Андрей Глущук, Глущук Михайлович
Взломщик. Империя Stanza

Взломщик. Часть третья

Глава 1

–Привет, напарник! – Ира влетела в офис, крутанула короткой зеленой юбочкой, демонстрируя обнову и радостно улыбаясь, заявила – А меня отчислили!

–Поздравляю. – Стас невольно улыбнулся в ответ. – Если, конечно с этим можно поздравить.

–Можно!

–И за что, если не секрет? – взломщик уже неделю балансировал на грани между скрытой влюбленностью и решительным признанием. И никак не мог выбрать правильную линию поведения. Девчонка в дочери годится, а здесь он со своими проблемами среднего возраста. Глупо и безнадежно. Поэтому Стас старался пореже глядеть на порхающее существо, наслаждающееся обретенной интеллектуальной свободой.

–Я им принесла очерк о взломщике, а они заявили, что фантастика вне сферы журналистики.

–Глупо.

–И я сказала: глупо. Точнее немного иначе. – Ира оглядела стол, подоконник, заглянула на полочки. – А что, поесть нечего? Понимаешь, я вообще-то, несла горячий хлеб. Запах –обалденный. Полквартала от офиса магазинчик. Я не утерпела и купила. А потом встретила Колю, и он все съел! Какие у него губы теплые!

–Вы что, целовались? – Стас ощутил неприятную тяжесть в груди.

–Нет. Я его с рук кормила. У лосей, оказывается, губы такие бархатные. Вот только зубы он не чистит.

–Это он зря. – Согласился Стас. – Подари ему чистящий гель. Так, все-таки, что ты сказала в университете?

–А, так. Ничего. – Ира присела на рабочий стол, расположив загорелые ноги в опасной близости от взгляда взломщика. – Ты свой дряхлый монитор починил?

–Кажется. – Стас с независимым видом уставился в окно.

–Я им сказала, что если они жизни не знают, то нечего других учить!

–Глупо.

–А, по-моему, правильно!

Ира болтала ногами, не давая Стасу сосредоточиться.

–Во-первых, слезь со стола. Во-вторых, наша банковская история для них действительно фантастика. И для тебя была бы фантастикой, если бы твой чип работал. Любая дестабилизирующая общество информация – строго дозируется. В Потоки отдают только то, что необходимо для решения конкретной задачи. Никто не поверит, что в наше время можно ограбить банк. И, наконец, в-третьих, будешь выпендриваться, тебе насильно подключат чип. Ни ты, ни я этому помешать не сможем. Так что будь скромнее.

Ира перестала болтать ногами. Она их подняла параллельно столу и принялась изучать туфли.

–Я и туфли купила новые. Нравятся? – и, поясняя, добавила, – У тех каблуки погнулись. Больше не регулируются.

–Нравятся. – Нехотя одобрил покупку Стас. – Слезь со стола.

–Во-первых, ты до сих пор не обзавелся вторым креслом. Мне негде сидеть. Только на столе или подоконнике. Во-вторых, воспитанные мужчины уступают дамам место. А в-третьих, я не выпендриваюсь. Я просто хочу есть!

Стас встал и отошел к окну.

–Садись, кресло свободно.

Ира мигом перебралась на место директора промышленно-консалтинговой компании.

–Что ты собираешься делать?

–Работать.

–Где?

–У тебя. Или ты забыл распоряжение начальства?

–Кем?

–Кем угодно. Хочешь – промышленником. Хочешь – консультантом. Могу директором, если тебе тяжело… – Ира улыбнулась, пытаясь заглянуть взломщику в глаза.

–Я на государственной службе. Распоряжение было. А штатного расписания до сих пор нет. – Стас не знал, что сказать.

–Я уже поняла.

–Ты не поняла: у меня нет вакансий.

–Ты же взломщик. Ты все можешь! А уж вакансию…

–Ладно. Возьму. – Ира обрадовалась и продемонстрировала улыбку: смерть дантиста. Ровные белые зубы так и просились на рекламный постер.

–Техничкой на полставки.

–Значит, я буду техникой заниматься? – Ира не утерпела, встала с кресла и устроилась на подоконнике рядом со Стасом. – Ты только учти: я гуманитарий. С техникой у меня отношения напряженные.

–Уже учел. Твоя техника особой подготовки не потребует: щетка, ведро, вода. Пыль, пол, окно.

–Ты так много слов знаешь. – Ира спрыгнула с подоконника, уворачиваясь от щелбана. – Ты, наверное, очень умный!

Стас чуть было не поддался мальчишескому порыву: броситься за Ирой вдогонку, но вовремя включил тормоз. Она, конечно, может дразнить, сколько ей будет угодно, но он не подставится. Ну, догнал, ну поймал, и дальше что?

–Пошли кушать, техничка. А то, щетку в руках не удержишь.

Стас свернул мягкий монитор, забросил его за пазуху – поближе к телу, выключил миклиматор и направился к двери. Жирная муха, кажется навсегда поселившаяся в его офисе, потеряв, несущийся по кругу поток, недовольно зажужжала и врезалась в окно. Ира еще мгновенье постояла в стороне, ожидая подвоха. Не дождавшись, не скрывая разочарования, последовала за начальником.

Глава 2

Они сидели за столиком в «Арарате» – любимом ресторанчике Савенко. Стас, как обычно в такую жарку погоду выбрал стоик в глубине зала. Ира разглядывала меню, высветившееся на молочно-белой столешнице розовым прямоугольником с рядами черных букв и цифр.

–Я стала путаться, когда читаю. – Пожаловалась она.

–Давай включу чип. – С лёгкой иронией предложил Стас.

–Не надо. Я быстро обучаюсь. – Ира покусывала нижнюю губку, пытаясь понять, что кроется за незнакомыми названиями. В конце концов, она сдалась и решила применить хитрость. – Не знаю, что брать. Ты что себе закажешь?

–Советую говяжий язык-гриль. – Стас понял маневр девушки. – Он всегда мягкий и сочный. Тебе наверняка понравится. А гарниры в «Арарате» просто изумительные.

–Уговорил.

Они нажали сенсоры напротив названия блюда. Стас заказал бутылку красного полусухого вина. Эту роскошь он позволял себе только по большим праздникам. Но полученная премия вполне оправдывала статус особого случая. Хотя, если честно, дело было не в премии. Взломщику просто хотелось устроить Ире праздник. Скажем, в честь досрочного окончания университета.

–А ты где учился? – неожиданно спросила Ира.

–Школа космодесанта, Академия космодесанта. – коротко ответил Стас. Он не любил вдаваться в подробности своей студенческой юности.

–Небось, отличником был? – Ире почему-то казалось, что профессионально состоявшийся человек, а Стас несомненно был настоящим профессионалом, обязан был быть лучшим студентом.

–Школу – с отличием. А Академию – как ты.

–Как я? – не поняла Ира.

–Да. Отчислен с пятого курса. – Стас нетерпеливо повернулся в сторону выхода из кухни. Он не хотел продолжать эту беседу. Но робот-официант мирно дремал у барной стойки, не обращая внимания на посетителей. Заказ еще не был готов.

– Влюбился или заболел? – глаза Иры светились неподдельным любопытством. Она жаждала разгадать тайну. А в том, что тайна есть, Ира была совершенно уверенна.

–Поумнел. – Стас начал постукивать костяшками пальцев по поверхности стола. – А ты в кого влюблена и кем больна?

Взломщик задал вопрос, что называется «на автомате», с одной целью – перевести разговор. Но сразу понял, что сделал глупость. Он плохо себе представлял, как сможет выслушать ее возможную исповедь. Более того, он не желал ее слышать.

–Что значит «поумнел»? – Не поддалась на провокацию Ира.

Теперь Савенко деваться было некуда: либо он должен был рассказывать о себе, либо настаивать на Ириных признания. Из двух зол Стас выбрал меньшее.

–Понимаешь, когда я заканчивал школу, был моден лозунг: «Если ты настоящий мужчина – твое место в космосе!» Кто в семнадцать лет сознается, что он не настоящий мужчина? Мы почти всем выпуском поступали в школу космодесанта. Прошло пять человек. В том числе и я. И только там, в процессе учебы, я понял, что лозунг – с двойным дном.

–То есть как?

–Не важно. Тебе лучше этого не знать.

–Пусть. – Легко согласилась Ира. Она решила, что настаивать нет смысла. На факультете старые ассы им внушали: главное разговорить человека. А там он выложит всё, даже то, что хотел бы скрыть. – И чему вас учили?

–В основном противодействовать и выживать. Хотя, непонятно зачем.

–Как раз даже очень понятно. Выжить на враждебных планетах! Это же без подготовки невозможно!

–Я, тоже так считал.

–Разве не правда? – Ира чувствовала, что сбита столку. Стаса явно не устраивало её простое и вполне логичное объяснение.

–Так. Только никому не нужно было, чтобы настоящие мужчины выжили в космосе… Понимаешь?

–Нет…

–Они должны остаться на непокоренных планетах навсегда. Причем, только мужчины.

–Всё. Я ничего не понимаю. Это, наверное, опять из-за чипа. – Иру всерьез расстроила собственная бестолковость. Она никак не могла ухватить мысль, которая Савенко казалась настолько элементарной, что он даже не стремился эту мысль расшифровать.

