Ева Вивер
Навстречу судьбе

Глава первая

– Как? Вот скажи мне, как я докатилась до такой жизни? Я, мать, сорокалетняя баба с тройным прицепом, кредитом и лишним весом! Я, не имеющая времени на личную жизнь, свидания и прочую требуху… Да я даже права морального на такое не имею! А тут… Ну вот скажи мне как? Как я… Хотя нет, как ты это допустила? Это же вообще против всяких правил и норм морали!

Закончив свою тираду, я выжидательно уставилась в зеркало, тыча ему "в лицо" раскрытый паспорт, со свежей записью в графе семейное положение. Отражение, казалось, удивилось не меньше меня самой и оценивающе пробежалось взглядом по моей помятой физиономии. И, в свете последних событий, там было на что смотреть с таким нескрываемым удивлением.

Физиономия не первой свежести не отличалась ни здоровым румянцем, ни отсутствием морщин, ни, короче ни чем хорошим она не выделялась из числа таких же баб на вчерашней дискотеке для тех кому за, по и прочие предлоги. Помнится, меня туда вытащила Наташка, дабы на широкую ногу отметить свой четвёртый развод.

Отмечали мы шумно и весело, сперва жгли в пепельнице чучело бывшего, и изображали пальцами ритуальные танцы. Потом пили коктейль "мужские слёзы", закусывали конфетами с таким же названием и странным салатом из морских гадов "гад гадский". Дальше были танцы, ещё раз танцы и даже танцы с элементами стриптиза от Наташки.

Не знаю кто как, а лично я стриптиз не оценила, слишком уж мало было Наташки под одеждой, а чрезмерно тощие женщины не в моём вкусе. Хотя, с другой стороны, женщины вообще не в моём вкусе, я все-таки приверженец традиционной ориентации и традиционных отношений, но, не смотря на все это, женскую красоту ценить и правильно воспринимать вполне себе даже умею и практикую. Вот Наташка женщина достаточно яркая, дерзкая, красивая, но женскими формами блещет только на первые сто четыре, ниже расположились аккуратные два по семьдесят пять и крайне тощие ножки. Зато лицо… Просто фарфоровая кукла ручной работы! Огромные серые глаза в обрамлении густых ресниц невероятной длины, спасибо мастеру Ирине, пухлые маленькие губы, спасибо мастеру Маргарите и аккуратное личико сердечком, спасибо генетике. И вся эта красота ежедневно подверглась комплексом уходу макси плюс, что, в конечном итоге и в купе с работой мастеров, позволило Наташке к тридцати восьми очень хорошо сохраниться.

Я же, к своему огромному сожалению, оказалась форменной лентяйкой, мне даже краситься лень было, не то что за своей физиономией ухаживать. Да и смысла в этом, честно сказать, я совершенно не видела, ибо даже уже в двадцать пять выглядела не старше, чем на семнадцать. Зато после тридцати пяти что-то пошло не так… Совершенно неожиданно моя и без того не совершенная физиономия покрылась огромным количеством мимических и возможно не очень мимических морщин, левое веко безумно устало и опустилась отдохнуть на выгоревшие ресницы, некогда тонкая талия заплыла не слишком тонким слоем жирка, скрывая гибкий переход к бедрам, на что, вероятнее всего, очень обиделась попа и грустно опустила щёки. В общем, зрелище из меня теперь то ещё, и я это отлично осознавала, до вчерашнего вечера. А вчера… Вчера, по всей вероятности, в моей крови, мозгу и прочих внутренних органах, была слишком высока концентрация тех самым мужских слёз, которыми мы с Наташкой весь вечер развод обмывали. Иначе как объяснить случившееся?

Я устало потеряла виски и принялась вспоминать вчерашний вечер во всех подробностях. После стриптиза и очередной порции "мужских слез", в состоянии среднего подпития, было принято решение о срочном поиске пятого мужа для подруги. А как иначе? Женщина она здоровая, горячая, к одинокой жизни неприученная, ей без мужа никак нельзя! А то ведь налетят коршуны со всех сторон, как узнают что такая красота, да ещё и с богатым приданым, с бизнесом и трешкой в центре  бесхозной осталось. И что тогда? Нет, это вакантное место нужно занимать без промедления, но исключительно в порыве большой и светлой любви. И любовь эта не заставила себя ждать. Уже через четверть часа Наташка во всю щебетала сладкоголосой птичкой о достоинствах нового ухажора.

– Ладка, ты не представляешь, он такой, такой… Как рыцарь в сверкающий доспехах! Вежливый, обходительный, культурный. А какие он мне цветы дарил!

– И когда только успел… – буркнул я, глядя на рыцаря без страха и упрёка. Из сверкающего на нем была только лысина, все остальное мне показалось блеклым и вообще неуместным рядом с этим праздником жизни, ищущим пятого законного супруга, как мне показалось, не самым законным способом. Наташка просто отчаянно спаивала мужичка в самом расцвете сил, причем до практически полного обессиливания. И что она с ним, с таким делать будет?

Но, вероятно по причине полнейшей жизненной закономерности на поприще сохранения баланса добра и зла, в это же время некто решил обзавестись супругой и, вполне возможно, далеко не первой. Сам некто оказался весьма симпатичным мужчиной среднего роста, с невероятно красивыми глазами цвета закатного неба. Не знаю, может быть глаза у него были самыми обыкновенные, но под действием нескольких бокалов "мужских слез" они показались мне именно такими, о чем я не примянула сообщить свежеподошедшему ко мне красавцу.  И ведь что характерно – этот самый, с глазами цвета закатного неба, даже не удивился столь высокому сравнению! Жлоб. Хотя нет, не жлоб. Если верить моему паспорту, то на данный конкретный момент он мой муж. Фредерик Артуанович Бийский. Значит я теперь… Нет, я молодец, я свою фамилию оставила. Но вот как меня угораздило с ним не только познакомиться, но и замуж выскочить в рекордные сроки? В этом вопросе память меня подводила. Всё что я могла вспомнить в данный конкретный момент, так это белый шум после опустошения очередного бокала.

– Нужно срочно звонить Наташке, она с таким литражом справляется намного лучше, а значит должна хоть что-то вспомнить.

Уууууууу… Длинные гудки болью отдавались где-то в том месте, где у нормальных людей располагался мозг, а у меня, судя по всему, царили хаос из пустоты и трясущихся в судорогах нервных окончаний. Уууууууу… Если ад действительно существует, то этот кошмарный звук его официальный партнёр и вечное фоновое сопровождение. Уууууууу… Да возьми же ты трубку! Ведь ты не можешь спать, даже несмотря на то, что явилась домой под утро. Ууууу…

– Ало…уй! – судя по кислому голосу Наташки, ей сейчас тоже ой как нехорошо. – Доброе утро, новобрачная.

– Утро добрым не бывает. Особенно в три часа дня. Ты как?

– Как мышь под КАМАЗом. Чувствую, что сама себя в кучу не соберу. Может поможешь?

– Вчера уже помогла. Теперь бы ещё разобраться куда я вляпалась.

– В замуж естественно.

Послышались звуки льющейся воды и лёгкие всплески, Наташка донесла свое тело до ванной. Нужно, кстати повторить её подвиг, после холодной воды должно стать немного получше. По крайней мере, в теории.

– А вообще ты учудила, подруга! Никак от такой тихони не ожидала. И ведь, главное, самого лучшего мужика отхватила! А мне хмырь достался немощный. Представляешь, даже до постели дотащить не смог, рухнул без сил посреди комнаты. Вот совсем без сил, без всяких! А у меня на него планы были, по повышению рождаемости, между прочим.

В планы такого рода верилось с трудом. Сказать точнее – вообще не верилось, ибо Наташка таким веским доводом старалась оправдать все свои интимные похождения, дескать, ищу, пробую, выбираю, но подходящая кандидатура не обнаружена.

– Сочувствую. А я? Наташ, как я замужем оказалась и кто нас расписал среди ночи?

– Стоять, подруга, ты что, вообще ничего не помнишь?

– Ну как ничего? Помню, как подошёл мужчина познакомиться, а я его начала комплиментами про глаза обсыпать. Потом ты подошла, принесла ещё по коктейлю, а дальше всё, белый шум.

– Так ты пропустила всё самое интересное! Ну, слушай…

Со слов подруги выходило, что у нас с неким Фредериком состоялась любовь с первого взгляда. Он увидел меня в толпе и всё вокруг вдруг прекратило существование, а музыка, грохочущая из мощных динамиков, в тот же миг превратилась в божественную симфонию влюблённого сердца. Вооружившись бабочками в животе и розовыми единорогами в мозгу, тяжело влюбленный рванул делать мне предложение, пока его никто не опередил. Правда, сперва уточнил, есть ли у меня дети и как я отношусь к переезду поближе к природе и я честно призналась, что дети есть, трое, все умные и красивые, а о переезде к мужчине с такими волшебными глазами просто мечтаю! Тем более, поближе к природе. Потом Наташка снова упорхала танцевать и некоторое время не слышала о чем мы ворковали, но, когда вернулась, была торжественно назначена свидетельницей на свадьбе, на которую мы тут же и выдвинулись.

