Сэмми Дэйторн
Не по правилам

Посвящение

Посвящается друзьям. Людям, которые всегда с нами, несмотря ни на что. Они любят нас такими, какие мы есть, и принимают со всеми нашими недостатками.

Цените своих друзей и помните, что вы не одиноки.

Плейлист

Enigma – Turn Around

Chase Atlantic – Slow Down

Orange Sector – Farben

Papa Roach – My Medication

STAROX – SADNESS

Zeromancer – Flirt (With Me)

Burn Halo – Dirty Little Girl

Caroline Liar – I'm Not Over

Глава 1

Терри

– Плавно выгибаемся в спине…И резко отталкиваемся назад.

Сидя на четвереньках в позе лягушки перед группой из шести человек, я показывала движения, которые необходимы для танца.

– Ставим руки перед собой, – подкрепив слова действиями, я выставила руки и уперлась ладонями в пол. – Затем слегка раздвигаем колени в стороны, – не меняя своего положения, я показала нужное движение ногами. – Плавно выгибаем поясницу и делаем резкий толчок назад, – медленно оттолкнувшись руками, я отодвинулась назад.

Внимательно следя за тактом музыки, я неторопливо, словно в замедленной съемке, показывала движения сидящим передо мной девушкам.

Вернувшись в исходное положение, я сделала жест рукой, давая знак, что они могут попробовать самостоятельно. Все шестеро девушек в своем темпе повторяли каждый элемент, стараясь двигаться грациозно и женственно.

У кого-то получалось с первого раза. Кому-то требовалось чуть больше времени. Кто-то стеснялся, а потому движения становились скованными и лишенными плавности.

– У вас отлично получается. Слушайте музыку и двигайте ногами.

Поднявшись на ноги, я подошла к каждой девушке, чтобы помочь переставить руки или чуть сильнее надавить на поясницу, чтобы добиться эффекта гибкой кошечки.

– Вы всё делаете замечательно, – похлопав несколько раз, я включила музыку с самого начала. – Теперь все то же самое, только немного быстрее, – опустившись на четвереньки и поправив мягкие накладки на коленях, я мысленно посчитала до четырех, а затем повторила все три элемента вместе.

По залу пронеслись громкие стоны и вздохи. Кто-то смеялся, пытаясь повторить за мной. Одна девушка оттолкнулась так сильно, что не удержала равновесие и приземлилась прямо на задницу. Но несмотря на стекающий по спине пот и боль в мышцах, которую, я больше чем уверена, испытывала каждая из танцовщиц, вся группа старалась изо всех сил. И я не могла сдержать улыбки от того, как девушки усердно работали и доводили движения до совершенства.

Многие думают, что танцевать пол-дэнс легко и не требует особых усилий. Но в реальности это намного труднее, чем кажется. Вам когда-нибудь приходилось прыгать на девятидюймовых каблуках для того, чтобы ухватиться за пилон и кружиться вокруг своей оси до тех пор, пока не потемнеет в глазах, а утренний завтрак не попросится на свободу? Не самое приятное чувство.

Также всегда есть риск потерять равновесие из-за высокой платформы, упасть и получить серьезную травму. Что и случилось вчера с моей лучшей подругой Элли. Бедняжка оступилась и подвернула ногу. Не успев сгруппироваться, чтобы избежать травмы при падении, Элли всем весом приземлилась на левую ногу и взвыла от боли. Итог – ушибленная лодыжка и строгий запрет ее мужа Дерека не надевать эти гребанные туфли-убийцы ни за что и никогда.

Отрабатывая движения вместе с девочками, я не заметила, как прошел час. Похвалив каждую за хорошую тренировку и дав несколько рекомендаций, как избежать боли в мышцах на следующий день, я сняла свои стрипы и вышла из зала.

Все тело приятно гудело после интенсивных танцев. Ладони покалывало. Волосы взмокли от пота. Зачем нужно посещать спортзал, если я могу почти каждый день нагружать свое тело, доводя его до совершенства, у балетного станка в своей студии.

Переобувшись в мягкие тапочки, я прошла мимо стойки администратора и направилась в сторону кабинета. Хотя это слишком громкое слово для небольшого помещения в самом конце коридора. Но мне нравится это место, потому что там есть все необходимое: два письменных стола, мягкие офисные кресла, которые Дерек подарил нам с Элли в прошлом году, шкаф для личных вещей и небольшой серый диван.

Достав из холодильника бутылку воды, я собрала волосы на палочку и подошла к окну, откуда открывался прекрасный вид на Лос-Анджелес. Где-то вдалеке виднелся пляж и кусочек океана. Весь кабинет заливал яркий солнечный свет.

Открыв окно и впустив в помещение звуки большого города, я подставила лицо теплым апрельским лучам и прикрыла глаза от удовольствия. Это одна из причин, почему я люблю город ангелов. Здесь всегда светит солнце, на улицах растут пальмы, а воздух пропитан запахом океана.

На столе завибрировал телефон. Рухнув в кресло, я открыла текстовое сообщение от босса.

Чейз: @Терри Сегодня в 20:00, belleza. (ит. красавица). Не опаздывай.

И следом за ним следующее.

Чейз: И передай Элладе, что она чуть не загубила мой бизнес.

Сделав глоток прохладной воды, я покачала головой и тихо усмехнулась. Чейз как всегда драматизирует. Этот парень всегда слишком остро и эмоционально реагирует, если что-то идет не по плану или не так, как он хочет. Отправив в ответ несколько больших пальцев, я заметила три всплывающие точки внизу.

Элли: Вообще-то я все еще здесь, придурок. Твой бизнес в полном порядке. Ты мог бы проявить хоть каплю сострадания из-за моей травмы.

Чейз: О, Мадонна! Я отправил на твой адрес цветы и свежие фрукты. Если не это сострадание, то что еще ты от меня хочешь?

Элли: Это был самый странный диалог с курьером, который у меня когда-либо был. Он не говорит на английском. А я не говорю на мафиозном.

Терри: Что сказал доктор? Когда ты поправишься?

Элли: Я не смогу передвигаться без посторонней помощи следующие две недели. После этого мне предстоит сделать повторный рентген, чтобы убедиться, что все в порядке.

Чейз: Две недели?! Кажется, наше деловое соглашение было только что разорвано. Вы уволены, сеньора Барнс.

Элли: В таком случае, твой бизнес точно рухнет. Было приятно иметь с тобой дело, сеньоре Лапацци.

Чейз: *средний палец*

Заблокировав экран, я немного покрутилась в кресле, обдумывая план действий на предстоящий вечер, затем собрала свою спортивную сумку и вышла из кабинета. Нужно успеть вернуться домой и привести себя в порядок, перед тем как ехать в клуб.

Из-за того, что Элли получила травму, мне пришлось заменять ее на мероприятии, которое организовал Чейз. Обычно такие вечеринки проходят пару раз в месяц в одном из его клубов и носят закрытый характер. Полная анонимность. Вход только по индивидуальным приглашениям. Каждый посетитель обязан подписать специальный контракт, в котором прописаны определенные правила и ограничения. В противном случае, охрана не пропустит вип-клиента.

Именно поэтому мне нравится работать с Чезаре Лапацци. Этот парень знает, как управлять бизнесом и вести дела. Мы знаем друг друга много лет, и ему можно доверять. Он всегда ставит безопасность своих работников на первое место и делает все, чтобы соблюдать меры предосторожности. Ну и, конечно же, он щедро мне платит.

Вернувшись домой, я включила музыку и направилась в душ. От горячей воды ванная комната сразу же наполнилась паром. Не удержавшись, я нарисовала пальцами несколько сердечек на запотевшем стекле и начала громко подпевать под Here Without You – 3 Doors Down.

Никогда не понимала людей, которые принимают душ в тишине. Это так скучно. Именно по этой причине я купила умную колонку с голосовым помощником, чтобы иметь возможность слушать тщательно составленный мной плейлист для душа в любое время. Мне нравится подпевать любимым исполнителям. А еще это отвлекает и помогает перенаправить мысли.

Нанеся несколько уходовых средств на лицо, тело и волосы, я вышла из душа и, замотавшись в пушистое полотенце, вернулась в свою спальню. Горячая вода помогла прийти в себя и расслабить забитые после тренировки мышцы. Глаза слегка покраснели после горячей воды, поэтому я решила использовать капли, чтобы снять раздражение, и надеть линзы.

На прикроватной тумбочке завибрировал мой телефон. Элли прислала фотографию своей перебинтованной ноги и несколько плачущих смайликов. Послав таких же в ответ, я по привычке собрала волосы в небрежный пучок, заколов палочкой, и начала собирать рабочий чемоданчик, в котором всегда находилось все необходимое для выступлений: косметика, несколько платьев для танцев, блестящие туфли на каблуках, небольшая шкатулочка с украшениями и сделанная на заказ маска в виде сцепленных между собой золотистыми монетками и цепочками.

Я всегда надеваю ее во время танцев, чтобы закрыть свое лицо. Не то чтобы я переживала за то, что кто-то может узнать меня или что-то в этом роде. Это сделано для того, чтобы придать моему образу загадочности. И потому что, как часто любит говорить Чейз, мужчины готовы отдать все свои деньги, лишь бы узнать, чье симпатичное личико скрывается под слоем блёсток и золота.

Еще раз бросив взгляд на свои блестящие туфли, я закрыла чемодан и направилась в кухню, чтобы сварить кофе. Открыв все окна, я впустила в квартиру свежий воздух и яркий солнечный свет. Из колонки продолжала играть музыка, на кухонной столешнице тихо гудела кофемашина, а внизу раздавались громкие сигналы проезжающих мимо автомобилей.

В голове медленно крутились мысли по поводу сегодняшнего мероприятия. Обычно мы с Элли предпочитаем выступать по очереди. Если это крупная вечеринка, мы танцуем вместе. Сцены в клубах Чейза – идеальное место, где мы можем претворять в жизнь все наши танцевальные фантазии.

Наш эксцентричный босс много раз говорил о том, что его заведениям нужно что-то новое и необычное. Он хочет удивлять своих посетителей и предлагать им то, чего нет у других.

Однажды я показала Чейзу видео, на котором мы с Элли танцевали пол-дэнс на высоких каблуках и использовали некоторые элементы восточных танцев. Парень пришел в полный восторг и сказал, что это именно то, что ему нужно.

В тот день он сделал нам выгодное предложение, от которого было сложно отказаться. И, черт возьми, этот сумасшедший итальянец оказался прав. За первое же выступление я и моя лучшая подруга заработали отличные деньги. Мы ни в чем не нуждались. Денег всегда хватало на то, чтобы покрыть расходы для студии и платить за жилье.

Чейз прислал сообщение, написав, что сегодня ожидается весьма интересный список гостей. Что бы это ни значило, мне плевать. Я никогда не вижу их лиц из-за специального освещения, которое держит посетителей в тени, и все, что мне известно о них, – лишь размытые силуэты. Обычно это мужчины совершенно разного возраста и статуса, которые приходят расслабиться и насладиться приятным видом. И пусть я не вижу их лиц, это не значит, что мне не нравится играть с ними.

Во время танца я стараюсь фокусировать внимание на своих движениях, на том, достаточно ли сильно изгибается мое тело. Но я знаю, что за мной пристально наблюдают, и поэтому бросаю томные взгляды в зал и делаю плавные движения руками, словно заманиваю к себе на сцену. От этого каждый зритель чувствует себя особенным и получает удовлетворение.

Мне нравится слышать завороженные вздохи и тихий шепот переговоров. В таких фразах всегда есть «классные сиськи», «отменная задница» и «ноги, которые так и хочется закинуть себе на плечи». И я даю зрителям то, что они хотят. Танцую на грани. Заставляю их воображение переворачиваться с ног на голову. Это придает больше уверенности и заставляет чувствовать себя объектом притяжения, на который можно смотреть, но нельзя заполучить.

Стоит ли говорить о том, что в последнее время я фантазирую о том, что за мной наблюдает красивый, горячий мужчина, в черном пиджаке и стаканом виски в руке. Его поза расслаблена. Его костюм безупречен и идеально облегает стройное тело. Он проводит рукой по густым волосам, когда я появляюсь на сцене. Его глаза наполняются огнем, а дыхание учащается, когда он смотрит, как я медленно двигаюсь и ползу по сцене прямо к нему. Обычно в этой фантазии все заканчивается тем, что он набрасывается на меня, срывает мое платье и трахает прямо у шеста. А, возможно, все дело в том, что я уже давно ни с кем не была, поэтому в моей голове проносятся такие соблазнительные образы.

Допив кофе и переодевшись в леггинсы и короткий блестящий топ, я бросила взгляд на часы. Убедившись, что у меня есть достаточно времени, чтобы добраться до клуба без пробок, я взяла свои сумочку и чемоданчик и вышла из квартиры.

Глава 2

Нэш

С самого утра дверь моего кабинета не закрывалась ни на одну гребанную минуту. Готов поспорить, что от количества стуков, которые раздавались за сегодня, на деревянной поверхности образовалась чертовски огромная трещина, а прибитая табличка с моим именем давно отвалилась.

Сегодняшний день выдался особенно напряженным, особенно после нескольких деловых встреч с клиентами. Большинство из них – известные на весь мир знаменитости. Музыканты, блогеры, владельцы киностудий, бизнесмены, рестораторы. И это далеко не весь список. За каждым их шагом наблюдает огромное количество людей. На их профили в социальных сетях работает целая команда. Их лица повсюду. Их любят и им поклоняются. Для меня же это кучка самодовольных придурков с огромными доходами и низким уровнем ответственности. Многие думают, что работать с известным человеком сложно и утомительно. Так и есть. Но именно это мне и нравится в моей работе. Ты всегда узнаешь обо всех грязных подробностях первым.

Сразу после обеденного перерыва мой кабинет был атакован почти бывшей женой моего брата Кейдена. По какой-то неизвестной причине эта сумасшедшая женщина решила устроить грандиозный скандал прямо в моем офисе. Она даже пригласила для этого журналистов, чтобы придать своему разводу как можно больше огласки. Но вызванная вовремя охрана исправила ситуацию.

В дверь снова постучали. Роуэн, мой стажер, зашел в кабинет с очередной стопкой исков и заявлений, которые я поручил ему изучить и проанализировать, прежде чем они попадут ко мне на стол. Удивительно, но этот парень продержался в моей юридической фирме больше месяца, не получив нервный срыв и не убежав как можно дальше. Значит, с ним можно продолжать работать.

После того, как Роуэн ушел, я вернулся к ноутбуку, чтобы проверить почту. За неделю накопилось большое количество писем, на которые нужно ответить. Просмотрев рабочую вкладку, я перешел в личные сообщения. Со вчерашнего дня там висело одно письмо, которое я заметил не сразу. Прочитав имя отправителя, я нажал на прикрепленный файл.

В дверь снова постучали. Не отрываясь от экрана ноутбука, я бросил неразборчивое «войдите». Не было необходимости поворачивать голову, чтобы увидеть вошедшего. Я уже знал, кто это.

– Мистер Дэвентер, вам доставка.

Стефани вошла в кабинет, громко постукивая каблукам по деревянному полу и призывно виляя бедрами. Подняв глаза на секунду, я взглянул на нее. Короткая обтягивающая юбка. Пара расстегнутых верхних пуговиц на белоснежной блузке, демонстрирующих декольте. Распущенные светлые волосы. Пухлые, ярко-красные губы слегка приоткрыты. Ее внешний вид и походка так и кричали «трахните меня, мистер Дэвентер».

Я наблюдал это шоу каждый божий день. Даже сбился со счета, сколько раз она пыталась провернуть нечто подобное. Мне было любопытно, насколько далеко блондиночка готова зайти, чтобы привлечь мое внимание. Подойдя к столу, она как бы случайно уронила один конверт и слегка наклонилась, чтобы поднять его. И по счастливой случайности конверт оказался прямо возле моих ног. Надо же, какое нелепое совпадение. Мы в каком-то дрянном малобюжетном фильме для взрослых? Мне отчетливо были видны кружева на ее чулках и нижнем белье. Девушка старалась всеми силами, чтобы я обратил на нее внимание. Сладковатый аромат ее духов витал повсюду. Казалось, что она использовала парфюм каждый раз перед тем, как прийти ко мне в кабинет. Мне вдруг захотелось громко чихнуть. Стеф нисколько не смущало мое каменное выражение лица, с которым я уставился в экран.

Не поймите меня неправильно, мне нравилось то, что я видел. Стефани красивая, сексуальная молодая женщина, с отличной фигурой и блестящими волосами. И не будь мы начальником и подчиненной, я бы уже перегнул ее через стол, сорвал эти крошечные трусики и хорошенько трахнул, грубо впиваясь пальцами в бедра. Но как бы моему члену ни нравилась мысль о том, чтобы хорошо провести время в прекрасной компании, я не мог этого сделать.

Было несколько строгих нерушимых правил, которым я следовал большую часть своей жизни, и благодаря которым добился всего, что имел сейчас. Одно из таких правил – никакого секса и никаких отношений на рабочем месте и с людьми, которые имеют к моей работе какое-либо отношение. Это никогда не приводит ни к чему хорошему. Результат всегда негативный. И поверьте, я знаю, о чем говорю.

За все время адвокатской практики мне бесчисленное количество раз приходилось иметь дело с бракоразводными процессами и часами выслушивать слезливые истории женщин, чьи мужья не могли удержать свой член в штанах и трахали все, что двигалось. Нередкими были истории разрушенных карьер и загубленных жизней из-за обвинений в сексуальных домогательствах на рабочем месте. И это никогда не заканчивалось хорошо. Всегда кто-то страдал сильнее остальных. Прекрасно зная, что за собой влекло бездумное следование мимолетному желанию, я пришел к выводу, что оно того не стоит. Тем более что я никогда не испытывал проблем с нехваткой секса в жизни.

– Будут еще какие-то поручения, мистер Дэвентер? – Стефани продолжала стоять в опасной близости к моему рабочему креслу. Еще немного, и она бы прикоснулась ко мне. Возможно, она воспринимала мое бездействие как знак, что ей все нужно сделать самой. Во мне закипало раздражение. Из всех неудачных дней, блондиночка выбрала самый неудачный. И по всей видимости, мне нужно включить режим мудака, чтобы расставить четкие границы и положить этому конец раз и навсегда.

– Да, будут, – видит бог, я старался держать себя в руках и не грубить. Стеф просто не повезло, что я не духе и ненавидел сегодняшний день. – С завтрашнего дня вводится строгий дресс-код. Никаких юбок и никаких распущенных волос на моем этаже. Это ясно? – бросив злой и полный раздражения взгляд на Стефани, ледяным тоном рявкнул я. – И начни наконец пользоваться селектором, чтобы каждый раз не заваливаться в мой кабинет по поводу и без. Если дело что-то срочное и требует моего личного присутствия, пришли это в письменном виде.

Пораженная девушка оставила принесенные письма на столе и отошла от меня на несколько шагов в сторону двери. Правильно, так безопаснее. Её лицо побледнело, а с лица сползла улыбка. Она явно ожидала не такой реакции на небольшое шоу, которое она только что устроила.

– До конца рабочего дня ко мне никого не пускать. Свободна, – указав на дверь, я даже не повернулся в ее сторону. Почему меня не могли оставить в покое? Весь офис решил испытать мои нервы на прочность?

Как только за Стефани захлопнулась дверь, я стянул очки с лица и откинулся на спинку своего кресла. Да, я повел себя грубо и невежливо, и Стеф имела право ненавидеть меня прямо сейчас. Но нет, мне не стыдно. Это самый эффективный способ пресечь подобные выходки и не дать им больше повториться. Мой наставник всегда говорил, что в нашей профессии иногда становиться ублюдком было необходимостью, иначе ты не сможешь добиться результата.

Проверив почту и завершив работу с исками, я перешел к брачному контракту известной пары блогеров, которые недавно стали популярны на всю страну благодаря чему-то (я так и не понял, чему), и собирались пожениться. Они обратились ко мне со своим запросом. Я перенаправил это задание Роуэну, чтобы он составил контракт, а потом прислал мне на проверку.

Как и хотел, я провел остаток рабочего дня в блаженном спокойствии. Смог сосредоточиться на важных задачах, которые требовали моего внимания. Меня никто не беспокоил. И почему я раньше не додумался накричать на Стефани? Стоило один раз повысить голос, как все тут же начинали делать так, как ты хочешь. Согласен, я был груб, но извиняться за свой тон я не собирался. Есть определенные правила, которые должен соблюдать каждый сотрудник в моей фирме. Даже я сам. Блондиночка уже несколько раз нарушала условия договора, по которому работала на меня, так что пусть скажет спасибо, что я ее не уволил.

– Простите, но к нему сейчас нельзя, – в приемной послышался встревоженный голос Стефани. Черт, опять Тереза со своими журналистами? Нужно снова вызывать охрану. – Мистер Дэвентер просил никого не пускать.

Я уже тянул руку к телефону, чтобы позвонить на пост охраны, когда дверь резко распахнулась, и в кабинет вальяжно зашел Кейден. Боже, сегодня определенно не мой день. Может быть, я не заметил и пропустил, что сегодня пятница тринадцатое? Нет, на календаре восемнадцатое. Тогда почему этот любитель вельвета здесь? Я уже имел дело с его психованной женой несколько часов назад.

– У тебя такое выражение лица, как будто ты кинешь в меня стулом прямо сейчас, – Кейден сразу заметил недовольство, с которым я на него смотрел. Вот только его глупых ухмылок мне сейчас не хватало. Но надо искать плюсы. Он пришел один, без Картера. Когда они вместе, то выводят меня из себя в считанные минуты. Я срываюсь и посылаю их куда подальше. А потом в качестве протеста эти придурки не разговаривают со мной несколько недель подряд, чтобы я перестал быть вечно недовольным мудаком.

За ним вбежала Стефани.

– Мистер Дэвентер, простите, я сказала, что вы были заняты, но…

– Все в порядке. Ты можешь идти.

Кейден рухнул на диван напротив панорамного окна, откуда открывался прекрасный вид на весь город. Сегодня он был одет в широкие серые бриджи с кучей маленьких логотипов Луи Витон, ярко-желтую вельветовую куртку, из-под которой торчала такого же цвета бесформенная толстовка и огромными кроссовками непонятного цвета и формы. О, Боже.

Я всегда поражался тому, как этот парень ходил по улицам в таком виде и до сих пор не нажил себе проблем. Хоть в Лос-Анджелесе достаточно много фриков, но Кейден порой умел удивлять даже их.

– Опять ведешь себя как диктатор? – стянув с головы ярко-зеленую шапку, мой брат уставился на меня и лучезарно улыбнулся. Хоть у кого-то хорошее настроение. Поразительно, но он одет, как человек, а не как очень модная рептилия. Хотя на счет его плюшевой куртки я бы поспорил.

Неудивительно, что люди не верят, что мы родственники. Но это правда. Кей и я сводные братья. Его родители усыновили меня, когда мне было четырнадцать. Я взял их фамилию.

– Ты по делу пришел или покрасоваться своими неоновыми ботинками? – делая вид, что я сильно занят изучением важных документов, я старался не обращать внимание на разноцветное недоразумение, которое сидело передо мной и звенело своими бесчисленными цепочками. С его лица не сходила яркая улыбка, от чего в уголках глаз образовывались едва-заметные морщины, а темная кожа выглядела как растопленный шоколад в лучах заходящего солнца.

– Вообще-то они перламутровые, придурок, – брат усмехнулся, а затем встал с дивана и пересел на стул напротив меня. – Сильно занят?

– Как видишь. Что у тебя?

– Ты какой-то раздражительный. Давненько трахался? – Кей не переставал пялиться на меня и хихикать. Иногда он был таким придурком.

– Для человека, который находится в процессе развода, о котором говорит весь Лос-Анджелес, ты слишком жизнерадостный. Уже в курсе на счет Терезы?

– О, черт! Что она опять натворила? Хотя неважно. Я сам с ней разберусь.

И пусть мой брат всегда улыбался и пытался делать вид, что ему плевать на то, что происходит в его личной жизни, я прекрасно видел, как Кею неприятно слышать о своей уже совсем скоро бывшей жене. Тереза сделала целью своей жизни превратить жизнь моего брата в ад. И нужно сказать, у нее это получалось. Не было ни одного журналиста в городе, который бы не преследовал его, чтобы узнать подробности того, почему они разводятся. Поначалу Кейден воспринимал это, как что-то само собой разумеющееся. Известный модельер и дизайнер, чьи коллекции имеют оглушительный успех по всему миру, основатель собственного бренда, и разводится с женой. Конечно же, пресса уцепится за такую новость.

– Я здесь не из-за неё, – Кейден достал из рюкзака черный плотный конверт и протянул мне. – Я тебе кое-что принес.

– Что это?

– Получил приглашение на закрытое мероприятие у Чезаре Лапацци. Слышал о нем?

– Ты про того эксцентричного итальянского придурка в дурацких блестящих пиджаках?

– Между прочим, эти дурацкие пиджаки сделал я. Ручная работа. Каждый в единственном экземпляре, – Кейден снова потряс конверт. – Помимо приглашения, здесь также есть соглашение, которое надо подписать. Там прописаны условия, по которым можно попасть в клуб. Чезаре сам прислал его мне.

– И ты пришел убедиться, что все в рамках закона?

– Я не смогу пойти. Мне нужно срочно ехать в Вегас по поводу презентации новой коллекции.

– И?

– И я подумал отдать приглашение тебе. Судя по выражению твоего лица, тебе просто необходимо сменить обстановку и немного отвлечься.

– У меня нет времени. Я рабо…

– Бла-бла-бла! – Кейден не дал мне договорить. Сунув конверт мне прямо в лицо, он встал со стула и начал потихоньку собираться на выход. Остановившись у двери, брат еще раз посмотрел на меня. – Хватит сидеть в своем скучном сером офисе. Тебе нужно отдохнуть и хорошенько выпить. Тем более я уже сказал Чезаре, что вместо меня придет мой любимый братишка. Пока, Нэш!

Я даже не успел бросить ему вслед какой-нибудь едкий комментарий или хотя бы показать средний палец, как он покинул мой кабинет, громко хлопнув дверью. Проигнорировав его приглашение и отодвинув конверт в сторону, я вернулся к тому, на чем меня прервали. Я по уши завален работой. У меня нет времени на какие-то закрытые тусовки с кучкой придурков, которые меня раздражают.

Я пришел в себя только через четыре с половиной часа, когда электронные часы на столе начали неприятно пищать, оповещая о том, что рабочий день давным-давно подошел к концу.

Бросив взгляд в сторону двери, я заметил, что в приемной выключен свет, а значит, Стефани давно ушла. Повертев головой из стороны в стороны и размяв затекшую шею, я стянул с лица очки и откинулся на мягкую спинку офисного кресла и закрыл глаза.

Голова вмиг стала тяжелее. Груз всей рабочей недели разом свалился на мое тело, отдаваясь пульсирующей болью в висках и переносице. На сегодня точно пора заканчивать и ехать домой.

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я снова потянулся и услышал, как в пояснице что-то хрустнуло. Моя задеревеневшая задница тоже не в восторге от того, что я провел столько времени без движения. Со мной такое часто случается. Я могу потеряться во времени и не замечать ничего вокруг, когда полностью сосредоточен. Даже несмотря на то, что Кейден появился из ниоткуда и немного отвлек меня, это не помешало мне просидеть в кабинете лишние несколько часов. Я бы сейчас не отказался от хорошего виски.

Кстати, о виски. Открыв один глаз, я устремил его на лежащий под стопкой бумаг черный конверт. Может быть, мой брат прав, и мне не помешает отдохнуть сегодня вечером. Я знал, что у Лапацци всегда подается отличный алкоголь. И там заботятся о своих посетителях. Если я захочу провести время в полном одиночестве, попивая виски и не вступая ни с кем в ненужный диалог, то всегда смогу наблюдать за происходящим в клубе из вип-зоны.

Потянувшись и взяв приглашение, я разорвал конверт и покрутил в руках небольшую карточку с указаниями времени и места. Сверился со своими часами. Три часа до начала. Возможно, я даже успею заехать домой, чтобы принять душ и переодеться. Также прилагался контракт с правилами и ограничениями. Я бывал на закрытых вечеринках и знал, что многие владельцы клубов имеют стандартную практику подписания таких бумаг. Все ради безопасности и анонимности.

Изучив все пункты, я понял, что сегодня меня ждет танцевальное шоу. Возможно, стриптиз? Было бы неплохо. И пусть я сорвался сегодня на пытавшуюся меня соблазнить помощницу, я был бы не против насладиться видом извивающегося в медленном танце красивого женского тела. Вне работы. Когда я могу позволить себе расслабиться и не думать о правилах.

Прочитав контракт еще раз, я поставил свою подпись.

Глава 3

Нэш

– Ваше приглашение, сэр.

Высокий парень на входе бросил на меня равнодушный взгляд. Достав из внутреннего кармана пиджака конверт и протянув ему, я проверил время на часах. До начала оставалось пятнадцать минут.

– Добро пожаловать в Segreto, – удостоверившись, что все в порядке, охранник вернул мне карточку. Бумага с моей подписью была отложена в отдельную папку. Что ж, стандартная практика.

Внутри клуба меня встретила девушка-администратор и повела через весь клуб. Я уже раньше бывал здесь, но по пути успел заметить некоторые изменения в интерьере. В залах новое освещение. В дальней части танцпола добавилась еще одна барная стойка. Подняв голову, я заметил несколько новых помещений на втором этаже.

– Сюда, сэр. Приложите вашу карточку к считывателю, пожалуйста.

Сделав, как она просила, я поднес карточку к устройству на двери. Загорелся зеленый индикатор, и тяжелая деревянная дверь открылась.

– Рекомендуется сохранять ваше персональное приглашение до конца мероприятия. Приятного отдыха.

Войдя внутрь, я увидел большой зал с несколькими диванами-полукругами. На стенах, обитых дорогим деревом и поделенных на секции массивными колоннами, красовались бюсты античных статуй. Напротив мест для зрителей располагалась сцена с шестом. Окинув комнату быстрым взглядом, я заметил нескольких мужчин, которые уже заняли свои места и о чем-то тихо переговаривались. На удивление ни одного знакомого лица. Никто не обращал на меня внимания. Отлично. Не было необходимости вести с кем бы то ни было пустые разговоры ни о чем.

Диван посередине был свободен, и я решил расположиться там. Отсюда открывался отличный вид на всю сцену. Ко мне тут же подошел официант, чтобы принять заказ. Попросив виски, я достал из кармана пиджака свои очки и надел, чтобы лучше видеть и не напрягать глаза в полутьме. Зрительная часть зала специально минимально освещена. Все для анонимности. Весь основной свет сосредоточен на сцене.

Входная дверь с тихим писком открылась, и в зал вошла женщина в дорогом, сшитом на заказ костюме и дорогой сумкой от Диор.

– Решил расслабиться после тяжелой рабочей недели, Нэш? – сев на соседний диван и закинув ногу на ногу, она широко улыбнулась. И с каких пор лучший финансовый аудитор Лос-Анджелеса посещает такие мероприятия?

– Не ожидал тебя здесь увидеть, Роланда, – слегка изогнув губы в улыбке, я кивнул ей. – Решила сделать Лапацци сюрприз в виде неожиданной налоговой проверки?

– Как-нибудь в другой раз. Сегодня я здесь, чтобы насладиться танцами, хорошенько выпить, а потом забрать домой одного из этих горячих мускулистых охранников.

– В таком случае, я угощаю.

Через несколько минут нам принесли наши напитки. Обменявшись с Роландой парой фраз, я сделал глоток виски. Неприятно это признавать, но в этом заведении подают самый лучший алкоголь, который я когда-либо пробовал.

Расстегнув пиджак и пару верхних пуговиц на рубашке, я откинулся на спинку дивана и перевел взгляд на сверкающий шест. Яркий прожектор освещал гладкую серебристую поверхность, отбрасывая во все стороны яркие ослепляющие лучи. Роланда сказала, что сегодня будет выступать только одна девушка. Интересно, будет ли она танцевать обнаженной?

В зале погас свет, а через мгновение включился снова, ярко осветив центр сцены. Начала играть медленная музыка, и на сцену вышла танцовщица. Черт, нужно было надеть очки с более тёмными линзами. Слишком много блёсток. В свете софитов девушка сверкала ослепительно ярко, словно диско-шар. Прожекторы повернулись, немного сменив угол света, и мои глаза наконец-то смогли привыкнуть к бликам. И как бы ни неприятно было признаваться самому себе, мне нравилось то, что видел.

Изначально я ехал в клуб с мыслью, что зря трачу свое время, и злился на Кейдена за то, что он отдал мне тот конверт. Я не знал, что меня ждет. В приглашении не было ничего, что могло бы помочь мне понять, с чем придется иметь дело. Но смотря на гибкое, стройное тело танцовщицы, я решил взять свои слова обратно. Это было…обескураживающе? О, серьезно? Откуда вообще это слово взялось в моей голове? Но как бы это ни было, я не мог оторвать взгляд от ее потрясающей фигуры. На ней короткое золотистое платье с вырезами на бедрах и такого же цвета туфли с блестящими ремешками. Это самые высокие каблуки, которые я когда-либо видел. Я боялся, что девушка может оступиться и свалится с них в любую минуту. Уверен, Кейден по достоинству оценил бы эти девятидюймовые чудовища и включил в свою следующую коллекцию.

Девушка двигалась уверено, держала равновесие и передвигалась с невероятной грацией. Её подтянутые ноги выглядели потрясающе и казались бесконечно длинными. Она двигалась плавно, словно парила над землей. Каждое движение медленно перетекало в другое. Это не было похоже на обычный стриптиз. Да, её наряд не оставлял места воображению, и пусть я этого не видел, но был уверен, что остальные мужчины точно пускали по ней слюни. Я не мог это объяснить, но просто знал, что здесь что-то другое. Я решил не думать о тонкостях танцевальных направлений, а просто расслабиться и наслаждаться зрелищем и первоклассным виски.

Одной рукой девушка держалась за шест, а другой неторопливо вела вниз от шеи к груди, а затем к оголенным бедрам. Тёмные волосы собраны в аккуратный тугой пучок, а лицо закрыто тяжелой золотой маской в виде крупных цепочек, сцепленных между собой круглыми монетами. Однажды я уже видел такое украшение. Потрясающе красиво.

Музыка становилась ритмичнее, а движения девушки более эротичными. Медленно опустившись вниз по шесту, золотая богиня резко раздвинула ноги и, перекатившись на каблуках, опустилась на колени. Она напоминала морскую волну. Настолько умело ее тело двигалось в такт музыке. Приглушенный свет софитов красиво играл на загорелой коже, придавая ей какое-то неземное свечение.

Переместив ноги и сев на четвереньки, танцовщица медленно и чувственно поползла к самому краю сцены. Я видел ее густо накрашенные глаза, которые виднелись из-под маски. Этот убийственный взгляд прожигал насквозь, заставляя что-то тягучее и сладкое в предвкушении сжиматься в животе. Я не мог пошевелиться или сделать вдох. Темные омуты, обрамленные длинными ресницами и несколькими линиями стрелок, гипнотизировали. Мир вокруг перестал существовать. Была только музыка, сцена и извивающаяся в танце девушка. На секунду мне даже показалось, что в ней есть что-то знакомое. Я будто видел ее раньше. Хотя это маловероятно. Такую красотку я бы точно запомнил.

Подтянутое, гибкое тело двигалось с грацией дикой пантеры. Руки и красивые тонкие пальцы с блестящим маникюром проделывали магические волнообразные движения. Многочисленные браслеты тихо звенели и переливались на свету. Она – сирена, заманивающая в свои дьявольские сети. И я готов поддаться искушению.

– Сногсшибательно, – тихо выдохнула Роланда слева от меня. – Она потрясающая.

Я не мог не согласиться. Твою мать! Это в миллион раз лучше, чем стриптиз.

Наблюдая за тем, как танцовщица, лежа на спине, делает взмахи ногами, переворачивается, а затем резко встает, я мысленно поблагодарил Кейдена за то, что он пришел сегодня в мой офис.

В незнакомке идеально все: соблазнительные округлости бедер и задницы, изящные, но в то же время сильные руки, манящие тёмные глаза. Она умело сочетает плавность и резкость движений.

Я чуть не подавился виски, когда девушка схватилась за шест двумя руками и, сделав легкий прыжок, медленно закружилась, выгнувшись всем телом. Мне показалось, или на ней нет трусиков? Блять! Я уже хотел достать телефон и сделать несколько фотографий на память, но вовремя вспомнил, что в контракте прописано, что съемка строго запрещена.

– Кто она? – с другого конца зала послышался мужской голос.

– Понятия не имею. Но я бы отдал все свои деньги, лишь бы трахнуть эту горячую цыпочку, – второй голос был таким же неприятным, как первый, и изрядно пьяным.

Повернув голову, я увидел двух мужчин справа от себя. Они с диким блеском в глазах и, могу поспорить, с бугорками в штанах рассматривали танцующую девушку, продолжая тихо переговариваться между собой. Я успел заметить пустую бутылку виски у них на столике. Ради всего святого, серьезно? Мы пришли сюда полчаса назад. Как этих придурков вообще сюда пустили?

– Уверен, она может закинуть ноги за голову. Сколько она стоит?

Вот ублюдок. Нервно выдохнув, я поправил очки и присмотрелся внимательнее. Первый голос оказался старым лысеющим кретином с таким огромным животом, что его едва сдерживали пуговицы на рубашке. Казалось, один неровный вдох, и он взорвется. Второй оказался точной копией первого. Оба с жирными, раскрасневшимися от алкоголя лицами, мерзкими пухлыми руками и отвратительным одеколоном, от которого слезились глаза. Я еще больше разочаровался в Чезаре Лапацци. У его системы фейс-контроля явные проблемы.

Музыка закончилась. Переведя взгляд на сцену, я увидел, как танцовщица в золотом платье и маске села на глянцевый пол сцены и, сделав несколько плавных движений руками, послала в зал воздушный поцелуй.

– Я хочу купить её! – лысый тип номер один резко вскочил со своего места и, пошатываясь в разные стороны, двинулся в сторону сцены.

Вместе с ним хотел вскочить и я, чтобы в два шага добраться до него и вырубить одним точным ударом. В это время словно их ниоткуда появился огромный татуированный охранник и, схватив лысого идиота за воротник пиджака, как тряпичную куклу потащил в противоположном от входной двери направлении. Следом за тем охранником из темноты появился еще один.

Я повернул голову в сторону сцены. Девушка всё еще сидела на полу и, не говоря ни единого слова, наблюдала за тем, что разворачивалось прямо перед ней. Сцена установлена достаточно высоко, поэтому она в относительной безопасности. Казалось, что она не сильно взволнована случившимся. Я не видел её лица из-за маски, но судя по тому, как сузились ее глаза, девушка улыбалась. Она же слышала, что сказал этот придурок. Или у нее нет причин беспокоиться, и она привыкла к такому обращению в свой адрес?

– Не переживай, Нэш. Здесь никому не позволяют неуважительно относиться к женщинам, – Роланда продолжала пить свой виски и сверлить голодными глазами охранников, как будто минуту назад ничего не произошло. Меня одного возмутило то, что только что случилось?

Спустя пару минут заиграла другая мелодия. Я тут же повернул голову и уставился на сцену. Танцовщица сделала несколько плавных движений головой, затем резко отползла назад к шесту и, оттолкнувшись руками, встала. Повернувшись спиной к зрителям, девушка продолжила двигать бедрами.

В свете софитов я заметил красивую татуировку в виде витиеватых линий иероглифов, тянущихся от лопатки девушки вверх до линии плеча. Я никогда раньше не видел такого необычного рисунка. Это какой-то древний язык или просто картинка? Когда она набила ее? Тянулась ли татуировка от лопатки вниз по спине, скрываясь под платьем или же это было все, что я мог увидеть?

Тряхнув головой, я сделал глубокий вдох и осушил стакан одним глотком, пытаясь прогнать лишние мысли из головы. Я вообще не должен думать о какой-то странной татуировке и ее обладательнице. Я пришел сюда отдохнуть и хорошо провести время, не забивая и без того забитую голову ненужной информацией и не размышляя о таинственной брюнетке в блестках. Это просто очередная девушка с красивым телом, которая танцует для приглашенных гостей. Уверен, ей отлично платят.

И все же что-то в незнакомке не давало мне покоя. С каждой минутой вопросов становилось только больше. Зачем она надела маску? Это была часть ее костюма? Или она сделала это специально, чтобы не раскрыть себя? А было ли ей что скрывать?

Пока вопросы гудели в моей голове, музыка остановилась, а затем заиграла новая мелодия.

Вечеринка продолжалась.

Глава 4

Терри

– Хочешь сказать, что никто не устроил драку? Это самая скучная вечеринка, о которой я когда-либо слышала, – улыбающееся лицо Элли заполняло весь экран моего телефона. Я уже рассказала ей о том, как прошел вчерашний вечер. – Хотя, возможно, мне стоит поздравить тебя. Ты обходишь меня на два очка.

– Возможно, ты бы выиграла этот дурацкий спор, если бы не твоя травма, – усмехнувшись, я переложила телефон в другую руку и начала собирать образовавшуюся на поверхности воды пушистую пену. Каждое мое утро после тяжелого трудового вечера танцев всегда начинается с неизменного ритуала – горячая ванна со всевозможными средствами по уходу за телом.

– Никогда не понимал, в чем смысл этого соревнования, – в разговор вмешался Дерек. Его высокая широкоплечая фигура плавно перемещалась по кухне. Подойдя к столу, он поставил перед Элли кружку кофе и полную тарелку блинчиков с сиропом. Оставив на ее губах нежный поцелуй, Дерек вернулся к плите. Элли – счастливая женщина. – По-моему, это самое оскорбительное, что может услышать девушка в свой адрес.

– Зато у нас есть шанс попасть в список самых нелепых статистик, – заправив за ухо прядь светлых волос, Элли отмахнулась от мужа и перевела взгляд в экран.

Сегодня она в значительно более лучшем настроении, чем пару дней назад, когда звонила мне из больницы.

– Вполне хорошее достижение. А, может, мы даже побьем рекорд по количеству идиотских подкатов от престарелых мафиози.

– Я сделаю вид, что не слышал этого, – недовольно выдохнул Дерек и продолжил нарезать овощи.

Работая в клубе, нам часто приходится иметь дело с мужчинами, которые считают нас девушками по вызову и хотят провести с нами ночь. В какой-то момент это превратилось в шутку, и Элли предложила небольшое соревнование. Выиграет тот, кто до конца года наберет наибольшее количество предложений переспать. С призом мы так и не определились.

– Ты в порядке, детка? – перекатывая облака блестящей пены из стороны в сторону, я наблюдала за лучшей подругой, с аппетитом поедающей румяные блинчики.

– Заедаю стресс, как видишь. Дерек не отходит от меня ни на шаг. Бога ради, я всего лишь подвернула ногу, а не сломала ее.

– Тогда я бы точно закрыл тебя дома и не позволил приближаться к пилону на милю, – ее муж стоял у нее за спиной и что-то помешивал деревянной ложкой на плите. Он слишком заботится о своей любимой женщине. Готовка – его язык любви.

– Вот видишь, – Элли закатила глаза и, усмехнувшись, вгрызлась в блинчик, пачкая губы и щеки сиропом. Но я успела заметить ее счастливую и полную любви улыбку, когда она бросила короткий взгляд на своего мужа.

Эта сумасшедшая парочка – мои лучшие друзья. Они начали встречаться еще в старшей школе, и безумно любят друг друга. Даже не могу вспомнить момент, чтобы они были не вместе. Когда Элли сообщила Дереку о том, что собирается переезжать в Лос-Анджелес, Дерек ни секунды не раздумывая собрал свои вещи и поехал с ней.

Я им завидую.

– Вчера был кто-нибудь симпатичный, на чьих коленях можно было потанцевать? – Элли ехидно поиграла бровями и подмигнула в экран. Дерек закатил глаза и что-то пробормотал себе под нос.

– Не знаю. Не смогла разглядеть из-за ярких прожекторов.

– Уверена, весь вечер за тобой пристально наблюдал молодой сексуальный мужчина в сшитом на заказ костюме и самыми острыми скулами, которые когда-либо создавала природа, – голос Элли приобрет игривый тон. Она знала о моей тайной сексуальной фантазии. – Он был настолько очарован твоей роскошной задницей, что пообещал вернуться и заплатить сколько угодно, лишь бы увидеть ее еще раз.

Я лишь усмехнулась в ответи и покачала головой. По правде говоря, во время танцев у меня нет возможности разглядеть зрителей. Они всегда сидят в дальней части зала, которая почти не освещается. У меня не очень хорошее зрение, и я ношу контактные линзы. Но это мало помогает. Прожекторы и софиты слепят глаза, и я испытываю дискомфорт. Почему нельзя танцевать в солнцезащитных очках?

Даже если среди гостей и был тот самый идеальный незнакомец, вряд ли я об этом когда-то узнаю.

– Спасибо, лучшая подруга. Теперь я не смогу избавиться от этого образа, и он будет согревать меня по ночам, – громко засмеявшись в ответ, я сдула пену с ладони прямо в камеру.

Элли умела красочно описывать женские мечты. Или, возможно, она читала слишком много любовных романов. Но мне понравилось то, что она сказала, и я не против, если бы это было так.

– Между прочим, тебе давно пора перестать фантазировать, а найти кого-то, кто согреет тебя по-настоящему. Кролик Сантьяго не в счет.

