног и тяжело вздыхает. Молча разворачивается и идёт за Виктором Андреевичем. Я спешу вслед. Станислав высокий, и шаги у него большие, я перехожу на лёгкий бег, чтобы поспеть за ним. Слава богу, не надела туфли на каблуке, они не сочетались с пуловером, и это меня сейчас спасло.

– Кто они, какой язык? – запыхавшись, пытаюсь выяснить я на ходу.

– Немцы – бросает Станислав и ускоряет шаг.

Мы входим в просторный конференц-зал. В нём уже ожидает делегация из семи человек, как выяснилось позже один из них переводчик. Станислав галантно отодвигает стул из-за стола и жестом предлагает присесть, я чувствую его напряжение и начинаю нервничать.

– Познакомьтесь, господа, Алина Сергеевна, секретарь.

– Она будет записывать все ваши пожелания во время переговоров, их мы сможем обсудить после – неожиданно заявляет он и буквально сверлит меня взглядом, который говорит: так надо. Но почему не предупредили, ничего не понимаю. Глазами соглашаюсь и вступаю в сомнительную игру строительного бизнеса. Сосредотачиваюсь на диалоге и прячу взгляд в листе бумаги, так как понимаю, что если буду смотреть на них то, своей реакцией могу выдать знания немецкого языка. Хаотично начинаю вырисовывать каракули и в ходе переговоров слышу, что между немцами и переводчиком идёт иной диалог, нежели он преподносит нам. Один раз, второй. Начинаю паниковать, может, я, чего-то не поняла или упустила. Может, формулировка не так уж и важна, но я считаю, что переводчик должен слово в слово передавать изложенное собеседниками. Пока переводчик ведёт диалог с Виктором Андреевичем и Станиславом, я слышу на заднем фоне, как немцы обсуждают пятый пункт договора, в который внесли правки. Они говорят: исправления настолько завуалированы, что русские так горят подписать с ними договор, что даже ничего не заметят. И Здесь всё встаёт на свои места, я понимаю, для чего я здесь и какую функцию выполняю. К горлу подступает ком и пробирает внутренняя дрожь. Надо взять себя в руки и как можно незаметнее передай информацию Станиславу. Немного пережидаю, чтобы в ходе их диалога не привлечь внимание на себя, поворачиваюсь к Станиславу и задерживаю на нём взгляд. Он не реагирует, либо не замечает, либо делает вид, что не замечает. Станислав также остаётся холоден и сосредоточен на речи переводчика. В диалог вступает Виктор Андреевич, начинается бурное обсуждение, всё внимание на него. Я пользуюсь этим моментом и ещё раз смотрю на Станислава. Он поворачивается, я пристально смотрю ему в глаза, цепляя взглядом, перевожу внимание на листок, где пишу пункт пять. Станислав возвращается глазами к собеседникам, даже не дрогнув ни одной мышцей лица. Оно всё так же выражает спокойствие и уверенность. Я начинаю переживать, что он ничего не понял. Немцы сообщают, что готовы приступить к подписанию договора. Переводчик передаёт документы Станиславу, и я уже готова сорваться на крик, чтобы остановить его, и вдруг Станислав произносит.

– Отлично, но перед подписанием я ещё раз пробегусь по нему, не возражаете? – и мило улыбнулся. Я зависла на его улыбке в невозможности отвести глаз. На даже как улыбка меняет человека, с ней он действительно выглядит милым.

– Кх – услышала я и, оторвавшись от его губ, встретилась с ним взглядом, стыдливо опуская глаза.

– Алина Сергеевна, спасибо за проделанную работу, подождите, пожалуйста, в приёмной, при необходимости я вас приглашу – и он указал на соседнюю дверь. Я послушно кивнула и вышла. Войдя в кабинет, я рухнула на первый попавшийся стул и закрыла лицо руками. «Господи, стыдно то, как, и чего я вдруг начала на него пялится, что он теперь подумает». Я глубоко вздохнула и начала вслушиваться в разговор за стеной, но, кроме, бурлящего гула ничего не было слышно. Меня всё ещё нервно потряхивало из-за сложившейся ситуации. Всё моё тело в тисках напряжения, я беспрестанно стрясу коленкой и покусываю губы в ожидании завершения переговоров. Уже начинаю чувствовать себя виноватой, вдруг я что-то неправильно поняла и теперь у Виктора Андреевича и Станислава проблемы с партнёрами. Вдруг дверь в конференц-зал открывается, и из него твёрдой походкой выходит Виктор Андреевич в сопровождении делегации немцев и замыкает цепочку Станислав. Я встаю и провожаю уходящих взглядом. Немцы с Виктором Андреевичем покидают помещение, а Станислав остаётся и подходит ко мне.

– Алина Сергеевна, а вы молодец, не растерялись, работа выполнена на отлично спасибо – произносит он это как-то автоматически, бесчувственно. Видимо, для него это обычное течение дел. Меня трясёт, и я вся горю от переживания, а он спокоен как удав, как будто ничего и не произошло. Смотрю на него и не знаю, что ответить, ведь я должна радоваться, работа выполнена отлично, но почему то я чувствую себя как наживка, которую только что использовали. К глазам подбираются слёзы, и я прилагаю все усилия, чтобы сдержать их и не разрыдаться в присутствии Станислава.