В районном ЗАГСе, не смотря на столь ранний четвёртый час утра, дорогих брачующихся встречала неизменная Галина Петровна, чуть помятая, но сияющая довольной улыбкой. Очевидно, именно причина её улыбки так нахально оттопыривала нагрудный карман белой накрахмаленной блузы.

Озвучив все необходимые формальности, Галина Петровна сообщила молодожёнам о необходимости обменяться кольцами и дозволила жениху облобызать невесту. И какая же я молодец, что не повисла на молодом супруге, как сосулька на крыше, а только лишь, с трудом удерживая сердце в штанах, на несколько секунд прижалась губами к "любимому".

Первое семейное фото делать не стали, отложили сей процесс на несколько попозже, дабы запечатлеть всё семейство в полном составе, для чего нам сперва предстояло познакомить детей с папой. Но, ввиду того, что в половине пятого утра мои дети ещё почему-то спят, мы договорились перенести знакомство на пять часов вечера, совместив его с переездом.

– А вообще, подруга, ты коза! Даже девичник зажала. – возмутилась Наташка, закончив своё повествование.

Я же тихонько сползала по стене, прижав к больной голове паспорт со свежей записью.

– Я что, дура?

– Нет, вот впервые в жизни ты сделала что-то, на мой взгляд, действительно стоящее. Умнеешь, красота моя.

– Ага…

– Ладно, не буду отвлекать тебя от приятных сборов. Кстати, не забудь прихватить тот костюм медсестры, что я тебе подарила, думаю, сегодня он тебе наконец-то пригодится. Провожать не приеду и не жду. Детишкам привет.

Телефон замолчал и мир погрузился в тишину. Мой личный мир. Когда вокруг привычно бурлила жизнь.

Глава вторая

– Ты что, дура? – Вопрошала у меня телефонная трубка голосом моей любимой тётушки, с вечера оставленной мною на хозяйстве. – Ладка, тебе сорок лет, у тебя трое детей, кому ты ещё нужна будешь! Бери козла за рога, пока козёл не передумал.

– Легко вам говорить… А если он маньяк какой-нибудь? А у меня дети!

– А вот здесь раньше нужно было думать. Даже если он маньяк, теперь он твой законный муж, со всеми вытекающими. Мне кстати уже Галка отзвонилась и все рассказала. Мужик хороший, денежный. Знаешь сколько он за эту роспись денег отвалил?

– У-у.

– А вот теперь будешь угу! Тридцать тысяч только в карман сунул и ящик дорогого коньяка приволок. Хотя, за тебя мог бы и доплату потребовать, но не стал. Джентльмен потому что. А ещё дурак влюблённый. Уж я то знаю, я фотографию видела.

– Какую ещё фотографию? Наташка сказала, что мы не фотографировались…

– Ну это вы не фотографировались, а Галка, за такие деньжищи, решила тебе доброе дело сделать и включила камеры. Так что теперь у нас есть и фото и видео доказательства!

– А мне пришлёшь?

– Хочешь посмотреть, как ты всю церемонию хихикала, как дура, да молодожёна за попку щипала?

Я аккуратно сползла по стене, которую подпирала на протяжении всего разговора. Я. Щипала. За попу. Мало знакомого. Мужчину. Мужа… Моего, теперь, мужа. Как? Как я могла себе позволить такое, да ещё и на людях?

– Этого не может быть…

– Может, может. И видео есть. Но тебе не дам, а то ты всю брачную ночь краснеть будешь…

– Какую?

– Хоспади, трое детей, а на обычные вещи реагируешь как пятиклассница. Ладно уже. Поглумились и хватит, теперь серьёзно. Детей я в садик отвела, сообщила что сегодня вы в новый дом переезжаете. Ванька счастлив! Машке тож…

– Марии.

– Тьфу ты, чтоб тебя! Да какая разница?

– Большая. – Сразу забыла о сути разговора и приготовилась защищать честь любимого имени.

– Короче, с МАРИЕЙ, – тётушка выделила имя самым противным тоном из тех, на которые была способна, – со старшей твоей, провела политико-воспитательную беседу. Обещала нервы твои поберечь и палки в колеса не ставить.

Дальше я уже ничего не слышала. Вернее слышала, но не воспринимала. В голове плясала дикие шаманские танцы одна единственная мысль: как я буду смотреть в глаза дочери? Ведь это же я ей еженедельно долдоню о рисках случайных знакомств и опасности в обществе! Это я не отпускаю её с ночёвкой к подруге на дачу, из-за возможных опасностей в лице… Да в любом лице! А тут такое…

– Тёть Кать, я вам позже позвоню…

– Да ну тебя! Позвонит она… После медового месяца позвонишь, а пока вон, жизнь свою личную непутевую устраивай, раз уж счастье такое привалило.

Дочку ждала с замиранием сердца и содроганием всего, что ещё в состоянии содрогаться. Как она отреагировала на эту выходу своей непутевой матери? На этот счёт тётушка ничего не сказала, но, если устроила дитяте выволочку, значит реакция была буйная. Хотя, с другой стороны, тётя Катя может устроить головомойку и просто так, на ровном месте, не наказания ради, а профилактики для.

Переживать просто так, что называется с пустыми руками, я категорически не умею, поэтому активно хваталась за всё, что под руку попадётся. За пол часа я успела не домыть посуду, не донести грязное белье до стиральной машины, не догладить Ваняткину рубашку, не доубирать Варюшкины игрушки и разогреть борщ.

Марийка зашла необыкновенно тихо, без привычного недовольства всем и вся, и даже не хлопнула дверью так, чтобы стекла звенели не только у нас, но и у всех соседей по девятиэтажке.

– Дочь, это точно ты? – решила уточнить, осторожно выглядывая в коридор, буквально одним глазком.

– А ты кого-то другого ждала?

Марийка поставила школьную сумку на стул, обула комнатные тапочки и с довольным видом прошествовала мимо меня в свою комнату. В тапочках… Не бросив сумку и обувь в одну большую и грязную кучу… Это точно моя дочь?

– Заяц, нам нужно поговорить…

– О чем?

Вопреки моим ожиданиям, дочь не спешила устроить истерику, не швырялась вещами, не закатывала глаза, картинно падая в обморок, нет, она достала чемодан и принялась собирать вещи.

– Ну, как о чём, о жизни.

– А какой смысл о ней разговаривать? Её нужно жить. А если ты хочешь обсудить свое замужество, то давай в другой раз, сейчас у нас времени нет. Во сколько там твой Крюгер подъедет?

– Кто? – не поняла я, совсем сбитая с толку поведением своей старшенькой.

– Фреди Крюгер, а кто ещё?

В голове сразу всплыл образ из старого ужастика. Нет, Фредерик на это совсем не похож. Уж я то знаю, мне тётушка Катя фотографию прислала. Нормальный такой мужчина, вполне себе среднего роста, что, между прочим, на голову выше меня, густые светло-русые волосы подстрижены и уложены по последнему писку мужской моды, (слава богу, хоть не лысый, как коленка), плюс ко всему этому фигура…просто сказочный принц. С уверенностью можно сказать одно, этот персонаж не мог быть обделен женским вниманием. Тогда почему он выбрал меня? Нет, здесь явно какой-то подвох. Но, с этим будем разбираться позже, сначала дочь. Когда она вообще успела посмотреть эту гадость? Я же запрещала смотреть ужастики!

– Я очень надеюсь, что это просто ассоциация на имя с незнакомым фильмом…

– Ой, мам, не волнуйся, не смотрела я эту древность. Тебе сейчас о другом волноваться нужно.

– О чём?

– А ты на часы посмотри. Нам выезжать через три часа, а у нас ещё вещи не собраны, дети из садика не за раны и я, между прочим, не накормлена. Есть чё поесть?

– Борщ… на плите.

Мария поправила вечно болтающуюся перед носом прядь чёрных, как смоль, волос и довольно пританцовывая упорхала на кухню.

Нет, это точно вселенский заговор! Чтобы моя дочь добровольно пошла есть борщ, не сопровождая поход бурчанием о пользе вредной пищи и невозможности поглощения её организмом жуткого красного варева, в котором героически умирали ни в чем неповинные овощи? Нет, здесь определённо что-то не так. Не долго думая, я прошлепала вслед за дочкой, в кои-то веки забыв про тапочки.

– Марья, а у тебя случайно нет ощущения нереальности происходящего?

– В смысле?

– Ну, тебе не кажется, что это всё сон, ты не пробовала себя ущипнуть…

– А ты?

– А что я?

– Ну ведь это тебе кажется, так возьми и ущипни себя за что-нибудь, а я пока поем и понаблюдаю за твоей реакцией.

