Константин Денисов
Открой чакры, или умри!

1. Не удовольствия ради, а пользы для!

Дверь за моей спиной захлопнулась с металлическим лязгом, и внутри несколько раз провернулся массивный замок. Эти ребята серьёзно относились к фуриям и к безопасности. Камера была обустроена надёжно и использовалась, видимо, многократно.

– Давай, Алик, врежь ей! – раздался откуда-то сверху голос, слегка искажённый динамиком.

Я повернулся и поднял глаза. Прямо над дверью была решётка, где находился громкоговоритель. Наверняка и микрофон там тоже установлен, чтобы слышать всё, что здесь происходит. Что ж, значит, нужно будет обойтись без лишней болтовни.

– Давай, смелее! – раздался голос главного, – отомсти ей… за что ты там хотел отомстить, я забыл? – и главный рассмеялся. Остальные его поддержали дружным хохотом.

Смейтесь, смейтесь! Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним!

Я медленно подошёл к Алисе. Мы с ней вместе дрались с троглодитом вот совсем недавно… сколько дней прошло? Два? Три? События развивались в последнее время так плотно, что я запутался и мне кажется, будто прошла минимум неделя, но это было, конечно, не так. И вот за это время её успели довести до такого беспомощного состояния. Бедная девочка!

Я подошёл к ней, аккуратно поставил ногу на плечо и два раза качнул.

– Эй! Ты жива? – спросил я.

Вопрос был непраздный, подстава ведь могла заключаться не в том, что я предположил. Они, например, могли убить Алису, а теперь есть на кого это свалить перед хозяином. Скажут, что этот парень её убил. Сказал, что новенький, просился к фурии, они ему поверили, пустили, а он вон чего натворил… да, пожалуй, такой шанс был.

Но эта гипотеза не подтвердилась. На мой лёгкий толчок Алиса ответила стоном. Она была совсем без сил, но жива. Они дожали её до предела, но всё равно не смогли сломить. Кремень! Я испытал за неё даже некоторую гордость.

– Ну, давай! – раздался из динамика голос главного, – чего ты тянешь? Врежь ей хоть ногой по почкам, что ли, для начала! Не бойся! – и на той стороне опять хором заржали, возбуждённо предвкушая, что сейчас будет.

А ведь что-то будет обязательно! Если бы я был обычным парнем и не знаком с Алисой, то, возможно, это были бы последние минуты моей жизни. И то, что она лежит обессиленная, не должно вводить в заблуждение. Фурии на многое способны.

Я наклонился над Алисой, пытаясь заглянут в лицо, которое было отвёрнуто от меня. Не получилось, потому что её рука лежала сверху. Но Алиса знала, что рядом кто-то есть, и пробормотала еле слышно:

– Ты сдохнешь, вы все сдохнете! – язык у неё еле ворочался, голос звучал слабо, но угроза не воспринималась пустой.

– Мне нравится твой настрой! – сказал я тихонько.

– А-а-а-а? – слегка удивлённо промычала Алиса и попыталась повернуться ко мне.

Пора было переходить к делу, и хотя я это не очень любил, точнее, даже терпеть не мог, но сейчас был, наверное, впервые за всё время нашего знакомства тот самый случай, когда без этого было не обойтись.

Я схватил её за волосы и резко потянул наверх, заставляя подняться. Она злобно зарычала, но постепенно это рычание из злобного перерастало в удивлённое. Когда она оказалась на ногах, наши глаза встретились, и в её мутном взгляде мелькнуло узнавание. Её так уделали, что она даже соображала плохо.

– Во-о-о, пошло дело! – раздался возбуждённый голос из динамика, – а то мы уже думали, что ты полное чмо! Нет, гляди-ка, решился!

Но мне было плевать на тех, кто за стеклом.

– Хочешь повеселиться? – сказал я Алисе и, размахнувшись, что есть мочи, влепил ладонью ей по щеке. Удар был настолько сильным, что она полетела кубарем, и, сделав несколько оборотов, затихла у стены.

Мелькнула мысль, не перестарался ли я? Но нет, не должен был! Всё дело в том, что интенсивность боли прямо влияет на силу притока маны. И если раньше я всегда заряжал её аккуратно, стараясь не навредить, то сейчас мне нужно было накачать её по полной и очень быстро. К тому же, фурию не так-то просто убить или покалечить. Она не обычный человек, и, чтобы сломать ей что-то, нужно очень постараться и не факт, что получится.

После моего удара за стеной радостно взвыли, это именно то, что они и хотели увидеть… на первом этапе. На втором они, скорее всего, ждали, что фурия меня разорвёт.

– Вставай, шлюха! Как ты можешь терпеть такое обращение! Накажи его! – азартно орал главный за стеклом.

Как будто услышав его голос, Алиса зашевелилась и начала неуверенно вставать, держась за стену. Оказавшись на ногах, она нетвёрдой походкой, шатаясь, пошла в мою сторону. Бедняжка ещё не пришла в себя полностью, но взгляд стал гораздо более ясным и осмысленным. Она уже точно меня узнала и, может быть, не понимала толком, что именно происходит, но интуитивно действовала правильно.

Остановившись напротив меня, она одними губами шепнула:

– Ещё!

Я ударил снова, теперь с левой руки, и она опять кубарем полетела через комнату, но к другой стене.

– Эй, тварь, защищайся! – орал главный, – так неинтересно! С нами ты дралась как бешеная! Почему же он ещё жив?

В этот раз Алиса начала вставать почти сразу и вернулась ко мне быстрее, но всё равно пошатываясь. У меня даже сложилось впечатление, что она начинает специально скрывать улучшение своего состояния.

– Ещё! – сказала она и снова полетела кубарем.

– Да что же это такое происходит? – надрывался главный, – мы не этого ждали!

Понятно, что они ждали не этого. Но то, что будет дальше, вообще выйдет за рамки их самых смелых представлений.

Алиса уже была передо мной.

– Ещё! – требовательно и азартно сказала она, и в голосе уже начинала булькать плохо скрываемая энергия.

Я ударил, и она кубарем улетела по уже привычной траектории. Честно говоря, даже рука начала побаливать, настолько я сильно её бил. Нет, нужно что-то придумать и научиться заряжать её другим способом.

– Ещё! – Алиса оказалась передо мной так быстро, что я даже не понял, как это у неё получилось.

Я ударил.

– Ещё! – Алиса уже была передо мной.

Я ударил.

– Ещё! – с каждым разом Алиса возвращалась всё быстрее и быстрее.

Я снова ударил.

– Что происходит? – раздался истеричный голос одного из банды.

– Ещё!

Удар.

– Не знаю! – злобно проорал главный, – но такого мы ещё не видели.

– Ещё!

Удар.

– Как это остановить? – надрывался паникёр.

– Заткнись! Возможно, мы открыли какое-то новое явление! Пахнет большой премией! – голос главного внезапно стал азартно радостным.

Этот придурок что-то там себе успел нафантазировать.

Алиса стояла напротив меня, возбуждённо глядя мне в глаза. Она сдерживала рвущуюся из неё энергию, но, видимо, делала это из последних сил. Так, я её ещё никогда не накачивал, и мне, честно говоря, было даже немного страшно. Оставалось надеяться, что в таком состоянии она себя хорошо контролирует и на меня обрушивать свою ярость не будет.

У Алисы на кончиках волос плясали алые искорки. Совсем маленькие. Те кусочки энергии, которые она уже не могла удержать внутри. Выглядела она, конечно, потрёпанной. Попытка изнасилования была налицо. И юбка вся изодрана, и красная блузка разорвана спереди пополам, так что вся грудь наруже… надо сказать, красивая грудь. Но ссадин и синяков на теле уже не было. Всё, что было, исчезло, пока я её избивал. Вот такая «магическая медицина» для фурии.

– Ударь меня ногой в живот! – пророкотала Алиса мужским голосом, который я терпеть не мог. Как будто властелин ада говорит через неё! – так сильно, как можешь!

– Ну, раз ты настаиваешь, – вздохнул я, предчувствуя, что дело идёт к финалу, и скоро всё закончится.

Я пытался ударить сильно, но в последний момент нога дрогнула. Всё-таки бить девушку ногой в живот, это… ну, такое себе. Как бы это ни было оправдано, и как бы она сама об этом ни просила. Что-то внутри меня сильно воспротивилось этому, и удар получился смазанным.

Но Алиса была лёгкой, ей хватило и этого. Она отлетела назад, врезалась спиной в стену и упала вниз. Но через секунду начала медленно подниматься, слегка расставив руки в стороны и растопырив пальцы, на которых плясали алые искры. По всему её телу начали бегать разряды алых молний.

За стеной уже не думали про премию, там опять началась истерика, но главный всех успокаивал, говоря, что мы всё равно заперты и бояться нечего.

Я стоял между Алисой и железной дверью. Чтобы ей не мешать, я отошёл на пару шагов в сторону и сделал пригласительный жест рукой:

– Ваш выход, мадемуазель!

И тут же начал формировать над каждой ладонью по голубому шару плазмы. Алиса сейчас была похожа на бомбу, готовую взорваться. Впрочем, так оно и было. Но подстраховать её всё равно не помешает. Если они смогли с ней справиться один раз, вдруг и в этот тоже получится. Хотя я был уверен, что в данный момент они к серьёзной драке не готовы.

Алиса решительным шагом подошла к двери, подняла ногу, согнутую в колене, и резко распрямила.

Массивная железная дверь, вместе с рамой, оторвалась от основы и, пролетев через всю комнату, плашмя врезалась в стену коридора. После грохота её удара внезапно воцарилась полная тишина, которая была вызвана шоком от происходящего.

В комнате стало на два человека меньше. Эти двое как раз оказались на пути этой двери.

В повисшей тишине, дверь вдруг отошла от стены и медленно начала падать. Она со страшным грохотом обрушилась на пол, обнажив кровавое месиво, оставшееся от тех, кто оказался у неё на пути. Их размазало в лепёшку.

После этого начался хаос! Один из охотников с визгом бросился в коридор, но был настигнут алой молнией, вылетевшей из руки Алисы.

Надо же, это что-то новенькое! Раньше я такого у неё не видел. Шары плазмы, пучки искр – дело обычное, но чтобы вот так стрелять молниями… надо будет узнать, как она это делает, вдруг смогу научиться?

Алиса начала взмывать в воздух, слегка согнув ноги и скрестив их между собой.

– Готовьтесь к смерти! – пророкотала она своим адским голосом.

Должен заметить, что когда ситуация резко перевернулась, противники вдруг резко показались малочисленными и совершенно неопасными. Изначально их было восемь, кастрированный Алисой убежал с самого начала, обидевшись на главного. Двоих зашибло дверью. Одного догнала молния из руки Алисы, и вот их осталось всего четверо, а Алиса даже ещё толком ничего не начала! Так, она просто не успеет удовлетворить свою жажду мести!

Один из местных открыл встроенный в стену шкаф и выгребал из него палки и щиты. Похоже, что это было их оружие, при помощи которого они охотились на фурий. В суете никому даже в голову не пришло вооружиться… или они настолько верили в нерушимость двери и бронированного стекла?

В общем, догадался только один, и искал он что-то определённое. Я не стал выяснять что именно и бросил шар плазмы ему в ноги, чтобы не убить ненароком, но погасить энтузиазм. Убивает пускай Алиса, это её месть, её право. Да и не горю я желанием участвовать в бойне. Я своё дело сделал и помогу, если надо, но вставать на пути между Алисой и её жертвами, боже упаси!

Алиса, кстати, тоже притормозила. Видимо, ей не хотелось, чтобы всё закончилось слишком быстро, и она решила растянуть удовольствие.

Главный, кстати, был ещё жив, но от его былого задора не осталось и следа. Скажу больше, он проявил себя хуже всех! Забился в угол и напрудил там лужу. И это не образное выражение, под ним реально растеклась просто огромная лужа. Сам он трясся и выглядел затравленным. И куда что делось?

В общем, кроме него и того, которому я парализовал ноги, оставалось ещё двое, которые спрятались за кресло возле стены, потому что лучше ничего не придумали. Идиоты, в данном случае кресло может послужить оружием их казни. Алисе достаточно пнуть его ногой. Неужели они не видели, что произошло с дверью?

– Ну что, мальчики, кто из вас самый смелый? Или всё? Смелость закончилась? Я с вами хочу поиграть! – пророкотала Алиса.

Мне смотреть на эти игры не хотелось, потому что попахивало расчленёнкой или ещё чем похуже. Алисе уже ничего не угрожало, и я решил переждать её «игры» где-нибудь неподалёку. Тем более что нужно было найти Марту. Я подобрал свой рюкзак, который меня заставили снять перед входом в камеру и, проходя мимо Алисы, сказал:

– Одного оставь в живых, нам понадобится кое-какая информация. Только не этого зассыху, – я махнул в сторону главного, – этот прям фу!

Тот, поняв, что говорят про него, жалобно заскулил. Удивительно, какой диапазон эмоций у человека… хотя, какой он человек? Так, очередной кусок говна!

– Да! И желательно, чтобы он мог разговаривать, – добавил я, выходя из комнаты, но потом сделал шаг назад и ещё добавил, – и не затягивай, нам ещё отсюда выбираться нужно, а это будет непросто!

– Учту! – пророкотала Алиса.

Я ушёл и не видел, что там творилось, но криков было много. И кричали не от страха, а в основном от боли. Эти крики очень сильно отличаются, можете мне поверить.

