Ох уж эта скорая!
Светлана Александровна Фомина

Эта книга посвящается моему любимому и дорогому мужу, военному доктору, офицеру, врачу скорой помощи

Константину Котляру

«Когда над «скорой» свет мерцает синий,

Шепчу я про себя в минуты эти:

Благослови врачей своих, Россия,

спешащих на работу на рассвете…»

А. Городницкий

Дизайнер обложки София Мироедова

© Светлана Александровна Фомина, 2025

© София Мироедова, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0065-6930-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Об авторе

Здравствуй, дорогой читатель!

Открывая эту книгу, ты, наверняка, хочешь узнать о скорой помощи что-нибудь интересное и необычное.

Кто бы ты ни был по профессии, предлагаю тебе окунуться в работу одной из самых непростых и экстремальных служб, которая стоит на страже здоровья и жизни человека.

Почему я имею право рассказывать об этом?

Дело в том, что большую часть своей жизни я посвятила медицине, работе на самом передовом ее участке, служению людям.

Немного расскажу о себе.

Выросла я в далеком северном городе Воркуте, там же училась в школе. Еще в детстве решила стать врачом и приносить пользу обществу.

С первой попытки поступить в желаемый институт у меня не вышло. Вернувшись домой, я целый год проработала санитаркой в детской поселковой больнице, зарабатывая медицинский стаж и готовясь к вступительным экзаменам.

На следующий год мне повезло, и я стала студенткой лечебного факультета Воронежского государственного медицинского института имени Н. Н. Бурденко, который благополучно закончила с красным дипломом в 1994 году.

Почему скорая?

Мама моя была фельдшером по профессии и когда-то сама хотела работать на скорой помощи. Но не срослось, трудилась она в другом месте. Может быть поэтому, но наверно, еще и потому, что люблю перемены, поездки, движение, я устроилась врачом линейной бригады на СМП г. Воронежа, о чем за все это время ни разу не пожалела.

Сейчас, имея уже большой стаж работы по специальности, получив высшую категорию и должность старшего врача, я продолжаю трудиться в этой же службе. И совсем не потому, что не было возможности уйти куда-то в другое место, поменять профиль, заняться чем-то другим.

Скажу честно: я люблю свою тревожную, нескучную работу с ее бессонными ночами, выматывающим ритмом жизни, постоянными стрессами и романтикой. И поверьте, это не красивые слова.

Здесь судьба свела меня с моим вторым мужем, тоже врачом. Это был легендарный на скорой помощи человек. Веселый, общительный, умный, прекрасный специалист в своем деле. К сожалению, он рано покинул этот мир, будучи совсем еще нестарым мужчиной.

Он всегда мечтал написать книгу о нас, медиках, о нашем героическом, иногда почти каторжном труде. Поэтому я посвящаю это сочинение ему и всем людям, безымянным верным труженикам нашего медицинского фронта. Живым и тем, что ушли.

Поскольку я являюсь блогером на площадке Дзен и регулярно публикую там статьи, в том числе и на тему своей профессиональной деятельности, эта книга написана по мотивам моих статей. Можно сказать, что это произведение – сборник моих публикаций.

Буду очень счастлива, если он понравится широкому кругу людей и найдет своего благодарного читателя.

Введение

У людей всегда есть большой интерес к работе экстренных служб: скорой, МЧС, полиции, пожарных. Им хочется знать, как устроены эти организации, как они функционируют, какие подводные камни там есть.

Особенно привлекают интересные, захватывающие истории, коими богаты наши обычные рабочие будни.

Для кого эта книга?

Для работников скорой? Конечно. Ведь всё, что написано здесь, им близко и знакомо.

Для обычных людей? Несомненно. Ведь тут есть много полезного для больных, а ведь нашим пациентом, хоть раз в жизни, да становится каждый человек.

Медицина во все времена интересовала людей.

Во-первых, потому что она тесно связана с таким важным для человека понятием как здоровье. Это по молодости мы не особенно задумываемся над этим. Нам кажется, что есть более важные вещи в жизни. Но время идет, приоритеты меняются, и мы начинаем понимать: когда нет здоровья, все остальное выглядит не таким уж привлекательным. И тогда во всех праздничных мероприятиях мы начинаем желать друзьям и родным его – здоровья.

Во-вторых, людям интересно знать все про себя. Например, как устроено и функционирует тело человека, где его слабые и сильные стороны, как ему помочь быть здоровым и продлить жизнь.

В-третьих, никто не отменял заложенное глубоко в нас желание помогать ближнему, быть полезным и необходимым для других. Именно этим занимается медицина. Поэтому она интересна людям.

А скорая медицинская помощь – её передовая, можно сказать, один из самых горячих участков, фронт.

Врачи и фельдшера скорой оказываются первыми у постели больного, в экстремальных ситуациях на производстве, в различных учреждениях, на улице и в самых неожиданных местах, где кто-то пострадал или кому-то стало плохо.

Наша работа связана с постоянными стрессами, поездками, переменами, общением с разными людьми, их историями. А это всегда очень привлекательно и захватывающе как для самих медиков, так и для обычных людей, не связанных по работе с медициной.

Кроме того, любой человек – наш потенциальный пациент. И ему будет полезно узнать, чем живет эта служба, как она работает, когда нужно срочно набрать «03», а когда можно обойтись без этого. Важно также понимать, что делать, пока ожидаешь бригаду, как встретить медиков, как можно и нужно действовать самому в той или иной экстренной ситуации.

Другая категория, которой будет желательно прочитать эту книгу – молодые специалисты: фельдшеры, доктора. Они приходят к нам на службу постоянно. Врачи, к сожалению, уже все реже и реже. А вот средние медицинские работники – очень часто.

Заканчивая колледж, молодежь не всегда понимает, с чем столкнется на работе. Иногда они напоминают слепых котят, которых только что выпустили на свет.

Думаю, им просто необходимо узнать, что же такое эта экстренная медицинская служба, оценить свои силы и возможности, понять, готовы ли они отдавать себя людям.

Поэтому, внимание!

Эта книга написана для ВСЕХ.

В ней нет заумных терминов, готовых схем лечения.

Но есть опыт мой и моего мужа, наши мысли и, конечно, наши взгляды на вещи и события, ведь мы такие же люди, как все, и у нас есть свои чувства и эмоции. Читатель имеет полное право иметь своё, собственное мнение и быть в чем-то не согласным с нами.

Я старалась писать честно то, что у меня на сердце, то, чем со мной делился муж – мой незримый соавтор. И хоть мы с ним теперь в разных мирах, но оба

приглашаем вас окунуться в жизнь службы 03 (103), так сказать, изнутри.

Быть может ты – юный студент медучилища или университета, который думает, в какую область пойти работать.

Или молодой сотрудник, уже пришедший в службу скорой помощи.

А может ты – человек, далекий от медицины, но тебе просто интересно все, что с ней связано.

В любом случае, эта книга, возможно, что-то изменит в твоих представлениях о нас.

Кто-то по-другому взглянет на работу суровых людей совсем не в белых халатах. Кто-то решит, что это совсем не его стезя. А кому-то станет легче жить и служить людям, выбрав одну из самых сложных и, не побоюсь этого слова, героических профессий.

Приятного вам прочтения!

Часть I
Знакомство с СМП

Глава 1
Романтика или каторжный труд?

Ночь. Огни. Опустевший город.
Мы одни. Там звонят в тревоге.
Что нас ждет? Вновь тревожный повод.
Ночи, дни… И всегда в дороге.

Знают всё те, кто жизнь не знает.
Столько лет – каждый раз впервые.
Вот опять кто-то умирает.
Помоги, Бог и все Святые!

След в душе. Он, конечно, будет,
Хоть на вид все мы люди-камни.
Позже всяк сам себя рассудит,
Будет жить по своей программе.

Луч от фар. Что же ждет нас вскоре?
Страхи прочь. Мы уже у цели.
Ночи-дни… Рядом боль и горе.
Но сейчас, вроде бы, успели.

***

Вы спешите по своим делам. А может, не спешите, а просто гуляете. Стоит душный полдень. Пробки. Час пик.

Слышится протяжный, постепенно усиливающийся вой сирены. Вы невольно поворачиваете голову и глазами ищете источник этого звука.

Мимо столпившихся машин продирается белый автомобиль с красным крестом и цифрами 103 на борту. Мигают проблесковые огни.

Вы смотрите ему вслед. В душе непонятная легкая тревога и любопытство. Куда он едет? Может, везёт тяжелого больного? Может, с кем-то случилась беда, и врачи спешат на вызов?

Скорая скрывается в потоке машин. Сирена слышна всё тише.

Вы успокоено вздыхаете и возвращаетесь к своим делам. На душе как-то легче. Не я. Не мои родные. Слава Богу!

***

Что знает о службе 03 человек, не связанный с медициной?

Наверное то, что есть такая организация, куда можно позвонить, и, если что-то заболело, получить быструю медицинскую помощь.

Иногда – не очень быструю. Иногда – совсем долго едут эти равнодушные люди! А ведь каждая минута дорога!

Что на скорой работают врачи и фельдшера, медсестры и медбратья или санитары (последние не везде) и водители. Многие, вообще, не знают, чем отличается фельдшер или медицинская сестра от врача.

Многие думают, что работники 03 обязаны приехать, сделать укол от любой болезни, назначить лечение, дать рекомендации. А при желании пациента должны отвезти в больницу.

Что на скорой, скорее всего, работают те, кто больше не сумел никуда устроиться, или те, кто подрабатывает здесь, чтоб не протянуть ноги.

Что профессия врача или фельдшера скорой помощи никакая не творческая и не важная. Так, проходнячок. Мы ведь не кардиохирурги, которые часами стоят у операционного стола, спасают сердца людей, и от их едва уловимого движения зависит, будет человек жить или нет.

Скорее, «таксисты». Так пренебрежительно именуют нас те медработники, кому не довелось реально у нас потрудиться.

По большей части, эти суждения – просто мифы или искаженные сведения.

Так что же это за служба такая?

Кто здесь обитает?

Каторжники?

Да. Бывает и так, что человек идет на дежурство как на каторгу. Бессонные ночи, ежедневные стрессы, выговоры начальства, хамское отношение на вызовах и в приёмных отделениях больниц, иногда, элементарно, нехватка двух рук в сложной ситуации, большое количество больных. Особенно напрягают те вызова, где мы вообще не нужны, но они отнимают силы, время, нервы.

Романтики?

Да. Есть здесь такие, и немало.

«Как же могут быть романтиками эти суровые малоразговорчивые люди?» – спросите вы – «Это же люди-камни, люди-сухари!»

Что тут романтичного? Но ведь романтик – он на то и романтик, чтобы даже в любой грязи и серости разглядеть какой-то малюсенький алмаз для своей души.

Когда летишь по спящему ночному городу в неизвестность, прохладный свежий ветер свистит в ушах, мелькают разноцветные огни, а перед глазами проносится замершая городская жизнь, невольно любой человек станет романтиком.

***

Повод к вызову: «умирает». Принимаем по рации. Диспетчер называет возраст – 45 лет, мужчина.

Едем.

Это где-то недалеко. Частный сектор. Время – утро, мы совсем недавно заступили на суточную смену. Водитель опытный. Довез быстро.

Подъезжаем к нужному дому.

Никто не встречает. Пусто. Покосившийся забор неопределенного цвета, за ним обшарпанный деревянный дом с мутным разбитым стеклом в маленьком окошке. Калитка распахнута. Идем по почти заросшей дорожке к узенькому крыльцу. Кликаем хозяев. В ответ зловещая тишина.

Заходим в дом. Темно. В нос шибает жуткая вонь – смесь затхлости, протухшей капусты, алкогольного перегара и еще чего-то гниющего.

Молоденькая медсестра кашляет и закрывает руками нос.

Кругом навален хлам. В сенях груды пустых бутылок. Протискиваемся в дверь. В комнате запах мощнее, до тошноты и легкого головокружения. У стены низкая кровать, вся завалена каким-то серым тряпьем, посреди которой лежит человек лицом вверх, свесив черные до колен ноги на пол.

Судя по позе – труп. Обычно это сразу видно. Уже остыл. Лицо тоже черное с синеватым оттенком. На вид – 60—65 лет. На столе паспорт, по нему покойному 44 года. Надо же!

Надеваем перчатки. Конечно, нет ни дыхания, ни сердцебиения. Умер. Скорее всего, еще ночью.

Кто же вызвал скорую? Наверно, соседи заглянули, испугались и ушли. Позже выяснили, что это так. Со слов живущей в рядом стоящем доме женщины, умерший проживал один. Родственники, вроде бы, есть, но какие-то дальние, навещали редко.

Мужчина страдал сахарным диабетом, гипертонией, алкоголизмом. Ни жены, ни детей не имел. Последнее время из своей избушки не появлялся, ходить по улице уже не мог, кое-как передвигался только по дому. Какие-то собутыльники приносили водку.

Ожидая сотрудников полиции, оглядываем комнату. К запаху кое-как притерпелись.

И тут в глаза бросается стоящий в углу на тумбочке аквариум. Самый настоящий, средних размеров, аквариум с подачей кислорода, камушками и пещеркой на дне. Вода в нем чистая, прозрачная. К стеклу прилипла улитка в виде небольшого желтоватого комочка. А в толще воды плавает довольно крупная рыбка золотого цвета, живая и бодрая. Рядом на тумбочке стоит баночка с кормом.

Это зрелище настолько нас поразило, что мы не могли оторвать глаз от этой жизнерадостной и красивой рыбки, от чистой, заботливо процеженной воды, от пузырьков воздуха, поступающих в аквариум. Такой яркий и сумасшедший контраст! Настолько это не вязалось с окружающей обстановкой разрухи и грязи, что мы просто потеряли дар речи.