–Чип не причем. – Стас оглянулся на робота. Тот уже важно выезжал из кухни с огромным серебристым подносом. На нем в настоящих фарфоровых тарелках возлежали в окружении овощей, большие, прожаренные куски языка. Над тарелками вился ароматный парок, и запах, возбуждая аппетит, обгонял робота, проникал в ноздри и разливался по телу приятным предощущением близкого пира.

Робот расставил, тарелки, разложил приборы и прямо на столе откупорил бутылку, дал Стасу понюхать пробку и налил чуть-чуть в бокал взломщика. Программист, готовивший персонал «Арарата» знал толк в этикете. Дождавшись одобрения Стаса, робот наполнил оба бокала и гордо удалился.

–Чувствуешь аромат настоящего мяса? – Стас вооружился вилкой и ножом и собрался заняться препарированием языка.

–Я ничего не буду есть, пока ты не объяснишь! – Ира смотрела на взломщика требовательно и немного сердито. Савенко вздохнул, попрощался с сочным горячим языком и положил вилку на стол.

–Если в двух словах, то в космодесант отбирают людей с повышенной природной агрессивностью. Их отправляли не завоевывать новые планеты и миры, а умирать там. Чтобы не было войн здесь. А женщин не брали, потому что…

–Могла появиться раса воинов и завоевать Землю?

–Умница. Была такая теория. Потом придумали Прямые Информационные Потоки. И воинов стали убивать на уровне нейронов.

–Ты это понял, и тебя выгнали? – спросила Ира не без восхищения.

–Не совсем так. Я это понял и мне предложили другую работу. Более интеллектуальную, чем героическая смерть на далеких планетах.

–Так ты, оказывается, агрессивен! Мне нужно быть осторожной. – Ира вооружилась вилкой и ножом. – Видишь, я уже готова к обороне!

–А я – к приятному обеду.

Стас отрезал кусочек языка, обмакнул его в соусницу и положил в рот.

Ира повторила ритуал за ним следом.

–Ты знаешь, из всех занятий языком, это занятие самое приятное! – призналась она. – Это я тебе говорю, как полиглот.

–Полностью согласен. Это я тебе, говорю, как гурман.

После бутылочки вина они почувствовали себя богами на Олимпе. Под ними была суета жизни Нижнего города, над ними голубело июльское небо, а они нашли старую, полусгнившую скамейку под шуршащими листьями клена и молча наблюдали за пожилым мужчиной, гулявшим с рыжим колли. Молодой кобелек бегал за палочкой и восторженно лаял высоким, чуть хриплым дискантом, а старик, швырял принесенный обломок ветки, заставляя собаку вновь и вновь совершать веселые и бессмысленные пробежки.

Стас издали кивнул префекту. Тот ответил едва заметным поклоном. Ира не обратила внимание на это представление немых. Она разглядывала ярко рыжую собаку и прикидывала: подошел бы её волосам такой цвет или нет.

Взломщик, глядя на развлечение префекта, подумал, что в истории с ограблением банка, он оказался в роли молодого кобелька, а шеф швырял и швырял палочку обстоятельств, заставляя его, Стаса заниматься увлекательным, но, по сути, бессмысленной погоней. Его все чаще отсекают от результатов его собственного труда. Такой изощренный способ эксплуатации человека системой.

–Ему, наверное, грустно… – Сказала Ира.

–Кому? – Не понял Стас.

–Старику. Он не знает: кто из них кого переживет. Хозяин собаку, или собака хозяина. У него, наверное, это последняя собака. А у пса – единственный хозяин. И как будет жить тот, кто останется один?

Голос у Иры дрогнул.

–Не плачь. Они будут жить долго и счастливо и умрут в один день. Как в сказке.

–Все-таки вы, мужчины, ужасные дураки.

–Пусть так. Ты сыта, довольна?

–Довольно сыта.

–Значит, пора заняться делами.

–Интересно!

–Очень. Я схожу, проверю одну идею. А ты помоешь окна. А то через наш термопластик слона от дерева отличить невозможно. – Заметив, что Ира собирается протестовать, Стас добавил. – И не забывай, что я директор, а ты техничка на полставки! Да, чтобы тебе не было скучно в мое отсутствие, просмотри, пожалуйста, любую информацию о необычных происшествиях на планете за последние полгода. Все, что несовместимо с нормой поведения человека с чипом.

–Интересно, как это сделаю?

–Очень просто: протрешь окна, потом заглянешь в стол, а с остальным разберешься.

–Фу, как загадочно! Я думала – ты герой, а ты, оказывается, позёр.

–Возможно. Но при этом, очень либеральный начальник. Цени мои достоинство и не зацикливайся на недостатках. .

–Ладно, Великий и Всемогущий. – Ира поймала себя на том, что непременно стремится оставить за собой последнее слово. Раньше она этого не замечала. А, может быть, такой и не была.

Глава 3

Никаких идей у Стаса еще не было. Имелись мысли. Правда, этого добра было достаточно и, даже с избытком. Но от обилия мыслей картина мироздания не становилась яснее. Скорее наоборот. Отправляя Иру в офис, он преследовал только одну цель: устранить фактор, дестабилизирующий умственную деятельность (а Ира именно таким фактором являлась) и опробовать систематизировать все, что знал о структуре управления планетой, чтобы понять: что на самом деле происходит с самым контролируемым обществом в истории человечества.

А что-то точно происходило. Иначе откуда взялись эти секты, убийства, банковские ограбления, – то чего в принципе не могло происходить в условиях тотального сканирования мозгов. Причем это происшествия, случившиеся только в его, Стаса Савенко секторе ответственности, в течение неполных двух месяцев. Взломщик был готов поклясться собственной свободой от ГИЦ, а ничего более дорогого у него и не имелось, что подобная чертовщина происходила и в других секторах.

Думать, сидя за столом, Стас не любил. По его выражению: «В сидячем положении мозги прикипают к заднице. И размышления от испражнений уже не отличить…» Формулировка особым изяществом не отличалась, но сути соответствовала идеально.

Ясность мысли взломщик обретал на ходу, в процессе движения. Ноги разгоняли тело в пространстве, кровь в теле, а мысли в извилинах. Он прогревал мозги, как гонщик прогревает перед гонкой мотор своего болида. Вот и сейчас Стас скорой походкой, отмерял метр за метром по направлению к городской свалке. Точнее к тому, что от неё осталось после, проведенной три дня назад операции по ее ликвидации.

Конечным пунктом прогулки бывшая свалка не являлась. И не ностальгия по недавнему подвигу тянула Савенко на место спасения Иры. Он решил просто проветриться, а заодно, проверить расселину в штольне, куда свалились дедовские часы. Разворачивать монитор, каждый раз, когда возникала необходимость узнать время, оказалось неудобно и хлопотно.

Вообще-то взломщик умел определять время с точностью до пяти минут и без часов. Чувство времени – один из навыков, который вырабатывали многочисленными специальными упражнениями у курсантов школы космодесанта, ежедневно и на протяжении всех лет обучения. Но без привычного ремешка на руке, Стас чувствовал себя, как-то неуютно. Будто ушел из дома, а какая-то часть организма: кисть левой руки, или пара ушей, или глаза осталась на полочке. Словом, ощущение было дрянное. А это влияло на настроение и работоспособность.

Стас миновал последние постройки Старого города, на несколько мгновений задержался, разыскивая в зарослях кустарника полуразрушенное шоссе и, нащупав мозаику из серого асфальта, сочной зелени травы и вкраплений полевых цветов, снова перешел на легкий энергичный шаг.

Если рассматривать пирамиду планетарной власти, то ее вершину венчал Всемирный Совет. Двадцать представителей шести континентов и председатель. Председатель Всемирного Совета менялся каждые четыре года. Его выбирал Всемирный Совет из своего состава. Председателями последовательно становились представители разных континентов. Евразия имела в Совете пять представителей. Изначально это было справедливо: на континенте проживала большая часть населения. После открытия границ и объединения рынков труда народ из Азии перебрался на Черный материк. Который, в результате быстро пожелтел. Но сложившаяся система представительства, тем не менее, сохранилась.

Северная Америка имела четырех представителей, что тоже являло собой исторический рудимент. Всемирное правительство складывалось в эпоху гегемонии Соединенных Штатов Америки. Экономическая, а главным образом военная мощь США, стали весомым аргументов в пользу одного дополнительного голоса в Совете. Что самое смешное, именно Всемирный Совет ускорил процесс ослабления и развала супердержавы. Не помог и лишний представительский портфель.

Все остальные континенты, кроме Антарктиды имели по три голоса. Кусок суши на Южном полюсе, в результате потепления, лишившийся значительной части ледяной шапки, был представлен двумя голосами. Несмотря на постоянный рост населения и бурное экономическое развитие.

Географического центра, где бы находился Совет, на сколько было Стасу известно, не существовало. Последней столицей была Канберра. Но и она уже лет пятьдесят, как лишилась этого статуса. Сегодня общепризнанной столицей мира не назывался ни один город. Так же никто не видел самих Членов Совета, а председателя и подавно. Система строгой конфиденциальности досталась в наследие от времен борьбы с терроризмом. Терроризм умер в путах Прямых Информационных Потоков, а анонимность руководства стала политической нормой. Дойдя до определённого уровня власти, человек получал псевдоним и исчезал навсегда.

Континентальные Советы строились по более здравому принципу. Представительство исторических регионов обосновывалось, коэффициентом, который высчитывался исходя из четырех параметров: площади региона, количества населения, валового продукта и наличия ресурсов развития.

