Ясмина Сапфир
Симбиоты. Мой самый страстный враг

Пролог

Экипаж захваченного нами транспортника давно уже эвакуировался в челноках.

В звездолете царили тишина и запустение…

Датчики и сканеры замигали, словно обрадовались, что наконец-то, обнаружили хоть кого-то живого.

Мы с Арзамиром проверяли отсеки, пока остальные забирали добычу.

– Если бы не этот идиот Лавасстер, я бы в жизни не взялся за подобное дело, – ворчал старый друг – генномодифицированный человек, как и я сам.

– Ну чего ты? Все ж закончилось тремя выстрелами! Причем, в космос, чисто так – для острастки. Они ведь даже в бой не вступили…

– Вот это и плохо. Они просто сдались. Мы захватили мирный корабль! И зачерта нам вообще сдались эти берги?

– Подумаем еще, что с ними делать. Главное, тут есть новейшие штурмовики, лучшие линкоры и запчасти к другим звездолетам.

– А-э-х-х! – Арзамир отмахнулся. – Ты ведь и сам недавно рассуждал также, как я. И не хотел атаковать этот корабль. Что вдруг случилось? Ты поменял мнение?

– Не поменял, – я коротко кивнул. – Но, если ничего уже не попишешь, психовать – только лишь нервы тратить зазря. Дело сделано и назад пути уже нет.

– Да-да…

Внезапно послышались какие-то крики как раз из отсеков, где перевозили бергов.

– Я сам проверю! – торопливо дал я отмашку приятелю. – Крики женские, испуганные, явно это не боевик. Какой-нибудь забытый член экипажа. Зашел куда-то в момент, пока мы захватывали транспортник – в душ или в туалет, может – вообще спал… Проснулся – тут пираты, а свои уже куда-то девались. Вот и психует.

– Уверен, что пойдешь один?

Арзамир чуть прищурился и вгляделся в мое лицо. Да, это было нарушение наших правил. Мы с ним когда-то выработали стратегию и тактику для подобных рейдов внутри звездолетов.

Обычно экипаж осматривал суда парами: один заходил, а другой страховал. И всегда было кому прикрыть спину.

Удивление Арзамира казалось понятным.

Однако я просто не мог взять друга с собой.

Почему? Я пока и сам не отдавал себе в этом отчета.

Просто чувствовал – так будет лучше, правильней, не знаю уж, как сказать…

– Мы же в броне, усиленной проклятым кармодием! – зачем-то напомнил другу о том, что мы сейчас выглядим крайне устрашающе и неуязвимы для плазменных выстрелов. Разве что из пушек, да и то не до смерти. – Кто может с нами в этом случае справиться?

– Тот, кто кидает силовые гранаты? – усмехнулся Арзамир.

– Я увернусь.

– Ну, если что, кричи в коммуникатор! Не успею – значит, сам виноват!

Друг отправился в соседний отсек, я же стремительно двинулся на звук.

Женщина еще раз крикнула во все горло, сорвалась на ультразвук и… замолкла.

Я остановился посреди бергов, больше не понимая – куда дальше двигаться.

Шум прекратился, тишина опустилась сверху и поплыла, словно эдакое непроницаемое облако беззвучия.

Сердце внезапно пропустило удар.

Я так и не понял – как, почему, но ноги сами собой двинулись в сторону.

Будто я знал – к какому бергу идти.

А после случилось совсем уже неожиданное – один из живых звездолетов втянул меня внутрь. Я о подобном лишь только читал. И то это не подтверждали и не опровергали.

Опомниться не успел, как очутился в зеленой каюте – странной, с волнистыми, пупырчатыми стенами.

И… обнаружил внутри нее женщину.

Или девушку?

Я пока что не определился.

Она сжала кулачки и зыркнула с вызовом.

Вот же!

Как дикий маленький зверек, что даже в безвыходной ситуации защищается, а не просит пощады и не унижается.

Я прямо восхитился ее силой духа.

Непосвященные, которые никогда еще не видели меня в боевой форме, бывало, пугались. Даже крепкие мужики, даже военные и полицейские!

Эта же ощетинилась, как маленький ежик, и фыркнула:

– Только приблизься! Попробуй!

В ее руке мелькнул плазменный пистолет. Причем, он был даже не снят с предохранителя. И кажется – незнакомка об этом не знала. Думаю, она вообще не умела пользоваться этим оружием. Так мне показалось…

Я сам не понял, почему вдруг опешил.

Просто шагал и смотрел на маленькую воительницу.

Она была такая… Не знаю, необычная… Удивительная… и восхитительная…

Вроде я и красоток-то видел с лихвой.

Купольных, хищных, фигуристых, тонких…

Однако эта женщина меня словно бы приковала.

Я наблюдал, а она, по-прежнему, агрессировала.

Я остановился, и женщина замерла, только покрепче сжала кулак, другой же рукой упорно целилась в меня из плазменника.

Дурочка! Ну какая же милая дурочка!

Вот уж не подумал бы, что о ком-то, так мысленно скажу и… улыбнусь.

Тем более, оказавшись у этого «кого-то» на мушке, и видя твердое желание, если что, выстрелить. Причем – не предупредительно, а сразу – на поражение!

Однако инстинкт самосохранения как будто бы выключили.

Да, женщина не знала – как пользоваться оружием. Но старая человеческая пословица гласит, что и незаряженное ружье – нет-нет, да шмольнет. Причем, угодит в яблочко, прямиком в цель.

Я понимал это задним умом. Пальчик незнакомки вполне может скользнуть, случайно снять плазменник с предохранителя и… и выстрел придется точно мне в рожу…

Да, да! Целиться эта зараза умела!

Никогда не стреляла, это было хорошо видно.

Но метила уверенно и словно бы знала – куда именно следует поражать такого, как я.

Гибрида, практически неуязвимого в броне.

Однако же невзирая на это, и ситуацию – более чем странную, дикую – женщина притягивала меня, словно магнитом.

Настолько мощно, что приходилось удерживать себя с огромным усилием. Причем, даже контролировать тело, чтобы не податься вперед и не шагнуть.

Взгляд невольно касался припухших искусанных губ. Маленьких, манящих и четко очерченных. Периодически поднимался к золотисто-карим глазам… А они будто жгли. Нет, словно, по-настоящему, обжигали меня изнутри…

И смотрела женщина так… не знаю… дерзко, с вызовом. Но это не злило, а лишь только сильнее притягивало…

Я скользил взглядом по высокой груди незнакомки и сумасшедшей ложбинке между пышными полушариями, от одного взгляда на которую можно… наверное, кончить, словно подросток. Она была очень хорошо заметна в вырезе тонкой туники. У нас таких вроде бы не выпускали. Как и черных лосин, которые, пожалуй, даже слишком хорошо очерчивали аппетитную попку. Такую прямо круглую, подтянутую…

Она, что, попаданка? Еще одна, которую вытащил берг в качестве симбиота?

Я с таким уже как-то раз сталкивался.

Впрочем, рассуждения тонули в ощущениях.

Я продолжал смаковать каждый изгиб, и каждую выпуклость гибкого женского тела.

Тонкую талию… Маленькие ножки.

В носках?

Поразительно!

Зато я мог видеть идеальные ступни – красивые, с высоким подъемом и аккуратными, будто высеченными скульптором пальчиками.

Рыжая коса женщины растрепалась, но так попаданка выглядела еще более соблазнительной.

Эдакая всклокоченная маленькая воительница.

Слабее меня в тысячи раз, но готовая все равно защищаться и отбиваться.

Где-то в животе струилось тепло, вдруг ухало в пах тяжестью и жаром.

Я хотел ее? Здорово возбудился?

Да что же такое!

Я ведь – не животное, чтобы вдруг возбудиться, глядя на незнакомку в тот самый момент, когда требуется разобраться с захваченным транспортником, да и своими парнями вдобавок.

Однако я ничего уже поделать не мог.

Впервые хваленый самоконтроль отказал.

А ведь он стал гораздо мощней после модификации, когда мне вживили клетки ардикотта. Эта раса славилась своим хладнокровием и каменным спокойствием в любых обстоятельствах.

Куда же все делось? Его словно бы вырубили.

Раз – и уже нет ничего, что сдерживало бы мои бурные эмоции, желания и естественные, но дикие в такой ситуации порывы.

Я медленно шагнул к женщине навстречу… Причем – будто неосознанно, как марионетка.

Находиться поодаль от нее я больше не мог. Никак, даже не взирая на дуло, которое по-прежнему смотрело прямо мне в глаз.

Несмотря на трепещущий где-то внутри голос благоразумия, желание – понять, кто она и почему так на меня действует. С какой стати…

Шаг и еще шаг…

Женщина прильнула к стене, но перестала мучить плазменный пистолет, разжала кулак и приоткрыла сочные губы. Сейчас они казались еще более яркими, блестящими, и… манящими…

Меня словно в пах со всей дури ударили – так пришло мощное, острое возбуждение.

На заднем фоне мелькало, что я почти голый. В боевой трансформации мы форму не надевали. Она лишь мешала, а броня защищала и без всякой дополнительной сверхпрочной ткани.

Так что на мне был только лишь пояс с чем-то вроде небольшой набедренной повязки…

…Которая сейчас откровенно приподнялась, и натянулась на вздыбленном члене.

Я ощущал, как поджались яички, и как желание разливается по телу, плавит мне вены и бьет хмелем в голову.

Пьяный, совершенно дурной, неадекватный, я приближался к женщине все сильнее.

Я должен был коснуться ее, должен был ощутить вкус этих губ – лакомых, сладких.

Я должен был скользнуть пальцами по ее коже.

Я ничего другого уже не хотел.

И было все равно – чем дело закончится.

Даже мысль о том, что Арзамат может начать меня искать и внезапно застукать в таком откровенно-взвинченном виде, совершенно не смущал и не отвлекал.

Мне было плевать на старого друга, и, в принципе, на любого другого.

Я подошел, и женщина неожиданно робко прильнула, не оттолкнула и не начала отбиваться.

Пуш-ш… пистолет упал на пол с тихим звуком и слегка отскочил.

Меня же будто подменили в ту же секунду.

Я впился губами в лакомые губы попаданки и начал так горячо ласкать их, терзать, как уже очень давно не действовал с женщиной. Целовал с языком, со всей дури. Словно это последний в моей жизни, истошно-отчаянный поцелуй напоследок… Перед чем? Да черт его знает!

Она вначале не отвечала, лишь робко положила руки на мои плечи.

Затем внезапно чуть сильнее прильнула и сомкнула теплые ладошки за шеей.

А потом… потом… ответила на поцелуй.

И меня понесло уже полностью…

Я откровенно терся о попаданку тем, что торчало пониже пупка.

Влажная смазка текла по головке, я, наверное, ее пачкал, но не думал об этом.

Касания вызывали дрожь нетерпения.

