Полина Дельвиг
Рыжая 11. Дело на пуантах. Часть 2

Глава 29

1

Новый автобус, который им предоставили, был настоящим дворцом на колесах. Над каждым сидением был персональный вентилятор, сами сиденья и подлокотники были обиты бархатом. Вдоль кресел прохаживался невероятного вида стюард – в белом пиджаке, перчатках и черном тюрбане. Время от времени он останавливался и с величественным поворотом головы спрашивал:

– Вотер? Ти? Кафи?..

Оробевшие артисты, стыдливо одергивали помятые и уже не слишком чистые одеяния и соглашались на все.

– Вотер, плиз. Вери, вери колд.

– Что предложить вам из еды? – стюард не скрывал искреннего сострадания к пыльным бледнолицым. – У нас есть еда.

И показывал фотографии мисок, наполненных чем-то однородным. Ни на вид, ни на слух определить содержание мисок было невозможно. Музыканты пробовали расспросить Семена, но то тот с местной кухней лично знаком не был, и мог лишь перевести подписи.

– Насколько я знаю, сикхи употребляют простую и полезную пищу. И не такую острую, как индийская. Так что есть смело можно все.

Призыву есть всё, вняли не все. Балерины попросили принести фрукты, кто-то ограничился кофе и чаем с лепешкой, остальные согласились съесть, что дадут.

2

По салону разнесся запах специй. Вооружившись пластиковыми вилками, артисты осторожно ковыряли принесенную еду. Судя по напряженным лицами, не всем она пришлась по вкусу.

– Просо какое-то непонятное, – Кокорев пытался разглядеть не прилип ли на дне кусочек мяса.

– А у меня то ли редька, то ли турнепс. Хочешь попробовать? – Токорев протянул свою миску.

– Спасибо, не надо. Свое не знаю куда девать. Слушайте, – он поднял голову. – А может остановимся и купим какой-нибудь вредный фаст фуд?

Семен отрицательно замотал головой.

– Это плохая идея.

– Почему? – с некоторых пор народник старался даже не смотреть в сторону брата Черкизского, боясь, что сорвется. – Макдональдс, он и в Африке Макдональдс. – Затем подумал и добавил: – А хоть бы и нет. Я не боюсь экспериментов.

– Экспериментов никто не боится. Боятся несварения желудка и кишечных палочек.

– Очень смешно.

– А я и не шучу. Просто предлагаю подождать. – Семен посмотрел на часы. – Мы скоро уже приедем. Уверен, нас там ждет более или менее европейская еда. А к местному фастфуду наши желудки не приспособлены. Даже к сетевому.

– Да хрен с ней с едой, вы лучше посвятите нас в происходящее, – прочавкал Зайцев.

Он был единственным, кто не испытывал никаких проблем с предложенным питанием. Как истинный рокер, барабанщик ел все, что было похоже на еду.

– Кто за нами гнался и как мы оказались в этом раю? – он обвел позолоченный потолок и бархатные занавески с кистями. – Это же ваша заслуга?

– О, нет, что вы! Чистая случайность, – немедленно засмущался полиглот. – Это исключительно забота нашего гостеприимного хозяина. Сикхи исключительно гостеприимны и хлебосольны.

– И кто он? – Кира вытирала пальчики салфеткой со всех сторон – фрукты оказались непривычно сочными и спелыми. – Какой-нибудь таинственный раджа? Капитан Немо?

– Ну что вы, – Семен рассмеялся. – Подождите, скоро вы сами все увидите.

– Расскажите! – потребовало сразу несколько голов. – Мы сейчас хотим знать, что происходит.

– В самом деле, – Игнат автоматически погладил опустевший карман. – Если нас чуть не убили, то хотя бы понять за что.

Здоровяк покачивал головой, словно сомневаясь, стоит ли делиться информацией. Музыканты продолжали настаивать:

– Мы же имеем право знать, что нас ожидает…

– Такое ощущение, что мы заложники…

– Да говорите уже!

Наконец, тот сдался.

– Друзья, вам больше не стоит ни за что беспокоиться, теперь все будет отлично, поверьте, – подождав пока стюард заберет опустевшую миску, он развернулся к проходу, чтобы всем было хорошо слышно. – История, которую я вам сейчас расскажу, столь же удивительная, сколь и невероятная. Если помните, после определенных событий, китайцы договор с нами разорвали и ситуация стала критическая. Леопольд Григорьевич принялся обзванивать все свои контакты, а я помогал вести переговоры. В конце концов нам удалось договориться с… – он замялся и бросил быстрый взгляд на дирижера. – В общем, это очень известный и богатый человек. Оказалось, что он вдохновлен русским балетом и с радостью согласился принять нас в своей резиденции. Он сказал, что у него семейный праздник и наше выступление будет весьма кстати.