Далее шли региональные и муниципальные органы управления.

Вся власть формировались, по сложившейся практике, партиями, победившими на соответствующих выборах. Последние десятилетия политическая борьба сводилась к поединку партии Прогресса и Экологического движения. Первые ратовали за развитие новейших технологий. Вторые, не отказываясь от благ цивилизации, горой стояли за неприкосновенность Природы.

Один раз в шесть лет вялотекущие политические дебаты превращались в красочные шоу. Планета на пару месяцев сходила с ума. Гражданская война без жертв, но до последнего голоса, заканчивалась как по взмаху дирижерской палочки, сразу после подсчета голосов.

–Вот это да! – не удержался Стас, выскочив из густого кустарника на территорию бывшей свалки. Огромная площадь, еще недавно усеянная искусственными горами из предметов, некогда составлявших гордость человеческой мысли, и превратившихся в ненужный хлам, с которым природа, тем не менее, не могла справиться веками, стала плоской, гладкой и блестящей. Как будто по земле кто-то прошелся гигантской паяльной лампой или генератором плазмы, испарив все, что могло стать газом и, расплавив все, что не могло испариться.

Взломщик наклонился и осторожно коснулся темного зеркала. Горячее от солнечных лучей, оно обожгло кончики пальцев. Прагматики из партии Прогресса не могли потратить столько средств впустую. Стас был готов поклясться чем угодно, что это тепло не пропадает даром. Как аккумулировали энергию там, под толщей оплавленной земли взломщик не знал. Но в том, что это происходило, был уверен. Так же как был уверен, что у этой энергии уже имеется владелец с конкретным именем и фамилией.

«Будь у власти Экологи, они непременно воссоздали бы здесь какие-нибудь болота Юрского периода, были бы счастливы сами и осчастливили пару тысяч цапель и пару триллионов комаров. Устроили бы экзотик-парк. И у парка, наверняка, тоже появился бы свой владелец. С конкретным именем и фамилией. Идеологии разные, а финал один!»

Стаса всегда поражала масштабность и радикальность, принимаемых властями решений. Хотя он бы предпочел поражаться их разумности. И как-то же все эти проекты проходили через бюджетные комиссии и ревизионные службы.

«Какие могут быть выборы, бюджеты и ревизии в Прямых Информационных Потоках?! Если можно управлять информацией, то можно управлять, и людьми, и деньгами, и ревизорами. Но зачем-то эти Всемирные Демократические игры происходят?» – над этим вопросом Стас задумывался часто, но ответа на него не находил. Наверняка имелась какая-то внутренняя логика, но она обосновывалась информацией, которой взломщик не обладал. А хотелось бы.

Прогулка по черному «леденцу» у Стаса энтузиазма не вызывала. Отодвигая слегка обожженные литься кустов, он отправился к тоннелю вкруговую. Тем более: крюк получался небольшим. Что для настоящего взломщика лишних пятьсот-шестьсот метров? Пустяк. Говорить не о чем.

У входа в тоннель Савенко ожидало еще одно открытие. Причем неприятное: место, где раньше был вход – осталось, а самого входа не было. Глянцевый язык расплавленной породы поднимался по склону знакомого пригорка вверх и плотно закрывал отверстие. Непонятно только зачем и от кого.

–Вот те на! – Стас постучал по блестящей поверхности. Она отозвалась гулкой пустотой, но ощущения, что эту преграду можно разбить голыми руками не создавалось. Скорее наоборот. Гудение спекшейся породы, дразнило: «Вот оно, какая я! Ну-ка, врежь кулачком, проверь свое здоровье!»

Взломщик на провокации не поддавался и к собственному здоровью относился трепетно. Поэтому сразу принялся озираться вокруг, в поисках чего-нибудь тяжелого и тупого. Но не головы.

Лес вокруг черного «леденца» был чист. Казалось: здесь прошла армия юных друзей природы и убрала все, что не имело растительного происхождения. А из упавших сучьев, остались только гнилушки да маломерки весом не более двухсот грамм. С таким и на ящерицу охотится бессмысленно, не то, что заниматься вскрытием горной породы.

–Не пробивать же головой, в самом деле! – Ворчал Стас недовольно. – Голова – оружие тонкое и, в таких случаях, одноразовое. Стену, вероятно, пробью, да только воспользоваться этим уже не смогу. Одно хорошо: в разбитые головы чипы не вшивают.

Взломщик еще раз прошелся по близлежащим кустам и вернулся к черному глянцу бывшей свалки. Сначала взгляд зацепился за отражение, потом он различил тень. Довольно толстый обгоревший ствол торчал прямо из черного зеркала.

–О, леденец-то, оказался на палочке! – Стас подошел ближе с намерением выломать дрыну из остекленевшей массы. Потянувшись к ней, но сообразил, что при такой температуре, какая, очевидно, была здесь в момент уничтожении свалки, никакая палка выжить не могла. Еще размышляя о нелепости происшедшего, взломщик потянул черный штырь на себя. Штырь не поддался. Но блестящий щит, прикрывавший вход в туннель плавно отъехал в сторону, словно приглашая взломщика внутрь. Два одинаково темных пятна теперь оказались рядом друг с другом, образуя чуть искривлённый знак бесконечности.

–Меня опять ждут. Как бы снова не стали убивать. Если четно, одного раза вполне достаточно.

Стас помялся у входа, проклиная своё профессиональное любопытство, но, тем не менее, шагнул в сумерки туннеля.

Глава 4

«А он, пожалуй, не такой уж и безнадежный…» – подумала Ира, разглядывая находку.

К выполнению любых инструкций она подходила творчески. Поэтому начала не с окон и пола, а со стола. В его тумбе на верхней полке лежал мягкий монитор. Точный такой же, как тот, с которым не расставался Стас Савенко. Теперь у нее была собственная субмарина, на которой Ира могла смело нырять в Информационные Потоки. Нырять и выныривать, с гарантией, что ей не «вправят мозги», не заставят шпионить за взломщиком, не начнут распоряжаться её жизнью и её поступками. Ира поняла: её приняли в компанию – компанию избранных. И не только техничкой. Она теперь тоже немного взломщик. А со временем может быть станет настоящим взломщиком. И о ней в студенческих городках будут рассказывать легенды. Первая девушка-взломщик! А, может быть, вообще единственная.

Ира спрятала монитор на место включила миклиматор, чтобы добавить хоть немного прохлады и взялась за щетку. Прохладнее в помещении не стало, но воздушный поток оторвал от кона завсегдатаю офиса – толстую зеленую муху и отправил ее в бесконечный и действительно кругосветный полет. Потому, что летало насекомое вокруг света, точнее светильника.

«Хоть бы какая инструкция была к этому прибору!» – Самсонова ощупала длинную пластиковую ручку, пластиковый набалдашник с набитой в него, такой же пластиковой щетиной. Нигде не было ни одной кнопки.

–Может быть, ты управляешься голосом? – Ира зачем-то обаятельно улыбнулась, как бы задабривая прибор, и громко произнесла: – Мыть окно.

Щетка не реагировала.

–Вот, ведь, сволочь! – Возмутилась Ира. Потом задумалась над тем, на чей счет наиболее справедливо адресовать этот крик души. Не работала, конечно, щетка. Но неисправный прибор ей подсунул босс. – Руководить людьми, это тебе не по пещерам лазить. Тоже мне спелеолог-любитель. Искатель подземных приключений! Консультант недоделанный!

–Если и монитор нерабочий – уйду. Пусть справляется в одиночку! – Ира снова открыла тумбу стола и достала свернутый в трубочку мягкий монитор. Развернула, коснулась пальчиком сенсора «пуск» в нижнем левом углу, и появилось изображение офиса компании «StaS».

Стас сидел в своем директорском кресле и с глубокомысленным видом разглядывал Иру.

–Если ты видишь меня, то, значит, окна и пол по-прежнему грязные.

–Какой умный. У тебя, между прочим, крейтор на ладан дышит, а щетка вообще не фурычит, вот! – Ира вступила в полемику, совершенно забыв, что перед ней только запись. Послание из прошлого.

– Судя по всему, ты пыталась: включать щетку, командовать щёткой, а потом занялась поиском инструкции.

–Ну и что!

–Я хочу тебя познакомить с прибором. – Невозмутимо продолжал Стас.

–Наконец, сообразил!

–Это добрая старая щетка, идеальная модель с точки зрения экономии энергоресурсов. На нее бесполезно кричать, у нее нет кнопок, сенсоров, датчиков и прочей чепухи. Зато есть ведро. В ведре есть вода. Которую я налил и принес заранее. Можешь оценить заботу руководства. На подоконнике моющее средство.

–Подождите, профессор, подожди, я не успеваю записывать! – Ира стояла, привалившись к подоконнику, сложив руки на груди, и метала на монитор взгляды полные иронии.

–А теперь инструкция. В воду выливаешь пять колпачков моющего средства. Затем, в правую руку берешь щетку, и перемешиваешь ею жидкость в ведре. Далее, стряхиваешь щетку над ведром и трешь щетиной окно до тех пор, пока пейзаж за ним не будет виден отчетливо. Окна моются с двух сторон: изнутри и снаружи. Порядок мытья – сверху вниз…

–Ну и гад! А я-то, дура, считала, что он не безнадежен.