Как мог этот, по сути, конченный, почти не ходячий человек с гангреной нижних конечностей, наверное, не евший днями, очень часто находящийся в алкогольном угаре, так любить это живое существо – рыбку, каким-то неведомым образом содержать её в образцовом порядке! Кто приносил ему корм и другие необходимые для этого вещи? Кто чистил и мыл аквариум? Загадка…

Когда мы вышли из дома, водитель, поводя носом, сморщился и сказал, что от нас дурно пахнет. Пришлось какое-то время стоять на улице, проветриваться и многократно орошать себя дезсредством.

Вскоре мы уже ехали на другой вызов.

Не знаю, как у медсестрички, а у меня еще долго перед глазами стояла золотая рыбка и черные опухшие ноги ее хозяина.

Видимо, человек не может быть совсем один. Ему обязательно нужно кого-то любить и о ком-то заботиться.

Вот такое чудо. Такая романтика в вертепе. Чего только не увидишь, работая на скорой!

Глава 2
Ода скорой помощи

Так получается, что мы чаще говорим о недостатках и болях медицины. Это не очень хорошее свойство человеческой психики – акцентировать своё внимание на негативе.

Но ведь в этой сфере нашего бытия немало и положительных моментов. И сегодня хочется сказать о них.

Что хорошего, например, в нашей работе на скорой помощи?

Почему я, вообще, пошла в эту службу?

Во-первых, меня привлёк график. Дежурства суточные или по 12 часов (день, ночь). Да, тяжело быть в тонусе 24 часа. А ведь надо не только бодрствовать, но и быстро соображать, уметь собраться в ответственную минуту и в 12 ночи, и в 3, и в 5 утра. И, конечно, нет ни стандартных праздников, ни законных суббот-воскресений.

Но с другой стороны, отпахал свои сутки и пошел на все четыре стороны на 3—4 дня. Если на полторы ставки, то на 2 дня – это сложнее. Можешь уехать за город. Можешь сходить в присутственные места (МФЦ, пенсионный фонд, налоговая, банк и т. п.), которые открыты с 9 до 18 с обычными выходными, и куда затруднительно попасть

людям, работающим на пятидневке.

Во-вторых, это отсутствие однообразия и скуки. Чего-чего, а драйва в нашей службе хватает на все 200%. Никогда не знаешь, куда занесет тебя судьба с лёгкой руки диспетчера по приему вызовов.

А уж с чем столкнёшься на вызове, не узнаешь и подавно, пока не окажешься на месте.

Иногда адреналин просто зашкаливает. К нему развивается привыкание. Да так, что ты просто уже не можешь без него. Это как наркотик. Спокойная, размеренная рутина тебе уже скучна и раздражает.

Это – одна из причин, почему на скорой многие задерживаются на всю жизнь.

В-третьих, оплачивался труд скоропомощников всегда чуть больше, чем других медработников. Да, оплата не соответствует затраченному труду. И медицина всегда была в нашей стране нищей. Но, всё-таки, раньше платили «колёсные», «ночные», другие надбавки. А это привлекает людей.

В-четвертых, из всего многообразия откровенно ненужных вызовов (поднялось давление на 20 единиц, но таблеток мы не пьём; температура в 2 часа ночи у 30-летнего дитяти аж 37,8; бухал неделю и теперь страшно помереть; засвербило в левом ухе; зачесался правый глаз; хочется поругаться, а не с кем), попадаются те, где ты реально нужен, где твоя помощь необходима как никогда. Там ты выкладываешься по полной и счастлив, что у тебя получилось не отпустить больного в последний путь.

В-пятых, романтика ночных огней, звука сирены, свежего ветра в лицо, когда бригада на скорости мчится на вызов, завораживает и вызывает желание испытывать это вновь.

В-шестых, на скорой обычно работают отличные ребята и девчонки (пусть им и 20 и 50, всё равно), надёжные, проверенные временем и трудностями, бесстрашные и знающие, что такое братство.

Кстати, на 03 много семейных пар, которые сложились уже здесь.

Помимо семьи, у них общие интересы и цели. Они могут выслушать друг друга, понять и посочувствовать. Это объединяет.

Случайные люди у нас надолго не задерживаются. Их сразу видно. Они отличаются своей отстраненностью, равнодушным отношением и чем-то ещё, по чему сразу видишь – это человек временный.

И, наконец, скорая – это вечная молодость. По крайней мере, в душе. Это относительно молодой коллектив, энергичный, с новыми идеями и разговорами. Это как глоток свежего воздуха в жаркий полдень.

Субординация есть, но она не очень строгая. Здесь можно до старости быть просто Машей или Сергеем, и никто не обидится.

И, может, поэтому люди, много проработавшие в нашей службе, увольняясь с нее, теряют этот приток живительной энергии и часто быстро уходят. Кто знает…

Ну вот, ода скорой помощи спета. Надеюсь, она найдет отклик в сердцах тех, кто планирует здесь работать.

Глава 3
Краткая история скорой помощи

Неотложную помощь больным пытались оказывать во все времена существования человечества. Еще в эпоху Средневековья были подобия заведений, призванных помогать страждущим. Например, ксендохии – бесплатные приюты для путешественников, бедных и больных, основанные на христианских принципах гостеприимства.

В 1417 г. в Нидерландах было создано что-то наподобие станции скорой для помощи утопающим в многочисленных водоемах.

Отцом скорой помощи называют Жана Доминика Ларрея, который в 1792 г. организовал целую систему эвакуации с поля боя и лечения раненых.

В Париже в 1876 г. при полицейских участках появились ночные пункты для больных и пострадавших. К больному отправляли врача в сопровождении полицейского, который потом провожал эскулапа до дома и выдавал ему чек за оказанную услугу. Да-да, экстренная помощь была платная.

В 1881 г. после страшного пожара в Венском театре, когда погибло около 500 человек, а многие пострадавшие лежали почти сутки на снегу возле пепелища и так и не дождались медицинской помощи, профессор, хирург Яромир Мунди создал добровольное общество спасения. Туда входили лодочники, пожарные и медики.

Примерно в это же время Ф. Эсмарх организовал станцию скорой в Берлине. А в 1887г. бригада неотложки им. Святого Иоанна появилась в Лондоне. Она оказывала помощь на городских массовых мероприятиях. Вот как выглядели первые скорые:

В Российской империи первые станции скорой организовались в 1897 г. Сначала в Варшаве, потом Одессе (1903 г.), Киеве, Санкт-Петербурге (1899 г.), Москве (1898 г), Харькове, Риге, Перми (1911 г.) и др.

Скорая в России

В 1908 г. в Санкт-Петербурге создается Общество скорой медицинской помощи, а в 1912 г. появляется первый санитарный автомобиль для перевозки больных.

В Советской России станция СМП открылась в Москве в 1919 г. при Шереметьевской больнице. Руководил ей доктор Поморцев В. П. Это была предшественница НИИ СМП им. Склифосовского.

В те времена в России по скорой на дому больных не лечили, а отправляли в больницы. Только в 1926 г. открыли пункт неотложной помощи для заболевших дома. Врачи выезжали к ним на мотоцикле с коляской или на легковом автомобиле.

В 1941 г. Ленинградская станция СМП насчитывала уже 9 подстанций. Район обслуживания каждой из них включал территорию примерно 3,3 км, а автопарк имел в наличие 200 машин.

Служба скорой медицинской помощи постоянно развивалась. Количество бригад росло. Появились специализированные: кардиологические, педиатрические, реанимационные, токсикологические бригады.

Современная служба скорой помощи в нашей стране имеет более 3 тысяч станций, свои больницы (БСМП), НИИ, санитарную авиацию.

В России люди могут получать экстренную помощь бесплатно. Насколько это хорошо, ещё поговорим.

Глава 4
Основные модели экстренной медицинской службы в мире

Как же сейчас устроено оказание первой медицинской помощи в разных странах?

Выделяют несколько моделей.

Одна из них – так называемая, американо-британская модель. Она распространена в США, Ирландии, Великобритании, Канаде, Новой Зеландии, Австралии, Японии.

Ее основной признак – акцент на парамедиках – специалистах по экстренной помощи, которые не являются врачами или фельдшерами, но прошли полугодовое обучение оказанию помощи по разработанным алгоритмам.

Бригады состоят из парамедиков и техников-водителей. Иногда там работают волонтеры, окончившие курсы.

Их основная цель – обеспечить базовое поддержание жизни, устранить угрожающее ей состояния (например, кровотечение), провести сортировку при массовых катастрофах и, как можно быстрее, доставить больного или пострадавшего в госпиталь.

Надо сказать, что, как специалистов в своем деле, их готовят неплохо. Они могут провести такие серьёзные манипуляции как дефибрилляция сердца, интубация трахеи, дача кислорода, плевральная пункция, тромболизис, промывание желудка, остановка кровотечения, наложение транспортной шины.

Самостоятельных решений, как правило, они не принимают, диагноз не выставляют, действуют соответственно алгоритму в каждом конкретном случае.

В США скорую можно вызвать по единому номеру 911, хорошо известному всем по американским кинофильмам.

Экстренную помощь здесь оказывают как муниципальные, так и частные компании. Задача лицензированного парамедика – стабилизировать состояние пациента. Задача водителя, который проходит подготовку по медицине – обеспечить погрузку-разгрузку и эвакуацию больного. Зарплата у таких спецов намного ниже, чем у медработников.

Парамедики и волонтеры в отдаленных районах часто работают на добровольных началах в составе пожарных команд и других спасательных служб.

Время прибытия к больному около 8—12 минут.

Эта система полностью платная. За услуги придется раскошелиться. Средняя стоимость чека за вызов скорой в Чикаго от 900 $ +17$ за милю, В Нью-Йорке от 1290$ +12$ за милю, в Вашингтоне от 400$.

Но разные социальные программы позволяют иметь скидки до 80%. Медицинская страховка покроет до 50% суммы.

В Великобритании, когда вы позвоните по номеру 999, автомобиль экстренной службы приедет к вам за 8 минут. Правда, на особое лечение вы не рассчитывайте, зато вас обязательно доставят в больницу за 19 минут. Особенностью английской системы является разновидность скорых на велосипедах, но со всеми надлежащими прибамбасами: мигалками, сиренами, медицинской укладкой, оборудованием.

Другая модель – европейская. Ее еще называют франко-германской. Она присуща странам Евросоюза, а также Израилю.

Здесь есть две разновидности бригад: врачебные и парамедиков. Например, в Париже 35 врачебных и 400 бригад парамедиков. Последние, как обычно, сразу везут в госпиталь. Врачебные придерживаются диспетчерами и посылаются только в самых экстренных случаях, например, ДТП, инфаркт и т. п. В состав такой бригады входит врач-реаниматолог, медсестра и парамедик. Они оказывают квалифицированную медицинскую помощь.

Во Франции экстренная служба называется SAMU (в Париже, например, SAMU 75). Ее организует и финансирует Министерство здравоохранения. В разных департаментах страны есть собственные службы скорой при госпиталях.

В небольших городах и сельской местности есть еще SOS Medicins – ассоциация частных врачебных клиник.

Обслуживание платное. Больной оплачивает чек. Отправляет его в соцстрах, а те уже возмещают расходы, перечисляя ему на личный банковский счет.

В Италии номер экстренной медицинской службы 118. Там скорые – подразделения при больницах. Они всегда транспортируют больных в стационар. Это происходит достаточно быстро. В приемном отделении каждому пациенту выдается цветовой код доступа к медицинскому осмотру: красный – требуется немедленная помощь, желтый – время ожидания осмотра до 15 минут, зеленый и белый – может подождать и дольше. В больнице оплачивается своеобразный налог (за анализы, операцию) до 50 евро.

В Израиле существует три вида бригад: реанимационные (врач парамедик, водитель), штатные (фельдшер, парамедик, водитель), волонтерские (водитель и иногда помощник). В больницу вас довезут за 10 минут.

В Китае своя собственная система. Скорая там – единая самостоятельная служба. Она подчиняется организации «Красный Крест». В каждом административном районе есть свой центр (от 1 млн. жителей), в меньших населенных пунктах – подстанции, которые обслуживают по несколько поселков.

Бригады включают врача, медсестру и водителя. Вас также обязательно отправят в больницу, причем вы можете выбрать тот стационар, какой хотите, хоть в другом конце города. Это очень затрудняет работу скорой, увеличивая время на вызов.

Служба скорой в Китае платная. Счет вы оплатите в больнице. Средний чек – около 1000 юаней (примерно 5000 р.).

У нас в России скорую медицинскую помощь оказывают станции СМП, а также отделения при больницах.

Города и районные центры с населением более 50 тыс. человек имеют станцию СМП – самостоятельное лечебное учреждение. Она уже делится по районам, в каждом, обычно, своя подстанция.

При населении меньше 50 тыс. – это отделения при городских или районных больницах.

Автопарк существенно меняется и обновляется.

Раньше мы ездили на РАФах (плохая проходимость, приходилось толкать, зимой холодная) и старых УАЗах (летом в жару просто ад, т.к. сидишь чуть ли не в обнимку с горячим двигателем).

Сейчас это разные виды ГАЗелей Соболь, Мерседес, Форд, новые УАЗы.

Основные принципы нашей службы: безотлагательность (экстренная и отсроченная или неотложная помощь), бесплатность, безотказность, социальная значимость. В виду дефицита времени (лимит доезда по скорой 20 минут, по неотложке 2 часа, лимит на вызове 45—50 минут) позиционируется принцип диагностической неопределенности, допустима гипердиагностика. Первый означает, что на догоспитальном этапе правомочен не конкретный, а более общий, как бы размытый диагноз (например, не «закрытый перелом левой лучевой кости в средней трети со смещением отломков», а «закрытый перелом предплечья в средней трети» и т.п.). Гипердиагностика также оправдана, ведь всем будет лучше, если медик, так сказать, перебдит, чем недо… Это лучше для пациента. Это хорошо для врача или фельдшера, что не проморгал более тяжелую патологию.

Вызвать скорую можно по номерам 03, 103, 112.