– Поэтому за нами гнались пакистанцы?

– Нет. Пакистанцы за нами не гнались.

– А кто?

– Минутку терпения. Узнав, что следующее выступление у нас в Индии, ко мне подошел полковник Коллинз и предупредил, что ехать можно только по земле, например, автобусом. Что по дороге в аэропорт нас наверняка ждет засада и потому двигаться надо в противоположную сторону, к Пакистанской границе. Естественно, меня это очень заинтересовало, я всегда хотел побывать в тех местах, но все же было некое опасение за нашу безопасность…

– Некое?!

– Ну да. Все же с нами дамы, – Семен обозначил легкий поклон в сторону опешивших балерин. – Однако полковник Коллинз заверил, что договорился с боевиками о том, чтобы нас не трогали и что под его покровительством мы будем в полной безопасности. Даже выделил немалую сумму денег, чтобы мы могли оплатить дорогу и все дополнительные расходы.

– Где эти деньги?! – одновременно вскричали Балык и Кокорев.

Мягкая, чуть грустная улыбка осветила добродушное лицо.

– Мне неловко вам об это говорить, Валерий… Но это те самые деньги, что вы получили якобы за победу в конкурсе. Полковник не хотел, чтобы остальные знали, что за нашей поездкой стоит именно он.

– Я не верю! – вспыхнул уязвленный народник. – Это ложь. Я честно выиграл…

– Ой, да ладно! – оборвала Эльвира. – Всем всё понятно. Как говорится, без лишних слов. Из тебя танцор, как из Черкизского певец.

– Я попросил бы! – заревел Федор. – И кто нам это говорит? Безумная баба на чайнике.

– Это ты о моей жене? – Игнат свел густые брови.

– Тихо всем! – шикнул Громов. – У нас все проблемы из-за солистов, что певцы, что танцоры – позор русского искусства.

– А мы здесь при чем? – хором воскликнули балерины. – К нам какие претензии?

– К вам – никаких. У нас старшее поколение отжигает.

– Что значит старшее? – возмутилась Эльвира.

– Это значит немолодое. Мы можем дослушать профессора?

Вместо ответа контральто презрительно фыркнула.

– Я могу продолжить? – робко поинтересовался Семен.

– Конечно!

– Слушаем…

– Так вот, взамен, Коллинз попросил лишь о небольшом одолжении – передать несколько единиц холодного оружия его знакомому в Пакистане.

– И вы согласились?!!!

– Так вот почему нас хотели убить…

Полиглот принялся успокаивать:

– Тише, друзья, тише. Ничего особо опасного в этом не было – в Афганистане и Пакистане оружие ходит свободно. Легче встретить человека без оружия, чем с ним.

– Да? А чего он тогда сам его не передал?

– Коллинз сказал, что это подарок его другу, тот якобы коллекционирует афганское оружие. И что это совершенно безопасно, ибо никакой ценности оружие не представляет, так, сувенирная продукция. В случае чего мы можем выдать эти мечи и сабли за свой реквизит.

– Так вот для чего мы репетировали танец с саблями!

– Совершенно верно, – здоровяк снова добродушно улыбался. – Только мистер Коллинз не знал одного обстоятельства.

– Какого?

– Я один из лучших специалистов в области истории холодного оружия Центральной и Юго-ВосточнойАзии.

Все притихли.

– И что? – наконец не выдержала Аллочка. – Так что он хотел переправить?

Семен продолжал загадочно улыбаться.

– Позвольте сначала небольшой исторический экскурс.

– А сразу нельзя? – Салимханов принялся беспокойно ерзать. – Мне уже начало не нравится.

– Сразу нельзя, вы просто не поймете. Поэтому наберитесь немного терпения.

Семен облокотился о спинку кресла и сплел широкие пальцы.

– Друзья, как вы думаете, где мы сейчас находимся?

Обметкин максимально далеко отодвинул бархатную штору:

– В Индии?

– Не совсем. Мы находимся в Пенджабе.

– Но это же в Индии?