– Спасибо за комплимент. Уборка пола производится после мытья окон. Его нужно просто протереть. Если увидишь подвал, значит – ты перестаралась и нам придется искать новый офис. За сим откланиваюсь. Успехов в труде. Стас Савенко.

–Ладно, сочтемся! Ты еще за мной будешь на задних лапках бегать и умолять, чтобы я на тебя посмотрела! Хмырь лысый!! Вот тогда я тебе инструкцию составлю: чего мешать и куда втирать!

Ира взяла бутылку и вылила ее содержимое в ведро. Потом вооружилась щеткой, сделала пару махов в воздухе, как будто пыталась отрубить Савенко голову и засунула щетинистый набалдашник в ведро.

–Вернется, я ему лысину помою. А то она что-то плохо блестит! И буду тереть до тех пор, пока не увижу, что там под костями прячется! А потом пойду искать нового начальника! – Мечтала Ира, раскручивая в ведре глубокую воронку водоворота.

Сначала пена стала выделяться редкими пузырьками по краям воронки. Потом пузырьки стали множится, как бактерии на питательной среде. Через минуту белая шапка угрожающе нависала над ведром и продолжала расти, несмотря на то, что Ира уже стояла в стороне и только наблюдала за бурной реакцией.

– Он сказал пять колпачков?

Пена выползла из ведра и отправилась в путешествие по полу. Ира быстро сдернула со стола монитор, выключила миклиматор. Муха, потеряв опору, с усталым жужжанием спикировала на пену и исчезла в золотистых пузырях. Вероятно, навсегда.

–Он сказал пять колпачков…– утвердительно повторила она и, задумчиво, подвела черту: – По-моему, я перестаралась.

Ира покосилась на старенький крейтор, но пена уже отсекла ее от прибора.

– Ну, и черт с ним. В музей и сломанный возьмут.

Пузырьки полностью проглотили ведро и почти спрятали под собой стол. Директорское кресло проявляло себя только верхушкой спинки. Желтоватые язычки с ленивым любопытством вползали на подоконник. Мир за коном им был не безразличен.

–Ну, вот что: вы здесь убирайтесь, а я пойду искать информацию о необычных происшествиях на планете. Это называется разделение труда.

Ира быстро выскользнула за порог и плотно прикрыла дверь офиса.

Глава 5

В туннеле, все было как тогда, когда Стас здесь прошел первый раз. Та же темнота, те же неровные стены и не вызывающий доверия свод. Вот только камней под ногами не было.

Стас провел лучом фонарика по полу. Яркое желтое пятно вырвало из темноты длинную серую заплату – следы недавних строительных работ. Кто-то не поленился вырубить в пещере штробу, судя по размерам заплаты достаточно глубокую, а потом тщательно заделать ее. Как говорил Вини Пух в славной сказке про него и Кристофера Робина: «Это ж-ж-ж неспроста!». Скорее всего, под бетоном покоился кабель или иная система транспортировки энергии.

«Скажем мне, где конец кабеля и я скажу, кто его владелец!» – Высказывание Стаса было несколько самонадеянным, но то, что появилась возможность за один поход решить две проблемы, его серьезно порадовало. Он не помнил ни одного официального документа, проходившего в Информационных Потоках, где бы упоминался такой проект ликвидации свалки. Само по себе, превращение свалки в накопитель солнечной энергии ничему не противоречил. Но за чей счет и для чьей пользы это сделано, кто получает дивиденды? А главное: законно ли это строительство вообще?

Почти безнадежное путешествие за часами деда, могло принести реальные плоды. И, возможно, добавить еще один факт в подборку странных событий, выходящих за рамки норм поведения, принятых в обществе электронного контроля сознания.

Ровный бетонный тротуар привел Стаса к знакомой расселине. Она была тщательно заделана. Точнее, ее не было.

За границей бывшей дыры царил первобытный хаос: обломки породы, какие-то органические останки, и пыль, на которой отчетливо просматривались отпечатки подошв.

Сначала Стас подумал, что это следы его недавней погони. В условиях пещеры они могли сохраняться годами. Но, приглядевшись, он убедился, что, во-первых, следов было много. Во-вторых, часть из них вела не из пещеры, а вглубь нее. И, наконец, бросались в глаза следы от гусениц – «сороконожек». На такие ставят на небольшие мобильные агрегаты. Например, устройство для изготовления полимербетона.

Обилие отпечатков обуви объяснялось просто: кто-то же должен был заниматься строительством. Автоматы в этот туннель загнать было сложно. Все делали, вероятно, с помощью небольшого полуавтомата. А это требовало присутствие людей.

Но зачем строители ушли в пещеру?

«Наверное, это были пещерные люди.» – Про себя ухмыльнулся Стас. -«Такая первобытная калым-бригада с первобытной бетономешалкой, специалисты по укладке современных коммуникаций!»

Смеяться можно было долго, только напрашивался неутешительный вывод: раз дыра заделана, то до дедовских часов добраться вряд ли удастся. Оставалось последовать за пещерными людьми. Если не удается одним выстрелом убить двух зайцев, нужно попробовать добыть хотя бы одного. Тем более, что этот заяц имел солидный вес, мохнатую лапу в органах власти и казалось весьма заманчивым разобраться: чьи ушки торчали за бизнес-проектом.

По следам Стас прошел метров пятьдесят. Не доходя пролома в транспортный туннель, того самого, из которого взломщика выкинуло ударом капсулы, следы внезапно исчезли. Можно было бы сказать, что строители провалились под землю, если бы все и так не происходило под землей.

–Ладно, спокойно. Чудес не бывает. Бывают загадки, шутки и розыгрыши. Что мне предложили сейчас? Попробуем-ка, классифицировать.

Стас провел лучом фонарика по стенам. Увиденная картина выглядела уныло грязно и не обжито. Стенами до Стаса не интересовался никто, включая летучих мышей и ползучих гадов. А главное, не было никаких намеков на разгадку таинственного исчезновения строителей. Свод пещеры выглядел еще более безотрадно. Никаких люков, лазов или дверей не наблюдалось.

Взломщик снова вернулся к изучению пола.

–Сексологи утверждают: половой вопрос является ключевым в жизни человека. Я решительно готов проверить это на практике. – Стас присел на корточки. Но и с этой позиции ничего нового увидеть не удалось. Разве что следы, в конечном пункте пребывания строителей, были чуть более плотно натоптанными. Будто на этом месте люди стояли, переминаясь с ноги на ногу в ожидании чего-то. Например, транспортного средства. Здесь же отпечатки гусениц врезались в пыль особенно глубоко.

–Ну не на роботах же их увозили? – Стас чувствовал, что его обманули как ребенка. Транспортировать на антигравитационных роботах рабочих, чья месячная зарплата вряд ли превышает пару тысяч юников – просто смешно. Ну, даже если кому и пришел в голову такой бзик (хотя для чего бы эта секретность?), оборудование роботы точно не утащат. Не по силам им поднять в воздух такой вес. – Должно быть тупое, дешевое, элементарное решение.

Взломщик достал монитор и раскатал его на коленях. Искать что-нибудь полезное на новом плане Нижнего города не стоило даже пытаться. Если кто-то хотел скрыть информацию, то в первую очередь, стер бы ее в ГИЦ. Старый принцип преступных сообществ: нет человека – нет проблем, сегодня не актуален. Новая его трактовка: нет информации, нет проблем, стала значительно популярнее, а, главное, гуманнее.

Действительно, на плане города туннель, в котором находился Стас, не был обозначен. Это еще раз подтвердило его подозрения. На архивном экземпляре тридцатитилетней давности туннель присутствовал. Правда, происхождение его оставалось неясным.

– Грубая работа. – Оценил взломщик. Либо кто-то очень торопился, либо был абсолютно уверен в своей безнаказанности. – Попробуем зайти с другой стороны.

Стас поднял каталоги строительной техники, нашел модели, наиболее подходящие по размерам и сфере применения. Три десятка конструкций, продавали восемь дилеров в Нижнем городе. Просмотрев контракты, взломщик получил список из 29 организации, в основном небольших подрядных фирм, специализирующихся на нестандартных работах по прокладке коммуникаций и укреплению конструкций подземных помещений.

–На этом рынке приличный спрос! – Стас уже начал сомневаться, что заработок трудяг, бетонировавших туннель, вписывается в пару тысяч юников. Только это было единственным результатом проведенной работы. Маркетинговое исследование, несмотря на свою занимательность, ни на шаг не приблизило его к разрешению тайны исчезновения строителей.

Он запустил поиск по дате. Двадцать восемь организаций усиленно трудились последние две недели и были просто завалены работой. Компания «Design group», входящая в концерн «Stanza Inc.», пребывала в безмятежном безделье. Хотя еще десять дней назад была буквально нарасхват.

–Разлюбили вас клиенты. – Стас ощутил прилив сил, так было всегда, когда он нападал на след. Видно, ластик цивилизации не до конца стер инстинкт охотника, доставшийся взломщику от далеких предков. – И эта Станза мне уже попадалась. Какая обширная сфера интересов, какой кругозор! От антигравитационных устройств, до подрядов на строительство. Пора с фирмой познакомиться поближе.

Информация по «Stanza Inc.» имелась лишь самая общая. Трансконтинентальный концерн. Основные направления: строительство, электроника и энергетика. Штаб-квартира базируется в Австралии в Канберре. Но, чем-то очень знакомым веяло от этого названия. Чем-то, с чем Стас встречался чуть не каждый день.