Она же отвечала – робко и слабо, но все-таки отвечала! И это та-ак меня заводило!

Я буквально чувствовал оголенными нервами!

Изнывал от желания, от возбуждения…

Просто сходил с ума от близости незнакомки, чье имя так и не удосужился выяснить.

Мне нужно было с ней быть. Нужно было ощущать ее кожу – такую гладкую, нежную. То, как щекочут лицо ее волосы, когда я целую длинную женскую шейку. И то, как она вцепилась мне в спину. Настолько приятно и настолько внезапно, что я тогда даже не удосужился разобраться – как вообще чувствую это через броню! Я совсем не должен был ничего ощущать!

Ни тепло ее пальчиков, ни ее ногти, которые будто немного царапали кожу.

Да и кожу свою я чувствовать просто не мог!

Не мог! Никак! Там же была броня! Мощные роговые щитки, усиленные кармодием!

Однако я ощущал каждый пальчик попаданки, каждое его движение и каждое нажатие.

Я уже не понимал – что вообще происходит.

Просто желал и просто получал то, без чего не мог бы сейчас обойтись.

Что это было?

Наваждение? Помешательство? Какой-то неведомый гон у гибрида, с которым я еще до этой минуты не сталкивался? Я ведь не так много знал о своем новом теле, и практически все вынужден был познавать только на опыте…

Почему я так остро, так ярко все чувствовал?

Почему эти ощущения стали важнее, чем что угодно в моей долгой жизни?

Ответов не было, да и спустя мгновения, секунды – они стали уже не нужны…

Я бы даже сказал – совершенно не актуальны…

Желание взвинчивалось на грани с болью, на грани с безумием и отторжением.

Я осознавал, что все это в корне неправильно. Я не знал эту женщину, не понимал, почему просто не могу, да и не хочу останавливаться, отстраняться и успокаиваться…

Она резко выдохнула и чуть сильнее прижалась. Животом скользнула по моему стояку.

Когда я успел снять с попаданки тунику? Я не понимал, да и больше не заморачивался.

Женщина опять дразнила и заводила.

Снова и снова слегка придвигалась и удалялась.

Член запульсировал.

Попаданка закинула на меня ножку, слегка провела ей по икре и бедру…

И у меня тормоза сорвало уже окончательно.

Я положил руку незнакомки на свой стояк, и она принялась двигать по нему пальцами.

Я и сам уже вошел в ритм, в раж, не знаю, как еще описать.

Направлял ее, рычал, и дрожал. Выдыхал, а воздуха все равно не хватало.

Забирал его из ее губ и пытался, как мог, восполнить своим.

Даже так сделать нас одним целым.

Прикрыл глаза и на несколько минут осталась одна только цель – успокоиться.

Я зафиксировал ее руку на головке стояка и задвигался еще чуть активней.

Попаданка не упиралась, не возражала.

И это заводило меня еще больше.

Я уже просто вбивался в ее теплую ладошку пульсирующим членом.

Кажется, рычал, пыхтел… даже не знаю уж какие еще издавал звуки.

Затем запрокинул голову и кончил с тихим полуурчанием-полустоном. Просто, как пацан, как какой-то подросток, напичканный гормонами и желаниями до предела.

В последний момент я нацелил стояк в стену, чтобы не оросить женщину еще и своим семенем.

Она проследила за моим «выстрелом», медленно отстранилась и юркнула в бок.

Вдруг резко отскочила, как будто опомнилась.

Каюта зажглась ярко-оранжевым.

«Ну все. Теперь вы – первый и второй симбиоты. Связь установлена уже окончательно».

Женщина отшатнулась – еще и еще.

Зыркнула на меня с ужасом и удивлением.

С каким-то откровенным непониманием.

Я же все равно стремился к ней, ближе. Всем своим существом, абсолютно.

Но пока еще оставался на месте и постепенно пытался привести себя в чувство.

Первое – ясное и четкое понимание пришло – я теперь второй симбиот. И что с этим делать совершенно не ясно, учитывая, что я – капитан пиратского судна.

Второе, что понял – я принял обычную форму, и теперь выгляжу, как человек.

Вообще мы с Арзаматом стали гибридами людей и ардикоттов. Но обычно всегда чувствовали – в броне или же нет.

Я даже не знал – когда именно трансформировался. Сколько времени я стою перед попаданкой совершенно голый – набедренная повязка сползла, потому что изменились размеры, и талия стала несколько уже.

Причем, тряпица самым неприличным образом висела, как на крючке, на моем стояке, который так и не расслабился после извержения.

Наоборот – стоял колом, слишком уж откровенно требуя продолжения…

Это выглядело, наверное, даже потешно. Однако же попаданка совсем не смеялась. Наоборот, хмурилась и супилась.

Все сильнее пятилась, словно горько пожалела о своей слабости.

Я достаточно слышал про симбиотов и бергов и уже вполне понимал – что случилось.

Женщина на время потеряла контроль, теперь же он вернулся, тем более, она – первая, или хадиомма, как говорят. Я же все еще не окончательно очухался после полного подключения симбиоза. Меня по-прежнему конкретно колбасило.

Желание ухало в пах и яички аж ныли от невозможности кончить.

Хотелось прямо сейчас, здесь, хоть как-то довести себя до успокоения, пусть даже самостоятельно, как подросток.

Злость и ярость закипали внутри, и накрывали, и жалили, словно пчелы.

Я ей не нравлюсь! Она меня сторонится! Она недовольна, что я стал вторым!

Глупые, какие-то детские обидки прорастали внутри, и, словно дерево внедрялись корнями в благодатную почву, обильно пропитанную эмоциями симбиоза.

Я весь был словно один оголенный нерв.

Я жаждал попаданку, я хотел ее так, что все остальное уже не имело значения.

Все, кроме того, что она этого не желает.

Ее желаниям я противиться не мог.

Да и никогда к насилию бы не прибегнул.

Все-таки я остался нормальным военным, хотя меня и сделали вне закона ученые.

Меня аж трясло от перевозбуждения и жажды… Первобытной, мощной, практически животной.

Я сделал шаг к женщине – неосознанно, инстинктивно.

Все мое существо стремилось к попаданке. Противиться не было ни сил, ни желания…

Еще шаг, еще… и она заорала:

– Немедленно уходите! Я вас ненавижу! Я требую! Убейте меня или уходите! Проклятые пираты! Космические разбойники! Убейте меня или убирайтесь ко всем чертям!

Меня будто саданули хлыстом по роже. Реально – пощечина вышла отменной.

Я отшатнулся, резко набычился и понял, что опять покрываюсь доспехами.

При этом даже в такой, боевой форме стояк не прошел, а продолжал торчать колом.

Женщина вновь вжалась в стену берга и смотрела, как в первый момент – с вызовом.

Эмоциональные качели были такими, что у меня на мгновение аж наступил ступор.

Я только смаргивал и продолжал слегка пятиться.

Все внутри смешалось и перепуталось.

Злость и обида на то, как она меня встретила.

Страсть, которая закипала в крови и пузырилась, словно шампанское, а затем – резко била мне в голову.

Нежность к попаданке – необъяснимая, оглушительно-мощная, сбивающая с ног.

Так и хотелось подойти и сказать: «Ну, что ты, маленькая. Я же весь для тебя. Я весь твой до последнего волоска. Что прикажешь – то и сделаю, без вопросов. Только не бойся, не шарахайся, успокойся…»

Это было так дико и непонятно.

Весь твой… что прикажешь – сделаю без вопросов… Откуда вообще взялись эти мысли по отношению к совершенно посторонней мне попаданке?!!

Нет, я знал, что тиргоны порой, как вляпаются в женщину – так туши свет.

Но я-то человек, пусть частично и ардикотт… Тем не менее…

Я вообще не понимал, что со мной происходит…

Впрочем, мы с Арзаматом – первые и практически единственные гибриды. Никто толком не знает – на что мы способны, какие у нас эмоции, чувства…

Как мы любим и как ненавидим.

Мы и сами еще толком не разобрались. Все познавали на собственном опыте. На собственной шкуре, и собственном будущем.

Я слегка попятился и услышал в голове:

«Иди пока, второй, успокойся, и приведи себя в чувство. Я ей все объясню. Она ошарашена. Я ведь только-только ее утихомирила, и объяснила – что здесь происходит, когда вы вломились и забрали себе транспортник. И да, я тебя знаю и выбором довольна».

«Знаешь меня?» – удивился я мысленно, внезапно медленно трансформировался в человека, и инстинктивно подтянул набедренную повязку, чтобы она прикрыла мужское естество.

«Ты Эрдрагор Стальной, разве не так?»

«Дда…»

«Я о тебе узнала из сети. Ты же понимаешь – всемирная паутина. Всегалактические точки для связи…»

«Да, понимаю».

Я мало что осознавал.

Но одно уяснил для себя очень четко – мне сейчас нужно удалиться из берга и дать попаданке слегка успокоиться.

Видимо, она едва провалилась сюда, встретила берга, или попала в него.

А тут мы… Разумеется, женщина в шоке.

Я для нее – агрессор, захватчик и враг.

Надо дать ей все выяснить и прийти в норму.

Уходить от нее было просто ужасно. Ноги не шли, колени не гнулись. Каждую минуту хотелось вернуться, заставить ее встряхнуться, понять, и принять.

Я же за нее… даже умру?

Да, я за нее даже умру…

И убью любого, кто посягнет на эту маленькую, отважную женщину!

Все во мне противилось расставанию. Тело, эмоции, порывы, желания…

Но я сделал усилие и покинул каюту.

Не вывалился из берга, как ожидал, а очутился в большом светлом коридоре.

Воспользовавшись случаем, рванул в ближайшую комнату, юркнул ванную и принялся быстро удовлетворяться.

Пока Арзамир меня не нашел, пока никто из наших сюда не явился.

Я вроде бы знал, что берг не допустит в себя никого, кого не пригласит первая или второй.

Но кто ж его знает. Я не хотел это проверять.

Угомонить либидо получилось не сразу. Какое-то время я думал о попаданке и чудилось – такие постельные подвиги даже оборотни из мифов совершить не способны.

Когда уже стало немного полегче, я помылся, переоделся в комбинезон второго – он оказался в шкафу здешней спальни. Как он тут очутился и когда появился, выяснять не стал, времени не было.

Наверняка, меня уже ищут все «с фонарями».

И, не дай бог, все-таки прорвутся на берг и напугают попаданку еще больше.

Это меня еще сильней подстегнуло.

Я выскочил наружу и побежал к выходу. Где он, я почему-то знал без подсказок, хотя эргономика нового корабля обычно изучалась на месте по карте. У разных моделей были разные устройства. В одних двигатели базировались на носу, в других же – их размещали в самом хвосте. Чтобы выйти из одних, требовалось найти середину, в других же – люки располагались в хвосте.