– Не совсем. Сейчас Пенджаб находится на территории двух стран – Индии и Пакистана.

– И что?

– И то, что это не просто удивительный по своей красоте регион, но еще и один из самых древних центров мировой цивилизации. Наряду с древним Египтом и Месопотамией. А как вы думаете, почему он так называется?

Все молчали.

– Маленькая подсказка: египетская цивилизация возникла и развивалась вдоль одной реки, которая называлась…

– Нил!

– Правильно. Шумеро-аккадская цивилизация развивалась на землях, расположенных между двумя реками, в Месопотамии, Междуречье. Кто помнит, как они назывались?

Руку подняли сразу несколько человек:

– Тигр и Ефрат.

– Отлично! А теперь вопрос со звездочкой: сколько рек протекало в долине, где возникла индская цивилизация?

– Три?

– Хорошая попытка. Но нет.

– Ну, если Пенджаб, то скорее всего, пять, – предположила Елена Викторовна.

Семен поаплодировал.

– Совершенно верно. Пенджаб в переводе означает «пять рек» или Пятиречье. Именно эта долина, где мы сейчас находимся и стала колыбелью Хараппской цивилизации, самой древней индской цивилизации, давшей начало истории всего Индостана. Кстати, – он поднял палец. – Великая битва Пандавов и Кауравов произошла именно на Пенджабской равнине.

– Битва кого? Падаванов? – от изумления Зайцев даже жевать перестал. – Ни чё себе. Только там не курвавы были, а дроиды.

Кто-то засмеялся. Семен свел брови.

– Во-первых, не курвавы, а Кауравы. А во-вторых, не подаваны, а Пандавы, сыновья Панду.

Ударник окончательно смешался:

– Не понял. Панды ж в Китае.

С профессора постепенно спадало благодушное настроение.

– Да что вы, в самом деле! Речь не о «Звездных войнах», а «Махабхарате». Вы понимаете разницу?

– Нет.

– «Махабхарата» это легендарный древнеиндийский эпос, он повествует о битве двух цивилизаций, борьбе между Пандавами и Кауравами, а «Звездные войны»… – Семен развел руками. – Вообще непонятно о чем. Дурно придуманная фантастика. Пошлая американщина. Пандавы и Кауравы изначально были представителями одной и той же Лунной династии. Панду и Дхритараштра были братьями. Панду был царем, но был проклят и потому не мог вступить в половую связь со своими женами.

– Почему? – Игнат смотрел искоса.

– На нем лежало проклятье брахмана. Поэтому его первая жена обрела дар зачинать детей от любого из богов. Родив троих сыновей, она передала этот дар второй жене. Та родила еще двоих. Это и были Пандавы, пятеро братьев – воинов.

– Понятно, – Зайцев видимо решил отомстить за «Звездные войны». – А у тех тоже было по две жены. Так они и размножались в геометрической прогрессии.

– Вовсе нет. У Падаванов… тьфу, у Пандавов была всего одна жена.

– У каждого?

– Нет. Общая. Одна на всех. Звали ее Драупади.

– Зашибись. А что случилось?

Семен иронии не уловил.

– Драупади была царевной, первой красавицей и за ее руку разыгралась целая битва. Победил средний сын и вместе с братьями радостно привел девушку домой. Их мать подумала, что сыновья вернулись домой с милостыней…

– Минутку, с какой милостыней? – оживился внимательно слушавший Обметкин. – Вы же сказали, что они были детьми царя?

Семен вздохнул.

– Там все сложно. Пандавы, собирали милостыню, чтобы обеспечить себя едой во время странствий. Они выдавали себя за бедную семью браминов, ночевали у жителей деревень, а по вечерам ежедневно выходили просить еду. Все, что им удавалось собрать за день, они отдавали матери. Вот и на этот раз, когда они пришли и хотели обрадовать ее вестью о победе брата, мать подумала, что речь идет о еде. Поэтому и сказала: «Пользуйтесь ею совместно». А после отменить приказ матери было уже невозможно. Поэтому Драупади стала общей женой всех пяти братьев.

– Вы это серьезно?

– Это не я. Такова легенда. Правда, существует еще одна версия – в прошлой жизни Драупади пять раз обращалась к Шиве с мольбой дать ей супруга, поэтому в новом рождении по велению бога ей пришлось иметь пятерых мужей.

Не найдя что ответить, Зайцев лишь поджал губы.