Мы обе снова громко засмеялись. Сантьяго – мой любимый вибратор, который не раз спасал меня и был верным проводником к быстрому и яркому оргазму. Странно давать имя секс-игрушке? Может быть.

– Посмотри на это с другой стороны. Каждый раз, когда я по ночам громко выкрикиваю его имя, мои соседи думают, что у меня невероятно страстный любовник.

– Я сделаю вид, что не слышал и этого тоже, – не сводя глаз с плиты и продолжая что-то помешивать, сказал Дерек. Сохраняя холодное выражение лица, он тем самым пытался скрыть свое смущение.

– Что на счет Чейза? – не обращая внимание на его комментарии, Элли продолжала говорить с набитым ртом. – Ни для кого не секрет, что он к тебе неравнодушен.

Вместо ответа, я лишь напряженно выдохнула и промолчала. Чейз неплохой парень, и ему можно доверять. Но с ним всегда очень сложно. Мы познакомились на костюмированной вечеринке в Нью-Йорке несколько лет назад. Красивый и обаятельный парень из Палермо, Чезаре сразу влюбил в себя своей харизмой и непревзойденным чувством стиля. А еще у него милый итальянский акцент и манера менять чужие имена.

Я знаю, у него есть ко мне чувства. Он много раз честно говорил об этом. Но кроме одного пьяного поцелуя и пары неудачных свиданий между нами больше ничего не было. Мы слишком похожи друг на друга, и в какой-то момент это может стать проблемой. Оба слишком эмоциональны, порой вспыльчивы и любим спорить до самого конца, стоя на своем, даже если тысячу раз неправы. Возможно, если бы мы попробовали, у нас могло что-то получиться. Но я не уверена в этом.

– Да брось, Элс. Он – Овен, и совершенно мне не подходит. Мы поубиваем друг друга через неделю, – отшутилась я. И да, Овны мне действительно не подходят.

– Тогда будем искать властного, хладнокровного Скорпиона. Что скажешь?

Я хотела сказать, что знаю такого мужчину, но вместо этого прикусила нижнюю губу. В груди что-то неприятно кольнуло. Слишком неприятно вспоминать о нем. Он давно в прошлом. А мое разбитое сердце так и не смирилось с тем, что произошло. Но несмотря на это, я очень ценила то, что моя лучшая подруга не теряла оптимизма по поводу моей личной жизни, которая, мягко говоря, в плачевном состоянии.

– Скоро я лечу в Бостон. Отец устраивает грандиозную вечеринку. Начну поиски оттуда.

Поболтав с Элли еще немного, я отключила телефон. Вода в ванной давно остыла, а пузырьки лопнули. Закутавшись в пушистый халат, я начала приводить себя в порядок. Сегодня у меня много дел, которые нужно успеть сделать до того, как я полечу домой к родителям.

Ещё одной маленькой радостью было оповещение о зачислении денежных средств. Чейз написал, что вчерашнее выступление прошло превосходно, и он продал несколько бутылок коллекционного виски. Отправив в ответ несколько сердечек и большой палец вверх, я отложила телефон и сделала музыку погромче.

***

Весь день я была занята тем, что разбиралась с бумажной работой в студии, накопившейся за несколько недель. Обычно этим занимается Дерек, но я не хотела его беспокоить. Не было ничего сложного, с чем бы я не справилась в одиночку.

Закончив основные дела и быстро перекусив, я поехала за платьем, которое заказала пару месяцев назад. Мне не терпелось примерить его. И раз уж мне предстоит поиск страстного Скорпиона, как его назвала Элли, я должна выглядеть безупречно и быть во всеоружии. Всегда приятно знать, что у тебя есть несколько тысяч долларов, которые ты можешь позволить себе потрать на красивые вещи. Особенно если это новые блестящие туфли, которые я увидела на сайте магазина сегодня утром, или милая брендовая сумочка, к которым я тоже питала слабость.

Да, мне нравится сиять. Причем, в буквально смысле. Мама всегда смеется надо мной и говорит, что моя нездоровая одержимость блестками не приведет ни к чему хорошему. А, может, все из-за того, что моя фамилия Спарклинг? (англ. блестящий). Что ж, мамочка, это продиктовано самой судьбой.

Но в этом вся я. И люблю это. Если вещь блестит и ярко переливается, я куплю ее. Прозвучит банально, но таким образом я чувствую себя лучше и поднимаю себе настроение. Возможно, странно слышать такое от женщины, которой почти тридцать. Но спешу успокоить – в моем гардеробе есть обычные шмотки, и я не безнадежный шопоголик.

Пока мои мысли были заняты новым платьем, я оказалась в пробке. Ближе к вечеру движение в этой части города особенно интенсивное. Я уже успела спеть пять песен, прежде чем моя машина продвинулась хотя бы на несколько метров вперед.

Город переливался яркими огнями и гудел всевозможными звуками. В воздухе витал запах океана и солнца, а виднеющиеся вдалеке пальмы развевались на ветру. Дорогу освещали огромные рекламные баннеры, возвышающиеся и тянущиеся вдоль шоссе.

Остановившись на одном из многочисленных светофоров, я остановила взгляд на ярком, хаотичном пятне, появившимся на одном из баннеров. Большой логотип в центре экрана крутился вокруг своей оси, выстраиваясь в слово, и привлекал к себе внимание. Темнокожий парень в зеленой шубе и белых вельветовых штанах широко улыбался и показывал странные движения пальцами, демонстрируя массивные кольца. Его лицо было прикрыто большими солнцезащитными очками.

Дизайнер и основатель модного бренда KeyD Кейден Дэвентер разводится со своей женой, популярной саксофонисткой…

Картинка немного изменилась, и под позирующим парнем появилась надпись. Погодите минутку, что? Кейден женат? Вернее, был женат? Когда это произошло? И почему об этом кричали во всех таблоидах?

Громкий гудок откуда-то сзади напугал меня, заставив вздрогнуть всем телом, и вернул меня в реальность. Тряхнув головой и уставившись на баннер, я заметила, что картинка сменилась на другую рекламу. Нажав на педаль газа, я поехала дальше. Но увиденное не давало мне покоя.

Так странно. Уже второй раз за день я вспоминала эту фамилию. И оба раза становилось больно. И дело здесь не в Кейдене. Речь шла о его придурке-брате.

Когда-то давно я обещала забыть об этом мужчине раз и навсегда. И пока что очень удачно с этим справлялась. Слишком сильно болело разбитое сердце. Слишком много воспоминаний связано с ним. Как будто дергается старая, давно затянувшаяся рана где-то глубоко внутри, и каждый раз причиняет боль.

Почему он так поступил? Все ведь было…

Нет. Нет, нет, нет, нет. Мне нужно забыть об этом. Выкинуть из головы. Столько лет у меня получалось это делать, и я не собиралась нарушать это правило.

Где он сейчас? Он хоть раз вспоминал обо мне? Я скучаю…

Какого черта, Терри! Возьми себя в руки. Думай о блестящем платье и шикарных дизайнерских туфлях. Они-то уж точно не исчезнут из твоей жизни и не разобьют твое сердце.

Переключив радиостанцию и сделав музыку погромче, я прибавила скорость и поехала в торговый центр. Сегодня мне просто необходимо потратить непристойно большую сумму денег. Внутренний голос со мной согласился, составив небольшой список правил.

Правило 1: никогда не вспоминать человека по имени Нэш Дэвентер.

Правило 2: подавить неприятный осадок дорогой покупкой и бутылкой игристого вина.

Правило 3: при рецидиве смотреть Правило 1 и Правило 2.

Глава 5

Терри

Две недели спустя

Международный аэропорт Логан как обычно перегружен, и приветствует прибывших какофонией всевозможных звуков. За те несколько минут, что я двигалась в сторону выхода, меня уже пять раз чуть не сбили с ног.

Какой-то придурок только что пронесся мимо меня на бешеной скорости. У него реактивный рюкзак вместо чемодана? Парень так спешил, что не замечал ничего вокруг. Еще секунда, и мой белоснежный костюм рисковал окраситься во все оттенки кофе из гребанного Старбакса. Что ж, добро пожаловать домой, крошка.

Выйдя на улицу, я сразу же захотела развернуться и пойти обратно. Я мысленно накричала на себя за то, что не посчитала нужным проверить прогноз погоды. Почему, когда самолет снижался, пилот не предупредил о том, что сегодня весь Бостон будет заливать стеной дождя?

Не успев сделать шаг, я услышала громкий автомобильный гудок. Такси пронеслось мимо, разбрызгивая грязную воду из лужи прямо на мои брюки. Превосходно. Обожаю Бостон.

– Черт! – одной рукой я пыталась удержать уезжающий от меня чемодан, а другой стряхивала капли с безвозвратно испорченных брюк. Клянусь, как только я окажусь в машине, первое, что я сделаю, куплю ближайший обратный билет в Лос-Анджелес.

Мама прислала сообщение, что ждет меня на парковке. Крепче сжав ручку укатывающегося в неизвестном направлении чемодана, я оглянулась по сторонам и, убедившись, что вокруг нет никаких потенциальных опасностей, направилась в сторону парковки. Белый BMW стоял в нескольких метрах от шлагбаума, а рядом моя мама, размахивающая руками и приветствющая меня.

– Терри, милая! Как же я соскучилась, – мама крепко обняла меня и сжала в объятиях так сильно, что мне показалось, я услышала хруст в собственных ребрах.

– Привет, мам. Я тоже скучала, – прижавшись к ней, я вдохнула родной запах и сразу же расслабилась. Плохое настроение и долгий утомительный перелет остались позади. Я чувствовала легкость во всем теле. Мама пахла дорогим парфюмом от Версаче, а еще домашними булочками с сахарной пудрой. Уткнувшись носом в ее светлые волосы, я прикрыла глаза и слегка улыбнулась.

Закинув чемодан в багажник, мы выехали с парковки и поехали домой. По пути мама не переставала забрасывать меня вопросами и без умолку болтала обо всем на свете.

Несмотря на то, что мы регулярно созваниваемся и обмениваемся сообщениями, я рада поговорить с ней обо всем и ни о чем. Мне нравится слушать мамин высокий голос и раскатистый смех. Ее большие зеленые глаза в такие моменты ярко сияют, как самые красивые в мире изумруды. От доброй улыбки на лице появляются тонкие линии морщин и глубокие ямочки на щеках. Я люблю эту женщину.

– В этом году подготовка особенно утомительная. Чего стоили одни только приглашения для гостей. У твоего отца много друзей, но иногда мне кажется, что с каждым годом это число только увеличивается, – мама барабанила по рулю тонкими пальцами с идеальным маникюром, переводя взгляд то на растянувшуюся впереди пробку, то на меня. Всю дорогу ее телефон не переставал вибрировать от приходящих сообщений. Взглянув на экран, она раздраженно закатила глаза и громко выдохнула. – Флористы сведут меня с ума. А еще задерживают доставку шампанского.

– Уверена, в этом нет ничего ужасного, и тебе не стоит так переживать, – я попыталась поддержать ее. С моей мамой всегда так. Нужно повторять, что все в порядке, и тогда она успокаивается.

Весь месяц мама занималась организацией дня рождения папы и переживала о любой, даже самой незначительной мелочи. Ей хотелось, чтобы все прошло идеально. И я точно знала, что так и будет.

– Как думаешь, бар посреди гостиной – это слишком?

– Мне кажется, это будет самое первое, на что все гости обратят внимание, – мы обе громко рассмеялись. – Папа слишком сильно тебя любит, и будет рад любой сумасшедшей задумке.

Это правда. Если вам нужен пример идеального брака, то посмотрите на моих родителей. Для меня до сих пор поразительно то, что даже спустя тридцать лет брака Инесса и Эгберт Спарклинги продолжают любить друг друга больше жизни и дышать воздухом друг друга.

Они рано поженились, но никогда не оставляли друг друга и добивались всего вместе. Папа всегда говорил, что мы с мамой – его главный стимул в жизни и мотивация работать и делать все, чтобы мы были счастливы.

Еще маленькой девочкой я столько раз видела, как папа после тяжелого рабочего дня приходил домой уставший и хмурый. Но стоило маме выйти из кухни с теплой улыбкой на лице, чтобы встретить его, этот суровый мужчина менялся на глазах. В его глазах было столько нежности, а его объятия всегда были самыми защищающими и заставляли чувствовать себя в безопасности. Стоит ли добавить, что после свадьбы папа взял фамилию мамы?

Мама меняла радиостанции, параллельно спрашивая об Элли, о студии, о моих планах на будущее. Я смеялась в ответ, уверяя, что все в порядке, и у меня впереди столько всего, что я бы хотела успеть сделать.

– Я так горжусь тобой, солнышко, – мама держала меня за руку, согревая и успокаивая. – Я всегда знала, что ты сможешь реализовать свой талант в правильном направлении.

От ее слов в груди что-то неприятно сжалось, а к горлу подступил горький комок. Как бы я хотела рассказать ей правду и не скрывать то, чем занимаюсь большую часть времени. Мне было противно от собственного вранья. От того, что я не могла заставить себя это сделать и продолжала лгать маме в лицо. Я была уверена, что в глубине души она что-то чувствовала и подозревала. Но, возможно, давала мне шанс признаться самой.

Одной из многих причин, почему я не говорила о работе в ночном клубе, был страх разочаровать. Я боялась, что мое признание расстроит маму, и она будет волноваться за меня еще больше. Я хотела уберечь ее от этого. Элли много раз говорила мне, что такая женщина, как моя мама, никогда бы не осудила меня за то, чем я зарабатываю на жизнь. И все же я держала рот на замке, тщетно пытаясь побороть ненависть к себе.

Пока я была погружена в размышления о моральных терзаниях, мы приехали домой. Кованные ворота автоматически открылись, и машина поехала по длинной подъездной дорожке в сторону особняка из светлого камня.

Большие окна с железными балконами и серой крышей красиво подсвечивались снизу маленькими фонариками. Крыльцо и ступеньки обставлены большими вазами с белыми цветочными композициями, от чего в воздухе чувствовался запах роз и гортензий.

Весь дом был охвачен хаотичными передвижениями доставщиков, садовников, официантов и грузчиков, которые выносили одну мебель и заносили другую.

– Обещаю, милая, к вечеру все это закончится, – мама улыбнулась и приобняла меня. – Ты не против, если я тебя оставлю? Мне нужно проследить за работой и убедиться, что все на своих местах.

– Конечно, мам, иди. Мне все равно нужно принять душ и отдохнуть после перелета.

Вытащив чемодан из машины, я услышала, как кто-то позвал меня по имени. Обернувшись, я увидела Янсена, лучшего друга отца и начальника охраны. Сколько себя помню, он всегда был рядом, и был практически членом семьи. Несмотря на свой грозный и холодный вид, этот мужчина – самый добрый и отзывчивый из всех, кого я когда-либо знала.

– Здравствуй, Терри, – Янсен чуть заметно улыбнулся, от чего длинный шрам над густой бровью изогнулся, и обнял меня. – Очень рад, что ты приехала. Прекрасно выглядишь.

– О, перестань. Мне пришлось пройти через ад в аэропорту, чтобы добраться сюда. Даже боюсь представить, что творится с моим лицом, – махнув рукой, я улыбнулась и подмигнула ему. – Зато ты как всегда в отличной форме. Новая стрижка?

Лицо Янсена в миг стало более хмурым и серьезным. Но я прекрасно знала, что это всего лишь защитная реакция, чтобы не показать своего смущения. Холодный, суровый швед до сих пор не привык к комплиментам. Для меня всегда оставалось загадкой то, как этому мужчине удавалось выглядеть так чертовски хорошо, что в тридцать пять, что в пятьдесят с небольшим. Наверное, все бывшие морские котики обладают такой способностью.

Войдя в дом, я вдохнула полной грудью и прикрыла глаза от удовольствия. Как же хорошо дома. И несмотря на царивший в особняке хаос и непрекращающиеся разговоры о том, куда и что поставить, я все равно рада быть здесь. Прошло чуть больше полугода с тех пор, как я приезжала к родителям.

Проходя мимо главной гостиной, я заметила, что всё помещение временно переоборудовано для завтрашнего приема гостей.

Мама не врала – масштабы впечатляли. Пол блестел от чистоты, вся мебель вынесена и заменена широкими длинными столами для закусок и нескольких выстроенных в башни бокалов для шампанского. А вот и та самая барная стойка с высокими мягкими стульями по всей длине, про которую ходило столько разговоров.

Идя дальше по коридору мимо столовой и кухни в сторону лестницы, я не переставала крутить головой во все стороны, поражаясь тому, как весь дом преобразился для торжества.

Спустившись на первый этаж, я почувствовала божественный запах домашней еды. Мама готовила ужин.

Приняв душ и переодевшись, я написала Элли, что со мной все в порядке, прикрепив также несколько фотографий украшенного дома. Приглашенные работники медленно расходились, чтобы завтра с новыми силами вернуться и помочь с обслуживанием.

– Твой отец приехал, дорогая.

Выглянув в окно, я заметила въезжающий на территорию Бентли. Припарковавшись, отец вышел из машины и, увидев меня, стоящую на ступеньках, направился ко мне, раскинув руки в стороны для объятий и растянув губы в широкой улыбке.

– Терри, дорогая, наконец-то ты здесь.

– Ты сегодня рано. Мама думала, что ужинать мы начнем без тебя, – держа отца под руку, мы вошли в дом.

– Моя любимая дочь приехала спустя столько времени. Я не мог позволить себе задержаться в офисе.

Поцеловав меня в висок, папа снял пиджак и, слегка ослабив галстук, огляделся. Было видно, что ему нравилось то, что мама устроила для него. Увидев бар в гостиной, он посмотрел в сторону кухни, откуда доносились тихие звуки классической музыки, и тихо засмеялся.

– Твоя мать не перестает меня удивлять.

За ужином мы втроем весело переговаривались о дне рождения папы, не упуская возможности подшутить над его возрастом. Как же я соскучилась. Нужно почаще навещать родителей. Потом мама предалась воспоминаниям о том, как они с папой познакомились, и как он сделал ей предложение. Она с нежностью держала своего мужа за руку, а в ее глазах было столько любви.

– Никогда не забуду твой испуганный взгляд, когда мой отец вел меня к алтарю. Казалось, еще немного, и ты упадешь в обморок.

– Это был не страх. Я просто не мог поверить своему счастью. Добиться руки твоей матери было не так-то просто, – усмехнувшись и продолжая держать свою жену за руку, отец посмотрел на меня.

– Сначала тебе пришлось пройти через препятствие под названием «четверо старших братьев». Я слышала эту историю уже миллион раз, пап.

– Но будем честны, ты была по уши влюблена в меня и не могла устоять перед моим обаянием, – папа ехидно поиграл бровями и наблюдал за мамой поверх своего стакана с виски.

– Самоуверенный парень из Стокгольма с дерзкой ухмылкой, который надрывал задницу на втором курсе в Гарварде. Что ж, у меня не было ни единого шанса, – мама снова улыбнулась, от чего ямочки на щеках стали еще более выразительнее. – Но твой акцент сводил меня с ума. Особенно когда ты шептал мне на ухо всякие непристойности, прежде чем…

– Боже, мам, избавь меня от этого образа, – взмолилась я. И пусть в том, что она рассказывала, было что-то по-настоящему интимное, от чего могли побежать мурашки по коже, но, эй, это всё-таки мои родители.

– Между прочим, тебе бы тоже не помешало найти кого-то, с кем ты могла бы создать семью, – снова переведя взгляд на меня, сказал отец.

Я знаю, что Эгберт Спарклинг спит и видит, как однажды я выйду замуж и подарю ему с мамой внуков. Но в последние несколько лет эта тема неприятным грузом ложилась мне на сердце.

– Ты так и не рассказала, почему рассталась с Робертом. У вас ведь все было хорошо, – сколько бы раз мы не обсуждали мою личную жизнь, папа всегда задавал один и тот же вопрос.

На несколько секунд в столовой воцарилась тишина. Я сделала глоток вина, тобы промочить в миг пересохшее горло, и молча выдохнула. Мне нечего ему ответить.

– Роб хороший парень, пап, но мы с ним совершенно по-разному смотрели на жизнь. Мы остались хорошими друзьями, – а еще мы трахались друг с другом только для того, чтобы попытаться забыть своих бывших, но потерпели фиаско, хотела добавить я, но вовремя остановилась. Это было не то, что мне хотелось обсуждать за семейным ужином. Те отношения изначально были обречены на провал.

– Мы так долго не видели нашу дочь, Эгберт, – словно чувствуя по моему потухшему взгляду, что мне нужна помощь, мама вмешалась в разговор и сменила тему. – Давайте лучше проведем этот вечер за обсуждением наименее болезненных тем. Лучше расскажи, милая, как дела в твоей студии…

Весь оставшийся вечер прошел спокойно, а тема моих бывших больше не поднималась.

Съев десерт и выпив чашку чая, я поцеловала родителей и пошла к себе в комнату. Мне нужно отдохнуть и немного поспать. Завтра важный день, и я должна выглядеть великолепно.

Глава 6

Нэш

Не могу поверить, что я это сделал. И тем не менее я здесь. В Бостоне. Вернулся в свой родной город спустя столько лет.

Никогда не думал, что скажу это, но я рад, что приехал. Было непросто принять это решение, и я всеми силами сопротивлялся. Потребовалось много времени и несколько матерных проповедей от Кейдена с Картером, чтобы я собрал вещи и купил билет на ближайший рейс.

Можно одновременно любить и ненавидеть одно и то же место? В моем случае это так и есть. Каждый раз возвращаясь сюда я испытываю это противоречивое чувство. Этот город хранит много воспоминаний, деля мою жизнь ровно пополам.

Одна половина болезненная и горькая. Здесь я брошен, нелюбим и в полном одиночестве. Справляюсь с навалившимся на меня дерьмом самостоятельно, постоянно попадая в неприятности и сбивая костяшки пальцев в кровь в уличных драках. Эта часть моей жизни порой навещает меня в виде ночных кошмаров, заставляя просыпаться с дрожащими руками и бешено колотящимся в груди сердцем.

Другая половина светлая и добрая. Здесь я окружен заботой и любовью людей, которые приняли меня таким, какой я есть. Им плевать на то, что со мной случилось в прошлом. Они готовы помочь и сделать все, чтобы я не потерялся окончательно.

Я много лет жил с ощущением того, что приношу людям только боль и являюсь причиной многих бед. Когда тебе говорят об этом каждый божий день, ты рано или поздно начинаешь верить в это. Я всегда думал, что не заслуживаю того, чтобы меня любили и относились ко мне с теплом и добротой.

Но прошло почти десять лет. Десять тяжелых, трудных лет. Многое из тех далеких дней, полных боли, слез и ненависти к себе, осталось в прошлом. В наглухо закрытой коробке где-то на самом краю сознания. Я изменился и пересмотрел свои жизненные приоритеты.

Когда-то давным-давно я составил список того, что должен успеть за свою жизнь. В нём уже было много заполненных пунктов…кроме одного. И я был полон решимости заполнить эту пустующую клеточку.

Сегодняшний день чертовски важен по двум причинам.

Первое – день рождения человека, благодаря которому я стал тем, кто я есть сейчас. Мой наставник, человек, научивший меня всему, что я знаю и умею в юриспруденции. Мистер Эгберт Спарклинг мне как второй отец. Я обязан ему многим.

Второе – сегодня я лицом к лицу встречусь с женщиной, которой когда-то пообещал весь мир… А потом бросил ее. Я знал, что рано или поздно мы снова встретимся. Это было неизбежно. И пусть я поступил так, как поступил, в свое оправдание скажу, что мне не оставили выбора. Обстоятельства сложились не в мою пользу.

Ворота автоматически открылись, и я въехал на территорию. Аккуратно уложенный гравий хрустел под колесами, пока я ехал по подъездной дорожке в сторону специально оборудованной парковки. Судя по автопарку неприлично дорогих машин, я немного опоздал.

Припарковавшись, я не спешил выходить из машины, а несколько минут бесцельно пялился на красиво украшенный и светящийся маленькими огоньками дом.

Я скучал по этому месту.

Последний раз, когда был здесь, я получил то самое сообщение, которое перевернуло мою жизнь с ног на голову. Несколько коротких предложений, от которых внутри что-то оборвалось. Я не помню, как в тот вечер добрался до своей квартиры. Но в память навсегда врезалось холодное, отчужденное выражение лица и пустые, смотрящие как будто сквозь меня, серые глаза…

В кармане пиджака завибрировал телефон.

Кейден: Скажи, что ты на месте.

Нэш: Я на месте.

Картер: Я тебе не верю. Пришли фото себя на фоне дома.

Закатив глаза, я сделал фото и отправил в общий чат.

Картер: Что за галстук? Это самый отвратительный оттенок синего, который я когда-либо видел. Я ведь подбирал тебе совершенно другой. Боже, Нэш, ты делаешь мне больно *три разбитых сердца*

Картер: И что у тебя с лицом? Ты приехал на вечеринку, где льются реки элитного алкоголя, а не на похороны.

Кейден: @Картер Скажи спасибо, что он вообще оделся, как человек. Хотя Картер прав, братишка, галстук действительно ужасный. Лучше сними его.

Нэш: И это говорит человек, который ходит по городу в расцветке пьяной радуги *средний палец*

Картер: Готов поставить все свои костюмы от Гуччи, что ты прямо сейчас сидишь в машине и смотришь на входную дверь. У тебя сводит живот и потеют ладони, и ты нервничаешь, как подросток перед первым свиданием * смеющийся смайлик*

Нэш: Я не нервничаю, придурок. Меня не было здесь десять гребаных лет. Мне нужно немного времени, чтобы сосредоточиться.

Кейден: Ты определенно нервничаешь, братец. Возьми себя в руки и выйди из чертовой машины. Ну же, взбодрись *подмигивающий смайлик*

Сам взбодрись, идиот.

Покрутив телефон в руках еще немного, я засунул его в карман пиджака и вытащил ключи из зажигания. Как бы то ни было, парни правы. Я нервничал. Ладони действительно вспотели, словно их облили водой, и соскальзывали с руля. Я громко и отчетливо слышал, как кровь барабанила по вискам, а сердце учащенно билось в груди. Я не испытывал такого нервного трепета даже перед самыми сложными и изматывающими судебными процессами. Так в чем же дело?

Хватит тянуть время, ублюдок! Не будь таким жалким. Мой внутренний голос кричал что есть сил.

Это всего лишь большой, хорошо знакомый дом. Внутри всего лишь несколько десятков богатых, успешных и одних из лучших юристов страны.

Не буду скромничать, я тоже отношусь к их числу, и бесконечно горжусь собой за проделанную работу. Но меня пугает не это. Я боюсь того, что не знаю, чем может обернуться сегодняшний вечер. И все же мое тело охвачено каким-то неприятным дискомфортом.

Несколько дней назад мне позвонил мистер Спарклинг и лично пригласил на вечеринку в честь его дня рождения. Он очень настаивал на том, чтобы я приехал в этом году, и у меня не было права отказаться. Я и сам прекрасно понимал, что пришло время перестать отделываться письменными поздравлениями и доставкой подарков. Мне нужно было взять себя в руки и приехать. Я больше не мог игнорировать эту семью. И я скучал по…

Телефон снова завибрировал.

Кейден: Удачи тебе, чувак. Точнее, твоим яйцам, которые однозначно оторвут с особой жестокостью *плачущий от слез смайлик* *орехи* *баклажан* *ножницы*

Вот ублюдок.

Глубоко вздохнув, я стянул с шеи галстук, оставив верхние пуговицы рубашки расстегнутыми и, вышел из машины.

Глава 7

Терри

Вечеринка шла полным ходом. Главная гостиная заполнена людьми. Отовсюду раздавались звоны бокалов, гул голосов и громких радостных возгласов «С днем рождения!», за которыми следовали аплодисменты и веселый смех.

Я обвела взглядом всё помещение. Гости переговаривались между собой, громко смеясь и произнося поздравления. Делового вида мужчины в дорогих, строгих смокингах. Прекрасные женщины, одетые в красивые вечерние платья. Слишком много лоска, блеска брендовых часов и драгоценных камней. Роскошно.

Официанты передвигались по залу с подносами, на которых стояли бокалы с шампанским и закусками. Музыканты, сидевшие в углу на специально оборудованной площадке, играли классическую музыку. По всему периметру зала стояли большие вазы с белыми цветами. Ими украшены даже стены и камин. Из открытых французских окон дул теплый ветерок, разнося по всей гостиной сладкий аромат гортензий.

Мне нравилась царившая в зале атмосфера. Я весь вечер наблюдала за тем, как папа с широкой улыбкой на лице наслаждался праздником. Он выглядел потрясающе. Сшитый на заказ серый костюм сидел на нем безупречно, подчеркивая темные глаза и аккуратно уложенные волосы без единой седой пряди. В его возрасте он мог этим похвастаться. Очень надеюсь, что мне достались его гены, и я сохраню свои шоколадные локоны натуральными как можно дольше.

Мой взгляд переключился на миссис Спарклинг. Мама сияла рядом с отцом, и олицетворяла элегантность и утонченность. Ее золотистые волосы собраны в тугой низкий пучок, в ушах сверкали бриллианты, а зеленое платье с высоким горлом и длинными рукавами идеально облегало ее фигуру. Я не могла отвести взгляд от этой парочки.

Извинившись перед гостями, мама отошла в сторону и обвела глазами весь зал. Опять. С самого утра она переживала о том, чтобы сегодняшний вечер прошел идеально. Заметив меня, стоящую у одной из декоративных колонн, она взяла с подноса бокал шампанского и подошла ко мне.

– Мне кажется, или цветов слишком много? Как думаешь, может, нужно было выбрать пионы, а не гортензии?…О, нет! За теми столиками слишком мало закусок, – мама нервно крутила бокал в одной руке, а большим пальцем другой теребила свое обручальное кольцо. – Нужно сходить на кухню и все проверить.

– Мама, – усмехнувшись, я взяла ее за руку. Эту женщину нужно успокоить прямо сейчас, иначе она рискует впасть в панику от того, что тарелок с тарталетками меньше, чем с канапе. И это она еще не вспомнила про торт. – Перестань нервничать. Оглядись вокруг – всё просто идеально. Ты превзошла саму себя, – посмотрев в сторону выхода, я заметила, как в зал вошли несколько человек. – Пойдем лучше встретим гостей.

Мы ходили между гостями, приветствуя и обмениваясь любезностями. Коллеги, деловые партнеры, однокурсники из Гарварда, даже несколько друзей из родной отцу Швеции. Мама не пожалела бумаги для приглашений. Папа время от времени присоединялся к сбившимся в маленькие группки людям, принимая поздравления и стараясь уделить внимание всем без исключения.

Я ходила по залу, ведя непринужденные беседы и принимая бесконечные комплименты от папиных друзей и их жен. Всегда приятно получать подтверждение тому, что ты отлично выглядишь. Для сегодняшнего торжества я решила надеть то самое блестящее платье, которое привезла из Лос-Анджелеса, дополнив образ несколькими аксессуарами, маленькой сумочкой-клатчем и любимыми шпильками. Я знала, что в конце вечера мои ноги превратятся в отвратительное опухшее месиво с мозолями, но ради того, чтобы покрасоваться перед гостями, я готова на определенные жертвы.

Мама снова потерялась в толпе. Пока я протискивалась между людьми, пытаясь найти ее, услышала, как кто-то позвал меня по имени.

– Терри! – до меня донесся радостный мужской голос.

Обернувшись, я увидела Роберта, который направлялся ко мне с широкой улыбкой на лице. Бог ты мой, а он изменился за эти годы. И надо сказать в лучшую сторону. Высокий, в тёмно-синем костюме с золотыми запонками и накрахмаленной белоснежной рубашке. Казалось, что в его начищенных до блеска туфлях отражался весь имеющийся в помещении свет. Если бы прямо сейчас в доме отключили электричество, его мерцающую обувь можно было бы использовать в качестве запасного источника освещения.

– Боже мой, Терри, ты выглядишь сногсшибательно, – он обнял меня двумя руками и поцеловал в щеку.

И почему эти юристы всегда такие высокие? Несмотря на свои шпильки, мне все равно приходилось вставать на носочки, чтобы дотянуться до него.

– Привет, Робс. Давно не виделись, – проведя рукой по его аккуратной густой щетине, я засмеялась и покачала головой. – Что это у тебя? Решил добавить своему образу брутальности?

– Почему бы и нет, – рисуя вокруг лица невидимый круг, Роберт поиграл бровями. – Ты бы видела, как на это реагируют богатенькие дамочки в разводе, когда приходят ко мне, чтобы в очередной раз отсудить что-нибудь у бывших мужей.

– Уверена, ты производишь незабываемое впечатление на этих женщин.

Несмотря на то, что мы не виделись с Робертом четыре года с тех пор, как я уехала в Лос-Анджелес, я не чувствовала неловкости. Мне было так приятно встретить его здесь сегодня. Мы действительно давно не виделись.

– Как у вас с Лидией?

– Стали родителями в прошлом году. До сих пор не могу поверить, что это случилось. Но я безумно счастлив и не представляю жизни без своих девочек.

Достав из кармана брюк телефон, Роберт показал несколько фотографий его жены и годовалой рыжеволосой малышки с пухленькими розовыми щечками. Роб стоял рядом и обнимал обоих. Его глаза были полны любви и нежности. Он с упоением рассказывал о том, как чуть не обезумел от радости, когда узнал, что у него родится дочь. А в тот самый день он чуть не упал в обморок прямо посреди родильного отделения, когда услышал, как его жена кричала от боли.

– Я так рада за тебя, Робс. После всего, через что ты прошел с ней, ты заслуживаешь этого.

Он улыбнулся и сделал глоток из своего стакана. Через мгновение я заметила, как изменилось выражение его лица. Что-то едва уловимое промелькнуло в карих глазах, будто он о чем-то задумался.

– Знаешь, оглядываясь назад, я вспоминаю, что у нас было, и…не жалею.

Вся непринужденность и легкость, с которой мы начали наш диалог, тут же вылетели в окно. Почему он решил заговорить об этом? Бога ради, это так давно в прошлом. Роберт, похоже, соскучился настолько, что решил поболтать о былых днях и напомнить мне о том времени, когда мы подставляли друг другу плечо, куда можно выплакаться.

– Не надо, – я резко перебила его, махнув рукой. Мне не хотелось об этом говорить. Особенно после того, что я только что увидела. Не было необходимости возвращаться к тому, что было столько лет назад. Это сразу возвращало странное чувство неловкости, от которого становилось неприятно в животе. – Ты смог пережить трудности в отношениях и двигаться дальше. И в конце концов, у тебя есть то, что делает тебя по-настоящему счастливым.

– А как на счет тебя, Терри?

Хороший вопрос, Робс. Но у меня для тебя нет ответа.

– Мы оба были в сложной ситуации, и смогли выбраться. Мы помогли друг другу. И я тоже не жалею о том времени.

Я говорила правду. И пусть у нас ничего не сложилось, но мы смогли остаться хорошими друзьями даже после того, что между нами было.

Роберт – сын одного из деловых партнеров моего отца. Мы познакомились на каком-то званом ужине и сразу же нашли общий язык. Позже я узнала, что он, как и я, переживал тяжелый разрыв. Нас обоих бросили люди, которых мы любили. Это и было точкой притяжения. Тогда я думала, что смогла найти мужчину, который избавит меня от страданий и сделает счастливой. Мы встречались и иногда трахались. И только спустя много лет я понимаю, что это было не из-за того, что мы не могли насытиться друг другом, а лишь потому, что так могли на время заглушить боль и забыть тех, по кому страдали наши сердца. Так продолжалось два года, пока в один прекрасный день мы оба не набрались смелости и сказали друг другу правду – мы не забыли.

– Ты с ним больше не виделась?

Роб знал о том, что произошло. И старался поддерживать меня. Этот мужчина как никто другой знал, каково это. Однажды он испытал такую же сильную боль с Лидией.

Увидев мое потухшее выражение лица, Роберт все понял без слов, и что-то недовольно пробормотал себе под нос.

– Не волнуйся за меня. У меня отличная жизнь, и я абсолютно счастлива. Я занимаюсь любимым делом, и прекрасно справляюсь без него все эти годы. Мне не нужно…Что?

Я не закончила свою мысль, заметив, что лицо Роберта в момент изменилось с недовольного на изумленное. С широко раскрытыми глазами он смотрел на что-то поверх моей головы. Что его так шокировало? Кто-то нес праздничный торт и уронил посреди зала? Или опрокинулась ваза с гортензиями, и теперь мама в панике?

Повернув голову в том же направлении, куда смотрел Роб, я увидела то, что заставило мое тело оцепенеть от шока. Какого…?

Это какая-то шутка? Или Вселенная решила материализовать мои мысли прямо здесь и сейчас. Из всех людей…

– Скажи, что это не галлюцинация, – дернув Роберта за рукав пиджака, я уставилась на вошедшего. Все тело словно окатило ледяной волной. Я не могла отвернуться или пошевелить какой-либо конечностью. Нет. Нет, нет, нет, нет. В моей голове крутилось только одно слово. Кажется, я перебрала с шампанским.

– Нет, крошка, я вижу то же, что и ты, – голос Роберта охрип, как будто он чем-то подавился. – И судя по всему, он только что повернул голову и заметил, как мы пялимся на него.

Твою мать!

Робс оказался чертовски прав. Только что вошедший через парадную дверь, Нэш Дэвентер стоял в нескольких метрах от нас с таким видом, будто ему принадлежит весь мир. Одетый во все черное, с расстегнутыми верхними пуговицами на рубашке и сверкающими дорогими часами на руке, он сканировал пространство, будто искал что-то…или кого-то.

Кто пустил его? Точнее, не так. Какого черта он вообще здесь делает? Если этот ублюдок явился сюда без приглашения и намерен испортить вечер своим присутствием, то да поможет ему Бог.

На мгновение мне показалось, что он не увидел меня в толпе. Но стоило мне только подумать об этом, как в меня тут же впились ледяные голубые глаза.

Этого не может быть.

Мои легкие горели от недостатка кислорода, а руки тряслись и покалывали. Я что, не дышала все это время? Да что со мной?

– Нэш! Бог ты мой, ты здесь! – радостный голос отца разнесся по всему помещению.

Постойте. Он что, счастлив его видеть? Поверить не могу.

Все присутствующие гости, которые сначала не обращали внимания на новоприбывшего, резко повернусь, устремив любопытные взгляды в его сторону. О, я прекрасно знала, как он ненавидел такое пристальное разглядывание. Так тебе и надо, придурок.

Мужчины подошли друг к другу и поздоровались, пожав руки. С лица папы не сходило радостное выражение. Он крепко обнял Нэша и похлопал его по спине. Они что-то тихо сказали друг другу и рассмеялись. Но что бы это ни было, мне плевать. Я не хочу просто стоять здесь и смотреть на этот фарс.

К ним подошли несколько человек и тоже поздоровались. Почему все так рады ему? Ладно, возможно, он все же получил приглашение, и я не смогу просто так вышвырнуть его отсюда. И хотя внутри я кипела от злости, уровень которой с каждой секундой становился все ближе и ближе к отметке «критическая», я была готова рискнуть это сделать.

Тем временем к нему быстрым шагом приближалась моя мама. Губы Нэша растянулись в ослепительной улыбке при виде нее. У меня перехватило дыхание. Это была та самая улыбка, от которой когда-то давно я приходила в полный восторг, а мое влюбленное сердце билось быстрее. Улыбка, от которой мою грудь пронзило, как от сотни иголок.

– Терри, ты в порядке? Или это последствия шока? – Роберт все еще стоял рядом со мной, наблюдая за моей реакцией.

Нет, я не в порядке. И не в шоке. Я в гребанной ярости. И если мое сердце предательски запело, вспомнив все, что я так старательно пыталась забыть, следуя своему списку правил, то ладони были на моей стороне. Я ощущала приятное покалывание, вызванное желанием сжать их в кулаки и врезать по чертовски очаровательному лицу ублюдка, который в это время обнимался с моей мамой.

Боже, как же он хорош собой. Я так скучала по…

– Мне нужно выпить, – развернувшись и чуть не рухнув поскользнувшись на своих шпильках, я стряхнула с себя наваждение под названием Нэш чертов ублюдок Дэвентер и направилась в сторону бара. Мое душевное состояние требовало чего-то покрепче шампанского.

Не обращая внимания на радостные возгласы, доносящиеся из центра зала, я подошла к отполированной до блеска стойке и плюхнулась на высокий барный стул. Здесь всегда было так жарко, или это мое тело горит от переполняющих меня противоречивых эмоций? В любом случае, я не хотела принимать участия в этом цирке.

Волосы неприятно прилипали к затылку, а по ложбинке между грудей медленно покатилась капелька пота. Ремешки туфель неприятно впивались в пальцы ног. Мне казалось, что все мое тело прямо сейчас весит целую тонну, а барабанные перепонки лопнут от того, как громко грохочущее сердце разгоняло кровь по организму. Черт!

Попросив скотч, я поправила платье, прикрыв вырез на бедре, и повернулась ко всему этому безумию спиной. Может быть, если притвориться, что этого нет, оно исчезнет? Хотя маловероятно.

Мне надо взять себя в руки. Сначала я выпью, а потом выйду на воздух. Это поможет привести лихорадочные мысли в порядок и игнорировать присутствие человека, которого по Правилу 1 в моем списке я выкинула из своей жизни навсегда.

Ко мне подсел Роберт. Он странно ухмылялся, как будто хотел что-то сказать. Еще один ублюдок, который видел меня насквозь и точно чувствовал то, что творилось в моей голове прямо сейчас. Направив в его сторону злобный, ядовитый взгляд, я ясно дала понять, что он получит в глаз, если произнесет хоть слово. Молча стукнувшись с моим бокалом в качестве поддержки, Роб, не переставая ухмыляться, выпил.

– Э-э..Терри…

– Ни. Единого. Чертова. Слова.

Кажется, Робс плохо понял мой намек с первого раза. Бармен поставил передо мной вторую порцию, и я не раздумывая выпила содержимое одним глотком.

– Просто хотел сказать, что они идут сюда, а мне пора, – Роберт поставил пустой стакан и вскочил со стула. – Удачи, крошка.

Стоп, что он сказал? Не успев сообразить, что он имел в виду, я резко подняла голову. Роб только что стоял рядом, а через секунду растворился в толпе. Отлично! Видимо, мой метод с тотальным игнорированием с треском провалился, потому что я услышала, как папа позвал меня. Все тело мгновенно нагрелось, от чего вся спина и шея покрылись тонким слоем пота. Не обращая внимания на судороги в животе и дрожь в руках, я достала из сумочки палочку и намотала на нее взмокшие волосы. Скотч сделал свое дело, и я была готова к тому, что должно произойти. Пришло время встретиться с своим прошлым лицом к лицу.

Глава 8

Нэш

Мне было не по себе. Точнее сказать, все тело не покидало ощущение странного дискомфорта. Все вокруг казалось одновременно знакомым, и чем-то, чего я никогда раньше не видел. Одно можно было сказать наверняка – этот дом не изменился.

Зал был полон людей. Все переговаривались между собой, не особо обращая внимания на меня. Мне удалось разглядеть в толпе несколько знакомых лиц. У меня еще будет время поздороваться с ними позже.

Несмотря на то, что морально я был готов к тому, что меня ждет, в желудке все равно неприятно сжималось, а горло пересохло, от чего время от времени приходилось глухо откашливаться. За те пару минут, что мне потребовалось, чтобы войти в дом, моя голова успела миллион раз прокрутить один и тот же вопрос – что я здесь делаю, черт возьми? Но разворачиваться и уходить уже поздно.

Для начала нужно оглядеться и убедиться, что мистер Спарклинг в зале. Я привык решать проблемы по мере их поступления и могу достаточно быстро ориентироваться в сложных ситуациях. Здесь я хотел поступить так же и применить этот навык. Небольшое неловкое приветствие, затем улыбнуться и извиниться за то, что решил приехать спустя столько лет, сказать, что у меня все в порядке, а дальше ловко сменить тему разговора. Я справлюсь.

Окинув беглым взглядом зал для торжества, я отметил, что данная вечеринка ничем не отличалась от тех многих тусовок, на которые меня часто приглашают в Лос-Анджелесе. Те же дорогие костюмы. Тот же ослепляющий блеск драгоценных камней. Те же напыщенные выражения лиц, кричащие о деньгах и влиянии. Шум разговоров ни о чем и звон бокалов.

Кстати, о бокалах. Войдя через главную дверь, переферийным зрением я заметил бар, и судя по образовавшейся очереди, там подают хороший алкоголь.

Продолжая медленно сканировать зал, я вдруг неожиданно осознал, что все еще не видел в толпе ее. Она здесь? Хотя что за глупый вопрос. Конечно, она не могла пропустить день рождения собственного отца.

Но где же она?

Заметила ли она мое появление?

Я прекрасно осознавал, что даже если она знает о моем приезде, то вряд ли будет встречать меня у парадного входа с распростертыми объятиями. Огромным успехом будет, если она вообще заговорит со мной.

Она перекрасилась в блондинку, как хотела когда-то, или оставила свой натуральный цвет?

Я продолжал наблюдать за людьми. Многие пришли парами. И тут в мою голову прокралась мысль, от которой неприятно запульсировало в висках – что если она тоже пришла с парнем или…мужем?

