Марина Румянцева
Вблизи дизи. О турецких сериалах, жизни и любви

Гл.1. Великая назидательная сила

Они подкрались ко мне незаметно… и заворожили. Теперь не могу оторваться. К чести своей – смотрю не всё подряд, а лишь то, что откликается. Откликается немногое. Но уж то, что отсмотрела – это навсегда.

Знаю, нас таких очарованных – немало. Поэтому решила собрать все свои заметки о турдизи, где-либо и когда-либо публиковавшиеся, и представить заинтересованному читателю.

И да, турецкие сериалы – это сама любовь.

Ну, ближе к делу. Затянуло тут меня в «Жестокий Стамбул» (в некоторых переводах «Беспощадный город»). Специально выбрала чего посовременней, без погружения в чужеземную архаику. Своей хватает. Хотелось глянуть одним глазком, составить мнение (говорят то о нём разное), да и дальше, по своим делам.

Ан нет.

Ну не то, чтобы дела заброшены – и борщ варится, и nft-картинки подбираются для опенси, и всякое другое интимно-хозяйственное совершается своим чередом… Но вот – залипла. Почти девяносто серий освоено, а впереди ещё «полстолька».

Сериал коммерчески успешен. Об этом можно судить и по тому, как от серии к серии прибавляется количество рекламных баннеров в титрах. Даже Мерседес сдался. Какое-то время эмблема на машинах, на которых передвигается сериальное лухари-семейство, была прикрыта некой виньеткой, а потом бац – тайное стало явным, в компания засветилась в списке спонсоров. Но не на главном месте. Ибо – неча ломаться) Это я как рекламщик – не могла не обсудить.

Так вот, Жестокий Стамбул. Беспощадный такой город… Вы, как говорится, серьёзно? От Стамбула здесь пока только прекрасные картинки Босфора, моста, соединяющего Европу и Азию, и Особняка (именно так, с большой буквы, он – тоже «действующее лицо»), в котором преимущественно и развиваются события сериала. А вот кто действительно жесток и беспощаден – так это люди, о которых здесь повествуется. Этакий змеиный клубок.

Глупые слабые мужчины (они сами, сами в этом признаются!) и их верные спутницы жизни – хитрые коварные ведьмы (за редким исключением), которые тоже не делают тайны из своего «статуса». И все, все они – категорически несчастны.

Я по жизни немного сталкивалась с турками – люди как люди, немножко более лукавые и предприимчивые, «чем мы привыкли», но вот чтобы так – если не змея, то жаба… Зачем? Зачем они столь неприглядно рассказывают о себе?

Вот этот вопрос и заставил меня более пристально всмотреться в сериальные пучины.

Зачем? – Да в назидание! Ведь «самым важнейшим из искусств для нас является кино». Это ещё дедушка Ленин говорил. О силе воздействия движущихся картинок на умы. В том числе и «ни в чем не твердые» …

В чём же назидания?

Ну, сначала кратенько о сюжете. Изначально он незатейлив – очередные «паразиты» захватывают хозяйский особняк. Не с целью жить там долго и счастливо (паразиты, вследствие некой генетической поломки, этого не умеют), а для того, чтобы «обрушить его им (то есть хозяевам) на головы». Это прямая речь. Цитата.

Но какой пышный восточный цветок вырастает из этого сюжетца! Затейливый, с хитросплетениями главных и второстепенных линий, яркий, страстный, с трагическими текстами и юморными подтекстами… О, Аллах!

И конечно, конечно, с назиданиями, полезными для жизни. Прозрачными для тех, кто не только смотрит, но и видит.

Я поделюсь с вами некоторыми из подсмотренных.

Немножко уточняющих деталей. Речь идёт, в том числе, и о соприкосновении (ой, мягко выразилась) разных жизненных укладов двух семей, волею судьбы сведённых вместе.

Семья Йылмаз (пусть для простоты будет – Алмаз) – селяне с традиционным для турецкой глубинки укладом жизни. Почитание старших, до замужества ни-ни, коллективное осуждение «проступков» и прочие архаичные благоглупости. Вот на чём они воспитывались. А что же выросло? Две дочери-хабалки, сжегшие собственный дом, сын – деревенский ленивый дурачок, никчемная мать семейства и бабушка-свекровь – мама безвременно почившего главы семьи, будто собравшая в своём образе самое смачное из преданий «о свекрищах». И это не мои определения! Это они так сами о себе…

Дети не имеют ни малейшего представления ни то, что о «политесе», о правилах поведения в обществе, как таковых. Мать, жалкая и недалёкая (единственный откровенно слабый женский образ, остальные-то сериальные тётки – ого-го!), тушку которой треплют все, кому не лень, и дети – в первую очередь), неуважаемая даже родными. Бабка – та ещё профура, абсолютно без чести и совести, зацикленная на чужом богатстве и извилистых путях к нему. При этом мама и сын Алмаз, если им вдруг что-то не понравится, по очереди нападают на своих благодетелей-хозяев то с кулаками, то с пистолетом. О, Аллах!

Вторая семейка ещё чище. Карачаи – высшее общество Стамбула, люди вполне современные. Папа – крутой бизнесмен (лично мне его образ симпатичен), внешне грозный, но откровенно пасующий и перед супругой, и перед уже взрослыми, абсолютно непонятными ему детьми, запутавшийся в семейных интригах, растерянный и обманутый. Мама Карачай – ух, женщина! Как только её земля носит, ведьму! Полигон, нет – трасса Формулы 1 достижений пластической хирургии. Демон и своей семьи, и всех окружающих. Инста-дочка блогерша-тусовщица с целым парком айфонов, но вот незадача – влюбившаяся в того самого деревенского дурачка-бедолагу (впрочем, весьма фактурного). Два красавца брата-психопата, один явный, другой – скрытый, болезненно ненавидящих друг друга. Опять же – не мои определения. Они всё называют сами.

Особняк, этот замок-дворец Карачаев, к девяностой серии ещё не «обрушен им на голову», яростными стараниями другой семейки, но уже весьма расшатан.

А начиналось всё хорошо – с благих намерений) Папа Карачай (за немалые деньги) выписал из родной деревни «чистую, невинную» молоденькую девушку – дабы женить её на любимом племяннике (тогда ещё беспомощном инвалиде) … И понеслась. На «чистой и невинной», бабушкиной воспитаннице, к замужеству пробы было ставить уже негде. Нет, ну какой жестокий город, этот Стамбул!)

А вот и назидание первое – не будьте как папа Карачай. Не будьте в плену своих представлений! Не ленитесь, перепроверяйте факты. Ведь всё меняется, всё течёт.

Назидание второе – не будьте как мама Алмаз. Не будьте слабым! В наполовину архаичном обществе (Турция, конечно, влекома железной рукой отцов нации в сторону Евросоюза, влекома уже много лет, но ещё не там – чота этот Союз всё сопротивляется) вас не токмо не пожалеют, а с удовольствием затопчут.