Бригады в основном, линейные (врач + фельдшер + водитель, врач + медсестра + водитель, фельдшер + водитель, фельдшер + фельдшер + водитель, фельдшер + медсестра + водитель). Есть реанимационные бригады (врач-реаниматолог +2 средних медработника + водитель), специализированные (педиатрическая, психиатрическая и др.).

Кроме того, существует такое подразделение экстренной службы как «Медицина катастроф». Ее работники выезжают или вылетают в районы, привозят туда специалистов узкого профиля, обслуживают ДТП на трассах, оказывают медицинскую помощь при техногенных авариях и ЧС.

Врачей в последнее время, конечно, не хватает. Со средним медперсоналом получше, но тоже ощущается дефицит кадров.

В этой главе я не буду перечислять, что плохо, что хорошо у нашей службы. Это чуть позже. Но доступность и бесплатность для населения – это, несомненно, большой плюс.

Ну а о том, какая модель экстренной медицинской службы лучше судить вам, дорогие читатели.

Глава 5
СП вчера и сегодня

Откройте, скорая.» – эти слова я произносила тысячи раз, говорю и сейчас.

Я работаю на скорой уже много-много лет. Так это звучит, что самой страшно.

Как спросил какой-то чиновник на одном мероприятии: " Разве можно столько работать на одном месте, да еще на такой работе?!»

Видимо, можно.

Так много всего поменялось с того времени, как я пришла сюда почти сразу после окончания института, вернее, после интернатуры, которую я проходила совсем не на скорой. Так раньше можно было.

Тогда на скорую брали всех: терапевтов, педиатров, военных врачей, иных специалистов. Другое дело, что устроиться было непросто, говорили: " Извините, нет свободных ставок.»

Но мне повезло. Меня, отчего-то, взяли сразу. Может, мордой лица вышла, а может красный диплом помог.

Это сейчас без сертификата никуда не сунешься. А врачебных ставок свободных у нас полно, только все равно, никто не приходит, и эти ставки переделывают под средний медперсонал.

Не было раньше ограничения по времени на вызов. Будешь на нем столько, сколько надо. Сейчас же, после 40 минут тебе уже названивает диспетчер и интересуется, когда же мы освободимся.

Не было ГЛОНАСС, никто не следил за машиной, у какого угла она остановилась. Вдруг проехала лишних 200 метров до кофейного ларька.

Лекарств было меньше, но зато не списывали некоторые виды так строго, как сейчас, с учетом сданной ампулы и нескольких росписей в карте вызова.

Помню, не было единых отпечатанных в типографии карт и направлений на госпитализацию. Писали, кто на чем: какие-то бумажки, тетрадные листы.

Данные больного были всем «до фени», ведь тогда не было страховых компаний, и отчисления в нашу организацию не зависели от правильно написанной документации. Поэтому, если забыл записать фамилию, имя, отчество, можно было их придумать.

Да, вот так было когда-то. Такой я «динозавр». Самой страшно.

Особой строгости в отношении употребления сотрудниками алкоголя на рабочем месте не было. Что греха таить, анекдот про пьяного врача, сделавшего укол в диван, придуман не на пустом месте.

Были у нас подобные личности, и немало.

Сейчас попробуй появись с запахом на вызове, тут же позвонят на центр с жалобой, и поедешь на освидетельствование, а там и до увольнения недалеко.

Да что там, даже на абсолютно трезвых сотрудников порой поступают обвинения, что они, мол, навеселе. Доказывай потом, что ты не осел. Разные люди бывают, конфликтные. Не то ответил, не так посмотрел, зашатало от усталости в 3 часа ночи, значит пьяные. И такое бывает.

Форменную одежду нам стали выдавать лишь последние лет десять: куртки, теплые комбинезоны, ботинки, резиновые сапоги. Раньше одевался, кто во что горазд. Нет, легкие зеленые или синие костюмы, конечно, были. А вот сверху напяливали разное, особенно, в мороз или дождь.

***

Вспоминаю один забавный случай. Была у нас на подстанции, на которой я раньше трудилась, парочка пожилых тетенек. Одна врач, низенькая, сухонькая. И другая, не менее сухонькая и такая же невысокая, фельдшер. Они часто работали в паре. Надевали какие-то куцые, неказистые пальтишки, мальчиковые шапочки, теплые платки. Что одна, что другая. Как две ходячих капусты.

Поступает как-то зимой вызов к ребенку. Заходят эти тетеньки в дом, звонят в квартиру. А с другой стороны двери кто-то смотрит в глазок и говорит: " Идите отсюда, побирушки!».

Сейчас это воспринимается как анекдот. Но и такие казусы бывают. Уж очень они на скоропомощников были не похожи.

Автомобили сейчас современные, теплые, приходят с новым оборудованием. А когда-то мы ездили на таких тарантайках!

Были в основном, УАЗы старого образца и РАФы. Причем, первые имели неплохую проходимость по всяким нашим холмам снежной зимой, но летом в кабине был просто какой-то ад бок о бок с пышущей жаром печью. А РАФы постоянно везде застревали, приходилось их толкать или ждать старшего водителя на вездеходе с тросом. К тому же они были холодные, и мы в них нещадно мерзли.

Постоянно закрепленных за бригадой машин не было. И у нас в начале смены выстраивалась очередь у диспетчерской. Каждый просил, чтобы ему поставили именно УАЗ (зимой) и РАФ (летом). А получали, естественно, что достанется.

Вызовов столько, сколько сейчас раньше не было. Вернее, в некоторые весенне-осенние месяцы была страда, когда грипп и вспышки сезонных ОРВИ. А так было спокойнее, особенно, летом.

Еще в былые времена как-то веселее работалось.

Не спорю, мы были молодыми. Но не только это.

Не было такого прессинга по времени, заполнению документации. Все были свободнее, что ли.

Устраивали праздники, вечеринки, ночные посиделки с шашлыками во дворе подстанции, Новогодние утренники для детей сотрудников, какие-то вылазки.

Конечно, и сейчас мы отмечаем Новый год, день медика. Но все равно, все как-то слишком серьезно, кругом одна работа, работа и еще раз работа.

Есть и общее.

Очень интересно реагируют люди на скорую и тогда и сейчас. Особенно, когда внезапно сталкиваются с нами в подъезде.

Кто-то от неожиданности здоровается. Кто-то шарахается. Кто-то начинает допрашивать, в какую мы квартиру приехали и обижаются, когда мы не говорим. Хотя есть такое понятие как «врачебная тайна». И сам же спрашивающий вряд ли был бы рад, если бы мы рассказали всем соседям о том, что он вызвал скорую помощь и по какой именно причине.

Еще очень раздражает как себя ведут некоторые, вроде нормальные на вид, люди. Как увидят автомобиль с красным крестом и бригаду медиков, начинают или глупо хихикать, или консультироваться тут же по всем медицинским вопросам сразу, либо просить какую-нибудь таблетку.

Кто-то, вообще, ведет себя как совершеннейший дурачок, особенно, в компании себе подобных: ржет как конь, заигрывает, даже если перед ним вполне себе возрастная тетенька-доктор. Еще глупым подросткам или детям это где-то и простительно. Но для взрослых людей, как минимум, странно.

Но главное, о чем я хотела написать – это, конечно, люди.

Сколько воды утекло за эти годы! Сколько народу сменилось! Одних только главных врачей – аж 5 человек, заведующих подстанцией 6.

Многие ушли, очень многие пришли, подавляющее большинство – фельдшера и медсестры.

Очень много людей получили неплохой старт на скорой помощи! Есть научные работники, главные врачи, замы, ассистенты и доктора наук, начинавшие у нас. Есть умные ребята, работающие врачами-специалистами в разных областях в Москве, Санкт-Петербурге, за границей. И все они тепло вспоминают нашу службу, говоря, что скорая дала им многое.

А скольких уже нет в живых! С одной нашей подстанции ушли из жизни в разное время 5 врачей, 4 фельдшера. И ведь они не были глубоко пожилыми, а некоторые не дожили и до 35 лет.

Одну нашу 40-летнюю диспетчера парализовало после COVID-19. Теперь лежит, инвалид, а дочка еще в школе учится, даже не в старшем классе. Трое ушли на инвалидность с онкозаболеваниями.

Что сделаешь, медики тоже – обычные люди, так же болеют, да еще и, как правило, как-то запутанно, клиника их заболеваний, зачастую, почему то, далека от классики.

Вот так начнешь вспоминать. И перед глазами мелькают лица, лица. Люди, судьбы.

Время – жестокая штука.

Остается костяк врачей, работающих много лет. Но он все меньше и меньше.

Скоро на скорой медицинской помощи останется только средний медперсонал, как за границей парамедики. И наверно, это правильно.

Не должны врачи, на обучение которых государство тратит такие большие средства, увещевать скучающих бабулек, поднимать алкашей после их неумеренных возлияний и делать другую чепуху.

А пока мы, «последние из Могикан» дорабатываем на этой передовой, нелегкой, интересной работе.

И завтра на очередном дежурстве я снова много раз скажу: «Откройте! Скорая!»

Часть II
Вам, дорогие наши пациенты!

Глава 1
Ода пациентам

Эту часть своего повествования мне хотелось бы посвятить вам, дорогие наши пациенты.

Хоть часто бывает, что медики и больные весьма нелестно отзываются друг о друге. Но это все от усталости, непонимания, условий, в которые поставили и нас и вас.

На самом деле, вы – наше всё. Если не будет вас, кому и зачем тогда будем нужны мы?

Мы и пошли в эту профессию, чтобы спасать и лечить вас, золотые наша человеки.

Каждый из нас искренне рад, если удаётся правильно и, что еще немаловажно, вовремя поставить диагноз. И просто счастлив, когда назначенное лечение приносит положительный результат.

Лучшей наградой для нас, работников скорой, является ощущение, что ты справился, был нужен, вовремя успел, откачал умирающего, довез его живым до больницы, облегчил боль и страдания, купировал отек легких или приступ аритмии и судорог, облегчили дыхание астматику. Когда удачно прошли внезапные роды, а от твоего укола, наконец, открыл глаза и заговорил больной, лежавший в гипогликемической коме.

Даже эффектное оживление наркомана, бывшего в передозе, вызывает приятное чувство нужности в сердце.

И я уже не говорю про мокрые от слез, счастливые глаза родных, их молчаливую благодарность.

Не верьте, когда вам рассказывают, что врачам, мол, все равно, они привыкли к смертям и мукам пациентов. Да, мы не плачем, или плачем, но не при вас. Но кусочек сердца оставляем у постели каждого тяжелого больного, которого пытались, но не смогли спасти.

И от всей души говорю вам от всех медиков: «Будьте здоровы! Если захворали, то болейте легко, недолго и полностью выздоравливайте!»

Глава 2
«Медицина – наука, вторая по точности после Богословия»

Мой, ныне покойный, муж, опытный и грамотный врач частенько повторял эту фразу. И он понимал, о чем говорил.

Людям, не имеющим отношение к медицине, бывает очень сложно объяснить, что эта наука – не математика. Она не оперирует точными формулами, за редким исключением.

Здоровье человека не укладывается в раз и навсегда начерченные схемы. Вот почему всегда трудно составить стандарты лечения, ведь то, что помогает одному человеку, может совершенно не подойти другому. А иногда даже становится причиной смерти, например, при тяжелой аллергической реакции на лекарство, которую предвидеть почти невозможно.

Да, с развитием современной диагностики, компьютерных технологий и высокоточной аппаратуры поставить правильный диагноз становится намного проще и быстрее.

Но и здесь требуется живой профессионал, врач, способный проанализировать все данные и через свои знания, опыт и личное чутье определить конечный результат.

Лечение – это творчество, которое требует от врача не только грамотности, опыта и «чуйки», но и определенной доли риска. Никогда нельзя предсказать наверняка, как будет протекать процесс именно у этого больного.

А у хирургов, не сложно себе представить, тройной риск. И он постоянный, ежедневный.

Чтобы спасти больного, иногда приходится идти на нарушение всяких стандартов в нетипичной ситуации.

С другой стороны, бывают такие случаи, когда педантичное соблюдение стандартов и предписаний вышестоящих органов может, наоборот, нанести вред данному больному, если учитывать некоторые особенности и обстоятельства.

Сейчас, с развитием юридической составляющей нашей жизни, врачу приходится намного тяжелее, чем в прошлые времена. Он поставлен в такие условия, что рисковать ради спасения больного становится опасно.

Может быть там, на западе, это организовано по-другому и впереди врача или клиники всегда идут адвокаты и страховщики. У нас же все не так радужно.

Зачастую защитить врача – очень сложная, никому не нужная задача. И если какие-то подобия стандартов уже вводятся, то юридическая сторона еще очень и очень хромает.

Можно попасть под такую раздачу, что никогда не отмоешься. Поэтому врачи не хотят рисковать. В данных условиях они не только не станут отступать от написанной буквы, но и глаз не оторвут от бумажки, чтобы, наконец, внимательно взглянуть на больного.

На самом деле, об этом очень грустно писать. Но это наши реалии.

Если в былые времена на врача молились за то, что он спас одного среди десятков и сотен погибших, то сегодня его могут «предать анафеме» за одного скончавшегося среди сотен спасенных.

Молодежь все больше выбирает диагностику, особенно, на новомодной аппаратуре в частных клиниках, а от лечения больных бежит как черт от ладана. Еще бы! Там цена ошибки совсем другая.

Популярными стали сейчас всякие косметологии, диетологии, психотерапии и другие направления, где риск минимален. Хотя и там он, конечно, есть.

Стало модным понятие «врачебная ошибка». Его вставляют то туда, то сюда, к месту и не к месту.

Что такое – врачебная ошибка?

Юристы спешат объединить под этим термином кучу всякого: это и неоказание помощи (ст. 124 УК РФ), и ненадлежащее исполнение своих обязанностей, и причинение смерти по неосторожности (ст. 109 и 118 УК РФ), и ненадлежащее поведение медработников. Была бы воля, они бы всех врачей засадили в тюрьму за одни только диагностические промахи и нарушение оформления документации.