– Да, девичья память страшная штука. Даже боюсь представить, что вытворяли Курваны.

– Кауравы. У них, как раз все было в пределах вашей морали, – слово «вашей» Семен подчеркнул. – Когда после смерти Панду царем стал его брат Дхритараштра, вместе со своей женой они родили сто сыновей и одну дочь.

– Вдвоем?

– В смысле?

– Одной женщине тяжело родить сто детей.

– Это же эпос.

– Ну допустим. И что дальше?

– Дело в том, что Дхритараштра был слепым…

– Так вот почему у него было столько детей! – неожиданно обрадовался Кокорев. – Он, небось, со слепу тыкался куда ни попадя…

Семен побледнел.

– Валерий! – от возмущения голос дрожал. – Как вы можете! Это священная книга. Ваши шутки совсем неуместны. Гандхари, жена Дхритараштра, всегда хотела иметь сто сыновей. И ее свекор, божественный мудрец Вьяса, подарил ей такую возможность. Два года Гандхари была на сносях, пока не узнала, что любовница ублажила ее мужа и родила тому сына, то есть претендента на трон. Тогда в отчаянии она распорола ножом живот и из него выпал кусок мяса, твердый как железо…

– Господи, – Громов незаметно перекрестился.

Балерины тоже смотрели насторожено.

– …В этот момент появился мудрец Вьяса и разделил ком мяса на сто один зародыш. Зародыши были помещены в кувшины с топлёным маслом и дозревали там ещё девять месяцев. Так у царя Дхритараштры и царицы Гандхари появились сто сыновей-Кауравов и одна дочь.

Ошарашенный Зайцев вытер испачканные едой пальцы о майку.

– Не, я может и необразованный, но… И после этого вы называете «Звездные войны» безумной фантастикой?!

– А может хватит с мифологией? – недовольно перебила Эльвира. – Какое это имеет отношение к тому, что нас чуть не расстреляли? Можно чуть ближе к делу?

– Можно, – Семен и сам был рад сменить тему. – В Пятиречье тысячелетиями жили различные племена и народы, они постоянно враждовали друг с другом, время от времени вторгался кто-то сторонний, пока наконец в шестнадцатом веке эти места не захватило тюркское племя Тимуридов. Вы, наверняка, слышали об империи Великих Моголов?

– Конечно, слышали, – закивали духовики. – Не помним, что именно, но слышали точно.

– Я тоже, – кратко заметил Салимханов и развернулся, чтобы лучше слышать.

Аллочка Киреева промолчала. Темные, чуть раскосые глаза смотрели внимательно.

– Замечательно. Так вот, когда шах Бабур, основатель империи Великих Моголов, подчинял себе окрестные территории, была произнесена первая проповедь первого гуру нового учения. Его последователи так и назывались: сикхи – ученики. Вы что-то знаете о сикхах?

– Они убили Индиру Ганди, – после небольшой паузы происзнес Громов. – Какие-то религиозные фанатики.

– Вовсе нет, – Семен бросил быстрый взгляд на прислушивающегося к их разговору стюарда. – Новая религия позиционировала себя, как самая мирная и человеколюбивая, в ее основу были заложены любовь и терпимость. Равные права для всех. Сикхизм возник в среде, где индуизм постоянно сталкивался с исламом, сталкивался жестко, бескомпромиссно. Поэтому новое учение привлекало прежде всего тех, кто искал альтернативу бесконечным религиозным конфликтам… Первое время сикхи довольно мирно уживались с Моголами, но постепенно их численность росла, влияние распространялось на все большие земли и вскоре Моголы почувствовали настоящую угрозу. Они начали преследовать гуру, часть из которых приняли мученическую смерть. Но и сикхи уступать не собирались. Они основали священный город, Амритсар, в центре которого возвели великолепный Золотой храм, строили оборонительные форты. Однако, переломный момент наступил, когда последний, десятый гуру, упразднил наследное единовластие и передал власть не своему преемнику, а хальсе – военной общине. В результате чего сикхи за короткий срок превратились в самостоятельную империю, объединенную по национально-религиозному принципу, со своей идеологией, законами и вождями, настоящее государство в государстве.

– Так значит, они все-таки были воинственными, – не удержался Громов.