Назидание третье – не будьте как все эти персонажи, не будьте рабом своих страстей (перечень можно найти в Первоисточниках), это путь не к счастью, а от него.

Назидание четвёртое, всеобъемлющее – земля круглая. Гонители и гонимые всегда меняются местами. «Мне отмщение, и аз воздам».

Это далеко ещё не весь список.

Визуальная составляющая сериала тоже продумана, а потому – чудо как хороша. Стремящиеся во мрак – отвратительны, стремящиеся к свету (хотя бы иногда) – красивы. Прекрасен Босфор, символичен мост, соединяющий Европу и Азию, архаику и прогресс. Хороши и костюмы героев, когда они не нарочиты (мини-юбки и люстры в ушах), а вот это – вторая кожа.

Прекрасный дубляж (видимо, за большие деньги) – аутентичные вопли героев снивелированы до чётко произносимых фраз. Не удержусь – в отличие от современного отечественного киношного трудноразличимого буркотенья себе под нос.

В общем, я теперь как та самая «наша кошка сначала боялась пылесоса, а потом ничего – втянулась».

Приятного нам просмотра!

И терпения (как этого периодически желают друг другу герои сериала).

ПС. Лично я вынесла из этого замечательного произведения (не шучу) два совершенно новых для себя откровения:

Зло, накладываясь на другое зло, может не только умножать его, но и аннигилировать.

Наведённая реальность, по силе эмоционального воздействия, может превосходить реальные события. (Это я, конечно, и прежде испытывала, сталкиваясь, например, с шедеврами искусства…) Но вот так, чтобы от «мыльной оперы», вот так – чтобы досматривать последние серии сквозь непрестанно льющиеся слёзы (а ведь характер нордический, стойкий), такого не припомню…

Гл. 2. Ангелы и демоны мамаши Фазилет. Начало

О начале своего погружения в мир турецких сериалов я писала выше. Все мы знаем, что главное в любом деле – нАчать. А дальше оно само пойдёт…

Немножко предыстории. После рецензии на «Жестокий Стамбул» (2021) мне порекомендовали посмотреть ещё одно произведение тех же авторов (сценарист С.Яник, продюссер Ш.Авшар), но более раннее – «Госпожа Фазилет и её дочери» (2017).

Отсмотрено немногим более половины, но как говорится, эмоции (и мысли) переполняют. Потому – начнём. А потом вернёмся и дополним.

Кроме мамаши Фазилет я, пожалуй, не буду называть имена героев и их исполнителей (из последних сил держусь, чтобы не уйти в пучины турецкого кинематографа, а там есть куда уйти…), ограничусь перечислением их ролей. И сложных взаимоотношений. И назиданий, просвечивающих через лепестки этого пышного восточного цветка.

Итак, госпожа Фазилет. На наш взгляд – никакая и не госпожа совсем, так, жительница одной из Стамбульских фавел. Малообразованная, громогласная, пробивная, с хитрым и оценивающим прищуром чёрных глаз, крепко стоящая на своих толстых коротких ножках (и быстро-быстро на них передвигающаяся к своим целям). Женщина-таран. Мы бы назвали её просто хабалкой… Но нет – госпожа. В Турции все тётеньки – госпожи.

Вот бы нам так…

Госпожа Фазилет – мать двух взрослых дочерей, пытающаяся обустроить их судьбу. Ну, или свою – за счёт них. Девчонки чудо как хороши, каждая по-своему. Но они – товар. Который мамаша намеревается продать максимально дорого. И даже преуспевает в этом.

Но! Турки и с Аллахом «на ты», а уж с кармой-то и подавно. Воздаяние за содеянное здесь (в сериальной жизни) наступает очень быстро. И ставшая-таки хозяйкой богатого особняка, взошедшая на этот пьедестал по чужим и родным костям, госпожа Фазилет вмиг оказывается на пепелище. Проклятая, в том числе, и своими дочерьми… А ты, как говорится, не воруй!

Вообще, большинство женских сериальных образов здесь находятся в какой-то патологической праздности. Ну ладно, что живут они за счёт других, не утруждая себя работой. Так они ещё и не используют всю эту кучу свободного времени для саморазвития! (Сарказм). Их досуг – сплетни, скандалы, интриги и поиски богатого мужа. Чтобы потом выедать его мозг и запивать его же кровью.

О, бедные турецкие мужчины! Зачем, зачем вы растите себе жён-дурочек, не поощряете их развитие, учёбу и выбор собственной стези? Сон разума, как мы знаем, рождает та-а-а-ких чудовищ! И эти чудовища, всей своей демонической силой, рано или поздно обрушатся на вас…

Впрочем, есть исключения. Одно. Пожилой муж, добившийся в жизни практически всего и сам, спрашивает свою молоденькую жену – «Куда пойдёшь учиться? Кем ты хочешь стать? О чём мечтаешь?». Типа – проси что хочешь, любые университеты, ведь для меня невозможного-то мало… Только-только отметившая совершеннолетие девчушка, поднимает на него свои ангельские глаза – «Чево?» …

Среди многих сюжетных линий, тема любви (любви!) пожилого вдовца к юной, но уже вволю перестрадавшей женщине, звучит очень тонко и нежно. И она тянется к нему, ища Спасения (с большой буквы С) от всего того кошмара, в котором живёт. Спасения, а не его неимоверного богатства.

На это богатство есть целый пул претендентов. Готовых не только затеять драку на похоронах матери и испоганить новую свадьбу родного папы, но и вырыть отца из могилы – «сделать так, чтобы скрипели его кости». О, Аллах! Хорошо, что это был не он…

Вернёмся же к госпоже Фазилет. Одолеваемая демонами, которые всегда приходят на то место, которое пусто, она совершает отвратительные вещи, сжигая (и в буквальном смысле тоже) мир вокруг себя. В топку идут и дальние, и ближние. И даже дочери, ради счастия которых, по легенде, всё и затевалось. Одна сцена побиения младшенькой в саду хозяйского особняка чего стоит! Смотреть на деяния госпожи Фазилет в первом сезоне сериала без отвращения невозможно. Также как и на её образ.

Но! Карма, карма! Опять оказавшись в родной лачуге, униженная, потерявшая всё, преданная самыми близкими, она открывает газ, садится в уголок и засыпает…

И рождается уже в новую жизнь. В такие критические моменты, как мы знаем, происходит переоценка ценностей. Возникают новые приоритеты. И, хотя ухватки госпожи Фазилет остаются прежними, смотреть на неё во втором сезоне уже сплошное удовольствие.