В мире нет общепризнанного определения врачебной ошибки.

Но считается, что это незлоумышленное заблуждение медика в его профессиональной деятельности при отсутствии халатности, невежества и небрежности. И она не наказуема юридически, является не уголовно-правовой, а медицинской проблемой.

Ни один врач не застрахован от этого. Если, конечно, он практикует.

О врачебных промахах в свое время писали еще такие выдающиеся ученые как Гиппократ, Н. И. Пирогов, Т. Бильрот, Н. М. Амосов, И. А. Кассирский, В. В. Вересаев. Они сами совершали ошибки (как же без них!) в своей практике и считали их неизбежными.

«Если общество возложит всю полноту ответственности на врача, то кто же будет лечить больных? Какой хирург отважится оперировать без стопроцентной гарантии успеха, если за спиной у него будет стоять судья?» – писал О. Е. Бобров.

Причины таких ошибок:

• добросовестное заблуждение;

• недостаточная квалификация и опыт врача;

• изменение взглядов на лечение определенного заболевания;

• атипичное проявление болезни;

• отсутствие или неисправность диагностического оборудования;

• ошибочное мышление при интерпретации данных;

• предвзятость и др.;

Врачебная ошибка в корне отличается, по сути, от халатности (ст. 293 УК РФ)

Халатность – это преступное неисполнение должностным лицом своих обязанностей из-за небрежного или недобросовестного отношения к службе, которое повлекло причинение ущерба здоровью человека или его смерти.

Поэтому все грести под одну гребенку не следует.

Да, случаи откровенного вымогательства, отказа от помощи, незаконные операции и аборты, невыполнение своих прямых обязанностей в корыстных или других целях должны подлежать наказанию.

Но бездумное или огульное обвинение всех медиков в том, что они не всемогущие Боги, может привести общество к тому, что больных лечить будет попросту некому.

На своем веку работы в медицине лично я не видела рядом с собой ни одного врача-убийцу, как любят называть медиков многие представители желтой прессы, который бы сознательно хотел навредить больному или свести его в могилу. Медицина – особенная наука. Далеко не все зависит от врача, его опыта и знаний.

Вот почему вполне можно сравнить медицину с Богословием, где также невозможно все пощупать и просчитать, применить готовые формулы и схемы, которые всегда и везде работают.

И это надо обязательно учитывать.

Глава 3
Насколько зависит жизнь больного от действия врачей?

Работая на скорой, я заметила одну весьма интересную особенность.

Думаю, что это отмечают многие медики в процессе своей трудовой деятельности.

Казалось бы, вполне себе здоровый человек, относительно молодой, без видимых хронических заболеваний, которому еще жить да жить, вдруг внезапно начинает скоропостижно умирать, и спасти его не удаётся, несмотря на героические усилия медицинских работников.

А какая-нибудь древняя бабушка с тысячей и одной болячкой в анамнезе, которая, казалось бы, почти на ладан дышит, живёт себе после 3-х инфарктов и помирать не спешит.

Мало того, иногда, если начинаешь реанимировать эту старушку «божий одуванчик», она после небольших усилий врачей чудесным образом оживает и потом живет дальше какое-то время.

***

Навсегда запомнила я одного мужчину лет 50—55. Было это лет 15 назад. Приехали мы к нему под вечер. Повод к вызову был «плохо».

Очень приятный человек, не алкоголик, не невротик, почувствовал себя неважно. Особых хронических болезней у него не было. Так, когда-то давление поднимется, голова заболит. В общем, как у большинства людей в этом возрасте.

И что именно его беспокоит, он точно сказать не мог. Как-то тяжеловато дышать, как-то тревожно, какая-то небольшая слабость.

Обследовали его со всех сторон: ЭКГ (в пределах нормы), глюкоза крови нормальная (глюкометр был у его мамы, у нас тогда его не было в укладке), давление чуть выше на 20 единиц. Пульсоксиметров тоже ещё не было. Все, вроде бы, нормально.

Но, видно, что-то мне в нём не понравилось.

Бывает у медиков такое чутье, которое сидит где-то внутри, свербит и заставляет, как говорится, перебдеть. Скоропомощники в этом случае говорят: «Задним местом чую». И пусть лучше в приемном отделении стационара решат, что ты дурак, и там ничего нет, чем будешь потом мучиться, что не отвез в больницу. Да и прокурор – человек серьезный.

Предложила я мужчине госпитализацию, сказала, что нужно поехать на обследование и наблюдение в многопрофильную больницу. Он сначала отказывался, правда, как-то неуверенно. Но мы его уговорили.

А у него дома по всей комнате были разложены симпатичные мягкие игрушки, которые выигрывают в автоматах. Он этим делом увлекался. И наш пациент подарил мне и моей помощнице по одной. Ей, не помню что. А мне – миленькую забавную яркую уточку, очень приятную на ощупь веселой расцветки.

Поблагодарив за подарки, мы с медсестрой предложили найти носильщиков, которые снесут больного до автомобиля скорой. Но мужчина наотрез отказался, сказав, что дойдёт сам.

Так как давление позволяло, а на кардиограмме было всё нормально, мы согласились.

Спустился он быстро, сел в машину.

А через 2 минуты у него развился молниеносный отёк лёгких. И что бы ни делали мы и приехавшая на помощь бригада реанимации, спасти его не удалось…

Эта красно-жёлтая уточка так и стоит у меня на полке в дачном доме. При взгляде на неё я вспоминаю добрые глаза того интеллигентного мужчины, момент дарения игрушки от всей его щедрой души и сожалею, что он ушёл так рано, а мы не смогли этому помешать.

И подобные случаи может вспомнить любой сотрудник скорой помощи.

***

Однажды дали нам вызов «без сознания», бабушка 80 лет.

Поднялись на 4 этаж. Там возле приоткрытой квартиры на лестнице полусидит старушка.

Никаких признаков жизни. Нет сознания, дыхания, нет пульса на сонной артерии, нет роговичных рефлексов. Бледная.

Рядом стоящие родственники пояснили, что больная страдает бронхиальной астмой, ей стало плохо, она попыталась добраться до сына, живущего этажом ниже, и не дошла.

Мы сначала подумали, что уже всё, бабушку призвали в лучший мир. Но тут вдруг старушка делает один агональный вдох и опять не дышит. И мы приступаем к работе.

В ход идут ИВЛ мешком Амбу, непрямой массаж сердца, катетеризация вены, адреналин, кислород, дефибриллятор.

Не проходит и 5 минут, как наша пожилая пациентка начинает, хоть и плохо, но самостоятельно дышать, появляется слабое сердцебиение.

Носилки. Капельница. Звонок в приёмное больницы скорой помощи.

Водитель доставил нас в стационар за 7 минут.

Сдали мы бабульку врачам-реаниматологам живую, в состоянии «после клинической смерти», хоть и с неизвестной причиной внезапной катастрофы.

Удивились врачи больницы, удивились родственники, удивились мы с моим помощником.

Казалось бы, на том свете уже прогулы записывали «божьему одуванчику». Ан нет! Воля бабушки к жизни оказалась сильнее.

И слава Богу! Пусть живет старая женщина дальше и радуется этому миру, если не будет смертельных осложнений.

И таких случаев множество в арсенале у каждого работника экстренной медицинской службы.

Пыталась я как-то выяснить, сколько процентов выживаемости больных зависит от нас, от медиков, от наших действий. И нашла сведения, что не более 10—15.

Но это, конечно, не значит, что мы можем опустить руки и положиться на волю судьбы. Медработник обязан сделать всё, от него зависящее, чтобы попытаться спасти человека. Это наш долг.

Но сам опыт подсказывает, что есть ещё Высшие силы, от решения которых зависит, будет жить человек дальше или нет. В каком-то роде – судьба.

Глава 4
Чего не могут медики?

Мы – медицинские работники, конечно, не Боги. Уж простите нас за этот казус.

Более того, мы далеко не всё можем исправить. Не всегда в силах помочь.

Например, не можем вернуть к жизни только что умершего. Не в клинической смерти, а совсем. Да и из клинической возвращаем не так уж и часто. Те, кому суждено умереть, умрут. Даже если вам кажется, что этого не может быть, ведь вот он, только что дышал, говорил, возможно даже плясал.

Может, ещё как. И бывает.

Это не значит, что мы не будем предпринимать попыток спасти, задержать его на этом свете. Будем обязательно. Но не всегда.

По вполне себе государственному закону не подлежат реанимации тяжелые хронические больные, у которых смерть – естественный исход их основного заболевания (рак 4 степени с метастазами, последняя стадия деменции, травмы с несовместимыми с жизнью повреждениями). И это, на самом деле, гуманно для такого больного. К чему продлевать страдания и причинять новые на какие-то часы, изредка – дни?

Кто-то назовет эти слова циничными. Возможно. Но они, скорее, реалистичные. Вот так вот всё устроено в этом мире. Люди умирают. Причем, абсолютно все. Раньше или позже. Большинству хотелось бы попозже. Но это, как повезет.

По некоторым данным, от медработников исход зависит процентов на 20—30. Остальное – скажем так, от воли Божьей.

Но, всё равно, стараемся.

Не можем, так прямо, взять и дать человеку новое сердце, если у него поздняя стадия сердечной недостаточности (редко можно, но это не для простых смертных). Чтобы он дышал нормально, мог спать обычным образом, а не сидя в кресле, чтобы не превращался в один сплошной отёк. Можем облегчить на время, но не вылечить.

Если человек всю жизнь пил, кололся, или ему просто не повезло, он обзавёлся всеми возможными гепатитами с исходом в цирроз, странно требовать от нас мгновенного исцеления.

А, представьте себе, требуют. И еще порой грозят всеми карами небесными. Но глупо, конечно, хотеть быть здоровым как свежий огурец, когда все свои сознательные годы измывался над своим телом, как хотел, жил в удовольствие, пил, курил, объедался жирным и жаренным.

Тут уж на выходе получите, что вышло. И десяток уколов и пресловутые «волшебные капельницы» ситуацию кардинально не поменяют.

То же самое с лишним весом. Уж простите, если наступаю на мозоль. Знаю, у многих это больная тема, чаще у женщин, особенно в возрасте. Сама такая.

Больные колени или другие суставы, одышка, давление, сердечные проблемы, диабет 2 типа. А что ж вы хотели?

Представьте себе, что вы – коленные суставы. На входе вы обязались носить 60, ну 70 кг. А на вас нагрузили 90 – 150, едят всякую дрянь, целыми днями сидят за столом в неудобной позе и еще чего-то там требуют от вас, всех «в мыле»!

А бедное сердце! Через какую массу ему нужно качать кровь! А оно ведь не растёт у взрослых. Да, какое-то время увеличивается его мышечная масса (гипертрофия называется). Но всему есть предел. Постепенно стенки истончаются. И что мы получаем в итоге? Правильно, ту же сердечную недостаточность. Всякие одышки, слабости, отёки.

А от медиков требуют волшебный укол, чтобы всё стало, как раньше. Лет так в 20—25. Чтобы у-ух!

Ну нет уж, товарищи. Как жили, то и получили. И хорошо, если еще не поздно, если вовремя опомнились. И ещё можно что-то сделать.

Кстати, не удивляйтесь, но у нас нет укола от левой пятки, правого уха или глаза, от «чешется где-то в животе» или «свербит в паху». Да-да.

И капельницы всемогущей от давления или атеросклеротического слабоумия тоже нет. И от пьянства – чтобы вот так вдруг взял и стал трезвенником, и вообще, хорошим человеком. Вот какая незадача.

Не смейтесь. Некоторые в серьёз думают, что есть, но мы жадничаем или денег хотим.

Да, починить сломанное и испорченное можно далеко не всегда.

«Что же вы, медики, тогда, вообще, можете?!» – спросите вы.

Что-то можем.

Каждый врач делает свое дело в рамках усвоенного на этапе развития медицины на сегодняшний день.

Хирург – режет и штопает. Терапевт – диагностирует, назначает лечение, если нужно, направляет к узкому специалисту. Психиатр – пытается компенсировать психические отклонения. Акушер-гинеколог – ведет беременности, роды, встречает новую жизнь. Скорая помощь – оказывает ПЕРВУЮ врачебную помощь, по показаниям везёт в больницу.

Каждый занят своим делом. Выполняет свои обязанности.

Другое дело, как. Но это уже разговор не для этой главы. В каждой профессии есть неучи и хапуги. Наша специальность, к сожалению – не исключение.

Только желтая пресса и обиженные люди, дилетанты в медицине, иногда записывают врачей в убийцы. Кино об этом снимают.

Не знаю, за всю свою врачебную практику я, конечно, встречала некомпетентных медиков, взяточников, равнодушных. Но сознательных убийц не видела никогда.

Про равнодушие. Да, это бывает. Но за равнодушие зачастую люди принимают отсутствие эмоций или их сокрытие. Это чисто профессиональное. Излишние эмоции здесь ни к чему, они мешают работе, и никак не помогают пациенту.

Да, медицина сейчас находится в непростой ситуации. И сама её система устроена так, что врач поставлен в такие условия, когда он вынужден думать не о больном, не о своём развитии, а о том, как выжить, семью прокормить, от начальства нагоняй не получить (далеко не всегда заслуженный), к прокурору в лапы не угодить, да заполнить 1001 бумажку + электронные документы. А это ну никак не способствует росту врача как специалиста и личности.

Однако же, требуют от доктора, порой, невозможного.

Читали, раньше, вообще, лечили кровопусканием всем подряд, прижиганием каленым железом (раны) без всякого наркоза, да отварами мухоморов с лягушачьей икрой? Но несмотря на такое «прогрессивное» лечение, человечество выжило.

Сейчас медицина находится совсем на другом уровне. И это хорошо. Правда, диагностика, как всегда, опережает лечение. Надиагностируют у человека кучу болячек, а что с ними делать, чёрт его знает.

Тем не менее, медицина далеко еще не так всемогуща, как всем бы нам хотелось.