Прошло почти десять лет, и за это время многое могло измениться. Перед глазами сразу же предстал ее образ. Она смеется, глаза блестят, а губы растягиваются в улыбке другому мужчине. Он стоит рядом с ней, обнимая и целуя на глазах у всех, заявляя тем самым свои права.

Я тряхнул головой, отгоняя непрошенные мысли. Ладони зудели, а челюсти сжимались еще сильнее. Я не хотел представлять это. Эта девушка всегда принадлежала…

Мои лихорадочные мысли вмиг вылетели из головы, а дыхание перехватило, когда я посмотрел направо и увидел ее.

Боже мой!

Мне ведь не показалось?

Но даже без своих очков я смог рассмотреть ее с такого расстояния. Женщина из моего прошлого. Женщина, которой я обещал быть рядом. Женщина, которую я был вынужден оставить. Теперь нас разделяло каких-то несколько метров. Она стояла у высокой колонны с бокалом шампанского в изящной руке…и смотрела прямо на меня?

Блять!

Она выглядела потрясающе. Чертовски потрясающе. Золотистое, блестящее платье с таким огромным вырезом на бедре, что мой рот тут же наполнился слюной. Я не мог пошевелиться или моргнуть, боясь, что если сделаю это, она растворится и исчезнет, как мираж. Она невероятно подтянутая и стройная. Видимо, регулярно занимается в спортзале. Наряд облегал ее фигуру, как вторая кожа, подчеркивая идеальные округлости груди и тонкую талию. Густые длинные волосы цвета темного шоколада вьющимися волнами спадали по плечам. Готов поспорить, если бы она повернулась, мне бы открылся роскошный вид на ее голую спину.

Я уже говорил, что не мог заставить себя отвести глаза, и что она чертовски хороша собой?

Черт!

Мои мысли путались в голове. Я так долго пялился, что начал повторяться?

Возьми себя в руки, придурок.

Она изменилась, стала старше…И гораздо соблазнительнее. От девятнадцатилетней девчонки, которая часто попадала в неприятности и без стеснения говорила о своей влюбленности, не осталось и следа. Теперь она взрослая молодая женщина, от одного взгляда которой я рисковал получить сердечный приступ.

Рядом с ней стоял высокий темноволосый парень с поднесенным ко рту стаканом и пялился на меня, как будто лучше всех в этом зале знал, кто я. На его бородатом лице отчетливо читалось неподдельное удивление. С чего вдруг? Не уверен, что мы когда-либо встречались раньше. У меня отличная память на лица, и я на сто процентов уверен, что видел его впервые. Мне показалось весьма странным то, что чувак уставился на меня так, будто я вошел сюда с полыхающей задницей и грозил устроить пожар во всем доме.

Это её парень? Или, я даже думать об этом не хотел, муж? Я мысленно молил бога, чтобы это оказалось не тем, что я думаю, и эта женщина не досталась какому-то придурку в нелепом костюме.

Почему у него золотые запонки? Господи, они же не сочетаются с этим оттенком синего. Отлично, теперь я заговорил, как Картер.

Чей-то громкий смех отвлек мое внимание. Моргнув и выпустив через нос воздух из горящих легких, я прочистил горло. Все тело нагрелось и вибрировало, буквально умоляя меня преодолеть те несколько метров, разделяющих нас, и… И что? Что я должен сделать? Молча улыбнуться и крепко обнять? Сказать «а вот и я» и будничным тоном спросить как дела? Шанс того, что после этого мне в лицо выплеснут шампанское или разобьют об голову вазу с цветами, резко возрастает. Черт!

– Нэш! Бог мой, ты здесь! – на весь зал раздался до боли знакомый голос.

Все присутствующие в зале резко обернулись и посмотрели на меня. О, я ненавидел такие пристальные взгляды. Эгберт Спарклинг материализовался из толпы и, не дав мне опомниться, крепко обнял. Признаюсь, я не ожидал такой реакции. Я думал, что, войдя сюда, встречу сдержанный взгляд и дежурную улыбку. Но судя по тому, как мой наставник сжимал мои ребра до характерного хруста, он действительно рад меня видеть. Осознание этого принесло расслабление. В эту же секунду я почувствовал разлившуюся по всему телу волну облегчения. Как будто прошедших десяти лет не было. Я словно вернулся домой и был именно там, где и должен быть.

– Мистер Спарклинг, – поприветствовав и обняв мужчину в ответ, я похлопал его по спине, не в силах сдержать расползающейся на лице улыбке. Сердце кольнуло в груди и сжалось от того, как я скучал по этому месту. По этой семье.

– О, перестань. Ты больше не мой стажер. Просто Эгберт, – сделав короткий жест рукой, мужчина подозвал официанта и взял у него с подноса стакан, наполненный темно-янтарной жидкостью, и протянул мне.

– Я смотрю, старые привычки все те же, – покрутив стакан в руке, я похлопал виновника торжества по плечу и сделал глоток. Сладковато-дымный привкус оживил вкусовые рецепторы. Именно Эгберт Спарклинг в свое время познакомил меня со скотчем, постоянно отмечая, что для адвоката крайне важно разбираться в хорошем алкоголе. – Кстати, с днем рождения. Как ощущается старость?

– Если ты хотел задеть меня – у тебя ничего не вышло, мальчик, – громко засмеявшись, Эгберт поправил и без того идеально уложенные темные волосы, словно хвастаясь. – И заметь, у меня все еще ни одного седого волоса. Пока что.

Должен сказать, что в свои пятьдесят пять этот мужчина выглядел так чертовски хорошо, что мне с трудом верилось в эту цифру.

До сих помню день, когда увидел его впервые. Если бы меня попросили дать визуальное определение выражению «адвокат, который может все», я бы показал фото Эгберта Спарклинга. Я был по-настоящему очарован им и дал себе обещание сделать всё, чтобы добиться такого же успеха. А когда получил заветный звонок о приеме на стажировку в его фирме, я чуть не рухнул в обморок посреди кампуса. Парни еще две недели смеялись над мной и не упускали шанс пошутить над тем, как тряслись мои руки, когда я открывал то письмо.

– Подумать только, сам Нэш Дэвентер здесь. Мой самый способный и талантливый ученик. Я наслышан о твоей юридической фирме в Лос-Анджелесе. Значит, работаешь со знаменитостями?

– Не только с ними. Фирма профилируется во многих направлениях. Но должен признаться, Голливуд и его окрестности – самое прибыльное место. Конечно, приходится иметь дело с назойливыми журналистами и охотниками за свежими сплетнями. Но от этого моя работа становится только интереснее.

Одарив наставника легкой улыбкой, я сделал еще один глоток. Возможно, сегодня я напьюсь и не смогу вести машину. А все потому что Эгберт умеет выбирать чертовски хороший скотч.

– Я всегда знал, что ты многого достигнешь, и очень тобой горжусь, Нэш, – мистер Спарклинг говорил веселым, бодрым тоном, от чего моя грудная клетка сжималась еще сильнее, наполняясь приятными воспоминаниями из прошлого.

Я очень скучал.

Губы Эгберта растягивались в широкой, ослепительной улыбке при виде меня, но я видел немой вопрос в его глазах. Он ни на секунду не разрывал зрительного контакта, внимательно изучая меня с ног до головы. Я знал этот взгляд. Ему нужны были ответы о том, что произошло. Когда-нибудь я обязательно расскажу ему всю правду.

– Вы только посмотрите, кто здесь! – к нам присоединилась миссис Спарклинг.

Она выглядела очаровательно в своем красивом платье и собранными в пучок светлыми волосами. Она подошла ко мне и крепко обняла. В этой семье вообще любили обниматься и дарить теплые улыбки. За это они мне и нравились. Женщина была ниже меня на несколько фунтов, и мне пришлось слегка пригнуться.

– О, милый Нэш, как же я рада! Боже мой, ты просто красавец. Уверена, в этом зале разобьется немало женских сердец.

– Ты как всегда прекрасна, Инесса, – я обнял миссис Спарклинг и поцеловал в щеку, поймав себя на мысли, что если бы ее дочери достались светлые волосы, то они были бы похожи, как две капли воды.

На секунду переместив взгляд туда, где видел ее, когда вошел в зал, я заметил, что место у колонны пустовало. Она решила проигнорировать меня и спрятаться? Отлично. Я буду рад заняться поисками. Зачем оттягивать неизбежное? Нам рано или поздно придется встретиться лицом к лицу. Надеюсь, при своих родителях она сможет держать себя в руках и не врежет мне по яйцам.

К нам подошли еще несколько человек. Это были коллеги Эгберта, которых я знал еще с тех времен, когда работал стажером в его фирме. Мужчины поприветствовали меня крепкими рукопожатиями. Со всех сторон на меня сыпались вопросы о том, как я жил все это время, чем занимаюсь в Лос-Анджелесе и еще много того, о чем я не очень любил рассказывать, так как это было связано с работой, но считал, что было бы невежливо отмалчиваться и каждый раз деликатно менять тему. Тем более, это отличная возможность приобрести полезные и нужные связи в Бостоне.

Постепенно мое тело расслаблялось, а тревожные мысли покидали мою голову. Тягучее ощущение дискомфорта и нервозности, с которыми я вошел в эти двери, сменилось спокойствием. Как будто я и не отсутствовал вовсе. Я чувствовал легкость, мне хотелось побыть еще немного с людьми, которые так много значили для меня и которых я считал своей второй семьей.

За те пару лет, что я работал с Эгбертом, Спарклинги стали для меня по-настоящему близкими людьми. Я был частым гостем в их доме, меня приглашали на различные праздники и мероприятия. Они знали о моих лучших друзьях и относились к ним с той же теплотой, как если бы мы трое были их родными сыновьями. Однажды Инесса узнала, что Кейден готовился с показу одной из своих первых коллекций, и решила организовать вечеринку, чтобы отправзновать его триумф. А когда лицо Картера стало визитной карточкой модного дома Гуччи, она провела несколько часов у телевизора, чтобы не пропустить момент, когда он пройдется по подиуму.

Еще я знал, что Эгберт и Инесса догадывались о том, что между мной и их любимой дочерью что-то происходит. Сначала я пытался делать вид, что это не так и каждый раз пытался свести все намеки об этом на нет. Я не хотел, чтобы кто-то знал об этом, так как опасался негативной реакции со стороны ее родителей. Как будто тем самым я переступал черту и заходил на запрещенную территорию. Со временем все наладилось, и я не чувствовал вины за то, что чувствую к этой девушке. Ей удалось забраться мне под кожу и прочно закрепиться там. Но мне нравилось, и я хотел этого. Это было взаимно. Мы оба были влюблены. Поэтому тот факт, что я был вынужден бросить все, что мне удалось построить с этой семьей, с ней, в один день и уехать, разбивал мое сердце.

Но вот я здесь спустя десять лет. Я больше не тот неуверенный в себе парень из юридической школы, который надрывал задницу и работал как проклятый, в надежде обеспечить себе светлое будущее. Мне пришлось пройти через многие сложности, и жизнь постоянно испытывала меня на прочность. Но я справился с этим и был готов исправлять ошибки, которые допустил в прошлом.

– У тебя все в порядке, Нэш? – я знал, что Эгберт имел в виду, когда задавал этот вопрос. Он хотел знать, что на самом деле случилось в тот день, когда мы виделись в последний раз. И рано или поздно я должен дать ему честный ответ. Он знал только часть истории.

– Терри будет так рада тебя видеть, – Инесса одарила меня теплой, доброй улыбкой, от которой ямочки на ее щеках выделялись еще сильнее. – Где же она? Я только что видела ее. Она будет счастлива встретиться с тобой.

О, да. Если в этом зале есть человек, который обрадуется моему появлению, то это точно ее любимая дочь. И что-то мне подсказывало, что результатом радостного и долгожданного воссоединения станет огромный синяк у меня под глазом. Но я солгу, если скажу, что мысль о том, чтобы увидеть ее разгневанную, не возбуждает меня. Отчасти, это именно то, ради чего я приехал сюда. У меня было достаточно времени, чтобы поразмышлять над тем, что произошло за эти годы и что я упустил. И я полон решимости вернуть то, что принадлежит мне.

– Кажется, я вижу нашу дочь у бара.

Извинившись перед коллегами, Эгберт взял свою жену под руку и, похлопав меня по спине, направился к специально оборудованной барной стойке в другом конце зала. По моему позвоночнику пробежала ледяная волна, а яйца предательски сжались в ожидании удара острым каблуком. Серьезно?

Да брось! Она не будет вести себя как стерва. С чего ты вообще это взял? Может быть, все не так плохо, как кажется.

Я не мог согласиться со своим внутренним голосом и не мог быть уверен, в том, что она завизжит от восторга при виде меня. Поэтому приказав эту ублюдку заткнуться, я поправил кожаный ремешок часов и расправил пиджак, чтобы предстать во всей красе перед женщиной, в которую был влюблен. Мой живот неприятно сдавило, словно на него упала бетонная плита, а сердце бешено заколотило о ребра. Но несмотря на бурлящее в теле беспокойство, я натянув на лицо самую обаятельную маску из всех, которые имелись в моем адвокатском арсенале, и направился в сторону бара.

На телефон пришло сообщение.

Картер: Тебе уже сломали нос? *хихикающий смайлик*

Я прочитал сообщение лучшего друга, но ничего не ответил. Через секунду пришло еще одно. И еще одно. И еще несколько.

Картер: Почему ты не отвечаешь?

Картер: Мне вызвать 911? *паникующий смайлик*

Картер: Чувак, дай знак, что с тобой все в порядке, и ты жив!!!

Картер: @Кейден Какого черта твой гребанный брат не отвечает на мои сообщения? Ты что-нибудь знаешь об этом?

Быстро набрав «Я живой», «Отвали» и средний палец, я убрал телефон в карман. Картер должен получить подтвеждение, что со мной все в порядке. В противном случае этот придурок не успокоится и будет продолжать истерику в общем чате.

Мои глаза нашли ее. Сердце забилось еще быстрее, а по затылку пробежала нервная дрожь возбуждения. Боже, эта женщина великолепна. Чертовски красивая и горячая. Я вспомнил день, когда увидел ее впервые. Как блестели ее темные глаза и как заразительно она смеялась, когда с упоением рассказывала отцу о том, что получила приглашение на выступление какого-то очень известного шоу-балета. Она любила танцы, и всегда хотела развиваться в этом направлении. На секунду в моей голове проскочил образ таинственной незнакомки в маске, о которой я не мог перестать думать несколько дней после вечеринки.

– Терри, милая, посмотри, кто здесь, – Эгберт подошел к дочери и приобнял ее. – Ты же помнишь Нэша Дэвентера?

О, она помнит.

Я не смог сдержать ехидной ухмылки. В моей голове всплывали яркие образы из прошлого, от чего низ живота наливался тягучей тяжестью, устремляясь прямо в член.

– Что за глупый вопрос, папа, – звук ее голоса мягким одеялом окутал меня с головы до кончиков пальцев ног. Это был тот же самый голос, что и десять лет назад. Красивый, звонкий и певучий. Однажды я слышал, как она пела. Это было незабываемо. Она перевела на меня взгляд, в котором сложно было выловить какую-то конкретную эмоцию. Но от меня не скрылся мелькнувший в бездонных омутах ее глаз блеск. Это ненависть или что-то более сладкое? А может, и то и другое. От этого становилось только интереснее.

Она медленно протянула руку и, понизив голос, добавила:

– Конечно, я помню Нэша.

Обжигающий холод в ее интонации был способен заморозить целый океан. Своеобразная тактика запугивания? Прекрасно, детка. Но в эту игру можем играть мы оба. После всего, что было между нами много лет назад, последнее, что мы должны делать, – пожимать друг другу руки, как какие-то незнакомцы. Особенно, если учесть тот факт, что стены этого дома до сих помнят ее громкие отчаянные стоны, когда она буквально разваливалась на мелкие кусочки в моих руках. Готов поспорить на мой многомиллионный контракт с Warner Bros., что она тоже вспомнила об этом. На секунду ее взгляд переместился в сторону больших стеклянных дверей, ведущих на задний двор. Да, именно там мы были вместе. Если бы мысли и образы могли отображаться на лбу бегущей неоновой строкой, у этой женщины могли бы быть большие неприятности и весь зал узнал, чем мы с ней занимались.

Мои губы расплылись в ослепительной улыбке, и я протянул руку в ответ. Едва наши руки соприкоснулись, все мое тело пронзил разряд тока. Сердце лихорадочно забилось в груди, грозясь сломать кости, а в горле пересохло так сильно, словно вместо скотча я проглотил стакан песка. Я пристально смотрел в глаза темноволосой женщины и видел в них едва сдерживаемый огонь, который мог вырваться с минуты на минуту и сжечь все дотла. Её хватка на моей руке была твердой. Она стискивала мою ладонь своей, так же пристально смотря мне в глаза. Одного этого было достаточно, чтобы уловить посыл, – она ненавидела меня за то, что произошло после.

Такой молчаливый обмен любезностями распалял меня еще больше. Она, возможно, прямо сейчас думает, что, бросив в меня презрительный взгляд и яростно пожав руку, заставит меня содрогнуться и испугаться ее гнева. Но все не так просто. Десять лет изменили не только тебя, красотка. И я знал один способ, который мог донести до ее прекрасной головки одну простую мысль, – мы не закончили.

– Привет, Антеро.

Ее глаза расширились, а щеки покраснели. Вот оно, черт возьми. Именно этого выражения лица я и хотел добиться от нее. Никто никогда не называл ее полным именем. Для всех она оставалась Терри. Только один мужчина имел право называть ее так. Я. Глаза Антеро пристально изучали меня, а грудь судорожно поднималась и опускалась, когда она задышала чаще.

Да, солнышко, я тоже рад тебя видеть.

Не разрывая зрительного контакта, я отпустил ее руку. Для меня было удовольствием наблюдать за тем, как Антеро изо всех сил старалась сохранять самообладание. Но за идеально выстроенным фасадом кипела злость. Если бы взглядом можно было метать молнии, она бы уже поджарила мою задницу. Но я ничего не мог с собой поделать. Возможно, со стороны я вел себя, как ублюдок, особенно после того, как исчез на десять лет. Но был готов сделать или сказать любую едкую глупость, лишь бы она продолжала смотреть на меня так. Это чертовски заводило.

– Прошу прощения, дети, – Эгберт помахал небольшой группе представительных мужчин, стоявших в открытом фойе. – У меня есть еще пара рук, которые нужно пожать. Я скоро вернусь к вам, – поцеловав дочь и кивнув мне, он взял Инессу под руку и удалился, оставив нас наедине.

Антеро, не произнося ни слова, взяла со стойки стакан и продолжила делать вид, что мое присутствие ей интересно так же сильно, как гудящие вокруг разговоры о политике и принятии Конгрессом новых законов. Но это всего лишь очередная маска. Я физически ощущал, как ее тело вибрировало от сдерживаемого гнева. Оно помнило меня и тянулось ко мне, как бы ее разум ни сопротивлялся.

– Прекрасная вечеринка, не так ли? – сев на высокий стул рядом с Терри и подав знак бармену, я провел рукой по волосам и едва слышно усмехнулся.

– На которую тебя никто не приглашал, – голос этой сногсшибательной женщины оставался ровным и спокойным, но было ясно, что одно неверное движение с моей стороны, и все здание взлетит на воздух. – Так что допивай свой скотч и будь добр закрыть дверь с той стороны.

Ауч.

– Тебе не кажется, что это очень грубое обращение с гостями? Между прочим, я здесь по личному приглашению твоего отца, – с моего лица не сходила ухмылка. И пусть разговор начался не так, как я себе представлял, мне не терпелось увидеть, к чему приведет наше противостояние. Терри изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Но то, как слегка подергивались уголки ее рта, красноречиво говорило о том, что я на верному пути, хоть и рискую получить кулаком по лицу. Но меня никогда не пугали трудности, и я не планировал отступать сейчас.

– А тебе не кажется, что с таким же успехом, ты можешь засунуть это приглашение себе в задницу? – нервно смахнув падающую на глаза прядь волос, она одарила меня такой саркастичной улыбкой, что любой бы другой на моем месте схватился за сердце в припадке. Меня же это только подстегивало давить на нее дальше.

– Ты слишком напряженная, Антеро, – не удержавшись, я протянул руку и заправил мешающий локон ей за ухо. Заметив торчащую из пучка палочку, я невольно улыбнулся. Она так и не избавилась от этой привычки, продолжая собирать волосы таким образом.

– Не прикасайся ко мне, – гневно прошипев и отвернув лицо, Терри грубо отбросила мою руку и выправила прядь обратно. Согласен, пока рано распускать руки. Но я готов подождать. Уверен, результат будет стоить потраченных усилий.

Допив остатки своего напитка и громко стукнув стаканом по стойке, она сделала глубокий вдох, прикрыв глаза.

Несмотря на всю злость этой очаровательной женщины, которой она продолжала испепелять меня, от меня не ушло то, как мой жест заставил ее на мгновение замереть. Ей это понравилось, хоть она и пыталась показать обратное.

– Зачем ты вернулся?

Хороший вопрос, детка. Я сам до сих пор ищу ответ.

– Соскучился по тебе, дорогая Антеро, – я продолжал называть ее полным именем, зная, как это действует на нее. Я решил использовать против нее ее же оружие. Хотя в моем саркастичном выпаде и была доля правды. Я действительно скучал по ней, и это было одной из причин, почему я наконец решился приехать сюда спустя столько лет. – Подумал, что это будет замечательная возможность снова увидеть тебя. И надо сказать, я очарован тем, что вижу перед собой. Ты потрясающе выглядишь. Уверен, ты не могла сдержать счастья, узнав, что я приеду.

– К твоему сведению, я понятия не имела о том, что мой отец позвал тебя, – она сделала вид, что не обратила внимания на мой комплимент. Ничего, у нас еще будет время. – В противном случае, я бы заранее позаботилась о том, чтобы твое имя внесли в черный список.

– Тебе обязательно быть такой стервой? – не унимался я. Возможно, несколько порций скотча притупили мое чувство самосохранения, и именно поэтому я продолжал дразнить злую тигрицу. Возможно, мои лучшие друзья правы, и в концу вечера я точно получу травму лица.

Несмотря на внешнее безразличие и холодность в голосе, Терри едва сдерживала себя от того, чтобы расправиться со мной с особой жестокостью на глазах у всех. Может быть, я мазохист, но я бы позволил ей сделать это со мной. Особенно, если в процессе она оседлает меня и сомкнет свои изящные руки вокруг моего горла… Но пока что рано об этом думать. От таких мыслей я чувствовал, как в брюках становилось тесно с каждой секундой. Обнаженная Терри, которая душит меня и одновременно скачет на моем члене, со срывающимся от громких стонов и проклятий голосом. На такое я определенно согласен.

– А тебе обязательно быть таким мудаком? Хотя постой-ка, ты и есть мудак. И с возрастом это качество в тебе только усилилось, – миниатюрная брюнетка в золотистом платье сделала еще один глоток алкоголя. Никогда не думал, что для меня это так важно, но я чертовски рад, что она оставила свой естественный цвет волос. Мои пальцы покалывало от желания зарыться в эти темные шелковистые пряди и сжать так сильно, чтобы она вспомнила, кому принадлежит и кому отдала свое сердце много лет назад. Ее взгляд был направлен куда угодно, но только не на меня. Ну же, Антеро, посмотри на меня.

Черт возьми, я не мог оторвать глаз от этой женщины. В этом дизайнерском платье, которое будоражило самые темные фантазии глубоко внутри моего тела, и небрежно собранными волосами Антеро была похожа на разгневанную богиню, которой я хотел поклоняться до тех пор, пока мы оба не обессилим и не упадем замертво, потные, довольные и насытившиеся. Она глубоко дышала, пытаясь держать себя в руках, от чего мышцы ее лица слегка напрягались, а брови хмуро сходились и расходились.

– Знаешь, Нэш Дэвентер, что бы у тебя ни было на уме, меня это не интересует. Мне пора возвращаться к гостям. Наслаждайся вечеринкой, – Антеро взяла свою сумочку со стойки и, развернувшись ко мне спиной, направилась туда, куда несколько минут назад ушли ее родители.

Увидев глубокий вырез платья, открывающий всю спину, я задержал дыхание. Потрясающе. Она была потрясающей. Гипнотическое движение ее бедер затуманивало мои глаза. На ее правой лопатке красовалась длинная вертикальная татуировка в виде переплетенных линий иероглифов. Что-то похожее я уже видел. Постойте! Минуточку!

В моей голове тут же пронесся образ танцовщицы в маске, которая ползала по сцене, выставляя свое тело напоказ. На ее спине была точно такая же татуировка. И это не могло быть совпадением. Уж слишком уникальным казался рисунок на ее теле, и ровно на том же самом месте. Темные волосы. Танцы. Спортивное подтянутое тело. От осознания того, что я только что понял и сопоставил в своей голове, я чуть не пролил остаток напитка себе на брюки. Той загадочной танцовщицей в клубе была Антеро. В этом не было сомнений.

Достав телефон, я набрал сообщение в общий чат. Мое лицо могло расколоться от того, как сильно я улыбался.

Нэш: Кажется, я только что выиграл джек-пот вселенского масштаба. *смайлик улыбающегося дьявола*

Мой внутренний голос громко и злорадно смеялся, торжественно поздравляя с тем, что я только что открыл для себя. Кажется, я даже слышал взрывы фейерверков в своей голове.

Подав знак бармену, я облокотился на стойку спиной и посмотрел уходящей женщине вслед. Мысли крутились в мозгу с невероятной скоростью, постепенно выстраиваясь в последовательный коварный план.

Если Антеро думает, что между нами все закончилось десять лет назад, то у меня для нее большие новости, – все только начинается.

Глава 9

Терри

– Ты же знаешь, я не танцую приватные танцы.

Выключив свет и закрыв дверь на ключ, я перекинула свою спортивную сумку через плечо и вышла из студии.

С момента моего возвращения в Лос-Анджелес прошло две недели. И если, уезжая в Бостон, я была уверена, что наша студия работает как отлаженный механизм, то накопившая стопка бумаг на моем рабочем столе и встретившая меня вместо приветствия фраза Элли: «Наконец-то ты вернулась. Мы в полной заднице», заставили меня в этом усомниться.

Все время я только и делала, что составляла расписание для новичков и разбиралась со счетами за аренду помещения и нового оборудования.

– Ты не видела сумму, которую он предложил. О, Мадонна, за такие деньги я бы и сам станцевал.

Выехав с парковки, я включила музыку и переключила звонок на громкую связь. Хотелось поскорее вернуться домой и выпить вина. Много вина. Иначе моя голова рисковала взорваться от напряжения.

– За то, чтобы посмотреть, как ты извиваешься у шеста, я сама готова выписать чек, – мысленный образ моего босса, танцующего на сцене, заставил меня громко засмеяться. Чейз же лишь недовольно проворчал что-то в ответ на итальянском. – Но повторюсь, твое предложение все еще неубедительно. Что-нибудь еще в качестве дополнительной мотивации?

На другом конце провода повисло молчание. Затем послышался какой-то глухой скрип, как будто кто-то раскачивался на стуле и стучал пальцами по столу. Обычно это означало, что Чейз пытается выдумать какую-нибудь далекую от реальности причину, лишь бы я согласилась, либо он не все мне рассказал. И судя по тому, сколько длилась эта пауза, это было второе. Это заставило меня настороженно посмотреть на его имя на экране телефона.

– Я чего-то не знаю, сеньор Лапацци?

– Скажу только, что он утверждает, что знает тебя, belleza.

Его ответ не впечатлил меня. И это все? Слабый аргумент, приятель. Но то, как изменился его голос, когда он сказал об этом, заставило меня задуматься. Мой же внутренний голос подсказывал мне, что здесь что-то не так, и мне это не нравилось. Уставившись на растянувшуюся передо мной пробку, я мысленно прокручивала в голове наш разговор.

Несколько часов назад в клуб Segreto пришел мужчина и буквально потребовал, чтобы я исполнила для него приватный танец. По словам моего босса, он готов заплатить любую сумму и подписать все, что угодно, если это означает, что он проведет один вечер со мной. Мой живот неприятно скрутило от мысли о том, что мне придется трясти задницей перед незнакомцем, который так нагло решил заявить о своем желании и вызвать меня, как какую-то дешевую стриптизершу. Что он о себе возомнил?

Не то, чтобы я была в том положении, чтобы возмущаться по этому поводу. Ведь трясти задницей перед незнакомцами – это то, чем я зарабатываю на жизнь. Мне нет дела до того, кто эти люди, как они выглядят и чем занимаются. Я просто выполняю свою работу и двигаюсь дальше. Мне не нужно чувствовать эмоциональную связь с этими людьми. Они навсегда остаются невидимками, которые платят большие деньги.

За все время моей работы в клубе я много раз получала "индивидуальные предложения". Мужчины использовали всевозможные уловки, вплоть до шантажа и угроз. Но это всегда заканчивалось ничем. Некоторые особо впечатлительные посетители заявляли, что знают, кто я такая, мое имя, адрес и даже номер социального страхования. Но обычно такая осведомленность оказывалась фальшивой, и многие мужчины делали это только для того, чтобы привлечь мое внимание или заполучить меня. Такие истории всегда вызывали у меня лишь смех и отвращение. Как и сейчас. Очередная уловка какого-нибудь придурка с толстым кошельком, который считает, что ему принадлежит весь мир.

Чейз сказал, что этот тип знает меня. Неудивительно. Возможно, тот придурок думал, что он особенный, и расчитывал на успех. Что ж, у меня для него плохие новости. Я доверяла своему боссу и знала, что мои личные данные в безопасности.

– И ты ему поверил? – усмехнувшись, спросила я.

– Он чертовски убедителен.

– Это все твои аргументы? С каких пор ты стал верить всему, что говорят посетители? Мне кажется, или я только что разочаровалась в своем боссе?

– Попрошу без оскорблений, – раздраженно буркнул Чейз. Готова поспорить, он только что тряхнул головой и расправил свой и без того безупречный пиджак. Его всегда нервирует, если люди сомневаются в нем. – Ты знаешь, как я отношусь к безопасности.

– Именно поэтому я хочу знать детали. В противном случае, тот придурок может идти куда подальше, – вместе с раздражением Чейза росло мое собственное. Что с ним? Мой босс никогда не говорил загадками, если дело касалось клиентов. Он никогда не скрывал от меня что-то, что может причинить мне вред.

– Я не назову его имя, но скажу, что знаю этого парня лично. Ты в безопасности.

И снова ничего определенного. Он знал многих людей. Но на мгновение его фраза заставила что-то щелкнуть в моей голове. О, серьезно? Я, что, хотела задуматься над его предложением? Поверить не могу. Я не успела принять окончательное решение, когда слова слетели со моего языка:

– Мне нужно подумать.

– Мне нужен твой ответ сегодня вечером.

Завершив звонок, Чейз прислал сообщение с суммой, о которой говорил несколько минут назад. Теперь для меня нет ничего удивительного в том, что он и сам готов выйти на сцену.

Меня заинтересовало другое. В голове зазвенели вопросы. Кто этот мужчина? Почему он настаивает на приватном танце? Что заставило Чейза так настойчиво уговаривать меня согласиться? Вряд ли здесь замешаны его мафиозные делишки. Иначе бы Чейз не позвонил мне. Я прекрасно понимала, что нет смысла выпытывать у него имя клиента, так как мой босс придерживался строгих правил конфиденциальности. От всех этих размышлений у меня разболелась голова.

Зайдя в квартиру, я сразу направилась на кухню. Достав из холодильника бутылку вина и налив в бокал, я сделала большой глоток и почувствовала, как прохладная жидкость с приятным легким жжением обволакивает меня изнутри. Конечно, пить алкоголь с пустым желудком было не самой лучшей идеей, но я слишком устала за целый день, чтобы беспокоиться об ужине.

На столешнице завибрировал телефон. На экране всплывали сообщения от мамы. Открыв чат, я увидела несколько фотографий с дня рождения отца, которые она прикрепила.

На первом снимке были только мы трое. Мама как всегда широко улыбалась, папа держал стакан скотча и подмигивал нам обоим, а я стояла между ними и посылала в камеру воздушный поцелуй.

Надо отдать должное фотографам, которые выбрали удачный ракурс, так как на снимке я выглядела без лишней скромности потрясающе. Кожа сияла, мое блестящее платье ярко переливалось от вспышек, а волосы идеально спадали по плечам.

Еще несколько фотографий отца в окружении коллег и друзей по Гарварду, один снимок с нахмурившимся Янсеном.

На последнем снимке были папа и Нэш.

Мои пальцы зависли над экраном, а в груди что-то неприятно толкнулось. Первым желанием было удалить снимок и бросить телефон подальше от себя. Но я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться и не принимать поспешных решений, и уставилась на изображение. Оба стояли лицом друг к другу, о чем-то переговаривались и смеялись.

Нэш Дэвентер. От этого имени по моему позвоночнику пробегала мелкая дрожь, а дыхание учащалось. Как всегда неотразим и обаятелен. Он всегда был привлекательным парнем, но десять лет спустя Нэш превратился в дьявольски красивого и сексуального мужчину, который появился в дверях отцовского дома и одним наглым взглядом своих ледяных глаз заставил мое тело полыхать от гнева…и кое-чего еще.

Увидев его, я не могла поверить своим глазам. Мое тело окатило ледяной волной, а внутренности скрутило в тугой узел, когда я поняла, что это не сон, и Нэш действительно стоял в нескольких метрах от меня, оценивающим взглядом сканируя пространство перед собой. Моя голова шла кругом от крутившихся лихорадочных мыслей. Ноги будто приросли к мраморному полу, и я не могла пошевелиться. Черт возьми, он был ослепителен и невероятно горяч. В строгом, сшитом на заказ костюме, черной расстегнутой на пару пуговиц рубашке, оголявшей треугольник загорелой груди и чернила татуировок. Густые темно-каштановые волосы были красиво уложены набок, а несколько непослушных прядей спадало на лоб. Мои пальцы покалывало от непреодолимого желания провести по ним пальцами и слегка взъерошить. Его небесно-голубые глаза, спрятанные под прозрачными стеклами дизайнерских очков, внимательно наблюдали за происходящим. В тот момент мне показалось дико возбуждающим то, что Нэш носил очки.

Даже находясь на довольно большом расстоянии, я чувствовала волны неистовой энергетики, исходившие от этого мужчины. Казалось, что от одного его слова во всем доме могло отключиться электричество. Он заполнял собой все пространство, высасывая весь кислород, и люди просто не могли пройти мимо. Уверена, женщины сворачивали себе шеи, оборачиваясь и провожая этого сексуального ублюдка взглядом, и страдали от приступов гипервентиляции, когда его горящие сапфировые глаза пригвождали к месту, не оставляя возможности пошевелиться. Я была такой женщиной. И прекрасно знала этот взгляд. Взгляд, от которого мозг переставал функционировать, а бедра сжимались так сильно, что от давления могли расколоть самый прочный орех.

От меня не скрылось то, как гости рассматривали его. С восхищением. Завистью. Страхом. Нэш умел произвести впечатление. И пусть он ненавидел пристальное внимание, это не мешало ему держаться на публике уверенно и дерзко. Внешне Нэш оставался невозмутимым и отстраненным, но окружающие чувствовали его доминирование. Он словно бросал молчаливый вызов, был готов вступить в любой спор и обязательно выйти оттуда победителем.

Нэш повернул голову и посмотрел на меня. Клянусь всем, что у меня есть, мне хотелось закричать что есть сил. От злости. От боли. От того, что мое тоскующее разбитое сердце обливалось кровью из-за того, что я не видела этого мужчину так долго. Самую сильную боль причиняло понимание того, что я не знала причины. На протяжении многих лет я задавала один и тот же вопрос – почему. Почему он ушел? Почему никто не знал, где он и что с ним случилось? Почему он не сказал мне ни слова и просто исчез, как будто то время, что мы провели вместе, ничего для него не значило?

Нэш продолжал сверлить меня взглядом. Все мое тело вытянулось, как струна, и было готово лопнуть в любой момент. Гул голосов и музыки остался где-то позади. Время замедлилось. Грудь разрывалась от переполняющих меня эмоций, а горло душил горький ком. И только прогремевший на весь зал радостный голос отца вернул меня в реальность.

Тряхнув головой, чтобы скинуть с себя чувство оцепенения, я сделала первое, что пришло мне в голову, – убежала. Я не могла смотреть на то, как все были рады этому ублюдку. Как он широко улыбался, от чего на лице появлялись мелкие морщинки. Как он обнимал моих родителей и вел себя, словно ничего не случилось.

Я так любила его улыбку…

Мне нужно было сделать что-нибудь, как-то отвлечься, чтобы не думать от том, что творилось глубоко в моей душе. Мое сердце трепетало и билось в груди, как сумасшедшее. Его громкий стук распространялся по всему телу, наполняя его желанием броситься к мужчине, в которого я была влюблена, сжать его в своих объятиях до хруста в ребрах и ни за что не отпускать его. Но вместо этого я приняла решение напиться.

После нашего неудачного разговора я старалась игнорировать его весь оставшийся вечер. И надо сказать, я справилась с этой задачей. Несмотря на то, что воздух между нами потрескивал, а напряжение можно было разрезать ножом, я делала все взможное, чтобы держать себя в руках и не врезать Нэшу по его невозможно красивому лицу. Стоит говорить о том, что каждое нервное окончание в моем теле возбудилось, а кровь в венах вскипела в тот момент, когда Нэш потянулся ко мне и коснулся моих волос?

Каждый раз я ловила на себе его тяжелый взгляд, даже если нас разделял целый зал. Куда бы я ни пошла, я всегда чувствовала, что он пристально следит за каждым моим шагом. Внешне я держалась отстраненно, делая вид, что мне плевать на его присутствие. Но в глубине души мне становилось не по себе от того, как горел мой затылок. Как будто Нэш мысленно пускал в меня лазерные молнии.

– Ублюдок! – мой палец завис над «удалить». Хотелось выкинуть этого человека из головы и больше не возвращаться к тому, что я так тщательно старалась подавить в себе. Но палец словно перестал слушаться и не двигался ни на миллиметр. Вместо этого другой рукой я приблизила его изображение. Отлично, Терри, твоей силе воли можно только позавидовать.

Внимательно изучая его лицо, я отмечала для себя, что Нэш изменился за эти годы. И дело было не только во внешности. Я бы солгала, если сказала, что тоже не наблюдала за ним в тот вечер. Мне все еще хотелось выцарапать ему глаза и разорвать на части за то, что он исчез из моей жизни. Я ненавидела его за то, что он оставил меня с кучей вопросов и ноющей болью в груди. Но к своему собственному ужасу, глубоко внутри я была рада его видеть. Я как будто вернулась на много лет назад, в тот день, когда он впервые заговорил со мной. Те же бабочки трепетно порхали в животе, когда Нэш стоял рядом у барной стойки, обволакивая своим присутствием и энергией и заставляя мое сердце грохотать так сильно, что грудная клетка болела от силы ударов.

Находясь так близко к Нэшу, вдыхая пьянящий запах дорогого парфюма и утопая в океанических глубинах его глаз, мое тело буквально вибрировало и нагревалось с каждой секундой все сильнее. Я все еще была зла на него. Мой разум кричал о том, что он придурок, наглый, самодовольный мудак, который возомнил себя богом, и я не простила его. Но предательский орган, гоняющий кровь по телу, не слушал никакие аргументы и хотел только одного – наброситься на этого мужчину и поцеловать на глазах у всех.

– Ненавижу, – несмотря на подкатывающий к горлу комок и покалывание в ладонях, я сохранила фото и заблокировала телефон. Потом обязательно распечатаю и сожгу, чтобы получить моральное удовлетворение.

Мой громко урчавший желудок вернул меня в реальность. Переодевшись в домашнюю одежду, я достала из холодильника нужные ингредиенты и приступила в готовке. Мне нужно было привести мысли в порядок. Нельзя позволять Нэшу Дэвентеру пробираться мне под кожу. В прошлый раз это плохо закончилось, и я не хотела повторения. Мы встретились один раз две недели назад. Больше этого никогда не повторится.

Медленно пританцовывая под такт мелодии, я поставила телефон на подставку и позвонила Элли. Ее терапия бессмысленной болтовни всегда помогала отвлечься и не думать ни о чем. А еще я хотела обсудить с ней предложение босса и узнать, что она думает об этом.

– Я согласна с Чейзом. За такие деньги можно пересмотреть свои принципы, – Элли сидела на кресле и красила ногти на ногах. Ее лицо было измазано какой-то густой маской зеленого цвета, а на голове махровая повязка с большим розовым бантом. – Хотя мне вся эта история кажется чертовски странной.

Нарезав грибы, я приступила к овощам. Меня всегда поражало то, как некоторые люди могли готовить, не превращая при этом кухню в захламленный хаос из тарелок, столовых приборов и разбросанных повсюду кусочков еды. Именно поэтому я не любила готовить.

Элли права. Это странно. Но меня не оставлял в покое тот факт, что наш босс так настойчиво просил меня станцевать для незнакомца. Что-то здесь не так. И несмотря на то, что одна часть меня сомневалась и пыталась найти разумное объяснение, чтобы отказаться выступать, другая часть сгорала от любопытства и толкала меня дать Чейзу положительный ответ.

– Мы обе знаем, что Чейз не будет заставлять тебя делать что-то против твоей воли. Неважно, сколько денег ему предлагают. Это только твой выбор.

– В этом вся проблема, Элс. Я не знаю, чего хочу.

– Тогда подумай о тех блестящих вещах, которые сможешь купить на эти деньги, и прими его предложение, – Элли закончила красить ногти на одной ноге и перешла к другой.

– Что я пропустил?

В экране появилось массивное тело Дерека. На его лице была такая же маска, а волосы растрепанные и мокрые после душа. Помахав мне рукой, он сел рядом со своей женой.

– Терри предложили неприлично большой чек за приватный танец перед таинственным незнакомцем, который утверждает, что знает о ней все. Эй, осторожнее! Я только что накрасила эту ногу.

– Прости, детка, – поцеловав жену в плечо, Дерек потянулся к ее ноге и провел кончиками пальцев по оголенному бедру. Даже через экран телефона я чувствовала пробежавшую между ними искру. Эти двое никогда не могли насытиться друг другом. – Если хочешь, я могу накрасить ее заново…закинув себе на плечо. Мне очень нравится красный.

– Мы только что трахались три раза подряд. Мне и моим ногам нужен отдых, – поставив ногу на журнальный столик, Элли окунула кисточку в ярко-красную жидкость и продолжила аккуратно наносить лак на свои ноготки.

– Простите, что прерываю вашу прелюдию, но мне нужен дружеский совет, – помахав перед экраном деревянной лопаткой, я попыталась вернуть внимание лучших друзей к моем скромной персоне. Но видя, как Дерек не мог оторвать горящего взгляда от Элли, я не смогла сдержать смех.

– Я думаю, что стоит согласиться. Чейз обеспечит безопасность. А если что-то пойдет не так, ты всегда можешь отбить ублюдку яйца своими каблуками, – Дерек вырисовывал на плече Элли невидимые узоры. Все его внимание было приковано к женщине в коротких домашних шортах и старой майке с пятнами краски. Это был тот самый влюбленный взгляд, о котором я всегда мечтала.

– Убери руки, пещерный человек. Иначе твои яйца постигнет та же участь, – не отрываясь от своего занятия, прошипела Элли.

– Грубая женщина. Но это так заводит, – Дерек был как никогда игрив и возбужден.

Кажется, я становилась лишней, а шанс получить дружескую помощь сокращался с каждой секундой.

– Этот разговор ни к чему не приведет. Я отключаюсь. Кончите – дайте знать.

Сбросив вызов, я вернулась к грибам, которые уже успели превратиться из золотистых в угольно-черные. По всей кухне распространялся отвратительный запах сгоревшей еды, а кругом творился полнейший беспорядок. Решено, значит, еда на вынос.

Убравшись на кухне и открыв все окна, я заказала доставку еды и без сил рухнула на диван в гостиной. Чейз написал, что все еще ждет мой ответ. Откинув голову на мягкую спинку и закрыв глаза, я прокрутила в памяти весь разговор с Элли и Дереком. В голове сами самой нарисовались колонки за и против.

С одной стороны, мои сомнения и неуверенность, с другой – взыгравшее во мне любопытство. Чейз не поделился некоторыми деталями, и я знала, что не добьюсь от него ничего, что поможет мне принять окончательное решение. Одно можно сказать точно – они знакомы лично. А значит, я могу доверять своему боссу, верно? Если незнакомец опасен, Чейз не стал бы дослушивать и послал придурка к черту.

Этот мужчина знает меня. Но как я сказала раньше, это еще ничего не значит. Если он окажется каким-то отмороженным придурком и прикоснется ко мне, я смогу за себя постоять. Дерек прав, у меня очень острые каблуки. А еще я быстро бегаю.

Последним аргументом в моей мысленной колонке за были деньги. Что-то подсказывало мне, что это плохая идея, но и предложенная Элли перспектива заполнить гардероб новыми блестящими вещами оказалась весьма заманчивой.

Включив телевизор, я переключила несколько каналов. Мое внимание привлек какой-то фильм. На экране под медленную чувственную музыку танцевала красивая женщина. Ее гибкое тело извивалось и привлекало внимание мужчины напротив. Развязав галстук, он смотрел на нее, а в его темных глазах горел огонь и желание обладать этой красоткой. Они были одни в слабоосвещенной комнате. Она танцевала только для него.