Ну и так далее, и тому подобное.

Я, не изучая и не глядя на карту, которой у меня, в принципе, не было, знал – где тут выход и куда следует двигаться.

«Кстати, меня зовут Шахназар. И я, если что, женская берга».

Уже в дверях сообщил мне звездолет.

Я выскочил и почти врезался в Арзамира, который наставил на меня пистолет.

Я усмехнулся:

– Спрячь свое дуло!

И вдруг вспомнил, как наставил на попаданку тоже дуло… и еще какое… Стало неловко, затем как-то не по себе, а после – даже отчасти и стыдно.

Я был, как животное, и даже не понимал ни этого, ничего, что творится вокруг.

Впрочем, изменить ничего я не мог.

Лишь только действовать и жить с этим дальше.

Как я и говорил Арзамату – что сделано, то сделано, прошлого не вернешь. Поэтому рефлексировать об этом нет смысла.

Глава 1

Сейлар

– А вы уверены, что такой сбой цикла нормальный? – в четвертый раз спрашивала я у своего гинеколога, одеваясь после осмотра на кресле.

– Вы делали упражнения для укрепления мышц тазового дна, матка сокращалась, вот отсюда и укороченный цикл. Я все проверила, все у вас замечательно. Как у девочки, если уж быть честной.

– В мои-то пятьдесят? А может это все-таки климакс?

– Не-ет! До климакса вам еще о-очень далеко. Хороший запас фолликул. Все в норме. Даже не переживайте. Все у вас хорошо.

Я успокоилась, оправилась, и вышла из кабинета.

Снаружи ждал сын – не захотел оставаться дома, пока я хожу по врачам.

Подробностей проблемы я ему не рассказывала, но Матвей всегда за меня переживал, и искренне поддерживал в такие моменты.

Мы оплатили прием, оделись в пуховики и шапки и заспешили на выход.

Здесь я планировала вызвать такси. Муж ужасно спешил на работу, поэтому только докинул до клиники, и сказал, чтобы назад добирались уже самостоятельно.

Вообще-то было, конечно, немного обидно. Я с ним по его врачам хожу регулярно, даже к урологу, вон… А он… он побежал на свою фирму. При том, что семью все-таки содержу я, и моя зарплата – наш основной бюджет.

Однако смысла психовать уже не было.

Что сделано, то сделано.

Я начала искать в сотовом номер такси, когда Матвей вскрикнул:

– Мама, смотри! Что это?

Я только и успела, что поднять голову и увидеть огромный… водоворот? Воронку? Я не знаю, что это было.

Однако в следующую секунду нас туда затянуло.

Внутренность неведомого явления выглядела, как глянцевый цилиндр со светящимися лампочками по всей поверхности. Они мерцали и подмигивали желтым.

Вообще, читая книги про попаданцев, я думала, что случись со мной нечто эдакое, я бы растерялась и решила, что все понарошку, начала сомневаться, что вообще осталась в здравом уме.

Однако сейчас ничего подобного я не думала. Все происходящее ощущалось не менее реальным, нежели кабинет гинеколога в моем мире, муж и Матвей…

Та-ак! А мужа-то я увижу еще?

Почему-то сильного расстройства от мысли о нашем расставании я не испытывала.

Воспринималось все на удивление ровно и спокойно, как само собой разумеющееся.

Матвей испуганно оглядывался и моргал.

Я протянула руку, и он словно бы скатился ко мне, как по горке по внутренности странного места.

А в следующую минуту нас будто высосали оттуда в… еще более странное.

Это был… берг… живой звездолет.

Откуда я это знала? Спросили бы что попроще! Просто знала – и все тут, без вариантов!

Внезапно в мой мозг полилась информация.

Берги… Другая вселенная… Новые расы…

Я словно документальный фильм смотрела про них.

Не прошло и минуты, как меня словно всосало в стену и выкинуло… в другое помещение.

Зеленое, со странными, будто бы пузырящимися стенами.

«Нас захватили пираты! Транспортник, где мы летим, грабят разбойники!»

Я аж вздрогнула от этого осознания или сообщения, черт его разберет.

Внезапно из стены выдвинулся ящик с пистолетом, только довольно-таки необычным.

Правда, я не держала в руках подобного оружия, так что знать не знала – действительно, ли он странный или мне это только почудилось.

Я взяла ствол, и он лег в руку так, словно я пользовалась такими всю жизнь.

Первое впечатление было – слишком уж легкий, почти невесомый, как будто игрушечный.

А вот выстрелить не получилось. Я понятия не имела – как это делать.

Внезапно пришла мысль. А Матвей? Где он? Что с ним?

«Я его спрятала. Я берга. Меня зовут Шахраз. Спокойно, ты теперь – первая, мой симбиот. И я никогда не дам в обиду ни тебя, ни твоего сына. Он в надежном убежище. Не сомневайся. А теперь держись! Он идет!»

Кто такой «он» и почему я должна держаться, ответа уже не было. Потому, что в помещении появился мужчина.

Или кто это был?

Я не поняла.

Существо… я бы выразилась так.

Как будто человека увеличили раза в полтора и нацепили на него естественный панцирь.

Лицо выглядело практически нормальным, мужским, все остальное оценить не удавалось.

Пока… существо резко не обратилось в человека…

Разве что слишком красивого, атлетично сложенного для обычного мужчины, без фотошопа и нейросети, что все улучшают.

Он был… чересчур идеален для реального человека из плоти и крови.

Крепкое тело – сплошные мускулы, ни грамма жира, и при этом удивительно гармонично скроенное. Ни добавить, ни отнять – все так, как надо.

Плечи – широкие, но не слишком, пресс подтянутый, но не чересчур рельефный, как у качков, ноги мощные, однако же не переразвитые.

Лицо… лицо было одновременно странным и красивым. Чуть удлиненное, с хищными, но при этом выточенными, крупными чертами.

Острые скулы, массивный подбородок, и, пожалуй, даже слишком широко расставленные глаза, ярко-голубые, словно изнутри светили маленькие неоновые лампочки… Все это выглядело привлекательным, но при этом до крайности непривычным.

Не знаю, что случилось, но было страшно до ужаса.

Я сжала в руке плазменный пистолет и быстро наставила его на существо.

Зачем? Стрелять-то я все равно не умела!

Да и вообще ни разу в жизни не держала оружие…

Однако, когда существо опять начало приближаться, я забыла о том, что еще недавно планировала стрелять… по крайней мере, попытаться задействовать пистолет.

Казалось, сердце ускоряется от его шагов.

Шаг – и еще плюс двадцать ударов, новый шаг – и уже все плюс тридцать…

В конце концов, пульс так барабанил, что аж гудело в висках и стучало в ушах…

И… я поплыла… В первый раз в жизни поплыла из-за мужчины…

Я смотрела на него и все, о чем могла думать, это, как поцеловать его красные, чувственные губы, которые будто даже немного припухли.

Еще мгновение – какое-то неизбежное и отмеренное нам изначально – и мы слились в поцелуе.

Я пока еще немного осознавала себя и могла «оцифровать», что вокруг происходит.

Понятия не имела – кто это существо, и что вообще оно из себя представляет. Как его зовут, в конце-то концов. Только чувствовала – насколько же правильно ощущать его губы своими, позволять его языку делать, что заблагорассудится, ласкать, как удобно.

Его рукам скользить по моему телу, срывая одежду, чтобы между нами не было ткани.

Я ощущала, как он возбужден и почему-то ужасно этому радовалась.

Нет, ну правда! Я давно уже ничему настолько не радовалась!

Внутри поднималась волна куража, азарта.

Все во мне нацелилось на приятную, будоражащую, пусть и немного пошлую игру.

Я прижималась и чуть отстранялась, играла с его вздыбленным членом, ощущая, как тот пульсирует и как возбуждение охватывает нас обоих.

Я перенимала ощущения тела мужчины.

Это было та-ак странно, та-ак… чуждо… Воспринимать, что чувствует ОН…

Кто бы мог подумать, что это настолько… непросто оставаться мужчиной в такую минуту.

Все тело нацелено на одно – нужно завершить страстный акт. Внизу живота тяжело, горячо. Яички поджались и слегка ноют…

В голове барабанит бешеный пульс… Воздуха решительно не хватает, хотя грудь работает подобно мехам.

Я продолжала дразнить мужчину, не останавливаясь и получала от этого все большее удовольствие.

В конце концов, он не выдержал и направил мою руку, не позволяя ее убрать. Теперь в ладонь вбивался влажный горячий стояк.

И я почему-то так возбудилась, что, когда существо кончило, тоже испытала оргазм.

Весь мир крутанулся перед глазами, рассыпался на образы, запахи, звуки… И собрался в яркий, невероятный калейдоскоп.

Внизу живота приятно пульсировало, но в голове вдруг стало ясно и… холодно.

Я отскочила от мужика и завопила не своим голосом:

– Немедленно уходите! Я вас ненавижу! Я требую! Убейте меня или уходите! Проклятые пираты! Космические разбойники! Убейте меня или убирайтесь ко всем чертям!

Не знаю, что я такое вообще несла. Почти не понимала и не осознавала.

А вот мужик понял. Весь ощетинился, вдруг обратился в то самое панцирное чудовище и попятился. А затем рванул на выход, словно ужаленный.

– Я сейчас тебе все объясню, – отозвалась Шахраз.

– Вначале приведи меня к сыну! – потребовала я.

– Да ради бога!

Глава 2

Эрдрагор Стальной

Несколькими часами ранее

– Послушай, Зам… Мне вся эта затея жутко не нравится, – нахмурился я, направляя станцию в режиме мимикрии в погоню.

Как и мы с другом, станция «Заррем» была неудачным научным экспериментом.

Она должна была стать прорывом – бергом-станцией. Но не стала.

«Заррем» создали живым звездолетом, но ее интеллект и все остальное оказались где-то на уровне рептилии. Никакой разумности, связи с капитаном… Никакого симбиоза, который давал бергам уникальные преимущества и почти бессмертие тем, кто управлял кораблями. Некие зачатки инстинктов, способность к самовосстановлению – вот и все, чем наделила «природа» совместно с учеными нашу «Заррем».

Ее росчерком пира списали, и станция подлежала уничтожению.

А тут мы… похитили, спасли, и «Заррем» служила нам верой и правдой, насколько могла это делать в ее понимании.

Микрировать и хамелеонить она умела лучше, чем кто-либо. Ну рептилия, она ведь и есть рептилия.

Вот именно так мы и подкрадывались к транспортнику.

Друг подошел ко мне и вгляделся в графики, карты.