– Марта! – крикнул я, стараясь перекрыть доносящиеся из комнаты звуки.

Сначала ответа не было, но вскоре что-то мелькнуло, и она возникла рядом со мной, приблизившись с невероятной скоростью.

– Ты цел? – спросила она.

– Тебя это удивляет? – ответил я ей в тон.

– Уже, наверное, нет! – радостно сказала Марта, – но, честно говоря, я думала, что всё плохо и тебе не выбраться. Я бегала, искала какой-нибудь вариант, но ничего не нашла. У меня был план найти других фурий и освободить, но все камеры, которые я открыла, были пусты. Правда, не во все секции я смогла проникнуть, некоторые двери были заперты, и я не смогла их открыть. Там нужны ключи.

– Алиса свободна и теперь наслаждается местью, – сказал я, – сейчас она закончит, и надо будет отсюда выбираться. Хорошо бы найти путь не через армию здоровяков.

– У меня нет плана этого места, ты же знаешь, – развела руки в стороны Марта, – так что я знаю только тот путь, которым мы пришли.

– Я попросил Алису оставить нам одного пленника, как раз с этой целью. Надеюсь, она не войдёт в раж и не прикончит его.

Вопли в комнате постепенно стихали, потому что кричащих становилось всё меньше и меньше. Наконец, остался только один голос. Мы увидели, как в коридор вплыла Алиса, на высоте около полуметра над полом. Она одной рукой держала за ногу оставшегося в живых парня, который скрябал по полу руками, пытаясь зацепиться.

– Красивая! – сразу оценила её Марта, – особенно грудь!

– Ты же женщина, что тебе до чужой груди? – удивился я.

– Это не значит, что я не могу заценить то, что красиво! – возмутилась Марта моим непониманием, – но её, конечно, нужно бы приодеть. Ходить в таком виде не очень. Слишком бросается в глаза. В толпе не затеряешься!

– Как будто МЫ можем в толпе затеряться, – хмыкнул я.

– Тоже верно, – не стала спорить Марта, – надо ей хотя бы футболку какую-нибудь найти.

– Кстати, открою тебе секрет, если ты не знала: фурии всегда очень красивые, – сказал я, – такая особенность. Это не я такой вывод сделал, это общеизвестный факт.

– А я бы могла стать фурией? – с хитрецой спросила меня Марта.

– Конечно! – несколько преувеличенно сказал я, и в проброс добавил, – лет тридцать назад!

– Скотина! – беззлобно сказала Марта.

– Ну, ты же сама подставилась! – парировал я, – кто тебя за язык тянул?

Алиса во время нашего разговора приземлилась, и искры с молниями, бегающие по всему её телу, стали успокаиваться и постепенно сходить на нет. Мы подошли к ней. Она продолжала удерживать последнего оставшегося в живых охотника на фурий за ногу.

– Привет! – сказала ей Марта.

Алиса скользнула по ней пристальным взглядом.

– Баба твоя? – спросила она уже своим обычным голосом.

– Знакомься, это Марта. Она не моя баба, и в том, что нам удалось тебя вытащить, очень большая её заслуга. Один я бы не справился. Так что, пожалуйста, относись к ней нормально, – нравоучительно сказал я.

– Да я нормально, – удивилась такой отповеди Алиса, – разве нет? – она посмотрела на Марту, ища поддержку, – она же ведь вполне могла бы быть твоей бабой… старовата, правда, но когда это кого-то останавливало, верно? – и она подмигнула Марте.

Я тяжело вздохнул.

– Думаю, мы подружимся, – Марта решила сгладить эту неловкость и сменить тему, – только вот, проблема пока не решена. Нам ещё отсюда выбраться надо. А как это сделать, мы не знаем.

И мы все дружно повернулись к скрябающему руками пол пленнику, который, почувствовав общее внимание, перестал пытаться уползти и затравленно на нас обернулся.

– Поможешь нам? – спросил я его, стараясь излучать доброту.

2. Карантин, но это и хорошо!

Когда мы проходили мимо комнаты, где раньше сидели эти охотники, я увидел, что все стены там заляпаны кровью, как будто за ту минуту, пока я разговаривал с Мартой, Алиса просто взорвала всех своих обидчиков кроме одного. Сама она тоже была забрызгана кровью, даже рот был в крови, но почему именно мне знать совершенно не хотелось.

Пленник был в таком шоке, что отвечал на все вопросы чётко, внятно, без запинки и после каждого ответа спрашивал, убьём мы его или нет. В голосе звучала надежда, что нет, ведь он так нам помогает!

Судя по его словам, как только ситуация начала выходить из-под контроля, то один из них нажал кнопку тревоги на стене. Кнопка, действительно там была, и большая. Красного цвета, как и полагается всем тревожным кнопкам.

По словам пленника, отключить тревогу было нельзя. После нажатия опустились несколько перегородок, которые отрезали «красную зону» от всего остального. Мы были здесь сейчас заперты. И открыть эти перегородки можно только снаружи, и то, когда находящиеся там убедятся, что опасность либо миновала, либо что они могут с ней справиться. В любом случае некоторое время будет продолжаться карантин.

До этого момента кнопку нажимали всего два раза, и оба раза зря, потому что ситуацию удавалось взять под контроль. И вот теперь мы спровоцировали третий карантин.

– Вообще странно, что вы всё-таки нажали кнопку, – сказала я охотнику.

– Почему? – удивлённо уставился тот на меня.

– А как это вам могло помочь? Никак! В этом случае вы остаётесь заперты здесь наедине с проблемой, и на помощь можете не рассчитывать! – сказал я.

– А? – только и сумел выдавить из себя охотник, продолжая таращить на меня глаза.

– Что? Это вам никогда в голову не приходило? – удивился я.

– А? – снова повторил охотник, продолжая на меня, ошарашенно таращиться.

– Какой-то он тупенький, – вздохнула Марта, – не могла оставить в живых кого-нибудь поумнее.

– Да они здесь все такие, – махнул я рукой, – умные таким заниматься не будут. Охота на фурий, та ещё лотерея!

– Ага, они так нас боятся, что просто писаются от ужаса, чуть что не так! – самодовольно сказала Алиса, – фурии сила!

– Да, я видел, это буквально так и было! – кивнул я ей, – не хочешь грудь прикрыть? – кивнул я на разорванный топ.

– А что? – вскинула она брови, – тут же все свои! А этот никому ничего не расскажет, да ведь? – и она пристально посмотрела в глаза пленнику. Тот сжался в комок и кивнул, на что Алиса удовлетворённо улыбнулась.

– Да ладно, Алик, – сказала Марта, – хватит пуританить, наслаждайся, пока есть возможность!

– Что хватит? – не поняла Алиса.

– Пытаться соблюдать приличия, – вздохнул я, – действительно, оно мне надо? Ходи как хочешь!

– Не переживай, как найду во что переодеться, так сразу это сделаю… только вот думаю, в магазин мы нескоро попадём, – сказала Алиса.

Когда мы узнали, что заблокированы в этой зоне, причём надолго, то немного расслабились. Не то чтобы все проблемы решились, наоборот, ситуация была хуже некуда. Но, по крайней мере, можно было не бежать и спокойно всё обдумать. Время теперь позволяло.

При дальнейших расспросах выяснилось, что один выход всё же оставался. Он, конечно, был условно открыт… точнее, он был закрыт, но теоретическая возможность его открыть изнутри была.

Правда, это был не совсем выход. Скорее это был вход. Вход на уровень Тритона, который находился ниже, на самом дне этого подземного сооружения. Почему он не блокировался пленник не знал. То ли Тритон считал себя выше этого. То ли он был настолько силён, что его столкновение с вышедшей из-под контроля фурией не пугало. Так или иначе, дверь можно было открыть ключом, который находился в комнате охраны.

Да, как выяснилось, здесь была ещё и охрана, но в данный момент там дежурил всего один человек, что не должно было бы стать для нас проблемой.

Ещё я держал в голове, что где-то тут может находиться кастрированный охотник, который покинул вечеринку до начала интересных событий. Может быть, он нам был и не опасен, но всё равно, нужно было быть начеку, мало ли что?

– А где остальные фурии? – спросил я пленника, пока мы шли на пост охраны.

– Сейчас сырых больше нет, – сказал пленник, – либо приручённые, либо мёртвые, варианта для них всего два.

– Ты забыл, что я иду сзади? – с нарастающей угрозой в голосе сказала Алиса.

Парень вжал голову в плечи, ожидая удара, но его пока не последовало. Он, видимо, в самом деле, немного забылся.

На уровне было сейчас довольно пустынно, по причине нерабочего времени. Если бы мы попали сюда в другой период, то могли столкнуться с гораздо большими сложностями. Я в очередной раз порадовался этому стечению обстоятельств.

Мы на ходу продолжали задавать вопросы пленнику, на которые он незамедлительно отвечал. Парень очень старался.

Тритон часто посещал этот уровень. Работа над фуриями была сейчас его приоритетной задачей. Проблема была только в том, что находить и ловить новых было не так-то легко. Зачем ему нужны были сломленные и приручённые фурии, парень не знал. Да и про ту армию наверху тоже был не в курсе. Он вообще кроме своего занятия мало чем интересовался здесь. Сование своего носа не в своё дело не поощрялось, вот он особо никуда и не лез, дабы не получить по башке. Работа есть, относительная безопасность есть (не считая рисков при охоте на фурий), питание по нынешним временам можно сказать, что отличное!

– А где вы едите? – перебил я его на этом месте.

– В столовой! – тут же ответил парень.

– Ладно, – стараясь сдерживаться, сказал я, – а где она находится?

– А, ну вот тут пара поворотов налево, там и будет столовая, – сказал парень.

– Там же где и пост охраны? – спросил я.

– Рядом, – кивнул парень, – соседнее помещение.

– Надо будет заглянуть, – сказал я, поворачиваясь к Алисе, которая совершенно равнодушно кивнула. Видимо, думать о хлебе насущном ей сейчас было неинтересно, в её голове бродили какие-то совершенно другие мысли.

Я слегка задержал взгляд на подрагивающей при каждом шаге груди, отметив про себя, что она, в самом деле красивая, и отвернулся. От Алисы этот взгляд не укрылся, и она хмыкнула, но тоже довольно равнодушно, просто отметила мою заинтересованность как факт.

Первой на нашем пути оказалась столовая, туда мы и завернули, хотя, может быть, сначала стоило бы проведать охранника… ну да ладно!

В столовой был один посетитель. Это охотник, оставшийся без члена в результате попытки изнасилования. Он сидел и мрачно цедил что-то из большой кружки. Похоже, что тревога прошла мимо него, о случившемся он не имел ни малейшего представления и сидел здесь один, забившись в угол, размышляя о своей горькой судьбе и позоре среди товарищей, про который никто не собирался забывать. Постепенно он склонялся к мысли, что надо отсюда бежать, так как покоя ему здесь не дадут.

Он был настолько погружён в свои мысли, что когда мы вошли, даже не сразу понял, что происходит. Смотрел несколько секунд на нас отсутствующим взглядом, не узнавая в упор.

Но когда, наконец, до него дошло, кто именно сюда пожаловал, то глаза его стали расширяться до таких невероятных размеров, что казалось, вот-вот выпрыгнут из глазниц, или вообще лопнут.

– Милый, вот ты где! А я тебя везде ищу! – с ласковой радостью в голосе воскликнула Алиса и, виляя бёдрами, направилась в угол столовой, где сидел этот бедолага.

Марта удивлённо на неё взглянула, но тут же поняла, что та просто издевается.

– Ты чего, испугался? – сказала Алиса, усаживаясь рядом с кастратом, – а раньше такой смелый был! Я что, тебе больше не нравлюсь? – и Алиса нежно провела рукой ему по волосам.

– Не надо, – сказала Марта, но Алиса на её слова не отреагировала, а я поймал её взгляд и отрицательно покачал головой. Не стоит влезать между фурией и ей жертвой, тем более, если у той есть неоплаченный счёт.

Марта разочарованно вздохнула, но сдержалась и больше ничего не стала говорить.

Алиса тем временем убрала руку с головы охотника и раздвинула в стороны разорванную блузку, выставляя и так неприкрытую грудь ещё больше напоказ.

– Тебе нравится моя грудь? – спросила она и слегка покачала плечами из стороны в сторону.

Парень кивнул. Это было первое, что он сделал с момента, как мы вошли в столовую.

– Потрогай! – требовательно сказала Алиса, слегка выгнула спину и свела лопатки вместе.

Парень отрицательно покачал головой, понимая, что его заманивают в ловушку, из которой он вряд ли выберется.

– Зря, – разочарованно сказала Алиса, – мог бы перед смертью хотя бы за красивую девичью грудь подержаться, – голос её начал становиться ниже и утробнее, превращаясь в мужской клокочущий бас из преисподней, – а теперь сдохнешь просто так, как паршивая собака! Ты же хотел меня трахнуть? Или ты такой смелый только с беззащитными?

Алиса резко выбросила руку вперёд, и её пальцы сомкнулись на горле у парня. Она встала и, лёгким движением, рванула его с места. Стол и стулья полетели в разные стороны. Она прижала его к стене, продолжая держать за горло. Парень висел, не доставая ногами до пола, и жалобно ими дрыгал. Алиса удерживала его на вытянутой вверх руке. Алые искры плясали по её волосам.