Что-то сегодня моя красавица слишком наглая. Или я чересчур заторможенная. Ведь действительно, можно было сразу ущипнуть себя за сало, так это от души, и со спокойной совестью досматривать этот странный сон.

В следующую секунду я, (действительно от души и со всей дури), ущипнула себя за живот и заверещала, как пришибленная игуана.

– Едрёшкин кошкин! Что ж так больно то! Ещё и синяк наверняка останется.

– Это ещё хорошо, что у тебя ногти короткие. Йод принести?

– Йод мне нужно было вчера приносить. – Буркнула, нежно поглаживая пострадавшую часть себя.

– А вчера зачем?

– Примочку сделать на больную голову, чтоб замуж не хотелось.

Дочь нахально расхохоталась. Впрочем, я, мысленно визуализировав эту картину, последовала её примеру.

После обеда разговор у нас все-таки состоялся, и я получила благословение на брак от своей старшенькой, а вместе с ним и дозволение на транспортировку её персоны в загородную резиденцию новоиспеченного супруга. Хотя, сказать по правде, сама я от идеи была не в восторге, но, раз уж называлась женой… В общем пора и к мужу переезжать.

Вместе со старшенькой мы быстро собрали все самое необходимое, сходили в детский сад за малышами и уселись на лавочку ждать принца. При этом меня не покидало ощущение нереальности и не правильности происходящего, как-то все это слишком быстро, мы ведь даже не познакомились толком. Но зато все друзья и родня уже знают, уважают и одобряют моего нового, хотя кому я вру! Моего ПЕРВОГО супруга. Да, наверное это и есть та самая ключевая причина их радости и одобрения. У тёти Кати вон прям на лице написано крупными неоновыми буквами "нунаконецта!". Кстати…

– А говорила, что не придёшь.

Смахивая предательски радостные слёзы, я обняла любимую тётушку. С тех пор, как мама уехала на ПМЖ в глухую деревню, куда даже сотовые вышки не достают, она стала для меня самым родным человеком. Во всем меня поддерживала, всегда подбадривала и, время от времени, выдавала лечебных пилюлей, как нашкодившему ребёнку.

– Мало ли что говорила вздорная старушенция… Но отпускать не попрощавшись точно не планировала. Да и в глаза твоему этому Крюгеру посмотреть должна. Пусть знает, что не одна ты землю топчешь, семья у тебя есть и, в случае не дай бог чего, за тебя и детей есть кому заступиться, случись с вами что и его красивую рожу по всему миру искать будут!

– Кхм… Очень рад, что вы считаете мою рожу красивой. Позвольте представиться, Фредерик Артуанович Бийский, законный супруг вашей дочери.

– Очень приятно познакомиться, – улыбнулась далеко не смущенная "маман" и протянула "зятьку" руку для поцелуя, – теперь-то я точно вижу, что наша девочка в хороших руках.

– Вы даже не представляете, насколько хороши и надёжны эти руки.

– Надеюсь, что представляю и не ошибаюсь в своих ожиданиях.

Резко очерченные чуть пухловатые губы дрогнули в едва заметной улыбке, придав лицу моего новоиспеченного супруга вид ещё более загадочным, чем у пресловутой Моны Лизы. Черт, когда улыбается он становится ещё красивее. А я? Конечно же перед выходом в люди я привела себя в порядок, даже воспользовалась косметикой в кои то веки, но рядом с ним это все не то, рядом с Фреди я все равно старая карга на добрый десяток лет переросшая своего благоверного. Может развестись, пока не поздно? Или уже поздно? Судя по взгляду любимой тётушки об этом не стоило даже думать, не то что вслух говорить. Чёрт. Он ещё что-то про руки говорил. Невольно перевела взгляд на ухоженные мужские ладони с длинными тонкими пальцами. Такими пальцами только на рояле играть, или  деньги считать, но уж точно не прибегать к тяжкому физическому труду. И маникюр там наверняка исключительный, сделанный в лучшем мужском салоне, возможно в том же где оформили такую шикарную стрижку. Я невольно поправила свой завитый на скорую руку каскад медно-каштановых волос до плеч и спрятала ладони в карманы. Как приедем на новый адрес, первым делом нужно непременно заняться собой.

Я поздно заметила что пауза затянулась, никто не спешил продолжать разговор. Тётя Катя, с усердием первоклассника на уроке чистописания, ковыряла асфальт носком лакированной туфли. Мария, по всей видимости, мужественно считала проползающих по тротуару муравьев, а Ванюша с Варюшей попросту повторяли за мамой и исподтишка изучали Фредерика.

– Может кто-нибудь уже познакомит меня с моими детьми? – уточнил молодой многодетный папаша, так и не дождавшийся решительных действий с нашей стороны. – Мария, может быть, ты представишь меня сестре и брату?

– Как, разве вы уже знакомы? – вышла из ступора и захлопала глазами, – и почему я упустила этот момент?

Мысль о вселенском заговоре встрепенулась и, гордо расправив перышки, вновь кинула свой любопытный клюв в мою гудящую голову. Неужели Марийка участвовала в организации брака? Может быть она и кандидатуру подбирала? Или вообще, все это какое-то глупое телешоу, на которое моя слишком умная дочь подала онлайн заявку? Тогда где-то обязана быть скрытая камера в купе с очень скрытым оператором, при том далеко не одна. Снова взглянула на мужа. Молчит… Молчит и улыбается. И дочь молчит, потупив скромно все, что только можно.

– Тааак, и чего я не знаю?

Закипеть окончательно и запоздало съесть свой паспорт не дала тётя Катя:

– Ладусь, ну чего ты ощетинилась? Совсем что ли память отшибло, гулёнушка? Вы же сегодня вдвоём после ЗАГСа домой явились, счастливые до нельзя и с паспортами на перевес, и ты сама требовала знакомства отца с семьёй, дабы детки-сиротинушки себя таковыми не ощущали. Ну? Забыла?

Забыла… И в первую очередь я теперь надолго забыла, что такое нормальный цвет лица и активно освещала окружающих алым оттенком щёк и ушей. Нет, ну это надо было, а? Лучше бы мне ещё вчера сквозь землю провалиться, сегодня бы краснеть было не кому.

– Тогда давайте знакомиться, – я обречённо развела руками и как можно более официально затараторила: – Фредерик, позволь тебе представить моих детей. С Марией ты уже знаком, ей пятнадцать лет, умница, отличница и просто красавица. Сыночка зовут Ванюша, в следующем году он идёт в первый класс, но уже и без школы многое умеет, пишет печатными буквами и читает по слогам. Самая младшая – Варенька. Она у нас ещё плохо разговаривает, но по уровню и количеству шалостей опережает брата.

Боже, зачем я ему все это рассказываю! Захотелось стукнуть себя ладошкой по лбу и, красиво изогнувшись, шлепнуться в обморок от стыда за собственное поведение. Надеюсь, Фреди не даст мне упасть и перехватит тело в полете.

– Очень приятно. У ва… у нас замечательные дети. – Новоиспеченный супруг присел на корточки, чтобы поравняться взглядом с детьми. Психолог блин… – Кстати, мне же тоже нужно представиться. Я ваш новый папа.

– Опа! А старых куда дели? – Марийка насмешливо приподняла бровь, уставившись на "папашу". А мои младшие, пока ещё совершенно не понимающие что же, собственно говоря, здесь происходит, впервые подали голос.

– Пливет? – неуверенно пролепетала Варюша, сильнее вцепившись ручками в моё колено.

– Значит папа? – с сомнением переспросил Ванюша, и, после утвердительного кивка новенького родителя, решил получить от неожиданного брака максимум пользы для себя любимого. – Ну наконец-то! Теперь мне будет с кем на рыбалку ездить и дрова рубить. У тебя же есть дрова и топор?

– Есть. – Кивнул Бийский.

– А ещё эти, ну как их, блёсны?

– И блёсны есть.

– А приставка?

– Какая?

– Ну такая, с джойстиками, чтобы по вечерам вдвоём играть и чипсы с поркорном кушать.

– Ну если с поркорном… То непременно купим.

– А ласядка? Ти мне купись ласядку? Ну такую, с гъивой?

– Лошадку? – вот тут Фредерик задумался. Затем взглянул на Варюшу, как бы оценивая, и вынес вердикт: – Лошадку мы тебе обязательно купим. Но! Ближайшие несколько лет тебе придётся покататься на пони. Тебе понравится белый пони?

– Люче ёзявый, с къилыськами. Ти мне купись ёзавава?

– А мне чёрного! В боевых доспехах!

– Ну, раз уж тут всем транспорт предлагают, то мне, пожалуйста, красный Мерседес с кожаным салоном.