На экране высветилось сообщение от Чейза.

Чейз: Мне нужен ответ, Терó.

Переведя взгляд на фильм, а затем снова на экран телефона, я поняла, что это был какой-то знак от Вселенной. Не дав себе времени передумать, я набрала ответ.

Терри : Я в деле.

Отправив сообщение, я выключила телефон и кинула на другой конец дивана. В животе поселилось странное чувство, которому я никак не могла дать подходящее название. Клуб надежно охраняется, а всех гостей тщательно проверяют перед тем, как пустить в зал. Я буду в порядке.

Повторив эту фразу про себя еще несколько раз, я вернулась к просмотру фильма.

Посмотрим, что принесет эта встреча.

Глава 10

Терри

С самого утра меня не покидало странное чувство предвкушения. Живот неприятно скручивало, а в голове гудели всякие тревожные мысли. Мне до сих пор было странно осознавать, что я согласилась на это. Но обратного пути не было, тем более что Чейз уже ждал меня в клубе и прислал сообщение, что все готово.

Я не танцую приватные танцы. За все время работы в Segreto я много раз отклоняла весьма заманчивые и выгодные предложение от посетителей. Мужчины готовы были заплатить столько, что я могла не думать о финансовых проблемах в течение пары лет. Но каждый раз получали отказ. Не то чтобы я боялась оставаться с кем-то наедине или что-то в этом роде. Мне просто сложно выйти из этой зоны комфорта. Прозвучит странно и нелогично, но это действительно так.

Всю ночь я не могла уснуть. Голова гудела от всевозможных мыслей и рассуждений о том, что именно заставило меня принять такое решение. И всякий раз, когда я думала о том, что сказал Чейз, рука сама тянулась к телефону, чтобы написать ему, что я передумала. Он бы закатил грандиозную истерику, но в конце концов понял, что я не хочу этого делать.

Но в этот раз я решила сделать исключение, чтобы удовлетворить свое любопытство. Где-то в глубине души что-то тихонько подсказывало мне, что это плохая идея, но одновременно с этим внутренний голос продолжал заваливать меня вопросами о незнакомце, который хочет увидеть мой танец.

Моя лучшая подруга видела в этом хорошую перспективу и возможность воплотить мои сексуальные фантазии о скрытом в тени мужчине, с вожделением наблюдающим за мной. Возможно, в чем-то эта сумасшедшая женщина, читающая слишком много любовных романов, права.

Поэтому, зайдя в клуб через служебный вход, я засунула свою тревожность куда подальше и, сделав глубокий вдох-выдох, направилась в гримерку.

Накрасив глаза и обведя темные стрелки серебристой подводкой, я собрала волосы на палочку и надела маску. Для сегодняшнего вечера я решила поэкспериментировать с образом: лифчик на тонких бретельках со стразами, блестящие серебристые штаны-клеш с вырезами от щиколоток до бедер и высокие туфли-стрипы.

Для своих выступлений я люблю выбирать короткие платья, которые подчеркивают мою фигуру во всех нужных местах. Но так как сегодня состоится мой первый приватный танец, я решила надеть что-то особенное и менее провокационное. Хотя моя практически вываливающаяся из чашечек лифчика грудь создает совершенно противоположный эффект.

Нанеся на руки и верхнюю часть тела немного масла, я посмотрела на свое отражение, чтобы оценить результат. В зеркале красовалась привлекательная молодая женщина с сияющей серебристым блеском кожей, соблазнительными изгибами бедер и ярко накрашенными глазами. Однозначно мне нравилось то, что я видела. Уверена, мой таинственный незнакомец оценит мои старания и с радостью добавит к уже выписанной в чеке кругленькой сумме еще один ноль.

Сделав фото в полный рост и отправив Элли, я еще раз проверила застежки своей маски и вышла из гримерки. Пройдя несколько метров по коридору в сторону лестницы, я услышала позади восторженный итальянский вздох. Мне даже не нужно поворачивать голову, чтобы понять, кому он принадлежал. Чейз вышел из своего кабинета и, поправив рукава своего идеально сшитого пятнистого пиджака, направился в мою сторону. Мои глаза расширились от удивления, а из горла вырвался тихий смешок при виде того, во что он был одет. Я всегда знала, что мой босс предпочитает экстравагантный стиль и любит экспериментировать с образами, но…кружевные манжеты? Он ведь это не серьезно? Его дизайнеру срочно нужно вернуться в восемнадцатый век.

– О, Мадонна, ты выглядишь сногсшибательно, – проведя рукой по густым светлым волосам и сверкнув зелеными глазами, Чейз одарил меня ослепительной улыбкой. Он имеет весьма сомнительное понимание слова "стиль", но это не мешает ему быть чертовски красивым мужчиной, за внимание которого многие женщины готовы драться до последней капли крови.

– Ты констатируешь очевидные вещи, Чейз, но все равно спасибо.

– Я завидую тому ублюдку, который будет смотреть на тебя сегодня, – поправив кружевную манжету и покрутив ткань между пальцами, мой босс посмотрел сначала на меня, а затем на дверь, ведущую в зал для гостей. Его взгляд тут же стал серьезным, от чего по моему телу пробежала мелкая дрожь.

– Если тебя это успокоит, он делает это небесплатно. А ты можешь наслаждаться шоу через камеры. И заметь, я не попрошу с тебя ни цента, – проведя рукой по лацкану пиджака и слегка похлопав его по груди, я широко улыбнулась и, развернувшись на каблуках, направилась в сторону лестницы. Держась одной рукой за перила, я медленно переставляла ноги, спускаясь по высоким ступенькам.

– Пусть так, но это не отменяет того, что место в первом ряду будет у кого-то другого, – Чейз взял меня за другую руку и помог спуститься на первый этаж, тем самым помогая избежать падения с большой высоты.

Доведя меня до двери, ведущей в небольшое помещение за сценой, Чейз снова лучезарно улыбнулся и спросил:

– Ты в порядке?

– Все хорошо. Я справлюсь, – натянув на лицо профессиональную рабочую улыбку, которой обычно одаривала посетителей, я направилась в сторону электронного считывателя, чтобы ввести код.

– Джузеппе будет стоять прямо за дверью. Если что-то пойдет не так, он сразу же вмешается и вырубит ублюдка.

– А что-то должно пойти не так? Не переживай, Чейз, у меня очень острые каблуки, – и хоть в моем голосе слышались шутливые нотки, это не отменяло того, что мой желудок скручивало тугим узлом, а по затылку пробегали колючие мурашки. Я знала, что Чейз издевался надо мной, но его глупые шуточки были не тем, что я хотела слышать перед тем, как впервые буду танцевать перед совершенно незнакомым человеком.

– И это так, Терó. Как я говорил раньше, я знаю этого парня. Его тщательно обыскали, прежде чем он вошел в зал. Но дополнительные меры безопасности никогда не помешают, – Чейз ввел код для разблокировки двери, а затем широко улыбнувшись, добавил: – Если что, кричи как можно громче, – затолкав меня в темное помещение, этот любитель кружев громко рассмеялся и закрыл дверь.

Ублюдок.

Оказавшись в комнате, я сразу же направилась к ноутбуку, чтобы настроить музыку и подключить колонки. В углу ярко горели две неоновые лампочки в виде кактуса и банана, которые мой заботливый босс принес для того, чтобы создать приятную и уютную атмосферу. Ну, или чтобы кто-нибудь не упал, оступившись в темноте, и не сломал шею.

Сделав все необходимое, я глубоко вздохнула и мысленно приказала себе успокоиться и настроиться на танец. Все это было так непривычно. Обычно я не задумывалась о том, что мне делать и с чего начинать. Я просто включала музыку и выходила на сцену. Сейчас же я чувствовала странное давление в груди, будто что-то сжимало легкие изнутри. Мне было трудно дышать, и я не могла заставить свои ноги двигаться. Тревога вынырнула из глубин сознания, заполняя тело и сковывая мышцы.

Да что это со мной?

Подойдя чуть ближе к выходу на сцену, я выглянула в зал. Как обычно большая часть помещения лишена освещения. Единственным источником света в той части комнаты были синие напольные фонарики, подсвечивающие стены снизу вверх. Всю лишнюю мебель заранее вынесли, оставив только один диван-полукруг и небольшой стеклянный столик для напитков.

Чуть прищурившись, я попыталась сфокусировать зрение, чтобы получше рассмотреть что-нибудь еще. Может, тот мужчина передумал и не пришел? Хотя учитывая настойчивость, с которой он заявил о своем желании, вряд ли он отступит и изменит свое решение.

Дыши, детка. Ты делала это миллион гребанных раз. Это такой же танец, только для одного зрителя. Просто представь, что зал полон людей, и ты сможешь показать класс.

Мой внутренний голос успокаивал меня. Я глубоко дышала, перебирая в памяти все расслабляющие техники, о которых когда-либо читала сама и слышала от Элли. Осветительные приборы еще не включились, и мои глаза пытались привыкнуть к темноте. Высокая сцена закрывала обзор. Сделав шаг вперед и поднявшись на первую ступеньку, я вытянула шею, чтобы посмотреть поверх края сцены. Из моих легких выбило весь воздух, когда я заметила его.

Откинувшись на мягкую спинку дивана и согнув одну ногу на другой, сидел мужчина. Крутя в одной руке стакан с янтарной жидкостью, он расслабленно сидел в темноте и терпеливо ждал моего выхода.

Черт, почему здесь так темно?

С моего наблюдательного пункта было трудно разглядеть его лицо. Но одно я могла сказать точно – он довольно молод и хорошо сложен физически. Мое сердце бешено заколотилось в груди. Оно стучало так громко, что, казалось, мой единственный зритель мог услышать его неумолимый ритм. Я снова попыталась вернуться в дыхательным упражнениям, чтобы успокоиться и сосредоточиться на том, что я видела перед собой.

Несмотря на плохую видимость, мне удалось заметить, во что был одет мужчина: начищенные до блеска лоферы, классические темные брюки, обтягивающие мощные длинные ноги, и тонкий свитер с высоким горлом, плотно прилегающий к, я больше, чем уверена, стройному накаченному торсу. Его расслабленная поза так и кричала о том, что он богат и влиятелен. Но это не было чем-то, чем он пытался похвастаться. Он просто был чертовски уверен в себе и знал, что ему не нужно каждый раз напоминать об этом. Это чувствовалось без слов. И несмотря на то, что я занервничала при виде него, я считала это дико сексуальным.

Боже, кажется, у меня серьезные неприятности.

Я не видела его лица, но поймала себя на мысли, что, возможно, все не так уж плохо. По крайней мере, реальность оказалась лучше, чем я себе представляла. Это не был какой-то полный лысеющий старик с жирным лицом, чей живот натягивал ткань рубашки до такой степени, что материал мог лопнуть в любой момент, а отлетающие со скоростью пули пуговицы рассыпались по всему залу.

Возможно, мой мозг специально издевался надо мной, подкидывая неприятные образы, чтобы заставить передумать и отказаться от этой идеи. Но вот я здесь. И должна признать, что таинственный мужчина, скрытый в тени, выглядел чертовски привлекательным. В его силуэте прослеживались широкие плечи и спортивное телосложение. Не удивлюсь, если он проводит в спортзале все свободное время. На секунду мне даже показалось, что я уловила опьяняющие нотки дорогого парфюма.

Возьми себя в руки, Терри. Пора на выход. Ты и так простояла здесь слишком долго.

Мой внутренний голос дал о себе знать. Черт, нужно сконцентрироваться на танце. Проведя пальцами по надежно закрепленным застежкам своей маски, я включила музыку и, преодолев оставшиеся ступеньки, медленным шагом вышла в зал. Прожекторы, реагирующие на движения, резко переместились в центр подиума, на мгновение ослепив меня. Через секунду освещение ослабло, и мои глаза смогли приспособиться к яркому свету.

Из колонок раздавалось начало песни Chase Atlantic – The Walls. Подавив приступ тошноты и несколько раз сглотнув, чтобы успокоить бушующие нервы, я начала плавно двигать руками. Мне нужно начать двигаться, иначе я точно упаду в обморок.

Сделав несколько шагов, я подошла к шесту и, обойдя его по кругу, резко прижалась к холодному металлу спиной. Прохладная поверхность приятно холодила разгоряченную кожу. Зрение постепенно пряснялось. А тугой комок нервов, застрявший в груди, медленно распутывался. Подняв руки над головой и покачав бедрами, я плавно раздвинула ноги и начала медленно сползать вниз. Оказавшись на полу, я выгнула спину и волнообразным движением прошлась грудью по глянцевой поверхности сцены.

Музыка окутывала меня со всех сторон. Я слушала любимые мотивы и приятный голос вокалиста, с каждой секундой ощущая, как нервное напряжение покидает мое тело, а на смену ему приходит уверенность в себе и своих неторопливых движениях. Сковавший меня несколько минут назад страх рассеивался, словно туман в солнечный день. В голове ни одной посторонней мысли, кроме одной, – за мной пристально наблюдают из тени. Я чувствовала на себе тяжелый, холодный взгляд, от чего все тело пронзали электрические заряды.

Переместившись чуть ближе к краю сцены, я снова прогнулась в пояснице и, подняв голову, перевела взгляд на мужчину, который все это время молча смотрел на меня. Он сидел в той же позе, держа стакан виски в руке и не издавая ни звука. Я все еще не могла рассмотреть черты его лица, но на долю секунды мне показалось, что в темноте блеснули стекла очков. Почему это тоже показалось мне таким сексуальным? Мои губы под маской непроизвольно растянулись в легкой улыбке.

Мое тело неторопливо извивалось в такт музыке. Я больше не чувствовала тревогу и неуверенность. Наоборот, я думала о том, что все оказалось намного лучше, чем я предполагала. Время от времени я бросала на своего единственного зрителя долгие, томные взгляды. Я не могла быть уверена в том, что он мог уловить их с того расстояния, которое разделяло нас. Но мне хотелось верить, что мужчина очарован мной, моим гибким телом, и не хочет, чтобы это заканчивалось.

Заиграла песня Slow Down. Перекатившись на носках моих блестящих стрипов, я ухватилась за пилон и, слегка подпрыгнув, закружилась, крепко сжимая его ногами. Пока мой мир вращался вокруг своей оси, я выгибалась всеми возможными способами и тянула свободную ногу как можно сильнее, чтобы со стороны зритель мог наблюдать красивый телесный рисунок.

Приземлившись на колени и развернувшись спиной, я сделала несколько движений руками и легла на спину. Обычно я делала это для того, чтобы перевести дыхание после интенсивной центрифуги. Сделав еще несколько взмахов ногами, чтобы незнакомец оценил мою растяжку, я поднялась на ноги. Все мое тело вибрировало и нагревалось с каждой секундой все сильнее. Еще немного, и моя одежда могла расплавиться. Тогда незнакомец получил бы вид, о котором даже не мог мечтать.

Мужской силуэт зашевелился в темноте. Проведя рукой по волосам и закинув руку на спинку дивана он сделал глоток виски. По моему телу пронеслась нервная дрожь, когда он завел руку за голову, жестом приказывая мне распустить волосы.

Решил поиграть, красавчик?

Обычно я не реагировала на то, что просят посетители. Но по какой-то необъяснимой причине его молчаливый приказ подействовал на меня, как заклинание. Руки сами потянулись назад. Решив принять условия его маленькой игры во власть, я убрала палочку из пучка. Волосы рассыпались по спине и плечам, а несколько непослушных прядей упали на лицо, закрывая обзор. Тряхнув головой и перекинув локоны на одну сторону, я продолжила танцевать.

Любопытство и предвкушение очередного приказа забурлило под кожей. Мне не терпелось узнать, что он захочет сделать дальше. К моему собственному удивлению, я не испытывала страха перед анонимом. Лишь нервный трепет от безмолвной игры, которую мы только что начали. Между нами как будто натянули невидимую нить, которая буквально заставляла меня спуститься со сцены и подойти ближе. Будто незнакомец держал другой конец и управлял моим телом. В животе порхали истеричные бабочки, и я не могла объяснить это странное чувство, поселившеемя во мне. Я не чувствовала опасности. Наоборот, я всеми силами сопротивлялась желанию поддаться своим порывам и спрыгнуть со сцены, чтобы медленно, извиваясь всем телом, ползти к загадочному мужчине.

От промелькнувшего перед глазами образа меня, ползущей в темноту и неизвестность, конечности пронзило как от удара током. Растущее во всем теле напряжение скапливалось в животе и стремительно опускалось вниз. Грудь наливалась и тяжелела. Соски набухали и терлись о шершавую ткань лифчика. Мое естество пульсировало и судорожно сжималось от соблазнительной картины, которую рисовало разыгравшееся воображение. Я была чертовски возбуждена от происходящего.

Что со мной происходит? Почему мое тело горит так, словно меня бросили в огонь? Я задыхаюсь?

Все эти вопросы жужжали в моей голове, как стая потревоженных пчел. Словно прочитав мои мысли, мужчина протянул руку вперед и поманил меня к себе. Сердце застучало сильнее, а по телу пробежала очередная огненная волна. Простое, но полное неоспоримой власти движение красивых длинных пальцев незнакомца заставило мои бедра сжаться еще сильнее.

Почему этот мужчина так влияет на меня?

Я никогда раньше не заходила так далеко. Для меня было важно сохранять дистанцию между мной и зрителями, потому что любая реакция с моей стороны зачастую воспринималась как молчаливое согласие. В такие моменты мужчины считали себя небожителями и были уверены, что я опущусь перед ними на колени и выполню любое их грязное желание. Именно по этой причине я придерживалась правила оставаться на сцене, чтобы иметь возможность в любой момент убежать, если ситуация выйдет из-под контроля.

Но прямо сейчас, находясь в одном зале с мужчиной, чье лицо все еще скрыто от моих глаз, я чувствовала нечто совершенно иное. Это сложно назвать доверием, ведь я не имею ни малейшего понятия о том, кто этот человек и на что он способен. Однако что-то подсказывало мне, что он не причинит мне вреда.

Сердце билось, как сумасшедшее. Виски пульсировали. Кровь кипела в венах. Кожу будто лизали языки пламены. Я не знала, что происходит. Желание приблизиться к загадочному мужчине усиливалось с каждым следующим движением моего тела. Во всем теле ощущалась какая-то необъяснимая легкость. Не понимая, почему я подчиняюсь и чем это может для меня обернуться, я сделала шаг вперед. Затем еще один. И еще. Медленно спустившись со сцены, я остановилась у начерченной на полу неоновой линии, которую строго запрещалось пересекать как зрителям, так и танцовщицам. Уверена, аноним в курсе правил.

Ни на секунду не разрывая зрительного контакта, я покачивала бедрами, одновременно пытаясь рассмотреть хоть что-то. Нас разделало всего несколько шагов. И всё же мне не удалось это сделать. Его мощная фигура была окутана тьмой, а пристальный, изучающий взгляд продолжал прожигать дыру в моем теле. Я буквально кожей ощущала исходившие от его большого тела вибрации.

Сделав еще один глоток виски, мужчина поставил пустой стакан на столик. Несмотря на охвативший меня горячий экстаз, я не теряла бдительность. Я внимательно следила за каждым его движением, тщетно пытаясь ухватить любую деталь, которая помогла бы раскрыть его личность. Он не произнес ни слова с той секунды, что я вышла на сцену. Я даже не слышала, чтобы он вздохнул или прочистил горло.

Выставив руку вперед, незнакомец жестом приказал мне повернуться к нему спиной. Все мое тело буквально вспыхнуло фейерверком от такого проявления власти и доминирования. Кровь бурлила в венах раскаленной лавой, посылая волны жара в низ живота. Мой разум кричал о том, что это плохая идея, и я не должна этого делать. Я должна остановиться пока не поздно и пока я могу контролировать хоть что-нибудь. Однако через мгновение я с ужасом осознала, что несмотря на жесткий протест подсознания, мое тело уже приняло решение. Кончики пальцев рук похолодели, а горло сжалось и пересохло, когда я сделала то, что он хотел. Продолжая двигаться, я старалась не выдавать беспокойства, охватившего меня с ног до головы.

За моей спиной послышалось какое-то движение. Как бы мое сердце ни билось о ребра от липкого страха, пронзившего бедный орган, я не могла заставить себя повернуть голову. Мужчина сделал шаг в мою сторону. Затем еще один. И еще. У меня перехватило дыхание. Ноги словно провалились в цемент и приросли к полу. Он стоял в опасной близости прямо у меня за спиной. И я могу поклясться, что ощутила его теплое дыхание на своей коже.

В нос ударил опьяняющий аромат мужского парфюма. Это был тот самый аромат, от которого приятно подкашивались ноги и кружилась голова. Хотелось вдыхать его снова и снова, до отказа наполняя легкие терпкими нотками. Я плохо разбираюсь в мужских запахах, но могу с уверенностью заявить, что это что-то чертовски дорогое, заставляющее женщин оборачиваться и закатывать глаза от блаженства.

Музыка закончилась. Мужчина все еще стоял позади меня и молчал. Я закончила танец и замерла, опустив руки вдоль тела и громко звякнув многочисленными браслетами. Я не знала, что он задумал. Что он будет делать дальше. Его присутствие мрачной дымкой обволакивало меня со всех сторон, и мне казалось, что я начинаю задыхаться.

Мне жизненно необходимо повернуться.

В момент, когда я решила сделать это, незнакомец резким движением схватил меня за затылок, лишая возможности взглянуть на него. Всё мое тело охватила ледяная паника. Горло сжалось, словно в тисках, и я не могла издать ни звука. Сердце билось в опасно быстром ритме, отдавая глухой болью в грудной клетке. Руки лихорадочно тряслись от того, что мужчина все еще держал меня. При желании он мог задушить или сломать мне шею. И я ничего не смогла бы с этим сделать.

Я по уши в дерьме!

Мой воспаленный мозг лихорадочно обрабатывал информацию. Если я закричу, Джузеппе ворвется в зал и в лучшем случае врежет ублюдку в нос и выпроводит за дверь, в худшем – устроит стрельбу. Ни один из вариантов не закончится для незнакомца хорошо.

Если я продолжу хранить молчание, то может случиться все, что угодно, со мной. Но черт возьми, мне нужно взять себя в руки и успокоиться. На экстренный случай у меня есть блестящее оружие – острые каблуки моих стрипов.

Хватка мужчины ослабла. Это был мой шанс. Я могла со всей силы пнуть его по яйцам и убежать. Но почувствовав твердое теплое тело, прижавшееся ко мне, я прикрыла глаза и тихо всхлипнула.

Что ему нужно от меня? Это часть его молчаливой игры? Почему он не произнес ни слова?

Я почувствовала теплое дыхание у своего уха. Мята и виски. А затем раздался голос, от которого мои ноги буквально подкосились, а в животе что-то неприятно похолодело.

Голос, принадлежавший только одному человеку.

– Привет, Антеро.

Глава 11

Нэш

Мое тело полыхало пламенем и буквально умоляло остановиться. Умные часы на запястье предупреждали об опасности того, что мой пульс значительно превышает норму, а сердце и вовсе на грани приступа. Но я продолжал бежать с бешеной скоростью, словно за мной гнались адские гончие.

– Следи за дыханием и постарайся не умереть прямо здесь.

Сделав глубокий вдох, я почувствовал покалывание в грудной клетке. Мои легкие как бы намекали мне, что скоро покинут пределы тела, если я не сделаю перерыв. Однажды я точно подожгу все беговые дорожки в городе и избавлю мир от этого орудия пыток.

Картер, как безжалостный ястреб, наблюдал за моими страданиями. Стоя в нескольких шагах от меня, мой лучший друг с непроницаемым выражением лица поднимал штангу, о весе которой я даже не хотел знать. Я всегда знал, что в глубине души Картер бессердечный садист. Ему доставляло особое удовольствие издеваться надо мной и делать все, чтобы довести мое тело до изнеможения, когда мы оказывались в спортзале. Сегодняшний день не был исключением.

Почувствовав, что я на грани того, чтобы выкашлять легкие на пол, я замедлился. Подняв голову и посмотрев в зеркало, мои глаза расширились от увиденного. Мое отражение выглядело так, словно на него напали разъяренные банши. Никогда не думал, что человеческое лицо может краснеть и потеть так сильно.

– Кажется, я не разрешал тебе падать в обморок, – Картер продолжал поигрывать мышцами и демонстрировать всему спортзалу синоним слову «совершенство». Мы провели здесь почти три часа. За это время я дважды чуть не потерял сознание, а этот ублюдок даже не вспотел.

Я перешел на ходьбу и, сосредоточив все свое недовольство в среднем пальце, показал его другу. В ответ он лишь нагло ухмыльнулся и продолжил свои упражнения. Ублюдок, как я и сказал.

Если бы прямо сейчас сюда ворвались фотографы и модные агенты, Картер попал бы на первую полосу и выиграл номинацию «Самый сексуальный подъем штанги года по версии Vogue». Каждое движение или перестановка ног были спокойны и размерены. На лице ни намека на усталость. Со стороны казалось, будто штанга поднималась только от силы его мысли, и он не прикладывал особых усилий. Могу поспорить, его затылок прямо сейчас горел от количества голодных женских взглядов, исходящих со всех концов спортзала.

– Напомни мне, по какой причине я до сих пор не послал тебя к черту и позволяю тебе истязать меня?

Издав громкий писк, маленький экран моих часов загорелся красным и предупредил о риске оказаться в реанимации от интенсивной кардио-тренировки. Замедлившись, я переставил ноги по краям дорожки и, переведя дыхание, спрыгнул с тренажера. Вытерев полотенцем липкий пот с лица и шеи, я пересел на скамейку. Мышцы ног и задницы кричали в предсмертной агонии, а промокшая насквозь спортивная одежда неприятно прилипала к телу.

– Потому что ты пропустил несколько предыдущих тренировок, пока был в Бостоне. А сейчас выглядишь, как сдувшийся сухофрукт.

Вернув штангу на место, Картер сделал несколько глотков воды, намеренно пролив немного на лицо и грудь. Проведя рукой по чернильно-черным волосам, которые за это время не превратились в нечто, похожее на птичье гнездо, как это произошло со мной, парень снял майку и чуть приспустил резинку шорт. Я уже говорил, что мой друг самый большой самовлюбленный придурок на свете?

Проследив за тем, куда был направлен его взгляд, я заметил двух девушек, которые тренировались в другой части зала. Ну, конечно. Судя по нескрываемому голоду, с которым они пялились в ответ, небольшое шоу моего друга произвело нужный эффект. Картер подмигнул и одарил обоих девушек ослепительной белозубой улыбкой, которая могла бы составить достойную конкуренцию солнечному свету. Уверен, что в конце вечера он обнаружит их номера и мокрые трусики в своих карманах.

Картер прекрасно знает, что хорош собой, поэтому не стесняется этим пользоваться. Куда бы мы ни пришли, все девушки буквально теряют головы и визжат от восторга, когда видят смазливое личико и широкую улыбку с ямочками. С каких пор неправильно сросшиеся мышцы стали объектом сексуального вожделения?

И все же не стоит обманываться его миловидной модельной внешностью и изяществом телодвижений. Картер О’Донохью хоть и всемирно известная модель, но запросто может выбить из вас все дерьмо и заставить молить о пощаде. Я знаю, о чем говорю. Однажды много лет назад чувак вырубил меня прямо посреди парковки старшей школы, да так сильно, что меня до сих пор преследуют фантомные боли в переносице. С тех пор мы лучшие друзья.

– И поэтому ты решил довести меня до сердечного приступа? – выпив воды и проведя полотенцем по волосам, я откинулся на спину и растянулся на скамейке. Все тело болело от напряжения. Ноги тряслись, а горящие мышцы возненавидели меня за жестокое обращение. Я не хотел думать о том, как сильно от меня пахло.

– Ты выживешь, друг мой. Даю тебе пять минут.

Нахмурив брови, я перевел взгляд на Картера. Театрально проведя рукой по волосам и зачесав их назад, Картер вытер несуществующий пот с груди. Сделав небольшой глоток воды, он схватился за перекладины гравитрона и стал подтягиваться. Ткань его спортивных шорт натянулась сильнее, демонстрируя все прелести его задницы. Он нарочно выбрал этот тренажер. Рабочая сторона и все такое.

Всемирно известные модели, с которыми я работаю на протяжении многих лет, тратят огромные суммы денег на пластические операции и сидят на изнуряющих диетах, чтобы добиться идеальных форм и пропорций. Как по мне, в погоне за несуществующим идеалом они сходят с ума и теряют свою индивидуальность, становясь похожими друг на друга.

Но случай Картера можно смело назвать не иначе как генетический джек-пот. Высокий рост, стройное тело со смуглой кожей, острые скулы. Вот что происходит, когда в одном человеке смешивается ирландская и пуэрториканская кровь.

Где-то в другом конце зала раздался чей-то восторженный стон. Запрокинув голову назад, я увидел, как те девушки тихо переговаривались между собой и кивали в сторону Картера. Наверняка, они его узнали. Надеюсь, нам не придется убегать от них через черный ход.

– Мне кажется, или в моей идеальной заднице скоро прожгут дыру? – усмехнулся Картер. Нет, у этого парня совершенно точно не раздутое самомнение. – Но если это означает, что те цыпочки в разноцветных леггинсах подойдут и набросятся на нас, то я буду только рад.

В ответ на это я лишь раздраженно закатил глаза. Что поделать, мой лучший друг пользуется успехом у женщин и любит быть в центре внимания.

Сбросив предыдущие результаты на умных часах и настроив секундомер, я сел на силовой тренажер и, настроив нужный вес, взялся за мягкие перекладины. Медленно поднимая и опуская их, я старался дышать глубже и следить за тихим тиканьем часов, которые отсчитывали секунды в обратном направлении.

Картер продолжал медленно подтягиваться, не касаясь ногами пола и громко выдыхая через нос. При каждом подтягивании его пресс напрягался, от чего и без того идеальные шесть кубиков становились еще заметнее. Несколько раз его глаза поднимались к зеркалу, чтобы рассмотреть тех, кто, по его мнению, любовался его пятой точкой.

– Уверен, они передумают, как только почувствуют исходящий от нас запах, – чувствуя нарастающее напряжение в бицепсах, я опустил перекладины и, спустя несколько секунд, вернулся к тренировке.

– Если и есть кто-то, кто может отпугнуть даже мертвого, то это ты, Нэш. Что я тебе говорил по поводу того, чтобы сделать более жизнерадостное выражение лица?

– Как, по-твоему, я должен радоваться жизни, если вынужден тратить драгоценный выходной на то, чтобы истекать потом и выслушивать, как кто-то сходит с ума по твоей модельной заднице?

Время для первого подхода истекло. Опустив перекладины, я потряс руками, чтобы избавиться от жжения в мышцах. Настроив секундомер и добавив дополнительные тридцать секунд, я приступил ко второму.

– Ты слишком раздраженный. Вчерашний вечер с маленькой танцовщицей прошел не так, как ты планировал? Уверен, она сбежала сразу, как только увидела твою кислую адвокатскую физиономию.

– Она не сбегала от меня, – со всей холодностью в голосе, на которую был способен, пробормотал я.

Хотя Картер был прав. Вчерашний вечер действительно закончился не так, как я ожидал.

– Ты так и не рассказал, как все прошло.

Пока заканчивал второй подход, я рассказал другу о том, что произошло в тот вечер.

Вернувшись из Бостона, я долго не мог поверить в то, что незнакомкой в маске была Терри. Поручив Роуэну найти всю возможную информацию об этой женщине, я решил тщательно обдумать свой гениальный план. В голове не переставали гудеть вопросы. Почему Терри работает в клубе? Как долго она живет в Лос-Анджелесе? Что ее связывает с придурком Чезаре?

На следующий день я знал о Терри все: от личных данных до последнего заказа в интернет-магазине. Она заказала дизайнерские туфли на высоком каблуке и россыпью блесток на ремешках. Не стоит думать, что я спятивший сталкер, который следит за каждым шагом своей жертвы. Просто мой помощник хорошо выполнил свою работу.

Самый важный пункт – она не замужем. И если не считать того бородатого придурка, который был с ней в тот вечер на вечеринке, у нее нет бойфренда. От этих новостей с моего лица всю неделю не сползала глупая ухмылка. Картер рискнул предположить, что я отлично провел время в Бостоне, забавляясь с какой-нибудь девушкой. В какой-то степени он прав – это был один из самых лучших дней за последние несколько лет.

Встреча с Антеро на вечеринке ее отца и тот удушающий гнев, с которым она была готова растерзать меня, подействовали на меня, как прямая инъекция адреналина в кровь. Я уверен, она тоже это почувствовала. Просто не была готова признать, что между нами все еще осталась та связь, которая, как мне казалось, давным-давно оборвалась.

Кажется, я уже упоминал о том, что в тот вечер испытал настолько сильное возбуждение, что был вынужден по возвращении в отель удовлетворять себя под ледяным душем, упиваясь соблазнительными образами женщины в золотистом платье и татуировкой на спине.

– Блондиночка хочет съесть тебя живьем, – раздавшийся слева от меня игривый голос Картера отвлек меня и вернул в реальность. – Отлично, тогда я заберу рыженькую.

– Можешь забрать обоих, – завершив подход, я допил воду и проверил часы. Сегодня мои показатели превзошли все ожидания. Как бы я ни ворчал, но тренировки с Картером действительно шли мне на пользу.

– Боишься, что красотка Терри оторвет твои яйца? – мой лучший друг слез с гравитрона и занял мое место на тренажере. Теперь была моя очередь следить за временем его подходов. – Хотя удивительно, что она не сделала этого сразу, как только поняла, что ты так ловко обвел ее вокруг пальца, заявившись в клуб.

После того, как я узнал о жизни Терри все, что только возможно знать, я решил действовать. Меня ни на секунду не покидала мысль о том, что наша встреча на закрытой вечеринке, а затем на дне рождения не была случайностью. Я не верил в совпадения. Возможно, судьба решила, что пришло время, и в тот день послала Кейдена с приглашением прямо в мой кабинет.

Мне нужно было увидеть ее снова.

Я мог написать ей сообщение или позвонить. Но что бы я сказал? Только выставил бы себя еще большим придурком. Кейден предложил сделать сюрприз и без предупреждения появиться на пороге ее квартиры. В тот вечер мама пригласила нас на семейный ужин. Услышав бредовую идею сына, она ударила его деревянной лопаточкой по голове и сказала, что он идиот. Я не мог с ней не согласиться.

Однако, ни один из этих вариантов не был достаточно надежен. Что-то подсказывало мне, что такое глупое поведение могло разозлить Терри еще сильнее, и она ни за что не захочет видеть меня. Я прекрасно понимал, что с этой женщиной будет непросто. Но кто я такой, чтобы отказываться от вызова.

– Почему бы тебе не встретиться с ней там, где вы увиделись впервые спустя десять лет? – предложила мама.

Как всегда разумнее всех оказалась именно мама. Я знал, что эта женщина придет мне на помощь, и я могу расчитывать на нее. Она одна из немногих, кто знает истинную причину того, что случилось много лет назад. И пусть ее идея имела свои минусы, в тот момент она показалось мне лучшей из всех.

Сразу после ужина я поехал в клуб Чезаре. Это место было своего рода нейтральной территорией, где мы могли встретиться и поговорить. Всю дорогу я думал о том вечере, когда Терри танцевала на сцене. Тогда я не знал, что это была она. Но я бы солгал, если сказал, что не прокручивал в голове каждое движение ее тела и не вспоминал своих ощущений на протяжении нескольких дней. Все время меня не покидало чувство, что в ней есть что-то знакомое, но каждый раз я не мог найти ответ, что именно. Теперь же, когда я узнал правду, паззл сложился в единую картинку. Это не могло не радовать. Я еще долго не мог прийти в себя от переполняющих мое сердце эмоций. Мы не виделись десять лет, и я не знал, чего ожидать от этой встречи.

Оказавшись в кабинете Чезаре, я озвучил ему свое предложение. Один танец. Только Терри и я. Мне было плевать, сколько ее босс мог попросить за это. Я был готов выписать чек на любую сумму. Однако мой план был идеальным только в моей голове. На деле оказалось, что все не так просто. Чейз резко негативно отреагировал на мое предложение, заявив, что Терри не танцует приватные танцы. Никаких исключений.

– Что в тебе такого особенного, раз ты уверен, что моя милая Терó согласится танцевать для тебя? – спросил Чезаре с не сползающей с лица раздражающей улыбкой и сильным итальянским акцентом.

То, как он произнес "моя" заставило меня стиснуть зубы от злости с такой силой, что я мог бы сломать себе челюсть. Все мое буквально сотрясалось от ревности. Она не принадлежала никому, кроме меня. Она всегда была моей. И мне плевать, что прошло почти десять лет. Плевать, что Терри, возможно, давным-давно вычеркнула меня из своей жизни. Да, я тот, кто ушел. Я обещал вернуться, но не сделал этого. Терри не знала, что произошло на самом деле. А я так и не смог ей рассказать. Но это не отменяло того, что было между нами. Можете назвать меня эгоистичным собственническим придурком, но ничто не могло заставить меня считать иначе. Антеро моя.

– Скажем так, нас кое-что связывает. Общее прошлое, если быть точнее, – я не хотел вываливать на Чейза всю историю наших взаимоотношений. Это не его дело.

– Этого недостаточно, мой дорогой друг. Если хочешь получить желаемое, тебе нужно убедить меня, – откинувшись на мягкую спинку и сверкнув зелеными глазами, парень в дурацком пиджаке снова улыбнулся. Конечно же, он не купился на мой слабый аргумент. – В твоих же интересах рассказать мне правду, Нэш. Иначе можешь закрыть дверь с той стороны.

Как бы Лаппаци ни раздражал меня, нужно отдать ему должное – он заботился о своих работниках. И я понимал, что у меня нет другого выхода. Пришлось рассказать ему. Мне хорошо известно, чем еще занимается этот с виду милый и улыбчивый итальянец. Своим напускным обаянием и обворожительными улыбочками он мог запудрить мозги кому угодно. Но только не мне. Лапацци лишь прикидывался придурком. На самом деле про него ходило много слухов. И я был склонен верить им. Поэтому я решил сказать ему правду. И каково было мое удивление, когда Чейз, выслушав мой рассказ, громко засмеялся.

– Поверить не могу, что наконец-то встретил человека, которого Терó так горячо ненавидит на протяжении стольких лет. Теперь я понимаю, почему, – Чейз продолжал смеяться, как сумасшедший, вытирая слезы с уголков глаз. Боже, как Антеро могла работать на такого придурка?

– Мы договорились? – не желая дальше наблюдать за его припадком, спросил я.

Поняв, что я не шучу, и отношусь к предложению серьезно, Чейз пришел в себя и спросил, представляю ли я для нее опасность. Убедившись, что это не так, он согласился. Моё единственное условие – она не должна знать, кто именно будет наблюдать за ней.

– Уверен, она была рада тебя видеть, – усмехнувшись, Картер закончил свой подход и потянулся за бутылкой воды. – Но учитывая твое эффектное появление, не думаю, что ее радость длилась долго.

– Скажем так, мне удалось застать ее врасплох, – слегка изогнув губы в подобие улыбки, я запустил секундомер.

Пока мой модельный друг поднимал вес, я стоял рядом и делал вид, что слежу за временем. Перед глазами проносились те сладкие минуты, когда Терри танцевала передо мной. Для меня. Когда никто, кроме меня, не мог наслаждаться ее потрясающим телом, двигающимся в плавном ритме музыки.

Я помнил свои ощущения, когда увидел ее танец в первый раз. Это было по-настоящему волнительно и горячо. Но ничто не могло сравниться с тем, какая мощная эйфория охватила меня, когда мы были вдвоем в полутьме зала.

Сидя в тени, я наблюдал за тем, как Антеро медленно придвигалась к краю сцены. С самой первой секунды ее появления я не мог успокоить свое бешено колотящееся сердце.

Она была великолепна. Ее струящийся сценический костюм сверкал в ярком свете прожекторов, играя сияющими бликами на коже.

Потрясающе.

Нас разделяло несколько шагов. Все, что ей нужно сделать, – спуститься со сцены и подойти ближе. Интересно, выполнит ли она этот приказ? Я уже попытал удачу, молча попросив ее распустить волосы. Она приняла правила игры и сделала это.

Словно прочитав мои мысли, Антеро медленно спустилась со сцены и двинулась в сторону неоновой линии на полу, которую мне строго запрещалось пересекать. По всему моему телу пробежала нервная дрожь, а сердце забилось так сильно, что, казалось, его непрекращающийся стук заглушал играющую музыку.

Незаметно поправив очки, я продолжил наблюдать за прекрасной женщиной напротив. Антеро двигалась уверенно и дерзко, покачивая изящными бедрами и звеня множеством браслетов на руках. Я не видел ее лица из-за маски, но мне это и не нужно. Я отчетливо видел ее темные глаза, густо накрашенные в восточном стиле. Она – грациозная, сексуальная богиня, заманивающая и гипнотизирующая одним лишь взглядом. Если бы мне не нужно было держать себя в руках, чтобы не раскрыть свою личность раньше времени, я бы без раздумий упал перед ней на колени.

Мне нужно, чтобы она подошла ближе.

Не дав себе времени передумать, я молча поманил Антеро к себе. Все мышцы в моем теле напряглись, когда она подчинилась. Перед моими глазами проносились упоительные образы того, как еще эта женщина могла позволить мне доминировать над ней.

Наслаждаясь видом танцующей богини, я допил виски и, рискнув, приказал ей повернуться ко мне спиной. Уверен, она не ожидала этого. Но я знал, что ее любопытство окажется сильнее, и Антеро сделает то, что я хочу.

Не прерывая танца, она повернулась лицом к сцене. На секунду мне показалось, что она вздрогнула. Она боялась? Или я понял реакцию ее тела неправильно, и это лишь скрытое удовольствие от осознания того, что она оказалась в необычной ситуации?

Это идеальный момент для того, чтобы заявить о себе. Могу поспорить на что угодно, что она сгорает от любопытства узнать, кто этот таинственный мужчина у нее за спиной.

Встав с дивана и подойдя ближе, я почувствовал божественный запах, исходящий от ее тела, и чуть не рухнул посреди темной комнаты. Сладкий аромат вишни и жасмина на мгновение перенес меня на десять лет назад. В тот день Антеро точно так же стояла передо мной, дрожащая и нуждающаяся.

Ее тело не двигалось. Она как будто не дышала. Но я буквально кожей ощущал нарастающее между нашими телами тягучее напряжение. Она хотела посмотреть на меня. Но я не дал ей этого сделать. Мои руки инстинктивно потянулись вверх, схватив за шею и прижав ее тело к себе еще ближе.

– Привет, Антеро.

Она точно узнала мой голос. Колючие мурашки, мгновенно покрывшие ее тело, были для меня очевидным доказательством. Ее едва прикрытая грудь поднималась и опускалась в тщетных попытках перевести сбившееся дыхание, а руки тряслись от страха.

– Ш-ш-ш, не бойся, детка, – слегка коснувшись губами ее шелковистых волос, я не смог сдержать тихий стон удовольствия, вырвавшийся из моего горла. Стараясь не совершать резких движений, я медленно ослабил хватку. Мне известно, что в зале есть камеры, а за дверью стоит охранник, поэтому я оставался за линией и стоял неподвижно, возвышаясь над Антеро. Ее каблуки достаточно высокие, чтобы доставать мне до подбородка, но она все равно оставалась миниатюрной рядом со мной.

– Что ты здесь делаешь? – как бы она ни пыталась скрыть свой страх, дрожь в голосе выдавала ее волнение.

– Могу задать тебе тот же вопрос, – я не мог сдержать легкой ухмылки, которую при желании она могла выцарапать с моего лица.

– Ты преследуешь меня?

От меня не ушло то, как тряслись ее руки. Она нервничала. Сейчас это была не та разъяренная фурия, которую я встретил две недели назад. И как бы она ни старалась, у нее плохо получалось скрыть это. Наблюдая за этим, я получал неимоверное удовольствие. Мне хотелось позлить ее еще немного.

– И в мыслях не было, – легким прикосновением я провел пальцами по ее руке. От ощущения шелковистой теплой кожи под кончиками пальцев, мои руки задрожали, а вся кровь мгновенно устремилась вниз к члену.

– Не прикасайся ко мне. Иначе я ударю тебя каблуком по яйцам.

– Еще скажи, что громко закричишь о помощи, если я не перестану. Да брось. На вечеринке ты была посмелее.

Мне нравилось то, что происходило прямо сейчас. Я чувствовал искрящие заряды электричества, исходящие от наших тел. Одно неверное движение – и от клуба Чейза останутся обугленные руины. На место нервозности тело Терри наполняла раскаленная добела ярость.

– Испытай меня.

Антеро подняла ногу, чтобы нанести смертельный удар, но я вовремя отошел от нее на безопасное расстояние, подняв руки в примирительном жесте.

Терри резко развернулась ко мне лицом. В глазах этой маленькой блестящей женщины плескались неприкрытая злость и жажда убийства. Если бы я приблизился хоть на миллиметр, она бы не раздумывая выполнила свою угрозу. Черт, как же я скучал по ней.

– Я повторю свой гребанный вопрос. Ты следишь за мной?

– Я всего лишь оказался в нужное время в нужном месте.