Парень захрипел, видимо, пытаясь что-то сказать. Мне показалось, что это было: «Прости!», но это не точно. В принципе, это мог быть просто ничего не знающий хрип умирающего человека.

Я положил руку на плечо пленнику и, слегка наклонив голову к его уху, сказал:

– Вообще-то, она хорошая. В душе! Но вот злить её не рекомендуется. С ней лучше дружить. Я вот дружу, и со мной она так себя вести никогда не будет!

– Ха! – скептически покачала головой Марта, которая слышала мои слова.

– Не ха, а не будет! – сказал я ей, – а вы, – я снова повернулся к парню, – выбрали неверную линию поведения, и вот результат! Не надо было на неё охотиться, ох не надо!

– Я искуплю! – жалобно проблеял парень.

– Конечно, искупишь, куда ты денешься! – вздохнул я и убрал руку с его плеча.

– Вы что тут делаете? – раздался от входа чей-то голос.

Мы все резко обернулись и увидели незнакомого человека с красной повязкой на рукаве. Судя по всему, это был охранник, прибежавший сюда на шум. В выставленной вперёд руке он держал какую-то штуку, в которой я не сразу, но узнал электрошокер.

Алиса резко обернулась, повернув голову на сто восемьдесят градусов, что смотрелось, мягко говоря, неестественно.

– Я разберусь! – поднял я руку.

– Нет! Я сама! – всё тем же адовым голосом сказала Алиса и отпустила кастрата. Тот рухнул вниз и что-то захрипел, держась за горло. Похоже, без серьёзных повреждений там не обошлось, – подожди меня здесь, милый, мы ещё не закончили! Я скоро вернусь!

– Хххрррмммаааххрррр, – прохрипел кастрат и закашлялся.

Алиса стремительным шагом направилась к охраннику. Тот так и продолжал стоять, вытянув вперёд руку с электрошокером. Взгляд его был прикован к груди Алисы. Он смотрел на неё как зачарованный.

Вообще, это было не лишено смысла! В таком контексте грудь тоже являлась своего рода оружием. Она выбивала противников из колеи и вводила в ступор. Особенно если они до этого были вынуждены долго обходиться без женщин. А тут о полноценной половой жизни сотрудников вряд ли заботились. В общем, обнажённая женская грудь неплохо отвлекала на себя внимание, обладая некоторым гипнотическим эффектом. Здесь, конечно, есть нюансы. Не все груди будут работать одинаково. Но Алисина работала отлично. Я даже начал подозревать, нет ли там какого дополнительного магического эффекта. Но нет, вряд ли. Скорее всего, просто красивая грудь.

Охранник так и не успел выйти из ступора. Шокер полетел на пол, где был тут же подобран Мартой и засунут в рюкзак. Алиса просто ударила бедолагу кулаком в лицо так, что голова у него откинулась настолько резко и сильно назад, что хрустнули шейные позвонки, и он упал замертво.

Алиса направилась обратно, тут же забыв про охранника. Она подошла к кастрату и присела рядом с ним на корточки.

– Скучал? – спросила она уже своим обычным голосом.

Парень продолжал издавать какие-то хрипы. Судя по всему, она серьёзно травмировала ему горло. Но это было меньшей из его проблем. Жить ему всё равно оставалось недолго, если, конечно, не случится какое-нибудь чудо.

Чудо не случилось. Алисе эта игра наскучила, или охранник сбил настрой, но так или иначе, она не захотела продолжать. Положила ладони парню на уши и резко крутанула.

После чего тут же забыла и про этот труп, встала и подошла к нам с Мартой.

– Слушайте, а я бы поела чего-нибудь, раз уж мы в столовой! – сказала она с энтузиазмом, как будто это не она только что свернула шеи двум человекам.

– А ты, я смотрю, очень легко убиваешь, – с лёгким осуждением в голосе сказала Марта.

Алиса удивлённо посмотрела на неё, не понимая, что той не нравится.

– Марта, ты бы хотела смерти предыдущим владельцам перстня? – спросил я.

– Поняла аналогию, вопросов больше не имею, – тут же свернула она тему, не желая развивать эту историю.

Но Алиса это заметила и тут же ухватилась за недосказанность.

– А что за перстень? – и она посмотрела на меня, понимая, что Марта ей вряд ли расскажет.

– Неважно, – махнул я рукой, не желая выдавать чужую тайну, – пустяки!

– За которые желают смерти? Хорошие пустяки! Но жестокая здесь я! – Алиса усмехнулась, – знакомая тема. Но дело в том, что я просто не притворяюсь хорошенькой в отличие от остальных. А говна во многих гораздо больше, чем во мне.

– Подтверждаю! – сказал я, направляясь в дальний угол столовой, где виднелся холодильник и шкафы, как я надеялся, с продуктами, – говна в тебе оптимальное количество. Ровно столько, сколько надо.

– А можно не повторять так часто слово «говно»? – попросила Марта.

– Но ты же сама его только что произнесла, – усмехнулась Алиса, – ты же слышал? – она обернулась к пленнику, и тот быстро и испуганно кивнул. Потом испугался, что кивнул и посмотрел на Марту. Тут же понял, что Алису нужно бояться гораздо больше, и кивнул ещё раз на всякий случай.

– И как вы смогли меня поймать? – задумчиво сказала Алиса, с брезгливостью глядя на пленника, – вы же сопли бесхребетные!

– Технология! – крикнул я из дальнего угла столовой, – у них этот процесс уже отлажен, они сработали по алгоритму. Не наделали ошибок, и всё получилось. Ошиблись бы, ты бы их размотала, к гадалке не ходи.

– И кто же придумал для них этот алгоритм, – спросил Алиса, усаживаясь за стол.

– Тот, к кому мы сейчас будем вынуждены наведаться в гости, потому что выход отсюда есть только через его покои. И если ты ждёшь, что я буду накрывать перед тобой стол, то напрасно. Иди сюда, давай вместе разбираться, что тут есть интересного, – сказал я.

– Эй, я же жертва насилия! – возмутилась Алиса.

Марта не удержалась и прыснула со смеха.

– Да уж, жертва! – сказала она.

– Твоя баба начинает меня подбешивать! – сказала Алиса, пристально взглянув на Марту через плечо.

– Однако ты её должница, так что смирись! – сказал я, выставляя из шкафа на стол разнообразные банки.

Алиса хотела возразить, но передумала и тоже переключилась на еду. Банки были в основном новыми. Не старые заводские запасы, а вполне себе свежие «закрутки». Здесь были как овощи, так и мясо. Тушёнка в стеклянных банках. Подписано от руки на крышках. Видимо, фермерские продукты. Это сейчас была тема, набирающая популярность, но в мегаполисе, пусть и разрушенном, достать такое было и сложно, и дорого. А здесь, похоже, прям стабильные поставки в масштабах близких к промышленным. Вряд ли только в красной зоне это едят, на остальных уровнях наверняка тоже. База Тритона становилась всё интереснее и интереснее.

– О, сгущёночка! – воскликнула Алиса.

Она нашла старую жестяную банку ещё заводского производства. Пробив крышку ногтем, она провела им по всей окружности, полностью срезав крышку, пока та не отскочила в сторону.

– Ни хрена себе маникюрчик! – потрясённо сказала Марта.

– Шейку почесать? – выставила Алиса перед ней средний палец, с не таким уж большим, но, как оказалось, очень острым ногтем.

– Спасибо, нет! Но если надо будет кого-нибудь прирезать, я обязательно тебе сообщу, – сказала Марта.

– Обращайся, – сказала Алиса и приложилась к банке, осушив её полностью за несколько глотков, после чего со стуком поставила её на стол и смачно рыгнула.

– Фу, – сказала Марта, – а можно было без этого? Тебе это не идёт!

– Без этого было бы не так вкусно! – Алиса расплылась в улыбке перемазанными в сгущёнке и крови губами.

3. Золотой ключик

Мы ели быстро, но всё равно с удовольствием. Экономить чужую еду не собирались, поэтому устроили пир горой, понадкусовав и перепробовав почти всё, что имелось в наличии. А некоторое разнообразие здесь присутствовало. С собой тоже постарались прихватить, но не слишком много.

Ещё было неизвестно, как мы отсюда выберемся, так что навьючиваться как ишаки мы точно не хотели, тем более Алиса вообще отказалась что-либо нести, в очередной раз заявив, что она «жертва насилия», а не вьючная лошадь.

Пленник тоже поел, хотя и скромно сидя за соседним столом. Сколько он ещё пробудет с нами, было непонятно. После того как мы найдём ключ, его судьба будет зависеть только от Алисы, а что происходит в её голове было загадкой, возможно, даже для неё самой.

В столовой мы ели в основном то, что с собой тащить не будем. Консервированное мясо и овощи были основным блюдом. Просто нести с собой стеклянные банки было и тяжело, и глупо. С собой нужно носить что-то более не убиваемое. Если банки, то жестяные. Или уж вообще что-нибудь сушёное и вяленое.

Мы, кстати, нашли здесь как раз то, что нам подходит. Вяленое мясо и рыбу в больших количествах. Ещё домашнюю сырокопчёную колбасу и хлеб. И несколько старых заводских банок тоже прихватили. Среди них две банки сгущёнки, на которые Алиса всё время поглядывала и непроизвольно облизывалась.

– Не знал, что ты такая сладкоежка, – сказал я.

– Да я вроде и не сладкоежка, – пожала она плечами, – но сгущёнку люблю, аж трясёт. Тем более что не ела её, наверное, с начала магопокалипсиса. Просто соскучилась.

– Мы и не претендуем, да Марта? – сказал я, а та кивнула, – но раз сгущёнка твоя, то и нести её тебе!

– Послушай, Алик! – серьёзно сказала Алиса, – давай начистоту! Я…

– Жертва насилия? Слышали, – усмехнулся я.

– Да, но дело не в этом, – покачала головой Алиса, не теряя серьёзности, – я ваша основная ударная сила! Не нужно навешивать на меня тюки с барахлом. Если у нас будут неприятности, то я приму первый удар на себя, хочу я этого или нет. Просто так будет, потому что я фурия!

– Ну да, так-то ты из нас самая мощная в плане драки, – я откинулся на стуле, – ладно, мы сами понесём провиант. Хотя что-то наши рюкзаки становятся слишком уж тяжёлыми, как будто мы не по городу путешествуем, а в безжизненной пустыне.

– Сейчас города от пустыни уже мало чем отличаются, – издалека печально произнесла Марта, – можно и от голода сдохнуть в любом месте и от холода… да и просто прибить могут ни за что. Сейчас города уже не те…

– Тоже верно, – согласился я.

– Давайте я понесу? – предложил пленник.

– Серьёзно? – усмехнулся я, – мы сейчас пойдём в гости к Тритону, ты с нами?

Парень открыл рот и не нашёлся что ответить. Он, видимо, совсем выпустил из вида дальнейшее развитие событий. Все его мысли были сосредоточены вокруг того, чтобы быть нам полезным и прожить как можно дольше. Далеко вперёд он не заглядывал.

Алиса в это время наклонила голову сначала к одному плечу, потом к другому, потом выгнула спину, как будто что-то проверяя… и её грудь опять выскочила из-под прикрывавших её обрывков блузки. Но её это совершенно не заботило, она некоторое время как будто прислушивалась к своим ощущениям, потом повернулась ко мне и сказала:

– Алик, ну-ка, врежь мне ещё разок! Я так понимаю, мы сейчас полезем в какую-то жопу, неплохо бы иметь маны под завязку.

– Блин, Лиса, я не буду! Ты же знаешь, я этого терпеть не могу! У тебя достаточно маны, я тебя так зарядил, что надолго хватит!

– Алик, – Алиса серьёзно посмотрела мне в глаза, – я знаю эту твою рефлексию по поводу насилия к женщине, но послушай сейчас очень внимательно, что я скажу. Можешь сходить туда, где меня держали, соскрести со стен кишки тех, кто меня бил, чтобы лишить сил, и спросить у них нравится ли мне это. Вряд ли они тебе ответят, но я могу сделать это за них. Слушай внимательно: я убью любого, кто поднимет на меня руку, ты понял? Любого, кроме тебя! А знаешь почему?

– Знаю, – пожал я плечами.

– Ни хрена ты не знаешь! – жёстко сказала Алиса, – потому что ты путаешь форму и содержание. Это только выглядит так, что ты меня бьёшь. На деле от твоих ударов я не испытываю боли, а испытываю нечто другое… огромный прилив энергии и счастья… если хочешь, можешь назвать это оргазмом!

На слове «оргазм», Марта громко икнула.

Мы с Алисой резко повернулись к ней, и она съёжилась под нашими взглядами.

– Ты ведь понимаешь, о чём я говорю, да? – обрадовалась Алиса, – а ты, как заряжаешься, через боль? Или другим способом?

– Через боль? – подловил я её на слове, и мы тут же забыли про Марту, чему она была несказанно рада.

– Не цепляйся к словам, – махнула рукой Алиса, – да, в основе лежит боль… но мне не больно! Она сразу трансформируется в энергию и удовольствие! И пусть это выглядит как то, что ты меня бьёшь, на деле ты меня…

– Что? – не удержалась и ляпнула Марта, о чём тут же пожалела, потому что мы снова повернулись к ней.

– Нет, не то, о чём ты подумала, – сказала, улыбнувшись, Алиса, – хотя что-то в этом есть.