В прежние времена врач спасал 1 из сотни, и ему, чуть ли не молились. Сегодня, если доктор вылечил 99, но не спас 1, его гнобят и убийцей обзывают.

Детей раньше умирало много. Здоровых, доношенных. В родах, от болезней, инфекций. Поэтому и рожали много – кто-нибудь да выживет.

Сейчас от врачей требуют выживания полкилограммового комочка, родившегося намного раньше срока, который прежде считался выкидышем

А если не спасли – значит, убийцы. Следственные органы тут как тут. А ничего, что у этого комочка легкие, как следует, не сформированы, пороки различных органов и такой вес, что выжить – это чудо чудесное.

Ещё хочу сказать, что я согласна с теорией психосоматики. Это попросту говоря. Как говорят в народе – все болезни от нервов. Это, конечно, утрировано. Но недалеко от истины.

Да и сами учёные уже стали соглашаться с тем, что у человека есть душа, энергетические тела, что болезнь физического тела нельзя рассматривать отдельно, в отрыве от них.

Ведь уже установлено, что рак имеет связь с внутренними обидами, болезни ЖКТ – со страхом, боязнью жизни, сердечные болезни – с недостатком любви, высокое давление – с перфекионизмом, зажатостью, неумением выражать эмоции, артрозы коленных суставов – с желанием всё контролировать и т. д.

Очень надеюсь, что медицина будущего будет лечить всего человека в целом, а это, несомненно, больше, чем только физическое тело.

А пока, дорогие мои товарищи люди! Смотрите на жизнь реально. Не фантазируйте себе, что медицина в силах разрулить все ваши проблемы, многие из которых вы создаёте сами себе.

Берегите своё здоровье – физическое и психическое. Тело – это тот инструмент, посредством которого наш Создатель дал нам возможность жить в этом чудесном мире и сделать что-то, действительно, важное и нужное.

На этой возвышенной ноте разрешите завершить эту главу

Глава 5
Можно ли помирить врачей и пациентов?

Само название этой главы кажется, на первый взгляд, немного странным. Зачем мирить? Они что, в ссоре?

Но если хорошо подумать, вспомнить различные публикации в СМИ, послушать разговоры бабушек на лавочках, мамочек у детских песочниц, самих медработников в курилках и группах известных соцсетей, то уверенно скажешь: «Да, в ссоре. И ещё в какой!»

Пациенты жалуются на врачей, вменяют им в вину некомпетентность, безответственность, равнодушие и черствость, мздоимство, а иногда даже жажду навредить больному.

Они подозревают медиков в купле дипломов, устройству в институт и на работу по блату, сговоре с фармацевтическими компаниями, покрывании врачебных ошибок коллег, вымогании взяток и желании непременно достать какой-нибудь орган у еще живых людей с целью его продать и незаконно обогатиться.

Врачи, в свою очередь, ругают пациентов за хамство, склонность винить в своих проблемах других людей, наплевательском отношении к своему здоровью, перекладывание ответственности за него на плечи докторов.

Они винят больных за то, что те считают врачей обслугой, требуют от медиков невозможного, а сами не выполняют и подвергают сомнению любые предписанные им назначения. Осуждают всеобщее оглупление населения и обесценивание медицины как высокой миссии и привилегированной области жизни общества.

Все это обоюдное недовольство весьма успешно подогревают разные СМИ.

В газетах и журналах не без успеха печатаются разгромные статьи про врачей-убийц, «оборотней» в белых халатах, коррупционеров от медицины, залечивших до смерти ни в чём неповинных людей.

Душераздирающие истории часто сопровождаются провокационными призывами наказать обнаглевших эскулапов, посадить их на длительные сроки, чтобы другим неповадно было. Причем, это пишут и вещают, как правило, не имеющие профильного образования, не разбирающиеся в медицине люди, основываясь часто на недоказанных голословных обвинениях таких же необразованных в этой сфере обиженных граждан.

Карательные органы, в свою очередь, старательно помогают вести эту бессмысленную борьбу.

Создаются специальные комиссии по расследованию преступлений медработников. Каждый случай, когда лечение больного идет не по желаемому пути, рассматривается под лупой и выставляется врачебной ошибкой, халатностью, а иногда и злым умыслом с целью членовредительства.

И нет конца и края этому, не побоюсь этого слова, непотребству. Такое ощущение, что это стравливание врачей и пациентов кому-то очень выгодно. Иначе как объяснить такие иррациональные вещи?

Иногда хочется крикнуть: «Люди, остановитесь! К чему эта борьба, не на жизнь, а на смерть? Она, как минимум, странна, бессмысленна и вредна обеим сторонам.»

Какую пользу она приносит больным?

Ответ: никакую, один только вред. Ненависть медработников, дальнейшее ухудшение качества медицинской помощи и перевод ее в разряд услуг (а услуги, как известно, платные), окончательное добивание бесплатной медицины, перевод все исключительно на денежные рельсы.

Получается: есть деньги, лечись, нет – так сиди.

Какая польза от такого положения вещей врачам?

Ответ: весьма сомнительная. Опять же, ненависть пациентов, повышение количества жалоб и заявлений в следственные органы, невозможность думать об интересах больных, потому что попираются собственные права и интересы. И так далее, и тому подобное.

И здесь, как всегда, возникают наши извечные два вопроса: «Кто виноват?» и «Что делать?»

Первый мы все очень любим. Искать виноватых – любимейшее дело.

И правда, кто-то же должен быть виноват во всех наших несчастьях, ошибках, промахах и неблагоприятных обстоятельствах. Кто-то, но, конечно, не мы.

И в разгуле взаимной нелюбви медиков и больных тоже должны быть они самые, виновные. Это, по разумению современного обывателя, самое главное: найти и наказать. Тогда сердце успокоится. На время. До следующего поиска виноватых.

А если серьёзно, то так ли уж важен этот вопрос? Что-то изменится? Что-то улучшится? Все мы сразу всех полюбим? Станем братьями? Перестанем шпынять друг друга?

Ясно же, что нет.

Поэтому, видимо, важнее второй вопрос: «Что делать?»

Этот великий вопрос, заданный когда-то давно нашим классиком, был актуален и тогда, актуален и в наши дни, и будет важным в будущем.

Так, действительно, что же делать? С чего начать? Или с кого?

А может быть, начать каждому с себя?

Властям: понять, наконец, что медицина – не сфера услуг, а врачи – не мальчики и девочки для битья, а высокооплачиваемые уважаемые, хорошо подготавливаемые специалисты благороднейшей и незаменимой области нашей жизни.

Что больные люди – полноправные граждане нашей страны, достойные получать своевременную качественную медицинскую помощь, гарантированную государством

Исполнителям этой самой власти различных рангов: уяснить, что карать и экономить на важном – не лучшие методы работы, что это никому не приносит пользы.

Дайте врачам достаточно времени, чтобы поднять голову, оторваться от пятьсот пятой бумажки и посмотреть на пациента.

Расскажите в СМИ не сомнительную историю про ошибочно отрезанную ногу (любимое занятие желтой прессы), а про то, как ежедневно в сотнях больниц и машинах скорой спасают пациентов, скольких выздоровевших, заглянувших одним глазом на тот свет, каждый день выписываются и продолжают радоваться этой жизни.

Перестаньте прессовать медиков за неудачные попытки вытянуть с того света тех, кому пришло его время.

Поймите, что нет и не может быть у врача желания и задачи убить больного. Но врач – не Бог, а человек. У него есть семья, дети, близкие. Лишая его возможности рисковать ради спасения пациента из-за страха сесть в тюрьму, вы лишаете больных последнего шанса.

Медицинским работникам: осознать, что постоянное повышение своего профессионального уровня – ваша задача на всю жизнь. Что хамство по отношению к больным и унижение своих коллег, самоутверждение за счет других никогда не принесет ни уважения, ни счастья, ни материального достатка.

Что деньги – средство, инструмент, а не самоцель. Что существует библейский принцип, работающий во все времена: «Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой.»

И, наконец, пациентам, коими мы все являемся: помни, что любой врач, независимо от того, нравится он вам или нет, это человек, который ради облегчения ваших страданий минимум 6 лет грыз гранит медицинской науки, вскрывал трупы, сдавал бесконечные экзамены, набивал болезненные шишки на практике, который не спит ночи, взваливает на себя тяжелую ответственность за исход лечения вас и ваших детей.

А потому нужно относиться к этому человеку (не Богу!), как минимум, уважительно, вести себя вежливо, доверять (не доверяете – идите к другому) и выполнять все то, что назначено.

Иначе, зачем врач? Интернет вам в помощь.

Обеим сторонам нужно понять, что у нас одна цель – здоровье и успех в лечении. А для этого надо не бодаться, а объединять усилия, дуть в одну дудку. И тогда будет толк, взаимоуважение и радость от совместных достижений.

Следовательно, мириться мы должны сами. Давайте помиримся вопреки всему. Это взаимовыгодно и продуктивно.

Глава 6
Страсти по бахилам

Затрону уже порядком избитый вопрос о надевании бахил работниками скорой помощи у пациента дома.

Многие слышали о конфликтах и спорах, которые периодически возникают на этой почве у больных и их родственников с выездными бригадами неотложки.

Ну, речь не идет о платных службах. Там их хозяева бесперебойно снабжают медиков одноразовыми качественными бахилами, стоимость которых автоматически включается в счет за обслуживание.

А вот бесплатная скорая медицинская помощь (03, 103) не может похвастаться наличием таковых. Нет, возможно в каких-то городах и может. Но страна у нас большая. И большинство населённых пунктов сталкиваются с полным отсутствием бахил на оснащении медработников.

Пациентов понять можно. Они не хотят убирать пыль и грязь, которая остается после рабочей обуви приехавшей бригады. Тем более, что в поликлиниках и стационарах часто нельзя шагу ступить без бахил, которые приходится приобретать за свои деньги.

Думаю, этот острый вопрос был бы давно исчерпан, если бы одноразовые бахилы выдавались дежурным бригадам каждую смену, как, например, перчатки, шприцы или лекарства. Но, почему-то, вышестоящее начальство не считает это важным, поэтому «воз и ныне там».

Между тем, в инструкции по технике безопасности прямо говорится, что надевание бахил, а тем более целлофановых пакетов на ноги может спровоцировать падение медработника и производственную травму в условиях оказания экстренной помощи.

Получается заколдованный круг. С одной стороны, народ не хочет мириться с тем, что скоропомощники топчут их пол и ковровые покрытия. С другой – медики вовсе не обязаны разуваться или одевать что-нибудь на обувь. Более того, они просто не имеют это самое что-нибудь.

Ну нет у нас бахил, товарищи пациенты и родственники!

Если в вашем городе уже есть, считайте, что вам и скоропомощникам повезло.

Если подумать, так уж ли необходимы эти самые пресловутые бахилы?

Когда человеку действительно нужна неотложная медицинская помощь, и счет идет на часы и минуты, такой вопрос вообще не должен возникать.

Если вы близкий больному человек, то должны внятно объяснить по телефону диспетчеру, как вас быстрее найти, заранее открыть ворота и двери, освободить проход к пациенту и обеспечить беспрепятственный его осмотр.

И если в такие минуты человек думает не о больном, не о том, как быстрее ему помочь, а о чистоте и неприкосновенности своих ковров и паркета, то, как бы он не прикидывался самым заботливым и любящим, видно, что для него важнее.

И протереть с дезсредством пол после бригады или пропылесосить ковёр – не такая уж большая жертва, в конечном итоге.

Доходит до, поистине, абсурдных случаев, когда не пускают к умирающему или тяжелому больному, заставляют осматривать пациента в коридоре и чуть ли не на лестничной клетке, скандалят, жалуются.

Самое удивительное, что иногда в доме реально некуда сесть из-за хлама и грязи, на окружающих предметах сантиметровый слой пыли, а бригаду заставляют разуваться или одевать пакеты.

Среди скоропомощников давно известно, что если больной с порога требует что-то в этом роде, то делать на этом вызове нечего, то есть в СКОРОЙ помощи пациент не нуждается. Когда же этим занимаются родственники, они оказывают своему близкому человеку, возможно находящемуся в критическом состоянии, «медвежью» услугу.

Несколько советов:

• приобретите пачку одноразовых бахил и положите в коридоре для таких случаев (обычно, если время терпит, и на улице слякоть и грязь, медики не отказываются надеть их);

• не заставляйте бригаду разуваться или одевать пакеты, это не положено по инструкции;

• если нет бахил, а у вас дорогое напольное покрытие или ковры, можно освободить участок до кровати больного, сдвинув мебель или палас, постелить тряпки или газеты.

Давайте будем уважать друг друга, облегчать достижение, в общем-то, общей цели – оказание своевременной и качественной помощи вашему близкому и родному человеку.

А еще лучше: будьте здоровы, пусть у вас будет меньше поводов вызывать службу 03.

Глава 7
Семь мифов про скорую

Работая на скорой медицинской помощи много лет, всё время наблюдаю интересную особенность.

С одной стороны, людям любопытно узнать про нашу работу. Им щекочут нервы некоторые натуралистические подробности и необычные случаи из практики.

С другой стороны, в голове у многих существуют стереотипы, далекие от настоящей действительности.

Самое интересное, что подобные мысли часто бывают и у медицинских работников, которые никогда не работали на скорой.

Давайте, разберёмся, какие это такие мифы ходят в народе о нашей службе.

Первый миф

На скорой работают одни неудачники. Они плохо учились в школе (училище, институте). У них нет способностей (блата, денег, таланта), чтобы устроиться на более престижную работу в стационар (частную клинику, областной центр и т. п. (добавить по желанию).

Так вот. Возможно, я кого-то удивлю. Но это – полный бред.

Случайные люди в нашей службе долго не задерживаются. Если врач, фельдшер, водитель на скорой уже 3—5 лет и более, то это уже показатель того, что скорая для него не просто работа, это – целая жизнь.

Кто же он – скоропомощник?

Романтик? Да!