Антеро громко выдохнула в ответ. Скрутив длинные волосы в тугой жгут, она направилась в сторону сцены. Взяв в руки брошенную во время танца палочку, она заколола волосы и снова посмотрела на меня. Я хотел подойти к ней. Обнять ее. Сделать, что угодно, лишь бы она не уходила прямо сейчас.

– В любом случае, это неважно. Я уже сказала, что не хочу тебя видеть. И ты прямо сейчас исчезнешь из моей жизни, как сделал это тогда.

С этими словами она ушла за сцену и растворилась в темноте.

Глава 12

Терри

– Кажется, меня сейчас стошнит.

Элли висела вниз головой, широко разведя ноги и держась за шест двумя руками. Ее длинные светлые волосы были распущены и спадали на лицо, а тело выгибалось как можно сильнее и раскручивалось под медленную музыку.

– Закрой глаза и мысленно сфокусируйся на одной точке.

Положив ногу на балетный станок, я растягивала мышцы и наблюдала за тем, как моя лучшая подруга крутилась на пилоне с такой силой, что рисковала оставить весь съеденный утром завтрак на полу.

На моем лице сама собой расплывалась улыбка. Элли не переставала меня удивлять. Несмотря на травму и тот факт, что ей все еще трудно ходить, она была полна решимости вернуться к тренировкам и восстановить свое тело.

Сделав последний оборот, Элли перевернулась и медленно опустилась на пол. Ее лицо и шея раскраснелись от того, что она слишком долго висела вниз головой. Вытерев выступивший на лбу пот и тяжело вздохнув, она медленно растянула ноги в поперечном шпагате и опустилась всем корпусом на пол. Для многих такое положение тела являлось мучительно болезненным, а Элли могла провести в таком состоянии весь день. Я уже говорила, что у моей подруги чертовски хорошая растяжка?

– Эти танцевальные носки – самая отвратительная вещь, которую я когда-либо носила, – уткнувшись лицом в прохладный пол и вытянув руки вперед, проворчала Элли. Пошевелив пальцами ног и вытянув их как можно сильнее, моя лучшая подруга зашипела от болезненных ощущений в области лодыжки.

– Ты ведь знаешь, что пока не можешь надеть стрипы. Твоя нога не восстановилась достаточно для этого, – переместив ногу на более высокую перекладину, я выпрямила спину, откинувшись корпусом назад и сделав плавное движение рукой. По всему телу разливалось приятное тепло, мышцы растягивались еще сильнее. После нескольких часов интенсивных тренировок это было необходимостью. Иначе я рисковала не встать с дивана на следующий день.

Сегодняшний день я решила посвятить балетной тренировке. Может прозвучать странно от женщины, которая танцует пол-дэнс, но я всегда любила балет. Когда я была ещё ребенком, то могла часами проводить в гостиной, наблюдая за выступлениями балерин по телевизору и пытаясь повторить то, что делали они.

Даже не могу сосчитать, сколько раз я пересматривала Лебединой озеро. Каждый раз я представляла себя примой, надевая длинную юбку ярко-фиолетового цвета, бывшую когда-то костюмом маленькой ведьмы, а затем превратившуюся в импровизированную балетную пачку. Мой образ обязательно дополняла красивая корона принцессы, которую родители подарили мне на Рождество.

Мне нравилось кружиться по комнате, махая руками и ногами, и представлять себя маленьким лебедем. Юбка-пачка широко развевалась вокруг меня, а ноги в белых колготках скользили по деревянному полу. Это и было искреннее детское счастье. Со стороны все движения, конечно же, выглядели ужасно нелепо и смешно, но я была шестилетней девочкой в костюме ведьмы и с растрепанным пучком на голове, которая считала, что достигла идеала.

Однажды мама заметила мои усилия и привела меня в балетную студию. К сожалению, я не подходила по возрасту и по весу. Тогда меня сильно расстроили слова старой, ворчливой преподавательницы с настолько худым лицом и тонкими губами, что я была уверена, что она то уж точно ест маленьких детей на завтрак, как в той сказке. А еще у нее была отвратительная серая юбка и нелепые туфли.

По дороге домой я долго плакала и не понимала, что со мной не так, почему я не могу быть красивым белым лебедем и танцевать с остальными девочками. Мама все время успокаивала меня и говорила, что в мире есть бесконечное множество других танцев, которые мне обязательно понравятся, и я смогу выбрать что-то еще, кроме балета.

В тот день мы сидели в гостиной среди кучи мягких подушек, пили горячий шоколад и смотрели выступления танцоров со всего мира.

Мне не суждено было стать балериной, но это не отменяло того факта, что я могла заниматься этим, как любитель.

– И это полный отстой, – Элли подняла голову и посмотрела в зеркало, окинув оценивающим взглядом свою фигуру. Ее глаза расширились от ужаса, а рот приоткрылся в немом крике. – Мне кажется, или мой зад обвис? О боже, это ушки на бедрах?

– У тебя отличный зад, Элс. И твои бедра выглядят великолепно, – видя, как на лице лучшей подруги отображались все оттенки эмоций, я не смогла сдержать смех. Я могла бесконечно наблюдать за тем, как Элли нервно водила руками по своим бедрам и заднице, пытаясь найти несуществующий изъян и что-то недовольно бормоча себе под нос.

Опустив ногу со станка и развернув стопы в первой позиции, я повернула голову и направила взгляд на мою задницу. Делая неглубокие плие, я следила за тем, как мои черные леггинсы натягивались на ягодицах каждый раз, когда я опускалась вниз. Возможно, беспокойство Элли немного передалось и мне.

– Это зеркало нужно заменить как можно скорее. Оно подчеркивает все мои недостатки, – Элли поерзала ягодицами, чтобы оценить их состояние со всех ракурсов. Очевидно, ей не понравилось то, что она увидела. Недовольно цокнув языком и закатив глаза, она снова опустила голову в пол. – Я так и знала, что трехнедельный марафон кулинарных талантов моего мужа не пойдет мне на пользу. Еще немного, и мои шорты треснут по швам.

Я лишь усмехнулась в ответ. Элли тщательным образом следит за фигурой и тем, что она ест. Эта женщина может впасть в панику, если количество калорий в ее теле превышает допустимую норму. Однако её муж Дерек имел на этот счет другое мнение. Его забота проявлялась в том, чтобы накормить досыта тех, кого он любит. И как бы Элли ни сопротивлялась, она не могла долго злиться на него.

Закончив с плие, я закинула другую ногу на станок. Вытянув руки вверх, я сделала глубокий вдох, и на выдохе опустила корпус, прижавшись грудью к бедру. Обхватив руками пальцы ног и сцепив пальцы в замок, чтобы не соскользнуть с гладкой деревянной перекладины, я громко выдохнула и уткнулась лбом в мягкую накладку на колене. По позвоночнику пробежала покалывающая волна мурашек, а мышцы задницы растянулись еще сильнее, отдаваясь приятным жжением вниз по ногам. Если Элли могла часами лежать в шпагате и при этом даже не вспотеть, то я могла стоять в таком положении сколько угодно, наслаждаясь теплом от растяжки, разливающимся по костям. Главное правило – не уснуть.

Мой телефон завибрировал на полу. Оторвав голову от колена и опустив глаза вниз, я увидела сообщение от Чейза. Закатив глаза от раздражения, я вернулась в исходное положение и попыталась отвлечь себя расслабляющей музыкой.

Что ему нужно от меня? Кажется, я ясно дала понять, что не хочу разговаривать с ним после того, что произошло несколько дней назад. При воспоминании о том вечере, внутри меня что-то обрывалось и неприятно саднило в области грудной клетки.

После того, как я в панике выбежала из зала, я сразу же направилась в кабинет Чезаре, чтобы выплюнуть ему в лицо все, что вызывало во мне жгучий гнев. Как он мог так поступить со мной?

Я не хотела слушать его оправдания по поводу того, что он натворил. Достаточно того, что он заключил с Нэшем какую-то гребанную сделку у меня за спиной. От этой мысли мне становилось не по себе. А еще я была чертовски зла. Я хотела только одного – впечатать свой зудящий кулак в его смазливое итальянское лицо. У меня не было времени на то, чтобы осознать то, что только что произошло в том зале. Все мое тело вибрировало и дрожало, а глаза застилала пелена обжигающей ярости.

Ворвавшись в помещение и со всей силы хлопнув дверью, я начала изливать на Чейза всю свою злость. Ублюдок смотрел на меня широко раскрытыми глазами и делал вид, что не понимает, о чем я говорю. И если бы не Джузеппе, появившийся в кабинете в нужное время, я бы точно сняла свои стрипы и воткнула своему придурку-боссу прямо в глаз.

Вернувшись домой и выпив несколько бокалов вина, чтобы успокоиться и собраться с мыслями, я направилась в ванную, где почти два часа смотрела на себя в зеркало. Я не знала, зачем делала это. Но только так я могла прийти в себя и подумать над тем, что произошло. Мне было жизненно необходимо заглушить бурлящий в голове поток мыслей. Бешено колотящееся сердце потихоньку замедляло свой ритм, а дыхание выравнивалось. Выпитое ранее вино давало о себе знать и приятным теплом разливалось по всему телу, расслабляя напряженные мышцы.

Я танцевала для Нэша Дэвентера.

Именно он был тем таинственным незнакомцем, скрывавшимся в тени все это время. С самого начала что-то подсказывало мне, что это чертовски плохая идея. Но я сделала все возможное, чтобы затолкать голос разума куда подальше, и вышла на эту гребанную сцену.

Я понятия не имела, кто сидит напротив меня, и что он задумал. Всему виной мое разгоревшееся любопытство, подтолкнувшее меня принять его игру и подчиняться маленьким безобидным приказам. Это чертовски возбуждало, и я не могла остановиться.

Мое сердце бешено колотилось в груди, на лбу выступали холодные капельки пота, а руки нервно тряслись. По шее пробегали мурашки каждый раз, когда я вспоминала сильные руки Нэша на моем теле. Я была на грани того, чтобы потерять сознание, когда он резко схватил меня за волосы, прижав к своему твердому, горячему телу. Даже через плотную ткань его свитера я ощущала исходивший от мужчины огонь. Стоя в ванной комнате, в тишине и безопасности стен моей маленькой квартиры, мне все еще казалось, что я до сих пор ощущаю призрачные касания кончиков его пальцев на разгоряченной коже.

Привет, Антеро.

В моей голове раздавались тревожные звоночки, когда я вспомнила, как два коротких слова прозвучали у меня за спиной. От низкого, глубокого тембра его голоса я почувствовала слабость в коленях и чуть не рухнула прямо у его ног. Все мое тело обдало жаркой волной, когда, обернувшись, я увидела этого сексуального ублюдка во всей красе.

Нэш стоял передо мной, одетый во все черное, и выглядел как самый настоящий дьявол-искуситель. Черный свитер с высоким горлом и такого же цвета классические брюки облегали его совершенное тело, словно вторая кожа, подчеркивая мускулы и подтянутый торс, от чего Нэш выглядел чертовски великолепно. Закатанные рукава оголяли крепкие предплечья, украшенные чернилами татуировок и переплетениями вен. Я с ужасом осознала, что мой рот наполнялся слюной, а внизу живота взрывались шаровые молнии, когда мой разум заполонили образы этих самых рук, творящих с моим телом самые невероятные вещи. Его слегка взъерошенные волосы красивым беспорядком спадали на лицо. Мои пальцы предательски покалывало от желания провести по шелковистым темным прядям пальцами, чтобы хоть на мгновение снова ощутить их мягкость. Сердце сжалось от нахлынувших воспоминаний, пронзив грудь раскаленной иглой боли. Спрятанные за прозрачными стеклами очков, льдисто-голубые глаза горели неистовым огнем, выжигая метки на моем едва прикрытом теле. Такой взгляд мог поставить на колени любую женщину. И я бы солгала, если сказала, что не была одной из них. Если бы Нэш продолжил приказывать мне своим хриплым голосом, я бы не смогла найти в себе сил ослушаться. Осознание этого одновременно приводило меня в ужас и застилало глаза красной пеленой.

Я не могла пошевелиться или выдавить из себя хоть слово. Весь мир сузился только до одного мужчины передо мной. Нас разделяла только неоновая линия на полу. Но Нэш стоял неподвижно, нагло ухмыляясь в ответ, от чего в уголках его глаз образовывались маленькие морщинки. Этот мужчина был невозможно красив и горяч.

Боже, я так люблю его улыбку.

Но через мгновение на меня обрушилась реальность происходящего. В голове сам собой сложился паззл, заставивший меня отшатнуться от Нэша и нервно прикрываться руками. Я не могла поверить в то, что он был тем мужчиной, перед которым я изгибалась всевозможными способами и выставляла свое тело напоказ. Не то, чтобы Нэш не видел меня обнаженной до этого, но в данной ситуации это не имело значения.

Собрав последние остатки самоконтроля, я натянула на лицо маску отвращения и направила на Нэша самый убийственный взгляд из всех имеющихся в моем арсенале. Я не могла позволить этому мужчине забраться в мою голову. Нужно было сохранять ясность мыслей и сделать вид, что его присутствие отравляет воздух в радиусе нескольких миль.

По дороге домой я пыталась осмыслить то, что случилось. Но мой воспаленный мозг отказывался включаться и обрабатывать информацию. Вместо него работало мое израненное десятилетней разлукой сердце. Несмотря на всю боль, которую Нэш причинил мне, оно билось для него с неимоверной силой и тянулось к нему. На глазах выступали крупные слезы, а горло сдавливало, словно что-то душило меня изнутри.

Я так скучала по нему.

Я не могла перестать думать о нем и выкинуть его соблазнительный образ из головы. Нэш очаровал меня. Снова. Он всегда имел надо мной какое-то необъяснимое влияние. Одного взгляда его ледяных глаз было достаточно, чтобы заставить меня делать все, что он захочет. Черт возьми, я подчинялась ему без всяких сомнений несколько часов назад, и кто знает, чем еще это могло закончиться. Как я могла быть такой гребанной идиоткой?

Твою мать!

От этих мыслей я визжала во все горло и била руками по рулю с такой силой, что рисковала получить перелом нескольких костей. Если я была уверена, что после стольких лет, это прошло, что он больше не может управлять мной, то меня ждал неприятный сюрприз. Осознание того, что мое сердце встрепенулось и грохотало в груди из-за этого предателя, привело меня в праведную ярость.

Этого, блять, не может быть!

Душа разрывалась между вспыхнувшими перед глазами воспоминаниями и образами того, как мы были вместе и любили друг друга, и тем, как Нэш исчез из моей жизни в один миг. Слезы душили меня, тело сотрясали громкие рыдания. И все же, несмотря на всю причиненную боль и годы разлуки, Нэш не покидал мои мысли.

Я сказала, что не хочу его видеть. И я имела в виду каждое слово. Но это не помешало мне послать все к чертям в тот же вечер и начать собственное расследование. Можете назвать это слабостью и отсутствием всякой гордости, но мне плевать. Нэш вернулся так же неожиданно, как и исчез. И я решила выяснить причину, даже если это было последним, что я сделаю.

Сначала я хотела позвонить отцу, чтобы узнать как можно больше информации, но в какой-то момент отказалась от этой идеи. Папа не знал о многих вещах, которые связывали меня и Нэша, и я не хотела сбрасывать на него эту бомбу. Я знала, что отец все эти годы поддерживал с ним связь. Возможно, они могли работать вместе. Но после того, как спустя несколько месяцев ожидания, на меня обрушилось осознание того, что Нэш исчез навсегда и больше не вернется, я приняла окончательное решение, что не буду просить отца помочь найти его. Нэш сделал свой выбор в тот день, когда за ним закрылась входная дверь моего дома.

Да, я все еще ненавидела этого ублюдка за то, что он причинил мне боль. Но я ничего не могла поделать с теми противоречивыми чувствами, которые Нэш пробудил во мне за последние несколько недель. Это выводило меня из себя и одновременно заставляло бабочек в моем животе танцевать ритуальные танцы. Сначала я думала, что это произошло в тот момент, когда он схватил меня за волосы в темном зале клуба. Но в действительности это случилось намного раньше. Отправной точкой послужило появление Нэша на вечеринке отца и все, что случилось после.

Именно по этой причине я провела следующие несколько дней за компьютером в попытках найти все, что сможет мне помочь понять, кем является Нэш Дэвентер десять лет спустя. Я не делала ничего плохого и не считала себя сталкером. Уверена, Нэш делал то же самое, иначе он не стал бы преследовать меня в клубе. Я должна была выяснить об этом мужчине все и заполнить пробел в десять лет всем, что смогу найти.

Результат меня приятно удивил.

Оказалось, что Нэш Дэвентер – местная знаменитость. Его юридическая фирма имела оглушительный успех, и многие известные личности предпочитали работать именно с ним. Социальные сети были завалены его фотографиями со всех возможных ракурсов: Нэш в окружении популярных поп-исполнителей, телеведущих, оскароносных режиссеров и моделей со всего мира. Кто-то даже опубликовал несколько фотографий Нэша с губернатором Калифорнии, черт возьми. Я также нашла изображения Нэша с Картером и Кейденом. Эти двое парней тоже добились успеха, и он них знал весь чертов мир. Лицо Картера было визитной карточкой нескольких модным домов. Кейден основал собственный бренд, а его коллекции одежды имели огромную популярность.

Имя Нэша Дэвентера, адвоката номер один, блестящего и безжлостного юриста, гремело в статьях крупных газет и журналов. Про его автопарк дорогих машин, казалось, говорил весь Лос-Анджелес. Особенно весело было читать комментарии «о горячем адвокате, который может все». Его лицо мелькало на модных вечеринках, благотворительных ужинах, спортивных мероприятиях, и везде, где тусовались знаменитости. Нэш сиял среди них и выглядел великолепно.

Смотря на все это, я не могла перестать улыбаться. И пусть я все еще ненавидела его, но в глубине души я искренне радовалась за него. Нэш осуществил свою мечту и стал тем, кем всегда хотел быть.

Мой телефон продолжал противно вибрировать на полу. Чейз звонил несколько раз, но я была полна решимости игнорировать его до конца жизни. Этот ублюдок разрушил мое доверие, когда дал Нэшу свое согласие и не рассказал мне.

После того, как весь клуб стал невольным свидетелем нашей грандиозной ссоры, я разгневанная поехала домой. В течение нескольких дней Чейз пытался связаться со мной. Его сообщения и звонки остались без ответа. Я не хотела видеть и его тоже.

Дотянувшись до телефона, я полностью отключила устройство и вернулась к тренировке. Закрыв глаза и подняв ногу еще выше, я позволила тихой, успокаивающей мелодии отвлечь меня. Голова была легкой и пустой. Все тяжелые мысли, преследовавшие меня в течение нескольких дней, медленно покидали пределы черепной коробки. Я думала лишь о долгожданных выходных, когда смогу провести целый день перед телевизором с вином и едой на вынос.

– Простите, кажется, я не вовремя, – за моей спиной раздался тихий женский голос.

Резко выпрямившись и повернув голову, я увидела молодую девушку, стоявшую в дверях студии. Сначала я подумала, что она была одной из наших учениц, но приглядевшись, поняла, что никогда не видела ее раньше. Девушка стояла у входа в зал, нервно сжимая в руках ремешки своего маленького рюкзака и переминаясь с ноги на ногу. Ее большие голубые глаза лихорадочно бегали по всему помещению, как будто она сканировала пространство на потенциальные источники опасности. Со стороны казалось, что она не хотела здесь находиться.

– Я могу чем-то помочь? – улыбнувшись, спросила я и медленно поплелась в сторону дверей.

– Если честно, я… я не знаю, зачем пришла сюда, – сжав ремешок рюкзака еще сильнее, девушка замотала головой. Ее собранные в высокий хвост светлые волосы развевались во все стороны. Она явно нервничала и вела себя странно. – Мне, наверное, стоит уйти. Простите, что помешала.

– Все в порядке, дорогая. Не стоит извиняться, – улыбнувшись еще раз, бодрым тоном сказала я. Мне хотелось успокоить бедную девушку и как-то помочь. Очевидно, она чувствовала себя неуверенно и пыталась каким-то образом справиться с этим. Мне был знаком этот взгляд. Многие девушки, переступавшие порог моей студии, чувствовали себя похожим образом. Им казалось, что они недостаточно хороши для того, чтобы танцевать и развивать свой потенциал. И я здесь для того, чтобы доказать обратное. – Для начала, как тебя зовут?

– Фиби, – милая блондинка слегка улыбнулась, от чего на ее щеках проступил розовый румянец. Но ее голос все еще был тихим и неуверенным.

– Приятно познакомиться, Фиби. Я Терри. Ты хочешь научиться танцевать?

– Я не уверена, что смогу. На самом деле, я просто проходила мимо и решила зайти. Но теперь думаю, что зря это сделала, и вряд ли справлюсь, – на одном дыхании пробормотала Фиби. Ее взгляд скользнул к глянцевому пилону в центре зала, возле которого растянулась Элли. Та, подняв голову, махнула ей рукой и, широко улыбнувшись, представилась.

– Брось, дорогая. Ты пришла сюда, а это уже большой успех, – я продолжала улыбаться и говорить как можно веселее, чтобы поддержать напуганную девушку. Она явно чувствовала себя некомфортно. Она была такой милой, уголки ее пухлых губ слегка растянулись в улыбке, а большие голубые глаза блеснули после моих слов. – Занятия для новичков начинаются на следующей неделе. Ты можешь прийти и посмотреть. Это поможет тебе принять решение.

– Думаю, это было бы здорово, – согласилась Фиби, кивнув в знак одобрения.

– На стойке администратора есть вся необходимая информация. Там же ты найдешь расписание всех занятий.

– Я провожу тебя, милашка, – Элли поднялась на ноги и, заскользив по гладкому полу, приблизилась к двери. Взяв Фиби за руку, она повела ее в нужном направлении, по пути болтая о пользе танцев, раскрытии себя и высокой самооценке. Из нас двоих именно Элли умеет расположить к себе клиентов, говоря им то, что они хотят услышать.

После того, как Фиби ушла, я завершила тренировку и направилась в кабинет, чтобы немного отдохнуть. Мой взгляд устремился в сторону открытого окна. На Лос-Анджелес медленно опускались сумерки. Вдалеке слышались гудки автомобилей. Город загорался тысячами огней. Откинувшись на спинку кресла, я включила телефон. Несколько пропущенных звонков и сообщений от Чейза. В некоторых он извинялся, в других говорил, что я веду себя чертовски глупо, игнорируя его, а дальше следовали угрозы увольнения. Но я знала, что Чейз не сделает этого. В конце концов, я была нужна ему.

Просмотрев все сообщения, я лишь ухмыльнулась и, кинув мобильник на стол, повернулась на своем кресле лицом к окну, закрыв глаза. Бесконечный шум города медленно обволакивал и расслаблял меня. Прохладный ветерок обдувал лицо, принося с собой слабый запах океана. Прекрасное завершение дня.

– Мисс Спарклинг?

Услышав за спиной чей-то незнакомый мужской голос, я от страха подскочила на своем кресле и уставилась на вошедшего. Черт, и почему эти курьеры всегда так незаметно подкрадываются?

– Да?

– Вам доставка. Подпишите здесь, пожалуйста.

Сделав все необходимое, я вернула ему планшет. Курьер вышел из кабинета, а через несколько секунд вернулся, неся в руках огромный букет розовых тюльпанов. Приятный цветочный запах в мгновение распространился по всему помещению, и я не могла удержаться от того, чтобы зарыться носом в красивые бутоны и вдохнуть их аромат. К букету прилагалась маленькая карточка.

«Я облажался. И хочу исправить то, что сделал. Нэш»

Мое сердце забилось с двойной силой от прочитанных коротких слов. Громкий звук оповещения на телефоне заставил меня подпрыгнуть на месте, чуть не выронив красивый букет из рук. На экране высветился незнакомый номер, но по какой-то непонятной причине я догадывалась о том, кто его обладатель.

Неизвестный номер: Наши предыдущие встречи прошли не самым удачным образом, Антеро. Предлагаю не допускать таких же ошибок в будущем.

От того, как Нэш использовал мое полное имя, внутри меня каждый раз что-то переворачивалось. Сердце колотилось о ребра, а кровь закипала в венах. Не дав себе времени подумать, я набрала ответ.

Терри: Снова будешь преследовать меня?

Ответ пришел незамедлительно.

Неизвестный номер: После того, что случилось в клубе, не думаю, что это хорошая идея.

Пока я размышляла над ответом, Нэш прислал еще одно сообщение.

Неизвестный номер: Я имел в виду то, что сказал, Антеро. Дай мне шанс все исправить.

Мои щеки залило горячим румянцем, а сердце пропустило удар. Я не могла поверить в то, что это в действительности происходит. Слова Нэша заставили еще одну толпу бабочек затрепетать у меня животе веселым и радостным вихрем. Он хочет все исправить, а значит, у него до сих пор есть ко мне чувства.

Но я не могла позволить ему причинить мне боль снова. Я не смогла бы пережить еще одно предательство. Поэтому и только поэтому я решила принять его предложение. Спустя десять лет у меня наконец-то появилась возможность узнать правду о том, что заставило его уйти. И было бы глупо упускать ее.

Я быстро набрала текст сообщения.

Терри: Пришло время все рассказать, Нэш.

Через секунду от него пришел ответ.

Неизвестный номер: Ты чертовски права, детка.

Глава 13

Нэш

Десять лет назад

Громкий звонок телефона заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Который час? Сняв очки и потерев уставшие глаза, я отложил документы, над которыми работал, в сторону, и откинулся на спинку кресла. Взгляд поднялся на висящие напротив настенные часы. Четыре часа утра. Боже, я опять просидел над делом всю ночь. Мои спина и задеревеневшая задница будут мне не очень благодарны за это.

В окна потихоньку пробивался серый утренний свет, а тишину в комнате нарушал противно вибрирующий на столе мобильник. Да кому не спится в такую рань?

Если это пьяный в стельку Кейден, уже несколько дней переживающий оглушительный успех своей новой коллекции в самых лучших клубах Бостона, я придушу этого эпатажного придурка его же зеленым меховым шарфом, а затем выкину из окна.

Если это Картер, который со всем присущим ему драматизмом звонит сообщить мне, что его очередная подружка выгнала его из дома, и ему негде ночевать, то он тоже будет послан куда подальше. Я уже несколько раз пускал его к себе. Лимит моей доброты исчерпан.

Телефон продолжал трещать, поднимая уровень моего раздражения до невероятных высот. Ненавижу, когда меня отвлекают от работы. И что с того, что сейчас божья рань, и все порядочные люди мирно спят? Через несколько дней мне предстоит принять участие в важнейшем деле, к которому я должен быть готов как никогда. Я не могу подвести своего наставника. От того, как я справлюсь с этой задачей, будет зависеть моя будущая карьера в юриспруденции. Именно по этой причине приходится жертвовать таким драгоценным ресурсом, как сон, чтобы разобраться в документах, которые прислал мистер Спарклинг.

Мой телефон продолжал надрывно звонить. Человек на другом конце провода не оставлял попыток дозвониться и продолжал добиваться своего. Я не хотел брать трубку. У меня даже не возникало желания смотреть на экран, чтобы узнать имя звонившего. Если это снова она, то, богом клянусь, разговор закончится, даже не начавшись. Несколько дней назад я ясно дал понять этой женщине, что не хочу иметь с ней ничего общего. Этот поезд ушел много лет назад, и я не намерен выслушивать ее дерьмовые оправдания. Ей стоило хорошенько подумать, прежде чем собрать свои вещи и уйти, оставив собственного сына на произвол судьбы.

Не смотря на экран, я провел пальцем по сенсору и сбросил надоедливый звонок. Мне плевать. У меня есть более важные дела. Но несмотря на все попытки вернуться к работе, я не мог сфокусироваться. Слова и таблицы расплывались перед глазами, а в голове творилось черт знает что.

Вот дерьмо!

Почему моя мать, моя биологическая мать, не может оставить меня в покое? Я прекрасно справлялся без нее все эти годы. Я больше не позволю причинить мне такую сильную боль.

Телефон зазвонил снова.

Твою мать!

Первая мысль – притвориться, что меня нет и продолжать игнорировать звонок. Что-то глубоко внутри меня подсказывало, что если я возьму трубку, то ничего хорошего не услышу.

Вторая мысль – взять трубку и послать эту надоедливую женщину куда подальше и заблокировать номер раз и навсегда. Возможно, в первый раз мои аргументы оказались неубедительными, и теперь мне следует проявить изобретательность. Она однажды испортила мне жизнь. И я не позволю ей сделать это снова.

Решив покончить с этим дерьмом, я схватит мобильник и нажал ответить.

– Кажется, я неясно выразился в первый наш разговор. Поэтому повторюсь. Не. Смей. Звонить. Мне! Иначе ты не захочешь увидеть последствия.

– Нэш? – на том конце провода раздался чей-то удивленный, встревоженный голос.

Отняв телефон от уха, я посмотрел на экран. О, черт!

– Терри? – все мое тело тут же напряглось, а горло сжалось от волнения. Почему она звонила мне в такой час?

– Я в полицейском участке. Забери меня отсюда.

В трубке послышались короткие гудки.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что только что произошло. Тряхнув головой, я снова перевел взгляд на экран. Увидев дату, я чуть не подавился собственным удивленным вздохом. Я настолько погряз в работе и тревожности, что даже не мог вспомнить, как прошли эти несколько дней. Я был словно в тумане. Мысли путались, а голова раскалывалась от недостатка сна, бесконечной работы и потраченных нервных клеток из-за звонка от человека из прошлого. Хуже всего было осознание того, что из-за всего безумия, которое разом свалилось на меня за эти дни, я совершенно забыл о Терри. А точнее о том, что я пропустил ее день рождения.

А теперь она звонила мне из полицейского участка и просила забрать ее оттуда. Что произошло? Мое удивление сменилось замешательством, когда я вспомнил, что она сказала. Что она сделала, чтобы оказаться там? Но у меня не было времени думать об этом. Схватив телефон, ключи и бумажник, я выбежал из квартиры. Уже сидя в машине, я получил нужный адрес и сразу же направился туда.

Несмотря на ранее утро, Бостон не спал. Я любил это время суток. Наблюдать за тем, как небо потихоньку бледнеет, а темнота растворяется от восходящего солнца. Всегда любил смотреть на то, как солнечные лучи медленно выползают из-за горизонта. Это красиво и успокаивает, как сказал бы Кейден.

Но вместо того, чтобы созерцать прекрасное или хотя бы поспать пару часов, я был вынужден ехать в гребанный полицейский участок, чтобы разбираться с устроенным Терри дерьмом. В голове крутились всевозможные мысли о том, что случилось и почему она загремела за решетку. Что-то мне подсказывало, что отчасти в этом есть и моя вина.

Остановившись на парковке, я вышел из машины и медленным шагом направился в сторону участка. На телефоне уже больше двадцати пропущенных звонков. Но несмотря на то, что я ощущал вину за то, что забыл о важной дате, мои губы сами по себе растягивались в злорадной ухмылке. Перед глазами пронеслись мысленные образы того, с какой злостью набирались эти звонки и сколько страшных проклятий было брошено в мой адрес. Я заставил красотку понервничать. Прекрасно. О, как же я хотел увидеть ее разъяренное выражение лица, черт возьми. Почему это было так возбуждающе прямо сейчас? Прогнав соблазнительные образы из головы, я сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и заставил себя проигнорировать то, что кровь в моем теле стремительным потоком напрявлялась вниз. Слегка поправив себя в джинсах, чтобы не светить перед слугами закона назревающим стояком, я открыл дверь и вошел в здание.

– Доброе утро, офицер, – зайдя в участок, я подошел к одной из стоек, за которой сидел молодой парень в полицейской форме.

– Какого хрена, Дэвентер? Я звонила тебе миллион гребанных раз! Твой телефон в заднице, что ты не мог ответить?! – из другого конца коридора раздался голос. Разъяренный женский голос. Я не смотрел в ту сторону, делая вид, что мне все равно, и я не хочу прибить эту стерву. Если она скажет еще хоть слово, я точно это сделаю.

Мы поссорились несколько дней назад. Даже не помню, что именно послужило причиной, но со всей уверенностью могу сказать, что в тот день я достиг крайней точки.

Последние несколько месяцев я был сам не свой. Поступая в юридическую школу Гарварда, я понимал, что буду вынужден работать, как проклятый, и надрывать задницу до полного изнеможения. И был к этому готов. Но иногда, если ты действительно хочешь чего-то добиться в своей гребанной жизни, то нужно удвоить усилия. Именно по этой причине я трудился на пределе своих возможностей, чтобы заслужить место под солнцем и сделать так, чтобы мои родители мной гордились. Но к чему я не был готов, так это к неожиданному звонку от моей родной матери, которая вспомнила о моем существовании спустя шестнадцать гребанных лет. Я ничего не знал и не слышал о ней с того дня, как она бросила нас с отцом и просто исчезла. Теперь я был вынужден разбираться с этой женщиной, которую ненавидел до глубины души.

От всех эти новостей моя голова шла кругом. Я не мог прийти в себя, находясь в постоянном круговороте работы и семейных проблем. Это сказывалось на моем настроении, что в свою очередь, влияло на наши с Терри отношения. Я стал более раздраженным и вспыльчивым. В один прекрасный день я взорвался и вышел из себя. Результатом стала грандиозная ссора, после которой Антеро решила выбить из меня все дерьмо. Послав друг друга к черту, мы разошлись в разные стороны и не связывались друг с другом на протяжении нескольких дней. Спустя время я остыл и понял, что чертовски облажался. Но Антеро не отвечала на мои звонки и игнорировала меня.

А сейчас я стоял посреди полицейского участка, чтобы вытащить роскошную задницу этой истерички из тюрьмы. Мое сердце забилось чаще, а на лице появилась слабая улыбка. Терри обладала уникальной способностью вызывать в моем теле самые яркие ощущения. И я, черт возьми, любил это.

Я взглянул на часы. Почти пять утра, а мое настроение на удивление на высоте. Но лучше сохранять нейтральное выражение лица, не показывая своих эмоций, и притвориться, что мне плевать, потому что сидящий за решеткой энергетический вампир сразу мог почуять кровь и пользоваться этим для своих дальнейших манипуляций.

– Какая грубая женщина, не так ли? – слегка кивнув в сторону решеток, я улыбнулся. – За что она здесь, если не секрет?

– Разнесла витрину цветочного магазина, бросив туда кирпич, – сидящий за соседней стойкой полицейский бросил короткий взгляд в сторону коридора, где находились камеры, еле сдерживая смех. – А потом чуть не сломала нос патрульному полицейскому, который приехал на вызов.

– А почему бы тебе, Фрэнки, не упомянуть о том, что этот мерзкий ублюдок, пытался облапать мою задницу? – Терри продолжала вопить. Я повернул голову и посмотрел на девушку. Сидя на скамейке у обшарпанной стены в коротком коктейльном платье, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, она была воплощением гнева. И черт возьми, я не мог оторвать от нее взгляд. – Ему повезло, что я не разбила вторую бутылку об его тупую голову.

– Она напала на полицейского? – игнорируя ее комментарий, спросил я. Но внутри меня медленно поднимала голову злость. По какой-то неизвестной причине я почувствовал, что Терри говорила правду. Осознание того, что какой-то ублюдок мог прикасаться к ней своими мерзкими руками, заставил меня с силой сжать кулаки. Если бы он оказался передо мной, я бы точно разукрасил его лицо до неузнаваемости. Я много раз имел дело в некомпетентными полицейскими, которые могли бесцеремонно вести себя с женщинами, оказавшимися в беде или по воле случая попавшими в лапы правосудия.

– Она устроила драку прямо у дверей участка. Пыталась разбить стекло полицейской тачки каблуком.

– Потому что была пьяна или потому что была вынуждена это сделать, чтобы защититься? – намеренно понизив голос и сохраняя невозмутимое выражение лица, я говорил самым ледяным тоном, какой только могла позволить физиология. Все хорошее настроение, с которым я вошел в участок, в миг вылетело в окно. Пора включать режим профессионала и сделать все, чтобы заставить придурков-полицейских обделаться. Даже если все, что говорила Терри, окажется неправдой, мне все равно нужно вытащить ее отсюда. Но если оценивать уровень злости и ненависти в ее интонации, Антеро, сидя за решеткой, говорила о своих намерениях абсолютно серьезно и была близка к тому, чтобы испепелить все мужское население Бостона за грубое отношение.

Полицейский Фрэнк что-то неразборчиво бормотал себе под нос, пытаясь объяснить, что произошло на самом деле. Нервно теребя в руках ручку, он говорил трясущимся голосом, постоянно смотря на другого полицейского, словно искал в его лице защиту. Жалкое зрелище. Его напарник лишь молча кивал в ответ и соглашался со всем, что говорил его коллега. От его высокого голоса у меня развивалась мигрень. В любом случае, Терри не могла оставаться здесь ни минуты больше. Мне нужно отвезти ее домой.

– Все ясно, – допив кофе и зачем-то многозначительно посмотрев на часы, я сжал переносицу двумя пальцами, чтобы заглушить пульсацию между глаз. Вся эта ситуация оказалась тем дерьмом, которое мне нужно решить здесь и сейчас, и как можно скорее. Терри все еще зла и была готова разбить бутылку и об мою голову, но все равно позвонила мне и обратилась за помощью.

Еще раз обернувшись в сторону тускло освещенного коридора, я увидел движущуюся по стене женскую тень. Уверен, мне предстоит долгий неприятный разговор. Но об этом я подумаю чуть позже. И как бы мне ни хотелось послать ее к черту, я не могу оставить Терри в таком затруднительном положении.

– Сэр? – до меня донесся взволнованный голос полицейского.

Тряхнув головой и сжав челюсти, я громко выдохнул.

– Я пришел за этой грубой женщиной.

Глава 14

Терри

Десять лет назад

– Этот любитель кофеина невероятно горяч, – мечтательно простонала сидящая рядом со мной Шерон, секс-работница, которую кинули сюда несколько часов назад. Она не отводила глаз от Нэша все то время, пока он стоял у стойки, держа бумажный стаканчик и попивая бодрящий напиток, и использовал свои хитрые адвокатские штучки, чтобы вытащить меня из тюрьмы.

– Ты действительно так думаешь? – я перевела взгляд с Нэша на Шерон и слегка улыбнулась. Она права. И я не могла с ней не согласиться. Сейчас пять утра, а этот мужчина выглядел так, словно готов прямо сейчас быть лицом всех модных домов мира. Но я все еще злилась на этого самодовольного придурка, за то, что он забыл обо мне в самый важный день.

Прижавшись спиной к холодной стене, я обнимала себя руками, пытаясь хоть немного согреть продрогшие конечности, и прокручивала в голове события вчерашнего вечера. Весь выпитый раннее алкоголь давно выветрился из моего тела, оставив лишь отвратительное подкрадывающееся ощущение похмелья. Очевидно, смешивать текилу с шампанским было плохой идеей. Но у меня не было сил сожалеть о своих алкогольных экспериментах. Единственное, что волновало меня прямо сейчас, – убраться из этого паршивого участка как можно скорее. Виски пульсировали от любого громкого звука, а проникающий в маленькое окно камеры яркий солнечный луч бил прямо в глаза, причиняя сильную боль. Прямо сейчас я бы отдала все, что у меня есть, за возможность принять горячую ванную и провалиться в сон.

Вчерашний вечер можно однозначно назвать худшим в моей жизни. А все потому, что Нэш чертов ублюдок Дэвентер мне даже не позвонил. Эта мысль разбивала мне сердце. Я знала, что у него много дел, и он очень занят тем, что выполняет бесконечные поручения моего отца. И возможно, я вела себя как избалованная маленькая девочка, но мой пьяный мозг не воспринимал никакие аргументы.

– Завидую тебе, девочка. Ты сорвала джек-пот, – накручивая светлые локоны на палец, Шерон продолжала оценивать Нэша. Со своего места с противоположного угла камеры мне было прекрасно видно, куда направлен ее взгляд, ведь такая черточки упругая задница никого не оставляет равнодушным.

– Если бы все было так просто, Шер, – пока мы тихо переговаривались, один из полицейских направился в нашу сторону, держа в руках связку ключей. Поискав нужный, он открыл замок и дёрнул тяжелую решетчатую дверь на себя. По всему участку пронесся оглушительный звук ржавых петель. Боже, моя голова точно не была готова к этому.

Наконец-то, черт возьми. Слегка пошатываясь на высоких каблуках, я поднялась на ноги и медленным шагом направилась в сторону выхода. Но посмотрев на Шерон, резко остановилась.

– Держи, – стянув с плеча свою сумочку, я протянула женщине вещицу. Мой полусонный мозг работал со сбоями, иначе зачем бы я стала раздавать свои вещи первым встречным. – Я видела, как ты на нее смотрела. Возьми.

Серые глаза Шерон расширились. Она переводила взгляд сначала на меня, а затем на брендовую вещь в моей руке. Она явно недоумевала, зачем я это сделала. Она могла подумать, что я решила ее разыграть или что это всего лишь глупая шутка. Или я пьяна настолько, что сошла с ума и разбрасываю сумки за несколько тысяч долларов направо и налево просто так. Может быть.

Я не знала, почему, но я действительно хотела сделать своей ночной спутнице подарок. И лучше бы ей принять его, пока я все еще не мыслю рационально и не жалею о своих актах невиданной щедрости. Буду сожалеть о своем поступке позже, когда полностью протрезвею. Иногда я совершаю странные и нелогичные действия, которые на трезвую голову никак не могу объяснить самой себе. Пусть в ее жизни будет хоть что-то приятное и красивое. Уверена, она всегда хотела иметь такую.

– Пока, Шерон, ты классная. Береги себя, – махнув рукой на прощание, я вышла из камеры.

Увидев моего спасителя, я замерла на месте, ноги приросли к полу, и я зачарованно уставилась на мужчину перед собой, затаив дыхание. Нэш стоял у стойки, заполняя какие-то бумаги, и не произносил ни слова. В простой белой футболке и темных джинсах он выглядел как сошедший с небес греческий бог. Слегка взъерошенные темные волосы были зачесаны назад в красивом беспорядке. Белая ткань плотно прилегала к телу, подчеркивая выпуклые мышцы и демонстрируя бесчисленные татуировки на руках. Нэш очень высокий. Настолько высокий, что всякий раз, когда мы оказываемся рядом, мне приходится задирать голову, чтобы взглянуть на него. А еще у него невероятно красивые голубые глаза. Это самый невероятный оттенок синего, который я когда-либо видела.

Повернув голову, он посмотрел на меня, сверкнув стеклами очков. Его лицо не выражало никаких эмоций. Но его глубокие голубые глаза смотрели угрожающе, от чего по затылку пробегали колючие мурашки. Он хочет растерзать меня на куски. Боже, это слишком. Почему, когда я так чертовски зла, он должен быть таким горячим?

Несмотря на ослепляющую злость, которую я испытывала на протяжении стольких дней, я не могла сдержать закруживших в моем животе бабочек и приятное покалывание в ладонях. Его пристальный взгляд что-то делал со мной. Мое сердце забилось в несколько раз сильнее, разгоняя теплые волны крови по телу. Я хотела поцеловать этого раздражающе сексуального мужчину на глазах у всех. Ноги сами понесли меня в его сторону, но я остановилась, вовремя вспомнив, что мы поругались.

Нэш отвел взгляд, вернувшись к заполнению бумаг. На его уставшем лице не дрогнул ни один мускул. О, серьезно? Кажется, у меня неприятности. Ладно, возможно, я действительно вела себя неразумно. Но что еще мне оставалось делать? Я не могла позвонить отцу, чтобы он приехал за мной. Я не хотела, чтобы он волновался, а затем устроил тщательный допрос, используя все свои адвокатские уловки, чтобы заставить меня чувствовать всю тяжесть моего безрассудного поведения. У меня не было выбора. Нэш был единственным человеком, которому я могла доверять.

Он имел право ненавидеть меня прямо сейчас. Но мне все равно, что он сейчас обо мне думал. Я готова поставить все свои сумочки на то, что он плевался ядом и называл меня самой последней сучкой, пока ехал сюда. Возможно, даже хотел отключить телефон, чтобы бросить меня на произвол судьбы. Но, сюрприз, Нэш, ты все равно приехал за мной, как бы тебе этого ни хотелось.

Возможно, он едва сдерживал себя от того, чтобы наброситься на меня и придушить собственными руками на глазах представителей закона. Но вместе этого, Нэш молча и с тем же непроницаемым выражение лица забрал какой-то листок со стойки и направился на выход.

Попрощавшись с полицейскими, я, опираясь одной рукой на стену, медленно пошла вслед на Нэшем. Этот ублюдок даже не протянул мне руку, чтобы помочь. Мои шпильки оказались ужасно неустойчивыми и еле держали меня в вертикальном положении. Выйдя на улицу, я вдохнула прохладный утренний воздух и прикрыла глаза. Нэш стоял рядом со мной и продолжал хранить тягучее молчание. Он когда-нибудь допьет свой чертов кофе?

– Для записи, – не выдержав растущего между нами напряжения, я повернула голову и посмотрела на Нэша. – Сегодня мой день рождения, поэтому ты не имеешь права злиться или орать на меня. Вообще-то это должна делать я, потому что кое-то не посчитал нужным ответить на приглашение.

– Сейчас шесть утра, и твой день рождения уже прошел, – впервые за долгое время Нэш решил прервать игру в молчаливого придурка и, сверкнув на меня голубыми глазами, выбросил бумажный кофейный стаканчик. – Так что лучше заткись и садись в машину.