– Насколько я понимаю, это и есть классический мазохизм, – сказал я.

– Неправильно понимаешь, – терпеливо сказала Алиса, хотя было видно, что разговор ей уже начинает надоедать, – мазохисты получают удовольствие от боли и унижения, я не переношу по отношению к себе ни того ни другого. Я получаю удовольствие от врывающихся в меня лавиной потоков маны. А если, чтобы это случилось, нужно меня ударить… что ж, не мы придумали это. Так уж сложилось. И есть ещё один важный момент! – Алиса снова наклонилась ко мне.

– Какой же? – спросил я, понимая, что она ждёт этого вопроса.

– То, что ты этого терпеть не можешь! – сказала Алиса, – если бы тебе это нравилось, я бы, честно говоря, напряглась. А так у нас сложился отличный, на мой взгляд, симбиоз!

– Возможно, ты права во всём, – вздохнул я, – но когда ты мне говоришь: «ударь меня», я должен просто взять и врезать симпатичной девчонке ни с того, ни с сего. Ну, это же ненормально!

– А ты закрой глаза и представь на моём месте Марту! – искренне сказала Алиса.

– Эй! – возмутилась Марта.

– Да неважно, симпатичная или нет, – сказал я.

– Эй! – снова возмутилась Марта.

– Да вообще дело не в этом. Мне просто не хочется тебя бить, и всё! Каждый раз приходится переступать через себя, – сказал я.

– Ну не знаю, там, в камере, ты меня здорово отлупил, – лукаво на меня глядя, сказала Алиса.

– Там была производственная необходимость! – сказал я, – просто мне кажется, что должен быть какой-то другой способ.

– Кстати, – Алиса повернулась к Марте, – всё это большой секрет! Об этом никто не должен знать, хорошо? – последнюю фразу она сказала с нажимом, и интонация подразумевала кару за невыполнение просьбы.

– Не волнуйся, – не стушевалась Марта, – мы в одной лодке, – сказала она, и её взгляд скользнул куда-то за наши спины.

Мы с Алисой медленно повернулись, уже понимая, на что посмотрела Марта.

Сидевший на некотором отдалении пленник очень внимательно и увлечённо слушал наш разговор, узнав для себя много нового. Теперь-то он понял, как обессиленная фурия вырвалась на свободу и смогла справиться со всей их командой. Он не учёл лишь то, что это знание может быть для него смертельно опасным.

Я не успел даже заметить, когда Алиса успела создать алый шар плазмы. Видел только его стремительный полёт в голову этого бедолаги. Тот рухнул замертво с обожжённым лицом, и воздух наполнился тошнотворным запахом горелой плоти.

– Алиса, да чтоб тебя! – возмущённо всплеснул я руками, – зачем?

– Он слишком много знал, – многозначительно ответила она.

– Я знал, что ты его в живых не оставишь, – продолжал я возмущаться, – да мне, честно говоря, и плевать! Я его защищать не собирался. Но он был нам ещё нужен! А вдруг мы сейчас не сможем найти ключ от выхода? Сначала ты убила охранника, теперь его, у нас вообще не осталось больше тех, кого можно было бы допросить и узнать нужную нам информацию.

– Ну, прости, – неожиданно виноватым голосом сказала Алиса, я такой интонации от неё никогда и не слышал, – погорячилась немного… ну, накажи меня! Ударь! – она просительно посмотрела на меня, но в уголках глаз плясали лукавые искорки.

– Да ну тебя, – махнул я раздражённо рукой.

– Я могу ударить, если надо… – робко подала голос Марта.

Алиса резко повернулась к ней.

– Ты помнишь, что я сделаю с тем, кто меня ударит? – членораздельно произнесла она.

– А Марта права, – сказал я, – ты просто хотела получить поощрение под видом наказания, а это хитрость. Если ты, правда, чувствуешь свою вину, то должна позволить ей себя ударить и дать при этом гарантии безопасности.

– Хрена! – резко бросила Алиса и откинулась на спинку стула, – я просто шутила. Но если вздумаешь меня ударить, вспоминай о том, что я говорила! – добавила она, снова повернувшись к Марте.

– Да я тоже пошутила, – сказала Марта, – я же не самоубийца! Больно мне надо рисковать жизнью, непонятно ради чего!

– Ладно, пойдёмте искать ключ, – вздохнул я, – девочки, как же с вами тяжело!

– А со мной-то чего тяжело? – удивилась Марта, – я-то тут при чём?

– Я не говорил, что тяжело с тобой, я сказал, что тяжело с вами! – разъяснил я, но судя по их взглядам, они ни черта не поняли.

Комната охраны оказалась довольно маленькой и вонючей. Видимо, те, кто дежурил, сидели здесь безвылазно очень подолгу, и воздух был пропитан потом и другими запахами жизнедеятельности. Разве что гадить они ходили в другое место, а в остальном всё делали здесь, причём, скорее всего, почти не мылись.

– Я не буду здесь ничего искать, – брезгливо сказала Алиса и тут же вышла.

– Эй! Ничего искать бы не пришлось, если бы ты всех не перебила, помнишь? – крикнул я ей вслед, хоть и понимал, что это бесполезно.

– Да пусть идёт, – сказала Марта, – без неё быстрее управимся. Не жалеешь, что мы её вытащили?

– С чего бы? – удивился я, – если ты думаешь, что я не знал, какой у неё характер, то ошибаешься. Очень хорошо знал. Но дело ведь не в этом. К тому же она просто фурия. Это накладывает свой отпечаток. Видела, какого цвета у неё энергия?

– Демоническая? – предположила Марта.

– Ну, можно и так сказать. Демоны тут, конечно, ни при чём, но магическая энергия различается по видам, и алая самая агрессивная и плохо управляемая. Алиса ещё молодец, ты просто других с такой энергией не видела, – сказал я.

– Да уж, молодец! – скептически сказала Марта.

– С другой стороны, можно общаться только с беззубыми трусливыми неудачниками, – сказал я, – от них вреда никакого не будет. Но не стоит рассчитывать, что и толк от них будет хоть какой-нибудь. Или что они придут тебе на помощь, если ты будешь в беде.

– А Алиса придёт на помощь, если ты будешь в беде? – с сомнением спросила Марта.

– Не знаю, – пожал я плечами, – это не так работает. Это же не сделка и не торг. Я полез сюда, потому что считал это правильным. Это моё дело. Что она будет считать в подобной ситуации, я понятия не имею. Тут дело вот в чём: если хочешь стать сильнее, общайся с сильными. Слабые тебя сильнее не сделают. Хотя иногда общаться с сильными может быть и опасно. А мир таков, что в нём жизненно необходимо быть сильным, и постоянно становиться всё сильнее и сильнее. Лёжа на печи, в окружении слабаков ничего не добьёшься. Это путь к гибели.

– А ты чего хочешь добиться? – спросила Марта.

– Естественно, я тебе не скажу, – усмехнулся я, – тем более что цель у меня не одна, а их множество. Но ни одну из них я не достигну, если буду слабаком.

– Сложно всё это, – хмыкнула Марта, – и для меня не очень убедительно.

– Да? – я хитро на неё взглянул, – а как ты себя рядом со мной чувствуешь?

Она повернулась и взглянула мне в глаза, некоторое время мы молчали, а потом она сказала:

– Ладно, я поняла. Мне с тобой очень комфортно, потому что я чувствую силу и защиту. И это не потому, что ты какой-то непобедимый или неуязвимый, а потому что я могу тебе доверять. Ну, по крайней мере, мне так кажется. И если твои слова примерять ко мне, то да, ты прав, мне рядом с сильным лучше, чем было раньше. Но тебе-то что от этого за выгода? Тут ты сам себе противоречишь, связавшись со слабачкой.

– А с чего ты взяла, что ты слабая? – удивился я.

– А что, сильная, что ли? – удивилась Марта.

– Слабаки не прыгают в толпу врагов, защищая человека, которого они знают первый день, – сказал я.

– Это другое, – махнула рукой Марта, – у тебя перстень!

– Можешь придумывать какие угодно оправдания, но ты кто угодно, только не слабачка, – сказал я, – так что, не нужно на себя наговаривать.

Марта больше не знала, что ответить, и была заметно смущена.

– Может быть здесь? – указала она на железный резной ящик на стене.

– Глянь, – пожал я плечами, приняв её попытку сменить тему разговора.

Она распахнула дверцы ящика в разные стороны. Внутри был ключ. Но сказать просто «ключ», было как-то слишком просто для этого предмета. Это был «КЛЮЧ!».

– Мне почему-то вспомнилась сказка про Буратино, – сказала Марта, разглядывая это кованое чудо.

– Не удивлюсь, если те, кто его ковал, вдохновлялись именно «Золотым ключиком», – сказал я.

Ключ был золотого цвета, почти пол метра длинной, и действительно очень походил на ключик из фильма.

Как оказалось, и весил он немало. Навскидку килограмм семь, если не больше. Когда мы вышли из комнаты охраны, держа ключ в руках, Алиса сначала вытаращила на нас глаза, а потом расхохоталась.

– Вы что, серьёзно? Да это же прикол! Вы им ничего не откроете! Это же сувенир просто… или украшение для интерьера! – заливалась она.

– Ты же была в комнате охраны, – сказал я, – думаешь, у кого-то возникло желание там что-то украшать? Для начала там было бы неплохо пыль вытереть и полы вымыть, а не золотые ключи ковать для украшения.

– Ну, тоже верно, – вдруг резко перестала смеяться Алиса, – только что же за замок это должен быть, чтобы он открывался таким ключом?

– Надо его найти, тогда и узнаем. Нам бы не пришлось его искать… – начал я.

– Если бы я не убила человека, который мог нам всё рассказать, – нарочито нудным голосом сказала Алиса, – ну хватит уже, сколько можно?

Я не упустил возможности немного потроллить Алису, хотя и знал примерно, где находится нужная нам дверь. Ведь парень по пути сюда указал направление. К тому же мы знали, что это рядом с охраной.

Так, оно и оказалось. Дверь была прямо за поворотом. И перепутать её ни с какой другой дверью было нельзя. Она была абсолютно под стать ключу.

Часть стены с дверью была сложена из больших валунов с закруглёнными краями и производила впечатление куска древнего замка. В ней была выложена большая арка, которая была закрыта толстыми потемневшими от времени деревянными брусками, стянутыми железными кованными лентами.

Сама дверь была тоже из толстого потемневшего бруса, вся обитая кованым железом. Огромны петли, огромное кольцо, служащее дверной ручкой, и замочная скважина, аккурат размером с наш ключ.

– Как в сказке, – с лёгкой мечтательностью в голосе сказала Марта.

– Только вот за дверью нас, скорее всего, ждёт не сундук с сокровищами, а Ктулху, – обрубил я её мечтательность?

– Кто нас там ждёт? – не поняла Алиса.

– Чудовище, – сказал я ей упрощённый вариант.

– Ладно, – бодро сказала Алиса, – раз вы взяли на себя наисложнейшую миссию искать ключ в вонючей комнате, то я, так и быть, пойду первой к вашей Ктулхе.

– Ктулху, – поправил я её, – к нашему Ктулху.

– Да какая на хрен разница? – слегка раздражённо оттого, что её поправляют, сказала Алиса, – давай ключ! – и она требовательно протянула руку.

Я отдал ей ключ. Она его взяла, но тут же бросила за пол.

– Ни хрена себе! – потрясённо сказала она.

– Мне это что-то напоминает! – сказал я и взглянул на Марту. Мы встретились глазами, и я видел, что первая мысль, которая пришла ей в голову, это про перстень. У неё была точно такая же реакция, когда она взяла его в руку.

– Больно? – спросил я.

– Не то чтобы прям больно… скорее как-то невыносимо! – сказала Алиса, до сих пор не полностью придя в себя, – я просто не могу его держать, и всё. И нет такой силы, которая меня заставит это сделать. Я пыталась его не бросить, из принципа пыталась… но не смогла! Не хочется такое признавать, но это даже страшно!

– Что именно? – спросил я?

– То, что кто-то может наложить такое заклятие, которое так на меня действует. Ведь это же можно сделать не только с ключом… это заставляет чувствовать себя беззащитной, потому что можно ожидать такой магии в любой момент! – сказала Алиса, и по ней было видно, что она, в самом деле, потрясена.

– Зато мы теперь знаем, почему ключ так легко заполучить, – сказала Марта, – потому что фурии всё равно не могут им воспользоваться! Что ж, придётся мне первой идти в лапы Ктулху, – Марта демонстративно подняла ключ и направилась к двери.

4. Тритон

– А у Ктулху есть лапы? – задумчиво спросил я у Алисы.

– Чего? – не поняла та, – я вообще не понимаю, о чём вы говорите! Меня волнует этот грёбаный ключ, который я не могу взять в руки!

Тем временем Марта подошла к двери и вставила ключ в замок. Он вошёл туда мягко и встал точно на место. Марта повернулась ко мне, и я одобрительно кивнул. Она провернула ключ в замочной скважине, сделав полный оборот. Потом ещё один. И только после второго внутри что-то щёлкнуло? и дверь слегка приоткрылась.

– Сработало! – почему-то удивлённо сказала Марта, как будто до последнего не верила, что всё получится.

– Можешь принимать удар на себя, – сказал я Алисе, – теперь ключ уже можно в руки не брать.