Да благословит Аллах мои глаза, смотрящие в экран, и пальцы, стучащие по клавишам)

Гл. 3. Продолжение «Госпожи…». Семейство Эгеменов. Фестиваль психических девиаций

В предыдущей главе мы разбирали морально-этические, как говорится, нормы госпожи Фазилет из одноименного фильма. Как и некоторые другие впечатления от его просмотра.

Настало время обратиться к стамбульскому лакшери-семейству, на особняк которого и положила глаз вышеозначенная ханым.

И, если бесчинства мамаши Фазилет с натяжкой можно объяснить её непростой судьбой, то как выросшие в благополучной семье, в атмосфере любви и достатка, детки превратились в монстров – ещё нужно разбираться.

Итак, семейство Эгеменов. Как мы его видим при первом знакомстве. Отец – предприниматель, построивший с нуля целую бизнес-империю, равно любящий и своих родных детей, и приёмного сына (кто из них кто – до последних серий не ясно). Мать, женщина из высшего стамбульского общества, на которой, как мы потом поймём, и держалось благополучие всей семьи. В свободное время рисующая прекрасные картины и уже смертельно больная. И четверо вполне половозрелых деток – три сына и дочь.

Вот эти-то детоньки и разваливают всё то, что годами, не покладая рук, «свивали» их родители – и собственно империю Эгеменов, и жизнь в прекрасном стамбульском особняке. Что называется – в лёгкую.

Зачем? Да они и сами не знают…

Видимо, всепоглощающая родительская любовь – такая, когда собственное чадо произрастает в атмосфере исключительности, где любые законы за деньги можно переписать в его пользу, не есть хорошо. Ох, не есть.

А что же такое выросло в тепличных условиях белоснежного дворца на берегу Босфора?

А вот.

Младшенькая, папина и мамина любимица… Психопатка и убийца, не знающая берегов. Кстати, и лучшая подружка, тоже, естественно, из высшего общества, у неё такая же. Полная «клиника». В конце сериала, «наворотив делов», дочурка пускает себе пулю в висок.

Младший из трёх братьев – ну такой хорошенький! Хоть и росточком не вышел, и ножки кривоваты. Патентованный нарцисс и абьюзер. Не прощающий никому и ничего, играющий в людей, как в куклы. Одно спасение – туповат. Наверное, поэтому и оказывается в результате бомжом, спящим в рыбацкой лодке. А не в каком-нибудь руководящем кресле, например)

Средний брат. Тот самый – приёмный. «Золотой мальчик». Генетика – отпад… настоящие родители – бандит и его, извините, маруха. Купленный папой Эгеменом в первый час младенческой жизни. И после выхода из нежного возраста отправленный в Америку, с глаз и от греха подальше. Дабы сохранить семейную тайну. Вот это мальчишку и спасло! Получился единственный положительный персонаж из всех детишек. Не предавший ни себя, ни своих близких, как бы ужасно не складывались жизненные обстоятельства. Выходит, «трудное детство» – не так уж и плохо?

Старший брат. Патологический мямля и подкаблучник. Первым запустивший в семейный особняк гадюку – любимую жёнушку, даму с низкой социальной ответственностью (ух, как она там порезвилась!). Впрочем, этот юноша добр и имеет чистое сердце. Для него, после череды испытаний, всё кончается хорошо – и жена-змеюка перевоспиталась, и небольшая фирма, оставшаяся от некогда могучей империи, поступила под его управление.

В общем, всё как мы любим. В итоге все получили по заслугам.

Немного жаль папу Эгемена, в конце фильма сидящего в инвалидной коляске во дворике дома престарелых (да и кто бы такое выдержал без последствий для здоровья!). Человек, пытавшийся переписать не только человеческие законы, но и божеские. Пусть и из любви к своим детям…

А впрочем – светит солнышко, ему улыбаются новый сын, едва вставший на ножки, и молодая красавица-жена, сжимающая в руках учебники (а не какие-то там золотые цацки).

Жизнь прекрасна.

Гл. 4. Полуулыбка судьбы

Продолжаем плавание по бурному морю турецкого кинематографа.

После просмотра сериалов «Жестокий Стамбул» и «Госпожа Фазилет и её дочери», на мой взгляд, очень удачного творческого тандема продюсера Ш.Авшара и сценариста С.Яник (с впечатлениями автора можно ознакомиться выше), я стала искать нечто подобное по силе воздействия)

Пометавшись по турдизи и пару раз начав смотреть то, что потом ещё пришлось развидеть, наконец, определилась с выбором. Сериал «Улыбнись своей судьбе» (Ш.Авшар – кинокомпания FOX, 2022 год).

Увидев знакомые лица двух центральных злодеек из «Жестокого Стамбула», начинающей (Бахар Шахин) и зрелой (Мине Тугай), обрадовалась им как родным) Кстати, Тугай выглядит здесь годиков на десять моложе, чем в вышедшем на пару лет раньше «Стамбуле». И цвет глаз у неё другой. Да благословит Аллах волшебную силу турецкого кинематографа!

Сериал мне понравился. Красота, драйв, юмор – всё на месте. От главной героини, Суде Зулал Гюлер (вот, теперь даже ищу имена актёров), вообще глаз не отвести – до чего хороша. И поведения правильного) В тандеме с ней даже чертовка Шахин держится вполне прилично.

История же двух сироток-подружек, ищущих себя в большом и жестоком мире – вообще вариант беспроигрышный. Тем более, что и ищут они себя по-разному. Как говорится – правильно и не совсем)

Но! Есть и самое большое разочарование от сериала – он обрывается на пятой серии… Якобы турецкий зритель его не заценил, а у FOX с такими фильмами разговор короткий – проект быстренько сворачивается.

Вот тебе и на…

Впрочем, на Туркру, где я смотрела фильм, есть красненькие кнопочки 6 и 7 серий… сколько ни клацай по которым, желаемого эффекта нет.

А вдруг эти волшебные кнопки всё-таки каким-нибудь образом фиксируют реакцию зрителя, алчущего продолжения?

Да, я очень хотела бы увидеть улыбку судьбы (если ты ей улыбаешься, она улыбается в ответ) целиком.

Гл. 5. Любовь, судьба и фанатизм. «Клюквенный шербет»

Речь в этот раз пойдёт о сериале, который, поистине, стал событием, и первые 18 серий которого я уже имела счастие увидеть)

И теперь каждую неделю с нетерпением буду ждать очередную…

Вообще, мир турецких сериалов – это такая «Библия для неграмотных» … Ой, нет, не библия, иная Священная книга. Где наглядно и доходчиво разъясняется зрителю, независимо от уровня его умственного развития, что такое хорошо, а что такое плохо. Разъясняется красиво, с талантом, юмором и уважением.

Вот не только турецкая индустрия гостеприимства есть нам хороший пример, но и сериальная. (А то про «скрепы» сказали, а объяснить, что это такое – не посчитали нужным) …

Итак, приступим.