Дерьмо. Я по уши в дерьме.

– В чем твоя проблема? Ты плохо спал? – я сделала вид, что его раздраженный тон не произвел на меня никакого впечатления. Но мое сердце больно сжалось в груди от того, как Нэш говорил со мной. Я не заслужила того, чтобы он так обращался со мной. Мы поругались, но это не значило, что между нами все кончено.

Почему он вел себя, как мудак? Мышцы на его челюсти сжимались, а глаза горели от сдерживаемых эмоций. Он злится? Отлично. Потому что я в чертовой ярости.

– Садись в гребанную машину, Антеро. Не испытывай мое терпение.

Не Терри. Он назвал меня полным именем. Видимо, я действительно его достала, и тем самым он дает мне понять, что теперь я в полной заднице. Тем лучше. Пусть ублюдок почувствует хоть что-то. Я была полна решимости продолжать действовать Нэшу на нервы. Это было единственным, что могло доставить мне удовольствие прямо сейчас.

Рухнув на пассажирское сидение и намеренно хлопнув дверью сильнее положенного, я отвернулась к окну и прижалась щекой к прохладной поверхности. Кожа лица пылала огнем, а на глаза наворачивались жгучие слезы. Сжав переносицу пальцами, я сделала глубокий вдох и нервно сглотнула подступивший к горлу колючий комок. Нет. Я не разрыдаюсь перед Нэшем и не позволю ему видеть, что его слова задели меня. Через минуту за моей спиной хлопнула водительская дверь.

– Пристегнись, – тихо произнес Нэш. Его голос был подозрительно спокойным. Но я все равно смогла уловить в нем нотки раздражительности. Я ему настолько противна? Он не хочет находиться здесь прямо сейчас? Что ж, как жаль, что мне плевать на то, чего он хочет.

– Пошел ты.

Проигнорировал мои слова, Нэш громко выдохнул. Приблизившись ко мне, он пристегнул мой ремень самостоятельно и завел двигатель.

Мое тело не сдвинулось ни на дюйм. Я не хотела даже смотреть на него. Возможно, со стороны могло показаться, что между нами не произошло ничего особенного. Но я ничего не могла поделать с тем, как мое несчастное сердце отвергало любые логические аргументы и продолжало обливаться кровью из-за того, что Нэш наплевал на мое приглашение и не пришел. Да, мы поссорились, но мне показалось, что между нами все может наладиться, когда мы встретимся.

Мне не нужны были подарки или что-то в этом роде. Я хотела только его. Я хотела, чтобы он приехал и провел этот день со мной. Вместо этого в свой самый важный день в году я осталась одна. Элли и Дерек были рядом со мной и старались сделать все возможное, чтобы развлечь меня. И я очень благодарна своим лучшим друзьям. Но как только они поехали домой, я разрыдалась прямо посреди клуба. Затем напилась, в припадке дикой ярости разнесла кирпичом витрину магазина и подралась с извращенцем-полицейским.

Мы ехали в абсолютной тишине уже двадцать минут. Я смотрела в окно и наблюдаю за тем, как Бостон медленно просыпался и оживал. Даже через закрытые окна я слышала всевозможные звуки большого города. В голове продолжало пульсировать от боли, а во рту появился странный кисловатый привкус от выпитого ранее алкоголя.

Мне жизненно необходимо принять душ и выпить несколько литров кофе. Боже, я даже не хотела думать о том, как я выглядела прямо сейчас. Нэш, наверняка, был в ужасе, когда увидел меня в таком виде. Теперь неудивительно, что он так странно отреагировал на парковке.

Машина сделала резкий поворот, и салон автомобиля залил яркий солнечный свет. Почему мы едем так чертовски долго? Но у меня не было сил на то, чтобы задать этот вопрос. Переферийным зрениям я успела заметить, что дорога, по которой мы ехали, была не той, которая вела в район, где находился мой дом.

– О, Боже, – я прикрыла лицо ладонью, чтобы защитить слишком чувствительные глаза. От клубящихся и жужжащих, словно рой диких пчел, мыслей, голова начала гудеть еще сильнее. Поскорее бы доехать до дома и наглухо затянуть все окна плотными черными шторами.

Слева от меня показалось какое-то движение слева. Повернув голову, я увидела, как Нэш протягивал мне солнцезащитные очки. Его очки. Спасибо, придурок. Без лишних колебаний я выхватила их и натянула на глаза. Но этот маленький жест еще ничего не значил. Как только мы повернем на другую улицу и спрячемся от солнца, я выкину эти очки из окна.

– А потом я на полном ходу выкину тебя из машины вслед за ними.

Мои глаза расширились от льда в его голосе, а сердце замерло на мгновение. Я сказала это вслух? Черт, теперь я не могу контролировать и то, о чем думаю.

– Тебе никто не говорил, что ты чертовски грубый сегодня?

– Когда мне звонят с утра пораньше и в приказном тоне велят забрать из полицейского участка, у меня, к сожалению, нет времени на хорошие манеры, – Нэш сжимал руль двумя руками. Кожаная обивка скрипела под его ладонями. Неожиданно на приборной панели завибрировал его телефон. Я не успела прочитать имя звонившего, но судя по тому, как взгляд Нэша потемнел, он был явно не рад тому, что решил набрать его номер в такой ранний час. Недовольно выдохнув, он смахнул звонок на экране и вернул обе руки на руль. Я видела, как заиграли мышцы на его челюсти. Да что с ним, блять, происходит?

– Добавим к этому списку и то, что ты не ответил на мое приглашение. Я ждала тебя в клубе весь вечер. Но ты даже не посчитал нужным прийти и провести этот день со мной.

– Я был занят, – коротко произнес он.

Это все его оправдания? Вот ублюдок.

От его холодного безразличного тона мое тело захлестнула волна обжигающей ярости. Из глаз брызнули горькие слезы, а дыхание перехватило от того, как сильно сжалось мое горло. Стянув его очки с лица, я со всей силы кинула их в приборную панель. Дорогой аксессуар разлетелся вдребезги.

– Останови машину. Я хочу выйти.

– Нет, не хочешь, – Нэш никак не отреагировал на мою истерику. Не обращая внимания на то, что оба сидения были засыпаны мелкими осколками, Нэш продолжал вести машину в тревожном спокойствии.

Его телефон зазвонил снова. Да кто это, черт возьми? Не понимая, что делаю, я вытянула руку и схватила устройство. Нэш в мгновение перехватил мою руку, выдергивая телефон из моих скользких ладоней. Сбросив звонок, он засунул телефон в карман.

– Я хочу выйти прямо сейчас, Нэш!

– Успокойся. Мы уже почти приехали.

Увидев незнакомые многоэтажки, я поняла, что Нэш все это время не ехал в сторону моего дома. Куда мы приехали? Голова шла кругом, и я плохо ориентировалась в пространстве. Пока я пыталась осознать происходящее, Нэш заехал на парковку и заглушил двигатель. Выйдя из машины, он открыл дверь с моей стороны и, не говоря ни слова, подхватил меня на руки и перекинул через плечо.

– Отпусти, ублюдок! – мое тело подпрыгивало при каждом его шаге. Голова закружилась от внезапного прилива крови. Ткань платья слегка задралась, оголяя бедра, от чего по коже побежали мурашки. Еще немного, и моя задница могла осветить всю парковку.

Нэш не говорил ни слова. Затащив мое брыкающееся тело в лифт, ублюдок нажал на кнопку, и двери медленно закрылись. Поняв, что сопротивляться бесполезно, я опустила руки и перестала кричать.

– Куда ты меня привез?

Слегка приподняв голову, я заметила знакомые граффити, которыми были украшены стены лифта. Нэш привез меня к себе домой.

Минуту мы ехали в полной тишине. Я слышала лишь стук моего бешено колотящегося сердца и громкое дыхание Нэша прямо возле моей задницы. Двери лифта открылись. Нэш слегка подкинул мое тело, чтобы я не свалилась с его плеча, и понес меня по длинному коридору. Все это время я висела головой вниз и наблюдала за тем, как соблазнительно двигается его задница прямо перед моим лицом.

– Если ты не поставишь меня на землю через гребанную секунду, Дэвентер, я выбью из тебя все дерьмо, богом клянусь, – ударив его кулаком по спине, прошипела я.

Послышался звук открывающейся двери, а затем мой мир резко перевернулся, когда меня поставили на землю. Перед моими глазами все плыло, а голова все еще кружилась. Каблуки еле удерживали меня в вертикальном положении.

– Какого черта ты делаешь?

– Заткнись, Антеро.

Толкнув ногой входную дверь, Нэш резким движением притянул меня к себе и, не дав сказать ни слова, вцепился в мои губы грубыми поцелуем.

Глава 15

Терри

– Твоя задница выглядит чертовски потрясающе!

Элли, развалившись на моей кровати, на которой царил полнейший беспорядок, радостно подпрыгивала от переполнявших ее эмоций. Разбросанные по всей поверхности кровати вещи, косметика и комплекты нижнего белья взмывали в воздух от каждого прыжка этой чрезмерно энергичной женщины. Ее светлые волосы растрепались в разные стороны, а махровая повязка в виде коровьих ушек сползла набок. С неизменной широкой улыбкой на лице и розовым румянцев на щеках, она была похожа на счастливого маленького ребенка, которому родители подарили целую коробку сладостей.

– У твоего бывшего парня нет ни единого шанса. Держу пари, он упадет к твоим идеальным ногам, как только ты войдешь в зал.

– Нэш не мой бывший, Элс, – напомнила я. – А вечеринка пройдет на яхте, а не в торжественном зале. Я уже говорила тебе об этом.

– Ах, да, извини. Твой нынешний парень, который на десять лет стал бывшим, а теперь вернулся и снова стал нынешним, – Элли отмахнулась, пропустив мою реплику о месте проведения тусовки мимо ушей. Поправив повязку на голове, она резко выпрямилась, скрестив ноги в позе лотоса, и продолжила наводить беспорядок на моей кровати.

– Он не мой нынешний парень, – громко цокнув языком, пробормотала я.

– Бог мой, Терри, теперь я окончательно запуталась, – буркнула Элли, раздраженно закатив глаза и отпихнув пушистую косметичку в сторону.

Я разделяла замешательство моей лучшей подруги. На самом деле, я до сих пор не могла понять, кем Нэш является для меня. После стольких лет многое изменилось. Мы оба изменились. Но нас связывало общее прошлое, которое преследовало меня, нависая огромной серой тучей неизвестности. Нэш держал меня в неведении слишком долго. А теперь он вернулся и решил все исправить. Именно по этой причине я ответила на его сообщение несколько дней назад, приняв приглашение.

Нам необходимо поговорить обо всем, что произошло, и постараться найти общий язык. В конце концов, у нас обоих было достаточно времени подумать о сложности и хитросплетениях наших отношений. Пришло время ответить на все вопросы.

Перевернувшись на другую сторону кровати, Элли взяла в руки пару кружевных трусиков и, несколько раз прокрутив белье на указательном пальце, перевела на меня озорной взгляд. Ее губы расплылись в ехидной улыбке, а в серых глазах блеснул игривый огонек.

С самого утра моя лучшая подруга была в прекрасном настроении и не могла усидеть на одном месте дольше нескольких минут. Новость о том, что Нэш пригласил меня на вечеринку, привела ее в дикий восторг, и она была полна решимости провести надо мной как можно больше экспериментов, известных индустрии красоты.

– Как на счет белых? Они прекрасно сочетаются с твоей загорелой кожей. Здесь также есть красивые сексуальные подвязки. Хотя ты права, твое платье слишком короткое для них. Оу, или ты предпочтешь заявиться туда без трусиков? Черт, это же так горячо. Теперь ты просто обязана это сделать, девочка, – Элли говорила без остановки. Моя лучшая подруга не могла остановиться, ее бурная фантазия работала с бешеной скоростью. Сейчас она бы обязательно добавила какую-нибудь чушь о том, что читала о чем-то похожем в своих бесконечных любовных романах.

– Несколько дней назад я читала одну горячую книжку, в которой главная героиня решила подразнить грозного и смертоносного босса мафии, которого боялись даже самые отмороженные бандиты, – ну, что я говорила. – Ее план состоял в том, чтобы соблазнить его и заставить пожалеть о том, что он похитил ее среди белого дня. Эта отважная девушка пришла в его казино, надев платье с неприлично глубоким вырезом на бедре…и без трусиков. А потом он взял ее прямо на столе для игры в покер, – прикусив нижнюю губу, Элли мечтательно прикрыла глаза, по всей видимости, во всех красках представляя себе только что описанную откровенную сцену.

Боже, какой чертов бред.

Как по мне, поступок той девушки не имел никакой логики. Как она собиралась заставить кого-то жалеть о своем похищении, заявившись в мафиозное логово без нижнего белья? Это же чертовски глупо, не так ли. Чего она хотела добиться, кроме того, что натерла свою киску до неприятных ощущений? Возможно, ей следовало прийти туда и направить дуло пистолета тому парню прямо между глаз. А еще лучше ударить со всей силы ублюдка по яйцам или придавить их каблуком, чтобы…Минуточку. Почему я вообще размышляла о несуществующих книжных персонажах и их нелогичных действиях?

Недовольно закатив глаза, я вышла из гардеробного шкафа, держа в руках несколько коктейльных платьев. Оказывается, очень сложно определиться с выбором идеального платья, когда в шкафу висит целая гребанная куча и хочется надеть их все. И все же, мне удалось выбрать несколько наиболее удачных вариантов, которые по моему мнению, могли произвести необходимое впечатление. В конце концов, там будут знаменитости, и я должна выглядеть ослепительно. Но мой внутренний голос насмехался надо мной, намекая, что это всего лишь предлог. Ведь на самом деле, я преследовала совершенно другую цель. А именно – заставить одного чертовски красивого адвоката страдать и пускать по мне слюни.

На следующий день после того, как Нэш прислал цветы в мой офис и попросил о встрече, я долго размышляла о том, что делать дальше.

С одной стороны, я все еще была зла на него за его идиотскую выходку в клубе. Он не имел ни малейшего права заявляться в клуб и покупать меня, как какую-то красивую блестящую вещь. Ради этого придурка я нарушила главное рабочее правило «никаких приватных танцев» и горько пожалела об этом. Стоит ли говорить о том, что я разорвала его чек на мельчайшие кусочки? И сделала бы это снова, если у меня был такой шанс. Осознание того, что Нэш заплатил за мой танец, заставило почувствовать себя грязной стриптизершей, в которой видели только красивое тело и не более того.

С другой, я не могла успокоить свое бешено колотящееся сердце и те чувства, которые возникали в груди всякий раз, когда я в мельчайших подробностях (да, я гребанная слабачка, черт возьми) вспоминала наши встречи.

Нэш заполнял собой все пространство, его доминирующая энергетика клубилась вокруг него густым невидимым облаком, а пронзительные голубые глаза под стеклами дорогих дизайнерских очков проникали в самую мою сущность, давая молчаливые обещания и вызывая приступы гипервентиляции. Его глубокий, бархатный голос заставлял кровь вскипать и бурлить под кожей, словно я была пробуждающимся вулканом. Достаточно небольшой искры, чтобы произошло самое настоящее извержение, уничтожающее все на своем пути.

Именно по этой причине, несмотря на сводящую с ума противоречивость эмоций, я приняла его приглашение. Черт возьми, я прожила десять лет, пытаясь найти ответы на вопросы, которые так долго душили меня, причиняя боль и заставляя давиться собственными рыданиями.

Я хотела одного – правды. Рано или поздно это должно было случиться. Не было смысла и дальше избегать Нэша Дэвентера. Он должен все рассказать раз и навсегда.

И, возможно, поэтому я решила нарядиться с ног до головы для того, чтобы сердце этого дьявольски привлекательного мужчины совершило несколько кульбитов в груди, как только он увидит меня. Если Нэшу так понравилось шоу, которое я, сама того не подозревая, устроила для него, танцуя на сцене, то теперь я готова сделать это добровольно. Он заслужил немного страданий за то, что бросил меня. Может быть, я на секунду представила себя той героиней, которая дразнила большого и злого мафиози, чтобы добиться своего. Что ж, это будет довольно увлекательное зрелище.

Остановившись перед зеркалом, я поочередно прикладывала к телу каждый из выбранных нарядов. Элли продолжала перебирать комплекты, что-то бормоча себе под нос, раскладывая тонкие кружева по цветам и выбирая лучший. Она все еще горела идеей о том, чтобы я вышла из дома с неприкрытыми интимными зонами.

– Ради всего святого, Элс, оставь мои трусики в покое. Я не собираюсь приходить на вечеринку, куда приглашена добрая половина знаменитостей Лос-Анджелеса, без нижнего белья.

– Уверена, Нэш будет готов на все, лишь бы увидеть твою голую задницу. Хотя постой, он уже ее видел! – Элли громко засмеялась с собственной шутки, уткнувшись лицом в мягкую подушку.

Ха-ха, очень смешно, Элс. Твоя поддержка неоценима.

Перекатившись на спину, она схватилась за живот и засмеялась еще сильнее. На ее глазах выступили слезы, лицо раскраснелось еще сильнее, а густая желтая маска потрескалась и размазалась по всему ее очаровательному лицу. Боже, и почему эта сумасшедшая блондинка была моей лучшей подругой? Напомните мне больше никогда не рассказывать ей ни о чем, что имеет хоть какое-то отношение к хаосу в моей личной жизни.

Элли не могла остановиться. Казалось, что секунда, и она заплачет. Ее заразительный смех разносился по всей квартире, от чего на моем лице сама собой растягивалась улыбка. Она права. Нэш имел удовольствие наблюдать за тем, что по всем законам справедливости не должен был видеть. И как бы я ни пыталась подавить это в себе, но мне понравилось танцевать для Нэша. Я не могла в это поверить, но это действительно так.

Ну вот, я честно призналась, спасибо.

И я бы солгала, если сказала, что то, что происходило в полуосвещенном зале клуба, не было чертовски горячо. Обжигающий лед в глазах этого мужчины преследовал меня, а низкий, хриплый тембр его голоса заставлял мои внутренности сжиматься от нахлынувшего желания. Я видела Нэша в своих беспокойных снах, а просыпаясь, чувствовала влагу и пульсирующую боль между ног. Скапливающееся напряжение грозило поглотить меня с головой, а тело умоляло об облегчении. И только в темноте моей спальни я могла позволить себе освободиться, кусая губы до крови и глотая вырывающиеся наружу стоны удовольствия. Это было своего рода моим guilty pleasure.

Тряхнув головой и прогнав непрошенные образы из головы, я наконец-то добралась до последней вешалки и посмотрела на свое отражение. Я решила остановить свой выбор именно на этом варианте. Дизайнерское платье от Валентино, которое я купила несколько лет назад, когда путешествовала по Италии, идеально подходило для сегодняшнего вечера: короткое, доходящее до середины бедра и открывающее вид на мои гладкие ноги, на тонких бретельках, с глубоким вырезом, оголяющим почти всю спину. Оно не сильно отличалось от тех, в которых я обычно выступала на сцене, но в то же время выглядело дорого и стильно.

– Ты выглядишь потрясающе, девочка, – за спиной раздался тихий вздох Элли. Это было еще одним подтверждением, что я сделала правильный выбор.

Прижимая мягкую струящуюся ткань к телу, я провела по ней кончиками пальцев, оценивая красоту и наслаждаясь дорогим материалом. Слегка улыбнувшись и наклонив голову набок, чтобы изменить ракурс, я выставила левую ногу вперед. Тонкий материал был приятным и нежным на ощупь, россыпь ярких серебристых блесток переливалась в отражавшихся в зеркале лучах заходящего солнца. Оно действительно было великолепным и идеально сочеталось с моей загорелой кожей. В моей голове судорожно закружились всевозможные комбинации сумочек и шпилек.

– Кем бы ни был Нэш Дэвентер, он обречен влюбиться в тебя снова, – достав из шкатулки несколько украшений, Элли протянула мне длинные серьги, украшенные мелкими сияющими бриллиантами. – Примерь эти.

Молча кивнув, я согласилась с тем, что она сказала. Сегодняшний день был особенным, и я была полна решимости оторваться по полной.

Спустя два часа я полностью привела себя в порядок и посмотрела в зеркало, чтобы оценить окончательный результат.

Да, эта крошка сияла ярче любого бриллианта.

По привычке собрав волосы в высокий пучок, я закрепила их одной из своих любимых палочек. Несколько непослушных прядей все же вырвались на свободу и красиво обрамляли лицо и затылок, завиваясь на концах. Я решила не экспериментировать с макияжем, нанеся на лицо минимум косметики. Достав из шкафа свои счастливые туфли на шпильке, я застегнула тонкие ремешки и, выпрямившись, широко улыбнулась нашим с Элли отражениям.

– Это моя девочка, – Элли сжала мою руку в своей и тихонько усмехнулась. – Иди и ослепи эту вечеринку. Они должны запомнить тебя, детка.

– Ты, черт возьми, права, Элс, – если бы я составляла список причин, почему люблю свою лучшую подругу, то умение поддержать и сказать что-то жизнеутверждающее, было бы на первом месте. Эта солнечная женщина всегда умела найти правильные слова, которые могли зарядить даже самого отчаявшегося пессимиста.

Мой телефон завибрировал на прикроватной тумбочке. Посмотрев на экран и увидев высветившееся на экране имя, я невольно задержала дыхание.

Нэш: Буду через десять минут.

Четыре коротких слова, а внутри меня разгорался настоящий пожар. Мы не договаривались о том, чтобы Нэш приезжал за мной. Откуда он вообще знает мой адрес? Хотя в данной ситуации это был глупый вопрос, как и то, где он раздобыл мой номер. Мне нужно сосредоточиться и взять себя в руки.

От осознания того, что я окажусь с Нэшем в одной машине, и мы будем находиться на расстоянии вытянутой руки друг от друга, меня окатило ледяной волной. Ладони вмиг вспотели, а телефон чуть не выскользнул из рук. Опустившись на кровать, чтобы не рухнуть посреди спальни со своих высоких каблуков, я громко выдохнула и набрала ответ.

Терри: Полагаю, нет смысла спрашивать, как ты узнал, где я живу. И все же, ты зря переживаешь за меня. Я могу добраться самостоятельно.

Внизу экрана появились три точки, исчезли, а затем появились вновь. С каждой секундой мое сердце билось все быстрее. Бога ради, он всего лишь написал мне сообщение. Раздалось оповещение о новом сообщении.

Нэш: Уверен, что можешь, Антеро. Но я предпочту быть джентльменом и заеду за тобой.

Чертов Нэш Дэвентер и его манеры.

Я быстро набрала ответ.

Терри: Весьма благородно. В таком случае, жду вас, мистер Дэвентер.

***

Прохладный вечерний ветерок обдувал мое лицо, немного остужая разгоряченную кожу. Солнце медленно опускалось за линию горизонта, заливая улицы Лос-Анджелеса теплым оранжевым светом, от чего мое платье переливалось тысячей ярких блесток.

Громко выдохнув и выпрямив плечи, я подняла глаза и посмотрела на мужчину, который уже ждал меня у своей роскошной машины, прислонившись к пассажирской двери и засунув руки в карманы брюк.

Боже мой!

От увиденного у меня перехватило дыхание. Нэш выглядел великолепно. Чертовски великолепно. Сшитый на заказ черный костюм сидел на нем идеально, подчеркивая высокий рост и крепкие мышцы. Темные, слегка волнистые волосы растрепались от ветра, несколько прядей свободно падали на лоб. Острая линия челюсти придавала его лицу мужественность и решительность, а легкая тень на подбородке говорила о том, что этот очаровательный мужчина не боится трудностей. Яркие голубые глаза, скрытые под прозрачными стеклами дизайнерских очков, горели холодным блеском, способные заворожить любого, кто осмелится встретиться с ним взглядом. Эти глаза полны жизни и энергии, отражают его уверенность и харизму.

Я замерла и не могла сдвинуться ни на шаг. Все тело пробирала мелкая дрожь, знакомое покалывание в кончиках пальцев усилилось, а сердце стучало так сильно, что вот-вот готово было выпрыгнуть из груди прямо на залитый вечерним солнцем асфальт.

– Ты прекрасно выглядишь, Антеро, – голос Нэша вывел меня из оцепенения. От низкого тембра его голоса и того, как он произнес мое полное имя, я непроизвольно сжала бедра. Черт, надеюсь, он этого не заметил.

Нэш стоял неподвижно, расслабленно, держа руки в карманах и широко улыбаясь, от чего в уголках его глаз образовывались маленькие морщинки. Мои глаза все еще были прикованы к этому воплощению божественной мужской сексуальности. Горло сдавило, и я не могла произнести ни слова.

– Кажется, в таких случаях принято поблагодарить за комплимент, – оттолкнувшись от машины, Нэш открыл пассажирскую дверь и протянул мне руку, как бы приглашая.

– Думаю, в этом нет необходимости, особенно когда ты говоришь очевидные вещи, – наконец-то прийдя в себя, ответила я, но тут же мысленно накричала на себя за то, что несла полную чушь. Мне жизненно необходимо взять себя в руки, иначе этот вечер точно может закончиться катастрофой.

Сделав вид, что не обратила внимание на его жест, я села в машину. Нэш лишь тихо усмехнулся и закрыл дверь. Заняв место водителя, он завел двигатель и выехал с парковки.

Машина с тихим мягким рычанием ехала по вечерним улицам Лос-Анджелеса в сторону частного пляжа. Сидя на пассажирском сидении и медленно перебирая пальцами ремешок сумочки, я всеми силами пыталась заставить мой мозг работать, чтобы осознать происходящее. Но витающий в воздухе и заполняющий все пространство автомобиля одеколон Нэша все время отвлекал меня. Я не могла удержаться от того, чтобы вдохнуть потрясающий аромат и заполнить им легкие.

Мой взгляд был прикован к Нэшу все время, что мы были в пути. Я все еще пыталась заставить себя поверить в то, что это действительно он, – мужчина, который значил для меня так много и которого я горячо любила много лет назад. За прошедшие дни я много раз прокручивала в голове нашу сегодняшнюю встречу, что скажу и как буду вести себя, когда увижу его. Но все мои мысли вылетели из головы, как только я увидела Нэша в костюме, стоящего у своей Мазерати. Он выглядел как человек, который точно знает, чего хочет, и готов сделать ради этого все. Его холодные, синие глаза скользили по моему телу, изучая каждый дюйм открытой кожи. От интенсивности его взгляда мои внутренности скручивало тугим узлом, а руки тряслись. Он заставлял меня чувствовать себя той самой молодой девочкой, которая не могла держать себя в руках в его присутствии и без памяти влюбилась в него, стоило ему появиться на пороге отцовского дома.

Я хотела сказать Нэшу так много. Но прямо сейчас, сидя на пассажирском сидении и ощущая его мощное тело так близко рядом с моим, не могла заставить себя произнести ни слова. Пальцы сильнее впивались в ремешок сумочки, словно это какой-то спасательный круг, а бешено колотящееся сердце не хотело успокаиваться ни на мгновение. Надеюсь, я не получу сердечный приступ к концу вечера.

Нэш несколько раз поворачивал голову в мою сторону, его чертовы губы растягивались в довольной ухмылке каждый раз, когда наши взгляды сталкивались. Он не произнес ни слова с того момента, как мы отъехали от парковки возле моего дома. С каждой секундой между нами нарастало молчаливое напряжение. Ему по всей видимости доставляло удовольствие наблюдать за тем, как я внимательно изучала его, словно он какой-то экзотический экспонат. В глубине души я понимала, что откровенно пялюсь на него, и мне, возможно, стоило отвернуться или что-то в этом роде, но я физически не могла заставить себя это сделать.

– Еще немного, и я подумаю, что ты рада меня видеть, – спустя несколько минут тяжелого молчания и безмолвных обменов напряженными взглядами, сказал Нэш. – Мне даже немного не по себе от того, как ты прожигаешь дыру в моей голове.

– Не нравится, когда на тебя пристально смотрят красивые женщины? – мои губы расплылись в саркастичной улыбке, а глаза продолжали внимательно следить и впитывать каждую маленькую деталь: профиль лица, блеск дорогих часов, то, как Нэш уверенно держал руль, как красиво выступали и переплетались вены на его руках, когда он сжимал руль или переключал передачи.

Боже.

Этот дьявольски обаятельный мужчина сводил меня с ума даже тем, как вел гребанную машину. Слишком идеально. Слишком сексуально. И я хотела убить его за это…и еще много других вещей, которые я бы хотела с ним сделать прямо здесь, в его роскошной Мазерати. Но не стоит забегать вперед.

– Только одна красивая женщина, – Нэш направил на меня убийственно обжигающий взгляд, от чего по моему телу пробежала легкая дрожь, а по бедрам разливалось тепло.

Черт возьми, почему, когда я должна ненавидеть его и делать все возможное, чтобы сохранять дистанцию между нами, он говорил со мной таким низким хрипловатым голосом? Это просто смешно, но я ничего не могла поделать с реакцией моего тела.

– За этот комплимент я тоже не получу благодарность?

– Не в этой жизни, – скрестив руки на груди, я одарила Нэша еще одной ослепительной улыбкой.

Его губы изогнулись в едва заметной усмешке, и вот они – маленькие ямочки на щеках, от которых не должны быть влажными трусики, но вот я здесь.

Дерьмо!

Эта ухмылка обезоруживала меня, и я чувствовала, как напряжение в моем теле переходило в нечто опасно близкое к взрыву. На секунду я могла раствориться в пассажирском кресле и растечься лужицей вниз по гладкой кожаной обивке сидения.

Машина остановилась, чтобы пропустить толпу пешеходов. Нэш снова повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд медленно и лениво скользил по моим бедрам, вверх к вырезу на моем платье и округлостям груди.

– Нравится вид? – съязвила я, заметив, как он продолжал бесстыдно пялиться. Кто бы говорил, Терри.

– У меня уже была возможность насладиться им ранее, Антеро. Хочешь устроить еще одно шоу для меня? – губы Нэша растянулись в широкой белозубой улыбке, а затем он подмигнул мне. Чертов ублюдок!

– Придурок, – откинувшись на спинку сидения и закатив глаза, пробормотала я. Почему ему нужно было все испортить? Но я бы солгала, если сказала, что от его слов мое сердце не забилось с такой силой, что становилось больно в груди. Этот мужчина действовал на меня так же, как и десять лет назад.

Оставшуюся часть пути мы проехали в тишине.

Машина остановилась на парковке перед фешенебельным бутик-отелем The Glow (прим. назваие вымышленное), за которым находился известный на весь Лос-Анджелес частный пляж и эксклюзивный яхт-клуб. Окруженный пальмами, благоухающими садами и теплым свечением ярких фонарей, отель создавал атмосферу утонченной элегантности и роскоши. Я много слышала про это место, но даже не могла представить, что когда-нибудь окажусь здесь. Едва заметно улыбнувшись, я заранее представила все те потрясающие фотографии, которые собиралась отправить Элли сегодня вечером.

Заглушив двигатель, Нэш вышел из машины и, открыв пассажирскую дверь, протянул руку, чтобы помочь мне выбраться. Выставив одну ногу из машины, я на автомате ответила на его вежливый жест. Наши ладони соприкоснулись, а взгляды встретились. Все вокруг словно замерло. Его пальцы смыкались на моих, посылая волны всевозможных ощущений по моей руке, электрических и неожиданных, заставляющих мое дыхание практически остановиться. Тело пронзило мощным разрядом, который устремился прямо в сердце, заставив его биться еще быстрее. Нэш вздрогнул рядом со мной. Его глаза потемнели, взгляд стал более интенсивным.

Полностью выбравшись из машины, я одернула руку и поправила платье, пытаясь успокоиться, но почувствовала, как жар поднимался к моей шее. Прочистив горло, я отвела глаза, внутренне дисциплинируя себя.

– Идем, нам туда, – Нэш вернул лицу нейтральное выражение, словно ничего не случилось, затем проверил время на часах и направился в сторону красивых раздвижных дверей, которые вели в главный холл отеля.

На входе нас поприветствовал молодой парень с планшетом в руках. Сверившись с именами в списке гостей, он с дежурной улыбкой на лице повел нас через большой освещенный зал в сторону выхода к частному пляжу. Идя по богато украшенному помещению бутик-отеля, я не переставала восхищаться внутренней обстановкой и дизайном. Я никогда не бывала в этом месте раньше, но всегда мечтала попасть сюда, чтобы провести незабываемые выходные и повеселиться на какой-нибудь очередной тусовке знаменитостей, которые часто проходили здесь.

Яхт-клуб The Glow Marine, где проходило сегодняшнее мероприятие, был широко известен своими яркими и шумными вечеринками. Многие знаменитости приезжали сюда, чтобы весело провести время и, конечно же, дать журналистам информационные поводы для множества кричащих желтых заголовков.

– Сюда, пожалуйста.

Пройдя еще несколько метров, мы оказались во внутреннем дворе, откуда был виден частный пляж и вход в яхт-клуб. Со стороны океана дул приятный ветерок, запах соли проникал в ноздри и оседал в легких. Белоснежный песок блестел в последних лучах заходящего солнца, звуки клубной музыки смешивались с громкими криками летающих чаек.

Пройдя по специально оборудованной деревянной дорожке, мы добрались до огромной белой яхты, откуда доносилась громкая музыка. Вечеринка шла полным ходом, люди танцевали на открытых палубах, пили коктейли и веселились. Диджей что-то кричал в микрофон, заряжая толпу. Отовсюду раздавались громкий смех и вспышки фотокамер.

Нэш резко остановился прямо перед небольшим выступом со ступеньками, которые вели на яхту. Я тоже остановилась, уть не врезавшись в его спину, и подняла голову, чтобы взглянуть на Нэша. Его взгляд был тяжелым, губы сжимались в тонкую линию. Даже с такого расстояния мне было прекрасно видно, как играли мышцы на его челюсти. Он нервничал? С чего вдруг? Все то время, что мы шли к нужному месту, он не проронил ни слова. В воздухе снова нарастало то самое молчаливое напряжение, которое преследовало нас обоих с тех пор, как мы ехали в машине.

Ладно, должна признать, я тоже вела себя странно с самого начала. Изначально я согласилась прийти сюда, чтобы поговорить с ним и выяснить все, что тревожило меня столько лет. Это был мой план. Но вместо того, чтобы сделать это, я вела себя как обиженная девчонка и лишь язвила в ответ. От осознания собственной глупости я чувствовала, как в моем теле медленно закипает раздражение. Я была зла на саму себя. Нужно было что-то делать и как можно быстрее, иначе мы рисковали никогда не сдвинуться с мертвой точки. Я понимала, что так дальше продолжаться не может.

– Хорошо, – громко выдохнув, начала я. – Давай перестанем делать вид, что ничего не происходит и, черт возьми, поговорим.

– Ты хочешь поговорить прямо сейчас? – Нэш стоял неподвижно, засунув одну руку в карман брюк, и смотрел на меня. Он пытался казаться отстраненным и незаинтересованным, хотя я знала, что это не так. Иначе зачем ему было тащить меня сюда? Я заметила, как изменился его взгляд, когда я первая заговорила. Что-то едва заметное проскользнуло в его синих глазах, более глубокое и похожее на интерес.

– Да, Нэш, именно сейчас. Мы оба знаем, что нам это нужно. Я устала от всей неопределенности, в которой оказалась. Ты исчез, а затем появился из ниоткуда. Все, что произошло за последние несколько недель, выбило меня из колеи. И я так больше не могу. Я хочу знать, что происходит между нами.

Слова лились из меня непрерывным потоком, дыхание сбивалось, а сердце лихорадочно колотилось в груди. Но я имела в виду каждое слово и была полна решимости довести начатое до конца.

– Я понимаю, как это выглядит для тебя, Антеро, – Нэш наконец-то заговорил, сделав один короткий шаг в мою сторону. Его голос, низкий и бархатистый, обволакивал меня теплой волной, от чего внизу живота порхали предательские бабочки. Я чувствовала его теплое, крепкое тело рядом с моим. Его пальцы соприкоснулись с моими, а большие небесные глаза неотрывно смотрели на меня сверху вниз.

– Ты права, детка, – продолжил он. – В том, что случилось, целиком и полностью моя вина. У тебя много вопросов, на которые ты хочешь получить ответы. И я дам тебе это. Я расскажу тебе все. Поверь мне, когда я говорю, что чертовски сожалею о том, что произошло. Я причинил тебе боль, заставил страдать, хотя обещал никогда этого не делать. Но у меня не было выбора. Эта слишком сложная и тяжелая история, которую невозможно изложить коротко.

Он придвинулся еще ближе. Переплетя наши пальцы, он поднял мою руку и оставил на костяшках легкий, невесомый поцелуй. Место, где его губы коснулись моей кожи, вспыхнуло и запульсировало, посылая волны жара по всему телу. Колени подкашивались, но я держалась из последний сил, чтобы не упасть прямо на песок. Я не могла заставить себя пошевелиться или моргнуть. Мой пульс участился, а горло сжало от нахлынувших эмоций. Нэш держал меня за руку, тепло его ладони проникало в меня. Его слова, такие искренние и полные сожаления, что-то всколыхнули во мне, от чего на глаза выступили слезы. Но сделав глубокий вдох и быстро заморгав, я смахнула их и прочистила пересохшее горло.

– Я хочу, чтобы ты пообещал мне, что выполнишь то, о чем только что сказал, Нэш, – я стиснула наши переплетенные пальцы и прижалась к его твердой груди. – Я хочу знать правду.

– Обещаю, Антеро. На этот раз я не облажаюсь.

Я смотрела Нэшу в глаза и ловила себя на мысли, что верю ему. И пусть он причинил мне боль в прошлом, я была готова дать ему шанс все исправить. Напряжение медленно покидало мое тело, а дыхание выравнивалось. Мы все еще стояли так, прижавшись друг к другу и смотря друг другу в глаза. Нэш нависал надо мной, его губы растягивались в слабой улыбке, а зрачки расширялись. Он не отпускал мою руку, а лишь сильнее сжимал ее, словно боялся, что я убегу от него. По какой-то непонятной причине мне тоже хотелось улыбаться. Между нами снова повисло молчание, только на этот раз это было нечто иное, как будто с наших плеч свалился тяжелый груз. Дышать стало легче.

– Нэш…

– Вы только посмотрите, кто здесь! – откуда-то сверху раздался чей-то радостный голос. Подняв голову наверх, я увидела изчезнувшую макушку Картера О'Донохью, который, должно быть, заметил нас двоих. – Никуда не уходите, я сейчас!

– О, нет, – Нэш прикрыл глаза и тихо усмехнулся. – Теперь он точно не отстанет от нас. Будь готова к тому, что он завалит нас вопросами и будет надоедливой занозой в заднице весь оставшийся вечер.

– Уверена, мы справимся, – весело пробормотала я. Короткое «мы», произнесенное мной, заставило сердце радостно подскочить в груди.

Послышался громкий звук, как будто кто-то быстро спускался по лестнице, а через мгновение перед нами появился сам Картер О’Донохью. Увидев лучшего друга Нэша, я не могла поверить своим глазам. Десять лет спустя милый парнишка с брекетами и растрепанными волосами, красовавшийся перед камерой, превратился в чертовски обаятельного, красивого мужчину, о котором знал весь мир. Одетый в белоснежный дизайнерский костюм, Картер олицетворял собой элегантность и дерзость. Зачесанные назад угольно-черные волосы блестели в свете ярких софитов, зеленые глаза в сочетании с широкой ослепительной улыбкой и слегка вздернутым носом придавали его лицу какую-то особенную притягательность.

– Терри, черт возьми, иди сюда, красотка! Я просто обязан обнять тебя, – широко расставив руки в стороны, Картер поприветствовал меня в своей привычной манере. Этот парень был слишком ярким для этого мира, громкий и шумный, он притягивал к себе внимание и наслаждался им по полной.

– И я рада тебя видеть, Картер. Выглядишь потрясающе, – обняв его, я одарила Картера теплой улыбкой. В груди разливалось приятное чувство от того, что я встретила человека, который всегда был рядом с Нэшем и являлся его лучшим другом.

– Как и всегда, впрочем, – с лица Картера не сползала ослепительная улыбка, которая была его визитной карточкой и за которую многие известные модные журналы были готовы разорвать друг друга на куски, лишь бы заполучить его модельное лицо и разместить на обложках. Да, у этого парня все в полном порядке с самооценкой, и он прекрасно знает, что хорош собой. – Идем. Мы должны отпраздновать ваше счастливое воссоединение.

Я хотела возразить и сказать, что он ошибся на счет нас, но не стала этого делать. Картер уже вел нас на верхнюю палубу, где проходила вечеринка, что-то без остановки болтая и громко смеясь.

– Поищу Кейдена. Уверен, он сойдет с ума, когда увидит вас вместе. Я скоро! – оставив нас, Картер помахал нам и быстрым шагом направился в сторону бара, затерявшись в толпе.

Поднявшись наверх, мы оказались в эпицентре вечеринки. Посередине располагался оживленный танцпол, забитый людьми. Из огромных колонок доносилась ритмичная музыка, тяжелые басы отдавались вибрацией по всему телу, заставляя его двигаться.

Я бывала на разных тусовках и раньше. В Segreto часто проходили подобные вечеринки, где люди танцевали до изнеможения всю ночь напролет, а алкоголь лился рекой. Мне всегда нравилась темная, неоновая атмосфера клубов. В такие моменты я могла полностью отпустить себя и наслаждаться музыкой, проникающей в каждую пору, и приятной ноющей болью в ногах от ношения высоких каблуков.

– Это потрясающе! – крикнула я, посмотрев на Нэша, не в силах сдержать собственный восторг.

Наш короткий разговор и то, как Нэш держал меня за руку, оставили приятный осадок глубоко в моей душе. Между нами все еще осталось много недосказанности, но мы медленно, шаг за шагом шли к тому, чтобы исправить допущенные ошибки. Все как будто налаживалось.

Не желая терять ни секунды, я направилась прямо в толпу, потянув Нэша за собой. Он медленно плелся за мной, с его лица не сходила слабая улыбка, красноречиво намекающая о том, что ему не очень нравится эта идея, но он не мог мне отказать. Его невозможно голубые глаза скользили по каждому дюйму моего покачивающегося тела. В стеклах очков отражались блики ярких огней, от чего радужки небесного цвета становились еще светлее и пронзительнее. Черт возьми, мне нравилось, как он смотрел на меня. Нэш совершал минимум движений, но я всем своим существом ощущала его твердое тело, плотно прижимающееся к моему. Жар его кожи проникал в меня, достигая самого сердца и опускаясь вниз, обжигающим теплом разливаясь между бедер.

– Покажи им, как нужно танцевать, – произнес Нэш прямо у меня над ухом. Его горячее дыхание опалило мою нежную кожу, и будь я проклята, если его слова не разожгли во мне неистовый огонь.

Музыка сменилась с ритмичной на более медленную и чувственную. Развернувшись к Нэшу спиной, я еще теснее прижалась к его груди и начала плавно покачивать бедрами. Его руки опустились на мою талию, слегка сжав. Прикосновение невесомое, но полное неоспоримой силы. Он держал меня в своих объятиях, наши тела терлись друг о друга, знакомое напряжение нарастало с каждой секундой все сильнее. Но теперь это было нечто совершенно иное, более глубокое и интимное.

Интенсивность.

Собственничество.

Нэш словно заявлял на меня права, давая всем присутствующим здесь понять, что я принадлежу ему. Жар поднялся вверх по моей шее, а пульс участился, когда большие руки Нэша опустились на мои бедра. Между нашими телами не оставалось ни единого дюйма. Дыхание перехватило, когда я почувствовала его твердый член, прижимающийся к моей заднице. Прикрыв глаза, я позволила эйфории захватить меня, полностью отдавшись моменту.

– Перестань дразнить меня этой соблазнительной попкой, Антеро, – пальцы Нэша сильнее впивались в мои бедра, едва прикрытые тонкой тканью платья. Его низкий, глубокий шепот оседал на моей разгоряченной коже, от чего по телу пробежала мелкая дрожь, соски затвердели и царапались о блестящий материал платья, пуская по телу тонкие электрические импульсы.

– Ты сам сказал показать класс, – оглянувшись через плечо, я задрала голову и встретилась со штормовыми глазами напротив, в глубине которых бушевала буря. На секунду в моей голове возник образ несносной девчонки без трусиков, дразнившей опасного мафиози и получившей по заслугам за свое поведение самым горячим и сексуальным способом. Возможно, любовные романы не так уж и плохи.

Мои губы растянулись в игривой улыбке. Призывно двигая задницей, я потерлась о брюки Нэша, и подняв вверх руки, сцепила пальцы на его шее, слегка взъерошив мягкие волосы на затылке.

– Черт, Антеро, – прошипел Нэш. Его пальцы с силой сжимали мои бедра, оставляя синяки. Выступающая под плотной тканью брюк твердость его члена красноречиво давала понять, что я все делаю правильно, хоть и сильно рискую оказаться в лапах возбужденного и разгоряченного мужчины. И кто я такая, чтобы отказываться от такой великолепной возможности.

– Боишься потерять контроль, мистер звездный адвокат? – сжав пальцы на его шее сильнее, я притянула его голову ближе к своей. Кожа его щеки, горячая и слегка колючая от щетины, потиралась о мою, запах лосьона после бритья играл с моими рецепторами, от чего я не могла перестать глубоко дышать.