Если бы у меня была возможность провалиться сквозь землю, я бы непременно это сделала. Да я бы не то что сквозь землю провалилась, через всю солнечную систему бы брякнулась! Нифига себе у моих детей запросы к незнакомому, хорошо к практически незнакомому мужчине! Ну ладно еще малыши, они попросту не знают сколько сейчас стоит пони, а тем более лошадь, да и вообще, наверняка говорили про игрушки, но старшая… Это же верх неприличия! Что подумает о нас их новый папа, после таких-то заявок? Наверное, сбежит, сверкая пятками и трижды перекрестившись за горизонтом. Хотя, как мне кажется, такой вариант развития событий меня бы вполне устроил. Но, у судьбы и моего мужа были на этот счёт совершенно иные планы.

– Ну, на сегодня я вам Мерседес не обещаю, а вот лошадок… Лошадок сейчас организуем. Посмотрите вон туда.

Всё присутствующие, как по команде, развернули головы в указанном направлении. По разбитому, местами, тротуару бежала женщина. Растрепанная, с босоножками в руках, явно для баланса расставленных в стороны, она мчалась на нас ярко-красной кляксой и что-то нечленораздельно визжала.

– Ласядка? Она же не такая же! – Честно удивилась Варюша. Но я удивилась еще больше, узнав в этом … Нечте? В общем, узнав в этом свою подругу.

– Наташка?

Если бы физиология позволяла, то моя челюсть уже бы распласталась на асфальте. Нет, увидеть подругу перед отъездом в неизвестность я, конечно, была очень рада, но увидеть её в ТАКОМ ВИДЕ, я оказалась не готова. Всегда аккуратная, ухоженная, уложенная и пахнущая дорогим парфюмом Наташка сегодня была похожа на лохматое чучело. Красная юбка-карандаш задралась по самое не балуйся и норовила вот-вот превратиться в широкий пояс, блузка с ну о-очень объемными рукавами, когда-то идеально отглаженная и аккуратно заправленная в ту самую юбку, полностью выбилась с одного боку и оказалась безумно измятой с другого, плюс ко всему, на груди красовался грязный след от подошвы босоножки. А на голове… Думаю именно так выглядит "шерстка" ехидны ступившей в лужу с проводом под напряжением, то ещё зрелище. Да и дышала подруга как загнанная лошадь, сухо, тяжко, с болезненным хрипом.

– Наташ, ты как? Какими судьбами? Ведь не собиралась же…

– Ну… Как видишь… Собралась.

– Обе мы не собирались, да как же тебя не проводить? Да и дети твои нам как родные.

Тетушка тепло улыбнулась и прижалась покрепче к детворе. А подруга принялась завывать, как заправская плакальщица. За стонами, всхлипами и воем, я с огромным трудом различила некое подобие обычной человеческой речи. Наташка с упоением голосила что-то расплетании косы и делении её надвое, о платках укрывающих плечи, о покидании отчего дома и бог знает ещё о чём, при этом самозабвенно заламывала руки и едва не рвала на себе волосы.

Длилось сие действо минуты три. Зрители, включая случайных прохожих, наблюдали за происходящим, явно затаив дыхание и гадая – стоит ли вызвать санитаров сразу, или подождать окончания представления? Видимо решили подождать. И вероятнее всего зря, потому что стоило Наташке закрыть рот, как в ход пошла тяжёлая артиллерия. Конечно, не танцы с бубном, но тоже весьма зрелищно.

Рывком поправив грудь, подруга добыла из декольте красную атласную ленту и уменьшенную копию бархатного мешка деда мороза с неизвестным содержимым. Затем, схватив за руки молодожёнов, то есть нас с Фредериком, перевязала запястья лентой, с маниакальным видом "заговаривая" узел, накинула мне на плечи огромный цветастый платок, за секунду до этого выуженный из широкого рукава блузки, вторым, из другого рукава, покрыла голову и, расставив руки в стороны, принялась танцевать что-то из восточных танцев, осыпая зрителей рисом и некрупными денежными купюрами из мешка деда мороза.

Всё это время я стояла молча, как пришибленная стулом в чистом поле и боялась дышать. Может действительно санитаров вызвать?

Отмирать было страшно, но нужно. У меня все-таки дети. И муж. Молодой, с ещё неокрепшей психикой, а тут рраз и Наташка! Огляделась. Дети с довольными моськами собирали деньги и распихивали по карманам, тётушка тихонько крестилась, приговаривая "спасибо тебе, Господи, что мои уезжают без этой вот…", прохожие, пользуясь случаем, тоже пытались заграбастать хоть пару сотен на печенюшки, и только мой муж стоял с максимально невозмутимым видом.

– Наташ… Это что сейчас было? – решилась таки задать вопрос. Но вместо подруги ответил Бийский.

– Подозреваю, что твоя подруга, для верности, решила доженить нас всеми известными ей способами.

– Точно! Вот это ты, красавчик, верно подметил. Чтоб ни ты, ни она никуда уже друг от друга не делись.

– И это говорит та, чей развод мы так продуктивно отпраздновали?

– Ну знаешь, брак браку рознь! Это у меня неудачные были, а у тебя точно всё иначе выйдет. Так что давай, крошка моя, седлай своего принца и вперёд, навстречу судьбе!

– Замечательная идея. – Довольно улыбнулся тот, с кем я по пьяной лавочке умудрилась эту самую судьбу связать, – тем более что карета уже подана.

Дети завизжали от восторга, взирая на показавшийся из-за поворота дилижанс заряженный тройкой чёрных лошадей. Не карета, конечно, но смотрится также сказочно и нереально.

– И куда мы на этой древности покатим?

Марийка задала тот самый вопрос, который априори должен был заинтересовать меня в первую очередь, но, по какой-то причине, в моем сознании ему места не нашлось. А зря. Ведь, по сути, мы двигаемся в неизвестном направлении в компании мало знакомого мужчины, который неожиданно оказался моим мужем. Бред…

Глава третья

– Что ж, не буду тянуть гиену за усы и расскажу все как на духу. – Фредерик улыбнулся, кажется, самой обезоруживающей улыбкой из его арсенала, – мы едем в летнюю усадьбу! Готов поклясться, что такого необычного места вы ещё не встречали.

– Там будут ёзавыи пони и единаёги?

Варюша даже в ладошки захлопала в предвкушении, а Ванюша, до недавнего времени бывший единственным мужчиной в семье, "вернул сестру с небес на землю".

– Нет, там будут военные и дикие животные, на которых мы будем охотиться!

– И каёва?

– Нет, там не корова, там будут тигры и крокодилы!

– А ми будем катася на кайкадиях?

– Нет, на крокодилах нельзя кататься, они же тебя съедят. Ты что, совсем тю-тю, не понимаешь?

– Цыц, мелкие! Главное что мы едем туда ненадолго.

– Конечно ненадолго. Хотя, я уверен, вам совершенно не захочется возвращаться. А теперь, прощаемся с друзьями и родственниками и в путь.

– Как-то вы странно говорите, как будто в другом времени застряли, – фыркнула Марийка и, махнув тетушке рукой, уселась в дилижанс. – Ого! Прям как в кино!

Ванюша быстро чмокнув поставленные для поцелуя щёки поспешил разделить восторги сестры и занять место у окна,  Варенька ещё минут пять от души нацеловывала тётю Катю и Наташку, обещая хорошо себя вести и привезти им сладостей, чтобы сильно не расстраивались, а я… А что я? Я смотрела на все это со стороны и никак не могла поверить в то что в моей семье появился мужчина, которого приняли все мои дети, друзья и любимая тётушка.

Так может он действительно моя судьба? Может это его я ждала столько лет и потому ни с кем не могла найти свое женское счастье? Может быть, мы и есть те самые две половинки волшебного яйца, которые бог когда-то наугад бросил на землю? Или я ошибаюсь?

Из раздумий меня вывела зацелованная Варюшей Наташка.

– Ты чего задумалась, красота моя? Посмотри какого ты себе мужика охватила – загляденье! Вот веришь, если бы не твой был, отбила бы. С таким мужиком… Ух! Разводится точно не захочется. Если, конечно у него там всё рабочее. – Наташка многозначительно поиграла бровями и решила уточнить явно интересующий её вопрос: – А скажи-ка мне, Фред…

Договорить подруге я не позволила. Ибо не фиг! Он теперь мой мужчина, так что выяснять все интимные моменты мы будем без посторонних и желательно не на этой неделе. А ещё лучше не в этом месяце.

– Наташ, ты мне лучше сама скажи, за квартирой проследишь, или лучше сразу тётю Катю просить?

Квартирка у меня, хоть и съёмная, но крайне любимая. А что? Уютная двушка в спальном районе была полностью отремонтирована вот этими вот руками и ими же создавалась вся эстетика. Вот где по полной пригодились навыки шитья, вязания и плетения макраме: и приработок, и создание уюта. Все поверхности, которые только возможно, были украшены кремовым вязаным кружевом. Даже дверцы старого шкафа не минула участь сия, их украшали сказочные жар-птицы из тончайшей филейной сетки под толстым слоем лака. Не зря меня мама все детство и отрочество по кружкам гоняла, получилась не квартирка, а произведение искусства. Правда Марийка в этом вопросе мнения общественности не разделяла, ей хотелось современности, а не вот этого всего.