Первое, что сразу бросается зрителю в глаза – противостояние современного и традиционного, нет, скорее фанатично-религиозного, укладов жизни в Турции. (К разнообразным любовям и судьбам героев сериала мы ещё вернёмся, а пока рассмотрим именно этот аспект).

Как же, наверное, достали турков собственные фанатики, что они решились прямо-таки на их кинорезекцию)

На препарирование «традиционного» жизненного уклада семьи Унал прямо под ярким светом софитов.

Глава семьи, папа Абдуллах, крутой бизнесмен и весьма харизматичный старичок, владелец сети отелей и иной многочисленной недвижимости, имеющий деловые связи по всему миру. Члены закрытых сообществ всегда очень успешны, что, впрочем, не умаляет многочисленных достоинств и самого персонажа. И смотреть на него приятно (за редким исключением) – рассудительный, терпеливый, не чуждый юмора и трепетных движений души. Ах, этого бы мужчину, да в нежные, любящие руки…

Но нет. Аллах дал ему в спутницы маму Пембе. И вроде бы предназначение женщины в традиционных семьях – такое ведение домохозяйства, чтобы не отвлекать от дел (и зарабатывания денег) мужчин, однако мы видим иное. Домохозяйство – сикось-накось, дети несчастны, да и папе Абдуллаху нет покоя в собственном особняке. При всём при том – показное смирение, лицемерное благодушие, призывание Всевышнего по любому поводу, «скандалы, интриги, расследования» и прочие развлечения «покрытых» досужих кумушек, у которых уйма свободного времени, а «хобби у нас не бывает, харам!».

В общем, и домашние проблемы вынужден решать сам Абдуллах. Перед оглашением очередной неразрешимой ситуации, мама Пембе семенит в его кабинет, неся поднос со сладостями, дабы сначала задобрить мужа, то есть подсластить пилюлю. В результате такого «грамотного подхода» у главы семьи, в конце концов, случается сахарный диабет…

Впрочем, их отношения поданы с таким юмором, что смотреть на них не противно. «Ветки, сухой ветки мне за всю жизнь не дал!», – жалуется госпожа Унал окружающим, случайно увидев, как её муж преподносит роскошный букет роз потенциальной сопернице. – «Я дал тебе сорок домов, женщина! Терпения мне!», – парирует он.

Вообще вот это «терпения мне!» (выкатывая глаза и топорща усы) звучит рефреном во всём его общении с домашними. Ибо и детки тоже вовсю «отжигают».

Старший сын, сорокалетний дядя с умом и сердцем пятилетнего ребёнка. Которым вертит, как хочет, жена очень недалёкая, но хитрая и коварная без меры. Как тут не вспомнить вот это: «Если слепой ведёт слепого, то оба они упадут в яму» …

Средний сын – полудикарь (с университетским, впрочем, образованием), не умеющий, да и не желающий сдерживать себя ни на физическом, ни на эмоциональном уровне. В минуты просветления – симпатичный шалопай и выдумщик, влюблённый в свою молодую жену и, естественно, без тени сомнения, решающий всё за неё. Поселивший новоиспечённую супругу в семейном особняке, исполненном принуждения, интриг и фальши. Но, как говорится, не на ту напал…

Младшая сестра – мамина радость, «что ж ты милая смотришь искоса, низко голову наклоня…». Послушная, тихая, «покрытая». Ах, если бы не случившаяся с ней любовь! Не вылетела бы она белою птицей из окна мужнина дома, в который её насильно определили заботливые родители…

И вот эта фанатичная семейка лоб в лоб сталкивается с другой – современной, просвещённой, свободной (впрочем, тоже со своими тараканами). И обе семьи прорастают друг в друга и любовью, и ненавистью – не разорвать.

Гл. 6. Замуж за беду

Продолжаем смотреть «Клюквенный щербет».

Хотела осветить тему воспитания, она же – «отцы и дети», широко (и ярко) представленную в сериале на примере двух семей – современной и патриархальной, но драматические события последних двух серий внесли свои коррективы. (Да и тема во мне отозвалась, сама имею дитя «на выданье») …

Да, это насильное замужество дочери фанатично-религиозного семейства Унал, Нурсемы. Конечно, конечно – родители делают это исключительно из лучших побуждений! «Два дня поплачет, а дальше будет счастлива», – вот мнение мамы Пембе. И здесь она неколебима – ей же лучше знать. Она вообще знает всё – как лучше, как хуже, кто подходит, кто не подходит, кто достоин, а кто нет. Вот откуда такая уверенность и такое глубокое знание мира у кумушки, которая занимается исключительно домохозяйством, да и то кое-как?

А вот от папы Абдуллаха я такой жестокости не ожидала… Ведь к сыновьям он относится более снисходительно, хоть и скрепя сердце, но принимает их спутниц жизни. А ведь обе невестки его деткам «не равны». Не достойны их семьи, то есть. (И впереди ещё предстоит большая работа по адаптации молодых жёнушек).

Наверное, к несчастью Нурсемы, здесь, что называется, всё сложилось – и желание наконец взять реванш за неравные браки сыновей, и намечающееся своеволие дочери, и её внезапная любовь к «недостойному» (вот прекрасный же юноша!), и, самое главное – дочурку в этой семье никто не рассматривает как самостоятельную единицу. Как полноценного человека.

Что, в общем-то, и неудивительно.

Немного о семье жениха. Вот эти люди, вне всякого сомнения, достойные! «Равные нам», как говорят мама и папа Уналы. Глава семьи, которого острая на язык Алев Арслан сразу характеризует как «пещерного человека» (и оказывается права), его жена – интриганка и змеища и два сыночка-дикаря, которым позволено всё. Это не мои определения – так они представлены в сериале.

На сцену свадьбы смотреть без внутреннего содрогания невозможно. И папа, и мама, и братья Унал – вы, как, говорится, звери, господа… Госпожа Пембе здесь вообще не мать, а волчица какая-то. Один победно-превосходительный взгляд на дочь чего стоит. «Не оставляй меня здесь, мама…». Ага. С глаз долой – из сердца вон. Со всеми твоими неуместными любовями и достижениями в каллиграфии, доченька. Ты – вещь…

Финал этого праздничного действа закономерен – молодой муж, не добившийся взаимности жены в первую брачную ночь, выталкивает её из окна. Да, пусть на подоконник она вскочила сама, в надежде прекратить его притязания, но решающий толчок сделал-таки сынок «достойного семейства».

И эти люди… Новая семья прячет Нурсему в больнице (слава Аллаху, она осталась жива), запугивает её, да ещё и врёт родным девушки про внезапное свадебное путешествие в Италию. Впрочем, как там доченька – самих Уналов вроде как не очень и интересует. С глаз долой – и ладно.