– Поверь, в твоих же интересах, чтобы этого не произошло, – Нэш не отступал, а только еще сильнее прижимал мое вибрирующее и разгоряченное танцем тело к своему. Грубая ткань его пиджака царапала чувствительную кожу, от чего моя голая спина покрывалась мурашками, а пальцы на ногах поджимались от предвкушения.

– Уверена, меня ждет настоящее стихийное бедствие.

Не сводя с Нэша глаз, я плавным движением развернулась к нему лицом. Проведя ладонями по лацканам его сшитого на заказ пиджака, я потянулась к нему. Губы Нэша были в жалких миллиметрах от моих, его теплое мятное дыхание касалось моих щек. Я сама начала эту игру, и не могла заставить себя остановиться. Мне доставляло удовольствие наблюдать за тем, как взгляд Нэша темнел и искрился, проникая прямо в мою душу. Это заводило и распаляло. Но я не собиралась сдаваться ему так быстро. В момент, когда наши губы должны были соприкоснуться, я с тихим смешком оттолкнула Нэша.

– Я хочу выпить.

Глаза этого дьявольски притягательного мужчины расширились от неожиданности. Осознав то, что только что произошло, Нэш впился в меня взглядом, полным молчаливого обещания о том, что я совершенно точно в полной заднице.

– Ты заплатишь за это, Антеро. И поверь, это будет самое разрушительное наказание, которое ты когда-либо получала, – поправив пиджак и проведя пальцами по густым волосам, Нэш одарил меня улыбкой, от которой останавливалось сердце, и направился в сторону бара.

Обернутая в бархат его голоса угроза наказать меня самым невероятным образом заставила мое сердце подпрыгнуть в груди. Что ж, я заигралась и зашла слишком далеко. И черт бы побрал Нэша Дэвентера, но я была готова встретиться с последствиями своей игры лицом к лицу.

Глава 16

Нэш

Стоя у бара и медленно потягивая скотч, я наблюдал за разворачивающейся перед моими глазами картиной – совершенное тело Терри, соблазнительно двигающееся и извивающееся в свете ярких огней. Ее загорелая кожа блестела, словно покрытая тонким слоем золота. Струящаяся ткань ее дизайнерского платья переливалась ослепляющими бликами.

Моя Антеро любит блестки. Эта одна из нее слабостей. И черт возьми, я готов до конца своей гребанной жизни быть тем мужчиной, который будет бросать к ее ногам все блестящие шмотки и украшения этого мира.

Сделав еще глоток, я позволил крепкой жидкости задержаться во рту, перекатывая горький вкус на языке и обжигая горло, сглатывая. Я не мог отвести глаз от сверкающей богини передо мной. Терри танцевала с Картером, не переставая улыбаться и смеяться. Собранные в высокий пучок густые темные волосы обрамляли ее красивое лицо несколькими выбившимися прядями. Многочисленные украшения поблескивали на свету. Глубокий вырез на спине открывал вид на ее необычную татуировку, которая тянулась вниз до самой поясницы длинными линиями иероглифов.

От этого зрелища я сглотнул. Я уже видел, как Терри танцевала в клубе, и должен признать, отдал бы все, что у меня есть, чтобы увидеть это снова.

Каждое движение ее идеальных бедер вызывало во мне прилив такого сильного возбуждения, что казалось, мои брюки разорвутся от нарастающего давления. Я был чертовски тверд прямо сейчас, посреди гребанной вечеринки, и ничего не мог с этим сделать. Моему члену очень понравилось устроенное ранее Терри представление. Как ее упругая задница, едва прикрытая платьем, прижималась и терлась об меня самым бесстыдным образом. Она дразнила меня. Играла со мной. А затем оттолкнула меня, одарив самой сладкой улыбкой, которую я когда-либо видел.

Эта женщина что-то делала со мной. Рядом с ней я не мог соображать рационально. Желание закинуть Антеро на плечо и унести как можно дальше от посторонних глаз нарастало во мне с каждой секундой все больше.

Терри сияла ослепительно. И вполне естественным было то, что такая яркая женщина привлекала внимание других мужчин. Они смотрели на нее голодными глазами, желали ее, пускали по ней слюни. Уверен, каждый из этих ублюдков представлял ее обнаженной. От этой мысли мир вокруг меня окрашивался в красный, а в голове раздавался сигнал тревоги. Все мое существо буквально сотрясалось от гнева и раскаленной до бела ревности. Терри принадлежит мне. Без вопросов. Никто не имеет права на эту женщину.

И пусть между нами все было непросто спустя десять лет, груз недосказанности убивал нас обоих, но невозможно было отрицать очевидное – Антеро до сих пор испытывает ко мне чувства. Она могла ненавидеть меня за то, что я оставил ее, могла злиться и сходить с ума, но горячее напряжение, возникавшее между нами всякий раз, когда мы оказывались рядом, говорило громче любых слов.

У меня было достаточно времени, чтобы подумать о том, что я упустил и какую ошибку совершил. И я не намерен отступать сейчас.

– Мои глаза меня обманывают, или это милашка Терри двигается в центре танцпола прямо сейчас? – слева от меня раздался знакомый хрипловатый голос.

Слегка повернув голову, я увидел широко улыбающегося Кейдена. Облокотившись локтем на барнуй стойку и потягивая коктейль через длинную кислотно-желтую трубочку, мой сводный брат лениво наблюдал за толпой танцующий людей из-под оправы своих очков. Всякий раз, когда мне казалось, что Кей ничем не сможет меня удивить, этому придурку удавалось придумать очередной эксцентричный, граничащий с сумасшествием, образ.

На этот раз он был одет в широкие черные штаны из дорогой переливающейся ткани. Простая белая майка обтягивала его мощный накаченный торс, открывая вид на татуировки-рукава. На ногах блестели ковбойские сапоги с таким острым носом, что при желании Кейден мог использовать их как смертоносное оружие и проткнуть кого-нибудь насквозь. На его запястьях, пальцах и шее поблескивали дизайнерские украшения, крупные и сверкающие, подчеркивающие его индивидуальность и совершенное отсутствие каких-либо тормозов на огромные суммы денег, которые Кейден на них тратит.

– Почему я нисколько не удивлен, что ты выглядишь как придурок? – спросил я, закатив глаза. Но мои губы сами по себе растягивались в легкой усмешке. Несмотря на кричащий внешний вид, Кейден выглядел великолепно и умел носить такие смелые наряды. Чего только стоили огромные очки в белой оправе, по форме напоминающие глаза увивленной мухи, и завязанная на голове косынка от Прада.

– Потому что ты такой же придурок, как и я, братишка. Но в отличие от меня, у тебя напрочь отсутствует чувство вкуса, – Кей похлопал меня по плечу и, приподняв чертовски модные очки, вернул изучающий взгляд на танцпол.

Мое внимание привлек громкий смех Терри. Она продолжала крутиться в танце вместе с Картером, который все это время не переставал что-то болтать и веселить ее. Ее темные глаза искрились от счастья, густые волосы едва держались на блестящей палочке, а на щеках выступил румянец. Потрясающая.

– Твоя женщина определенно умеет двигаться, чувак, – ткнув меня локтем в бок, сказал Кейден. – И я все еще жду, когда ты скажешь мне спасибо.

– С чего мне вдруг благодарить тебя?

– С того, что именно я принес тебе то приглашение и настоял на том, чтобы ты пошел в клуб и немного развеялся. Кто бы мог подумать, что простая случайность обернется неожиданным воссоединением двух влюбленных, – Кейден поиграл бровями и снова громко усмехнулся. Но спустя мгновение его лицо стало чуть более серьезным, и он спросил: – У вас все наладилось?

– Мы работаем над этим, – следя за тем, как Терри, подняв руки над головой, танцевала под чувственный ритм музыки, ответил я.

Мне до сих пор с трудом верилось, что она приняла приглашение и согласилась пойти со мной. Она хотела поговорить, вернее, чтобы я рассказал ей правду. И я идиот, если упущу шанс все исправить. Терри всегда была предназначена для меня, и ничто не могло это изменить.

Кейден сказал, что наша встреча была случайностью. Простым совпадением. Но я считал иначе. Все эти годы я знал, что рано или поздно жизнь столкнет нас снова. Мы были порознь слишком долго, и теперь я был полон решимости показать Терри, что впереди нас ждет целая вечность вместе. Потому что это невероятная женщина моя.

– Ты говорил с ней о том, что произошло? – спросил Кейден. – Уверен, у нее накопилось немало вопросов относительно того, где тебя носило все это время.

– Перед тем, как прийти сюда, Антеро заставила меня пообещать ей, что я все ей расскажу. И если я не хочу облажаться и потерять ее навсегда, я сделаю это. Она имеет право знать.

– Ты справишься, братишка. С нетерпением жду момента, когда она сьездит кулаком по твоему унылому лицу, когда все узнает, – Кейден нагло ухмыльнулся и, оглянувшись через плечо, подал бармену знак повторить.

Я ничего не ответил. Кейден мог издеваться и подшучивать надо мной сколько угодно, но он был одним из немногих, кто видел, с каким неожиданно свалившимся на меня дерьмом я был вынужден столкнуться, и сколько усилий я приложил, чтобы разобраться с этим.

Сейчас, когда прошло десять лет, причина, по которой я оставил Терри, не казалась мне чем-то из разряда огромной катастрофы. Но в тот момент я действительно не знал, что мне делать и с чего начать.

В кармане брюк завибрировал телефон. Взглянув на экран и увидев высветившееся имя, я невольно улыбнулся и открыл сообщение.

Би: Кажется, я справилась с тем, чтобы приготовить ужин и не сжечь при этом половину кухни.

Следом пришла фотография стола, аккуратно сервированного на двоих. Улыбнувшись шире, я быстро напечатал ответ.

Нэш: Уверен, это того стоило. Не думаешь о том, чтобы заняться этим профессионально? Я знаком с Гордоном (прим. автора. Гордон Рамзи – британский шеф-повар). Думаю, он сможет сделать из тебя крутого шефа, детка. *смеящийся смайлик*

Би: Смейся-смейся. Я всегда говорила, что ты абсолютно безнадежен, когда дело касается поддержки.

Нэш: Я говорил совершенно серьезно. Ужин выглядит великолепно. *смайлик сердечка*

Би: Приедешь попробовать? Я старалась соблюдать твой любимый рецепт. И заметь, никаких вареных овощей.

Нэш: Я постараюсь, солнышко.

Внизу экрана всплывал значок набора сообщения, исчезал, а затем появлялся снова. Так продолжалось пару минут. Я знал, что на другом конце провода росло напряжение. Такое часто случалось, когда Би нервничала или пыталась справиться с эмоциями. Не выдержав, я быстро набрал сообщение.

Нэш: Все в порядке?

Еще минуту я тупо пялился на экран в ожидании. Что-то в том, как она долго набирала ответ, заставляло меня нервно сжимать челюсти и периодически постукивать пальцами по корпусу телефона.

Наконец-то пришел ответ.

Би: Все замечательно. Я просто немного устала после того, как провела на кухне почти весь день. Мне нужно отдохнуть и проветрить голову. *смайлик-поцелуйчик.

Нэш: Позвони мне, если что-то понадобится.

Би: Веселись, Нэш. Люблю тебя.

Я уже хотел набрать овтет, как неожиданно кто-то выдернул телефон из моих рук. Подняв голову, я увидел озаренное широкой белозубой улыбкой лицо Картера. Он стоял передо мной, держа телефон в одной руке, а другой приобнимая Терри за плечи. Тот факт, что его тело находилось так близко к ее, заставило мой пульс ускориться, а кулаки сжаться от приступа собственнической ревности. Что за черт? Мой лучший друг только танцевал с Терри у меня на глазах, но это не заставило меня реагировать так остро, как сейчас, когда его руки уютно располагались на ее теле.

– Держи руки при себе, придурок, – проворчал я. Мой голос оставался спокойным и ровным, но полным угрозы. Но на Картера это не действовало. Ублюдок лишь отмахнулся от меня и, взглянув на Терри, а затем на свою руку, все еще слегка обнимающую ее, громко рассмеялся.

– Уберу, если пообещаешь хоть на секунду вытащить голову из телефона и повеселишься с нами. Бога ради, от твоей кислой физиономии все вокруг думают, что вечеринка закончилась и пора расходиться. Улыбнись, чувак, – губы Картера снова расплылись в лучезарной улыбке, которая являлась его визитной карточкой и привлекала слишком много женщин. И как бы я ни любил лучшего друга, сейчас я был готов подкинуть его дантисту работенки.

– Не заставляй меня повторять, – я выхватив телефон из его рук. Картер продолжал смеяться, чем повышал уровень моего раздражения до критических пределов. Напомните мне, почему он все еще мой лучший друг и позволял ему выводить меня из себя?

Мои глаза встретились с глазами Терри. Она стояла передо мной, веселая и разгоряченная, и ослепительно улыбалась. Было видно, что ее забавляла сложившаяся неловкая ситуация. Но несмотря на то, что Картер, возможно, прав, и мое лицо действительно могло отпугнуть всех остальных, Терри была не из их числа. Она сверлила меня пристальным взглядом, в ее темных глазах блестел озорной огонек, а лицо и шея раскраснелись от долгих танцев.

– Кажется, это тот самый момент, когда ты должен хлоднокровным голосом пригрозить выкинуть меня за борт, если я продолжу обнимать твою женщину, – Картер пребывал в отличном настроении, а потому продолжал без умолку нести всякую чушь. Но его предложение показалось мне чертовски привлекательным.

– И я сделаю это, если ты не заткнешься.

– Может, вместо того, чтобы вести этот бессмысленный разговор, кто-нибудь угостит меня коктейлем? – вмешалась Терри. Ее голос сочился весельем, а заливистый смех приятным теплом проникал глубоко в мое тело, достигая самого сердца. – И к слову, я не его женщина. По крайней мере, Нэш все еще не прощен.

– Убеждай себя в этом, дорогая, – усмехнулся Кейден и подмигнул мне в знак поддержки.

Я же промолчал и продолжил пристально смотреть на Антеро. Уголки моих губ дрогнули в подобие улыбки, когда я заметил, как румянец охватил ее шею и верхнюю часть груди.

– Так что на счет выпивки? – Терри решила сделать вид, что не обратила на это внимание, и решила вернуться к своему вопросу.

– Да, ты права, милашка Терри, – Картер тут же оживился. Аккуратно убрав руку, чтобы случайно не задеть ее волосы, он направился в сторону лестницы, которая вела на нижнюю палубу. – Придется мне побыть для тебя джентльменом сегодня, раз Нэш разучился ухаживать за женщинами. Я скоро вернусь.

Я закатил глаза. Ублюдок.

– Лучше исчезни, пока он не запустил в тебя барным стулом, – Кейден давился от смеха, держась одной рукой за живот.

– Я так скучала по вам, мальчики, – Терри громко усмехнулась, от чего я почувствовал что-то теплое и радостное, разливающееся по душе. Она подошла ближе и, одарив меня улыбкой, от которой останавливалось сердце, ловко запрыгнула на высокий барный стул. – Кстати, потрясающий прикид, Кейден. Я в восторге от твоей косынки.

О, она ведь это несерьезно?

Но судя по тому, с каким интересом в глазах она рассматривала каждую деталь, ей действительно нравилось то, что она видела.

– Жаль, что твой недопарень так не считает. Но все равно спасибо, красотка. Ты тоже выглядишь сногсшибательно, – Кейден продолжал улыбаться, демонстрируя специально имплантированные сверкающие бриллианты на нижних зубах. Кто-то из гостей громко позвал его. – Я вас тоже ненадолго оставлю.

Кейден ушел, оставив нас вдвоем. Облокотившись спиной на барную стойку, я перевел взгляд на Терри. Она сидела, закинув одну изящную ногу на другую, от чего ее и без того короткое платье поднималось еще сильнее, оголяя соблазнительные бедра. Несколько вьющихся прядей выпали из пучка и падали на открытую спину. Ее тело красиво выгнулось, когда она потянулась к моему стакану и сделала глоток скотча. Высунув язык, она слизала маленькую горькую каплю алкоголя с губ. От этого действия мое тело тут же охватила обжигающая волна. Пальцы сами потянулись к ее волосам, чтобы поиграть с длинными прядями и ощутить их шелковистость.

– Значит, я все еще не прощен? – аккуратно наматывая ее волосы на палец, спросил я. Я намеренно касался костяшками ее оголенной кожи, от чего ее тело слегка подрагивало и покрывалось мурашками.

– Это зависит от того, выполнишь ты свое обещание или нет, – тихим голосом ответила Терри, сделав еще один глоток. Серебристый блеск ее платья переливался от ярких лампочек, играя на загорелой коже, придавая ей какое-то неземное свечение. Эта женщина выглядела великолепно.

Играя с ее волосами и наблюдая за тем, как ее глаза прикрывались от удовольствия, а длинные ресницы трепетали от каждого легкого прикосновения моей руки к ее коже, я ловил себя на мысли, что физически не мог заставить себя остановиться. Мои пальцы медленно поползли к ее татуировке. Обводя каждый завиток, я неторопливо изучал рисунок, опускаясь вниз.

– Ты невероятная, Антеро, – приближившись к ней, я приподнял ее подбородок сводобной рукой. Ощущение ее теплой кожи под моими пальцами заставляло мой пульс учащаться, а сердце колотиться в полную силу. Я был чертовски близок к тому, чтобы уничтожить оставшееся между нами расстояние и заявить права на эту женщину.

– За этот комплимент ты тоже ждешь благодарность? – прохрипела Терри. Ее грудь поднималась и опускалась от частых вздохов, а пухлые розовые губы слегка приоткрылись, как бы приглашая меня попробовать их на вкус. И будь я проклят, если не хотел завладеть этими губами прямо сейчас.

– Это не комплимент, а факт. И я готов говорить тебе об этом всю оставшуюся жизнь, – мой голос охрип так же, как и ее, а пальцы продолжали вырисовывать невесовые завитки по линии ее татуировки.

Наши губы находились на крошечном расстоянии друг от друга. Я ощущал теплое, смешанное со скотчем, дыхание Антеро на своем лице. Легкий ветерок доносил до меня знакомый запах вишни и жасмина, исходивший от ее тела, и я не мог надышаться им. Хотелось зарыться носом в ее шею и вдыхать этот божественный аромат до тех пор, пока мои легкие не откажут.

За моей спиной раздался громкий звук разбитого стекла.

– Какого черта здесь происходит?! – следом за стеклом по всей палубе прокатился недовольный женский голос, который в мгновение убил все волшебство момента между между нами.

Резко повернув голову, я увидел толпу фотографов и репортеров, которые заполняли собой все свободное пространство верхнего этажа яхты. Во главе этого безумия стояла Тереза – бывшая жена Кейдена. Она быстрым шагом направлялась в его сторону, гневно размахивая руками и выкрикивая оскорбления. Ее лицо исказилось от злости, а стук высоких каблуков оглушал всех присутствующих.

– Что ты здесь делаешь, Тереза? – стараясь сохранять спокойствие, спросил Кей.

– Это я хочу спросить тебя, Кейден, что ты делаешь? Пока наш брак разваливается на мелкие кусочки, ты предпочел устроить вечеринку и тусоваться с другими женщинами! – высокий голос Терезы, больше похощий на истеричный вопль, разносился по палубе. Каждое ее движение сопровождалось вспышками фотокамер.

– Наш брак давным-давно развалился, и ты это знаешь, – несмотря на внешнее спокойствие и невозмутимость, голос Кейдена едва заметно дрожал. Он явно не ожидал того, что его психованная бывшая жена заявится на вечеринку и приведет целую армию желтой прессы. – Зачем ты устроила весь этот цирк?

– Мы еще не развелись! – Тереза кричала, как сумасшдшая, и привлекала внимание. – Ты чертов ублюдок, Кейден. Как ты можешь вести себя подобным образом? Неужели столько лет, чтобы мы были вместе, для тебя ничего не значат? – вытирая несуществующие слезы, бывшая жена моего брата продолжала профессионально отыгрывать роль жертвы, вынося семейные проблемы на всеобщее обозрение.

– Я не хочу продолжать этот разговор. Тебе лучше уйти, – Кей держал себя в руках и не повышал голос, так как прекрасно знал, что любая агрессия с его стороны могла быть использована против него в дальшейшем.

– Даже не думай, что можешь так просто избавиться от меня. Ты дорого заплатишь за это! Клянусь богом, я…

– Здравствуй, Тереза. Очень рад встрече, – не выдержав того, что эта сумасшедшая женщина издевалась над моим братом и превращала его жизнь в ад прямо сейчас, я решил вмешаться и прекратить это безумие. Оставив Терри у бара, я подошел к Кейдену и направил на его бывшую жену самый ледяной взгляд из всех возможных.

Увидев меня, Тереза выпучила глаза от удивления и открыла рот в немом шоке. За годы, проведенные в браке с Кейденом, она смогла уяснить для себя одну очень важную мысль, – она мне чертовски не нравилась. Я никогда не говорил Кейдену о том, что не одобряю его выбор, ведь Тереза была очевидно чокнутая. Но Кей искренне любил эту женщину и хотел построить с ней крепкую семью, о которой всегда мечтал. Со временем мой брат понял, что она высасывала жизнь из всего, к чему прикасалась. Он ощутил это на собственной шкуре, когда начался их бракоразводный процесс. Я знал, что он мог справиться с ней самостоятельно, но не мог позволить Терезе смешивать моего брата с грязью в моем присутствии.

– Кажется, я ясно выразился, когда сказал о том, что ваши встречи будут проходить исключительно в зале суда. Там ты можешь выразить все свое недовольство и задать все интересующие тебя вопросы, – застегнув пиджак и сохраняя нейтральное выражение лица, сказал я.

Как адвокат, представляющий интересы моего брата в суде, я не мог бездействовать. Кейден не хотел втягивать меня в свой семейный конфликт, но когда Тереза решила сделать из этого информационный повод и тем самым перешла черту, он попросил меня о помощи.

– Если не хочешь получить судебный запрет, а также штраф на кругленькую сумму за нарушение условий брачного договора, ты покинешь это места прямо сейчас, – сохраняя профессиональный тон, продолжил я.

– Мои адвокаты размажут тебя, Нэш, – прошипела Тереза. Уверен, если бы она не боялась меня и тех проблем, которые я мог ей доставить, то однозначно вмазала мне прямо под вспышками камер.

– Жду не дождусь, чтобы посмотреть, как они это сделают, – прожигая разъяренную бывшую брата полным неприкрытого презрения взглядом и одновременно саркастично улыбаясь, произнес я. – И если тебе на секунду показалось, что приведя сюда прессу, ты сможешь чего-то добиться, то у меня для тебя плохие новости.

– Ты злобный, мерзкий, гадкий ублюдок! – завизжала Тереза. Растолкав репортеров и окружавших нас гостей, она направилась в нашу сторону, явно намереваясь наброситься на меня или Кейдена, но неожиданно исчезла из поля зрения.

На секунду я потерялся в пространстве, а затем понял, что весь яхт-клуб и большая часть частного пляжа погрузились в кромешную тьму.

Глава 17

Нэш

Черт бы побрал Картера О'Донохью и его невероятную способность принимать импульсивные решения, которые часто граничат с идиотизмом. Но я бы солгал, если сказал, что не был чертовски рад этому прямо сейчас.

Крепко держа Терри за руку и пробираясь сквозь толпу, которая скопилась у выхода к пляжу, я был готов расцеловать лучшего друга за его сообразительность.

Имення благодаря тому, что Картер перепутал рубильники, и вместо того, чтобы выключить свет на палубе, обесточил весь яхт-клуб и половину частного пляжа, Кейден и я смогли воспользоваться всеобщей растерянностью из-за внезапно наступившей темноты и выкрутились из сложившейся ситуации.

Но не успел я обрадоваться тому, что мы смогли избавиться от надоедливой Терезы, как неожиданно нагрянула полиция. Сотрудники отеля пожаловались на внезапное отключение света, и вызвали копов. Пришлось потратить кучу времени на то, чтобы объяснить им, что произошло.

Пока мы разбирались с тем дерьмом, которое устроила Тереза, все гости разошлись, и вечеринка закончилась.

– Кей, ты в порядке? – спросил я, когда копы наконец-то уехали. Все время, что я разговаривал с ними, Кейден сидел на теплом песке и молча смотрел в темноту.

– Все нормально. Просто не ожидал, что она придет, – устало выдохнул Кейден. Стянув с головы разноцветную косынку, он отпил немного виски и достал пачку сигарет.

– Мы разберемся с этим, обещаю, – похлопав брата по плечу, я посмотрел на Картера. Тот молча кивнул, давая понять, что останется с ним и продолжит вести себя, как придурок, лишь бы отвлечь Кейдена от того, что произошло пару часов назад.

– Расслабься, чувак, – Картер рухнул на песок и вытянул ноги. – Это моя вина. Никто не предупредил меня о том, что там будет так много проводов.

– Ты мог погибнуть от удара током, идиот, – выпустив дым из легких, прохрипел Кейден. – Не мог придумать другой способ?

– Я был в панике и действовал без определенного плана. О, не смотри на меня так. Главное, что я жив, а о твоей вечеринке будет говорить весь Лос-Анджелес.

– Ради всего святого, заглохни, – Кейден закрыл лицо руками. Но я успел заметить, как уголки его рта дрогнули в улыбке. Метод Картера всегда срабатывал.

– Между прочим, вечеринка без полиции – чертовски скучное зрелище. Вспомни Нью-Йорк, Кей. Никогда бы не подумал, что выбитые двери могут отлетать на такие расстояния. А те висячие светильники изначально были ненадежны. Да, пришлось заплатить за них кругленькую сумму, но зато мы попали на первые полосы…

Картер продолжал делать то, что у него получается лучше всего, – болтать о всякой ерунде до тех пор, пока висящее в воздухе напряжение окончательно не исчезнет. Должен признать, его непрекращающийся поток мыслей помог отвлечься даже мне. Достав телефон, Картер нашел несколько фотографий с упомянутой ранее вечеринки и показал Кейдену.

Убедившись, что Кейден пришел в себя, я оставил друзей на пляже и пошел искать Антеро. Я упустил ее из виду, пока разбирался с тем хаосом, который творился пару часов назад. Черт возьми, не так я представлял себе этот вечер.

Найдя Терри недалеко от входа в яхт-клуб, я подошел к ней и взял за руку.

– Прости, что заставил ждать. Ты в порядке?

– Не волнуйся за меня. Я привыкла ждать, – усмехнувшись, Терри посмотрела на меня. В ее глазах промелькнуло что-то, что заставило мое сердце больно сжаться в груди. И только сейчас до меня дошел смысл сказанного.

Вспомнив о нашем разговоре, я лишь молча стиснул ее ладонь.

– Как Кейден?

– С ним все будет в порядке. Сейчас Картер уговорит его поехать в очередной клуб, чтобы продолжить веселиться, а утром они оба будут заваливать меня похмельными сообщениями.

Терри улыбнулась и обняла себя руками, словно защищаясь от ночного холода. С океана подул прохладный ветер, а ее наряд не был расчитан на то, чтобы согреть ее маленькое тело. Стянув в себя пиджак и накинув ей на плечи, я переплел наши пальцы вместе.

– Хочу немного прогуляться. Составишь мне компанию?

Мое сердце подскочило и забилось быстрее от ее предложения.

– С удовольствием.

Несколько часов мы гуляли по ночному Лос-Анджелесу и говорили обо всем на свете. Я рассказывал Терри о случаях из своей адвокатсткой практики, жаловался на то, какими придурками иногда могли быть знаменитые на весь мир люди, и о том, как часто приходилось иметь дело с надоедливой прессой.

Обычно я не был тем, кто любит много говорить. Болтуном из нас троих в основном был Картер. Но Терри заваливала меня вопросами, и я хотел отвечать на них.

Не помню, когда в последний раз разговаривал с кем-то по душам, делился чем-то, что меня беспокоит, кроме мамы. Но рядом с Терри я чувствовал спокойствие, а ее неподдельный интерес, с которым она слушала каждое мое слово, подталкивал меня говорить больше. Она хотела знать обо мне, и я не мог отказать ей в этом.

Терри тоже поделилась со мной своими успехами в студии, о новых группах новичков, с которыми она работает, о том, как она вместе с лучшей подругой Элли придумывает хореографию для клуба Чезаре.

– Все еще продолжаешь с ним работать? – спросил я.

Мне не очень нравилось то, что Антеро танцевала в клубе этого мафиозного придурка. Но я понимал, что не могу указывать ей, что делать. Это ее выбор. Терри занималась тем, что ей действительно нравится, и кто я такой, чтобы отбирать это у нее.

– Мы поссорились. Из-за тебя, между прочим, – глаза Терри сверкнули. Я помнил о том, чем закончился мой небольшой договор с Чезаре. – Но потом мы встретились и поговорили о том, что случилось. Пришлось много чего обсудить. Но в конце концов, нам удалось договориться.

– Я рад, что все наладилось, – повернув голову, я заметил, что Терри пристально смотрела на меня, словно ожидала чего-то. – Ты ждешь моих извинений?

– Было бы неплохо.

– Прости, детка, но я не считаю себя виноватым. И я бы сделал это снова, – мои губы растянулись в ехидной ухмылке. И я имел в виду то, что сказал. И как бы Антеро ни пыталась отрицать, ей это тоже понравилось.

– Придурок, – толкнув меня в плечо, она закатила глаза, но от меня не скрылось то, что на ее лице появилась слабая, еле заметная улыбка. Я был прав.

Мы бродили по городу еще какое-то время.

На самом деле я понятия не имел, который час. Обычно я всегда следил за временем и смотрел на часы при любом удобном случае. Но сегодняшний вечер был одним из тех редких вечеров, когда я мог позволить себе по-настоящему расслабиться и не думать ни о чем.

Держа Терри за руку, ощущая тепло ее ладони в своей и просто разговаривая с ней, я потерял счет времени и наслаждался тем, как ее тело прижималось к моему, пока мы гуляли.

– Боже, я больше не могу, – простонала Терри спустя еще час и рухнула на пассажирское сидение.

Мы гуляли всю ночь и только под утро вернулись к парковке, где я оставил свою машину.

Небо потихоньку бледнело над головой, город пробуждался ото сна. Громкое пение птиц раздавалось отовсюду.

– Эти каблуки убивают меня.

– Надо же. А я то думал, ты – профессионал, и высокие каблуки не являются проблемой, – я сидел рядом и с интересом наблюдал за тем, как ловкие пальчики Терри развязывали ремешки блестящих босоножек.

– О, лучше заткнись, Нэш, иначе я точно закончу то, что должна была сделать в клубе, – стянув неудобную обувь и размяв покрасневшие пальцы на ногах, Терри вздохнула с облегчением.

– Ты о той угрозе ударить меня по яйцам? Брось, Антеро, я слишком тебе нравлюсь, – чуть повернувшись к ней, я переложил ее ноги к себе на колени и начал медленно массировать маленькие ступни. – Так лучше?

Развернувшись и устроившись поудобнее, Терри прикрыла глаза от удовольствия. Из ее груди вырвался приглушенный стон, а выкрашенные в сверкающий лак пальчики ног слегка подгибались.

Я аккуратно разминал ее ступни, избегая натертых областей и медленно скользя ладонями вверх, чтобы обхватить тонкие лодыжки и икры. Все мое тело мгновенно охватила огненная волна. Ее пятки находились в опасной близости от моих заметно нятянувшихся брюк. Я старался сохранять невозмутимое выражение лица, но с каждой секундой это становилось все сложнее. Тихие стоны Терри лишь усложняли мое положение.

– О, Нэш…

Ее тело расслаблялось, а ноги вытягивались еще сильнее, задевая мой член. Кажется, я перестал дышать.

– Да, Антеро? – продолжая крутить большие пальцы массирующими движениями, я смотрел на женщину напротив и не мог оторвать взгляд.

– Не останавливайся, прошу…о-о-о-о, вот здесь, прямо здесь, – голос Терри повысился, а дыхание застряло в горле, когда я надавил на особенно чувствительную точку.

Сделав так еще несколько раз, только для того, чтобы посмотреть, как ее тело подрагивало от моих движений, я больше не мог сопротивляться искушению попробовать ее кожу на вкус. Опустив голову и оставив легкий поцелуй сначала на одной лодыжке, потом на другой, я посмотрел на изящно растянувшуюся на пассажирском сидении женщину. На одно короткое мгновение в моем сознании проплыл образ Терри, лежащей на моей кровати, расслабленной и утомленной после долгой ночи. Это заставило мышцы в моем теле напрясься, а внутренности скрутиться в тугой узел.

Глаза Антеро распахнулись, и она посмотрела на меня. Ее густо накрашенные темные глаза не отрывались от моих, от чего по моему телу прокатилась покалывающая волна жара, устремившаяся вниз. Опустив ладонь на ее бедро, я слегка сжал его. Ее тело вмиг напряглось под моими пальцами.

– Кажется, ты сама просила меня не останавливаться, – уголки моих губ растянулись в улыбке.

Моя ладонь медленно скользила по её теплой, шелковистой коже, покрытой мурашками. Уверен, причиной этому был вовсе не холод.

Терри неотрывно смотрела на меня. Ее глаза потемнели, грудь поднималась и опускалась, длинные ресницы подрагивали от приятных ощущений. Напряжение медленно покидало ее тело.

Получив ее молчаливое одобрение, я скользнул ладонью выше. Кончики моих пальцев касались кромки ее блестящего платья. Другой рукой я продолжал массировать ее ступни.

– Если ты думал, что то, что я терлась об тебя на танцполе, что-то значит, то у меня для тебя плохие новости, – голос Терри дрожал. Ее прерывистый хриплый шепот доносился до меня, распаляя все сильнее. Но темный блеск в ее глазах не оставлял никаких сомнений. Она хотела меня так же сильно, как я хотел ее.

Возможно, разум подсказывал ей, что это плохая идея. Но то, как ее тело инстинктивно выгибалось и тянулось к моему, говорило об обратном. Терри была полностью расслаблена, ее длинные ноги все еще лежали у меня на коленях. И я был готов сделать что угодно, лишь бы этот момент не заканчивался.

– Всему виной алкоголь, я знаю, – я не мог сдержать ухмылки.

Терри могла сколько угодно оправдывать свое поведение, но мы оба знали, что ее сердце и душа принадлежали мне. Мои ладони до сих пор покалывало от воспоминаний об изгибах ее тела. О том, как она прижималась ко мне, напитывая своим теплом.

Её тело было создано для меня, идеально подходило к моему. Как финальный кусочек пазла, который создает полноценную картинку.

Мои пальцы медленно пробирались под ткань ее платья. Я не хотел торопиться. В этом не было необходимости. Каждая минута, проведенная рядом с этой женщиной, доставляла мне невероятное удовольствие. И я был полон решимости насладиться тем, что происходит прямо сейчас.

Пальцы Антеро коснулись моих. От этого легкого прикосновения моя кожа вспыхнула, как рождественский фейерверк, а пульс подскочил до критической отметики. Терри по-прежнему не отводила от меня взгляда, молча позволяя мне делать то, что я задумал. Ее запах проникал в мои легкие, от чего сердце колотилось с удвоенной силой.

Протянув другую руку, я наклонился и притянул Терри к себе за талию. Наши лица находились в нескольких миллиметрах друг от друга. Так близко, что я мог посчитать каждую маленькую веснушку на ее щеках и увидеть бешено пульсирующую венку на ее шее. Губы Терри растянулись в легкой улыбке, когда я провел по ним большим пальцем, и моя кровь забурлила в венах, когда она слегка прикусила его.

И в тот момент, когда я был готов сорваться и поцеловать ее, в кармане брюк завибрировал телефон.

Блять!

– Ответь.

Терри, словно очнувшись от сна, медленно отстранилась от меня. Аккуратно перекинув ноги, она развернулась на сидении и поправила платье. Но от меня не скрылось разочарование в ее голосе.

Достав телефон, я увидел сообщение от Картера с пометкой "важно". Это заставило меня напрячься. Обычно Картер не имел привычки использовать такие сообщения. Что за черт?

Картер: Будь осторожен с бедрами милашки Терри, чувак!

Какого…

Чертов ублюдок!

Откинув голову на спинку сидения, я громко и недовольно выдохнул. Рука сжимала телефон так сильно, что грозила разломать его на мелкие кусочки. Злость наполняла каждую клеточку моего тела. Я даже всерьез задумался о том, чтобы свернуть шею лучшего друга, как только встречу его.

Разблокировав телефон, я быстро набрал ответ.

Нэш: Что за хрень ты несешь?

Картер ответил через несколько сенунд.

Картер: Эта женщина может держать весь вес своего тела на шесте одними бедрами в течение нескольких часов. Подумай о том, что она сделает с твоей головой, если ей что-то не понравится.

Забудьте про сворачивание шеи. Я закопаю этого ублюдка живьем.

– Все в порядке? – тихо спросила Терри.

– Как думаешь, мир моды простит меня, если я убью Картера с особой жестокостью? Потому что прямо сейчас я борюсь с желанием оторвать его голову.

Протянув ей телефон, я снял очки и сжал переносицу. Голова до сих пор пульсировала от злости, зубы болели от того, как сильно я сжимал челюсти. Завершал парад мой ноющий член, который оплакивал упущенный момент.

– Не знаю, что сказать. Но буду считать это комплиментом, – Терри прочитала сообщения и громко засмеялась. К сожалению, ее веселье не передавалось мне.

– Ненавижу своих друзей.

Антеро отложила мой телефон и, потянувшись ко мне, поцеловала в щеку. Ее нежные пальцы плавно скользнули по моей шее, от чего кожа в этом месте заметно нагрелась. Повернув голову, я посмотрел на нее широко распахнутыми глазами. Улыбнувшись, она развернулась на сидении и пристегнула ремень.

– Отвези меня домой.

Глава 18

Терри

Десять лет назад

Сильные руки Нэша обвились вокруг моей талии, притягивая к себе как можно ближе. Его губы терзали мои в жадном, яростном поцелуе, от которого мое сердце бешено колотилось в груди, причиняя боль.

Черт возьми, этот мужчина умеет целоваться.

Терпкий мужской аромат вторгался в мои рецепторы, заставляя делать глубокие вдохи и закатывать глаза от заполняющего мое тело наслаждения.

Я чувствовала стальную хватку пальцев Нэша на своих бедрах. После них точно останутся синяки. Но это было последним, о чем я могла думать. На самом деле, я ни о чем не думала. Весь мой мир сузился до безжалостных губ Нэша, сминающих мои.

В каждом движении этого мужчины не было ни капли нежности. Он набрасывался на меня снова и снова, возвышаясь надо мной, целуя и рыча, как разъяренный хищник. Моя истерзанная нижняя губа горела от укусов. То, как крепко и грубо он держал меня, заставляло кожу покалывать, а ноги подкашиваться.

Мой разум буквально кричал мне сопротивляться. Я должна оттолкнуть его. Накричать. Дать пощечину. Сделать что угодно, лишь бы прекратить это. Он не смеет прикасаться ко мне после всего, что наговорил. Но несмотря на все протесты и бурлящую во мне злость, я не могла заставить себя это сделать.

Нэш заполнял собой все мое пространство. Его тело прижималось к моему так сильно, что я ощущала исходящие от него вибрации. Его учащенное дыхание опаляло мое лицо и шею. Зубы царапали чувствительную кожу, покусывая мочку уха и опуская ниже, где шея соединялась с плечом.

У меня перехватило дыхание. Кровь циркулировала по телу, глухо отдаваясь в ушах и висках. Мои руки действовали сами по себе. Мое тело действовало само по себе. Я не могла остановиться и обнимала Нэша сильнее. Ногти впивались в широкие плечи, обтянутые тканью футболки. Я хотела разорвать эту футболку к чертовой матери, чтобы получить доступ к его великопелному телу. Нэш вжимал меня в стену и терзал мою шею зубами и языком.

Никто не хотел уступать. Мы словно соревновались в том, кто из нас победит в этой борьбе и задушит другого в объятиях.

– Ненавижу тебя, Дэвентер.

Я не узнавала собственный голос. Охрипший и низкий от недостатка кислорода, который Нэш выжимал из моих легких огненными поцелуями. Несмотря на проникающий в комнату утренний солнечный свет, я ничего не видела перед собой. Голова шла кругом, а в глазах темнело.

– Ты даже не представляешь, насколько это взаимно, Спарклинг.

Нэш повернул мою голову в сторону и больно укусил в изгиб шеи. Из моего горла тут же вырвался громкий стон, а сердце забилось с удвоенной скоростью. Нэш воспринял это как сигнал к действию и укусил еще раз.

Наши взгляды встретились. Темнота в его ледяных глазах заставила меня нервно сглотнуть. Но я бы солгала, если сказала, что мое тело не забилось в дрожи предвкушения того, что должно произойти. Я буквально чувствовала, как кровь вскипала в моих венах, а киска сжималась и пульсировала.

Вся злость, которая кипела во мне все время, что мы ехали из полицейского участка, медленно покидала мое тело. На смену ей приходило чувство горячего возбуждения, разгорающегося внизу живота и разливающегося между бедер.

Секунду назад я была готова выцарапать Нэшу глаза за то, как он вел себя. Но когда мое тело с глухим стуком ударилось о стену, а покрытые татуировками мужские руки прижимали меня к прохладной поверхности, лишая возможности двигаться, я смирилась со своей участью.

Нэш в ярости. Из-за меня. Ему нужно дать выход накопившимся эмоциям.

– Все еще хочешь уничтожить меня?

Нэш прикусил мою нижнюю губу, а затем медленно провел по месту укуса языком, успокаивая и облегчая боль. От этого маленького проявления заботы мое сердце больно сжалось в груди.

Этот разъяренный мужчина возвышался надо мной. Его твердое, мощное тело прижималось к моему так, что между нами не оставалось ни единого дюйма. Моя грудь поднималась и опускалась от учащенного дыхания. Затвердевшие соски терлись о ткань платья, пуская заряженные импульсы по всему телу.

– Не смей допускать даже мысль о том, что этим поцелуем ты сможешь загладить свою вину передо мной, – гневно прошипела я ему прямо в губы. – Я не простила тебя за то, что ты оставил меня одну в такой важный день.

Я изо всех сил пыталась сохранять все самообладание, на которое была способна. Но каждый раз, когда Нэш обрушивал свои губы на мои, прижимал к стене или говорил этим греховно-хриплым голосом, мои колени предательски подгибались, а сердце металось в груди, словно пойманная в ловушку птица.

– Но твое тело считает иначе, – холодные пальцы Нэша медленно исследовали внутреннюю сторону моего бедра, скользя выше, туда, где он был мне нужен больше всего. – Оно жаждет меня. Не притворяйся, что тебя это не заводит.

Мой пульс зашкаливал, тело пронзала дрожь, а кожа покрывалась колючими мурашками от ленивых ласк Нэша. Его пальцы невесомо касались чувствительной кожи, каждый раз приближаясь и тут же отстраняясь. Он держал меня на грани. А я не могла перестать глубоко дышать, подавляя вырывающиеся из меня стоны.

Я видела немое предупреждение в его льдисто-голубых глазах. Этот мужчина хотел помучить меня, довести до исступления, наслаждаясь каждой чертовой секундой.

– Распусти волосы, – тихо прошептал Нэш голосом, не принимающим отказов. Он не просил, а приказывал.

Его теплый язык прошелся по раковине моего уха, а зубы прикусили пульсирующую венку на шее. Клянусь, я на грани того, чтобы потерять сознание и рухнуть прямо на полу в коридоре, а Нэш еще даже не прикоснулся ко мне.

Его длинные пальцы неторопливо шевелились у меня между ног, играя с тонким кружевом трусиков, но так и не доводя начатое до конца. Посыл ясен – я разозлила Нэша по-настоящему, ведя себя как капризная, избалованная девчонка, и он сделает все, чтобы заставить меня пожалеть об этом.

Он хочет, чтобы я подчинилась и умоляла.

Черт!

И хоть я не могла найти в себе силы сопротивляться, какая-то извращенная часть меня хотела ослушаться. Это бы только продлило мои мучения, но, возможно, я мазохистка.

– Ты не слышала, что я сказал?

Он опять назвал меня полным именем. Нэш знает, как я ненавижу, когда меня так называют. Но ему плевать. Он всегда использовал этот прием, чтобы подействовать мне на нервы и позлить. Но черт возьми, если это не возбуждало меня еще больше.

Нэш вжался своим телом в мое. Его горящие темным блеском глаза не отрывались от моих. Губы, распухщие от яростных поцелуев, растягивались в ехидной ухмылке.

– Или ты разучилась выполнять приказы, милая?

Нэш прекрасно знает, как действует на меня его голос. Стоит ему произнести хоть слово, понизив голос до пробирающего до дрожи баритона, как я тут же готова сделать все, что он попросит. Это одна из тех вещей, перед которыми я не могу устоять и передстаю соображать здраво. Именно Нэш был тем парнем, который раскрыл во мне этот маленький фетиш.

Но сейчас я хотела противостояния. Несмотря на скручивающиеся в тугой узел внутренности, я хотела заставить этого соблазнительного ублюдка понервничать. Он не единственный в этой комнате, кому позволено делать все, что он хочет.

– Пошел ты, – прошипела я ему прямо в раскрасневшиеся губы, одарив при этой самой ослепительной улыбкой.