– Мне тоже не очень-то нравится, что мы задумали. Обычно мы охотимся на преступников, на корабли всяких там авторитетов и прочее… А это… это мирный звездолет. Но ты же знаешь, что, если не мы, то Лавастер возьмется за это дело. И вот у него уже особо не забалуешь. Убьет всю команду, разграбит судно. А мы… мы перехватим транспортник, якобы возьмем себе в качестве добычи. Отпустим экипаж и… ну может чуток поживимся новейшими кораблями. Остальное доставим поближе к местам, которые курируют силовики, и отправим им в качестве подарочка…

Я промолчал на доводы друга, и он легонько толкнул меня плечом:

– Ну, хочешь, можем все переиграть и оставить транспортник в покое. Пусть отбиваются от Лавасстера. А мы найдем более подходящую добычу.

– Так себе выбор, – я покачал головой. – Либо мы атакуем ни в чем не повинный транспортник, везущий корабли на базу, либо оставляем его на растерзание Лавасстеру.

– Смотри на это иначе. Мы спасаем команду! Разве не так?

Я покачал головой вновь.

– Теоретически.

– А практически?

– Практически они могут сопротивляться, и, как результат, пострадать.

– Значит надо объяснить им все досконально и максимально доходчиво. Мол, мы не тронем никого, позволим эвакуироваться. От вас же требуются только и исключительно отсутствие агрессии и покорность.

– Вот сразу видно, что ты, Зам, когда-то работал преподавателем, – усмехнулся я. – Умные фразы так из тебя и прут.

– А из тебя военные. Что дальше?

– Да ничего… Лады.

Я включил внутреннюю связь.

– Всем приготовиться. Атакуем транспортник через две минуты. Возможно, придется завязать внутренний бой. Всем вооружиться и надеть защитные костюмы.

– Мы тоже наденем свои, – усмехнулся Зам, сбросил одежду и начал медленно трансформироваться.

Я поступил также, чтобы не терять время.

Комбинезоны космолетчиков мы оставили тут же, на креслах.

Нацепили пояса с набедренными повязками, оборудованные мини-аптечками, встроенными прямо в ремни. На них же висели плазменные пистолеты, гранаты и силовые мини-бомбы на всякий случай.

Лапы, покрытые панцирем, с когтистыми наростами, не требовали обуви. В них можно было ходить по огню и по стеклам дольше, чем в специальной униформе, что разработали ученые для силовиков.

В общем, наша «природно-искусственная» броня, усиленная молекулами самого прочного и эластичного металла в Галактике – кармодия – была куда лучше любых ноу-хау. Хотя и воспринималась силовиками в свое время не просто, как фантастика, а как профанация. Мол, что за бред? Ни одна природная броня не заменит суперзащитную униформу.

В нужный момент я запросил связь с транспортником.

– Да? На связи капитан Салкалам, – ответили с характерным для орма акцентом.

– Это пиратский корабль «Заррем». Мы готовы к нападению. Но, если вы не станете отбиваться, отпустим всех без вопросов по добру по здорову.

По связи какое-то время транслировалось молчание и тяжелое дыхание капитана, а заодно, видимо, и его помощника.

Я показательно трижды шмальнул в космос, разнеся в пыль метеориты, что неосторожно пролетали неподалеку.

Выглядело красиво и предупреждающе. Заодно продемонстрировал меткость, присущую ардикоттам. Из них выходили лучшие бомбардиры. Эта раса как-то чувствовала мишени и пушки, и стреляла эффективней всех остальных, как бы долго те ни учились и ни тренировались.

Салкалам немедленно подал голос:

– Понял вас. Мы вас знаем, Стальной. Поэтому драться совершенно не рвемся. Мы – грузовой звездолет, не военный. К чему нам эти проблемы и риски? Как я могу быть уверен, что никто из команды не пострадает?

Я кивнул Заму. Уже хорошо. Они не планируют начинать биться. Наша слава бежит впереди нас, и связываться с «Заррем» все чаще не жаждут.

– Мы стыкуемся, – прокомментировал я, когда станция выбросила путы, и транспортник словно оказался внутри клубка из эдаких лент. Состав стыковочных пут менялся в последние годы. Теперь они стали более эластичными и прочными и позволяли удерживать корабли даже в случае взрыва.

Изолировать нужный звездолет силовым полем, чтобы второй не цепануло, проблемой тоже уже давно не было.

– Вы не ответили, – настойчиво напомнил о себе Салкалам. – Мы полностью готовы эвакуироваться, я уже запустил активацию всех спасательных капсул. Но я требую, чтобы вы, лично, капитан Эрдрагор Стальной, поручились, что экипаж выпустят без боя.

Да, я не ошибся. Он хорошо знал меня и вполне себе прилично наслышан про «Заррем».

– Даю слово, что тот, кто не попытается нас атаковать, нами атакован тоже не будет.

– Принято!

Из корабля, словно пчелы из разрушенного улья, выстрелили десятки спасательных капсул и устремились в одну конкретную сторону.

Предполагаю, полетели на базу корпорации, что и запустила транспортник в путь.

– Я готов эвакуироваться! – сообщил Салкалам, демонстрируя лучшие качества капитана – он оставался на звездолете, пока последний член команды его не покинул.

– Удачи вам, – искренне произнес я.

– Вам удачи не пожелаю. Но спасибо за то, что не действуете, как остальные пираты.

– Пожалуйста.

Как будто мне нужно его пожелание!

В тот момент я и не знал, что неудача способна так обернуться.

– Сканируем, смотрим – не остался ли кто-то, – сообщил мне Зам, как обычно, иллюстрируя словами свои действия.

– Вперед, – согласился я.

На пульте управления замелькали цифры и буквы.

Вроде бы все живые покинули звездолет. Разве что…

– А это еще что? – поразился Зам. – Берги?

– Видимо, да. Это живые корабли.

– Погоди! Так вот почему Лавасстер так хотел грабануть именно этот транспортник! За него у силовиков можно выручить много денег!

– А может он себе хотел берга? Такое тебе в голову не приходило?

– Пфф… Все уже давно знают, что берги сами чувствуют и выбирают себе симбиотов. Тут нужно, чтобы о-очень совпало. А вот средства за них можно реальные получить. Уверен, эти корабли шли на комплектацию каких-нибудь станций МЧС или боевых подразделений. Так, что… Правительство бы не поскупилось.

– Ну может, может… Идем и проверим транспортник? Мало ли? Еще какие сюрпризы? Отсканируем все уже изнутри. А то бывает оставляют гранаты или еще что… Ну и вообще! Может там кто живой накрылся щитом мимикрии и ждет гостей…

– Ты веришь в существование таких разработок? – Зам вскинул густые черные брови. – Ты, серьезно, Драг? Это же фантастика! Так, трепотня в околовоенных кругах, чтобы запутать нас и запугать.

– Как знать, как знать. В любом случае, ты идешь проверять или нет?

– Лично? Может пошлем кого-то из экипажа?

– Я иду сам. Ты – смотри.

– Да иду я, иду…

Я включил внутрикорабельную связь.

– Вперед за добычей!

Этого было достаточно, чтобы желающие найти себе новое оружие, защитную униформу, что выдерживала выстрелы из плазменных пистолетов и пламя какое-то время, ну и поживиться чем-то еще, засобирались на транспортник.

Я подобные вылазки не контролировал – доверял парням практически, как себе.

Все они были из моих бывших приятелей военных или силовиков. Некоторые – учеными, что перешли на нашу с Замом сторону в момент, когда мы сбегали. Помогли, выпустили, объяснили – как выбираться. Пришлось брать их с собой. Как ни крути – мы были обязаны им жизнью или свободой, кто знает…

В общем, я не думал, что кто-то из моих парней учинит погром или еще что похуже. Я был уверен – возьмут, что пригодится или что давно ждали – и спокойно уйдут.

Мы сели в легкий истребитель и по стыковочным отсекам фактически проехали, а не пролетели на транспортник.

Отсек дезинфекции и буферный мы проскочили махом и выстрелили в ангар.

Здесь было множество судов, и большинство – просто с иголочки.

Мне на коммуникатор начали поступать сообщения: «Капитан, тут резервные силовые двигатели! Штук двадцать! Берем! Они лишними никогда не бывают».

«Капитан, тут, в ангаре куча запчастей к нашим линкорам! И абсолютно все новейших конструкций!»

«Капитан…»

«Капитан…»

Потом мы с Арзаматом вдруг разделились: причем, совершенно неожиданно для обоих. Хотя это было мое решение.

И я не осознавал – зачем это потребовалось, пока меня не втянул живой звездолет.

Глава 3

Сейлар

Я шла по кораблю, поражаясь интерьерам, словно в каком-то дворце культуры. Пяти-шести метровые арочные потолки, громадные холлы и двери в каюты – высокие, под дерево.

«Ты говоришь, отделка всех помещений из сплава кармодия и стакка – местного полуметалла-полуминерала?» – на ходу уточняла я у Шахраз.

Та поясняла с большим удовольствием. Складывалось впечатление, что берга только и ждала своего симбиота, чтобы хотя бы нормально поговорить… И вот теперь она отрывалась.

Мне же общение с кораблем, почему-то ощущавшимся уже как кто-то очень близкий, родной, помогало немного отвлечься от странной и непростой ситуации, в которую мы все угодили.

Я ведь и понятия не имела, какие планы на нас у пиратов.

Спросить не могла. Да и не очень-то жаждала опять с ними общаться.

А тут еще этот… как там его… Эрдрагон? Как-то похоже называла второго Шахраз.

Он же – пиратский командир, капитан, главный у них.

В общем, ситуация складывалась – швах.

Мне было проще обсуждать с бергой всякие там материалы, устройства живых звездолетов и прочее, чем рефлексировать и переживать. Это отвлекало и помогало. В конце концов, в данный момент я совершенно ничего не могла сделать. Вернуться в свой мир не получится, победить пиратов – естественно, тоже. Об этом даже и думать смешно. Так что проще беседовать о другом, пока все хоть как-то не разрешится. Или хотя бы не прояснится.

«Ага. Благодаря такому составу отделка стен, двери, мебель самовосстанавливаются после повреждений».

«То есть… Ну прямо в щепки все раскрошил, распылил – а оно собралось и стало как новенькое?»

«Конечно нет! Это же вам – не фэнтези!» – заливисто хихикала берга. – «Но вмятины, трещины, сколы – все это нивелируется за сутки».

«Ага. А сам корабль – то есть ты – нечто вроде гигантского живого организма из какого-то особого вида клеток? Не таких, из каких состоят гуманоиды?»

«Да. Да. Мы, берги – особенные. Мы созданы из живых клеток, найденных на каком-то метеорите. Ученые обнаружили, что эти клетки выживают аж в солнечных коронах и способны к регенерации практически в любых обстоятельствах и условиях».

«А почему возможности бергов передаются и симбиотам? Мы ведь – совсем из другого вида материи».