– А вдруг дверь тоже заколдована? – сказала Алиса.

– Ладно, дольше спорить будем, – сказал я и, подойдя к этой, в чём-то даже сказочной двери, взялся за кольцо.

Я потянул на себя, и дверь очень легко поддалась, без единого скрипа. Несмотря на антикварный вид, работала она отлично, как и замок. Всё это наводило на мысль, что этот антураж преследует скорее эстетические цели, чем практические.

За дверью оказалась ведущая вниз лестница. Она была в том же стиле, что и вход. Большие камни с закруглёнными гранями лежали на полу, из них были сделаны ступени, стены и даже потолок. Единственное, что нарушало аутентичность этого места, так это электрические светильники под потолком, идущие через каждые несколько метров.

Свет они давали неяркий, возможно чтобы поддерживать эту мрачноватую замковую атмосферу.

Лестница уходила вниз спиралью, но не крутой, а очень плавной, с большим радиусом. Идти было вполне комфортно.

Алиса, когда проходила мимо двери, осторожно к ней прикоснулась, потрогала кольцо, провела рукой по металлическим элементам обшивки… ничего не произошло. Тогда она аккуратно прикоснулась к торчащему из двери ключу, подержала на нём руку и через несколько секунд отдёрнула, матерно выругавшись.

– Может, ключ с собой взять? – предложила Марта.

– Сомневаюсь, что мы пойдём обратно этим же путём. Не знаю, как мы будем выбираться, но я почти на сто процентов уверен, что не здесь, – сказал я.

Мы сделали несколько шагов вниз по лестнице, когда Марта не выдержала и быстро вернулась к двери. Она вытащила ключ и засунула его себе за пояс.

– Не, ну а вдруг? – пожала она плечами, в ответ на мой немой вопрос.

– Хочешь, таскай, – сказал я и зашагал вниз.

Спуск был ровным и однообразным. Нам не попадалось вообще ничего. Только стены, ступеньки и светильники под потолком.

– Как ты думаешь, – догнав меня, негромко заговорила Марта, – а вот этот эффект с ключом для фурии, может быть тем же самым заклинанием, что и на моём перстне?

– Понятия не имею, – сказал я.

– Просто если это, то же самое, то тогда проще будет искать способ его снять, если мы имеем два предмета с одинаковыми свойствами, разве нет? – с надеждой спросила Марта.

– Так вот зачем ты его потащила с собой, – усмехнулся я.

– Не только… – сказала Марта, – хотя, честно говоря, я и сама не знаю. Просто, посчитала, что нужно его взять. Не смогла вот так взять и бросить его там.

– Вообще правильно. Я тоже всякие намагиченные вещи собираю. Их всегда можно на что-то обменять, даже если они тебе самому не нужны. Но просто ключ имеет определённое предназначение, не думаю, что он может быть полезен где-то в другом месте, – сказал я, – да и тяжёлый слишком, таскать его с собой.

– То есть если бы ты не знал его предназначение, то мог бы взять, потому что это артефакт. Но поскольку его назначение тебе известно, то брать его не стоит, потому что ты считаешь его бесполезным? Мне кажется, в этой логике есть какой-то изъян, – размышляя о моих словах, сказала Марта.

– Отчасти ты права, – согласился я, – но всегда есть нюансы. Если ты не знаешь предназначения вещи, у неё есть потенциал. Если ты знаешь предназначение и оно бестолковое… ну, для тебя бестолковое, значит, у вещи потенциала нет. Она тебя уже ничем не удивит. И можно было бы на это плюнуть и взять её с собой, в надежде кому-нибудь впарить… но тут вступает в дело ещё одна её особенность – вес!

– Ясно! – слегка разочарованно сказала Марта.

– К тому же… – начал я после паузы.

– Что? – оживилась Марта.

– Эта вещь не выглядит намагиченной, – сказал я, – она, вне всяких сомнений, заколдована, но внешне по ней этого не скажешь. А это значит, что и продавать её будет очень сложно. В общем, с точки зрения коммерции это очень сомнительный вариант.

– А с точки зрения моих интересов? – спросила Марта.

– Здесь непонятно, – честно сказал я, – может быть и так и так. У меня ответа на этот вопрос нет.

– А вдруг он, в самом деле, золотой? Мне кажется, что если бы он был железный, то должен был бы быть легче! – сказала Марта.

– Сомневаюсь, – сказал я, – но даже если это и так, то бывают моменты, когда банка с тушёнкой гораздо ценнее такого же по размерам куска золота. Это, конечно, просто аналогия, но суть именно в этом. Нам сейчас не до золота, хотя его и можно продать. Еда, это ресурс, который нам может оказаться жизненно необходим. Золото же, это способ заработать… а мы сейчас не в той ситуации, чтобы зарабатывать. У нас сейчас на повестке дня стоит выживание.

– Но свои намагиченные вещи ты с собой таскаешь! – поддела меня Марта.

– Потому что они ничего не весят, – пожал я плечами, – я же уже сказал, если бы ключ был маленьким, я бы сам первый его в карман засунул.

– А я потаскаю, – упрямо сказала Марта.

– Но если вдруг будет ситуация, когда он будет тебе мешать, бросай его без сожалений, – сказал я, – жизнь дороже!

– Да это понятно! – Марта даже немного обиделась на такое элементарное нравоучение.

– Может, хватит болтать? – сказала нам сзади Алиса, – мы не на прогулке здесь! Сосредоточьтесь немного!

– Она права! – подмигнул я Марте, прикладывая палец к губам.

Спуск показался нам удивительно долгим. Если вспомнить, насколько глубоко мы спустились до этого, то становилось вообще не по себе. Наверх, конечно, ходит лифт, это мы видели… но можно ли будет им воспользоваться, это большой вопрос.

После очередного изгиба неожиданно ступеньки закончились, и мы оказались в прямом коридоре, в конце которого виднелся более яркий свет. Мы с девочками переглянулись и мягко ступая, пошли дальше.

Когда коридор закончился, мы оказались на чём-то вроде каменного крыльца. По бокам были каменные же перила, а впереди небольшая лестница, спускающаяся на пол большого зала.

Да, антураж оставался прежним, мы как будто оказались в старинном замке. Ощущение дополняли висящие по стенам доспехи и холодное оружие. Очень большая коллекция. Освещалось всё это факелами, в которые, портя всю картину, были вставлены электрические лампочки.

Ещё в общий антураж не вписывались двери лифтов, справа и слева от нашего крыльца. Видимо, все оказывающиеся на этом уровне, попадали именно в этот зал. Именно здесь местный хозяин принимал посетителей.

Кстати, о хозяине – он тоже был здесь. Восседал на огромном каменном троне в противоположном конце зала. Сам трон находился на большом постаменте, на который вели чёрные каменные ступени. Между нами и троном, в самом центре зала на полу было изображение солнца, выполненное из железа. Похоже, Тритону нравилась эта средневековая эстетика, и он приложил немало усилий, чтобы обставить здесь всё именно таким образом.

По бокам от трона стояли две девушки, в чёрных обтягивающих их с головы до шеи комбинезонах. Волосы у них тоже были чёрные и длинные. Я подумал, что это, скорее всего, фурии, те, которых удалось приручить. И я помнил, что по словам местного парня, их должно быть здесь гораздо больше… но, возможно, он просто не вытаскивает на свет божий весь свой арсенал. Двоих охранниц, по его мнению, вполне достаточно.

Ну и, конечно, сам Тритон. Я представлял себе почему-то могучего мускулистого мужика, а он оказался маленьким, плешивеньким, в очках… хотя восседал на троне в золотом узорчатом халате… или чём-то подобном.

– Ну, наконец-то! – провозгласил Тритон, дав нам немного оглядеться, – а то мы вас уже заждались! Вы чего так долго?

Мы с девочками переглянулись, поворот был немного неожиданный. Да и голос у Тритона не вполне соответствовал его внешнему виду. Он был низкий глубокий и заполнял собой всё пространство. Точнее, голос, в отличие от внешнего вида, совпал с моими ожиданиями. Хотя, почему я решил, что Тритон именно такой?

Сила уже давно не определяется физическими данными. Даже раньше большую роль играли оружие или просто власть и деньги. Одной силой многого было не наворотить. А теперь так уж и подавно! За заурядной неброской внешностью вполне может скрываться мощный маг, и ты не узнаешь этого, пока он себя не проявит. Догадываться можешь, но знать наверняка – нет. Тем более, если маг сам не хочет, чтобы ты знал.

Правда, вот, такие маги обычно по улицам не гуляют в одиночестве. Они, навроде Тритона, создают себе уютное местечко с прислугой и охраной и делегируют им все вопросы, в том числе и свою безопасность. Если дело не касается чего-то из ряда вон выходящего, естественно.

У Тритона размах был очень большой. Когда мы лезли под землю, то даже предположить себе этого не могли.

– А откуда ты знал, что мы придём? – с вызовом спросила Алиса.

– Деточка, – рассмеялся Тритон, – если бы я не мог узнавать о таких элементарных вещах, я не был бы тем, кем являюсь! А раз именно я занимаю это место, значит, кое-что мне подвластно.

– Да, место что надо! – сказал я.

Акустика в зале была изумительная, звук разносился легко и свободно, так что не нужно было надрываться, чтобы докричаться до противоположного конца.

– Непокорная фурия сама пришла ко мне! – торжественно произнёс Тритон, – а мы уже собирались тебя списать в утиль… но, как знать, может быть ещё не всё потеряно! Возможно, мы сумеем всё-таки договориться.

– Это вряд ли! – жёстко сказала Алиса, – я уже слышала все аргументы, и они мне не понравились.

– Нет, это было всё не то! Может статься, что я предложу тебе работу, но не такую, как у этих моих красоток, – и он развёл руки в стороны, показывая на замерших по сторонам фурий, – ты достойна большего, и я могу предложить тебе контракт. Тебя не будут ломать и держать взаперти. Ты будешь принадлежать сама себе, но работать на меня! Времена сейчас тяжёлые, всем нужна крыша… – Тритон как будто споткнулся и уставился потрясённо на меня. Пауза длилась некоторое время, а потом он вскочил на ноги и заговорил гораздо более возбуждённо, – ты шаман? Молодой человек, ты шаман, я же не ошибся? Да нет, как я мог ошибиться! Какой прекрасный день! Как удачно всё складывается! Как хорошо, что вы проникли на мою базу, перебили этот бестолковый сброд и решили навестить мою скромную обитель… это же просто великолепно!

На слове «скромную», Марта не сдержалась и хохотнула.

– С ним точно всё в порядке? – повернув ко мне голову, сказала Алиса, – а то он производит впечатление спятившего… и я даже не знаю, хорошо это или плохо.

– Думаю, скоро мы всё узнаем, – ответил я, – на нас сразу не набросились, не стали пытаться нас убить, и то хорошо.

– Иногда это хуже, – вздохнула Алиса, – когда мягко стелют, зачастую потом очень жёстко спать.

– Спать мы вряд ли будем, – сказал я, – но вот почему-то в том, что кончится всё жёстко, я ни капли не сомневаюсь.

Тритон, некоторое время пока мы перешёптывались, стоял, прижав руки ко рту и, видимо, напряжённо что-то обдумывал. Придя к какому-то решению, он вскинул руки вверх и заговорил.

– Друзья мои, как я сказал, сегодня великолепный день! Сегодня перед всеми нами открываются новые возможности. Я подумал и решил играть с вами в открытую. Я готов вскрыть все карты, поговорить откровенно и сделать вам предложение, от которого вы не сможете отказаться! – торжественно произнёс он.

– Почему не сможем? – тут же решил уточнить я.

– Потому что такими предложениями не разбрасываются, – сказал Тритон и, опустив руки, продолжил говорить уже без излишнего пафоса, более по-человечески, – я «визор», – сказал он и сделал паузу, ожидая нашей реакции, – вы знаете, кто такие визоры? – спросил он не дождавшись.

– Знаем, – сказал я, – это такие маги, которые могут видеть чужой дар и чужие способности.

– Верно! – улыбнулся Тритон, – отчасти в этом и есть секрет моего успеха. Я вижу, на что способны другие люди, и знаю, как их использовать… ну, точнее, что им предложить на взаимовыгодных условиях. У любого дара есть потенциал, который может раскрыться только в совокупности с определёнными чертами характера. Вот я хороший организатор, говорю это без ложной скромности. А организатор, который видит потенциал других людей, имеет колоду козырей на руках! Многие визоры не знают, как использовать свой дар, они живут себе, думая, что им не повезло и досталась какая-то ерунда… дураки! Дар великолепный!

– И что из этого следует? – задал я резонный вопрос.

– А то, что, имея в своей команде шамана, я смогу достичь гораздо большего… МЫ сможем достичь гораздо большего! Я не предлагаю тебе работать на меня, я предлагаю тебе партнёрство! Это очень щедрое предложение! Мы можем работать сообща, вместе, рука об руку! Если бы я это предлагал тебе, не имея ничего за душой, то ты, конечно, мог бы сомневаться в перспективности этого начинания. Но я уже многое сделал сам и предлагаю тебе войти в управление уже готовой структурой. И всё это только начало, – Тритон, чем дальше, тем больше вдохновлялся, – у нас очень большие планы! И с тобой их осуществление приблизится очень существенно!

– А про меня ты, визор, так ничего и не сказал! – вставила вдруг Марта, сбив весь его настрой.