Нэш тихо усмехнулся и посмотрел на меня. В его глазах промелькнуло что-то настолько зловещее, что мне на мгновение стало не по себе. Я знаю, что Нэш никогда не причинит мне вреда, но то, как его губы растянулись в кривой ухмылке, заставило меня нервно сглотнуть. Что он, черт возьми, задумал?

Раздался громкий хлопок, а через секунду моя киска вспыхнула от восхитительной боли. Блять! Мои глаза расширились, а рот приоткрылся в немом крике. Этот чертов ублюдок только что шлепнул меня между ног? И если бы не слабость в ногах, я бы набросилась на него и вцепилась ему в глотку.

– Прости, не расслышал, ты что-то сказала?

Нэш улыбался как самый настоящий дьявол. Он еще сильнее вжал мое измученное тело в стену и обхватил мое горло свободной рукой. И я с ужасом осознала, что от этой грубости моя киска намокла еще больше.

– Повторишь?

– Я сказала, пошел ты, Дэвентер, – слова сами сорвались с языка. И хоть я прекрасно знала, что последует за этим, я не могла остановиться.

Еще один шлепок заставил меня вскрикнуть. За ним последовало еще несколько. Обжигающая волна пронеслась через все мое тело, отстреливая прямо в избитый клитор. Ноги дрожали, а киска сжималась от пустоты и нахлынувших ощущений.

Нэш держал меня за горло, а с его раздражающе очаровательного лица не сходила дьявольская ухмылка. Он продолжал издеваться надо мной, очевидно получая наслаждение. Судя по тому, как он смотрел на меня, он готов делать это со мной до тех пор, пока я не превращусь в хныкающее, умоляющее месиво у его ног.

– Значит, я вынужден напомнить тебе, как себя вести, – прорычал Нэш, от чего по моему позвоночнику скатилась холодная капелька пота, а низ живота налился тяжестью.

Нэш шлепнул меня по киске еще несколько раз. Все мое существование прямо сейчас сосредоточилось в его руках. Вспышки острой боли смешивались с разрастающимся наслаждением. Моя голова шла кругом, и я не могла остановить вырывающиеся из меня стоны.

Я чувствовала жар, исходящий от тела Нэша. Он чертовски возбужден. Зрачки расширены, дыхание учащенное. Его твердый член упирался в мое бедро.

Я была чертовски мокрой прямо сейчас. Настолько, что пропитавшаяся моим возбуждением ткань трусиков прилипла и натирала чувствительную кожу, и я не могла удержаться, чтобы не потереть бедра друг о друга. Да, я была в гребаном отчаянии.

– Такая нуждающаяся. Только посмотри на себя. Буквально распадаешься на маленькие кусочки в моих руках.

Глаза Нэша на секунду опустились вниз. Его пухлые, искусанные губы приблизились к моим. Так близко. Так знакомо. Я вдыхала пьянящий запах его одеколона, смешивающийся с запахом его тела. Головокружительный коктейль, который, словно самый сильный наркотик, вызывал зависимость.

– Это вся ненависть, на которую ты способна?

Потянувшись рукой, он вынул блестящую палочку, скрепляющую мои волосы, позволяя им свободно спадать по моим плечам. Ловко прокрутив ее между пальцами, Нэш неторопливо вел острым кончиком по разгоряченной коже, вдоль моей шеи и вниз к груди. Медленно и мучительно обводил выступающие на ткани платья соски, с садистским наслаждением наблюдая за тем, как я теряла связь с реальностью.

– Твоя роскошная задница слишком часто попадает в неприятности, милашка Терри. Пора напомнить ей, что произойдет, если она снова окажется в полицейском участке.

Не дав мне ни секунды, чтобы съязвить в ответ, Нэш резко развернул меня лицом к стене. Одна его рука давила на мою поясницу, заставляя прогибаться как можно сильнее, чтобы он имел самый идеальный вид на мои едва прикрытые ягодицы. Другой рукой Нэш водил по моим распущенным волосам, кончики его пальцев едва касались моей оголенной вырезом платья спины.

Раздвинув коленом мои ноги как можно шире, Нэш задрал платье до талии, оголив задницу. Гуляющий по комнате прохладный утренний воздух приятно холодил мою разгоряченную кожу.

Замахнувшись, Нэш впечатал широкую ладонь в мою задранную кверху задницу. Оглушительный хлопок заставил меня широко распахнуть глаза. Покалывающая боль распространялась по всей поверхности задницы и нижней части бедер, от чего я слегка приподнималась на цыпочках.

– Это за то, что ты угодила в гребанный полицейский участкок!

Нэш крепко держал меня, надавливая на поясницу, и одновременно истязал мою несчастную задницу жалящими шлепками.

– Это за разбитые очки…которые, между прочим, были твоим подарком.

Еще один обжигающий шлепок, от которого кожа покраснела и припухла. Могу поспорить, что завтра я точно не смогу сидеть.

– А это за то, что ты вела себя, как капризная сучка.

Ладонь Нэша обрушивалась на меня бесконечной чередой оглушительных шлепков. Я кусала губы до крови, сжимала ладони в кулаки, больно впиваясь ногтями в кожу. Мои ноги тряслись, а киска неистово пульсировала, пачкая трусики. Твердые, ноющие соски соприкасались с холодной поверхностью стены, из груди вырывались протяжные стоны.

Невероятная смесь боли и удовольствия пронзала мое тело, перегружая ощущениями. Словно разрывная граната, готова взорваться в любую секунду.

Нэш продолжал избивать мою многострадальную задницу самым восхитительным образом. Каждый раз, когда его ладонь соприкасалась с воспаленной кожей, он давал мне несколько секунд, чтобы передохнуть, нежно растирая места ударов, как бы давая понять, что он держит себя в руках и следит за тем, чтобы я не упала в обморок от сенсорной перегрузки.

– Блять…Нэш…о, черт…

Я бы не смогла произнести что-то более или менее похожее на человеческую речь, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Единственное, чего мне хотелось больше всего, – чтобы Нэш покончил с моими мучениями и трахнул как следует. Мне жизненно необходимо, чтобы он выбил из меня всю дуть. В противном случае, я бы продолжила выводить его из себя, провоцируя и испытывая на прочность.

– Кажется, я слышу отчаяние в твоем голосе, Антеро, – Нэш наклонился, прижавшись грудью к моей спине. Его большой, возбужденный член упирался в меня. И если я была на грани того, чтобы кончить от одной только горячей порки, то выдержка Нэша вызывала восхищение.

– Гребанный садист, – пробормотала я куда-то в стену.

– Несносная избалованная девчонка, – ухмыльнулся Нэш, пройдясь языком по линии моей челюсти. Слегка прикусив, он уткнулся носом в местечко между шеей и плечом, глубоко вдохнув и зарычав от удовольствия.

Его член дергался и набухал в джинсах. Нэш терся об меня, запуская всевозможные реакции где-то глубоко внутри моего живота. От потребности ощутить Нэша внутри себя я чуть не скулила, как похотливая, умирающая от течки собачонка.

– Черт, детка, ты промокла насквозь, – его пальцы скользнули по липкой ткани моих трусиков. Отодвинув кружево в сторону, Нэш дразнящими движениями закружил по моему клитору, который все еще был чертовски чувствительным после шлепков.

Откинув голову назад, я громко застонала, наплевав на всякие приличия. Сердце билось о ребра, готовясь покинуть пределы тела.

– Трахни…Нэш…я...о черт, – как в бреду повторяла я. Мне было все равно. Нэш выиграл. Я готова умолять этого бежалостного ублюдка, если это означает, что он позволит мне кончить до искр из глаз.

Заведя одну руку за спину, я пыталась дотянуться до Нэша, но он резко перехватил мою руку и отстранился, лишая возможности прикоснуться к нему. Его пальцы продолжали кружить по моему пульсирующему клитору, а возбужденный член, скрытый под плотной тканью джинсов, терся о чувствительную кожу бедер, продлевая мои сладкие страдания.

Это часть его наказания? Держать меня на грани, доводя до края, и лишать доступа к его идеальному телу? Черт, этот мужчина действительно полон решимости проучить меня.

– Кажется, от твоих громких стонов у меня заложило уши. Скажи громче, – злорадным смех Нэша заставил меня содрогаться всем телом. Я ненавидела его и одновременно жаждала ощутить внутри себя.

– Нэш…пожалуйста…мне нужно, – мой голос срывался. Повернув голову, я посмотрела на Нэша, пытаясь пробудить в нем хоть немного милосердия.

– Что-что? – слегка наклонив голову и указав пальцем на ухо, спросил Нэш. Его голос сочился язвительным сарказмом. Он всегда мастерски умел издеваться надо мной, но в данной ситуации это переходило все возможные границы.

Гребанный. Ублюдок.

– Трахни меня! – завопила я. Все жалкие остатки контроля, которые я пыталась собрать воедино, рассыпались на мелкие осколки. – Я хочу, чтобы ты трахнул меня.

Мне даже не нужно было поворачивать голову, чтобы взглянуть на Нэша. Я буквально кожей ощущала его самодовольную ухмылку, которую я однажды точно выцапараю с его невозможно красивого лица. Держу пари, он упивался тем, как мое тело сотрясалось и молило об освобождении.

– Вот видишь, это было не так уж и сложно. Нужно было всего лишь открыть свой прелестный ротик и вежливо попросить.

Послышался треск рвущейся ткани. Нэш разорвал мои несчастные трусики и отбросил в сторону. Следом до меня донесся звук расстегивающейся молнии, а затем над моим ухом раздался тихий, пробирающий до костей, шепот Нэша.

– Держись крепче, Антеро.

Не медля ни секунды, Нэш одним резким толчком вошел в меня. От неожиданного вторжения мои внутренние стенки сжались, а низ живота наполнился приятной тягучей тяжестью. Сколько бы раз Нэш ни трахал меня до этого, я все еще не могла привыкнуть к его размерам. Из моего горла вырвался громкий стон, а голова запрокинулась назад на плечо Нэша.

– Вот что ты со мной делаешь, – прохрипел Нэш. Он стоял неподвижно, его твердый член заполнял меня до самого основания. – Выводишь меня из себя каждый гребанный раз и сводишь с ума.

Его руки обхватил мою талию плотным кольцом. Несмотря на то, что секунду назад мы были готовы разорвать друг друга, и Нэш пытал меня до полного изнеможения, я чувствовала себя самой счастливой женщиной на земле. Объятия Нэша дарили безопасность, а тепло его тела проникало в меня, достигая самого сердца.

– Ненависть сильнее любви, ты знаешь об этом? – зубы Нэша царапали чувствительную кожу моего горла. Он двигался мучительно медленно, растягивая меня. Каждая клеточка моего тела буквально кричала в агонии. – Но черт возьми, именно она заставляет меня любить тебя еще больше. И я не могу это остановить.

То, как отчаянно Нэш произнес эти слова, заставило что-то оборваться глубоко в моем сердце. Его голос дрожал от сдерживаемых эмоций, и я не могла удержаться от того, чтобы повернуть голову и посмотреть на него. Мои собственные глаза жгло от наворачивающихся слез, а к горлу подступил горький комок.

Нэш медленно двигался внутри меня, и этого было достаточно, чтобы я окончательно расслабилась и позволила ему управлять мной.

Подняв руки и обхватив шею Нэша, я притянула его за голову и, слегка повернувшись, вцепилась в его губы голодным поцелуем. Мы были одеты, но я ощущала жар, просачивающийся в меня сквозь слои одежды и распространяющийся по каждой клеточке моего тела.

– Если ты не начнешь двигаться, клянусь, я…

– Заткнись, Антеро, – прорычал Нэш мне прямо в губы.

Выйдя из меня, Нэш снова ворвался в мое тело, войдя глубже, и начал двигаться, постепенно набирая темп. Его покрытые татуировками руки скользили по моему телу, сжимая талию и грудь. Мое тело двигалось навстречу его толчкам.

– Это то, чего ты хотела? Этого ты добивалась? Чтобы я снова сорвался и вытрахал тебе мозги?

Нэш целовал и кусал мои губы. Наши языки боролись и переплетались. Я чувствовала его гулко колотящееся сердце.

– Ответь мне!

– Да! Блять, да! – мой голос срывался от громких стонов.

Расставив ноги шире, я задрала платье выше, чтобы дать Нэшу больше доступа. Ткань его футболки терлась о мою голую спину, а ловкие пальцы водили кругами по болезненно твердым соскам, посылая электрические импульсы прямо в мою наполненную киску. Мышцы напрягались, все тело охватила невероятная волна жара, взмошкие волосы лезли в лицо.

– Ты ощущаешься чертовски ахуенно, Антеро, – Нэш дышал учащенно и быстро. Его голос охрип и стал еще ниже от возбуждения. Терпкий аромат его парфюма смешивался с естественным запахом его тела, вторгаясь в мои рецепторы и действуя сильнее любого самого ощного афродизиака.

Мое горло болело от бесконечных стонов и вздохов. Ноги еле удерживали меня в вертикальном положении. Тонкие ремешки босоножек впивались в кожу ног, причиняя боль. Но я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме вбивающегося в меня с нечеловеческой силой члена Нэша.

Звук соприкасающихся тел заполнял комнату. Сбивчивое дыхание, поцелуи и хриплые стоны отскакивали от стен. Все это смешивалось в ядерный коктейль ощущений и эмоций.

Нэш одним быстрым движеним развернул меня и, подхватив на руки, усадил на стоящий рядом комод. Его темный взгляд жадно впитывал открывшуюся перед ним картинку: мои широко разведенные ноги, задранное до талии платье и растрепанные волосы. Я сидела неподвижно и дышала полной грудью. Моя киска пульсировала и сжималась от внезапной пустоты.

– Ты в полном беспорядке, детка, – Нэш хищно облизнул губы. Его ледяные глаза вспыхнули.

Наклонившись и сжав мои бедра, Нэш провел кончиком языка по набухшему клитору. Невесомое прикосновение к чувствительному комочку нервов пустило по моему телу разряды тока. Мои ноги затряслись, а грудь поднималась и опускалась от моих жалких попыток восстановить сбившееся дыхание.

– Мне кажется, или ты хочешь что-то сказать? – кривая ухмылочка не сходила с его лица.

Откинув голову назад и ударившись об стену, я издала такой громкий и протяжный стон, что казалось, его могли услышать в радиусе нескольких миль. Нэш продолжал дразнить меня своим языком, доводя до изнеможения и заставляя мое тело выгибаться и извиваться на деревянной поверхности.

– Я хочу кончить. Нэш…пожалуйста…, – еще немного, и я могла разрыдаться от всех тех ощущений, которые разрывали меня на части. А когда к языку Нэш добавил два пальца, у меня перед глазами вспыхнули темные пятна. Он скользил в меня, собирая естественную смазку и размазывая ее по всей поверхности моей киски.

– Как сильно ты этого хочешь, Антеро? – водя пальцами по опухшим и покрасневшим складочкам, Нэш смотрел на меня снизу вверх, его губы блестели от моего возбуждения.

Он слегка улыбнулся, но та садистская часть его, которая мучила меня, все еще плескалась в его ярко-голубых глазах. С растрепанными темными волосами, горящими глазами и раскрасневшимися щеками он был похож на искусителя, который шептал на ухо сладкие обещания и грехи.

Подняв руку и пошевелив насквозь промокшими пальцами, Нэш поднес их к моим губам.

– Открой.

Он провел подушечками пальцев по моим губам. Подчинившись, я высунула язык и облизала пальцы дочиста. От этого действия глаза Нэша потемнели почти до черноты.

Выпрямившись, он накрыл мои губы своими, собирая языком мой собственный вкус. Каждая клеточка моего тела вспыхнула и заискрила.

– Скажи, как сильно ты хочешь кончить, – проведя головкой члена по моему входу, спросил Нэш.

– Я очень хочу кончить. Я хочу, чтобы ты заставил меня кончить так сильно, что завтра я не смогу ходить.

– Хорошая девочка.

Нэш толкнулся в меня, схватив за бедра. Его член идеально двигался внутри меня, набухая с каждой секундой. Вцепившись в его футболку, я стянула с него мешающий предмет одежды. Мне жизненно необходимо прикоснуться к его великолепному телу, ощутить тепло его кожи и перекатывающиеся мышцы. Нэш стянул верхнюю часть моего платья, оголив грудь и прижался ко мне так сильно, что я уже не могла точно определить, где мы начинались и где заканчивались.

Он трахал меня глубоко и яростно. Но черт возьми, это было именно то, чего я хотела. И Нэш знал, как заставить мое тело взорваться от удовольствия. Комод бился о стену, а мелкие безделушки падали на пол. Вокруг царил полнейший беспорядок.

Нэш вбивался в мое тело, стискивая бедра и оставляя синяки. Наши стоны и всхлипы разносились по всей квартире. Сейчас ранее утро, и мы, возможно, разбудили всех соседей. Но об этом можно было подумать позже.

Я чувствовала горячее тело Нэша, его сердце бешено колотилось напротив моего, а мягкие губы целовали меня со всей любовью, на которую он только был способен. И это единственное, что имело значение. Потому что я тоже безумно любила этого мужчину.

– Нэш, я…я люб..

– Я знаю, детка.

Опустив руку между нашими соединенными телами, Нэш закружил большим пальцем по моему клитору. Его член уничтожал меня самым идеальным образом, подталкивая меня к краю с каждым глубоким и чувственными проникновением.

– Кончи для меня, – губы Нэша находились в миллиметре от моих.

У меня кружилась голова. Та интенсивность, с которой Нэш трахал меня, закручивалась внутри меня огненным комком. Его толчки ускорились, проникали глубже. Он тоже был близко.

Опустив голову, я увидела место, где мы соединялись, и этого было достаточно, чтобы мой мир окончательно взорвался. Громко простонав его имя, я кончила так сильно, что мое зрение затуманилось.

Нэш втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Толкнувшись в меня еще несколько раз, он резко вышел и кончил на мой живот. Все его тело напряглось под моими руками.

Опустив голову и уткнувшись носом в мою шею, Нэш глубоко дышал, пытаясь восстановить дыхание. Я обнимала его, водя ладонями по широкой спине, пытаясь снять часть напряжения.

– Нэш.

Головая была тяжелой и легкой одновременно. Я хотела сказать ему так много, но понимала, что не могу пошевелить языком. Мое тело словно парило в воздухе, а запах секса, витающий вокруг нас, наполнял ноздри.

– Ммм? – не отрываясь от моей шеи, промычал Нэш.

– Нет, ничего, – проведя пальцами по темным волосам у него на затылке, я поцеловала его в висок.

Мы еще успеем поговорить. Сейчас нам обоим нужно отдохнуть и прийти в себя.

Нэш приподнял голову и посмотрел на меня. Его губы растянулись в улыбке, от которой мое сердце бешено забилось в груди.

– Нам нужен кофе. Чертовски много кофе.

Глава 19

Нэш

Десять лет назад

Тишину кухни нарушил кряхтящий звук кофемашины, оповестивший о том, что бодрящий напиток уже готов. Оторвав взгляд от окна и подойдя к маленькой столешнице, я потянулся за кружками. Рука замерла и повисла в воздухе, когда я посмотрел на лежащий рядом телефон. На экране высвечивались несколько пропущенных звонков, а мессенджер был завален неотвеченными сообщениям.

Устало потерев лицо ладонями и тихо выдохнув, я отпихнул мобильник в сторону.

Если бы меня попросили описать сегодняшнее утро одним словом, я бы не раздумывая ответил – сумасшедшее. Несколько часов назад, когда я сломя голову ехал в полицейский участок, чтобы вытащить Терри, я и подумать не мог, что все закончится еще одной ссорой, сломанным комодом в коридоре и чувством глубокого удовлетворения во всем теле.

Мои глаза метнулись в сторону прихожей. Свет был выключен, но даже со своего места на кухне я мог видеть царивший там беспорядок. После того, как мы закончили, ни у одного из нас не было сил думать об уборке.

Сделав глоток свежего кофе, я не смог сдержать вырвавшийся из меня смешок. Воспоминания о том, как Антеро брыкалась и извивалась в моих руках, громко постанывая и дрожа от оргазма, заставили меня блаженно прикрыть глаза. С ней всегда так. Эта женщина обладала уникальным талантом выводить меня из себя, а затем испытывать на собственном теле последствия того, что она сделала.

Не могу вспомнить ни одного раза, чтобы мы трахались, как нормальные люди. Это всегда происходило неожиданно и в совершенно непредсказуемых местах. Быстро и жестко. Интенсивно и горячо. До синяков, трясущихся конечностей и сорванных голосов. Антеро умела разжигать во мне неистовый огонь по щелчку своих идеально наманикюренных пальчиков.

За то время, что мы втайне от ее отца были вместе, она успела неплохо изучить меня. Терри знала все мои уязвимые точки и нажимала на них всякий раз, когда хотела проверить меня на прочность. Я знал об ее уловках, пытался сопротивляться изо всех сил, но в конце концов оказывался тем, кто проигрывал. Пусть мы оба и получали от этого наслаждение.

Допив кофе и достав из холодильника нужные ингредиенты, я приступил к готовке. Нам обоим нужно набраться сил после того, что мы устроили. И стоило мне вспомнить об этом, как мой член мгновенно оживился и запульсировал в штанах. Мое тело до сих пор ощущало ее тепло, как Терри сжималась вокруг меня и стонала мое имя, когда я доводил ее до пика. Запах ее кожи преследовал меня, вызывая приятное покалывание в пальцах от необходимости ощутить ее снова. Антеро была самой невероятной женщиной из всех, кого я когда-либо встречал.

Замешивая тесто для блинчиков, я думал о том, что произошло прошлой ночью. Терри права – я не пришел к ней и оставил ее одну. И черт возьми, я не должен был говорить ей все то, что сказал, когда мы ехали в машине. Но к сожалению, я не смог сдержаться и нагрубил ей.

Может прозвучать глупо, но в тот момент я достиг предела и из последних пытался держать себя в руках. Хоть это и оказалось чертовски сложной задачей. На меня навалилось слишком много дерьма, с которым я не знал, как разобраться, да и смогу ли я вообще с ним справиться. И все же несмотря на кучу проблем, которые не давали мне спокойно спать по ночам, я чувствовал вину перед Терри. Она не имеет никакого отношения к тому беспорядку, который происходит в моей жизни. И я бы хотел, чтобы так и оставалось.

Мой телефон снова завибрировал. Еще одно сообщение от номера, который я не считал нужным сохранить. Я знал эти гребанные цифры наизусть. Смахнув сообщение, я заметил еще одно, только на этот раз от Кейдена.

Кейден: Какого хрена Шейла звонит мне прямо сейчас?

Черт!

Я так и знал, что она не оставит меня в покое и будет пытаться добраться до меня любыми способами.

Я набрал ответ.

Нэш: Не бери трубку и не смей говорить с ней. А лучше заблокируй этот номер. Я сам с ней разберусь.

Телефон зазвонил.

– Ты уверен, что справишься? Может, стоит обратиться в полицию? – взволнованный голос Кейдена раздался у меня в ухе.

– Все в порядке, Кей. У меня все под контролем, – хотя это нихрена не так. – Следи за тем, чтобы мама с папой тоже не разговаривали с ней. Я не хочу, чтобы она имела хотя бы малейший доступ к нашей семье.

– Почему она решила вернуться именно сейчас? Ей ведь было плевать на тебя все эти годы, – голос Кейдена изменился. Сначала он говорил беспокойно, но теперь мой сводный брат злился. И у него были на то причины.

– Я не знаю, чего она хочет, Кей. Но что я знаю точно, так это то, что больше не позволю ей отравлять мою жизнь.

Поговорив с Кейденом еще немного и заверив, что я в порядке, я сбросил звонок. Но мои глаза оставались прикованы к экрану еще несколько долгих минут. Я смотрел на комбинацию цифр, которые причиняли мне боль всякий раз, когда я осознавал, что за ними прячется моя родная мать. Женщина, которая сделала все, чтобы я ненавидел ее до конца своих дней.

Ничто не мешало мне заблокировать ее номер. Я мог сделать это в тот же день, когда Шейла, которую я не мог заставить себя назвать моей матерью, позвонила мне в первый раз. Должен признаться, я был поражен до глубины души, когда услышал ее голос на другом конце провода. От сковавшего меня страха и душевной боли я не мог произнести ни слова. Это продолжалось несколько месяцев. И я не знал, что делать. Я злился и слетал с катушек, кричал на нее и бросал трубку. Но каждый раз когда мой палец зависал над экраном, что-то глубоко внутри моего сердца останавливало меня.

Почему я не мог избавиться от Шейлы?

После того, как она бросила меня, плачущего и умоляющего, я имел полное право послать ее ко всем чертям. Шейла испортила мне жизнь самым жестоким образом из всех возможных. Даже мой чертов отец винил меня в том, что Шейла ушла. Он говорил, что именно я был причиной всего, что произошло. Твердил об этом на протяжении многих лет, вымещал на меня всю злость, от чего и без того давящее и пожирающее меня изнутри чувство вины разрасталось еще больше.

И я, блять, верил ему.

Все мое детство и подростковые годы я прожил с ощущением того, что никому не нужен, что никто не любит меня, ведь если собственная мать махнула на меня рукой, то что тогда говорить о других людях.

И теперь, когда моя жизнь наконец-то наладилась, я обрел любящую семью, которая смогла вытащить меня со дна, и наконец-то почувствовал себя счастливым, призраки прошлого вернулись в виде бесконечных звонков и полных фальшивых извинений и слез сообщений.

В нос ударил неприятный запах горелого теста. Я настолько глубоко погрузился в свои мысли, что сжег несколько блинчиков.

– Судя по запаху, это должно быть что-то по-настоящему особенное, – за моей спиной раздался тихий смешок Терри.

Резко обернувшись и чуть не выронив раскаленную сковородку, я уставился на девушку. Она сидела за барной стойкой, которая так же выполняла функции обеденного стола, и смотрела на меня с широкой улыбкой на лице.

– Нельзя же так подкрадываться, Тер, – театрально прижав ладонь к груди, я как можно натуральнее изобразил испуг. Хотя мои широко распахнутые глаза и учащенное дыхание говорили сами за себя.

– Вообще-то я сижу здесь уже двадцать минут и наблюдаю за тем, как ты безжалостно сжигаешь наш завтрак, – согнув одну ногу и поставив ее на краешек барного стула, Терри одарила меня еще одной веселой улыбкой, от которой мое сердце пропустило удар.

Она была великолепна прямо сейчас. Ее темные волосы были мокрыми после душа, а на щеках до сих пор виднелся румянец от горячей воды. Она надела мою старую домашную футболку с логотипом Гарварда, которая доходила ей почти до середины бедра, и по привычке теребила выступающие из разорванных швов нитки.

– Что тут у нас? – вытянув шею и взглянув на то, что осталось от завтрака, спросила Терри.

– Лучшие сгоревшие блинчики, которые ты когда-либо пробовала, – улыбнувшись, я нагнулся над стойкой и поцеловал Терри в кончик носа.

– Я всегда знала, что ты умеешь ухаживать за девушками, – спрыгнув со стула, она подошла ко мне и обвила тонкими руками мой обнаженный торс, прижавшись щекой к спине. – Ты в порядке?

От того, как Антеро произнесла этот вопрос, я замер. Она услышала мой разговор с Кейденом? Не то, чтобы у меня были от нее секреты, но я не хотел, чтобы мое дерьмо как-то отражалось на Терри.

– Я в порядке, детка, – как можно более будничным тоном ответил я. – Почему ты спрашиваешь? Тебя что-то беспокоит?

Терри нырнула под мою руку и оказалась прямо перед моим лицом. Ее темные глаза внимательно изучали мои. Ее брови нахмурились, когда она заметила что-то такое, о чем я пока не мог догадаться. Несмотря на усталость и нехватку сна, ее взгляд оставался острым и пристальным.

Коротко поцеловав ее в губы и натянув на лицо самую радостную улыбку, которую только мог из себя выдавить, я вернулся к оставшемуся в миске тесту. Но что-то мне подсказывало, что Терри не купилась на это.

– Я же вижу, что что-то не так. Послушай, Нэш, если это из-за того, что произошло между нами, то тебе не о чем переживать, – на одном дыхании пробормотала Терри. – Это мои вина. Я вела себя отвратительно и должна извиниться.

Услышанное заставило мои глаза практически вылезли из орбит. Я даже почувствовал некое облегчение от того, что она, заметив мое угрюмое выражение лица, подумала, что это являлось причиной.

– Я не ослышался? Постой, кажется, от твоих громких стонов у меня начались проблемы со слухом, – почесав ушные раковины, я ухмыльнулся, за что тут же получил толчок в бок.

– Это не смешно, Нэш. Я говорю серьезно.

– Я тоже.

Терри опустила глаза. Ее руки все еще обнимали меня, но я поясницей чувствовал то, как нервно она перебирает пальцы. Неудивительно, ведь не каждый день ей приходилось признаваться в том, что она была не права. Но я бы никогда не сказал ей об этом вслух.

– Я не имела права обижаться на тебя. Я знаю, у тебя непростой период, и мы часто ругаемся из-за этого. Сейчас я это понимаю и чувствую себя ужасно. Ты вытащил меня из полицейского участка, хотя мог бы этого не делать. Ты прав – я вела себя, как истеричка, – Терри говорила быстро, почти задыхаясь. Ее голос практически дрожал от слез. – Прости меня, Нэш.

Она подняла голову и посмотрела на меня. На ее лице читались одновременно грусть и чувство вины. Мое сердце кольнуло в груди, когда я заметил небольшие синеватые отметины на ее шее и след от укуса на плече.

Наши взгляды не отрывались друг от друга. Я чувствовал божественный запах вишни и жасмина, исходивший от ее тела и напоминающий мне о том, насколько сильны мои чувства к этой сложной, эмоциональной женщине.

– Иди сюда.

Притянув Терри ближе, я крепко обнял ее, уткнувшись носом в ее мокрые волосы. Она была такой маленькой и хрупкой рядом со мной, ее миниатюрное тело прижималось к моему. Это был тот редкий момент, когда она могла позволить себе быть уязвимой в моих руках. Но я знал, что Антеро не слабая, и при желании могла выбить из меня все дерьмо. Ей всегда удавалось поставить меня на колени.

– Прости, что не позвонил, детка.

Терри терлась лицом о мою грудь, прикрыв глаза. Ее руки гладили мою спину, медленно поднимаясь вверх к волосам на затылке. Я люблю, когда она так делает. Массирующие движения ее пальцев успокаивали и снимали головную боль.

– Как ты себя чувствуешь после…коридора? – проведя носом по слегка припухшему укусу, спросил я.

– Как будто меня хорошенько оттрахали за плохое поведение, – прошептала Антеро, ее горячее дыхание обожгло кожу. Одна ее рука опустилась вниз и погладила мой член, который тут же отреагировал на ласку. – Но думаю, ты наказал меня недостаточно.

– Уверена, что твоя великолепная задница сможет выдержать еще один раунд?

Я втянул воздух сквозь зубы, когда Терри сжала меня через ткань спортивных штанов.

– Мы не узнаем этого, пока не попробуем, – ее голос понизился до заигрывающего хрипа. В карих глазах плесали озорные огоньки. Закусив нижнюю губу, она продолжала дразнить меня, поглаживая пульсирующий член. Ее грудь терлась о мою так, что я чувствовал ее затвердевшие соски, выступающие на тонкой ткани футболки. – Что скажешь?

– Сначала тебе нужно поесть, – собрав весь оставшийся во мне контроль, прохрипел я.

В эту же секунду наши животы одновременно заурчали.

Вторая попытка приготовить блинчики оказалась удачнее предыдущей. Разложив их по тарелкам и налив кофе, я поставил перед Терри ее порцию, сев напротив и наблюдая за тем, с каким аппетитом она принялсь за еду. Эта еще одна вещь, которая мне нравилась, – позаботиться о Терри после секса.

Каждый раз, когда она оставалась у меня, я готовил для нас обоих, так как кулинарные навыки Антеро оставляли желать лучшего. Однажды она чуть не устроила пожар, когда то, что должно было быть кашей со свежими ягодами, превратилось в нечто почерневшее и дурно пахнущее и залило всю поверхность плиты. Ягоды я так и не увидел. С тех пор я старался держать ее от кухни как можно дальше, чтобы не создавать потенциально опасных для жизни ситуаций.

– Почему ты так смотришь? – спросила Терри, проглотив кусочек блинчика. Несколько капель сиропа осталось в уголке ее губ.

– Как так? – протянув руку, я убрал его подушечкой пальца и слизал.

Мой член дернулся и набух, когда я представил откуда еще я мог слизать этот сладкий сироп с ее тела.

– Как будто ты думаешь о чем-то непристойном. И судя по тому, как ты смотришь на банку сиропа, это как-то связано.

– Какое количество сиропа я смогу съесть с твоего обнаженного тела, чтобы не умереть от диабета? – мои губы растянулись в ехидной улыбке, когда я заметил, как глаза Антеро вспыхнули.

– Я уже сказала раньше, мы не узнаем, пока не попробуем, – допив кофе, Терри сложила приборы на тарелке. Немного поерзав задницей на стуле, она слегка поморщилась. Видимо, следы воспитательного процесса давали о себе знать. – Но ты прав, Нэш. Моя несчастная задница еще не готова ко второму раудну. Так что тебе придется немного подождать с этой фантазией.

Я лишь усмехнулся в ответ и продолжил есть.

Мой телефон уже в который раз за это утро завибрировал в кармане штанов. Достав его и посмотрев на экран, я подавил в себе желание разнести мобильник об стену. Шейла прислала какие-то фотографии.

Открыв сообщение, я увидел несколько старых снимков, на которых изображена счастливая семья. На первом фото маленький темноволосый мальчик учится кататься на велосипеде, а его отец, одетый в джинсы и клетчатую рубашку, с широкой улыбкой на лице помогает ему не упасть на землю, придерживая сидение. Этот мальчик всегда хотел такую же ковбойскую шляпу, как у отца. Рядом стоит невысокая светловолосая женщина и радуется успехам своего сына.

Второе фото – тот же маленький мальчик в костюме Бэтмена держит за руку ту же светловолосую женщину в красивом летнем платье. Они смотрят друг на друга и радостно смеются. Их носы измазаны мороженым, и они выглядят по-настоящему счастливыми. По крайнем мере, так может показаться на первый взгляд.

Третье фото – все люди с предыдущих фотографий празднуют Рождество в просторной гостиной.

Четвертое фото – мужчина держит за руку женщину, поглаживая ее заметно округлившийся живот. Они ждут своего первенца и приятно волнуются, что совсем скоро станут родителями. Только никто не скажет им, что эту миссию они провалят с оглушительным треском.

– Кто это? – Терри перегнулась через стол, заметила снимки.

– Мои родители. Настоящие родители, – пролистав еще несколько фотографий, я бросил телефон на стол, не найдя в себе сил смотреть на это.

– Ты никогда о них не рассказывал. Можно? – Терри взяла мой телефон, а когда я одобрительно кивнул, просмотрела все фотографии с самого начала. На ее губах расплылась слабая улыбка. – Ты был очень милым ребенком, Нэш.

– Жаль, что эти двое так не считали, – ккаждое слово давалось мне с трудом, к горлу подступил ком, но я не мог позволить тому, что увидел, как-то переубедить меня.

– Тебя ведь усыновили родители Кейдена. Что произошло? – Терри отложила телефон и взяла меня за руку. Тепло ее ладони согревало меня, но не могло замедлить колотившееся сердце в груди.

Я никогда никому не рассказывал о том, почему в какой-то прекрасный день остался совершенно один. Это была та горькая часть моей жизни, о которой мне больно вспоминать. Рядом не было никого, кто мог бы мне помочь, позаботиться обо мне, поддержать.

– Моя мать ушла, когда мне было семь. Оставила меня и отца, громко хлопнув дверью и даже не попрощавшись. Я не знал, почему она это сделала, и был раздавлен этим. Отец так и не смог справиться с тем, что его жена бросила его, не сказав ни слова. Не то чтобы он был лучше нее. Обвинял меня в том, что случилось. Но я думаю, что таким образом Рональд Броуди пытался смириться с тем, что его горячо любимая жена Шейла оказалась бездушной стервой, которая наплевала на всех и исчезла. Я был единственным живым напоминанем о его потерянной любви.

– Боже мой, – Терри зажала рот ладонью. Она сжала мою руку сильнее, переплетя наши пальцы. – Мне так жаль, Нэш.

– Но знаешь, спустя много лет, я даже рад, что так случилось. Уверен, отец знал истиную причину ее ухода, просто не хотел признаваться в этом самому себе. У них всегда были проблемы. Рональд вымещал все свое разочарование на мне, много пил, и считал причиной всех бед кого угодно, но только не себя.

Мне было тяжело говорить о своем прошлом, но когда я начал, то уже не мог остановиться. Татуировки, под которыми я скрывал старые шрамы, покалывали и чесались, когда я вспоминал о том, как жил с отцом под одной крышей.

Терри сидела рядом и внимательно слушала каждое мое слово. Ее рука ни на секунду не отпускала мою.

– Я был трудным ребенком, это правда. Я рос, наблюдая за тем, как все вокруг меня счастливы, и был уверен, что со мной что-то не так. Шейла ни разу не появлялась с того дня, когда я видел ее в последний раз. Я не знал, где она, и как с ней связаться. А потом предпочел забыть о ней. Она перестала быть для меня матерью тогда, когда оставила меня.

– Что случилось потом?

– Рональд загремел в тюрьму, когда мне исполнилось четырнадцать, и умер там от сердечного приступа. Мама и папа Кейдена узнали об этом и забрали меня. Они – мои настоящие родители, и я безумно благодарен им за то, что они позаботились обо мне. Я взял их фамилию, так как не хотел иметь с Броуди ничего общего.

На глазах Терри навернулись слезы. Всхлипнув, она вытерла мокрые дорожки с щек и посмотрела на меня. Я не хотел, чтобы она жалела меня. Мне это было ни к чему. Я уже давно научился не думать об этом, хоть это и было нелегко. Она не знала, каково это быть ненужным собственным родителям, людям, которые всегда должны защищать и любить тебя. Ее семья была совершенно противоположной той, которая когда-то была у меня. Но я почувствовал невероятное облегчение от того, что наконец-то смог поделиться этим с ней.

– Мне очень жаль, Нэш. Это ужасно несправедливо, что тебе пришлось пройти через такое в одиночку.

– На самом деле, я не был один. Теперь я это понимаю. У меня всегда были Кейден и Картер. Мы с Кейденом знали друг друга еще с начальной школы. А потом к нам прицепился Картер. Этот придурок всегда раздражал меня своим слишком жизнерадостным лицом и постоянной болтовней о том, как мы трое однажды добьемся успеха, и я не мог избавиться от него. Однажды он выбесил меня так сильно, что я решил врезать ему. Но никак не мог ожидать того, что этот ирландский придурок выбьет из меня все дерьмо первым. После этого мы стали лучшими друзьями.

– Пора бы тебе уже понять, ублюдок, что не все в этом мире ненавидят тебя. Ты мой лучший друг, и я люблю тебя, как родного брата, сварливая ты задница.

Это были те слова, которые я услышал от Картера, когда лежал на холодном асфальте и вытирал кровь со сломанного носа. Голова шла кругом, мир расплывался перед глазами. Картер стоял возле меня и тряс кулаком, который распух от силы удара. Рядом лежал Кейден и держался за живот, в попытках не задохнуться от смеха.

Я помнил ту драку на парковке школы так ясно, будто это случилось вчера. Пульсирующая фантомная боль в переносице, куда Картер со всей дури вмазал мне кулаком, была постоянным напоминанем о том, что он один из немногих людей, которые любили меня и были готовы сделать все, чтобы не дать мне свалиться на дно.

– Именно Картер рассказал мне, что Кейден однажды прибежал к нему домой в слезах, умоляя что-нибудь сделать, чтобы помочь мне. В тот день они пришли к маме и папе и рассказали обо всем, что произошло. Я не знаю, что бы делал без этих придуроков.

Терри смеялась сквозь слезы. Спрыгнув со стула, она подошла ко мне и крепко обняла. Я прижался к ее теплому телу, вдыхая так полюбившийся мне запах ее геля для душа, и ощущал, как тугой узел в моем животе постепенно развязывался, позволяя свободно дышать. Я не любил говорить о себе, это никогда не было весело, но после того, как слова вылились из меня бурным потоком, я понял, что все не так уж плохо. Мне стало легче.

– А теперь твоя биологическая мать вернулась и хочет все исправить? – еще раз бросив взгляд на телефон, спросила Терри.

– Шейла постоянно звонит мне и просит прощения за то, что случилось. Говорит, что сожалеет, и хочет исправить свои ошибки. Присылает фотографии, чтобы заставить меня почувствовать хоть что-то. Она даже предложила встретиться и поговорить. Но она опоздала.

– Может, тебе все же стоит выслушать ее? Уверена, у тебя до сих пор остались вопросы.

Я снова посмотрел на светящийся экран, на котором была открыта фотография, где мы с Шейлой испачкались мороженым. Всю свою жизнь я задавал себе один и тот же вопрос – почему она бросила меня? И теперь, когда она вернулась, у меня была возможность это выяснить. Но хотел ли я этого? Ответ пришел незамедлительно – нет.

– Я не хочу ее видеть и не верю ни одному слову этой женщины. Она может катиться ко всем чертям.

Терри ничего не сказала. Заблокировав мой телефон, она отодвинула его в сторону и посмотрела на меня. Ее руки лежали у меня на груди, мягкие подушечки пальцев водили по контурам татуировок, от чего по моему телу пробегали колючие мурашки. Мои руки сомкнулись у нее за спиной. Мы оба молчали и изучали лица друга друга. Я вглядывался в карие глаза Терри и чувствовал, как что-то теплое разгорается в глубине моего сердца и распространяется по всему телу.

– Все будет хорошо.

Неожиданный звонок в дверь заставил нас обоих вздрогнуть.

– Ты кого-то ждешь? – оглянувшись на источник звука, спросила Терри.

– Рано утром? Вряд ли.

Я не успел подойти к двери, чтобы узнать, кто решил навестить меня с утра пораньше, как с другой стороны послышался голос Картера.

– Открывай чертову дверь, придурок. Я не могу стоять тут весь день.

– Что ты здесь делаешь? – открыв дверь и впустив друга, спросил я.

– Я принес доставку, как ты и просил, – Картер зашел в квартиру и сразу же протянул мне большую коробку, красиво обернутую в подарачную бумагу. Увидев сломанный комод и разбросанные на полу ключи, рамки и прочее дерьмо, он перевел на меня вгляд. Его брови слегка нахмурились. – Тебя ограбили?

– Нет.

– А выглядит так, будто кто-то отчаянно пытался это сделать, – Картер засмеялся, ослепив своей модельной улыбкой на миллион долларов. – Привет, милашка Терри. Давно не виделись.

Увидев Терри в моей футболке, Картер снова метнул взгляд на беспорядок за моей спиной, затем его глаза забегали от меня к Терри и обратно. Судя по всему, он сообразил, что здесь произошло на самом деле. И прежде чем он открыл рот и произнес это вслух, я сразу же метнул на него хмурый взгляд, молча приказывая заткнуться.

– Значит, это было не ограбление, я правильно понимаю? – Картер подмигнул Терри и игриво зашевелил бровями.

– Нет, неправильно. Поэтому лучше заткнись.

– Это было кое-что другое.

Кто-нибудь, напомните мне, почему он – мой лучший друг?

Почесав чисто выбритый подбородок, Картер щелкнул пальцами, как будто его только посетила гениальная мысль, и он хотел поделиться ею со всем миром как можно скорее.

– Вы трахались. Прямо здесь.

– Что из фразы "лучше заткнись" ты не понял?

Но Картер не обращал на меня внимания. Он продолжал смеяться и обмахиваться ладонью, как веером, будто ему стало невыносимо жарко.

Несколько минут назад я рассказывал Терри о том, что Картер – мой лучший друг, и я люблю его всем сердцем, но теперь я стал сомневаться в том, что в моих словах была хоть капелька правды.

– Кстати, с днем рождения, милашка Терри. Видишь ли, Нэш хотел сделать тебе сюрприз и сам должен был подарить этот подарок. Но ты же знаешь, что у него всегда все идет не по плану. Этот придурок так погрузился в работу над очередным делом в суде, что перепутал адрес доставки, указав мой вместо своего. Коробка пришла ко мне, а я пришел к вам. Кстати, Нэш, ты знаешь, что это чертовски неприлично отправлять сообщения так чертовски рано?

Картер громко выдохнул, словно только пробежал несколько миль. Этот парень всегда много говорит. Обычно он не замечает того, как быстро слова вылетают из его рта, поэтому его легкие не всегда справляются с нагрузкой.

– Ты закончил?

– О, прости чувак, про сюрприз было лишним? – прикусив большой палец, Картер осознал, что проболтался.

– Как и все, что было после этого, – на этот раз я не смог сдержать улыбки. Несмотря на то, что сюрприз, который я приготовил для Терри несколько дней назад, с треском провалился, я был рад, что Картер выполнил мою просьбу.

Терри стояла у меня за спиной. Она смотрела на нас обоих и не говорила ни слова. Ее плечи тряслись от беззвучного смеха, а на щеках проступил румянец. Уверен, когда она представляла себе сюрприз, это было последнее, что могло прийти ей в голову. Согласен, вся эта ситуация была чертовски странной.

– Ну, теперь ты все знаешь, – протянув ей коробку, я улыбнулся. – С днем рождения.