– Нет, Ладка, лучше уж ты мне скажи, ты и правда такая дура? Ну зачем тебе чужая квартира, когда у твоего мужа бабла хватает и жилья более чем достаточно? И не пытайся мне возражать! Цветочки твои, да поделочки я сама лично тёте Кате отвезу, а квартирку верну хозяйке.

– Я не согласна! У меня должно…

– Голова у тебя на плечах должна быть. А если своей думать не умеешь, то прими помощь друга. Короче, красота моя, чтоб ты не решила, помни – у тебя есть я и я всегда на твоей стороне. И даже если ты вдруг решишь развестись с этим шикарным мужиком, я буду на твоей стороне! Развод оформим так, что мы его с красивой голой жопой оставим, не сомневайся. Не зря же мой будущий муж классный юрист.

– Кто?

Нет, честно, я даже не знаю от чего я в большем шоке, от того что лысый сморчок уже назначен будущим мужем Натахи, или от самого факта его образования, лицо то интеллектом не блистало.

– Кто-то, конь в пальто! Говорю же тебе, замуж собралась. Кстати, у  меня теперь новый адрес, как приедешь сразу забегай, поболтаем.

Подруга выудила из кармана связку ключей с миниатюрным блокнотом-брелоком и невероятно красивую ручку. Просто произведение искусства! Даже Фредерик подошёл поближе, чтобы взглянуть на это чудо. Изящный длинный корпус был словно сплетен из тончайшей металлической нити, как будто узор из воздушных петель, нерегулярная сетка с ячейками разных размеров. Пустые ячейки чередовались с заполненными и создавали целую картину, на которой из джунглей, словно живой, выпрыгивал дикий зверь.

– Пантера?

– Так, Ладка, закатай губу, во-первых, это больше похоже на гиену, а во-вторых, эта ручка дорога мне как память, так что к себе в коллекцию ты её не получишь.

– Жаль. А чем так дорога?

И ведь действительно очень жаль! Эта красота стала бы звездой моей коллекции, но, отжать у Натахи то, что ей нравится практически невозможно, если только не обменять на что-то, что ей нравится чуть-чуть больше. Например… Блин, а что например то? Кроме самого Бийского вариантов не было, а его я пока на ручку обменивать не планировала. Вдруг действительно пригодится.

– По глазам вижу о чем думаешь, но даже не надейся! Я к ней душой прикипела, сразу после того как сперла её с вашей свадьбы. Ты обронила, а я спиониздила, ибо, что упало, то моё! А ты себе ещё лучше урвешь, на моей свадьбе, не бракованную.

– А эта что, бракованная оказалась? – полюбопытствовал Фредерик, до недавнего времени стоящий чуть в стороне вместе с моей любимой тетушкой и так удачно явившийся поглазеть на находку.

– Представляешь? Совсем они в этом загсе невест не берегут. Вот тут на корпусе уголок острый торчал, но я его уже пилкой сточила, после того как укололась.

– Ясно. Лада, не переживай, – вздохнул супруг и, взяв мою ладонь в свои сильные руки поочерёдно поцеловал каждый палец. По логике вещей, у нормальной влюблённой дурочки от такой ласки должны были пробежать стада мурашек по всему периметру самой дурочки, но в моем случае все оказалось совсем не так. Мне просто было мокро. Блин, я даже дура какая-то неправильная. А муж продолжал: – я обязательно найду тебе такую же и даже ещё лучше, а главное – не бракованную. Ведь моя жена должна иметь только самое лучшее.

Ага, чего не скажешь о моем муже, жена досталась старая, дурная и с тройным прицепом. Да ещё и с такой подругой, при которой теперь ни я ни он сбежать не сможем.

– Ну что же, голуби мои, пора уж вам и честь знать… – как-то непривычно тихо и не решительно в разговор вернулась тётушка.

– Ой, тёть Кать, поверьте, с честью они сегодня и без наших подсказок разберутся.

– Натка… – прорычала я, в то время как тётя Катя и Фредерик… отчаянно краснели?

– А что Натка то? Большая уже девочка и мальчик тебе не маленький достался, чего стесняться то?

Эх, вот не умеет моя подруга останавливаться. Или это я её тормозить не умею? С мольбой взглянула на тетушку: "заткни а", буквально кричала ей взглядом. И тётушка вняла мольбам.

– Так, а теперь дружно заткнулись! Обнялись! И разошлись! Ладка, у тебя там дети в экипаже скоро плесенью покроются, или того хуже, сквасятся от ожидания. Шуруйте уже! И да храни вас господь.

– Люблю тебя, тёть Кать!

– А я то вас как люблю!

– И я! Фреди, иди сюда, тут обнимашки для взрослых!

– Наташа!!!

– А чего Наташа то?

Через пять минут, окончательно попрощавшись с провожающими, мы наконец то уселись в дилижанс. Как ни странно, но весьма небольшая снаружи пассажирская карета оказалась очень вместительной внутри, так что на мягких диванчиках, расположенных по обе стороны от двери, могли запросто уместиться по четверо взрослых, что уж и говорить о детях, на одном таком диванчике легко устроятся и два таких как мой детокомплекта.

Варюша и Варюша, как обычно, сели рядышком и принялись спорить на тему "кто же сядет у окошка", а Марийка… Марийка быстро потеряла интерес к происходящему и уже полулежала прильнув к окну и нацепив любимые наушники. Ох, тяжело сейчас с ней. А тут ещё это замужество… А точно ли Марийка его приняла? Раньше то она моих немногочисленных ухажеров и к дому близко не подпускала, а сейчас…

Странно все это. И замужество это странное. Вот никак в толк не возьму, как такое вообще могло случиться, и как я на это согласилась?

Дилижанс мерно покачивался на грунтовой дороге, одного за другим убаюкивая моих детей. И откуда взялась эта грунтовка? Неужели где-то мы свернули на незнакомую мне улицу и по неведомым тропинкам уже выехали за пределы города?

За окошком пробегали одинокие деревья, напоминающие сказочные лохматые ели и почему-то казалось, что с минуту на минуту мимо проскачет быстроногий олень с золотыми рогами. В городе таких точно не было. Ни елей, ни оленей.

На темнеющем небе появились первые любопытные звезды и круглый глаз седой луны. Оказывается, с момента отъезда прошло немало времени, если ночь уже вступает в свои права, а я и не заметила. Видимо даже с ощущением времени у меня все ни как у людей! Потому, что у нормальных в дороге и в ожидании оно тянется со скоростью полумертвой улитки на девятом месяце беременности, а у меня прошустрило, как вода в унитазе.

Украдкой взглянула на мужа. Спит. Говорят, что когда человек засыпает, отступают все житейские проблемы и заботы, лицо разглаживается, молодеет и можно увидеть человека таким, какой он есть на самом деле. Жаль только с маньяками и козлами это не работает, ни рога, ни дьявольски оскал во сне не проступают. Врут наверное. С другой стороны, спящий на самом деле выглядит несколько иначе. Добрее что ли, душевнее. Или глупее. Потому что у спящего расслабляются мышцы лица и слегка отвисает нижняя челюсть, особенно если заснуть сидя.

Фредерик глупо не выглядел, да и вообще мало изменился, как будто на секунду прикрыл глаза, спасаясь от накатившей усталости и время замерло в ожидании команды "вольно". Интересно, чем он занимался весь сегодняшний день? Да и вообще, чем он занимается по жизни? Я ведь о нем совершенно ничего не знаю. С его внешностью можно с одинаковым успехом оказаться как актёром, так и акулой бизнеса, или простым ловеласом, охотником за женским добром. Хорошо еще что у меня никакого финансового добра нет, равно как и имущества, которое можно перевести в денежную форму. Только вот дети… Блин… Ну во что же я все таки вляпалась..

– Спрашивай. – Фредерик понял глаза и попытался встретиться со мной взглядом. Отвернулась. – Лада, не молчи, я же вижу, что тебя что-то беспокоит.

– Как скоро мы приедем?

Спросить о чем-то ещё язык не повернулся уже потому, что сейчас задавать вопросы кажется ещё глупее, чем промолчать.

– Скоро. Ещё пара поворотов и мы на месте. Но тебя ведь не это в первую очередь интересует.

Конечно не это! Но как… Откуда он… неужели у меня всё на лице написано? Хотя, конечно нет. Просто у любого другого, нормального человека… Но ведь ключевое слово "нормального" …

– Фреди, я…

Улыбнулся.

– Мне нравится, когда ты меня так называешь.

– Учту.

Снова неловкая пауза. За окном появились рваные клочья зеленоватого тумана. Странно, никогда такого не видела. Вот до чего довели вмешательства в экологию.

– Так что ты хотела спросить?

Боже, как глупо, я уже скоро сутки как замужняя женщина, мать троих детей, а в разговоре с собственным мужем стесняюсь слово сказать и краснею как первоклассница! С этим нужно что-то делать. Выпить бы, для храбрости. Но нечего. Так, Ладка, выдохни, и поехали!