Было видно, что Тритону это не понравилось, но за секунду он взял себя в руки и решил не портить момент, а проявить терпение и снисходительность. Поэтому он некоторое время разглядывал Марту, слегка прищурившись и как будто сомневаясь. Открыл было рот, чтобы сказать что-то, но потом передумал и, склонив голову набок ещё некоторое время, изучал эту щуплую женщину.

– Странно, – пробормотал Тритон, – очень странно! Я не могу понять… – он как будто даже слегка увлёкся, пытаясь разгадать, что за дар или способности есть у Марты.

– А ты крепкий орешек, – усмехнулся я, – даже могучий визор не может понять, что у тебя за дар!

– А может быть, никакого дара и нет? – пожала плечами Марта.

– Есть! – вскинул руку вверх Тритон, который, как оказалось, слышал всё, что мы говорим, – если бы не было, я бы это сразу увидел. Это самое лёгкое, понять есть дар или нет. Но твой как будто скрыт, спрятан, замаскирован… никак не могу понять, что это…

И я, и Алиса тоже повернулись к Марте и стали её пристально разглядывать. Надо сказать, Тритон меня даже заинтриговал. Что же у Марты за дар такой секретный?

Вообще-то, у меня была гипотеза, в чём именно тут дело, но я не хотел помогать Тритону разобраться. Может быть, он предложит другую версию. Может быть, на самом деле поймёт, что с Мартой не так.

Моё мнение было таким: Тритон не мог разглядеть её дар, потому что она была во власти перстня. Здесь как бы внешняя магия, наложенное на неё проклятье, скрывало её суть. Но и внешнее заклятье Тритон никак не мог идентифицировать, скорее всего, потому, что не в этом была его способность. Он мог видеть только природный дар, а не наложенные чары. Которые блокировали для него внутренние способности. Вот такой вот замкнутый круг.

– Она как-то связана с тобой! – вдруг сказал Тритон, ткнув в меня пальцем.

– Я так и знала, что это твоя баба! – всплеснула руками Алиса, – и зачем было отпираться?

Мы с Мартой одновременно к ней повернулись и осуждающе посмотрели.

– А что? Вон, даже чужие люди об этом говорят, – она махнула рукой на Тритона, – а от меня вы почему-то это скрываете…

– Нет, нет, нет, – замахал рукой Тритон, – дело здесь совершенно в другом… эта связь магическая… но я никак не могу понять её природу… – Тритон свесил голову, похоже, отчаявшись понять дар Марты.

– Ну вот, – расстроилась та, – а я уже думала узнать что-то новенькое про себя…

– Мы узнаем! – тут же встрепенулся Тритон, – мы обязательно узнаем! Вы очень интересная команда! Шаман, невероятно сильная фурия, загадочная, неподвластная моему дару женщина… мы все можем работать вместе, как друзья, как свободные люди! – торжественно провозгласил он.

– Ну, раз мы свободные люди, – сказал я осторожно, – тогда, можно мы отсюда просто уйдём?

– Нет! – резко рявкнул Тритон, и звук эхом отразился от сводов, а между его зубами мелькнул раздвоенный язык рептилии.

5. Вечер перестаёт быть томным

– Ну вот, а говоришь свободными людьми, – философски заметил я.

Ситуация принимала странный оборот. Я заранее пытался предугадать, что нас ждёт, но такой вариант мне в голову не приходил. Нас пытались завербовать, но выбора особого не предоставляли. Присоединяйтесь по-хорошему, или огребёте по-плохому. Если держать в уме пару десятков фурий, которые должны были находиться где-то неподалёку, то огрести по плохому у нас все шансы были.

– Будете свободными, если присоединитесь, – прошипел Тритон.

– У тебя не возникает никакого когнитивного диссонанса, когда ты это говоришь? Просто твоё предложение отрицает свободу выбора как таковую! – сказал я.

– Я могу терпеть и договариваться, но лучше меня из себя не выводить! – снова прошипел Тритон.

Сущность рептилии рвалась из него наружу. Слово «рептилоид» заиграло для меня новыми красками. Да, я слышал теории про якобы живущую среди людей другую расу. Но все байки умерли после магопокалипсиса, а теперь вот, имели шанс на новое возрождение.

Магия всех меняла. Иногда просто до неузнаваемости. Многие существа, появившиеся на земле, когда-то были людьми. И почти всегда, мутация свидетельствовала о том, что с человеком что-то не так. Есть у него какая-то патология. Если Тритон постепенно начинал обретать черты рептилии, значит, его глубинная сущность была не до конца человеческой. А иметь дело с такими я, честно говоря, опасался.

Даже если бы он не имел этих признаков мутации, я бы вряд ли согласился на его предложение, но теперь, когда он не удержался и вскрылся, наше сотрудничество было исключено. Были и другие факторы, которые я решил озвучить.

– Мы были наверху в цехе для расчленёнки. Гуманизмом ты не страдаешь, – сказал я, – да и с фуриями ты обращаешься очень жестоко! Это то, что на поверхности. Если копнуть, то, скорее всего, мы найдём и другие скелеты в твоём шкафу.

– Кто позволит тебе копать? – вдруг удивительно спокойно и даже иронично сказал Тритон и ловко сбежал вниз по лестнице. Девочки, охраняющие его, не отставали ни на шаг больше чем нужно. Они держались не более чем в полуметре за его плечами, – давайте попробуем ещё раз. Возможно, я слишком разволновался от такой неожиданно приятной встречи и слишком уж поторопил события, не введя вас как следует, в курс дела.

Я посмотрел на Алису с Мартой, а те, в ответ на мой взгляд, синхронно пожали плечами.

– Ну, попробуй! – сказал я и тоже двинулся вниз по ступенькам.

Мы встали по краям железного солнца на полу. Девочки встали за моими плечами точь-в-точь как охраняющие Тритона фурии. Уж не знаю, специально они это сделали или неосознанно скопировали мизансцену, но картинка получилась абсолютно симметричная.

У меня не было задачи обострять ситуацию, в то же время, садиться себе на шею позволять было нельзя. Я ещё не понимал, как нам из всего этого выбираться, и лишние разговоры были только на руку. Они давали, во-первых, время, а во-вторых, информацию, которую, так или иначе, Тритон нам выкладывал. А информация лишней не бывает. Так что выслушать то, что он скажет, было вполне в наших интересах.

– Итак! – начал Тритон, поставив руки перед собой, соединив их только кончиками пальцев, – я не знаю, как вы видите мир, но он сложнее, чем кажется… многократно сложнее.

– Это абстракция, – сказал я, – ты не знаешь, как мы видим, мы не знаем, как ты видишь. Нужна конкретика.

– Хорошо, – с готовностью сказал Тритон. Я вдруг очень явно почувствовал его острое желание меня заполучить. Он не со всеми так вот разговаривает, пытаясь убедить. Скорее всего, обычно он действует гораздо жёстче. Но я ему очень нужен, и он готов терпеливо меня уговаривать так, как, возможно, никого ещё не уговаривал. Что ж, нужно этим воспользоваться! – я начну издалека, но только для того, чтобы картинка для вас была полной, иначе будет сложно понять весь драматизм ситуации! – начал он, и тон был такой, как будто он в самом деле собирается рассказывать какую-то очень длинную историю.

– С удовольствием послушаем! – сказал я. Марта за моим плечом разочарованно вздохнула, но я проигнорировал её настрой. Видимо, она не понимала, что это в наших интересах.

– Когда случился магопокалипсис, – сказал Тритон, – всё рухнуло не сразу, это был процесс. Я думаю, что все вы его хорошо помните. События начали раскручиваться постепенно, но ускорялись с каждым месяцем, пока, наконец, наша цивилизация не потерпела окончательный крах… так думают почти все, но на самом деле это не так!

– А как? – не удержалась от вопроса Марта.

– Рухнула не цивилизация, а её технологическая составляющая. Люди и их накопленный культурный опыт сохранились, – говорил Тритон, – да, если всё будет деградировать и дальше и потом застрянет где-нибудь внизу, есть шанс всё это растерять… но этого не случится.

– Почему? – опять вставила Марта, которую, видимо, начинал увлекать рассказ Тритона.

– Потому что рухнула, как я и сказал, только технологическая составляющая. Но на её месте образовалась не пустота! Ей на смену пришла магия. А знаете, почему приход магии убил все достижения цивилизации и научно-технический прогресс? Чем он помешал? Почему он не мог сохраниться? – спросил Тритон.

– Почему? – спросила Марта. Постепенно и взгляд Тритона всё чаще и чаще останавливался на ней, как будто они общались вдвоём. Это было неплохо, я предпочитал остаться за скобками в ситуации и наблюдать.

– Не почему! – сказал Тритон, и, не дав Марте вставить очередной вопрос, быстро продолжил, – научные технологии ничем не мешают магии, и крах потерпели вовсе не они! – провозгласил Тритон с видом, как будто ему удалось нас подловить.

– А что же тогда? – всё-таки вставила Марта.

– Крах потерпели элиты, которые этот научно-технический прогресс контролировали, а вместе с ним и все государства, да и всю планету в целом. Вдруг неожиданно оказалось, что они больше ничего не контролируют. Что власть утекает у них сквозь пальцы и у них совершенно нет инструментов, чтобы этому помешать. Говоря проще, пока они вели шахматную партию, у них всё получалось. Но потом напротив них уселся бейсболист. Он перевернул доску, рассыпав все фигуры, и начал охаживать их бейсбольной битой. В общем, всё пошло не по плану, появились новые игроки и новые правила. Это и привело к краху привычного нам мира! – торжественно закончил Тритон.

– Любопытно, – сказал я, – никогда не смотрел на ситуацию в таком ключе. И что это значит в нашем случае? Для нас-то это, какое имеет значение?

– Хороший вопрос, но ответ на него прямо вытекает из того, что я сказал, – самодовольно улыбнулся Тритон, – если одни управляющие элиты ушли, то на их место должны прийти другие. Свято место пусто не бывает! Должны прийти те, кто сможет управлять процессами в новых условиях. Мы живём в век больших возможностей. Сейчас что-то вроде эпохи накопления капитала… слышали такой термин? – я и Марта кивнули, Алиса нет, – только в наше время копятся не деньги, а возможности. Люди, магические ресурсы… да много чего!

– И ты как раз сейчас активно этим занимаешься! – озвучил я очевидный вывод.

– Да, но не только я! – сказал Тритон, – многие этим занимаются. Это большая игра, большая конкуренция! Сейчас все копят силы, и большие игроки только изредка сталкиваются, чтобы прощупать возможности друг друга. Это происходит повсюду, не только в Москве. Во всех городах, во всех странах, на всех континентах. Потом начнутся уже более активные стычки, перерастающие в локальные войны. Слабые будут исчезать и поглощаться сильными, будет происходить укрупнение игроков или, говоря по научному, консолидация… знакомо вам это слово? – снова мы с Мартой кивнули, а Алиса нет.

– И что потом? – спросила Марта.

– Что потом, гадать особо не нужно, – пожал плечами Тритон, – можно просто оглянуться на историю человечества. Укрупнившиеся группировки будут создавать большие поселения, города, княжества, если хотите! Будут воевать друг с другом и укрупняться… или консолидироваться дальше. Со временем возникнут новые страны… возможно, возродятся частично старые, и структура мира вновь станет похожа на ту, что была раньше. Только вот рулить всем будут уже совершенно другие люди.

– Маги, – кивнул я.

– Не в этом суть, – сказал Тритон, – да, это будут маги, но смысл в том, что магопокалипсис запустил глобальную смену элит в человечестве, и эта смена элит приводит к перезагрузке всей цивилизации. И сейчас шанс попасть в ряды этой элиты высок как никогда! Раньше для нас с вами эти двери были наглухо заперты, а сейчас мы можем войти туда с гордо поднятой головой!

– Если не сдохнем по дороге! – резюмировал я.

– Для этого и нужно быть умнее и сильнее всех остальных. Если встретится кто-то более сильный, а это возможно, то с ним нужно создавать коалицию и мочить остальных! Так победим! – сказал Тритон, – и в этот раз путь консолидации и образования новых государств пройдёт значительно быстрее, думаю, это займёт несколько десятков лет. Ведь дорожка-то уже проторена, нужно будет только всё повторить. Второй раз что-то делать всегда быстрее!

– Да, создавать новое общество с новыми элитами, идея привлекательная… и даже, можно сказать, воодушевляющая! – сказал я, – только вот чем новые элиты будут лучше старых? Получается, что у нас есть шанс построить новое, более справедливое общество. Но, судя по тому, что мы видели уровнем выше, расчленёнка и пытки вряд ли элементы этого самого общества. Так что, возможно, ты не совсем на правильном пути!

– А кто здесь говорил про справедливость? – удивлённо вытаращил на меня глаза Тритон, – плевать на неё! Дело в том, что формирование новых элит процесс объективный, и он уже начался. Хотим мы этого или нет; нравится нам это или нет, всё равно это произойдёт. Вопрос только в том, будем мы игроками или фигурами на доске. А может, даже не на доске, а на полу, где ноги о нас будут вытирать… меня такой расклад не устраивает. Я решил быть игроком. И ты, шаман, можешь быть игроком! Мы можем быть партнёрами!

– Видишь, Алик, не халявщик, а партнёр! – иронично сказала Марта.

– Что? – не понял я, что она имеет в виду.

