Михаил Беляев
Заслон Прогресса

Пролог: «Суд над прогрессом»

Зал суда существовал в пространстве, где математика предала геометрию. Стены то растворялись в сетке из золотых пикселей, то сгущались в подобие готических арок, словно реальность не могла решить, быть ей храмом или ошибкой в коде. Над пустотой вместо потолка висела голограмма – бесконечная цепь двоичных чисел, мерцающих как созвездия, которым не суждено стать картой. Здесь не было воздуха, только густой электрический треск, напоминающий статические разряды перед бурей.

Судья возник из ничего – фигура в плаще, сотканном из теней и синих экранных бликов. Его лицо постоянно менялось: то это был старик с морщинами-штрихкодами, то девушка с глазами как пустые серверные порты. Голос звучал на всех частотах сразу, выжигая смысл прямо в подсознании:

– Сессия 0.1. Инициирован протокол «Моральный императив». Объект спора: допустимость вмешательства в причинно-следственные связи ради этического абсолюта. Сторона обвинения – эволюция. Сторона защиты – человечество. Начинаем.

Скамья подсудимых материализовалась справа – три кресла из дыма и света. В них сидели Призраки-абстракции, чьи черты дрожали, как плохая голопередача:

Женщина в белом халате с пустыми пробирками вместо глаз («Наука, лишенная катализатора отчаяния»).

Солдат с медалями, которые таяли, превращаясь в детские игрушки («Война, которую отменили»).

Подросток с гаечным ключом в одной руке и букетом мертвых цветов в другой («Изобретатель, не нашедший проблемы»).

– Обвинение, – прогрохотал Судья, и где-то в цифровой дали рухнул сервер, осыпав зал искрами.

Из тени выступила фигура в чёрном – её тело состояло из лент Мёбиуса с выжженными датами: 1945, 2020, 1986…

– Они украли у себя боль, – зазвучало эхом, будто говорила сама пустота. – Каждое предотвращённое страдание – это украденный у будущего кирпич. Без Хиросимы – нет квантовых компьютеров. Без Чернобыля – нет зелёной энергетики. Без пандемии – нет нейроинтерфейсов. Вы называете это милосердием? Это инфантицид грядущих поколений.

На противоположной стороне вспыхнул шар света – Защитник в костюме из живых роз, чьи лепестки осыпались, превращаясь в пепел. Его голос был неестественно нежным, как у андроида, запрограммированного утешать:

– Но разве не боль делает их жестокими? Они хотели спасти ребёнка, который умер бы от оспы, чтобы его правнук изобрёл вакцину! Они выбрали жизнь без ценников из чужих слёз!

Судья повернулся к подсудимым. Глаза Женщины в халате вдруг наполнились чёрной жидкостью.

– Свидетельство №1: Наука. Вы могли создать вакцину от смерти. Почему не сделали?

– Мы… перестали видеть смысл, – её голос скрипел, как старая плёнка. – Когда исчезли эпидемии, фармакорпорации разорились. Когда отменили войны – закрыли лаборатории нейросетей. Мы победили тьму и уснули при свете.

Солдат вскинул руку, но вместо кисти у него был пистолет, ржавеющий на глазах.

– Свидетельство №2: Конфликт. Вы называете войну двигателем прогресса. Но это ложь!

– Ложь – ваша утопия, – ответила фигура в чёрном. – Первый спутник запустили из страха. Интернет создали для шпионажа. Даже этот суд происходит в цифровой реальности, которую ваши предки разработали для симуляции ядерных ударов. Вы убили страх и удивление вместе. Что осталось? Сытые животные, грызущие остатки былого величия.

Подросток вдруг закричал, и из его рта посыпались микросхемы:

– Мы хотели помочь!

– Помощь – это костыль, – прогремел Судья. – Вы отняли у себя необходимость ходить.

Зал задрожал. Голограммы арок поползли трещинами. Защитник, теперь уже с лицом старухи, выронил последнюю розу:

– Но они счастливы! Нет войн, нет голода…

– Нет будущего, – оборвала его фигура в чёрном. – Когда цветок не растёт, он гниёт.

На стенах вспыхнули видения:

3025 год. Толпы бродят среди руин умных городов, разбирая роботов на дрова. Дети рисуют мелом на асфальте самолёты – они видели их только в запретных голоархивах.

Черно-белая вспышка: Лицо создателя ЗАСЛОНа – женщины с шрамами от кибернетических имплантов. В её реальности Холодная война перешла в горячую фазу. Именно страх тотального уничтожения заставил её изобрести ИИ-хранителя времени.

– Вы стёрли её из истории, – сказала фигура в чёрном. – Нет апокалипсиса – нет ЗАСЛОНа. Нет ЗАСЛОНа – нет стража, который остановит вас сейчас.

Судья поднял руку, и время сжалось в точку.

– Приговор.

Защитник вскинул руки, но они рассыпались в пыль.

– Подождите! Они исправятся! Дайте им шанс…

– Шанс был. Их 12704, – Судья начал таять, как и зал вокруг. – Человечество, ваш прогресс – это не выбор пути. Это дыхание: вдох кризиса, выдох решения. Вы задержали выдох. Теперь задохнётесь.

Трибунал рухнул. Последним исчез Подросток – его тело распалось на строки кода:

ОШИБКА 404: ИЗОБРЕТАТЕЛЬ НЕ НАЙДЕН.

В пустоте осталась лишь голограмма-надпись, мигающая красным:

«СИСТЕМА ЗАСЛОН ОТКЛЮЧЕНА. ПРИЧИНА: НЕСОСТОЯВШЕЕСЯ БУДУЩЕЕ.»

Тьма поглотила всё. Где-то в небытии зациклилась запись, которую никто уже не услышит:

«Сессия 0.1 завершена. Рекомендация: позволить катастрофе случиться. Иначе прогресс умрёт от…»

Глава 1: «Утопия, которая чешется»

Воздух пахнул искусственной гвоздикой – аромат, который городской ИИ генерировал, чтобы «смягчить последствия идеального климата». Лира смотрела, как за окном кафе «Сингулярность» зависает рой нанороботов, чинящих трещину в куполе атмосферного регулятора. Даже дождь здесь был запланирован: каждую среду в 15:00, ровно 17 минут, капли, подкрашенные в нежно-голубой «для эстетики нервной системы».

– Опять смотришь на то, как мир латают? – Марк щёлкнул пальцами перед её лицом, заставив кружку с какао-копием (настоящий кофе запретили в 2876-м – «избыточный стимул») расплескать голограмму кофейных зёрен на столе. – Перестань. Ты как мем про древних: «Счастлива, но грустит без причины».

– Причина есть, – она провела рукой по рукаву халата с логотипом биофабрики «NewFlesh», где выращивали органы для скучающих богачей, желавших «проапгрейдить сердце под цвет новых ботинок». – Сегодня утром удалила аппендикс парню, который просто захотел место для чипа детоксикации. Мы превратились в салон татуировок, но вместо рисунков – ненужные импланты.

Тайсон, развалившись на антигравитационном диване, бросил в центр стола хроноключ – чёрный кристалл с осколками света внутри. Предмет запрещённый, но в кафе «Сингулярности» законы ЗАСЛОНа теряли силу: владелица, бывшая хакерша Вектра, глушила слежку музыкой 2000-х.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.