«Этого ученые пока что не знают. Все дело в нашей особенной связи. Вот и все, что им удалось установить на данный момент. Кстати, я назвала тебя Сейлар Фрей. В этой Галактике ты теперь с новым именем, как и остальные симбиоты-попаданцы. В переводе с древнего языка означает – яркая звезда. Толкай дверь, это как раз каюта твоего Матвея. Ему мы менять имя не станем. Берги говорят – это плохая примета».

Я вошла, и сын бросился на шею.

Все-таки, хотя ему и пятнадцать, очутиться одному в чужой Вселенной, в качестве попаданца… То еще испытание для ребенка.

– Мам, тут неплохо, – поделился Матвей. – Смотри… Вот комната отдыха. Вот спальня, ванная, кухня…

Мы проходили из помещения в помещение. Мебель оказалась очень удобной. Сын показательно плюхнулся на кровать, и матрас сразу же поменял форму, чтобы лучшим способом поддерживать тело.

В комнате для отдыха был огромный сенсорный виртуальный экран – растянулся на всю дальнюю стену. С его помощью можно было смотреть фильмы, читать новости через Галактическую сеть и резаться в какие-то местные игры.

В нижнем правом углу экрана предлагалось заказать из кухни напитки, еду и прочее, прочее…

– Наверное, после захвата корабля пиратами, это все не работает? – уточнила я.

– Ну почему же? Это даже немного обидно! – возмутилась Шахраз из динамиков. – Берги нового поколения оснащены кухонными агрегатами. Так, что еду мы делаем автоматически – какую надо и сколько потребуется. Правда, необходимы ингредиенты.

– Рыба, мяса, овощи, все такое?

– Нет. Проще. Белки, жиры, углеводы, клетчатка. Из них специальный молекулярный сборщик делает рыбу, мясо, овощи, злаки. А вот фрукты да, обычно закупают заранее. Поэтому их пока вам дать не могу.

– Не страшно. Самое ужасное, что мы теперь – в заложниках у пиратов, – вздохнула я, выпуская наружу то, что свербело внутри и не давало покоя все это время. – Служили бы в МЧС, или где-то еще… Как некоторые везучие попаданцы… Э-эх! – я тяжко вздохнула.

Сын сел на диван и внимательно слушал.

– А вот тут ты не совсем права, Сей. Эрдрагор Стальной – вообще-то, герой. Погиб, спасая пассажирские транспортники во время разборок двух колоний землян и тиргонов. Заварушка была еще та. Куча лучших военных погибли, некоторые – до сих пор в коме, невзирая на все наши технологии. Парочку пытались оживить, вырастив им новые тела… Но сознание не переключилось, и «аватары» пришлось отдать на органы.

– В смысле погиб? Он ведь живой?

– А вот тут начинается самое интересное.

– Он зомби? – вскинул брови Матвей.

– Да нет, конечно! Никакой он не зомби. Его оживили в лаборатории, при помощи клеток ардикоттов.

– Расы, жутко похожей на мини-годзилл? Как если бы у них были человеческие лица? Они еще такие все в панцире?

– Все верно, – согласилась с сыном Шахраз. – Так вот. Клетки ардикоттов оживили нескольких таких воинов, как бы вступив в симбиоз с человеческими и превратив их в гибридов двух рас. По задумке ученых, эти существа должны были подчиняться командам, как роботы и уже не вспоминать, кем были прежде.

– Ого! Вот так оживление! Еще подумаешь – стоит ли оно того! – вклинилась я.

– Однако получилось только у тридцати процентов испытуемых. Поэтому проект и закрыли. А те гибриды, что сохранили сознание и самоидентификацию…

– То есть как бы очнулись сами собой? – уточнил Матвей.

– Верно. Так вот, их планировали утилизировать.

– Утилизировать? Живых существ? Которые вполне себя осознавали и даже помнили, кем были раньше? – моему удивлению не было предела.

– Они находились между паникой и агрессией. Не понимали, что с ними случилось. Многие наносили увечья тем, кто пытался вступить с ними в контакт. Другие же себя повреждали, пытаясь вырвать из тела панцирные щитки при трансформации. Было решено всех уничтожить… Но вот двое из всех, кто сумел прийти в себя и обуздать способность к трансформации, убежали… Это был Эрдрагор и его нынешний друг Арзамат.

– Какой ужас! Вот это эксперименты! – я даже нервно всплеснула руками. – Доктор Мендель нервно курит в сторонке!

– Ну да, ребятам не позавидуешь. Многие погибли, а сбежавших тотчас объявили вне закона.

– Почему?

– Потому что никто ведь не знает, на что способны такие гибриды и проверять это особо не жаждут. Точнее, не жаждали… Насколько я слышала, деятельность той лаборатории сейчас изучается. Но оценку ей пока что не дал никто. Уж очень покрывали ее некоторые силовики. Те, что спали и видели, как из умерших героев штампуют новых идеальных солдат. Без эмоций, без воспоминаний и цели. Работающих исключительно по приказу. Надо – послали, надо – ввели в анабиоз, потребовалось – так вообще уничтожили. И поскольку это вроде как больше не люди, точнее – не те, кем они рождены – никаких тебе моральных аспектов, угрызений совести и всего прочего.

В общем, парни до сих пор вне закона. Плюс их все равно будут судить за пиратство. Хотя-я-я…

– Хотя что? По-твоему, убивать и грабить разрешено, если с тобой плохо обошлись? – я даже немного повысила голос.

– Нет! Я этого не сказала. Просто тут тоже надо бы разобраться. Есть нюансы. Вроде бы парни убивали и грабили только тех, кто сам убивал и грабил других.

– Это как?

– Ну торговцев оружием, наркоторговцев, киллеров убивали… Грабили концерны, которые вели криминальный бизнес и прочее…

– Тем не менее, их надо судить, а вовсе не грабить и убивать! – произнесла я уже совсем громко.

– Я понял вас! – рыкнул Эрдрагор, заходя в комнату уже в костюме капитана космолетчиков, а не в своих естественных доспехах, как раньше. – Я тоже, знаете ли, не в восторге от того, что с нами случилось. Ваше мнение мне понятно! И я сделаю все, чтобы мы как можно меньше встречались. А затем расстались уже навсегда!

– Мы же симбиоты… Должны рулить кораблем вместе, – растерянно ответила я.

– Вы ведь не хотите рулить кораблем вместе с ужасным убийцей и вором? Я же правильно вас услышал?

– Да, я сказала именно так.

Кажется, он, реально, обиделся.

Надулся прямо, как перепуганный ежик, еще бы покрылся своими этими «доспехами».

Эрдрагор фыркнул и резко добавил:

– И, знаете, что, дамочка! Я ни перед кем в этом мире не обязан оправдываться! Тем более – перед вами! Вы в этой Вселенной меньше одного дня и уже считаете, что вправе меня судить и осуждать!

Он еще раз фыркнул и вышел, не слишком громко, но показательно хлопнув дверью.

– Ну вот и поговорили первый со вторым, – вздохнула Шахраз практически по-человечески. – А ведь вам надо, напротив, учиться вместе мной управлять и вместе работать.

– Работать это как? На пиратов? Я не хочу и не буду этого делать! – вскрикнула я. – Не собираюсь!

– Давайте вначале попытаемся хотя бы договориться… – снова вздохнула Шахраз ну прямо, как мать, которой приходится разруливать драку детей.

– Я не уверен, что с ним можно договориться, – вдруг тихо и резко произнес мой Матвей.

– Ты о чем? – уточнила я у сына с тревогой.

– Вот, почитай, что я нашел в сети. Шахраз, почему ты этого не рассказала?

– Потому что это – только догадки!

– Да о чем вы вообще?!! – вскрикнула я.

Сын сунул мне под нос виртуальное изображение из… наручного компьютера-планшета? Как же быстро он начал осваивать местные гаджеты! Просто невероятно!

Я заметила на журнальном столике из голубоватого материала, по которому будто все время шли серебристые разводы, такой же. Взяла и надела на запястье. А затем бегло пробежалась глазами по строчкам.

Чем дальше читала, тем становилось страшней.

– Так он не пират даже, а террорист! – воскликнула я. – Вот почему, невзирая на то, что их дело с Арзаматом уже пересматривается, в плане побега, обоих все равно ищет полиция!

– Это – лишь только официальная версия, – вздохнула Шахраз в очередной уже раз. – Вот, лови на коммуникатор еще статьи. Они друг другу противоречат порой.

Я быстро прочла все, что мне сбросили.

– Ну и что? Они с Арзаматом взорвали ту станцию с кучей народа?

– Они были там, чтобы захватить корабль и улететь на нем, как пираты. Но взорвали ли – доподлинно неизвестно. Силовики переложили на них ответственность, потому что оба находились тогда вне закона.

– Но ведь есть якобы какие-то следы.

– Ну да! В грузовом отсеке, откуда они брали нужное оборудование. Сама подумай – зачем им взрывать эту станцию? Им никто не мешал, их никто не узнал. Никто за ними даже не гнался.

– Я не знаю… Но…

– Я уверена, что парней тогда просто подставили, – горячо настаивала Шахраз.

– А ты говоришь это не потому, что Эрдрагор – твой второй симбиот? – вмешался Матвей. – Симбиоты ведь очень нужны бергу. Без них звездолет даже не сможет летать. Первый – это вроде как непрерывная связь и телепатическая, и другая. Я вот читаю, что хадиомма может даже чувствовать состояние корабля. Где все нормально, а где – не совсем. Так, как ощущает свое тело! Берги летают и действуют быстрее любых звездолетов именно благодаря симбиотам. Второй тоже нужен, он как бы замыкает цепочку. Без второго, если верить сети, берг и первый однажды впадут в кому. Даже могут и умереть… При этом берг дарит симбиотам бесконечные возможности омоложения, оздоровления и регенерации… Ого!

Я кивнула. Я об этом уже знала, благодаря информации, что пришла в мозг от Шахраз.

– Второго можно ведь и заменить! – с надеждой произнесла я.

– Не в вашем случае. У вас уже сомкнулся узел хонтра, – ответила берга.

– Ага! Узел хонтра. У симбиотов течет энергия изо лба и пупка. Когда и тот и другой потоки смыкаются у первого и второго, их связь становится абсолютной, – зачитал сын.

– Откуда ты знаешь, что узел сомкнулся? – вскрикнула я, глядя в потолок, будто глаза Шахраз именно там.

– Ну… в момент, когда вы оба… эм…

– Я поняла…

Я покосилась на Матвея.

– Когда вы что? – сразу ухватил главное сын.

– Когда мы испытали друг к другу мощные эмоции. Первый и второй должны в момент инициации друг друга либо возненавидеть, либо полюбить, либо еще что-то. Но чувства в этот момент намного сильнее обычных. Это и есть включение связи.

– Ясно…

Я прямо выдохнула. Не рассказывать же Матвею о том, что между нами с Эрдрагором случилось.

– Ну во-от! Так что ты хотя бы попробуй его понять! – попросила Шахраз.