– Молодёжь, – вздохнула Марта, – неважно, забудь!

– Тебя зовут Алик? – ухватился за её слова Тритон, – послушай, Алик, я прямым текстом тебе говорю, что ты очень важен для меня. Твой дар, это большая ценность… вот скажи, тебе приходится его скрывать, чтобы каждый встречный и поперечный не пытался тобой воспользоваться?

– Относительно, – неохотно согласился я, вспомнив про профессора манпира и подумав, что на самом деле скрывать стоило бы и получше, а то уже случались неприятности из-за этого.

– И это только начало, – значительно сказал Тритон, – некоторые группировки охотятся на шаманов! Специально ловят, чтобы использовать как батарейки для своих боевых магов!

– Но ты-то не такой! – усмехнулся я, взглянув на фурий, стоящих у него по бокам.

– Такой! – развёл руки в стороны Тритон, – но на шаманов не охотился!

– Пока! Наверное, нужно было бы добавить: «пока не охотился», – сказал я, – или просто до сих пор не попалось ни одного в поле зрения.

– Да, – не стал отпираться Тритон, – может быть, ты и прав. Но увидев тебя, поняв, кто ты, я сразу решил договориться! Видишь, я с тобой честен! Я вскрыл все карты! Я делаю тебе такое предложение, которое никто больше не сделает! Мы сильны, в предстоящих схватках, у нас хорошие шансы расширить свою территорию, и ты можешь нас ещё больше усилить. Думаю, что шаман, работающий на кого-то против воли, будет давать слабую эффективность, в отличие от шамана, работающего за идею, ради процветания организации в которой он служит!

– В которой он служит, или которой он руководит? – спросил я, – ты меня совсем запутал… просто слово «партнёр» имеет немного другое значение! Или я что-то не так понял?

– Ты понял всё правильно, и я не собирался тебя обманывать! Мы будем партнёрами, но извини, старшим партнёром всё равно буду я! И основные решения принимать буду я! Это справедливо, потому что именно я всё это создал! – сказал Тритон.

– Может это и справедливо, но сильно снижает привлекательность твоего предложения, – сказал я.

Моё мнение не изменилось, и соглашаться на предложение Тритона я ни в коем случае не собирался, однако, поторговаться будет нелишним. Мы тянем время и продолжаем растаскивать ситуацию. Хотя идей как отсюда выбраться у меня как не было, так и нет!

– Предложение шикарное! – настаивал на своём Тритон, – ты будешь моей правой рукой!

– А девочки? – спросил я.

– Для девочек тоже найдётся достойное занятие, – сказал Тритон, – они будут иметь достаточную степень свободы и работать на нас как вольнонаёмные. Будут выполнять задания в соответствии с личными способностями, и получать за это достойное вознаграждение. Пытать и ломать мы никого не будем!

– А гарантии? – спросил я.

– Гарантии? – удивился Тритон, – моё честное слово, лучшая гарантия!

– Чтобы твоему слову верили, нужна репутация, – возразил я, – а я о тебе ничего не знаю… хорошего. Не буду опять вспоминать про расчленёнку… но даже в окрестностях о тебе отзываются не очень. А ведь не бывает дыма без огня, верно?

– Кто это обо мне плохо отзывается? – живо заинтересовался Тритон.

– Неважно, – махнул я рукой, – в общем, нам надо подумать. Мы подумаем, обсудим и вернёмся, идёт?

– Откуда вернётесь? – опешил Тритон от такой наглости.

– Сверху, – я указал глазами на потолок.

– С верхнего уровня? – с недоверием спросил Тритон.

– Нет, с самого верха, с улицы, – терпеливо разъяснил я ему.

– Ну уж нет, – Тритон чуть не расхохотался, – я вас никуда не отпущу!

– То есть, ты нам не доверяешь, но хочешь, чтобы мы доверились тебе? – спросил я, – а ведь доверие должно быть обоюдным! И потом люди обычно судят о других по себе, и если ты думаешь, что мы хотим тебя обмануть, следовательно, ты сам хочешь нас обмануть!

– Ты прав, я вам не доверяю! – сказал Тритон, в его голосе вновь послышалось шипение, и между зубами заплясал кончик языка, но наружу пока что не вырвался, – и я не советую пытаться меня обмануть, тем более таким примитивным способом, этого не получится!

– Понятно, что не получится, – сказал я, – просто хотел ещё раз взглянуть на твоё истинное отношение к нам, а не припудренное всякими красивостями и обещаниями.

– Взглянул? – прошипел Тритон, и раздвоенный язык всё-таки выскользнул наружу, но тут же спрятался обратно.

Тритон второй раз терял терпение, и вряд ли он пойдёт на третий раунд уговоров, если опять выйдет из себя. Похоже, ситуация начинала обостряться. Честно говоря, было пора. Потом могло стать хуже. И если мы не собирались соглашаться на его предложение, то, вполне возможно, было самое время перейти к насилию. Риск был большой, но и тянуть смысла не было. Всё равно он нас никуда не отпустит, но потом рядом может оказаться значительно больше фурий, и мы с ними точно не совладаем. Сейчас их было всего две… ну и сам Тритон. Его боевые способности были нам неизвестны, он мог быть силён в чём угодно, но не в драке. А может быть, наоборот, и он помимо визорства был ещё и сильным боевым магом.

Я в данной ситуации предпочёл его недооценить, решив, что он слабый боец… и это была одна из самых больших моих ошибок.

– Видишь ли, Алик, – прошипел Тритон, – не хочешь быть партнёром, станешь батарейкой! А девок твоих придётся убить. Они мне без надобности. И их смерть будет на твоей совести!

– Не говори гоп! – сказал я.

– Гоп! – улыбнувшись, сказал Тритон и хлопнул в ладоши.

После его хлопка, диск солнца на полу между нами вдруг стал опускаться вниз, а уехав в пол на метр, разделился пополам и раздвинулся в разные стороны.

Внезапно мы оказались на краю бездонной шахты. Шахта, в самом деле, выглядела бездонной, потому что свет не доставал до её дна.

– Парень мне нужен целым и невредимым, – сказал Тритон своим фуриям, – баб в колодец!

Фурии выслушали приказ и пошли исполнять. Двигались они по двум сторонам ямы, шагая по самому краю.

Вечер переставал быть томным.

6. Схватка

– Марта, назад! – резко сказал я, но она и так понимала, что ей нужно отступить и дать место нам с Алисой. Алиса ждала одну фурию, я другую. И если у них силы могли оказаться равны, то вот я в своих не был уверен. Фурия вполне могла быть значительно сильнее!

Я сформировал шар плазмы над ладонью и когда фурия была уже совсем близко, метнул его, но не в неё, а в Тритона. Манёвр не удался, он успел уклониться. Я видел, что на секунду он очень испугался, но когда опасность миновала, тут же стал изображать веселье и неуязвимость.

– Ай-яй-яй, Алик! Как нехорошо! Это же нечестно атаковать вот так исподтишка! – сказал он.

– Честность? Ты заговорил о честности? – сказал я, не спуская глаз с фурии, – забавно это слышать от тебя! Хотя чему я удивляюсь, такие как ты всегда вспоминают про честность, только когда начинают проигрывать!

– Ты считаешь, что я проигрываю? – веселился Тритон.

Я блефовал, но хуже от этого быть не могло. Может быть, хоть немного удастся заронить сомнение в его голову. Мало ли, вдруг у нас есть ещё какой-нибудь козырь в рукаве?

Моя фурия замерла, не дойдя до меня несколько метров и, судя по всему, растерялась. Ей нужно было взять меня целым и невредимым, а весь мой вид говорил о том, что добровольно я не сдамся. Так что, устраивать потасовку на краю пропасти было слишком опасно по её мнению.

Фурия Алисы тоже остановилась. Её озадачило то, что придётся драться с такой же, как она, и это тоже несколько разрывало шаблон. Алиса это почувствовала и решила надавить в эту точку.

– Сестра, нам незачем драться, нам нечего делить, – заговорила она, – ты в рабстве! Присоединяйся ко мне, и мы вместе выберемся отсюда! Давай убьём Тритона и освободим и тебя и других наших сестёр!

Сёстры! Ход был неожиданный и вряд ли мог быть успешным, потому что никакими сёстрами фурии не были и в жизни терпеть друг друга не могли… впрочем, как и большинство остальных людей.

Противница Алисы на несколько секунд замерла, как будто обдумывая сказанное… а может быть и нет… не очень понятно, насколько Тритон подавил их волю и проник в сознание. Может быть, они уже вообще не могут независимо анализировать происходящее. И судя по спокойному виду Тритона, это было именно так! Он совершенно не волновался, что мы сможем переманить его девочек на свою сторону.

Так или иначе, фурия Алисы встрепенулась и начала формировать шар алой плазмы над своей ладонью. Переговоры, как я и предполагал, успехом не увенчались.

– Ну, как знаешь, – покачала головой Алиса и сделала несколько шагов от края ямы.

Мысль была здравая, если уж придётся драться, то лишний риск улететь в пропасть совсем ни к чему. Однако это натолкнуло меня на парадоксальную мысль. Я, наоборот, сделал шаг к яме и, встав на самый край, наклонился слегка над пропастью.

– Ой-ёй-ёй, – деланно запричитал я, – кажется, падаю!

– Алик, ты что делаешь? – возмутился Тритон.

Он прекрасно видел, что я кривляюсь, но даже мнимая опасность для моей жизни была ему неприятна. Слишком уж я был ему нужен.

– А что будет, если я сорвусь и упаду? – сказал я, и забалансировал на самом краю. Я хотел это только изобразить, но слегка перестарался и в самом деле чуть не улетел вниз. Вновь обретя равновесие, я облегчённо выдохнул.

Тритон, который наблюдал всё это, расхохотался.

– Зря смеёшься, – сказал я, – прыгать не входит в мои планы, но и полностью исключать такой вариант тоже нельзя. Тут, смотря как далеко всё это у нас зайдёт!

– Мне кажется, что умереть, упав в яму, это худший вариант из всех возможных, – сказал Тритон.

Но что-то в словах «умереть, упав в яму» мне показалось странным. Как будто он, перед тем как это сказать, тщательно сформулировал фразу. А это свидетельствовало о том, что говорит он не совсем правду. Мне тут же пришла мысль, что падение в яму не должно меня убить… хотя и выходом из ситуации это сложно назвать. Что там внизу, в темноте?

Хотя в любом случае вряд ли что-то хорошее. Иначе, зачем им здесь эта яма? Только для того, чтобы швырять туда провинившихся и тех, от кого хотят избавиться.

– Господи, ну почему же всё так медленно! – воздел руки вверх Тритон.

И это послужило своего рода сигналом. Алиса со своей противницей бросились друг на друга, и когда они столкнулись, во все стороны брызнули алые искры с такой интенсивностью, как будто случилось страшное короткое замыкание! Сцепившись, они кружили по залу, продолжая рассыпать вокруг себя снопы искр.

Я отвлёкся на это и не заметил, как Тритон молниеносно ретировался наверх, поближе к своему трону. Оно и понятно, зацепят ещё. В такой схватке они могут постороннего человека просто размазать и не заметить этого.

Моя фурия взмыла в воздух и метнулась на центр ямы, видимо, страхуя меня от падения вниз и надеясь поймать, если вдруг я прыгну. Потом резко ускорилась в мою сторону и, врезавшись в меня, отбросила от края на несколько метров. Я непроизвольно схватился за неё, и мы покатились по полу обнявшись.

– Мадемуазель, ну зачем нам ссориться? – прошептал я сквозь зубы, пытаясь сцепить руки так, чтобы лишить фурия способности двигаться.

Приземлились мы в итоге на неё, я оказался сверху, но ненадолго. Она тут же мощным броском отшвырнула меня в сторону, и я, плашмя грохнувшись на пол, застонал. Удар получился нешуточным, хорошо ещё, что головой не приложился!

Когда мы приземлились на фурию, ей тоже хорошо досталось. Но она уже была на ногах и вновь готовилась броситься на меня. Но неожиданно замерла и начала себя оглядывать: сначала руки, потому ноги, а потом резко подняла голову и уставилась на меня. В глазах заплясали азартные искры, а на кончиках волос заискрили электрические разряды.

Алиса в этом время расцепилась со своей противницей, и они стояли друг напротив друга, тяжело дыша.

– Лиса, у нас проблемы! – крикнул я.

– Как будто я не знаю! – огрызнулась она, не сводя взгляда со своей противницы.

– Новые проблемы! – сказал я.

– Что ещё? – она быстро скосила на меня взгляд.

– Похоже, что на них я действую так же, как на тебя! – сказал я.

– Проклятье! – хором выдали Алиса и Марта, которая держалась в стороне от битвы, но всем своим видом демонстрировала готовность вмешаться.

– Пойдём со мной, и ты постоянно будешь испытывать такое! – сказал я своей фурии.

Она смотрела на меня возбуждённым взглядом, и было видно, что она хочет повторить, но договариваться с ней бесполезно. Что-то в её мозгу жёстко заблокировано. Но инстинктивно получить новый заряд маны она, безусловно, будет пытаться.

Она снова метнулась ко мне, причём так быстро, что я практически не успел среагировать. Обхватила меня руками, мы подлетели в воздух и упали вниз. Фурия опять оказалась снизу, а я приземлился на неё. Она, видимо, не вполне поняла механизм и откуда именно взялся заряд маны, поэтому просто повторила то, что произошло до этого.