Обе патриархальные семьи предстают здесь во всей красе… Вот неужели любовь к Всевышнему непременно должна сопровождаться человеконенавистничеством?

Спасают неудавшуюся жену как раз те, кого она в прошлой жизни осуждала и явно недолюбливала – женщины семьи Арслан. «Непокрытые», да и поведения не всегда достойного. Прямо скажем – иногда откровенно вызывающего. Но вот в них эта самая человечность присутствует.

Вот и думай…

На этом очередная серия обрывается.

ПС. Да! Параллельно происходит объяснение в любви между Абдуллахом и Алев (я знала, знала!). То, что читалось лишь интуитивно, наконец обретает материальную форму. Но это уже совсем другая история… А радостная ли, печальная – покажет время. И безусловно талантливая команда, работающая над фильмом.

Гл. 7. Зачем вы такие, мамы?

Пока в «Клюквенном щербете» происходит закономерное воздаяние по заслугам – кому долгожданная встреча с любимым, кому тренировочный полёт с недостроя, а объяснение папы Абдуллаха с его госпожой ещё впереди, можем немного передохнуть от сюжетной качки и осветить, наконец, тему семейного воспитания.

Ибо, не знаю как у вас, а у меня она давно зудит. И я бы рада разобрать её на примере какого-нибудь достойного отечественного произведения из современных, но, увы, таковых не имеется. Потому и обращаюсь к кладезю жизненной мудрости – турецким сериалам.

Итак, две девушки, одна из которых выросла в фанатично-религиозной семье, а другая – в современной, в разговоре между собой поднимают тему воспитания, а вернее, взаимоотношений с матерью (отцы в этом процессе участвуют номинально). И обе задаются одним и тем же вопросом – «мамы, ну почему вы такие!?». В смысле – желающие своему дитю исключительно добра, но на деле творящие настоящее зло.

Вот тебе и раз. Какие-то матери-волчицы получаются… Вне зависимости от жизненного уклада, которому следует та или иная семья. При этом, в текущем воспитательном процессе (уж не говоря о последствиях) несчастны все – не только дети, но и родители.

Кстати, и у матерей к своим дочерям куча претензий (как будто не они их воспитывали). Госпожу Пембе рассматривать не будем, там – патриархальная «клиника», а вот более современная госпожа Сонмез Арслан (Алие Узунатаган), имеющая двух состоявшихся дочерей и двух вполне взрослых внучек, в этом плане весьма интересна.

Младшее поколение называет её султаншей. Да, она такая – несмотря на свои преклонные года не утратившая деловую (домовладелица!) хватку, строгая и даже беспощадная в вопросах воспитания, стремящаяся до сих пор держать «в кулаке» своих сорокалетних дочерей. А вот внучек, к её чести, уже просто любящая – дети взяли весь удар на себя. Соответственно, и отношения с внучками у неё более теплые, более человеческие.

А что же доченьки? Да загляденье! Что старшая, мамина любимица, Кывылджим (Эврим Аласья), директор, между прочим, целой школы. Что младшенькая – изгой и оторва Алев (Мюжде Узман), мамин стыд, владелица агентства типа «вечный праздник».

Несмотря на все предпринятые воспитательные мамины потуги, дочери нашли в себе силы им противостоять. И – состоялись.

Видимо, ни лаской, ни тапком невозможно насильственно инсталлировать в других свои жизненные истины.

Вот стоило маме «убиваться апстену» и вырывать собственное сердце (с её точки зрения) в вопросах воспитания дочерей? Ведь они нашли своё место в жизни, как выясняется, не благодаря этим телодвижениям, а, скорее, вопреки.

Параллельно взрастив в себе умение «держать спину», как говорим мы. Или, как говорят турки – «даже когда у неё пойдёт горлом кровь, она всё равно скажет, что это клюквенный щербет».

Отсюда и метафоричное название фильма.

И вообще, умные люди давно пытаются до нас донести, что человек должен взрастить себя сам – как личность. А общепринятая система воспитания – дисциплинарная, основанная на страхе и подчинении, передающаяся из поколения в поколение, должна быть заменена другой – межличностной, на основе любви и уважения.

Кто начнёт?

Гл. 8. Мир сильных женщин. Ужасное место… (Продолжаем смотреть «Клюквенный щербет»)

Ахах. Другие-то места тут ещё ужасней.

В социуме вообще нет готовых мест, приспособленных для жизни. Приходится создавать их самому. В смысле – самой.

И счастия никакого здесь по умолчанию не предполагается. Не идёт оно бонусом к этой самой жизни.

Примем это без истерик и битья посуды и обратимся к поиску решения. Ведь счастие нам ой как необходимо. Ибо без него ничего не имеет смысла – ни семья, ни карьера, ни жизнь как таковая.

А куда, куда обратимся за подсказкой-то? Куда же ещё – к кладезю житейской мудрости, турецким сериалам.

Средоточие сильных женщин в «Клюквенном щербете», а именно оттуда взята фраза (кто не понял – с тонким юмором) для заголовка – семья Арслан. Здесь даже самые младшенькие уже с необходимой для жизни (чтобы тебя не затоптали в этой «восточной сказке») длинной волей. Есть такое выражение, характеризующее персональную духовную силу.

Сделаю небольшое отступление. Вот нам изо всех сил навязывается образ, извините, стервы – такая якобы успешная тактика выживания в мире мужчин. Даже курсы по этой «стервизации» есть. А уж книжек написано…

Так вот. Стерва и сильная женщина – это две, как говорится, большие разницы. Первая, поэтически выражаясь, идет по жизни, откусывая головы (и иные места) окружающим. Вторая – никому ничего не откусывает, но и свою ауру мять не даёт. У неё другая задача. Сделать мир лучше. Как бы высокопарно это не звучало. Углубимся в сей важный вопрос несколько позже, а пока просто поймём различие.

А кто же самый «щербет» среди женщин Арслан? Вот тут уместно напомнить глубокий смысл названия фильма. «Даже если она будет лежать на земле в луже крови, всё равно скажет, что это клюквенный щербет». Так характеризует своих дочерей мама Сонмез, ярко, с восточным колоритом описывая образ сильной женщины.

Так кто? Казалось бы – директор Кывылджим. Но уж слишком она прямолинейна и неудобна, её «щербет» горек, как говорится – на любителя. Женщина-бомба, с которой может справиться, соблюдая личную безопасность, лишь её возлюбленный, Омер. Вот смотришь на эту парочку и думаешь «хоспади, только бы не разбежались, только не сейчас». Ибо все остальные любовные линии в сериале изначально исполнены драматизма.