Внезапно в дверях опять появился Эрдрагор. Какой-то взвинченный, злой, непонятный. Взгляд мечется из стороны в сторону, сверкает, будто гибрид в лихорадке. Губы поджаты, уголки заметно опущены, ноздри хищного носа раздуваются. Кулаки сжаты, а тело… тело буквально само напряжение…

– Я отвезу вас на базу МЧС. Точнее максимально к ней близко. А там сдам с рук на руки кому надо.

– Ты второй! Не дури, Эрдрагор! – вмешалась Шахраз.

– Узел хонтра. Я уже понял. Но его вполне можно и разорвать. Недавно ученые изобрели способ. Точнее, обнаружили на опыте…

– Я не хочу, чтобы ты так поступал, – произнесла берга, а Матвей рылся в сети и ничего не находил, судя по его озадаченному лицу.

– Я все решил! И будет, как я сказал! – прорычал этот мужлан и снова, как подорванный выскочил за дверь.

– Эмоции узла, – вздохнула Шахраз.

– Что за способ? – уточнила я у нее.

Сейчас мне меньше всего бы хотелось оставаться хоть как-то связанной с Эрдрагором. Слишком уж это все осложняло. Да, возможно, он невиновен. А может именно он станцию и взорвал, как полагают психологи, которые консультировали полицию на данную тему. Из-за нестабильной нервной системы гибридов, по мнению этой группы специалистов, те решаются порой на такие поступки, какие в другие моменты не совершили бы. А после, вполне возможно, очень жалеют. Либо же ни капли не переживают. Этого не знал ни один из психологов.

– Что за способ? – спросила я снова, потому что берга не отвечала.

– Ладно! Все равно так или иначе узнаете…

На мой коммуникатор прилетел чей-то секретный доклад. На нем так и значилось «Совершенно секретно».

Я быстро пробежалась по взглядом по строчкам.

– Если он будет в коме несколько недель, то узел вполне можно и развязать…

Я взглянула на Матвея и подумала, что не хочу подобного… или хочу? В голове все путалось, смешивалось. Казалось, я уже ничего не понимаю.

Шахраз воспользовалась моим замешательством.

– Послушай меня, Сей, дорогая… Рубить с плеча, это легко и очень по-человечески. Но могу я предложить тебе альтернативный и средний вариант?

– Какой именно? – тихо спросила я.

– Мы можем сами расследовать то дело и попытаться докопаться до правды. Уверена, что Эрдрагор не откажется.

– Да он вон какой весь из себя! – фыркнула я.

– Он обижен. И, если обвинения несправедливы, причин для обид у него предостаточно. Давай пока просто отложим решение.

– За столько лет никто не смог докопаться до правды… а мы сумеем? – с сомнением уточнила я. – Полиция, криминалисты, какие-то вон частные детективы… Никто так и не пришел к конкретным фактам, одни домыслы и предположения. Мы же – вообще не специалисты. Если что, я по профессии – физик-ядерщик. Какой из меня вообще детектив?!!

– А может никто и не хотел особо докапываться? Ведь есть виновные и они всех устраивают…

Да, такое бывает, я знала.

Если виноват кто-то из власть имущих, богатых и знаменитых… Тогда – да, сделают все, чтобы никто правду не выяснил.

– Вот смотри, – подлила масла в огонь моих естественных сомнений Шахраз. – Это ведь ни к чему тебя не обязывает. Заключите с Эрдрагором временное перемирие. Попробуем вместе все разузнать. А потом решишь – что и как. Даю слово, что, если Стальной, действительно, всех убил, я не стану препятствовать разрыву узла хонтра. А если это не он… Тогда… тогда ведь его с Арзаматом можно реабилитировать… И мы станем нормальным экипажем – бергом и его симбиотами…

– Я подумаю, – кивнула я коротко.

– Ну, вот и ладушки. Вот и здорово. А пока устраивайтесь, гости дорогие. Отдохните, поешьте, поспите… А я пока поговорю со вторым упрямцем…

Я без вопросов поняла – кто имелся в виду.

Неожиданно за окнами берги, где раньше я видела помещение, похожее на гигантский ангар, стали появляться деревья, кусты, трава, одуванчики… Вокруг словно запели птицы, затрещали кузнечики, зашумел ветер в кронах…

Все это было ненастоящим – берга имитировала окружение при помощи звуковых и зрительных эффектов. Но выглядело очень естественно.

Я заметила, что за окнами сумерки. Коммуникатор показывал семь вечера. Видимо, тут время определяли по земному. И это к лучшему. Привыкнуть к чужим суткам сложно. А так все, как надо: день-ночь, двадцать четыре часа, шестьдесят минут в каждом…

Я даже зевнула, прикрыв рот рукой.

– Пошли, мам, поедим, успокоимся. И выспимся. Утро вечера мудренее.

Глава 4

Эрдрагор Стальной

Как же меня колбасило! Как же крючило!

Я даже не могу найти слов, чтобы описать то свое состояние.

Я уходил из берга и возвращался. Общался с Арзаматом и вновь стремился повидать попаданку, чтобы опять получить от нее… приговор, чего уж там говорить.

Она верила сети. А уж там нас та-ак расписали!

Ну еще бы! Ученые, что создавали гибридов, сейчас находились под судом у правительства. И чем больше они нас очернят, тем проще будет самим отбрехаться.

Мол, мы даже и понятия не имели, какие исчадия ада, в итоге, получатся. Вот почему так начудили.

Вроде брали «за основу» универсальных солдат опытных, бывалых и честных воинов. А получились какие-то демоны! Ну просто адские выродки во плоти!

Что же касается станции «Меченая», то я и понятия не имел, что там случилось.

Мы с Замом похищали оттуда «Заррем».

А когда улетели на собственной станции, узнали, что «Меченая» взорвалась. Причем, так, что вообще никого не спасли.

Естественно, все повесили на нас.

Но мы ничего не делали, от слова совсем!

Мы пробрались внутрь, предоставив поддельные документы и обманув датчики и сканеры на входе при помощи брони. В ней программы всех этих устройств определяли нас как ардикоттов. Ученые, что с нами сбежали, заранее справили нам новые документы. Их заготавливали для гибридов. Причем, даже и силовики, еще не имели доступа к базе исследователей, и, соответственно – понятия не имели под чьими личинами мы можем «ходить».

Затем мы, как нас и учили, все те же ученые, сняли с «цепи» силового поля «Заррем». Отключили внутренние датчики и сканеры ангара, все также используя информацию от исследователей.

Запросили вылет для звездолета, на котором и прибыли на «Меченую», а, получив, смотались с «Заррем». Мы уже знали, что эта станция обладает уникальными талантами в плане мимикрии и хамелеонства.

Она притворилась тем самым звездолетом, на котором мы пришвартовались на «Меченой».

Подстроила визуальные эффекты отражения-преломления, и даже излучение изнутри так, чтобы и габариты полностью соответствовали нужным.

Так мы и похитили нашу «Заррем».

О взрыве «Меченой» узнали случайно – уже позже, из галактических новостей.

Но не удивились, когда, обнаружив на записях черного ящика судна, наши следы, силовики радостно все списали на нас.

Мол, мало того, что пираты, так еще и террористы, к тому же.

Защищаться нам тогда было нечем.

Да и смысла это уже не имело. Нам все равно никто не поверил бы. Про гибридов ходили дикие и ужасные слухи, которые вполне себе подкреплялись тем, что творили некоторые нам подобные, когда очнулись после эксперимента.

Я и забыл об том, что на нашей «совести» «Меченая». Потому что реально-то ее на нашей совести не было.

А тут Сейлар! И сразу же по больному!

Естественно, попаданка верила сети, и абсолютно не верила мне.

Плюс проклятый узел хонтра, который мы замкнули вообще неосознанно. Не понимая, что в тот момент происходит.

Я находился в каком-то замкнутом кругу, безвыходном положении, ауте…

Я не мог насильничать над Сейлар. Не мог заставлять ее принять меня, как второго и даже мужчину.

Обидеть ее я не мог тоже.

Эта женщина в одночасье внезапно стала моим личным центром вселенной. Моей одержимостью и… надеждой. Всем тем, чего мне так не хватало, пока годами скитался с Замом по космосу.

И всем тем, что я не мог получить.

Она меня ненавидела за то, чего не делал и даже за то, что совершал, как считал, вполне справедливо.

Впрочем, у каждого своя мораль и свои личные границы дозволенного.

Я ощущал себя настолько неуютно, буквально – ужасно в собственном теле и в своей жизни, как еще никогда.

Зам что-то говорил, я не слышал.

Команда докладывала, я не вникал.

Я был рядом с Сейлар, хотя она вообще не желала меня видеть.

Забегал к ней в каюту, чтобы на входе услышать очередные «комплименты» в свой адрес, и принять единственно правильное решение.

О чем, в конце концов, сообщил Заму.

Тот аж глаза округлил и рот приоткрыл.

С минуту смотрел на меня, как на чужого, будто бы только впервые увидел. Затем вздохнул и покачал головой.

И твердо, прямо в глаза сообщил:

– Я тебя не поддерживаю, Драг. Ты можешь лечь в медкапсулу, чтобы тебя погрузили в глубокую кому. Это твое право и дело. Но я все равно считаю, что ты действуешь, как полный дурак.

– Я люблю ее, – сказал я. – И без нее пока не хочу жить. Вот так. Это случилось внезапно, совсем ничего не предвещало беды…

– Любишь? – Зам вскинул брови. – Ты это серьезно? Ты ее любишь? Да ты же ее вот только увидел! Когда уже успел именно полюбить? Драг, может все дело в гормонах? Может ты сейчас, сгоряча, принимаешь желание за влюбленность? Симбиоз ведь предполагает мощное усиление влечения, либидо и всяких эмоций…

– Зам, я бы очень хотел, чтобы все было именно так, – тихо, но уверенно ответил я другу. – Хотел бы. И это чистая правда. К сожалению, я не ошибся. Я ее не знаю совсем. Кто она, кем была в той, прошлой жизни, в другой Вселенной. Я не понимаю ее абсолютно. Но…

– Вот это да-а-а! – Зам вновь покачал головой. – Думаешь, это гон у гибрида? У ардикоттов бывает гон на ту самую… Но он обычно очень спокойно проходит.

– Ага. Вот только мы-то – не ардикотты. Мы с тобой вообще не пойми кто!

– Вот это новость… Даже не знаю, что и сказать. Мы подозревали, что побочные эффекты еще могут вылезти… Но…

– А нечего тут говорить. Я и сам не мог подобного ожидать. Но я всем сердцем, всем своим существом, каждой клеткой стремлюсь к ней. И еще никогда такого не чувствовал. Это как… не знаю, как описать. Как будто нет больше другой цели, другого средства чувствовать себя хорошо, кроме, как оставаться возле нее. Теперь ты меня понимаешь? А? Я не могу от нее отказаться, она нужна мне любой, а попаданка не способна меня принять, потому, что таким я ей не нужен. Пиратом, злодеем в ее глазах, убийцей и террористом, как пишут в сети. Это совершенно безвыходная и абсолютно безнадежная ситуация.