– Я хотела спросить, почему ты на мне женился? Зачем я тебе?

– Зачем, это сложный вопрос. – Фредерик на секунду задумался, всматривалась куда-то вдаль, туда, где зеленоватый туман был гуще и выше, настолько выше, что уже облизывал дрожащую листву редких деревьев. – Наверное, для того, чтобы всегда быть рядом, ты не находишь?

– Возможно, но…

– Послушай, Лада, я понимаю как это все спонтанно и, наверное неправильно выглядит, но поверь, я действительно хочу быть рядом. Ведь ты необычная женщина, ты…

– Дура.

Мой вздох. Его улыбка.

– Самокритично. Но в корне не верно. Ты необычная женщина. Открытая, настоящая, волшебная… Сейчас такие огромная редкость. И я счастлив, что именно мне довелось встретить тебя.

– Ты мне льстишь…

– Нисколько. Я всего лишь говорю то, что думаю и что вижу, а ты просто не знаешь себе цену.

Боже, как же часто я слышала вторую часть его высказывания! Как будто всем моим знакомым раздали карточки со словами и велели повторять их не менее трех раз в месяц каждому. Но что если в них есть хоть какой-то процент правды? Может и впрямь пора присмотреться к себе?

– Возможно ты прав. Но всё таки…Фреди, я ведь даже по возрасту горжусь тебе, не в матери конечно, но в старшие сестры. И выгляжу как-то… Особенно рядом с Наташкой.

– Не знаю – не знаю, я твою Наташку сразу и не заметил, только на тебя смотрел. Ладушка, ты очень красивая женщина, с невероятными глазами, милой улыбкой и волшебно красивой душой.

– Но ведь внешне душу не видно и рядом с тобой все будут видеть только сорокалетнюю бабу, в то время как тебе… Кстати, сколько тебе лет?

Либо мне показалось, либо Бийского смутил мой вопрос. Странно, вроде и не барышня на выданье, с чего бы ему возраста стесняться? Я вот своим горжусь. Иногда. Хотя и не афиширую лишний раз.

– Не стану пугать тебя этой страшной цифрой, но поверь мне, я гораздо старше, чем ты думаешь.

Эх, жаль мои минус полтора с хвостиком не позволяют разглядеть эту хитрую физиономию при таком освещении! Явно ведь шутить сударь изволят. Ну а раз уж супруг шутит, то и мне можно немного попробовать. Так, язву размять.

– Значит ты в душе немного Киркоров, тебе глубоко за пятьдесят и за плечами шестнадцать пластических операций?

Усмехнулся. Хотя и шутка кривая.

– Ну, скажем так, я несколько старше тебя и в оперативном вмешательстве никогда не нуждался. А все почему? Потому что, там, куда мы едем невероятная природа, буквально исцеляющая. А уж воздух какой! Насыщенный, свежий, пропитанный ароматами луговых трав, такой воздух и омолодит, и вылечит, и на балалайке сыграет. Да что я буду тебе рассказывать, приедем и сама всё увидишь! Поверь мне, в скором времени ты и сама заметишь, что помолодела лет на десять, не меньше.

– Ну да, и воздух у вас там лечебный, и яблочки молодильные, и вода живая. – Я даже рассмеялась. Тихонько, чтоб детей не разбудить. – Тебя послушать, так мы не в деревню к тебе едем, а в сказку.

– А вот приедем и узнаешь! Первым делом накормлю тебя молодильными яблоками.

Я сразу представила себе как я эти самые молодильные яблочки одно за одним уплетаю, прямо с дерева: за маму, за папу, за троюродного братика, за тётю Катю, за Наташку, а потом, как меня супруг новоявленный из бутылочки смесью кормит и колыбельную на ночь поёт. Хихикнула.

– Ты главное не злоупотребляй.

– Хорошо, не буду. На скольких годах предпочитаешь остановиться?

– Посмотрим по обстоятельствам. Но, определённо не моложе своих детей.

– Это замечательная новость!

Улыбаясь Фредерик на несколько долгих секунд заглянул мне в глаза. Удивите, несмотря на полумрак и плохое зрение я ВИДЕЛА его глаза! Каждую золотую искорку, каждый всполох чёрного пламени его зрачка. Странно, но сейчас эти глаза никак не ассоциировались с закатным небом, или тёплой карамелью, скорее уж с… Да нет, глупо. Как такое вообще здоровому человеку может в голову прийти?

А за окном стремительно темнело. Ещё этот странный туман… И голова кружится… Наверное это от качки, все таки не каждый день приходится кататься на таком, раритетном что ли, виде транспорта.

– Скажи, а почему именно дилижанс?

Фредерик многозначительно обвел взглядом внутреннее убранство сегодняшнего транспорта. Красота, ничего не скажешь. Стены, крыша и мягкие диванчики оббиты бордовым плюшем с тонкими золотыми вензелями, светильники и дверные ручки оформлены в виде цветка золотой лилии в лапах собаки, а стоящий по центру резной столик цвета слоновой кости вообще можно было читать как книгу. Что ни сторона, то приключения милой собачки на дальних берегах. Красота!

– Стоит ли напоминать, что это романтично? – улыбнулся супруг.

– Наверное ты прав. Где мы сейчас?

Фредерик выглянул в окошко и задумался.

– Уже рядом. Осталось совсем немного.

Головокружение сменилось новыми ощущениями, как будто в районе солнечного сплетения образовалась крошечная воронка и сейчас втягивает в себя все мои внутренности, начиная с мозга. Да что же со мной происходит? И дети… Что с ними? Они точно спят?

– Фреди, – выдохнула я, практически теряя сознание, – Что это за туман? Он ядовит?

– Какой туман?

– Да вон тот, зелёный!

В почти чёрных глазах супруга пронеслась буря эмоций, испуг, тревога, волнение и…восторг?

– Там нет никакого тумана… Вероятно, тебя сильно укачало. Прости, я не подумал о такой возможности. Попробуй уснуть, во сне качка переносится легче.

Фредерик обнял меня за плечи и прижал к груди, как ребёнок долгожданную игрушку. Почему-то подумала о том, что любимую женщину обнимают иначе и провалилась в сон…

Глава четвертая

Утро встретило непривычной тишиной. Ванюша с Варюшей не спорили, не разбрасывали игрушки и даже не дрались за пульт от телевизора. Может быть, ещё слишком рано и дети спят? Лично мне вот спать очень хочется, так что, что бы не случилось, ближайшие полтора часа глаза открывать я категорически отказываюсь! Ибо не фиг. Да и нормальный здоровый сон, на который мне везёт не часто, крайне важен для организма. Моего, разумеется. А также для окружающих, ибо выспавшаяся мать – добрая мать, а сытая мать – ещё и любящая. Так может встать и покушать? Нееет! Спать, спать, спать и ещё раз спать. Поесть я всегда успею. Если, конечно, есть что поесть.

Попробовала вспомнить содержимое холодильника. Значит, вчера я была на рынке прикупила домашнего творога, три килограмма картошки, охлажденную курицу и готовые блинчики, фаршированные варёной сгущёнкой. Точно! Может блинчиков поджарить? Конечно, домашние были бы и лучше и вкуснее, но с ними ещё возни сколько, а тут готовые. Или все-таки тесто завести?

Нет, определённо, спать пока хочется больше чем есть. Да и дети не шумят. Наверное, тоже спят. А впереди целый день бесконечной суеты: готовка, уборка, садик, работа, снова садик, снова готовка, опять уборка, Наташки развод… Стоп! Но ведь развод уже был! Или мне все это приснилось? Боже, только бы приснилось, только бы это был полет неуемной фантазии старой бирючки!

Не решительно приоткрыла правый глаз. Глаз упёрся во что-то белое… Вот же дура! Я же сплю на правом боку. Закрыла. Набрала в грудь побольше воздуха. Выдохнула. Левый глаз открывался более уверено, в надежде на то, что, то самое, белое, под правым глазом, являлось моей любимой подушкой в наволочке с вышитыми по углам васильками. Вот только увиденное меня не слишком порадовало, поэтому глаз я поспешила закрыть.

Краткий осмотр показал одно: я действительно лежу в кровати и на подушке, но! Ох уж мне это но… В совершенно незнакомой комнате.

Аккуратно перевернулась на спину, на всякий случай чуть причмокнув губами для большего соответствия спящей, и, раскинув руки, пошарила под одеялом. Никого. Можно выдохнуть. Что я и сделала, после чего смело открыла оба глаза и осмотрелась.