А вот после предательства (именно так) Кывылджим, после выдачи сына Омера, невиновного, между прочим, властям, и грозящей ему уголовки, возможно, и любимый от неё отвернётся. Есть же жизненное правило – всегда и в первую очередь защищай своих…

Молодежь, дочери Кывылджим, этого самого «щербета» пока только набираются. Симпатичные, бойкие, с правильными принципами (таки спасибо маме) – но лёгкие и более гибкие. Выбирающие не абстрактную «правду», а прилагательную к конкретному человеку. Сопереживающие, добрые, весёлые. Они ещё зажгут)

А вот «щербет щербетовна», это, безусловно, Алев Арслан. Что экстерьер, что ум, что жизненная стойкость. И вот это – умение делать всё красиво. И себя, и вокруг себя. В общем – «она по проволке ходила, махала белою ногой…». Недаром мужчины вокруг неё так и вьются)

И сама Мюжде Узман (актриса, играющая Алев) в жизни женщина очень достойная – обаятельная, с отличным чувством юмора, смелая. Однажды оборвавшая клешни даже смертельному недугу.

И да, против таких «щербетов» бессилен и сам РТЮК. Турецкий суд, самый гуманный суд в мире, отверг его притязания на приостановку сериала из-за якобы слишком яркой демонстрации сцен насилия над женщинами. Народ, постановил суд, согласно конституции Турции, имеет право знать.

Вот так сильные восточные женщины меняют жизнь к лучшему – и свою, и окружающих.

А что же мы?

Гл. 9. Бабий бунт на турдизи

Сериал «Клюквенный щербет» в последнее время наделал много шума, «порвав» телевизионные рейтинги и вызвав пристальный интерес главного цензора турецкого «широкого вещания» – РТЮК.

Причина сего (озвученная официально) заключается в том, что в картине слишком откровенно показана тема насилия над женщинами. (Вот будто бы если показать это самое насилие завуалировано, то как бы и нет его. Или оно такое – как бы с человеческим лицом…).

В общем, «Щербету» за это самое «откровение» был вчинён такой штраф, какого ещё не было во всей истории турдизи. И, по непроверенным данным, ещё и продолжение картины приостановлено на 5 недель.

А что, что такого показали-то? Да вполне жизненную ситуацию. Только слишком ярко и, не побоимся этого слова, талантливо. Ведь и актёрский состав фильма просто шикарный, и сценарий, и режиссура – всё на пять с плюсом. Чего себя сдерживать-то?

После ситуации с наложенными на сериал санкциями, его ведущие актрисы выступили в телепередаче известного журналиста Фатиха Алтайлы, выразив своё отношение к этому факту. Вот некоторые высказывания. Джерен Ялазоглу Каракоч (Нурсема) – «постыдное решение», Эврим Аласия (Кывылджим) – «мы живём в XXI веке! …», Мюжде Усман (Алев, в своём репертуаре) – «не нравится – не смотрите!».

Вот так. Не только чудо как хороши, умны и талантливы, но и смелы. Настоящее национальное достояние.

И, не удержусь, прокомментирую последнюю (из уже вышедших), 20 серию. Феерия, настоящая феерия! То самое выражение из турецких сериалов, «обрушить дом им на головы» … предстаёт во всей своей яростной красоте. Как говорится – фактически.

А Нурсема так прекрасна в праведном гневе, что достойна Оскара (или иной высокой награды). Не представляю, как вообще можно такое сыграть…

Да, и ещё одно выражение, застрявшее в голове со школьных времён – «свободная дочь Востока» обрело зримый образ.

Так вот она какая!

Гл. 10. Европа ли Турция? Как в судьбу сериала «Клюквенный щербет» вмешалась политика

Волшебная сила искусства…

Фанаты «Клюквенного щербета» в прошлую пятницу были крайне разочарованы невыходом очередной серии любимого фильма.

И вроде бы приостановка демонстрации сериала по решению РТЮК была отменена апелляционным судом, и после этого вышел очередной эпизод, и поклонники «Щербета» облегчённо вздохнули… И вот те раз.

А кто же в Турции такой могущественный, что ему нипочём решения суда? А догадайтесь.

Вместо очередной серии скандальной ленты по каналу Шоу ТВ показали документальные фильмы, «рекомендованные партией и правительством» (какая, должно, скукотища…).

На самом верху решили дать отпор нападкам, пусть и высокохудожественным, на «традиционные ценности».

А что, что за ценности-то такие?

По официальной версии – в сериале уж слишком смакуют насилие над женщинами… Ахах, да в редкой турецкой картине это не смакуют. И бьют прекрасный пол почём зря, и даже убивают. Уж не говоря о насилии моральном.

«Понимаешь, какая загогулина» … В «Щербете» это самое насилие (да с размахом!) осуществляют, как говорится, носители традиционных ценностей. Патриархальные семейства. И не одно какое-нибудь дикое, а все. Как бы подход у них такой к женщинам, что называется – типовой.

То есть в сериале весьма талантливо «продёрнули» аж целый патриархальный пласт населения. В коем люди, в основном, обладают немалыми возможностями. И (с большой вероятностью предположим) составляют опору власти, у которой на носу – выборы.

Вот Турция много лет стремится в Евросоюз… Уже и надежду, в общем-то потеряла, и вид сейчас делает типа «не очень-то и хотелось». Хотя по соцопросам, в цивилизованную Европу мечтают попасть всё те же 75% населения, что и прежде.

А что, что Европа-то? А её ведущие страны от такого нового члена как-то всё отбрыкиваются. И доводы приводят разные. Среди которых – ограничение свободы слова.

Что мы и наблюдаем сейчас на примере «Клюквенного щербета». Ограничение? – Ограничение!

Что характерно – демонстрацию ленты на ТВ волюнтаристически приостановили, и молчок. И не считают нужным объясняться.

Но. Наш любимый сериал едет в Канны. Показать себя (во всей красе) в кинематографическом центре Европы.

И что-то мне подсказывает, что там его непременно оценят. Ибо достоин.

Вот такие страсти… А потому что «из всех искусств для нас важнейшим является кино»)

Гл. 11. «Клюквенный щербет». Трэш, краш и второй сезон

Горячие поклонники турдизи уже высказались по поводу серии, завершающей первую часть «Щербета», но я люблю «торописса не нада») Да и времени на обсуждение сериала теперь полно – аж до осени. А она ещё то ли будет, то ли нет. Осень.

А вот второй сезон скандального фильма точно будет – как показала практика его «не задушишь, не убьёшь». Ортодоксальная публика «била-била, не разбила», РТЮК «бил-бил, не разбил» …)

Ну и команде, сотворившей это сериальное чудо, нужно отдать должное – сценаристы в последней серии уж так завернули сюжетные линии, так закрутили… А актёры сыграли предписанное с такой страстью, что и их, и зрителя аж перекосило. Как говорится – феерия, настоящая феерия!