– Да. Бабы иногда – те еще дуры. Она поверила тому, что прочла в межгалактической виртуальной помойке. Но разве надежды нет?

– Нет, – уже почти шепотом ответил я. – И оправдываться не буду.

– Ну, естественно! Уж лучше глубокая кома! Чем хотя бы попытка с ней объясниться! Это ты гениально придумал!

– Так я разорву наш узел хонтра. А потом… потом может еще и очнусь… И перестану так остро чувствовать ее презрение, ненависть, отторжение. Стану меньше любить ее и хотеть.

– Ты даже не можешь быть в этом уверен! Мы с тобой – уникальные существа. А медкапсулы рассчитаны на представителей известных рас. Это ты понимаешь?

– Да, – выдохнул я. – Я все решил.

– Господи! Ну какой же дебил! – всплеснул руками Зам и ругнулся. Смачно так, прямо забористо.

– Хочешь – чести́ меня. Это твое право. Но я не вижу другого для всех выхода.

– А я вижу! – зарычал Зам. – Я вижу! И еще как! Предложи ей провести вместе расследование! Сейчас наших ученых-садистов уже судят и рассматривают под лупой. Самое время поднять и то дело со станцией. Если нас окончательно оправдают, кто знает, может еще не все потеряно, и мы сможем снова стать честными гражданами галактического государства…

– Не знал, что ты так этого хочешь.

– Я не хочу. Но был бы не против. Не скрываться, не бежать и, самое главное…

– Не грабить… – выдохнул я, понимая товарища с полуслова. Мы оба так думали и очень давно. Оба хотели бы именно этого. – Так почему ты раньше мне этого не предлагал?

– Раньше у тебя не было такой мотивации и нынешних средств.

– Это каких же? Безответной любви или тяги к женщине, которая меня ненавидит? Назовешь еще какие-то средства и мотивацию?

– Да! Берга! У нее скорость и юркость, мимикрия и все остальное в сотни раз лучше, чем у других звездолетов. При помощи берги и нашей «Заррем» можно хотя бы попытаться узнать, что там, на самом деле, случилось на «Меченой».

– Интересно. Ну и с чего бы ты начал?

– С успокоительного в твоем случае.

Я метнулся по рубке управления, сделал пару кругов и вздохнул, бессмысленно рубанув руками по воздуху, будто раскроил невидимых тварей.

– Я не могу! Слышишь, Зам! Не! Могу! Заставлять ее делать это. Она решила, и я должен смириться.

– Да что за бред! Детский сад, Драг! Женщина напугана, только-только попала. У нее в голове полная каша. Она угодила, на минуточку, в другую Галактику! Сразу же стала симбиотом на берге! А через пять минут – заложницей космопиратов и получила второго в виде их капитана. Ну как, как ты можешь ждать от нее адекватности? Да дай ты ей хотя бы одни сутки. Пусть очухается, пусть успокоится. Не трогай ее и прекрати уже к ней бегать, как заполошный! Ну, серьезно! Ты носишься туда-сюда уже больше часа. Дай ей прийти в себя хоть немного. И потом еще раз спокойно поговори.

– Я услышал и сказал, все, что нужно!

Я и сам понимал – в словах Зама есть логика, есть рациональное зерно. Есть то, к чему мне стоит прислушаться. Попаданка, реально, была не в себе. И ее состояние вполне можно понять. Тем более, у нее ведь еще и ребенок, которому тоже страшно, и смутно. А за ребенка любая нормальная мать порвет всех пиратов на мелкие лоскуты.

Я просто не мог пока что переключиться с эмоционирования на рассуждения.

Внутри все бурлило и переворачивалось.

Я изо всех сил старался держаться и не ходить к Сейлар снова и снова.

Но мне нужно было ее видеть!

Так нужно, что словами не описать!

То ли так сработала связь между симбиотами, усиленная моей влюбленностью. С первого взгляда, надо признать. То ли все дело было в гибридности, и мы получили нечто вроде этой присущей оборотням из книг одержимости истинной парой…

Я и сам не понимал, что происходит.

Только ощущения буквально зашкаливали.

Словно в самый угар перерождения в гибрида, и одновременно в самый пик подросткового возраста. Тут и гормоны, и борьба клеток ардикотта с человеческими, и черт знает еще что…

Казалось, что я еще никогда не ощущал себя так… Настолько безумным, настолько несчастным, настолько счастливым и настолько глубоко, отчаянно-подавленным.

Во мне боролись противоположные, абсолютно не совместимые эмоции, рвались наружу, толкали на действия, порождали дикие порывы, желания.

Я то возбуждался опять, вспоминая, как мы с попаданкой ласкали друг друга и целовались в каком-то угаре соединения симбиотов. Влечение было таким мощным и четким, что в теле сразу же все проявлялось. Приходилось прятаться за креслом, чтобы и Зам не заметил, насколько меня торкнуло.

То меня швыряло в ощущение своей полнейшей и неизбежной ненужности.

Она не хочет меня, не смирилась с тем, кто я и что я такое.

Чудовище, которое вне закона.

Пират, убийца и черт знает кто еще.

То меня клинило на том, что она обязана меня хотя бы выслушать!

Попытаться понять, и узнать!

Прежде чем отталкивать и осуждать.

Хотелось влететь к ней в каюту, встряхнуть, напомнить, что мы недавно вместе испытали и убедить, упросить поговорить! У меня было, что ей сказать! Доказать я не мог, тем не менее, я же знал, что мы невиновны! По крайней мере, в отношении «Меченой».

Что бы об этом в сети ни писали.

К тому же, Шахраз явно за меня в этом противостоянии правды и лжи. А, если и не за меня, то не против.

Я рвался к попаданке до такой степени, что опомниться мог уже возле двери или даже неподалеку от берга. То есть, пробежав весь свой этаж вплоть до места стыковки и часть транспортника.

Представляю, что пережил Зам, наблюдая за мной все это время.

Мне было жаль так подставлять старого друга и извечного спутника в злоключениях. Ведь он, как ни крути, связан со мной и с «Заррем». Да, у нас не было симбиоза, как в случае бергов, однако же станция обладала зачатками любви к хозяевам. А таковыми она считала именно нас.

Причем, обоих и обязательно вместе.

Я подставлял Зама тем, что не мог успокоиться и тревожил «Заррем». Она уже четыре раза меняла типы мимикрии, прикидываясь линкором, прогулочным звездолетом, туристической станцией «Мечта»… И снова становясь самой собой.

Мне нужно было со всем этим кончать.

Эмоции гибрида – они такие. То их практически нет вовсе – ты можешь хладнокровно убить и даже не посочувствовать жертве, то тебя вот так плющит и клинит.

Середины добиться весьма сложно.

Поэтому многие из нас после трансформации сходили с ума и начинали убивать всех подряд или же вредили себе.

И то, что мы с Замом сумели обуздать эти бешеные скачки эмоций, вовсе не значит, что они ушли навсегда…

Сейчас я, кажется, собирал урожай всех тех нерастраченных ощущений и чувств, которые бурлили внутри.

Слава богу, я все еще вполне контролировал ярость и злость. Хотелось крушить, убивать, резать всех на части снова и снова.

Но конкретно с этим я вполне мог справляться.

В отличие от чувств к попаданке.

Впрочем…

Я резко остановился.

Если смог тогда, почему думаю, что не сумею сейчас?

Я потер виски, оглянулся, понимая, что уже вне рубки, стою в спортзале «Заррем» и боксирую с грушами – с одной и сразу с другой. Спортивные снаряды недовольно потрескивают, корежатся, но восстанавливаются.

Суперпрочная искусственная кожа жаловалась, но все еще выдерживала мой напор…

Я не понимал – зачем такая вообще понадобилась для самых обычных спортивных снарядов. К чему подобная трата ценного материала, который выдерживал даже удар машины, что несется на всех парах и разогналась до пятисот километров в час или больше…

А вот же, оказывается! Нужная вещь!

Я принялся снова и снова наносить удары неведомому врагу.

Вымещать на грушах все, что пережил за последние годы и сдерживал где-то внутри.

Трансформацию, после которой бесился, не знал куда себя деть и как выдержать желание рвать когтями, вгрызаться клыками, убивать и крушить все подряд.

Приговор, когда меня собирались фактически казнить ни за что. Ведь я-то эмоции гибридности обуздал! И даже не причинил никому вред!

Ярость, что буквально плавила вены! Подавленная, но все еще очень мощная!

И желание… бешеное, навязчивое. Как нестерпимый зуд, о котором постоянно что-то напоминает. И ты не можешь полностью отвлечься.

Я бил, бил и опять бил.

Нокаутировал и нокаутировал.

Отпрыгивал, атаковал, снова атаковал.

Метался по залу несколько часов…

Злой, заполошный, совершенно потерянный…

Пока за окнами нашей «Заррем» искусственный интеллект не начал изображать глубокую ночь.

Берги умели более чем достоверно имитировать родные пейзажи первого и второго.

«Заррем» на подобное была не заточена. Но некоторые детали и наша станция умудрялась создавать достаточно ярко.

Например, Луны и звезды, облака, что плывут по темному небу. Так, что чудится, словно не светлое движется на черном фоне, а, наоборот, клякса ползет.

Я выдохнул и присел. Стало полегче, хотя я уже даже и не надеялся.

И голова начала слегка проясняться.

Та-ак… Я должен поговорить с попаданкой. И я поговорю.

Завтра.

Прямо с утра.

Она меня выслушает. Просто обязана.

Давить, требовать и шантажировать не стану – не мой метод и только не эту женщину.

Но хотя бы донести до нее свою историю, точку зрения и свою правду я попытаюсь.

На этом я выдохнул, поднялся, собрал клочки одежды, которую во время трансформации, видимо, разодрал или панцирем раскроило… Нашел в спортзале первый попавшийся, подходящий по размеру летный комбинезон, натянул его и двинулся к выходу.

В рубке управления Зама уже не было. Думаю, старый товарищ отправился спать, в надежде, что мне удастся прийти в себя. Или, по крайней мере, я не спячу до такой степени, чтобы начать вредить своим же друзьям.

И он был прав.

Я проверил наш курс, убедился, что все идет так, как надо.

Мысленно погладил «Заррем», послав ей воздушный поцелуй.

Она заурчала, как довольная кошка и немного пофырчала в ответ.

Разговаривать станция не могла, но эмоции вполне себе выражала.

После этого я отправился к себе. Помылся, вытерся и рухнул в постель.

Да уж! Денег выдался тот еще! Худшего у меня за всю жизнь еще не было!