Любитель драйва? Да!

Адреналиньщик? Да!

Человек, получающий кайф от спасения людей? Конечно!

Специалист, который может за секунды сконцентрироваться и принять единственно верное решение в одиночку, без анализов и консультантов, без рентгена и МРТ.

Кто угодно (из всего перечисленного), только не неудачник.

Скорая – это магнит, это ночные огни спящего города и вой сирены, ухабистые дороги и опасные притоны, вонючие бомжи и полные отчаяния и надежды глаза родных.

Второй миф

Бригады скорой помощи всегда сидят на своей подстанции и ждут, когда же поступит вызов именно к вам. Получив заветный адрес, они долго курят, играют в карты, пьют 2—3 чашки чая, ходят по магазинам с вызовом в кармане. Потом со скоростью 5 км в час, нехотя, едут на ваш самый неотложный, самый серьезный и важный случай, пока вы сходите с ума от тревоги и стресса.

Для тех, кто не знает и не хочет знать.

Бригад скорой помощи реально мало. По нормативам их должно быть 1 на 10 тыс. человек. Но по факту никогда не бывает столько.

Если к вам в пределах города не приезжает машина через 20 минут при скором поводе (уличная травма, ДТП, судороги, без сознания, ребенок до 3 лет, роды, не дышит и т. п.) и через 2 часа при неотложном (температура, болит голова, давление и т. п.), то это означает только одно – все бригады на вызовах, не менее важных, чем ваш.

Вас поставили в очередь, и придется подождать. Хотя обычно люди не желают этого понимать, потому что для них близкий человек – самый важный и самый любимый.

Поверьте, мы это знаем. И мы приедем, как только освободимся. Не нужно угрожать и оскорблять диспетчера или уставшую бригаду. Спасибо за понимание.

Третий миф

Скорая помощь обязана тащить вашего больного родственника (соседа, друга, приятеля, собутыльника) на носилках, причем с любого этажа (на этаж), даже если в бригаде 1—2 хрупкие девушки. И вообще, на скорой должны быть плечистые санитары и врачи, способные, так сказать, и коня на скаку…, и в горящую избу…

Разочарую. Может и должны, но это где-то в параллельной вселенной. Но не здесь. Не сейчас. Не в этой стране.

Так что, вы тоже ОБЯЗАНЫ позаботиться о том, кто понесет ВАШЕГО 100-килограммового мужа или другого близкого человека. Это могут быть соседи, друзья, вызванные заранее по телефону, грузчики из магазина на углу, алкоголики, заседающие во дворе.

МЧС, конечно, выезжает на помощь, но не всегда. Больной должен жить на 5 этаже без лифта и весить больше 100 кг (так, к сведению).

Четвертый миф

Служба 03 (103) возит с собой справки для вашей работы, больничные листы, рецепты, направления на анализы. Медики беспрекословно должны их выдать вам по первому требованию.

Отнюдь, никаких официальных документов выездная бригада не даёт, не имеет таких полномочий.

Для этого есть поликлиника, стационар, платные медицинские неотложки.

Пятый миф

Приехавшие врачи с радостью прокапают вашего забухавшего родственника, сделают клизму бабушке с 3-х дневным запором, назначат лечение гипертонику со стажем, проконсультируют по поводу всех хронических болячек, скопившихся за всю долгую жизнь.

Ни одно из этих действий не является обязанностью бригады. Не надо возмущаться и обвинять в бездушии врачей и фельдшеров.

У скорой свои задачи: оценка состояния, постановка предварительного диагноза, оказание первой медицинской помощи при остром заболевании, решение вопроса о необходимости госпитализации, транспортировка в стационар, если надо, поддержка основных функций организма до больницы.

Шестой миф

Врач или фельдшер единолично решает, в какое лечебное учреждение он повезёт пациента, в какое отделение того определят и даже, в какую палату. Это зависит исключительно от настроения медика, от того, понравились вы ему или нет, и сколько денег засунули в карман.

Объясняю. Врач везет больного в дежурную больницу по профилю заболевания, определенную графиком госпитализаций и решением вышестоящего начальства. Никакое другое ЛПУ не примет пациента только потому, что вы так хотите, угрожаете и собачитесь с врачом, имеете влиятельных родственников, которые могут, по вашим словам, показать всем «кузькину мать».

Смиритесь или договаривайтесь заранее с желаемой клиникой.

Седьмой миф

Пока не сунешь врачу взятку, не получишь адекватного лечения, желаемой госпитализации, да и просто нормального отношения. Все они – взяточники, без бабла и шагу не ступят.

С высоты своего стажа на скорой позвольте мне с этим не согласиться и сказать, что это – полный бред.

В любой службе, как и в любой семье, есть уроды и хапуги. Не стоит по некоторым экземплярам судить о всех медицинских работниках.

Если люди адекватные, доброжелательные, ведут себя корректно, не строят из себя наследных принцев, которым все должны мыть ноги, то таким людям всегда хочется помочь и словом, и делом, и дельным советом.

Любому, даже очень несдержанному грубияну или высокомерному неучу мы окажем ту помощь, что необходима в данной ситуации.

Только крупицу сердца, сочувствие и тёплое слово хочется подарить хорошим понимающим людям. Ничто человеческое нам не чуждо.

Глава 8
Кто понесет больного?

У бригады скорой помощи в работе есть несколько постоянных проблем, с которыми она сталкивается каждое дежурство. Это неадекватные люди, бахилы и вынос больного с адреса в автомобиль скорой.

Если с неадекватом все ясно, и с этим имеют дело далеко не только медики, про бахилы я уже писала, и вопрос с ними стоит не так уж остро, то с последним пунктом просто какая-то засада.

Складывается такое ощущение, что наша система специально призвана сталкивать лбами больных, их родственников и медицинских работников.

Один из способов регулярного столкновения – транспортировка лежачего или тяжелого больного.

Во всяких книжках и «мыльных операх» про скорую помощь всегда показывают весьма умильную картинку: бравые санитары бодренько выскакивают из машины с готовыми носилками, солдатским галопом забегают в дом, хоть на 16 этаж (все им нипочем) и через 5 минут выносят больного, быстренько грузят в салон. Включается мигалка и сирена, автомобиль с воем срывается с места и скрывается в дымке под тревожно-одобрительные возгласы зевак и прохожих.

Браво! Аплодисментов не надо, цветы в машину.

Здорово! Правда?

Да уж. Только до реальной правды здесь как до Луны!

Этими сценами обычному человеку прививается стойкое ощущение, что вот это и есть – истина, так и должно быть. А все, что не так – нарушение, издевательство, вымогательство, преступление.

Может, оно так и должно быть. В идеальном обществе. В другой стране. На другой планете.

Только не здесь, не сейчас, не у нас.

Поэтому, когда видишь лежачего или больного с серьёзной, угрожающей жизни патологией, которые нуждаются в отправке в стационар, и говоришь родственникам, что нести некому, и надо искать помощников, часто видишь в их глазах очень искренние недоумение, возмущение и гнев.

Редко кто относится с пониманием и начинает звонить родным, друзьям, стучаться в двери соседей.

Чаще слышишь:

– Как это некому?

– Вы должны и обязаны! Это ваша работа!

– Кого я найду? У меня нет никого! Я никого не знаю.

– У нас в доме нет мужиков, одни старухи!

– А санитары ваши где? (В Караганде, прим. автора)

– Сами ищите! Это не моё дело.

– Да я жаловаться буду!

И тому подобное. Причем, такие люди даже попытки кого-то найти или что-нибудь придумать не делают, возлагая всю ответственность на бригаду.

Я думаю, тут все люди взрослые и понимают, что в скорой помощи работают далеко не всегда плечистые мачо с медицинским образованием. Да на скорой, вообще, дефицит персонала, особенно врачей. Никто не хочет особо к нам приходить (я сейчас не беру Москву – отдельное государство, куда часто уезжают наши сотрудники за большой зарплатой).

Люди не хотят не спать ночами, все время трястись в дороге, подвергаться постоянным стрессам и хамству, как от больных, так и в приемниках больниц (да-да, нас никто не любит), а также подвергать свою жизнь опасности, зарабатывать гипертонию, позвоночные грыжи, неврозы и инфекционные заболевания.

Поэтому у нас работают те, кто пришел, а это зачастую молодые девочки-тростиночки, возрастные дамы, служащие на скорой еще со времен СССР, мужчины преклонного возраста. И даже если это будет молодой человек, то большая вероятность, что это фельдшер, и он приедет один в неукомплектованной бригаде.

А теперь представьте, что в суточную смену у нас бывает до 20—22 вызовов на бригаду (в страстную пору). Пусть только треть из них будет носилочными больными. И вот эта девочка или женщина, да даже юноша, всех будет носить с этажей? А ведь не все больные худенькие. Встречаются экземпляры и 100 и 200 кг.

Что будет с этими медиками? Долго они проработают? А кто будет обеспечивать их и их детей, если, не дай Бог, кого-то из них парализует, защемит межпозвоночную грыжу?

Недаром на скорой даже молодежь уже вся больная: гипертоники, с грыжами, стенокардией, болезнями ЖКТ и нервной системы. Есть случаи, когда молодые люди приходили к нам вроде бы здоровыми, а у них после нескольких месяцев работы вылезали сахарный диабет, причем, тяжелая форма, рассеянный склероз, эпилепсия.

Санитаров у нас, в принципе, нет. Нет даже таких ставок. Почему? Это вопрос не к нам, увы.

Водители могут помочь, если сами не пожилые и не больны обычным профессиональным заболеванием шоферов – спондилезом, остеохондрозом, теми же грыжами. И то, смотря какой водитель. Иной и с места не сдвинется, чтобы помочь. Мол, мое дело рулить, а вы там сами как-нибудь. Тут уже просишь. И не всегда соглашаются.

Но это одна правда – наша, работников скорой.

А есть другая правда – наших больных и их близких. И она не менее важная, чем наша. Кто понесет моего родного человека, если я старушка, хожу с палочкой, на дворе 4 утра, а соседи дверь не открывают?

Я сама была в роли такой родственницы, когда наша бабушка сломала шейку бедра. Также бегала по соседям, вызванивала друзей, впрягалась сама, ведь у нас 5 этаж без лифта.

Что тут скажешь? Система – она никого не жалеет, ни больных, ни врачей.

Так и приходится каждый раз что-то придумывать. Бежишь к соседям, к грузчикам соседних магазинов, ждешь приезда каких-то родственников. А иногда впрягаешься сам и прешь с 5 этажа «хрущевки» человека, обливаясь потом, а потом уходишь на больничный с обострением хронических болезней.

Какие есть здесь выходы?

Ну во-первых, теоретически можно обратиться в МЧС в совсем уж патовой ситуации. Но есть существенные ограничения к вызову этой службы.

Больной должен быть за 100 кг, этаж не менее 5-го. И на температурящих (а их, например, при ковиде было подавляющее большинство) они не выезжают! Во как! Наверно, боятся заразиться.

Поэтому иногда вызываем на себя еще одну бригаду, чтоб снести больного. Но это если есть свободная. А как вы, надеюсь, уже подозреваете, как правило, таких практически нет.

Еще вариант – вызвать платную службу для выноса пациента. Но и у них свободных бригад на нужный момент может не быть. Да и не каждая семья готова выложить за это энную сумму.

Вот так и живем.

Иногда как зайдешь на вызов, как увидишь, что «дело пахнет керосином», так хоть увольняйся. Даже трясти начинает, до того бывают безвыходные ситуации.

А сколько больных затяжелело или скончалось, потому что не могли быстро найти помощников! Или потому, что пришлось потихоньку самим передвигаться со стульчиком или без. А что делать? Надо ехать, а нести реально некому.

Но потом, на разборках всяких начальников, следователей, прокуроров и иже с ними это мало интересует. Есть инструкция. Шаг вправо, шаг влево – расстрел.

Никто ведь не хочет поставить себя на место другого человека. Как бы ты поступил в такой ситуации?

Какая цель у этой главы? Пожаловаться? Выплеснуть эмоции? Обелить скорую помощь?

Возможно, но главное – обратиться ко всем адекватным людям.

Давайте будем по-человечески относиться друг к другу, входить в положение. И если напрягаться, то уж с обеих сторон. И да, здоровье вашего родного человека – это, в первую очередь, ваша задача. Поэтому вы должны принимать в ее решении самое активное участие. Также бегать за помощью, искать варианты, хвататься за ручку носилок.

А если вы заранее знаете, что больного повезут в больницу (например, сломал ногу, случился инсульт и т.п.), следует вместе со звонком в скорую звонить и еще кому-то, кто может помочь.

К тому же, нужно вежливо разговаривать с медработниками, не тыкать и не указывать, что они должны или не должны.

Медики тоже люди. И если вы будете с порога хамить, немудрено, если получите в ответ отповедь, что нести – не наше дело. Разве больному будет лучше от этого?

Ведь если нас просят по-хорошему, и нет другого выхода, очень часто мы, конечно же, помогаем и всеми тащим пациента.

И вот я прямо уже предвижу возмущенные возгласы: «А они…, а мы…, а у меня…!»

Господа, все эти возмущения не стоят и выеденного яйца, они ничего не меняют.

Раз такая у нас организация медицинской службы, рядовые работники разве виноваты в этом?

Так что давайте уважать друг друга и действовать в интересах больного.

Хочу закончить эту эмоциональную главу на мажорной ноте. Всем здоровья, взаимного уважения и терпения. И пациентам и медикам.

Глава 9
Почему врачи звереют при упоминании «Клятвы Гиппократа»?

В наше время стало модным тыкать врачей пресловутой клятвой Гиппократа, текст которой был составлен 2,5 тысячи лет назад. Якобы они её давали по окончании своего обучения.

Только ленивый не преминул упрекнуть медиков в том, что они эту самую клятву постоянно нарушают, забывая свои обязанности и обещания.

Врачи же, в свою очередь, только что не плюются, услышав даже упоминание об этом древнем врачевателе с его всех доставшей клятвой. Для некоторых одно только имя Гиппократа как красная тряпка для быка.