–«Stanza Inc.», «Stanza Inc.» – повторил Стас несколько раз, меняя интонации. Что-то в названии компании было лишним, путающим, сбивающим с правильного курса.

Стас попробовал выйти из тупика через графический образ. На пыльном полу пещеры, его палец почти точно повторил логотип компании – четыре параллельных прямых с вписанными в них буквами.

Взломщик был уверен, человек никогда ничего не делает зря. Каждое действие, даже кажущееся пустым и бессмысленным, имеет свою причину и свое следствие. И сейчас эта теория получила стопроцентное подтверждение. Во-первых, Стас убедился, что никогда не писал названия корпорации, значит, не имел с ней никаких отношений. Но это открытие носило прикладной и второстепенный характер. Главное заключалось в другом. Под слоем пыли палец наткнулся на довольно широкую щель. Расчистив ее, Стас обнаружил, что стоит на прямоугольной платформе. На ней же топтались строители со своим оборудованием. Они действительно провалились под землю. Осталось выяснить: как это им удалось. Где искать привод лифта или как там эта чертовщина у них называется? Где кнопка «пуск»?

–Вот так вся жизнь и проходит: от дверей до дверей, от запора до запора. – Стас подумал и поправил себя – От замка до замка, от вскрытия до вскрытия. На то я и взломщик…

Глава 6

Ира сидела на пеньке рядом с крыльцом офиса и увлеченно путешествовала по Информационным Потокам. Оказывалось, что совмещать обязанности капитана, штурмана и матроса в этом путешествии, гораздо интереснее, чем, как раньше, быть в том же плавании только пассажиром. Она сама ставила цель, сама избирала путь, сама контролировала результаты, и сама делала выводы. САМА!

«Савенко, конечно, поганец. С щеткой меня подставил и с этой дурацкой жидкостью для мытья. Наверняка ведь все сделал специально. Спровоцировал, а я, как последняя дура…» – Ира поглядела на окно офиса. Неплотно прикрытая фрамуга сочилась желтой пеной. Казалось, что дом заболел бешенством. – «Ну, и ладно. Зато потолок будет чистый.»

Ира вернулась к изучению монитора и прежней мысли.

«И, все же, он освободил меня от чипа. Пусть не ради меня самой. Пусть преследовал свои цели. Но в результате я стала Самсоновой Ириной, а не придатком ГИЦ! И … интересно, если пена не исчезнет, где я буду работать? Кстати, где он живет. Должен же босс где-то спать? Или он вообще не спит. А если спит, то с кем? Должна же быть у него жена. Точно должна. Мужику за сорок… Наверное, она его не любит, раз отпускает так, без контроля. Хотя мне-то что? Любит, не любит, плюнет… Ты смотри: какая забавная картинка!!!»

Ира нанесла на карту мира еще одну метку. Выходило, что аномалии начались, приблизительно год назад и происходили на всех континентах.

«Точно, и сектанты появились в прошлом году. Не летом. Позже. В середине семестра. Вот так я! Еще посмотрим: кто взломщик, а кто техничка! Вернется, пока пену не уберет, ничего ему не расскажу. Или расскажу, но все равно, пусть со своими подлянками разбирается сам! Я эту химию еще со школы ненавижу!»

–Ненавижу и все! – Заявила Ира в полный голос.

–Быстро. – Изображение на экране рассыпалось на мелкие фрагменты и упало на дно монитора. На месте карты Мира светился яркий голубой мундир с золотым шитьем, а над ним вместо головы – черная дыра. Ира сразу вспомнила этого человека невидимку. Точно такой, торчал в пещере на малахитовом постаменте, когда сектанты чуть не убили Стаса.

–Что быстро? – Ира вовсе не собиралась задавать вопрос. Слова сами сорвались с языка. Возникло ощущение, что ей снова подключили чип и она слепо выполняет действия, которые ей диктуют извне. Ире стало обидно.

–Быстро научились ненавидеть. – Голос у человека-невидимки был спокойный и чуточку утомленный. Будто Ира припёрлась к нему в комнату отдыха и помешала заслуженной релаксации после тяжелого трудового дня.

–Нормально. – Ира поняла, что сморозила глупость. Но растерянность нарастала, и она никак не могла с ней справиться.

–Вам виднее. – Равнодушно согласился мундир. – Где Савенко?

–На задании. – Ира решила прикрывать своего начальника до последнего.

–Я ему ничего не задавал. – Оказалось, что мундир умеет удивляться и острить.

–У него особо секретное задание. Не всем положено знать! – Иру понесло. Она, конечно, говорила ерунду, но поток слов давал возможность скрыть смущение и собраться с мыслями. – Вы, наверное, не входите в список посвященных. У вас какой уровень допуска?

–Уровень чего? – Черное пятно над золотыми позументами стало сереть и кое-где проявились отдельные черты лица. – Какой список?

–Вот видите. Вы даже о списке не знаете. И, кстати, мундирчик у вас так себе. Я бы на вашем месте сменила стилиста и модельера. В этом костюме вы похожи на Геринга.

–На кого?

–Был такой деятель: толи летчик, толи палач. Это из курса евразийской истории. Кажется, двадцатый век.

–Палач?

–Я же сказала – точно не помню. Может быть, просто политик. Хотя вряд ли. В те времена все политики были палачами. Или большинство.

–Ты соображаешь: с кем говоришь? – Лицо над мундиром обрисовалось достаточно четко, но все равно осталось серым. Серым и злым. Не понравилась Ире эта физиономия.

–В двадцатом веке я бы ответила точно. А сейчас все так запутанно…

–Я приказываю: немедленно снять блокаду чипа!!

–Давайте меняться: я снимаю блокаду, а вы мундир. Честное слово, вам в шортах и в футболке было бы лучше.

–Нет. – Взревел серый человек. – Баб нельзя выпускать из потока. Контроль! Только тотальный контроль!

Но остановить Иру уже было невозможно.

–На свою жену кричи. А с моим контролем я как-нибудь сама разберусь. Без посторонних павлинов с золотыми побрякушками.

–Молчать! – серый человек сорвался окончательно. Лицо сначала повело волнами, а потом оно приобрело вполне точные очертания. Ира его узнала. Именно этот тип сидел на пульте управления системы охраны и пытался нанизать ее на каменную иглу. Или, что-то в этом роде. Словом, делал всякие гадости. И еще: видела она его и раньше. Задолго до этого. Но где?

–Коротко и четко: где Савенко?!

Ира неудержимо захотелось свернуть монитор в трубочку и засунуть в офис. Пусть этого грязного типа умоет желтыми пузырями. И он лопнет от злости.

–Почему молчишь?

–Вы такой непоследовательный. Сначала сами говорите «молчать». Потом спрашиваете: почему молчу. Вы уж как-нибудь определитесь. А то я совсем запуталась. А про Савенко у него и спросите. Он же без меня, но с монитором ходит. А вы в монитор, все равно, без спроса и без «здрасьте» залазите.

–Ладно, я с вами разберусь. Сначала с Савенко, потом с тобой. И добрый совет на прощанье: не лазь по потокам без спроса. Многие знания – большие проблемы.

–И вам до свиданьица.

Первые пять минут после разговора серым типом в голубом мундире Ира пребывала в состоянии эйфории. Она построила этого наглеца, как Растрелли Зимний дворец. Не разговор получился – шедевр архитектуры. Ира даже немного жалела, что противник так скоро ретировался. Девушка только разогрелась, только по-настоящему завелась и нате вам: постель пуста, любовник скрылся.

Но когда эмоции схлынули, возникло ощущение нервозности и неуверенности. Причем связано оно было не столько с обладателем дурацкого мундира, а мундир – действительно безвкусный, сколько с предстоящей встречей со Стасом. Ире вдруг показалось, что будет довольно сложно пересказать содержание состоявшегося диалога. И, главное, оно, содержание, может расстроить Савенко. Расстроить до такой степени, что ей придется вернуться в общежитие и снова повиснуть крючке чипа.

Глава 7

–Наши деяния преступны, но наши цели благородны… Вот такой вот парадокс из жизни взломщиков. – Возня с секретами пещеры затягивалась, и Стас начал вслух разговаривать сам с собой. В очередной раз, изучив все коммуникационные каналы, проходящие в этой части Нижнего города, взломщик не обнаружил ни одного пульта управления, ни одного кабеля связи, ни одного излучателя или приемника рядом с платформой, на которой топтался уже добрых полчаса. Либо эта чертова плита опускалась вручную, либо существовал локальный механизм, управляемый потайной кнопкой или рубильником. Словом, чем-то доисторическим и примитивным. И, вполне вероятно, что располагался этот технический атавизм вовсе не здесь, в пещере, а, где-нибудь внизу, на конечной станции.

Стас решил проверить разводку электрических кабелей. Если к этой точке не подавалась и энергия, то оставалось надеяться только на счастливый случай. Стас скачал последние обновления электросети Нижнего года и принялся за детальное изучение чертежей. Собственной подсветки монитора было достаточно, чтобы разобраться с паутиной силовых кабелей и разводки, но все равно, глаза скоро стали уставать.

«Интересно, как же раньше работали ювелиры или часовщики?» – Савенко проникся глубоким уважением к людям, всю жизнь напрягавшим глазные мышцы. «Это вам не бицепсы на тренажерах раскачивать!»