– Ничего подобного. Они лишь защищали свою веру. Сикхизм самая терпимая из всех существующих религий. И самая ненасильственная. Сикхи считают, что Бог един для всех народов. Он вездесущ и непостижим, а его имя никому неизвестно. Единый Бог источает милосердие и любовь, лишен страстей и ненависти. Он никому не указывает что делать и никого не наказывает. Бог присутствует повсюду, ибо растворен в окружающем мире и внутри каждого из нас. Именно он дает людям жизненную энергию, любовь, милосердие, красоту, мораль, правду и веру. Поклоняться Богу можно только посредством медитации и пением молитв, и для этого не нужны жрецы, священники или иные посредники. Душа, как и сам Бог, не рождается и не умирает, поэтому не существует ни ада, ни рая, а после смерти тела душа возвращается к Богу и превращается во всеобъемлющую любовь. Поэтому на похоронах запрещено плакать, тела сжигают, а прах высыпают в реку. У сикхов не существует ни могил, ни памятников. Они считают, что рассказы о рае, аде, загробной жизни – это лишь способ манипуляции одних людей другими. На самом деле Бог не обещает награду за добрые дела, ни в этой жизни, ни в загробной. Человек добр всегда, это заложено Богом, а зло противоестественно. Не надо доказывать свою благочестивость голоданием или аскезой, но и удовольствиями злоупотреблять не следует. Во всем нужна мера, основанная на необходимых потребностях, а излишками ты должен делиться. Сикхи ценят свою свободу и уважают свободу других.

– Я понял – я сикх! – торжественно провозгласил Зайцев. – Вот всегда об этом догадывался, просто не знал, как называется.

– Чего ж они тогда Индиру Ганди убили? – не унимался Громов.

Семен шикнул и выразительно указал глазами на мгновенно насторожившегося сопровождающего. Огромные сверкающие под чалмой очи, были красноречивее всех слов.

– Я же объяснил. При всем своем миролюбии, сикхи одни из самых бесстрашных воинов, они презирают смерть и не знают страха. Погибнуть на поле битвы для них великая честь. Поэтому сикхов с радостью принимали в другие армии и как охрану.

– По прежнему не вижу связи.

– Связь есть, и прямая. Пенджаб – родина сикхов, почти все сикхи это пенджабцы, единая страна, единый народ. Был.

– Был?

– Да. По мере расширения империи, между сердарами, сикхскими вождями-феодалами, возникли разногласия. Этим незамедлительно воспользовались британцы и аннексировали Пенджаб. А через сто лет, опять же воспользовавшись вспыхнувшим конфликтом между мусульманами и индусами, англичане разделили Британскую Индию на Индийский союз и доминион Пакистан, заодно разорвав на две части и Пенджаб. Разумеется возникли еще большие конфликты. Сначала в Пакистане между мусульманами и сикхами – там начались взаимные массовые изгнания. Люди, когда-то мирно проживавшие по соседству, буквально уничтожали друг друга. В результате, после кровопролитных столкновений, практически все сикхи переселились в Индию. Но и там свободолюбивый народ не нашел понимания. Сикхи обвинили индусов в дискриминации, Индиру Ганди в диктатуре и потребовали создания независимого сикхского государства. Они превратили Золотой храм в Амритсаре, свою главную святыню, в укрепленную крепость и поклялись защищать его до конца. В ответ премьер приняла неверное решение. Была проведена военная операция, да еще в священный для сикхов день, когда храмы были полны паломников. Тысячи людей погибли, храм был частично разрушен и осквернен. А еще через полгода ее убили телохранители-сикхи. После чего стало еще хуже. – Семен погрустнел. – А иначе и быть не могло. Это ведь замкнутый круг: насилие всегда рождает только насилие. И мир на этой земле был лишь тогда, когда здешние правители, кем бы они ни были, проявляли понимание и терпимость к своим народам. Ведь здесь веками сходились десятки национальностей и религий.

– Хотите сказать, что все это работа англичан?

– Почти все европейцы отличились. Но англичане да, оказались гаже всех, – всегда мягкая улыбка, вдруг превратилась в гримасу отвращения. – Первыми сюда прибыли португальцы и были потрясены богатствами страны – золото, драгоценные камни, дорогие ткани, специи. Потом подтянулись голландцы, французы и англичане, и буквально погрузили Индию в хаос. Бесконечные войны, грабеж, обнищание. Затем англичане оттеснили остальных и обвинили империю Моголов, находящуюся в тысячах километров от их острова, в угрозе безопасности акционерного общества ее Величества и начали прямое завоевание этих земель.

– А акционерное общество это Ост-Индийская компания?