Как только не называют между собой этого несчастного человека современные эскулапы: и гиппопотамом, и домкратом, которому они «что-то там давали».

А всё почему? А всё очень просто. Достали!

Давайте разберемся. Кто такой этот Гиппократ вообще?

Этот почтенный человек – известный философ и врачеватель Древней Греции, который родился примерно в 460 году до нашей эры в семье врачей. Он был путешественником и изучал медицинскую науку в разных странах. Гиппократа считают «отцом медицины». Созданное им учение о происхождении и стадиях болезни, методах ее диагностики, темпераментах человека, типах телосложения, диетологии, лечебных повязках, деонтологии и этике – огромные достижения тогдашней науки.

Но больше всего его имя связывают с особой клятвой для врачей того времени, где были изложены некоторые принципы и обязательства.

Какие же там были основные положения?

А именно:

– почитать учителей, научивших врачебному искусству, как родителей, всегда помогать им и их детям;

– направлять режим больных к их пользе, используя правило «не навреди»;

– запрет на аборты и эвтаназию;

– приходить в дом больного для благих дел, исключая любовные связи с пациентами;

– сохранять врачебную тайну.

Впоследствии текст этого сочинения изменялся, подстраивался под реалии времени.

Применительно к нашей стране, сначала это была с 1971 года Присяга врача Советского Союза, где основными пунктами были добросовестный труд на благо общества, соблюдение принципов коммунистической морали и высокого звания советского врача.

С 1999 года это называлось «Клятва врача России».

И вот с 2011 года она именуется «Клятва врача в Российской Федерации» (согласно ст. №71 ФЗ №323).

Её в торжественной обстановке читают выпускники медицинских вузов при получении диплома.

Какие же в ней теперь положения?

Вот основные:

– честное исполнение своих обязанностей, применение знаний и умений для охраны здоровья граждан;

– сохранение врачебной тайны;

– действие в интересах пациента любой расы, национальности, убеждений и имущественного положения;

– запрет эвтаназии;

– благодарность и уважение к своим учителям и ученикам;

– доброжелательное отношение к коллегам и оказание им помощи;

– совершенствование профессионального мастерства и сохранение традиций медицины.

Где-нибудь есть в этой присяге положения о том, что врач должен забыть о себе и своей семье, а также наплевать на свой покой и сон, финансовое и физическое состояние ради интересов больных?

А ведь именно так зачастую интерпретируют эту «клятву» любители халявы и те, кто превращает медицинских работников в обслугу, подрывая этим самым принципы медицины времён Гиппократа.

Тогда врач принадлежал к высшему сословию. Тогда слово врача имело вес золота и не ставилось под сомнение дилетантами и обывателями. Тогда за одного спасенного из десяти доктора боготворили, а не унижали и подвергали уголовному преследованию за то, что врач (не Бог!) из сотни вылеченных не смог спасти одного.

А что мы слышим сегодня? «Вы должны, вы обязаны, вы давали клятву Гиппократа!» по каждому поводу.

– «Вы должны нести больного на карачках с 5 этажа»;

– «Вы обязаны вылечить за неделю всю хронь, что копилась годами»;

– «Мы будем пить, курить, жрать вёдрами всякую гадость, а вы давайте спасайте наши драгоценные жизни»;

– «И, вообще, вы хотите денег? Какой позор! Как вы можете этого хотеть после данной древнегреческому врачу клятвы?! Хотите есть и спать? Что за вздор! Разве вы люди? Вы – даватели клятвы».

Так вот. Не давали мы никакому мужику, тем более, жившему 2,5 тыс. лет назад!

Мы принимали присягу врача РФ или СССР, всегда помним ее и исполняем.

И, произнося в сотый раз слова про Гиппократа, может и из лучших побуждений, не спорю, вы получите прямо противоположный эффект, уж извините.

Глава 10
Мечты пациентов и врачей

А теперь позвольте немного пофантазировать

Просьба – не воспринимать слишком серьёзно ниженаписанное.

Все мы, люди, любим иногда помечтать о том, как было бы хорошо, по нашему мнению, в нашей реальной жизни.

А что, если так вот просто сесть и вообразить себе, какой бы нам хотелось видеть скорую медицинскую помощь.

Мечты пациента

***

Вдруг в один совсем непрекрасный день мой друг (конечно, не я!), который был у меня в гостях, неудачно поскользнулся на лестнице, упал и, похоже, сломал ногу.

Я усадил товарища в кресло и тут же схватил телефон. Набрал 103.

Через секунду трубку взяла молодая диспетчер с приятным хорошо поставленным голосом. Она четко и внимательно выслушала меня, записала адрес и без лишних вопросов сказала: «Ждите. Бригада травматологов уже едет.»

Пока я давал другу таблетку анальгина, в дверь позвонили. Это была скорая.

Два моложавых подтянутых медика лет 40-ка поздоровались, представились (фамилия, имя и должность). Один был профессор, доктор травматологии, другой – врач-рентгенолог высшей категории.

В прихожей они надели одноразовые бахилы и попросили проводить в ванную, чтобы помыть руки. На них были новенькие красивые синие медицинские костюмы «с иголочки», в руках несколько чемоданчиков.

Друг был в гостях, документов при себе не имел. Мы сказали об этом врачу. «Ничего страшного. Мы обслужим вас без всяких документов. Мы же давали клятву Гиппократа!» – сказал врач.

Тут же на месте нога друга была осмотрена. После введения качественного импортного обезболивающего шприцом с высокоострой иглой зарубежного производства доктора сделали рентгеновский снимок во всех возможных проекциях.

Был диагностирован какой-то сложный перелом голени, поэтому другу предложили поехать в самую лучшую больницу города, чтобы сделать операцию.

«У меня нет денег на операцию. Я не работаю.» – грустно простонал мой товарищ.

«В нашей больнице операции и наркоз совершенно бесплатны. Вам будет предоставлена одноместная палата со всеми удобствами.» – ответствовал доктор.

Совершенно безболезненно медики наложили на ногу транспортную шину, поставили капельницу, дали дышать кислородом.

Врач позвонил в свой автомобиль. Через минуту примчались дюжие широкоплечие санитары со складными носилками, играючи вынесли моего друга и погрузили в скорую.

Я, конечно, поехал с ними.

Водитель вел машину быстро, с сиренами и мигалками, но аккуратно, поэтому кочки не чувствовались.

Всю дорогу до больницы медики утешали моего друга, в подробностях давали рекомендации, а мне оставили свои телефоны на всякий случай.

В приемном отделении друга быстро и профессионально переложили на больничную каталку и без всякой очереди повезли в травматологическое отделение. А сотрудники скорой умчались к другим больным.

Давайте ненадолго представим, какие мечты могут посещать сотрудников скорой медицинской помощи в свободные минутки.

Мечты врача скорой

***

Сегодня после двухмесячного отпуска, который я провел на Мальдивах, у меня суточная смена на скорой.

Вообще-то я работаю на ставку. Это 4 суток в месяц. Конечно, можно было бы работать и на полторы ставки (это всего 6 дежурств), но мне хватает.

И правда, ставка 200 тысяч – вполне приличные деньги. Фельдшера то по 150 тысяч получают, а водители 130 тыс. К чему мне полторы? Зачем перетруждаться? Когда же тогда заниматься самообразованием и читать толстые глянцевые журналы о новинках медицины? Зря что ли нам их начальство бесплатно раздаёт?

Ну вот. Приехал я на подстанцию на своем Bentley, поставил его в служебный гараж. Пока тружусь на благо пациентов, наш штатный механик Иваныч своим острым глазом проверит его, поменяет масло, очистит салон.

Поздоровался с коллегами, прошел в свою комнату (она у нас на двоих с Игорьком, тоже доктором). В ней весьма уютно: есть телевизор, 2 мягких дивана, 2 стола с компами, кресла, санузел с душевой кабиной, 2 личных шкафа для одежды и всяких мелочей, неплохая сплит-система для комфорта.

Сестра-хозяйка тут же выдала мне 2 сменных летних костюма (сейчас август). Вот уж костюм, так костюм! Легкий, не мнется, много всяких карманчиков, красивый, мне по размеру, кожа в нем дышит через каждую пору.

На зиму-то у меня форма в шкафу висит. И штанишки теплые, и курточка. И демисезонный комбинезончик тоже. Обуви одной – аж 4 пары, натуральная кожа, не трет, нога не потеет. Красота!

Набор ручек, карточки, направления, скрепки разные и другая канцелярия в столе лежит. Нам её на 3 месяца выдают. А планшет и служебный смартфон – на год. Потом меняют на новую модель.

А какая у меня папка! Из кожи, черная как вороново крыло, с кармашками и памятками. Сам выбирал. Их на всю подстанцию раздавали, разных цветов. Мне черный по душе.

Переоделся я. А Игорек сегодня не работает. Один буду в комнате.

Ну ничего, станет скучно, схожу в курилку или комнату отдыха и разгрузки. Там у нас девчата да ребята собираются, байки травят, новости обсуждают.

Но есть часы, когда там психолог проводит сеансы гипноза и медитации, ведет индивидуальные беседы. Нервную систему нам восстанавливает.

Поставил я пока чайник попить утреннего кофейку. А в это время моя шустрая помощница Алёна, молодая, но опытная и умненькая фельдшер, уже рабочие чемоданы получила, проверила, приготовила к работе. Вот умница!

Кардиограф заряжен, почищен, Кислород заправлен. Этим у нас специальный санитар Андрюшка занимается. Это его прямая обязанность – всю аппаратуру для врачей проверять, заправлять и держать наготове. Он свою работу добре знает.

Ну, а пока диспетчер не спешит дать вызов.

Бригад много. За день выезжаем раза по 4. Но зато, все по делу. Алкашей, наркоманов, температуры, поносы, давления не лечим. На это есть другие службы. Ночью 2—3 вызова.

В приёмных стационаров ждут наших больных как манну небесную. Даже звонят: «Что-то давно не привозили!» А всё потому, что им за каждого больного, которого доставит скорая, прибавку к зарплате выплачивают.

Попил кофейку, больным подаренный. Хороший кофе, настоящий, бразильский! Почитал книжку. Пошел с мужиками покурил, поделился впечатлениями об отдыхе на Мальдивах.

Тут и вызов созрел. Повод: плохо с сердцем. Очень многоликий повод.

Сели в машину – новенькую просторную иномарку. Между салоном и кабиной дверь. Все оборудование по стенке развешано, подключено, смазано и заправлено. Техник каждый месяц проверяет и ремонтирует. Если что засбоило, тут же списывает и новое приносит. Тут тебе и мониторы разные, давление и ритм сердца показывающие. И дефибрилляторы, и небулайзеры, и УЗИ-аппараты. И много чего еще. Главное – уметь пользоваться.

Но с этим у нас строго. Каждую неделю занятия во время смены. Хорошо, время свободное тратить не надо. А польза есть. Не хочешь, а научат.

Из автомобилей выгружать после смены ничего не надо. За каждой подстанцией, за каждой бригадой закреплен свой автомобиль, свой водитель.

Поехали на вызов. Жарко. Включили кондиционер. Едем с маячками. Такое распоряжение начальства. Машины при виде скорой разбегаются в стороны, жмутся к обочине, пропускают тут же. Доехали до адреса за 10 минут. Поднялись. Зашли. Одели бахилы. Нас теперь ими завалили на работе.

Встретили нас муж с женой. Очень вежливые. Провели в комнату. Работа закипела.

Захворал брат мужа, 45-летний мужчина. Очень приятный, терпеливый.

Кардиограмма, тропонины, УЗИ сердца, сатурация.

Ставим прогрессирующую стенокардию. Обезболивание, все, что положено. Вызвали машину санитаров (у нас такая предусмотрена), отвезли в больницу. Все, свободны.

Впереди обед. Его нам привозят на подстанцию бесплатно. Обеды комплексные, но хорошие, вкусные и сытные. Накануне смены выбираешь меню. Например: салат, мясная солянка на первое, картофель фри со шницелем на второе, компот и пирожок с повидлом. Припозднился, не беда, в каждой комнате микроволновка есть.

На обед дается официально час. Можно полежать, отдохнуть.

Раз в месяц час работы с психологом для предупреждения переутомления и эмоционального выгорания.

Каждые 3 года оплачиваемая учеба 2 месяца с отрывом от производства.

Раз в 4 года бесплатное лечение в санатории по выбору, 21 день с доплатой за поезд или самолет. И дополнительный отпуск дают на это дело.

Тем, кто проработал 10 лет, дают квартиру в новостройке в собственность.

Профсоюз тоже старается. К каждому празднику дорогие подарки. Дети сотрудников получают место в детском саду без очереди.

После 15 лет работы можно вставить себе зубы за счет работодателя.

К Новому году и ко дню России дают премию в размере 10 окладов. А после отпуска – подъёмные (одна зарплата).

Эх, еще пару вызовов, и на ужин. А то можно кофе с булочкой взять. На всех заправках дают бесплатно.

А там 3—4 месяца, и снова в отпуск. Они у нас 3 раза в году: один 2 месяца, и два по 30 дней.

Глядишь, и пенсия уже. Мы то на неё в 50 лет выходим, что женщины, что мужчины. Бережет нас государство. И пенсион неплохой – тысяч 70 по первой, и каждый год прибавляют.

Ну всё, поехали мы на следующий вызов. Надеюсь, последний до пересменки.

***

Вот такие причудливые и бесшабашные грезы иной раз бродят в головах у скоропомощников в редких и коротких промежутках между вызовами. Не будем их осуждать. Мечтать не вредно.

Часть III
В помощь пациентам
и их родным

Глава 1
Нужно ли вызывать скорую?

К сожалению, не все люди в нашей стране понимают назначение и задачи скорой.

А ведь это – не разъездная поликлиника, не стационар на дому, не бесплатные медицинские консультации и не средство для решения домашних проблем.