Тонкий пунктир аварийного электропитания проходил по транспортной трубе под пещерой. Коротенький отвод, непонятного назначения, без привязки к каким-либо приборам или нагрузке, располагался, если верить схеме, прямо под Стасом. Это была подсказка. И очень хорошая.

Стас запустил режим сканирования проводки и обнаружил рубильник–автомат, управляемый по сети питания. Задача была решена!

Взломщик расслабил мускулатуру, а затем выпрыгнул с корточек к невидимому своду пещеры. Ощущение силы в затекших от долгого сидения ногах, придало дополнительную радость одержанной победе.

–А зачем взломщику мозги? – Почти заорал Стас, приплясывая на месте. «Озги-озги-озги!!!», усиливая само себя, раскатилось эхо по пещере.

– А затем, чтобы шевелить ими, когда надо. Осьминог шевелит щупальцами, осел – ушами, а взломщик – извилинами! – Уже спокойно, в полголоса завершил тираду Савенко. – Шевелит мозгами и двигает предметы. Сейчас мы ее, голубушку, опустим по всем правилам техники безопасности.

Стас занялся поиском кода запуска рубильника, попутно ногой очищая от пыли и камней периметр платформы.

–Сейчас, сейчас. – Нараспев произнес он. Носок ботинка наткнулся на кусочек породы, категорически отказывавшийся сдвигаться с места. Взломщик пнул его. Камень не поддавался. Рефлекторно, без задней мысли, Стас наступил на упрямца. Под плитой что-то щелкнуло, и платформа пошла вниз.

–Зачем взломщику мозги? Чтобы шевелить ногами. Выходит, так…

Не доходя транспортного уровня, плита остановилась. Стас оказался перед аккуратным прямоугольным проемом высотой около двух метров, шириной чуть меньше полутора. Словом, типичный коридор в типичной квартире жилого уровня.

В тусклом свете дежурного освещения, поблескивал пластиковый пол. Стены покрыты обычной, самонаращиваемой штукатуркой. Штукой, безусловно удобной и практичной, но давно вышедшей из моды. Нижняя подсветка по плинтусам: видно только пол, зато не споткнешься. Верхняя – спрятана под прозрачный потолок. Также освещала только саму себя. Обозначала верхние габариты. Типичная прихожая бюджетных меблированных комнат.

Дверь в конце коридора, скрывалась в сумерках, но по приближении взломщика приветствовала его без особого гостеприимства:

–Предъявите генокод для идентификации.

–Обломишься. – Эти штучки появились недавно и стоили кучу юников, но Стас уже нашел слабое место подобных запоров. Нужно было только отключить сигнализацию. Сам же механизм в виду своей крайней деликатности и субтильности, не выдерживал обычного удара плечом. Либо ломались хрупкие ригели, либо вылетал косяк. Чаще всего испытания силой не выдерживали и косяк, и ригели. Зато фирма давала стопроцентную гарантию от вскрытия секрета. И, что самое смешное, не обманывала потребителя. С секретностью все было в порядке. Подделывать чужой генокод народ еще не научился. Хотя… у Статса уже имелась пара идей…

С сигнализацией Савенко справился быстро. Едва успев завершить отключение, он увидел камнепад фрагментов на мониторе, почувствовал, что сей момент явится образ шефа в голубом мундире и спешно свернул экран в трубочку. Общаться с начальством не хотелось. Пусть шеф потерпит, пока Стас не закончит эту увлекательную экскурсию. А потом, как-нибудь, с начальством разберёмся.

Взломщик прекрасно изучил своего босса. «Всадник без головы» был вспыльчив, но отходчив. И умел ценить реальные результаты. А результат Савенко давал. И потому был уверен, что, отложив свидание с начальством до более подходящего момента, он ничем не рискует. И, вероятно был бы прав. Но если бы Стас знал о недавней словесной дуэли генерала и взломщика-стажёра, то вышел бы на связь даже падая без парашюта с Джомолунгмы.

Монитор жалобно пропищал из-под рубашки, но был занят дверью. Он выбрал самое слабое с его точки зрения, место и, разбежавшись, вынес дверное полотно вместе с замком и притолокой.

Зацепившись ручкой за нагрудный карман, дверь неслась на Стасе, как щит на древнем рыцаре, сметая на своем пути все, что мешало свободе движения. Судя по звону и грохоту – мешало многое. Но сопротивляться слепому напору взломщика не могло ничто. Неожиданно дверь, коварной подсечкой снизу, опрокинула Стаса на себя, а сама легла на что-то мягкое. Более всего похожее на кровать.

Из коридора взломщик вломился прямо в спальню. Спальню вполне приличную и, даже обитаемую. Во всяком случае, помимо Стаса и двери, в постели уже кто-то находился. Один источник звука хрипло и сексуально постанывал откуда-то снизу. Второй – изумленно сопел по соседству. Точнее – вторая, потому, что это была женщина.

–Вы сломали мне стену! – без испуга и возмущения, скорее с удивлением сказала она.

Стас отцепился от двери, слез с кровати.

–Извините. Я пытался открыть дверь. – С позиции здравомыслящего человека это оправдание не выглядело безупречным. Но, по крайней мере, Стас был честен.

–Дверь – с другой стороны. – Так же удивлённо констатировала женщина и указала пальцем куда-то за себя. При этом лёгкое покрывало, которым она была прикрыта, соскользнуло и обнажило белые округлые плечи и задорный розовый сосок. Не нужно было быть взломщиком, чтобы догадаться, что женщина была нагой.

Стас поднял дверь и убедился, что он оказался не просто незваным гостем, но и третьим-лишним. Лежавший на постели мужчина лет тридцати покрывалом не был прикрыт. Следы недавнего сексуального возбуждения явно читались на его теле, как, впрочем, и отпечаток двери.

–Извините, я не вовремя. – Стас попробовал оценить нанесенный ущерб. По останкам предметов было сложно определить, что именно оказалось сломано и какой из фрагментов до трагедии с каким сочетался. Наверное, так же выглядела тайга после падения Тунгусского метеорита.

–Клаудия, это кто? – мужчина подозрительно быстро пришел в себя и, судя по взгляду, готовился перейти к активным действиям. Агрессия у чипоноса? События развивались по нетривиальному сценарию.

Взломщик, готовясь отразить атаку, попутно осмотрел дверь. С обратной стороны, она, действительно больше походила на кусок стены.

–Вы правы, – обратился Стас к женщине, – это дверь только с обратной стороны.

И он повернул полотно «стеной к себе».

–Правда, дверь! Билл, полюбуйся: наша стена оказалась дверью!

–Или дверь стеной. – Сказал Савенко задумчиво, подставляя странную конструкцию под удар кулака Билла. Удара оказался хорошо поставленным: быстрым, хлестким, жестким. Случайно так ударить невозможно. Билла бить учили или … его ударом управляли. Что так же, вполне вероятно.

Стас выглянул из-за своего укрытия. Кулак уже летел снова. Только отличная природная реакция спасла глаз взломщика от скорого сиреневого макияжа. Но поразила Савенко не точно и скорость действий противника, а полная нечувствительность к боли. Если бы этот чипонос знал, что такое цыпленок тапака, то, наверняка, по своей руке должен был понять, как это блюдо готовят. Ни одна кость в его кисти не могла остаться целой.

Стас кинул дверь навстречу Биллу, подхватил, летящую мимо руку и сделал все, чтобы дверь и Билл встретились на максимальной скорости. Звонкий «чмок» и гулкое «Бум» прозвучали почти одновременно и покатились по коридору и вверх по шахте к пещере. Билл обмяк. Дверь спружинила от его черепа и полетела к Стасу.

Инстинктивно отступив в сторону, Савенко пропусти мимо сначала дверь, потом, упавшего на нее Билла.

–Вы так ее совсем сломаете. – Женщина от возмущения почти вылезла из-под покрывала. Розовые соски на пышных грудях согласно покачивались в такт словам.

– Кого? – Предполагая, что дама переживает о лице своего дружка Стас тщетно пытался найти часть лица женского рода. Речь могла идти только об одной губе, одной брови или одной щеке. Почему дама отдавала предпочтение одной щеке из двух, понять было невозможно.

–Кого, кого – дверь! Стену-то уже сломали.

–Билла не жалко?

–А что Билл? Сегодня Билл, а завтра был. Ко мне многие заходят. Надолго не хватит, если обо всех переживать.

–Понял. А за дверь не волнуйтесь. Я её постараюсь пристроить на место.

–Да, уж, будьте так любезны. – Женщина выбралась из кровати и немало не смущаясь своей наготы, подошла к Стасу. Осмотрела дверь, потом небрежно потерлась розовыми упитанными пальцами ноги о щеку Билла и пояснила. – Ступня чешется. Сил нет терпеть. Уже второй день. Красавчик, не подскажешь, к чему бы это?

Глава 8

–Спасибо за подарок! – Ира скромно сидела у крыльца офиса на пеньке, как Алёнушка из русских народных сказок.

–За подарок? – Не понял Стас.

–Ну, за монитор. Я бы тебя даже расцеловала, но субординация не позволяет. – Глаза Иры блеснули в поздних летних сумерках, и спрятались под ресницы.

–Предлагаю забыть о субординации. – Подхватил игру Стас.

–Ага, что люди подумают, когда увидят, как техничка целует генерального директора?