– Британская Ост-Индская компания. Были и другие. Да, именно она, обычно так романтично описываемая в английской литературе. И по сути воспевающая убийц и негодяев. Все последующие годы англичане подлостью и коварством умело разжигали конфликты. И лишь с одной целью: безнаказанно грабить. Воспользовавшись внутриполитическими и религиозными противоречиями, они еще больше усилили местные междоусобицы, развратили и подчинили себе верхушку империи Великих Моголов, сделав их предателями собственного народа.

– Да, знакомая история, – вздохнул Громов. – Проходили.

– Последним вздохом умирающей империи стало восстание сипаев – солдат колониальной армии, нанимаемых из местного населения, то есть индийцев. Это восстание объединило мусульман и индусов, бедных и богатых, истерзанный народ жаждал мщения и принялся истреблять англичан почти на всей территории своей страны. Но к сожалению, внутренние противоречия никуда не делись. В очередной раз воспользовавшись дезорганизованностью и отсутствием единства, англичане захватили Дели, пообещав уже своим, английским солдатам, отдать город разграбление. А иных уговоров и не потребовалось. Жажда немедленной наживы заставила англичан сражаться с яростью гиен. Три дня «благородные» джентльмены грабили и кораблями вывозили многочисленные сокровища Моголов – исторические и культурные ценности, ювелирные украшения, золото, драгоценные камни, оружие и даже богато украшенные одежды знати. Восстание было подавлено самым жесточайшим образом.

– Какой ужас, – глаза Нюши были полны слез.

Семен стиснул огромные кулачищи.

– Кто-то помнит картину Верещагина «Подавление индийского восстания англичанами»?

– Конечно.

– Так вот, там изображен момент расправы над сипаями. Англичане привязывали храбрых воинов к пушкам и стреляли, чтобы разорвать тела на части. Им недостаточно было просто убить восставших, они пошли по самому изощренному в своей мерзости пути. Сипаи не боялись смерти, воин, погибший в борьбе с врагом, непременно попадал в рай, но перед Всевышним необходимо было предстать, сохранив свое тело в целости. Картина Верещагина произвела эффект разорвавшейся бомбы, просвещенная Европа была в шоке. Оказывается, их смелые «герои» обыкновенные мародеры и подонки, и их нынешние богатства и чины имеют кровавое происхождение. Не удивительно, что всего через семь лет после презентации, англичане выкупили эту картину и уничтожили ее.

– Вот сволочи! – выругался Обметкин.

– Падлы, – согласился Федор. – Чего ты мне раньше не сказал? Я бы этого гомосека прям там и придушил бы.

– Феденька, мы не должны уподобляться варварам.

– Так я и не предлагаю уподобляться. Просто прикопать гадину в кустах.

Семен вздохнул.

– Все это время англичане старательно поддерживали вражду и ненависть между народами, здесь проживающими.

– Все это, конечно, ужасно, но при чем здесь мы? За нами кто гнался и почему?

– Помните я вам рассказывал, как желая преодолеть неравенство, возникающее в результате передачи власти по наследству, десятый гуру сикхов объявил о создании хальсы – Братства чистых? Общества, где равные выбирают равных? Так вот, с того времени все мужчины должны были иметь общее имя, своего рода фамилию – Сингх, что в переводе означало «лев». Женщины получали фамилию Каур – львица. Кроме того, отныне каждый сикх был обязан иметь при себе пять “к”, пять атрибутов начинающихся на “к”. Кэш – волосы, усы и борода, которые никогда не состригались – волосы скручивали и убирали под чалму. Кангха – гребень, которым дважды в день волосы расчесывали. Кара – металлический браслет, служивший для защиты руки во время сражения на мечах. Кирпан – короткий клинок с характерно загнутым концом. И качера – трусы с завязками, почти как наши семейные.

– Трусы?! Но почему трусы?

– Потому, что сикхский воин должен быть готов к бою в любой момент, даже если враг застал его по середине ночи. Зачастую, сикхи участвовали в сражениях исключительно в таком нижнем белье. Оно позволяло воину двигаться свободно и, независимо от положения ног, всегда выглядеть пристойно и целомудренно. Для сикха нет никаких требований в отношении одежды, кроме двух: он всегда должен носить качеру и тюрбан.

– Но какое отношение трусы имеют к мечам и саблям, за которые нас чуть не убили?

Семен поднял палец.