Бесплатная скорая и неотложная помощь, гарантированная государством любому человеку, в том числе бомжу, не подразумевает выполнение вышеперечисленных функций. Но халява, как известно, вызывает потребительское отношение многих людей, а, отнюдь, не уважение и понимание.

Бригада 03 призвана диагностировать состояния, не требующие отлагательства, оказать необходимый объем догоспитальной медицинской помощи пациенту, решить вопрос о показаниях для срочного стационарного лечения, доставить больного туда, обеспечив поддержку его основных жизненных функций (дыхание, кровообращение).

Какие это неотложные состояния:

– травмы в течение ближайших 24 часов (ДТП, производственные, бытовые, криминальные, спортивные), ожоги;

– роды и внезапные патологии у беременных;

– остро развившиеся нарушения сердечно-сосудистой, дыхательной деятельности и центральной нервной системы (инфаркты и сердечные приступы, инсульты, потери сознания, комы, судороги и др.);

– острые отравления;

– неотложные состояния у детей;

– декомпенсации серьезных хронических заболеваний (диабет, астма, сердечная аритмия и недостаточность);

– острая хирургическая, гинекологическая и урологическая патология;

– острые психические нарушения (специальные бригады).

Эти состояния реально угрожают жизни. Если у вас или ваших близких что-то из вышеобозначенного, скорую вызывать надо однозначно.

Каждый человек, набирающий на телефоне цифры 03, 103, 112, должен осознавать три вещи:

1. Бригад медиков недостаточно, тем более их не хватает в условиях эпидемий вирусных заболеваний.

Это реальность, которая от рядовых сотрудников скорой никак не зависит. Поэтому можно ожидать скорую долго, очень долго. Но это не даёт право оскорблять бригаду, угрожать и распускать руки. Понимание ситуации, терпение и корректное отношение всегда сыграют в вашу пользу.

2. Нужно оценить необходимость обращения в скорую, если состояние более-менее удовлетворительное, а в больницу вы не хотите.

Любая бригада медиков теоретически находится в группе риска по заражению инфекционными заболеваниями, тем же коронавирусом. Спецкостюмы одеваются по показаниям (подозрение на опасную инфекцию, вызванное известным контактом с приехавшими из-за границы или заболевшими, у которых диагноз подтвержден). Кто может гарантировать 100% безопасность после контакта с пациентами с легкими симптомами ОРВИ? Правильно, никто. А врачи многократно контактируют с такими больными. Это повод задуматься и просчитать риски.

В удовлетворительном состоянии, даже при коронавирусе, лучший выход – самоизоляция в домашних условиях, обильное питьё, жаропонижающие средства, увлажнение и проветривание воздуха в помещении. Можно вызвать врача из поликлиники, но имейте в виду, что на всех врачей не хватит.

3. Для тех, кто не знает. Скорая медицинская помощь не делает тесты на этот треклятый вирус. А если делает, но на всех их, точно, не хватит. Масок то не хватает.

Так что, не отвлекайте, пожалуйста, бригады. Работы у них и так, более, чем достаточно. Максимум, что может сделать приехавший врач – это осмотреть, послушать лёгкие, сделать укол от высокой (более 38,5°) температуры и предложить госпитализацию (маловероятно).

Назначать лечение – это не его компетенция. Тем более, ОРВИ и коронавирусная инфекция, в частности, лечится симптоматически, но никак не антибиотиками и не различными «фуфломицинами».

Итак, подведём итог сказанному.

Прежде, чем набрать заветное 03 (103, 112), оцените состояние заболевшего, риск возможного заражения от незнакомых людей, готовность ехать в больницу (с её госпитальной инфекцией, сомнительными условиями, скученностью и другими прелестями) и общую обстановку. И, если необходимость превышает, смело звоните в службу.

Глава 2
Вызывайте скорую немедленно!

Эта глава перекликается с предыдущей.

Достаточно часто скорую помощь вызывают люди, которым она совсем не нужна.

И наоборот, больные, срочно нуждающиеся в экстренном лечении, по каким-либо причинам чего-то ждут, надеются на авось и не хотят беспокоить нас по пустякам, как им кажется. А ведь это может стоить им жизни!

Поэтому в этой главе хочу дать выжимку тех показаний, которые требуют срочного обращения в нашу службу, дабы избежать неприятных, а иногда и фатальных последствий.

Итак. Какие это ситуации?

– конечно, если кто-то где-то вдруг стал умирать (нарушилось дыхание, сознание, пропал пульс);

– если внезапно у вас или вашего близкого появились острые давящие боли или чувство жжения за грудиной, или может быть ощущение, как будто на грудь положили кирпич, и это не проходит через 15 минут в покое, а боль иногда отдает в левую руку, лопатку, шею, челюсть, (это может быть серьезный сердечный приступ, и медлить опасно);

– если человек потерял сознание, посинел или побледнел, не приходит в себя в течение нескольких минут, тем более, когда это впервые;

– внезапное затруднение дыхание, необычное учащение или нарушение его ритмичности, когда синеют губы, бледнеет лицо, становится трудно вдохнуть или выдохнуть;

– впервые возникший судорожный синдром с потерей сознания, а у детей – любые судороги;

– не проходящий приступ удушья у астматика, хотя он принимает обычные лекарства, но они перестали ему помогать;

– сорвался сердечный ритм (слишком частое – больше 120 ударов в минуту или редкое – реже 40/мин. или нерегулярное хаотичное сердцебиение) первый раз или не в первый, но лекарства не помогают в течение 1-2-х часов, а появляются одышка, боли в сердце, падает давление;

– острые боли в животе, которые иногда могут сопровождаться рвотой, жидким стулом или, наоборот, запором;

– рвота, похожая на кофейную гущу, или с примесью крови, черный жидкий стул, особенно сопровождаемые слабостью, головокружением, снижением давления (могут указывать на внутреннее кровотечение);

– острая задержка мочи или кровь в ней;

– боли в животе, повышенное давление и головная боль, кровянистые выделения у беременных, начавшиеся роды (схватки и отхождение околоплодных вод);

– внезапное затруднение дыхания, зуд, высыпания, снижение давления после приема лекарств, уколов, укусов насекомых;

– уличная травма, ДТП, подозрение на перелом или вывих, открытые раны, укусы собак, травма головы с потерей сознания;

– отравление грибами, таблетками, угарным газом, метиловым спиртом, наркотиками и другими ядами;

– онемение руки и ноги, нарушение речи, сильное головокружение и рвота;

резкая боль, похолодание и бледность конечности, её внезапный отек и нарушение чувствительности;

– любое сильное кровотечение, которое не получается остановить;

– удар электрическим током или молнией;

– обширный ожог тела и дыхательных путей, обморожение, утопление, суицид;

– высокая температура (выше 39°), которая не снижается жаропонижающими препаратами у детей, особенно первых 3 лет.

Заметьте, что я часто повторяю: «внезапно», «остро», «впервые». Именно при таких состояниях нужна скорая.

Если же у вас повысилось давление потому, что вы забыли выпить таблетку; поднялась температура 37,5° и появился насморк; заныл желудок после жареного сала с картошкой; задёргался глаз и засвербило в левом ухе, просьба обращаться в плановом порядке в поликлинику.

А также, если хочется напугать мужа, пожаловаться на подлое правительство, рассказать о своей бурной молодости и просто с кем-нибудь поругаться, надо постараться решить эти свои проблемы каким-нибудь другим образом, не отвлекая бригаду от ее прямых обязанностей.

Глава 3
Что делать, пока ждешь скорую помощь
(советы родственникам)

В этой главе информация чисто практическая. Но она пригодится каждому.

Зачем? А именно:

– чтобы точно знать, что делать в ожидании бригады медиков;

– облегчить работу врачей и доступ к пациенту, это, в конечном плане, пойдет на пользу больному;

– устранить препятствия, мешающие оказанию быстрой медицинской помощи.

Представим, что вы – родственник заболевшего. Вы приняли решение вызвать скорую помощь, или об этом попросил сам больной.

Ваши действия:

1. Наберите на телефоне номер 103 или 112. Чётко и разборчиво ответьте на вопросы диспетчера.

Поверьте, всё что он спрашивает, необходимо для оперативной помощи и выясняется не из праздного любопытства.

Что делать нельзя:

– сообщать заведомо ложные сведения и вводить в заблуждение диспетчера (это касается самой необходимости в помощи, адреса, повода к вызову, номера телефона и фамилии больного);

– ругаться, оскорблять, угрожать (все разговоры записываются, имейте в виду);

– отвлекать фельдшера по приему вызовов посторонними разговорами, говорить не по существу (подумайте, может именно сейчас кто-то безуспешно пытается дозвониться в критической ситуации).

Если диспетчер что-то посоветовал, постарайтесь выполнить (вызова принимают люди со средним медицинским образованием и могут дать грамотную рекомендацию). В центральной диспетчерской круглосуточно дежурит старший врач по городу, который может решить все сложные и спорные вопросы.

2. Постарайтесь обеспечить беспрепятственный подъезд санитарного автомобиля к месту вызова и подход медиков к больному.

Заранее откройте ворота, проверьте исправность домофона. Если есть возможность, встретьте бригаду, помогите донести оборудование. Если уже сразу известно, что будет перевозка в стационар, либо вы подозреваете, что врач предложит госпитализацию, подумайте и решите вопрос о том, кто понесет вашего близкого человека до машины. Особенно, если больной лежачий или находится в тяжёлом

состоянии.

Знайте, что врач, фельдшер и водитель не обязаны нести пациента, а санитаров просто нет априори. Медики могут только организовать транспортировку, т. е. помочь вам найти носильщиков из числа соседей, прохожих.

В крайнем случае вызывается МЧС, но для этого нужны веские основания: высокий этаж без лифта, вес пациента более 100 кг. Так что вы не должны требовать, а можете только попросить бригаду вам помочь.

3. Пока ожидаете сотрудников скорой, не бегайте бесцельно, заламывая руки и осыпая проклятиями всю отечественную медицину, а выдохните, соберитесь и сделайте следующее:

– обеспечьте больному покой, удобное безопасное положение и наблюдение до осмотра врачей;

– если точно знаете, что делать в подобном случае, и это произошло не впервые, окажите посильную первую доврачебную помощь заболевшему (например, охладите обожженную конечность под струей воды, остановите кровотечение любым подручным способом, при повышении давления или при высокой температуре дайте

таблетку, которую человек принимал раньше);

– если не знаете, как помочь, лучше дождитесь бригаду медиков, используйте принцип «не навреди»;

– приготовьте одноразовые бахилы для скоропомощников, 2 крепких стула, чистое полотенце и мыло, документы больного (паспорт или свидетельство о рождении для ребенка, медицинский полис, СНИЛС, медкарту, выписки из больниц), таблетки, которые он принимал, тарелку под ампулы.

4. Во время осмотра пациента помогайте врачам раздеть пациента, сообщите необходимые сведения, запишите все рекомендации. Ведите себя корректно, доброжелательно и вежливо. Это поможет нормальному диалогу и будет на пользу, прежде всего, вашему близкому человеку.

5. Если предстоит госпитализация, помогите собрать сумку с вещами первой необходимости (документы, телефон и зарядка к нему, смена белья, тапочки, халат и ночная рубашка для женщин, спортивный костюм для мужчин, туалетные принадлежности, кружку, тарелку, ложку, обязательные лекарства, деньги, результаты медицинских обследований).

6. Желательно сопроводить больного до приёмного покоя и помочь ему там, а также узнать все рекомендации врача стационара.

Помните!

От правильности ваших действий, адекватного поведения и отношения к людям зависит здоровье, а иногда и жизнь вашего родного человека.

Глава 4
Про болезни

Немного отвлечёмся. Сразу скажу, что данная глава необычная.

Но пусть вас, уважаемый читатель, это не пугает.

Дело в том, что, хоть я и представитель сугубо материальной сферы, а точнее, традиционной медицины, но взгляды мои намного шире ее строгих рамок.

И здесь я всего лишь выскажу свой, не совсем привычный, взгляд на хвори и их причины.

Про болезни, конечно, сейчас говорят все, кому не лень. Вот и мне не лень.

Хотя, лучше бы, больше думать и говорить про здоровье, благополучие, радость жизни.

Но как-то, это не очень актуально. Особенно, в данной книге.

Если рассуждать о болезнях с материальной точки зрения, с точки зрения официальной медицины, представителем коей являюсь и я, то все выглядит таким образом.

Болезнь – это нарушение нормального функционирования нашего тела, сбой настроенной программы, возникновение неполадок в его системах.

Причинами этого являются:

• внешние агенты (например, болезнетворные микроорганизмы: вирусы, бактерии, патогенные грибки, простейшие или чужеродные вредители: различные яды, вещества, вызывающие аллергию и др.), с которыми наш организм справиться не может;

• внутренние неполадки (например, атеросклероз сосудов, который провоцирует инфаркты, инсульты, гипертонию; нарушение гомеостаза, выработки веществ, отсюда камни в органах, диабет и другие эндокринные болезни или процесса деления клеток – опухоли и т.д.);

• генетические болезни;

• травмы, ожоги, обморожения и их последствия;

• некоторые заболевания, которым современная наука пока не может дать объяснения.

Это основные, признаваемые медициной, причины болезней. Может быть, что-то упустила. Но эти – главные.

Опять же, с точки зрения официальной науки, болезнь, однозначно – зло. Абсолютное зло, с которым надо бороться любыми средствами, чтобы спасти здоровье человека.

И это, в общем-то, правда. Почти.

Но в наш просвещенный век, где есть огромные возможности для получения информации, такой подход к болезням очень ограничен.

И с этого момента я буду говорить о вещах, которые многие считают недоказанными, странными, иногда полным бредом. И даже могут покрутить пальцем у виска.

Как одна комментаторша задала мне вопрос: «А вы собственно кто? Врач или поп?». Мол, если я врач, какое я имею право лезть в такие вопросы как религия, эзотерика, законы Вселенной и т. д.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.