–Во-первых, здесь, кроме нас нет людей. Во-вторых, никто не знает, что я директор. В-третьих, ты мало похожа на техничку.

–Значит, можно поцеловать?

Стас не почувствовал подвоха и не без некоторого самодовольства дал согласие.

–Можно. В порядке эксперимента.

Ира встала с пенька, положила руки Савенко на шею и с чувством поцеловала его в губы.

–Как эксперимент? – Ирины глаза светились такой ангельской теплотой, что Стас заподозрил недоброе.

–Удачно. Как-нибудь повторим, для большей достоверности результата. А ты почему на улице сидишь?

–В офисе душно. Здесь такой вечер… Знаешь, я в жизни не была вечером наверху. Это, оказывается здорово.

–Согласен. – Стас с подозрением поглядел на темные окна офиса.

–Давай вместе посидим. Я много любопытных фактиков нашла. А как твоя прогулка? Решил проблему? А это что? Ты из музея стащил? – Ира обнаружила на руке у Стаса часы. Точно такие же она видела в музее Технологий. – Дашь поносить?

Из беседы с серым типом в голубом мундире Ира вынесла одно важное открытие: если мужчинам говорить много слов, пусть даже совершенно не связанных, они теряются, как малые дети в гипермаркете, после этого остается взять дитя за руку и вести, куда тебе нужно. Он может скандалить, возмущаться и даже кричать, но на реальное сопротивление уже не способен.

–Так. – жестко прервал Стас. – Распредели вопросы по иерархии и задавай по одному. Начни с главного.

–Хорошо. – Сразу согласилась Ира. – Ты где живешь?

–Это новый вопрос.

–Нет, главный.

Стас посмотрел на девушку и рассмеялся.

–Я, кажется, понял! Ты сколько колпачков налила?

Ира смутилась и, немного поколебавшись, призналась:

–Всю бутылку.

–Я жил в офисе. Но ближайшие три дня туда можно не соваться.

–Ты думаешь? – Ира чувствовала себя диверсанткой, пойманной на месте преступления.

–Убежден. Личный опыт.

–И ты тоже? – Ире сразу стало легче. Уж если настоящий взломщик прокололся с этим проклятым моющим средством, то ей и подавно простительно.

–Это ты – тоже. А я был первопроходцем! – Прозвучало это так, будто Савенко первым слетал на Марс или без батискафа и акваланга достиг дна Марианской впадины.

–И где мы будем ночевать?

–Мы? – Стас искренне удивился такой постановке вопроса. – Ты в общежитии. Я – на улице.

–Я тоже на улице. – Горько вздохнула Ира.

–Почему?

–Я же сказала: меня отчислили. А медведи, правда, по ночам звереют и на людей бросаются?

–Вот и проверим. – Стас вспомнил недавнее происшествие с черным медведем и у него сразу пропала охота шутить. А, заодно, и намерение спать на открытом воздухе. Но пугать девушку он посчитал лишним. – На меня не бросались.

–Я же про людей спрашиваю. – Ира уже разошлась вовсю. Она поняла, что прокол с офисом последствий иметь не будет. Естественно, кроме ночевки на улице. – Правда, дашь эту штучку потаскать? Девчонки все от зависти помрут!

Ира потянулась к часам.

–Нет.

–Ну и ладно, – Ира сделала вид, что обиделась. – А в прошлый раз ты спал здесь, под кустиками?

–В прошлый раз? – Стас чувствовал, что угнаться за потоком мысли этой девушки, невозможно.

–Когда ты офис мыл. – Напомнила Ира.

–Зачем под кустом. Здесь полно пустых зданий. Занять можно практически любое. Нужно только предупредить префекта и заплатить налог.

–Дорого?

–По законам рынка: дорого только то, на что есть спрос. Здесь никому ничего не нужно.

–А кто префект?

–Помнишь дедулю с собакой. Ты еще заключала пари: кто из них дольше протянет.

–Все-таки, Савенко, ты сволочь. Я не заключала пари. Мне было грустно. Понимаешь разницу?

–Ладно: тебе было грустно наблюдать за префектом и его собакой. Живет старик за углом. Я этот офис снял только потому, что он оказался ближайшим к префекту подходящим зданием. Первый-то у меня был кварталах в шести отсюда. В шикарном доме.

–И что с ним стало?

–Понятия не имею. Но думаю, он еще весь пузырится.

–А к деду идти не поздно? Он же должностное лицо, а на улице ночь? Ну, там эти, приёмные часы раз в неделю по пятницам. Как у нас в ректорате.

–Это Верхний город. Здесь пятница каждый день, а приёмные часы – любые в течение суток. К тому же префект – человек пожилой. А пожилые мало спят. Да и я в его владениях единственный олигарх и главный налогоплательщик. Ну, что, пошли?

Ире стало ужасно неудобно. Она представила, как Стас объясняет дедушке обстоятельства их вынужденного переезда. Всплывает история с моющим средством. Она будет выглядеть полной дурой в глазах префекта.

–Давай ты один сходишь. Я здесь подожду.

Взломщик внимательно посмотрел на Иру.

–Смотри, как бы тебя медведи не съели.

–Ты говорил, они на людей не нападают.

–Так-то на людей…

К префекту они отправились вдовеем. Только в префектуру Ира не зашла, предпочла подождать начальника на крыльце. Хотя ей очень хотелось погладить собачку и познакомиться с настоящим хозяином города. Но проклятое моющее средство Самсонову заставило проявить необычайную скромность и отложить свидание с дедушкой и собакой до более подходящего случая.

Глава 9

–И что было дальше?

Стас посмотрел на потолок, будто пытался прочитать на его поверхности продолжение своей истории. Двухуровневая квартира: первый этаж офис, второй – жилой, досталась Стасу фактически даром. Тридцать юников в месяц – арендная плата плюс налог на недвижимость восемьсот юников в год. И полтора часа задушевной беседы со стариком, скучающим без человеческого общения.

В принципе взломщик мог снять на свою зарплату всю двадцатиэтажную башню, в которой они поселились. Но что делать с этим имуществом? Только развлекаться катанием на скоростных лифтах. Например, устраивать заезды наперегонки. Но это удовольствие не из дешевых. Энергетический кризис перевернул шкалу ценностей. Сокровища превратились в прах. И то, что в былые времена не стоило ничего, резко поднялось в цене. Эксплуатация лифта в течение месяца могла стоить дороже дома, в котором лифт трудился.

– Дальше? – повторил за Ирой Стас. – Квартира эта оказалась публичным домом.

–Чем?

–Местом, где женщины зарабатывают деньги, удовлетворяя мужские инстинкты. – Стас постарался сформулировать мысль как можно точнее и в то же время корректно-нейтрально.

–Ты имеешь в виду инстинкт охотника? – Ира выглянула из-за простенка, отделявшего ее комнату от комнаты Стаса.

–Смотря, о какой охоте говорить… – Стас колебался: толи раскрывать тему продажной любви, толи двигаться дальше по канве событий прошедшего дня.

–Ладно, я поняла. Ты о сексе.

–Вот и прекрасно. Что интересно: это транспортный уровень, не жилой. Квартира, по сути, нелегальная.

–Она симпатичная?

–Квартира? Ничего особенного. Жильё, как жильё. Конечно, более обжитая, чем наша.

–Нет, я о той женщине. Ну, которая, там зарабатывает на мужских инстинктах. Молодая?

–Старше тебя. Ее используют и по прямому назначению и как запасной выход.

–Женщину?

–Нет, квартиру. Женщине регулярно предоставляют оплачиваемый отпуск. На несколько дней. Что там происходит в ее отсутствие, она не знает. Вот и неделю назад ее отправили в отпуск.

– А как ее зовут?

–Клаудия.

–Красивое имя. Ты не ответил: она интересная.

–Пожалуй. Если тебе это так важно: у нее красивая грудь. Немного тяжеловатая, на мой вкус, но очень правильно формы. Короче, когда ее клиент потерял сознание…

–Ему так понравилось?

–Нет, он ударился об дверь. Я же говорил.

–Я помню. А почему ты у нее не остался ночевать?

–Мы же условились: проводим взаимный отчет. Я рассказываю о своих открытиях, ты о своих. Не хочешь слушать – говори первой.

–Хочу. Я просто спросила. – Ира и самой себе не могла сформулировать свои чувства. – Ну, чтобы лучше все представить.

–Ладно. Пока Билл лежал в нокауте я выяснил, что в квартире есть прямой выход на транспортный уровень. А там несколько потайных ходов и технических шахт с кабелями, световодами и аккумулирующим оборудованием. Целое подпольное энергетическое производство. Оборудование все поставлено подразделениями корпорации «Stanza Inc.»

Кстати часы эти не из музея. Это подарок деда. Я потерял там в расселине. А копался в одной из шахт и нашел под шматком полимербетона. Представляешь, идут! Метров сорок падали и идут. Умели раньше технику делать. Не то, что сейчас.

Стас прислушался. В соседней комнате было тих. Ира толи уснула, толи обдумывала услышанное, но никакой реакции по поводу счастливого возвращения часов не последовало.

–Теперь твоя очередь.

–Ты ей платил? – последовал вопрос спустя небольшую паузу.

–Кому?

–Клаудии.

–За что? – Стас предвидел ответ, но не знал, как его избежать и решил пустить все на самотек.