Тем не менее, при всей фантасмагоричности событий, они вполне правдоподобны. Фильм прошёл по грани, а не по… (ну вы поняли). Не свалился в откровенную чушь, которой грешат некоторые, даже популярные турецкие сериалы.

Итак, финальный (во всех смыслах) ужин в семействе Унал. Именно эту локацию выбирают для своих драматических, на грани истерики, выступлений те, чья честь тем или иным образом оказывается попранной. Что вполне объяснимо – здесь-то она и попирается.

Женский реванш – вещь сама по себе страшной силы, а уж с наложением восточных страстей… Тушите свет. Сливайте воду.

В этот раз в центре семейного скандала Доа (так правильно – без «г»). Это её праздник. Она к нему серьёзно подготовилась. Уличила мужа-изменщика (с приведением «подтверждающих документов», вплоть до копии денежного перевода любовнице). Приготовила праздничный ужин, орошённый горькими слезами. Оделась и сделала лицо, соответственно торжественному моменту…

Милая, а чего ты ожидала от своего «волканического брюнета», который и тебя, несмотря на все свои патриархальные «понятия», затащил в койку до свадьбы? Что он вдруг, пусть даже и от большой любви, перестанет размахивать своей, как говорится, маскулинностью? Ах, мечты-мечты…

Да и сама его изменка не стоила всей той драмы, что развернулась впоследствии. Покатилась, как снежный ком.

А ведь, как мы помним, в фильме была, была этакая развилка, предполагающая два варианта развития событий. Ведь могла же Доа, застав муженька с любовницей и хорошенечко отчитав обоих (а его ещё и поколотить – несмотря на всю свою «волканичность», он ведь по натуре слабачок), тут же хлопнуть дверью постылого особняка. Но нет. Она выбрала более энергозатратный вариант. Холодное блюдо мести.

Вот только красиво сделать это не получилось.

«В общем – все умерли» …

Кто-то фактически, кто-то на тонком плане.

Сама Доа, не выдержав накала страстей, разрешилась от бремени чуть ли не на улице. Аллах-таки послал ей случайного таксиста, довезшего до клиники, но одного ребёночка забрал. (Впрочем, это ещё не окончательно – в турецких сериалах младенцы иногда чудесным образом воскресают. Ждём второй сезон).

Её мать, Кывылджим, утром вышедшая замуж (да так романтично, в городе Париже!) за своего любимого, торопясь к дочери в больницу вместе с ним же, попадает в страшную аварию. Омер не виноват – ему навстречу выскочил какой-то дятел, ослепив дальним светом… «Один ранен, один мёртв». (Впрочем, жандарм мог и ошибиться. Ждём второй сезон).

Ну и в семье Уналов – настоящий замес. Братья разругались насмерть – «лучше бы тебя не было, придурок». Госпожа Пембе, ранее свои припадки просто изображавшая для привлечения внимания мужа и детей, по-настоящему впала в исступление от открывшейся неприглядной семейной тайны (впрочем, тайны только для неё), возможной потери долгожданных внуков, безобразной «братской» сцены и фактического подтверждения её догадок насчёт Абдуллаха и Алев. Кто ж такое выдержит!

Вот жалко женщину, честное слово. «Мы строили-строили, и наконец… построили».

Даже Алев Арслан, поддавшаяся всеобщему безумию и утратив своё умение кошкой проскользнуть по краю, сцепилась-таки с Пембе. Вот чуть ли не врукопашную. Говоря и слушая обидное. Да-да, из-за господина Абдуллаха.

Который, смотря как «особняк рушится им на головы», только и мог, что шевелить своими роскошными усами…

А тем временем коварный «квартирный вопрос» вовсю портил чистую любовь Умута и Нурсемы…

Вот как тут не ждать второй сезон этого самого «Клюквенного щербета»!?))

Гл. 12. Клюквенный щербет – 2. Рождение психопата

На основные вопросы, с которыми сериал отправился на каникулы, ответы к началу второго сезона в целом получены. И в новом «Щербете» сюжетные линии обозначились уже достаточно чётко. Можно обсудить.

Итак, поехали.

Видно, что картина, несмотря на широкий событийный диапазон, пока только разгоняется. Что же придумала команда, работающая над фильмом, для удержания и пущего привлечения зрительского внимания?

Вот тут, снимаю шляпу/панаму перед сценаристками, был выбран беспроигрышный вариант – некоторая психопатизация сюжета. Ведь кто бы что не говорил, нестабильная личность всегда вызывает повышенный интерес окружающих. И очень часто – жгучее желание принять участие в её непростой судьбе, ахах.

Завороженному зрителю/читателю иной раз, не приложив осознанных усилий, просто не вырваться из этого фестиваля. Здесь я могла бы обратиться к близким и понятным примерам – от успешных блогеров до русских классиков как таковых… Людей, нечаянно или намеренно, раскачивающих читательскую психику. Но это отдельная большая тема.

Вернёмся же к нашим баранам, ой, героям.

А кто это у нас здесь такой хорошенький? Такой психопатик новоиспечённый? Да муж же бедной Доги (Дои), Фатих. Не знаю как у вас, а у меня он и раньше вызывал прямо холодок по спине. Браво актёру (Догукан Гюнгёр), отлично играет. Мало того, что на лицо страшен (ну, на мой вкус), так ещё и психически нестабилен. Не ходите, девки, за таких замуж. Маму, маму слушайте.

Жена с новорождённой дочерью ну никак не хочет к нему возвращаться. – У избалованного, нестабильного сЫночки отняли игрушку. Не дали доломать. Реакция? Правильно – истерика. И чем больше и упоительней он в неё погружается тем, как говорится, и за трактором дальше идти. За психологом то есть. А то и целым психиатром.

Ибо если этого волканического Фатиха не остановить, сам он не остановится. Он произнесёт страстный монолог, глядя в зеркало – «разве я ЭТОГО достоин?» (поводом был весьма прохладный ответ сестрёнки бывшей жены на его звонок, да ещё и, фоном, веселье на том конце провода), а потом начнёт действовать. Весьма продуманно, между прочим. Психопаты – они ведь такие продуманы… Это вам не бытовые истероиды какие-нибудь.

И, если семьёй Арслан диагноз ему уже поставлен («псих» – это самое мягкое определение), то сами Уналы всё надеются успокоить «пелестрадавшего» роднулечку домашними средствами… А время уходит. А Фатих тем временем, что называется – обращается. Точнее – перекидывается. Короче говоря, становится настоящим оборотнем.

Из симпатичного шалопая трансформируется вот прямо-таки в злодея. Да, жизнь ударила сильно. Так ударь в ответ её. А не молоти по родным и близким.