– И вот ещё что, Алина Сергеевна, на такие переговоры стоило одеть что-нибудь поофициальнее, вы же лицо компании. Меня молниеносно бросило в жар: я вот-вот разрыдаюсь.

– Извините Станислав Викторович, на сегодняшний день одежда на мне, это самое официальное, что есть в моём гардеробе. Я учту ваши замечания и с первой зарплаты обязательно что-нибудь куплю, – произнесла я дрожащими губами и стремительно помчалась к себе в кабинет. Забежав, упала на стол и отчаянно разрыдалась.

«Вот блин мажор, одежда ему моя не нравится, а когда я компанию спасаю, так молодец Алина Сергеевна» – причитала обиженно я. Видимо, услышав мои рыдания, Станислав открыл дверь в кабинет и замер на пороге, увидев меня заплаканную, с размазанной тушью на лице. Я застыла в растерянности, лишь хлюпая носом. Он молча помялся с ноги на ногу, покусывая нижнюю губу и так ничего не сказав, ушёл.

«Вот сноб, хоть бы извинился» – бросила я ему вслед и тут же осеклась, прислушиваясь, далеко ли он шёл и не слышал ли меня.

Рабочий день подходил к концу, и я была счастлива, что сегодня пятница и впереди меня ждут спокойные выходные. После работы забежала в супермаркет и закупилась необходимым на все выходные в предвкушении тихого одиночества.

Утром, открыв глаза, я ещё долго и лениво валялась в постели, затем насладилась ароматным кофе, позвонила маме и уютно устроилась у телевизора с желанием посмотреть увлекательный фильм, как вдруг в дверь позвонили. Я напряглась и притихла. Звонок стал настойчивее, я как мышка пробралась к дверному глазку и оторопела. За дверью стоял Станислав. «Что же делать»? – начала я мысленно искать выход из ситуации. «Наверняка он слышал, как я подошла к двери, можно, конечно, и не открывать выходной, да и вообще, это моя квартира, хочу, открываю, хочу, нет. Нет Алина, так нельзя, во-первых, не по-человечески, во-вторых, он твой начальник и, видимо, стряслось что-то серьёзное, раз пришёл в выходной и настойчиво трезвонит» – вела я диалог сама с собой. Блин, да я ещё в этом плюшевом домашнем костюме с медвежатами. Решившись, я всё же приоткрыла дверь, оставив между нами лишь узкую щель.

– Здравствуйте, Алина Сергеевна.

– Здравствуйте, Станислав Викторович.

Он посмотрел вглубь квартиры и ожидающе взглянул на меня. Я открыла дверь пошире, приглашая его войти, и отошла назад на безопасное расстояние, прокручивая в голове пути отступления и предметы для самозащиты. За всё это время я так и не поборола в себе боязнь мужского пола.

– Я пришёл извиниться, вот – и он протянул большую прямоугольную коробку изумрудного цвета с золотым тиснением.

– Мне ничего не нужно – шарахнулась я назад.

Он немного растерялся от моей реакции и вернул коробку на место, опустив виновато голову.

– Простите меня, Алина, я вчера повёл себя не достойно, не корректно было с моей стороны указывать вам на выбранные предметы гардероба. Он поднял глаза, и, встретившись с ним взглядом, я провалилась в бездну новых для себя ощущений. В тот день что-то между нами произошло, на первый взгляд ничего существенного, но это заставило взглянуть на него по-другому, и это чувство было ново для меня, оно вызывало страх и счастье одновременно.

– Правда, Алин, извини, я, перегнул палку, мне очень стыдно, правда – вдруг стал он настоящим и неофициальным.

– Прошу, прими мои извинения – и он вновь протянул мне коробку.

– В ней платье, ммм, подарок, я сам выбирал.

– Я не могу его принять – прошептала я, крепко прижимаясь к стене.

– Почему? – недоумённо спросил Станислав.

– В качестве извинений, пожалуйста – добавил он и ещё ближе протянул коробку.

Я нерешительно взяла её в руки, но Станислав отпускать не торопился, намертво вцепившись в мой взгляд. Так, очень долго мы стояли в прихожей, будто заворожённые в невозможности оторваться друг от друга.

– Такие красивые, необычно синие, как васильки – еле слышно прошептал он.

– Что? – Также шёпотом отозвалась я.

– Глаза у тебя, невероятно красивые – ответил он и развернулся к выходу.

– До свидания, Алина Сергеевна – вдруг стал он холодным и официальным.

– И да, в понедельник новая сделка будьте готовы, встречаемся в двенадцать в конференц-зале. – отрезал Станислав и вышел за дверь. Я быстро зарылась на замок и с облегчением выдохнула.

«Что это сейчас было»! Взрыв эмоций! Я закрыла глаза. «Так надо успокоиться». Прошла на кухню, положила коробку на стол и заварила чай с мятой. Заняв место за столом, погрузилась в воспоминания слияния наших взглядов. Затем, посмотрев на коробку, подтянула её ближе и начала открывать. В ней оказалось классическое чёрное платье карандаш. Я посмотрела на этикетку, размер был выбран идеально. Я улыбнулась сама себе и, тут же поймав себя на этом, улыбнулась ещё шире. «Улыбаюсь, ну на даже улыбаюсь» – искренне ликовала я внутри.

Глава 3

Платье п

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.