– И тут мы переходим к главному. Гуру Гобинд Сингх, создав хальсу, не только положил начало новому этапу в развитии сикхизма, одновременно была разработана церемония посвящения, созданы правила для временного руководства сикхов. Согласно легенде, гуру собрал воинов и предложил выйти вперёд тому, кто готов принести себя в жертву во славу ему и вере. Когда нашелся доброволец, гуру увёл его в шатёр и вскоре вернулся с окровавленным мечом. Затем он повторил свой вопрос. Многие в страхе разбежались, но все же нашелся еще один смельчак. Гуру позвал его в шатер и снова оттуда потекла кровь. И так повторилось еще три раза. Поляна перед шатром заметно опустела, и тогда, наконец, гуру вышел из шатра со всеми пятью храбрыми и преданными воинами, живыми и невредимыми. Он назвал этих людей Пяндж Пьяре – «пятеро любимых» и разделил с ними чашу ритуального напитка, после чего объявил, что посвящает их первыми в хальсу. Это была первая церемония посвящения.

– И что?

– Именно этот меч и пытался вывезти Коллинз.

Все ахнули.

– Но… как вы его узнали?

– Меч, точнее палаш, Кханду невозможно не узнать. Это широкий прямой, иногда расширяющийся к концу, клинок без выраженного острия. Этот меч, наряду с кинжалом кирпан и метательным диском чакра, самое почитаемое оружие сикхов, именно они изображены на их гербе.

– Но почему вы решили, что это именно тот меч? Ну которым проводили первую церемонию?

– На нем есть соответствующая надпись. Он пропал во время событий при разделе Пенджаба, когда миллионы людей были вынуждены бежать, не имя возможности взять даже самое ценное. А англичане, по обыкновению, мародерствовали и пользовались моментом. На территории Пакистана оказался еще один важный для сикхов город – Лахор, еще одна жемчужина Пенджаба. Скорее всего, именно оттуда меч и был вывезен в Афганистан кем-то из англичан. Возможно, этот человек задержался там или умер, но на какое-то время меч пропал из виду. А теперь вот обнаружился. Не знаю, как он попал к Коллинзу, но тот решил его вывезти. Не удивлюсь, если он сам украл его из чьей-то коллекции. Потому-то и не рискнул вывозить самостоятельно. А может, надежный канал был только в Пакистане. К примеру, дипломатическая почта.

– Но зачем ему меч сикхов?

– Скорее всего планировал продать коллекционеру или музею. Ведь всем известно, что английские музеи это хранилище краденых вещей, – на губах играла презрительная усмешка. Если владельцы исторических раритетов вернут себе все украденное за столетия, в музеях Англии останутся только голые стены.

– Это ж сколько этот меч может стоить? – задумчиво протянул Кокорев.

– Нисколько. Он бесценен.

– Это понятно… Но, может быть, – он смущенно поерзал, – нас все-таки отблагодарят? Ведь мы жизнью рисковали…

– Человек должен быть благороден и честен лишь потому, что его таким создал Бог, – холодно отрезал Семен. – Мы должны творить добро не требуя награды.

– Да, я не против, но я же не сикх, чтобы рисковать своей жизнью за просто так…

– Они нас спасли от смерти.

– Да, но перед этим нас чуть не убили.

– Убить нас хотели по другому поводу.

– И даже убили…

– Да хватит уже! – вскричал дирижер и закрыл уши ладонями. – Вы можете заткнуться и говорить о чем-то другом?!

– В самом деле, – неожиданно оборвала спорщиков Елена Викторовна. – вы лучше посмотрите туда, – и указала рукой вперед.

Все принялись вытягивать головы.

– Боже, что это?!

В темноте, в свете фонарей перед ними неожиданно возник прекрасный сад. Чуть дальше, на холме, обозначился еще более прекрасный дворец. Причудливой формы постройка, каскадом спускалась к пруду. И вместе со своим отражением образовывала призрачный кружевной овал. В наступившей темноте разглядеть всю постройку было сложно, но даже в свете фонарей, а может и благодаря им, дворец казался легким розовым облаком.

– Мы будем здесь жить? – ахнули балерины.

Фима Бронштейн, молчавший всю дорогу, обессилено опустился на сиденье.

– Мы будем здесь выступать. И почему-то меня это пугает больше нашего последнего фурора в Афганистане.

Глава 30

1

Утро встречало гастролеров духотой, ароматом туб

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.