И пока мама Кывылджим и дочка Доа радуются, что наконец нашли отличного адвоката для бракоразводного процесса, он зловеще улыбается самоё себе, буквально через стенку. Глядя в окно соседнего кабинета (так и хочется сказать «на лежащий у его ног Стамбул»). Ведь этого адвоката он уже перекупил.

Можно предположить, что за драма развернётся дальше. Сладкую малышку, на которую не налюбуются и не надышатся родные Доа, её биологический папа вознамерился водворить назад, в семейный особняк. Для ради удушающей любви и правильного патриархального воспитания.

Иные сюжетные линии сериала, за исключением, может быть, одной – там, где «всплыл» в качестве вечного жениха бывший муж Нурсемы, не настолько нервические.

Но не менее интересные.

Даст Аллах, и их обсудим.

Гл. 13. Клюквенный шербет – 2. Убить истеричку

Обсудим очередную животрепещущую тему, поднятую в сериале. А я, с вашего позволения, снова побуду мамкиным психоаналитиком)

Небольшое лирическое отступление об игре слов (и букв). Щербет – это некий сладкий продукт с содержанием молока, шербет же – тот самый кисленький напиток яркого цвета, упоминаемый в турецкой поговорке, от которой и произошло название сериала. Так что отныне буду писать шербет через ш. Так правильно.

Поехали.

Здесь поговорим об истеричках. И не думайте, что эта тема персонально вас не касается. Касается всех – и женщин, и мужчин. Самым непосредственным образом.

До определённого возраста почти все женщины (за редким счастливым исключением) – истерички. Истериками мы реагируем на то, великое и до поры непознанное, что дано нам в ощущениях. На те грандиозные потенциальные возможности, которые обрушены на нас матушкой-природой. Пока не разберёмся с собой и не разложим всё это богом данное по полочкам в своей голове. Обращаю внимание. Голова здесь – понятие ключевое.

Самоё же женская истерика – явление отвратительное и непереносимое. Вызывающее в невольном зрителе только одно желание – придушить её носителя. Здесь говорю спасибо Алексею (фамилию которого произносить нельзя), смело назвавшего всё своими словами в одной из лекций по женской психологии.

А кроме вышеобозначенного сиюминутного эффекта, истерика ведь ещё имеет и нежелательные последствия. Длительного действия, между прочим. Здесь и обратимся к сериальным примерам.

Так кто тут у нас истерички-то? Такие хорошенькие?

Их две. (В смысле – основных, остальные так, эпизодические). Это матери враждующих семейств. Госпожа Пембе, естественно. И – тадам! – учитель Кывылджим (вот при всём к ней уважении).

И если Пембе, в рамках своего патриархального образа – тихая (пока) истеричка-манипуляторша, то Кывылджим – громкая и даже демонстративная, этакая «эмансипе», но совсем не про манипуляции.

Эти милые женщины давно вышли из возраста, в котором истерикам можно найти (вернее, притянуть за уши) какое-то оправдание. Не будем говорить о самом процессе, вызывающем у зрителя отторжение и брезгливую жалость, поговорим о его последствиях.

А последствия – налицо. Когда процесс воспитания детей происходит через истерики, пусть даже и ловко (как кажется госпоже Пембе) разыгрываемые, то для его оценки достаточно посмотреть на то, что из детишек получилось. Вот и посмотрим на молодое поколение семьи Унал…

Когда взаимодействие с супругом происходит через истерики, пусть даже и тихие, для оценки результата достаточно приглядеться к господину Абдуллаху. – Его постоянное «Терпения мне!», сахарный диабет (болезнь плохих семейных отношений, между прочим) и любовь к посторонней женщине (всей такой странной и прекрасной, и, к её чести – отнюдь не истеричке). Такое впечатление, что своего Апо госпожа Пембе вот-вот ухайдокает… Впрочем, он сам дал ей возможность так себя проявлять – «не хочу в это вмешиваться».

Так. Теперь разберём Кывылджим. У неё другая, если так можно выразиться, этимология истерик. Некоторые называют это темпераментом, но на самом деле – просто бытовая распущенность неумение с собою совладать. Вот сколько уже раз она летела с шашкой наголо решать семейные проблемы… А потом извинялась «за своё поведение». Да если бы не Омер – умный, любящий, спокойный, рассудительный, мужественный, в конце концов, совсем пропала бы баба эта ханым.

А результаты такого «поведения»? – Два раза чуть не потеряла дочь. Когда в первой серии (первого сезона), истерируя, потащила её избавляться от нежданного ребёночка, и совсем недавно – когда, в таком же состоянии, узнав о коварстве бывшего зятя, бросилась на разборки к особняку Уналов. Про Омера, которому теперь регулярно тоже достаются «шишки на орехи», молчу. Вот, опять же, при всём уважении, пора уже госпоже Кывылджим Унал хорошенечко поработать над собой. А то и до беды не далеко.

Впрочем, прогресс есть – она совершенно достойно (без всяких истерик) ушла с прежде горячо любимой работы, когда там стали насаждаться чуждые ей нравы. А ведь это (работа в современной/прогрессивной школе) было делом всей жизни. Может же? – Может!

А мораль сей сказки? А вот.

Дорогие сёстры! Убейте в себе истеричку, пока это с вами не сделали другие.

И жизнь, как говорится, расцветёт совершенно другими красками.

Гл. 14. Клюквенный шербет – 2. Любовь здорового человека

Здесь мы раскроем (попытаемся раскрыть) тему любви, которая, в общем-то, и является главной в фильме. И до которой мы наконец-то добрались)

Небольшое вступление. В «Шербете», взгляд на любовь и её носителей (как и сценарный коллектив п/у Мелис Дживелек) – женский. Это принципиально, это запомним. А чем же таким отличается женский взгляд от мужского? А вот.

Давеча я очень удачно (ничего случайного ведь не бывает) послушала одного суперпопулярного психолога, рассматривающего взаимоотношения мужчин и женщин во всём их многообразии. Да ещё и попутно раскрывающего страшные мужские секреты всем желающим (ахах). Этакий взгляд изнутри. Так вот. Мужчина глазами мужчины – козёл, психопат и извращенец нехороший человек, редиска. Причём это просто беспристрастная (и профессиональная) констатация факта. Как говорил герой одного нашего боевичка «ну, эт нормально».

А мужчина глазами женщины? – Не принц ли на белом коне, не надёжа ли и опора, не свет ли в окошке? Истинно принц, опора и свет.

Да почему же такая критичная разница?

А потому что мужчина видит то, что есть, а женщина – то, что может быть.

А когда, когда может быть-то? Уже наконец? Когда произойдёт чудесное превращение редиски в принца?

Что говорит нам вся история цивилизации? – Тогда, когда случится с ним большая любовь (для простоты восприятия будем оперировать общепринятыми терминами). Но. Эта самая любовь может преобразовать лишь условно здорового человека. Нездорового же она просто доломает до конца.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.