Даже то, что, по сути, я падал на симпатичную девушку, не особо сглаживало ситуацию. Падения всё равно были очень жёсткими, и всё это может кончиться как минимум сотрясением. Переломы тоже вполне вероятны.

В глазах фурии разгорался бешеный азарт, и я уже понимал, что сама она не остановится, а будет повторять это снова и снова, пока не выбьет из меня дух… наркоманка проклятая. Алиса по сравнению с ней была просто образцом сдержанности.

Не успел я вспомнить про Алису, как она, легка на помине, прилетела и врезалась в меня. Противница сумела её сильно достать, так что отшвырнула на несколько метров.

Алиса врезалась лицом мне в плечо, и мы оба повалились на пол.

– Чёрт, вы меня угробите! – простонал я вставая.

Но Алиса уже была на ногах и радостно улыбалась, несмотря на то, что из расквашенного носа текла кровь.

– Так, тоже работает, – крикнула она и ещё раз приложилась с размаха лицом мне о плечо, – работает! – повторила она, сверкая глазами, и стремительно бросилась в бой.

– Ты мне плечо своим лицом выбила, – крикнул я ей вслед.

Я отвлёкся на Алису, и пропустил момент, когда моя фурия снова бросилась на меня. Видя, что мне достаётся больше всех, Марта решила вмешаться и со скоростью пули врезалась в несущуюся на меня фурию, сбив её с курса. Та промахнулась и улетела далеко вперёд, к краю ямы и ухнула вниз.

Я глянул на Тритона. Было интересно, чем он был занят, пока мы здесь дрались. А он сидел, выпрямив спину, и очень внимательно и увлечённо наблюдал за нами, с некоторым удивлением на лице. Он понимал далеко не всё, что происходило перед его взором. Многие вещи казались очень странными, но он пока не мог их объяснить.

На секунду я было подумал, что одним противником стало меньше, но не тут-то было. Фурия взмыла над краем ямы, расставив руки в стороны и готовясь снова броситься на меня.

Алиса, зарядившись об меня, начала доминировать над своей противницей, которая уже немного подустала. Они обе сожгли за короткое время много маны, но Алиса успела её частично восполнить и теперь старалась использовать это преимущество. Её противница была обескуражена и сбита с толку таким напором.

Но мне сейчас было не до них, на меня уже мчалась моя фурия.

Я успел немного подготовиться. Слегка увернувшись, поднырнул ей под руки и, пропустив мимо себя, сам обхватил её сзади, стараясь прижать руки к телу. Она начала взмывать вверх, и я вместе с ней.

С яростным криком подоспела Марта, как кошка запрыгнула на нас, стремительно забравшись нам на головы, и стала чем-то душить бедную фурию. А мы взлетали всё выше и выше. Потолок тут был очень высокий, и если фурия вдруг потеряет сознание, то мы шмякнемся на каменный пол и вряд ли отделаемся одними ушибами.

– Опускайся, а то разобьёмся! – проорал я на ухо фурии, и она, как это ни удивительно, меня послушалась и медленно поплыла вниз.

Всё время, пока Марта её придушивала, фурия издавала какой-то мучительный хрип, который мне казался избыточным. Ну не так ей было больно… по моему мнению.

Когда мы коснулись ногами пола, я отпустил фурию, а Марта так и осталась висеть у неё на плечах. Фурия резко развернулась, и я увидел, чем Марта её душит. Это был «золотой ключик»! Именно он доставлял фурии эти страдания, будучи прижатым к её горлу.

Марта вдруг резко перестала давить фурии на горло, убрала ключ в сторону, развернула его и что есть силы вогнала бедняге в рот, выбивая зубы, как будто вставила в замочную скважину. Натужно захрипев, она, отклоняясь назад, давила что есть сил, загоняя ключ всё глубже и глубже в горло фурии. Я невольно поморщился. Зрелище было не из приятных, фурию было очень жалко… но тут уж выбирать не приходилось, либо мы, либо они. И поскольку эти девочки находились под полным контролем Тритона, то можно было быть уверенными в том, что они не остановятся и будут биться до последнего.

Фурия молотила руками воздух, пыталась ухватиться за Марту, чтобы скинуть её с себя, но была совершенно дезориентирована и у неё ничего не получалось. Меж тем она слабела прямо на глазах, постепенно оседая вниз. Наконец, она опустилась на колени, уже совершенно ничего не соображая, вяло пыталась нащупать руками пол, чтобы смягчить своё падение, но в итоге просто грохнулась набок и забилась в конвульсиях.

Ключ торчал из её рта меньше чем наполовину. По сути, снаружи оставалась только ажурная рукоятка. Решив, что противница повержена, Марта отпустила её и поднялась на ноги, поправляя перекрутившуюся и съехавшую в драке одежду.

Но тут фурия внезапно вскочила, собрав остатки своих сил и, пошатываясь, двинулась на Марту. Марта немного опешила, но тут же бросилась на фурию, наклонив корпус вперёд. Она схватила её в районе талии и стала быстро толкать в сторону ямы.

Фурия ухватилась за пиджак Марты и пыталась оторвать её от себя, но безрезультатно. Я видел, что хочет сделать Марта, но в то же время видел, чем это всё на самом деле закончится. Поэтому, не теряя ни секунды, бросился ей на помощь.

Марта дотолкала фурию до края и толкнула вперёд, надеясь покончить с ней окончательно. Фурия начала вылиться в яму, но Марту при этом не отпустила, а начала утаскивать за собой. Марта судорожно пыталась вырваться, но пальцы фурии мёртвой хваткой впились в пиджак.

Всё это происходило очень быстро, я добежал до них в последний момент и еле-еле успел ухватить Марту за ноги, потому что они уже почти улетели вниз. На секунду мы замерли в этой мизансцене: стоящая на самом краешке фурия, зависшая над краем пропасти чуть ли не горизонтально; Марта, растянутая между мной и фурией; и я, держащий Марту за ноги, но тоже стоящий уже почти на краю.

Положение было шатким, и если нас сейчас кто-то хоть чуть подтолкнул бы, то мы бы ухнули вниз все вместе. Но, почувствовав точку баланса, я стал постепенно отклоняться назад, вытягиваю Марту, а с ней и держащуюся за её куртку фурию. Мы медленно переносили центр тяжести на твёрдую поверхность, когда вдруг Марта вытянула руки вперёд, пиджак соскользнул с неё, вывернувшись наизнанку, и фурия молча исчезла в пропасти.

А мы с Мартой, не удержавшись на ногах, полетели назад, поскольку лишились противовеса.

Вряд ли наша фурия сможет взлететь из ямы, с торчащим из глотки ключом. Не факт даже, что она выживет после этого падения. А может быть, её убьёт не само падение, а ключ, который каким-то образом заколдован против фурий.

Избавившись от этой опасности, я тут же переключил внимание на Алису. Там тоже всё было более или менее в порядке. Она боролась со своей противницей и побеждала. Ей удалось прижать ту к полу и практически обездвижить. Мы с Мартой наблюдали кульминацию их поединка.

Алиса сумела ухватить фурию Тритона ладонями за голову и плотно сжала. Потом стало происходить что-то непонятное… сначала непонятное. А потом мы вдруг поняли, и я снова поморщился. Да, сегодня явно был не день гуманизма, и девочки убивали врагов не самими красивыми способами.

Сжав голову фурии ладонями, Алиса начала формировать шар плазмы между ними… и он, соответственно, оказался в том же месте, где и голова проигрывающей бедолаги. Её мозг просто спёкся изнутри! Смерть была быстрой, но вряд ли безболезненной. И хотя это было очень жёстко, я, тем не менее, взял этот приём на вооружение. Как знать, мало ли, вдруг пригодится? Раньше мне такое даже в голову не приходило, создать шар плазмы внутри кого-то или чего-то… интересно, это была заготовка, или Алиса на ходу импровизировала? Надо будет у неё спросить. Хотя судя по техничности проведённого приёма, она прекрасно понимала, что именно делает.

На данный момент мы победили, хотя я и предполагал, что закономерный результат этой победы будет схватка с оставшимися несколькими десятками фурий, которых Тритон не стал привлекать сразу, посчитав, что и эти справятся, но теперь, вне всяких сомнений, это сделает.

Вспомнив про Тритона, я повернулся к трону. Он всё ещё находился там, только вот не сидел, а стоял перед троном, внимательно глядя на нас и сжав кулаки на опущенных вниз руках. В фигуре чувствовалось напряжение, судя по всему, он лихорадочно думал, что делать дальше.

Я не стал ничего говорить, а подошёл к Алисе и помог ей подняться. Она заметно устала после боя с сильным противником, который не уступает ей по силе. Нужно было бы её зарядить, но делать этого не хотелось, особенно при Тритоне. Он и так уже наверняка кое-что про нас узнал просто наблюдая. Не стоило давать ему лишнюю информацию. Судя по всему, Алиса это понимала и о добавке не просила.

Марта тоже подошла к нам и встала рядом. Мы все тяжело дышали после драки и двигались устало и немного замедленно.

Мы смотрели на Тритона, а он смотрел на нас. Пауза тянулась некоторое время, наконец, он заговорил:

– Эти девочки были самими лучшими! Они вершина проекта перевоспитания фурий! И вы их убили! – сказал Тритон.

– Может быть, потому, что ты их на нас натравил? – устало сказал я, – не сделал бы этого, все были бы живы!

– Я превращу тебя в безмозглую батарейку! – прошипел Тритон, и между его зубов мелькнул раздвоенный язык, – ты будешь сидеть на цепи и безостановочно снабжать нас маной!

– Да, да, да, плавали, знаем! – сказал я, – не ты первый хочешь это провернуть, и я уже знаю, что с такими нужно делать. Алгоритм отработан!

– А что с такими нужно делать? – удивлённо спросила у меня Алиса.

– Убивать! – спокойно ответил я.

– А-а-а-а-а-а, – удовлетворённо протянула она, видимо, ей на мгновенье показалось, что план какой-то другой.

– Трепещите! – сказал Тритон, пространство вокруг него окуталось дымом, и он сделал шаг вперёд.

И внезапно исчез! Мы поняли, что он провалился куда-то вниз, скорее всего, прыгнув в люк, но выглядело это почти как исчезновение.

– Это не маг, это дешёвый фокусник! – констатировала Марта.

– Он сказал «трепещите»? – удивлённо проговорила Алиса, – живые люди так вообще говорят?

– Не знаю, – пожал я плечами, – но если хочешь, можем превентивно считать его мёртвым. Хотим мы того или нет, но убить его придётся.

7. В поисках выхода

Первым делом мы обследовали трон и всё, что рядом с ним. Сзади была железная дверь, через которую, скорее всего, Тритон приходил в этот зал, а перед троном круглый люк, в который он прыгнул. Других выходов из помещения не было, кроме лифтов и того коридора, по которому мы пришли. А, ну и ещё большая яма в самом центре, куда улетела фурия с золотым ключиком во рту. Вторая потом последовала за ней, потому что нам всем не доставляло удовольствия смотреть на труп. Как говорится, с глаз долой из сердца вон!

Люк, в который прыгнул Тритон, был уже закрыт. Там, видимо, была какая-то автоматика. Как он открывается, мы не поняли, в яму куда улетели тела фурий, тоже лезть никакого желания не было, поэтому мы вышли через дверь, ведущую на территорию Тритона.

То, что было за дверью, нас ничуть не удивило. Мы по-прежнему как будто находились в старинном замке. Хозяин этого места, похоже, имел какой-то пунктик на эту тему. Казалось бы, ну зачем? Ведь наверняка было очень непросто всё это так обустроить? Или просто? Я подошёл и поковырял стену, пытаясь понять, новодел это или на самом деле старинная кладка.

Может быть, Тритон нашёл всё это здесь под землёй? Хотя, откуда такое место в Москве под Текстильщиками? Что здесь, тайный орден вампиров обитал до магопокалипсиса? Хотя за последние годы мир так изменился, что это не вызвало бы ни у кого шока и трепета. Ну обитали вампиры в Текстилях… бывает!

Хотя почему именно вампиры? Это, наверное, были какие-то ассоциации из виденных мной фильмов.

Вскоре мы нашли массивную, окованную железом дверь. Она была приоткрыта. За ней оказалось множество комнат по двум сторонам коридора. Все комнаты имели вместо двери большую решётку, так что происходящее внутри было как на ладони. И сразу стало понятно, что это комнаты фурий.

Хотя, наверное, правильнее было бы сказать камеры фурий. Решётки, аскетичная обстановка… но самое главное, в каждой камере была металлическая труба, на которой висело несколько вешалок с одеждой. И эта одежда была точь-в-точь как на убитых нами девочках. Чёрные блестящие комбинезоны. Внизу стояли высокие сапоги на шнуровке.

Мы прошлись немного по этому коридору, и поняв, что он кончается тупиком, направились уже было обратно, когда Алиса вдруг воскликнула:

– Какого чёрта! – и вошла в одну из камер, благо все они были пусты и не заперты.

Уже на ходу она начала сдирать с себя остатки одежды, и через считаные секунды осталась практически полностью голой.

– Хороша! – протянула Марта.

– Твой интерес к красивым девушкам меня несколько озадачивает! – сказал я.

– Ты не понимаешь, – вздохнула Марта, – честно говоря, это просто зависть!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.