Глава 5

Драг

В комнате появляется знакомый до боли запах огурцов и каких-то экзотических пряностей.

Я открываю глаза и слышу щелчок.

Туц… торк… шрр…

Закрылась дверь и отозвался электронный засов.

Заррем все еще имитирует ночь за окнами. Значит, не рассвело. Это она знает.

Утром мы должны видеть рассвет.

Однако густая пелена ночи тонкой вуалью уже сходит… точнее кажется, что сходит с земли.

Потому что мы в космосе. И нет тут ни ночи, ни дня.

Я сажусь, протирая чуть слипшиеся глаза…

И… замираю, не верю, что это не сон…

Смаргиваю, но видение не исчезает. Наоборот, лишь становится более четким, обретает звуки, запахи, краски…

Сейлар застыла на пороге моей спальни. Это от нее пахнет огурцами и пряностями… Лунный свет, будто нарочно, очерчивает соблазнительную женскую фигурку, едва завуалированную тонкой тканью.

Струится, вырывая из полумрака комнаты плоский живот с красивым пупком, выпуклую грудь, округлые бедра… Тонкие, точеные ножки…

Ладная… Какая же она ладная… Мелькает в голове почти забытое старое русское слово.

Сейлар молчит… Молчит… и вдруг делает шаг.

Шумно дышит… Ах, нет! Это я… я пыхчу, как самовар, за двоих…

Я поднимаюсь навстречу и смотрю, любуюсь, не могу насмотреться.

Это странно вдруг получать удовольствие даже от одного взгляда на женщину.

Не просто возбуждаться или хотеть, именно получать истинное удовольствие, от того, как она движется – словно кошка, шагая по ковру…

Тихо-тихо, и так грациозно, будто, реально, сейчас стала кошачьей…

Эдакой милой, пушистой, но готовой вцепиться в лицо, если посмеешь ее разозлить…

Заррем молчит, я совсем не чувствую станцию. Хотя обычно есть стойкое ощущение, где-то на уровне подсознания, что ли.

Все нормально или что-то не так. Где-то сломалось – значит, «болит». Или «мне хорошо» опять же на уровне ощущений.

Я не чувствую Заррем, и Шахраз тоже будто бы окончательно отключилась.

Хотя мы с Сейлар сейчас очень близко и даже не разругались, а, значит, связь симбиотов только лишь крепнет, и я должен хорошо чувствовать бергу.

Однако все уходит на второй план.

Я вижу Сейлар и ощущаю, как желание охватывает тело.

Стояк уже вовсю торчит из пижамы, причем, умудрился «показаться» между двух пуговиц…

Откуда на мне вообще такая пижама? Да еще и с пуговицами спереди?

Я же сплю, как правило, в комбинезоне звездолетчика.

Это – необходимая мера на случай, если ночью начнется атака. Пираты тоже могут встретить врага. Полицейских, космоспецназ, других пиратов, в конце-то концов. Мы друг с другом обычно не церемонимся. Если кто мешает – сразу же бьем…

Однако на мне, реально, странная пижама с мелкими пуговицами, между которыми норовит выскользнуть член, уже вполне себе откровенно торчащий.

Сейлар смотрит и улыбается. Улыбается не ехидно, скорее так, будто играет.

Поводит бедрами и приближается.

Шаг… остановка, еще шаг – и снова пауза…

И у меня нет больше сил терпеть этот воздух, что нас бессмысленно разделяет.

Эту пустоту между нами, которую срочно надо заполнить.

Я сам быстро шагаю, обнимаю и прижимаю…

Сдергиваю тонкое платье, а там… там ничего нет.

Ну ночь же! Это естественно!

Она спит в тонкой сорочке…

Почему настолько невесомой и вызывающе полупрозрачной?

Да какая разница? Мне? Я и думать толком сейчас не могу.

Я вдруг весь превратился в конкретный инстинкт.

Еще мгновение назад я был само созерцание и любование.

Мне нравилось ласкать взглядом ее изгибы, аппетитные округлости. Ее по-детски миловидное личико, почти кукольное, но при этом какое-то все-таки взрослое.

Не потому, что на нем морщинки.

Нет! Сейлар получила от Шахраз новую молодость. Скорее почему-то другому…

Ах, да! Дело во взгляде!

Там ни капли юношеской наивности. Ни грамма стеснения или же страха.

Передо мной уверенная хищница. Женщина, знающая себе цену и понимающая, чего она хочет.

Как мы оказались уже на постели?

Какая разница, если я больше не могу… да и не хочу терпеть, сдерживаться и скрывать желание, что давно вырвалось из одежды.

Да, вот так глупо, потешно, расстегнулись пуговицы, и член выскочил навстречу Сейлар.

Она с усмешкой провела рукой по стволу, приласкала головку, так что я вздрогнул и застонал, сдернул с себя ненужную тряпку и повалил попаданку на постель.

Вошел и начал двигаться, двигаться.

Делать все, что хотел так давно.

Ну пусть не давно, но так сильно, что казалось женщин годы не видел…

Я был в ней, и наслаждался…

Ловил ритм движения ее бедер, задавал свой, спорил с ее главенством в этом процессе.

И получал от этого бешеное удовольствие.

Притягивал, потому что не мог насытиться близостью попаданки.

Прижимал, потому что даже такого единения, проникновения было мне критически недостаточно.

Имел… да я имел с ней слияние, а не ее.

Соединялся, сливался, вторгался и, когда выходил сразу чувствовал, как же мне ее не хватает.

Я кончил несколько раз до рассвета…

А потом она вдруг остановилась и вскрикнула:

– Что мы делаем? Драг?!!

Не Эрдрагор! И не Стальной!

Драг… вот как она меня назвала.

Подорвалась и побежала на выход.

Я резко подскочил на постели и… проснулся неожиданно для себя…

* * *

Да уж, такие подростковые грезы меня не мучили очень давно.

Разумеется, я был весь в семени. Постель испачкал до неприятного.

Возбуждение еще будоражило.

Поэтому я помылся прохладной водой, вылил на себя побольше холодной влаги, вытерся почти до боли, усиленно приводя себя в чувство.

Да уж, эмоции гибрида и желания, словно у оборотней.

Не зря ученые этого опасались.

Мы же с Замом тогда только смеялись, слушая предупреждения друзей, что бороздили космос в нашей команде.

Они говорили: мол, если встретите женщину, которую так захотите, что это будет остро и четко – именно ее, никого больше – желание станет плохо контролируемым. Даже выдавали нам препараты.

Мы же посмеивались, встречаясь с женщинами в пиратских притонах и станциях.

Гибриды не болели никакими половыми инфекциями и не переносили их, благодаря уникальному строению.

Так что мы себе ни в чем не отказывали, когда «припирали» желание и гормоны.

Но особой разницы между тем, как встречались с женщинами после войны или воздержания ни один не заметил.

Зато я прочувствовал все это сейчас.

Пришлось выпить отложенные в прок таблетки – хорошо, что хоть сохранил.

Привести себя в нормальное состояние чашкой расслабляющих тоников.

Расчесаться и отправиться к Сейлар.

Я решительно, железобетонно собрался поговорить с ней и попытаться убедить хотя бы меня выслушать.

Это было критически важным. Сегодня, и ни днем позже.

Сейчас, и ни часом потом.

Я изложу ей все, что случилось, и как это смотрелось моими глазами.

Поверит? Хорошо, облегчение.

Нет? Об этом подумаю позже.

Зам прав, надо вначале убедиться, что все увещевания и просьбы тщетны и лишь потом принимать резкие, судьбоносные решения для себя.

Ноги сами несли меня к попаданке.

Насколько тяжело было уходить вчера от Сейлар, настолько же легко стало вернуться.

Несколько долгих минут, отмотанных метров Заррем, транспортника и Шахраз… и я уже возле ее двери.

Тут решимость мне на мгновение, на какой-то миг вдруг отказала.

Однако из-за двери послышалось.

– Эрдрагор, пожалуйста, заходи.

Она говорила спокойно. Без вчерашней экспрессии и злости. Без этой ее нервозности, импульсивности.

Но и без очевидных признаков дружелюбия.

Скорее нейтрально, холодно.

Однако и это уже был огромный прогресс, облегчение.

Я толкнул дверь и вошел, сразу понимая, что меня ждали. И заранее готовили разговор.

В гостиной сидела Сейлар, ее сын куда-то девался. Шахраз сразу же поприветствовала меня прямо из динамиков корабля.

– Рада видеть тебя, Эрдрагор!

На столике, возле попаданки, стояли графины с травяным чаем и кофе. Булочки, бутерброды, яичница и что-то еще, подходящее к завтраку.

Сейлар жестом пригласила меня садиться.

Я послушно, будто дрессировали, опустился на предложенное кресло. Ни куда-то еще – именно туда, куда ткнула пальцем Сейлар.

Выпрямился и ждал, что же дальше.

Если я и продумал беседу, то сейчас меня явно опередили. Попаданке было что мне сказать. А, значит, вначале я ее выслушаю.

Это вежливо, правильно, честно.

Я – хозяин, она – моя гостья, пока корабли состыкованы.

Она в уязвимом положении. Одна, среди пиратов и гибридов. По крайней мере, именно так выглядит ситуация со стороны.

Так, что мне стоит проявить терпение и понимание, если хочу в ответь хоть немного тепла и дружелюбия.

Если бы попаданка собиралась прогнать или принять мое вчерашнее предложение, не готовилась бы настолько очевидно. Явно предлагая немного расслабиться и чуть сбавить градус напряжения между нами. Вчера он, кажется, достиг пика.

Я взял чашку чая, которую придвинула ко мне попаданка, и кивнул: мол, начинай.

Даже показательно глотнул непривычно-крепкий напиток, с малиной, земляникой и яблоками…

Глава 6

Сейлар

Сны были странными. Я бежала, а Драг догонял… и в следующую секунду все было с точностью до наоборот.

Мы будто дразнили, играли друг с другом.

А потом… о-ой… потом мы внезапно оказались на качелях. Причем Драг на одних, а я – на других, и мы сталкивались, а затем разлетались.

Это было та-ак… уххх…

Дух захватывало, эмоции шпарили так, словно я занимаюсь чем-то совершенно улетным… Да и Драг аж кричал, запрокидывал голову и даже утробно рычал иногда…

Казалось, это какая-то аллегория из моего или его подсознания.

Я слишком хорошо чувствовала второго, чтобы считать, что все это – лишь результат моего буйного воображения…

…Проснулась я в полнейшем смятении.

Позавтракала с Матвеем вкусным лавашем с нежной форелью и рукколой внутри, и попросила сына пойти к себе.

Я хотела поговорить с Драгом о том, что мы вчера обсудили с Шахраз.

Одела комбинезон первого – легкий, для прогулочных полетов, заплела волосы в косу, и чуть покрутилась перед зеркалом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.