Комната, в которой я проснулась, была не меньше моей съёмной квартиры целиком. В центре, прислонившись к стене, расположились кровать с моей скромной персоной, плотно завернутой в одеяло, по обе стороны от изголовья большие, если не сказать огромные окна и, судя по всему, выход на балкон. Вдоль стен, кстати сказать бревенчатых, выстроились ряды натуральной деревянной мебели в стиле "Прованс", украшенной изящной резьбой в комплекте с росписью и акцентами из кружева филейной сетки. На многочисленных полочках зеленели комнатные цветы всех мастей, а над головой красовалась самая необычная люстра из всех, что я когда либо видела. Выполненная из тонкого золотого метала, она напоминала стилизованную солнечную систему, только у каждой планеты непременно был брат близнец, а у некоторых и не один. Например, Земли было четыре, а у Сатурна две. Не удивлюсь, если при включённом свете все эти планеты придут в движение.

Ладно, это все: планеты, цветочки, это все лирика. Сейчас куда важнее узнать где я и где мои дети. О боже, дети!

Рывком скину с себя одеяло и кое как выпрямив затекшую спину, двинулись было к двери, но одумалась. Щеголять в незнакомом доме в трусах и в лифчике не самый лучший выбор, тем более что хвастать там особо нечем. Кстати, вот ещё вопрос, ответ на который не мешало бы выяснить, кто меня раздел? Нет, конечно спасибо большое, что оставили нижнее белье, но даже до этой стадии раздевать себя я никому не разрешала! Даже собственному мужу. Вернее, я думаю, что не разрешала, ибо последнее что я помню, как на фоне качки галлюцинировала зелёным туманом и бессовестно вырубилась на груди у новобрачного. Но кто-то же меня перенёс в эту комнату, снял с меня вещи и уволок их в неизвестном направлении, не оставив даже тапочек! Фредерик? А кто же еще? Больше я здесь никого не знаю.

Ладно, разберёмся. Но, сперва, нужно найти одежду.

Поиски увенчались успехом не успев начаться, ибо на дверце одного из шкафов меня ожидало мягкое льняное платье в русском стиле, а возле кровати обнаружились тканевые балетки, расшитые белоснежными ромашками и нежными розовыми лилиями. Лепота! Задумываться о природе появления здесь этих вещей не стала, в конечном счёте, это же, с большой вероятностью, моя комната, а значит вещи здесь оставлены не для соседа. Жаль только, что своего привычного гардероба я пока не обнаружила, любимый тёплый халат был бы сейчас очень кстати.

Переодевшись, я снова бодрою походкой раненого кузнечика направилась к выходу и снова неудачно. Или наоборот, слишком удачно. За этой дверью оказалась дамская комната, коей я непримянула воспользоваться. Эх, права была тётя Катя, говоря своё козырное: лучше нет красоты, чем пос…в общем по маленькому с высоты! Сейчас я её ой как понимала!

Выход нашёлся за следующей дверью. При чем как выход из комнаты, так и выход происходящего за грани понимания. Где я вообще? В музее непонятного зодчества времен царствования Кого-то-нибудь четырнадцатого? Почему выход из деревянной комнаты вывел меня на деревянный балкон внутри деревянного дома размером с кремль? И где мой гид? Я же здесь попросту заблужусь!

– Ох, простите, Лада Андреевна, я ж ведь всего на пять малюсеньких минуточек отлучилася, а вы уж и проснулися, и оделися. А я ж вам помогать должна! Что ж мне сейчас останется? Может, желаете чего?

Невысокая круглая девушка выросла как будто из пола и принялась тараторить без умолку и передышки. Как вообще можно такой текст на одном дыхании выдать? Видимо лёгкие хорошо натренированы, не то что у меня.

– Здравствуйте.

Я постаралась мило улыбнуться, но, видимо в моём полушоковом состоянии этого делать не стоило. Бедная кругля с перепугу отшатнулась и чуть не навернулась с лестницы, по которой минуту назад сюда поднялась. Ладка, ты зверь! Прям таки боевой хомячок в полной амуниции. Вот можно без грима и оружия против сотни юных круглях выставлять, с такой-то улыбкой. Но не сегодня, сегодня нужно налаживать отношения.

– Меня Лада зовут. А вас?

Кругля нервно хихикнула и прижалась к стенке. Да что ж у меня за видон-то был?

– А я… А меня, Лада Андреевна, Клавдией кличут.

– Очень приятно, Клавдия.

– А, это… Ага, и мне, значится, тоже. Может вы того, позавтракать хотите?

Девушка заметно нервничала, но попыток шваркнуться с лестницы больше не предпринимала, что не могло не радовать. Ещё и покушать предложила. В животе предательски заурчало и предатель мозг чуть было не сменил вектор мышления с родительско-семейного на гастрономический.

– Спасибо, Клава, кушать и правда очень хочется, но мне бы сперва найти Фредерика. Артуановича. – Добавила я на всякий случай. А вдруг здесь так принято?

– Так пойдёмте я вас провожу! – подобралась кругля, по всей вероятности радуясь возможности сбагрить меня мужу, что называется "из рук в руки", – он тутычки, недалече, с ребятишками играть изволит.

Изволит значит. Ну и речи… Прямо таки театр абсурда! Либо эта круглая надо мной издевается, либо у Бийского заскок на ролевые игры и сейчас передо мной разыгрывает я сцена "хозяйка поместья и безграмотная деревенщина", акт первый. Боже, куда я вляпалась?

– Благодарю. – Ответила в тон "безграмотной деревенщине" и прошествовала к лестнице.

Стоит отметить, что мой наряд идеально вписывается в окружающую обстановку, то есть я шествовала по деревянном дому, аки княжна русская во палатах царских. Правда княжна такая, средненькая, скромненькая, на престол не рассчитывающая, а потому до богатых нарядов не доросшая.

Клавдия провела меня вниз по лестнице, затем через огромный холл в соседнюю залу, а оттуда боковыми коридорчиками на задний двор, при этом не переставая трещать ни на одну секунду.

– Пойдёмте, пойдёмте, Лада Александровна, лестница здесь просто загляденье, правда? Перильца какой-то знатный иностранец строгал, сорок дён из сарая своего не выходил, работал как вол, ей богу! А вот это зала для приёма, чтоб к гостям красиво по ступенькам сойтить значится. Тутычки парадная с главным входом, но мы сейчас туда не пойдём, я вас другим путем поведу, через хозяйственную. Вы токмо хозяину не скажите, а ну как осерчает? Мне то, конечно, говорено не было, дескать, не води ты, Клавка, хозяйку по грязному, но кто его знает то? Береженного оно и бог бережёт. Не скажете ведь, а?

–Ну беспокойся, не скажу, это будет нашим маленьким секретом.

Улыбнувшись мне так, что даже засияла от удовольствия, Клава заторопилась дальше. Сделав ещё пару поворотов в тускло освещённых коридорах, кстати сказать, ничего грязного я по дороге не обнаружила, мы вышли на задний двор.

Вот уж где действительно невероятное красивое место! Огромный луг, усеянный цветущим разнотравьем, просто поражал воображение. А учитывая тот факт, что среди всего этого пестрого великолепия прогуливались куры, фазаны и цесарки, порхали яркие бабочки, а, чуть поодаль, шикарный мужчина катал двоих детишек на белоснежном пони, мне показалось, что я попала как минимум в кино про любовь.

– Спасибо тебе, Клавдия, дальше я сама.

Наблюдать за смеющимися детьми, играющими в догонялки, одно удовольствие. А вот видеть, как они играют с отцом, совсем другое. В нашем случае особенное, с нотками щемящей тоски и безграничного блаженства. Так уж случилось, что с отцами моих детей совместная жизнь у нас не практиковалась. Один не хотел обременять отношения семьёй и ребёнком, второй быстро пересчитал финансы необходимые на воспитание ребёнка в литраж коньяка и тоже сдулся, а третий просто слишком любил свою маму, и три дополнительные женщины никак не вписывались в его жизнь. В общем, не срослось.

Нет, за себя мне совсем не обидно, сама виновата, что не тех мужиков выбирала, а вот за детей… Им ведь и в правду нужен отец. Не для денег, нет, для другого. Ванечке чтобы ходить на рыбалку, строгать рогатки, мастерить машинки из старого конструктора и вести мужские разговоры. Варюше чтобы кататься на широкой крепкой шее, кормить кашей из песка, ловить бабочек и жаловаться на брата. А Марийке просто для того, чтобы было кому приструнить нахальных ухажеров и дать понять, что ей есть на кого в этом мире положиться и есть кому доверять.

Но всего этого у них нет. Не было. А сейчас у них, у нас есть Фредерик, который, как мне кажется, готов взять на себя все эти невыполнимые для меня задачи. Вон как хохочет Варюшка, перелезая с широкой спины пони на плечи новому папе! Ещё и кричит что-то, наверняка покатать просит. Идиллия!

– Всем доброго утра!

На меня одновременно глянули три пары счастливых глаз.

– Мамаська, памати, я на ёсяди катаясь! – Защебетала Варюша, покрепче обнимая Фреди за голову, чтобы ненароком не упасть.

– Нет, мамуль! Мамуля, ты лучше на меня посмотри! Я на него сам залазить умею! Теперь это мой боевой конь. А спорим ты никогда не угадаешь как его зовут?

– Ясядка!