– За удовлетворение мужских инстинктов.

–Нет. Она меня удовлетворила бесплатно. По любви.

–Я ТЕБЕ ничего рассказывать не буду. – Произнесла Ира с расстановкой. – И вообще…

Она оставила фразу незавершенной. Снова повисла долгая пауза. Взломщик понял, что напарница будет молчать до тех пор, пока не заговорит он.

–Давай без семейных сцен. Хочешь вместе работать – выполняй свою часть дела. Не хочешь – ищи другое место. – Стас серьезно разозлился. В мире происходили события, которые, возможно, перевернут всю историю цивилизации, а здесь совершенно непонятные капризы, из-за какой-то подпольной проститутки, которую Савенко впервые видел. Но с другой стороны, взломщик понял, что неожиданная ревность девушки ему приятна и он вовсе не желает Ириного ухода. То ли уже успел отвыкнуть от одиночества, то ли неосторожно увлекся ее молодостью, экспансивностью, непохожестью на него, взломщика Стаса Савенко.

–Кстати, в этой квартире ты, вероятно, побывала раньше меня. – Сказал взломщик примирительно. Эта мысль появилась у Стаса только сейчас, и он чувствовал себя круглым идиотом. На самом деле: где ещё похититель девушек мог их выгружать из транспортного модуля? Только у секретной платформы рядом с квартирой Клаудии. А как он попадал в пещеру? Единственно – на лифте, пройдя через коридор за спальней проститутки. Далее мысли посыпались, цепляясь одна за другую, как бисер с оборванной нити. Стало понятно, почему коридор и помещения отделаны самонаращиваемой штукатуркой. Брызнул из тубы, и через десять минут все швы затягиваются сами собой. Ни один эксперт визуально не определит: где производили ремонт. Поэтому проститутка и не знала о потайном ходе в её производственное помещение.

Но откуда взялась сама Клаудия? Виртуальный секс доступен с чипоносам четырнадцати лет и стоит сущую мелочь. Полный курс Кама Сутры с эффектом осязаемой реальности стоит по прайсу тридцать пять юников. Это намного дешевле, гигиеничней и безопасней услуг жрицы любви. А ведь для Клаудии кто-то специально организовал подпольную квартиру!

–Что ты этим хочешь сказать? – в голосе Иры звучал возмущение, приправленное осторожным любопытством.

–Ты о чём? – Стас чувствовал, что находится в паре шагов от раскрытия ещё одной тайны Нижнего города, и вопрос девушки выталкивал его с дороги к правильному ответу. Выталкивал куда-то на обочину событий, туда, где ничего важного произойти не могло.

–О том, что я там была. – В тоне Самсоновой было меньше агрессии и больше неуверенности. Она вдруг подумала, что пока у неё был подключен чип, с ней могли делать что угодно. В том числе и удовлетворять мужские инстинкты. А она об этом даже не знала.

–Это только предположения. Потом расскажу. – Стас ещё надеялся разгадать истинное предназначение Клаудии, но Ира небрежно бросила:

–Видела твоего невежу. Голубой мундир, серая рожа.

–Черная. – Поправил Стас.

–Серая. – Упрямо повторила Ира. – Я его узнала. Он мне мешал забрать роботов-охранников.

–Любопытно. Как ты его узнала?

–По лицу. – Ира поняла, что попалась.

–У него нет лица. – Стас еще на шаг подтолкнул ее к пропасти признания. «Черт с ним!» -решила Ира.

–Я его разозлила, и он потерял контроль. Лицо появилось.

–Ты его разозлила? – Стас понял, что все неприятности сегодняшнего дня пустяки, в сравнении с теми, которые их ожидают в будущем.

–Он грубил. – Начала оправдываться Ира. – И я ему сказала, что голубое с золотом- признак дурного вкуса.

–И он?…

–Посерел. И я его узнала.

–Так. – Стас подозревал, что это не вся правда, но не хотел больше ничего слышать. – Я надеюсь это все.

–Почти. – Ира решила идти до конца. Она понимала, что расстроила взломщика и испытывала двоякое чувство: вину за свой, если честно, детский поступок, и удовлетворение, от того, что смогла сделать Стасу так же больно, как он сделал ей. Это же надо: походя подцепил какую-то Клаудию с красивой грудью и хвастается! – Он спросил: где ты. Я сказала на секретном задании.

Стас расхохотался. Его смех в темноте звучал особенно странно, как будто существовал сам по себе. Залетел, под напором ночного ветерка в окно и просыпался звуками посреди пустой квартиры.

–Ты уволена. – Это прозвучало без тени злости. Простая констатация факта.

–Я не хотела. – Ира поняла: объясняться бесполезно, приговор окончательный. Если бы Стас начал орать, ругаться, размахивать руками или, даже накинулся на нее с кулаками – в любом из этих случаев оставался шанс все уладить. Но это смех, как финишная черта за спиной бегуна – хочешь этого или нет, выиграл или проиграл, но вся дистанция осталась позади. Ничего нельзя вернуть. – Не сердись, а?

–Я не сержусь. Теперь сердится глупо. Особенно мне. Я тоже уволен. – Стас поднялся с кровати и подошел к окну. Ира выглянула из-за простенка. Лысина светилась в серебристом свете луны и отбрасывала слабы блик на потолок. – Подозреваю, что с сегодняшнего дня, – Стас взглянул на часы, – нет, со вчерашнего, мы оба безработные.

– И ещё… – Ира собралась рассказать о результатах своих поисков. Но уже не была уверенна, что в них был какой-то смысл.

–Ещё? – Стас повернулся. Блик исчез. – Давай «ещё» оставим до утра.

Глава 10

Стас развернул монитор и положил его на стол. Внутренне он был готов к разговору с шефом. Постарался продумать всю линию поведения до мелочей. Вероятнее всего, история с притоном начальству уже известна. Но этот инцидент объяснить было несложно. Полез за часами. Напоролся на кучу всяких нелепостей и приключений. Часы нашел. Вот они на руке.

Байка должна была пройти. Может быть не «на ура», но и прикопаться не к чему. Хотя бы потому, что история с часами минимум, наполовину, правда. Об обнаруженных коммуникациях стоит доложить, также, как и энергопоглотителе на месте бывшей свалки. Подробности добавят правдоподобия. А вот о том, что напоролся на следы корпорации «Stanza Inc.» шефу лучше не знать. Чёрт его поймет, какие отношения он поддерживает с этим международным бизнесом. Антигравитационную транспортную капсулу с маркировкой «Stanza Inc.», между прочим, прислал он.

По части своих проколов Стас был относительно спокоен. Шеф давно свыкся с тем, что Савенко докладывает не обо всем, и поступает так, как считает нужным. Стас знал, что шеф выработал механизмы, компенсирующие недостаточную управляемость взломщиком. Но что делать с Ирой – здесь Стасу ничего путного в голову не приходило.

Что разумного можно сказать по поводу голубого мундира и золотых позументов? Доказывать шефу, что это супермодно и прекрасно сочетается с черной дырой над мундиром? Чушь, какай-то. Полная нелепость. Только женщина способна нанести такое оскорбление, что его невозможно оправдать с помощью нормальной логики. Нельзя даже извиниться: просто не понятно за что просить прощения?

С другой стороны, сдавать Иру Стас не хотел. Хотя только сейчас он по-настоящему стал понимать, какую мину подложил ему шеф, прислав Самсонову. Причем трудно было сказать, когда она была опаснее. Когда носила чип и докладывала о каждом шаге взломщика, или, когда стала поступать по собственному разумению, обзавелась личными тайнами и стала плодить проблемы со скоростью размножения мухи-дрозофилы.

Привычный жизненный баланс с ее появлением исчез. Теперь предстояло найти новую точку равновесия. В противном случае на дно пропасти могли улететь уже двое: он и Самсонова.

–Скажи, а регистрация фирмы во что обойдется? – Ира зашла не выспавшаяся и виноватая.

–Кажется пол сотни юников. – Стас еще был занят своими проблемами и отвечал автоматически, не вникая в смысл вопроса.

–У меня есть мысль.

–Как, опять?

–Не сердись. – Ира подошла ближе и, как бы нечаянно коснулась Стаса грудью. – Я всю ночь не спала и думала.

–Аналогично. – Стас немного отодвинулся, но тепло Ириного тела запечатлелось на спине, как утреннее солнце на фотографии. Избавиться от ощущения её близости взломщик уже не мог.

–Здесь же много интересного, о чем в Нижнем городе даже не подозревают! – Ира начала робко, но с каждым словом все большее воодушевлялась. Казалось, её слова выстраиваются кирпичиками в стену и по мере роста стены, она все больше убеждается в том, что способна достроить здание до конца. – Они там живут среди искусственного мира. Они животных видят только виртуальных, ветер – только отрегулированный, еду едят только искусственную. Там даже вода из крейтора. Понимаешь: мы откроем туристическую фирму. Будем возить в Старый город экскурсии, показывать живых медведей. Представляешь рекламу: «Ощутите нежность поцелуя лося!»

–Не слишком ли эротично? Слава Богу, не предложила открыть публичный дом. – в идее Иры что-то было. Точнее не в самой идее, заниматься бизнесом Стас не хотел. Не его это дело. Но сама по себе мысль открытия настоящей коммерческой фирмы, имела рациональное зерно. Не в плане зарабатывания денег, а в плане текущего расследования.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.