– Сама ты лошадка, а он боевой конь и имя у него боевое! Он будет Лунный рэнжер! И у него суперсилы!

– И какие же? – поинтересовалась я, подходя поближе к семье и боевому коню с суперсилами.

– Предполагаю, что он обучен вежливости и умеет говорить маме доброе утро. – Фредерик ссадил с плеч Варюшу и тепло мне улыбнулся. Ну просто сказочный принц! – Доброе утро, Лада. Позавтракаешь с нами?

– Молодильными яблоками?

– И ими тоже. Наш завтрак в корзине дожидается твоего согласия на трапезу.

Пока я получала миллион утренних поцелуев от младшеньких, мой новоявленный супруг подхватил корзину и перекинул плед через плечо.

– Здесь недалеко есть очень уютное место, беседка на берегу, предлагаю позавтракать там. Надеюсь ты не устоишь перед таким предложением. – Вновь улыбнулся Бийский, только на этот раз в его улыбке проскользнуло сугубо мужское коварство. Или мне показалось?

Хотя, какая разница, ведь завтрак на берегу это так…  Да тут любая не устоит. Тем более, когда рядом восторженно подпрыгивают два пухлощеких мячика.

– Уя! Мое! Ми будем кусять на берегу моя! – Захлопала в ладошки Варюша.

– Ура! Ура! Я буду ловить рыбу! Мам, а ты пойдёшь со мной червяков копать?

У Ванюши были такие глазки, что я уже почти согласилась на это ужасающее действо. Хотя, сама мысль о том, что придётся взять это длинное, важное и наверняка скользкое что-то в руки… Бррррр! Ни за что! А ещё если вспомнить что потом это нужно на крючок натягивать! Нет, на такой экстрим я точно не пойду.

По всей видимости, Фредерик понял ход моих мыслей и пришёл мне на помощь.

– Нет, дети, сегодня мама с вами червячков капать не будет. Да и вообще, девочки не очень любят копать червячков и удить рыбу. Поэтому, я предлагаю заняться этим завтра рано утром, когда мама ещё спит, а самые большие рыбки выходят на червячковую охоту. Согласны?

Конечно же они были согласны. Особенно Ванюша, он был буквально на седьмом небе от счастья и уже во всю строил планы на количество в перспективы пойманной рыбы.

– Мама, ты главное пожарь самую большую, а из маленькой мы с папой уху сварим, на костре, как настоящие охотники и рыболов. Правда, пап?

– Правда. – Ответил Фредерик Ванюше, а после уточнил уже у меня: – ты ведь не против?

И, конечно  вопрос был не об ухе. И, естественно, правильного ответа я не знала. Но ведь, как ни крути, а мы уже второй день одна семья, так почему бы детям не называть Фредерика отцом? Тем более что это именно то, чего я для них хотела. Да и вообще, если дети не против, он согласен, почему я должна сопротивляться? Нет, однозначно, решено. Я…

– Не против.

До беседки мы шли минут пять, всю дорогу выясняя, какая именно рыба водится в реке. Оказалось, что самая разная. В первую очередь это караси и окуни, они клевали чаще всего, потом хищная злющая щука, толстый сом, верткий вьюн и неизвестная мне плятка, которая очень любит ржаной хлеб. Фреди пообещал, что уху он непременно сварит именно из пятки, с добавлением некоторых ароматный трав, названия которых мне предстоит угадать по аромату готового блюда.

Добравшись до места, я ахнула от восторга. Воздушное строение цвета слоновой кости с резными стенами и арочным входом утопало в цветах и больше подходило царском двору, нежели пустынному берегу извилистой речки.

– Здесь нереально красиво…

– Единственное здесь нереально красивое создание это ты…

Фредерик подошёл ко мне сзади, слегка приобнял за то место, где когда-то была более чем заметная талия, склонил голову поближе к шее и потерся об ухо кончиком носа. А они снова не пришли… Вот ведь противные мурашки! Ну как они могут не реагировать на такого мужчину? От досады даже ногой захотелось топнуть и посуду побить. Но, топанье по траве не даст нужного эффекта, а до посуды ещё добраться нужно и, желательно, до пластиковой, дабы обойтись без фарфоровых жертв. С этой мыслью я покосилась на корзинку, но мой желудок отреагировал быстрее обиженного мозга и предательски забурчал.

– Ты права, – усмехнулся супруг и, подхватив меня под руку, повёл, нет, не в беседку, а на огороженные мостки, скрытые за кустами шиповника, – красоту нужно кормить!

Расстелив плед на мостках, Фредерик занялся сервировкой. Оказалось, в маленькой с виду корзинке уместилось не только гастрономическое разнообразие в количестве граничащем с безобразием, но даже небольшая подушечка, дабы я могла со всеми удобствами усадить свой пухлый жоптис на мягкое.

Кормили меня вкусно, сытно и разнообразно. В то время, как дети во всю уплетали свои любимые бутерброды и сладкие булочки с молоком, передо мной расположились пирожки с яблоками, шарлотка, блинчики с яблочным джемом, тугие кубики яблочного желе, яблочная пастила, яблочный штрудель и яблочный же сок. У меня даже глаза на лоб полезли и челюсть отвисла от такого изобилия яблокосодержащих блюд.

– Я же обещал кормить тебя молодильными яблоками. – Довольно сообщил Бийский, наблюдая за моим выражением лица.

А моё лицо выражало многое. Во-первых голод, так как последний раз я ела вчера, да и по правде сказать вообще не помню ела ли, во-вторых жадность, ибо мне очень хотелось успеть хотя-бы укусить всего по кусочку, до того, как исчезнет во-первых. В-третьих удивление. Неужели это все действительно приготовили только для того, чтобы поднять моё настроение и самооценку, заставив поверить в сказанное мужем? В-четвёртых… Да фиг с ним с этим перечислением. Пора приниматься за трапезу!

– Ну, если они и впрямь молодильные, то такими темпами, к обеду у тебя будет уже четверо детей. – Резюмировала я и с наслаждением вгрызлась в пирожок. Правда от следующей фразы чуть не подавилась.

– Наверное, к обеду это слишком рано, остановимся на девяти месяцах?

В груди что-то неприятно заворочалось, после чего аппетит сразу сошёл на нет и даже нежнейший пирожок показался глиняной булкой нафаршированной старой соломой. Да быть такого не может! Неужели я не случайно  оказалась "победительницей брачного отбора"? Ведь, если подумать, то тайны из наличия и количества у меня детей я не делаю, напротив, считаю их своим богатством, и Бийскому наверняка об этом говорила. Значит, если вдруг он искал себе плодовитую особу для продолжения рода, я могла оказаться самой выгодной партией из всех находящихся в клубе, ведь остальные многодетные мамаши в такое время сладко посапывали в своих кроватках, в тщетных попытках выспаться. При таком подходе становится ясно почему он не обратил никакого внимания на яркую Наташку.

Задумавшись, попыталась себя критически оглядеть. По крайней мере, ту часть меня, которая была доступна моему взору. Картинка печальна. Ноги не настолько длинны, как хотелось бы, бедра слишком широки, грудь слишком отсутствует, а вот живот, напротив… С другой стороны, как-то сразу вспомнились слова моей соседки "Ладка, ты главное запомни, ты невеста нарасхват! Коленки вон, круглые, значит легко дитятю выносишь, а бедра широкие, значит родишь легко". Вот только я ещё тогда подумала, что в наше время у мужчин другие приоритеты. Уж что-что, а плодиться в неимоверных количествах в рамках одной семьи никто из них не планирует, а сделать одного-двух любой здоровый мужик может. Хотя, если он не совсем здоров, то возможно…

Да нет, бред! Как такое вообще в голову могло прийти? Ох, Ладка, кажется, на тебя вся эта история с замужеством плохо подействовала. Голова в каком-то детективно-заговорщеском режиме работает, когда работает. В итоге, вместо строительства мостов в отношениях с мужем, чуть не возвела семиметровую стену с колючей проволокой под напряжением. Вывод – нужно взять себя в руки и попробовать красиво выкрутиться.

– Прости, Фреди, но, в ближайшие девять месяцев, я на такие подвиги не согласна. – Я честно попыталась улыбнуться и свести всё к шутке, чтобы, возможно, вернуться к этому разговору несколько позже. – А вот когда помолодею, тогда и поговорим.

Фуф! Я это сказала. И желание жить и есть вернулось одномоментно. Не то чтобы у меня от слов мужа желание жить вообще пропадало, но вот желание жить в браке с ним, это да, это пошатнулось. Зато теперь, в душе снова запели птицы, в траве застрекотали кузнечики, от детских улыбок в голове вспорхнули сотни бирюзовых бабочек, а от мимолетного прикосновения пальцев мужа к моей руке снова не побежали мурашки. Да что ж это такое-то! Сломалось они, что-ли? Или на голодный желудок бегать отказываются? Что ж, вот как раз сейчас мы и проверим последнее предположение.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.