Геннадий Травников
Однажды в Иерусалиме

Татьяна Львовна, фамилия значения в нашем рассказе не имеет, как, впрочем, и имя с отчеством, поскольку история эта весьма секретная, рассказанная мне под клятвой вечного молчания человеком, лично принимавшем участие во всех последующих событиях.

 Человек этот женщина 40 лет, вполне адекватная, с высшим филологическим образованием. До недавнего времени Татьяна активно интересовалась христианством и даже посещала по воскресеньям и праздникам небольшой храм в своём селе, где её хорошо знали и уважали.

После произошедших с ней событий, о которых она мне поведала, храм она посещать перестала, но во взгляде её появилась какая-то светлая грусть и на все попытки завести с ней разговор о религии, она отвечала односложно и нехотя, уходя от прямого ответа и меняя тему разговора.

Мне она открылась совершенно случайно, как лечащему врачу её застарелой болезни, о которой я говорить не могу по совершенно понятной этической причине. Болезнь уже давно перешла в хроническую стадию, и нам с трудом удавалось держать её в более менее терпимом состоянии. Я сделал ей очередное назначение, но во время осмотра не увидел на ней нательного крестика, который всегда до этого присутствовал.  Осторожно поинтересовался  причиной отсутствия украшения , поскольку был осведомлён о её церковных делах.  Татьяна посмотрела на меня внимательно, и помолчав немного, сказала.

– Я не знаю, доктор, можно ли это рассказывать. Особенно врачу.  Боюсь, не так поймёте.

– Отчего же. Я каких только историй не слышал за многолетнюю практику.  Меня  сложно чем-то удивить. Боитесь, не сочту ли вас умалишенной?  Это, случайно,  не криминал?

– Нет, что вы, не криминал. Хотя, кто знает?

– Вы физически не пострадали?  Или материально?

– Нет нет, всё нормально. Даже, пожалуй, лучше чувствовать себя стала. Вот вы говорите, что анализы изменились.

-Да, это правда, потому мы и дозу лекарства  уменьшили почти в три раза. Случай для меня очень даже неожиданный. Я пожалуй впервые вижу не просто временную ремиссию, а почти полное выздоровление от этой болезни, поскольку причины её генетические.

-Тогда я пожалуй вам расскажу, больше ведь некому, а носить этот груз в себе очень тяжело.  У вас время есть?

– Вы последний на сегодня пациент. Поликлиника закроется только через два часа. Мне спешить некуда, один живу.

Отпустив медсестру, я закрыл дверь на ключ изнутри, заварил растворимый кофе мерзкого качества, подарок одной моей престарелой пациентки и приготовился слушать рассказ, разлив кофе по кружкам и положив на стол начатую коробку конфет и зефир в шоколаде.

Далее повествование будет идти от имени Татьяны, как я его запомнил и очень жалею теперь, что не записал его на диктофон.

« Вы знаете, я тоже живу одиноко. Я не молода уже, личная жизнь не сложилась по разным причинам, но это не главное.  Подруги все отпали сами собой, повыходив  замуж.  Меня в свою жизнь не пускали, боясь потерять мужей. Я это понимаю и не осуждаю их.  Женихов у меня всегда было много, вот и закопалась, как говорят в народе,  в конце концов. Обожглась пару раз по молодости, стала осмотрительней. Быть красивой, скажу я вам,  не так радостно как видится со стороны. С возрастом вместо гулянок стала книжки читать,  духовную литературу исследовать.  Не зря же я филологический окончила, читать всегда любила.  Читала всё, откровенно оккультные, Библию, Коран тогда уже появился в продаже. Сторожевую Башню сразу в помойку выбросила, с детства не люблю книжек с картинками.

 В конце концов пришла в храм, прочитала всё что нужно на эту тему.  Стала по воскресеньям ходить, постою, уйду, коли не понимаю чего.  Так влилась, стала причащаться, пробовала петь, но голос слабый. Помогала чем могла храму, общинка небольшая, все друг друга знали.

И вот, как-то раз, на пасху было служение, всенощная, людей пришло много, почти все незнакомые.  Наш храм и так небольшой, с трудом вместил всех.   Я люблю разглядывать людей и  пытаться угадать род занятий,  обеспеченность, семейное положение.  В основном в этот раз были женщины за пятьдесят и выше, человек пять мужчин среднего возраста и один, выглядящий как подросток, невысокий, лет восемнадцати,  с жиденькой первой бородкой.

Служба  кончилась, народ на улицу повалил, на свежий воздух. Рядом с крылечком группа образовалась, по разговору в поездку записывают желающих на паломничество во святой город Иерусалим в июне.

Православного вида женщина, в накинутой на голову розовой шали, раздавала брошюрки всем желающим. Я подошла, узнала номер телефона, куда надо позвонить, чтобы выяснить все подробности. Обмолвилась, что, дескать, наверное,  это здорово, вот только дорого и жарко будет в июне там.

Многие со мной соглашались на счёт дороговизны с нашими-то зарплатами, а я возьми да скажи: Вот если бы попасть в Иерусалим времён Иисуса Христа за такие деньги, тогда другое дело.  Все весело посмеялись, и на этом всё  закончилось в тот день.

На следующий день, в понедельник, раздался звонок в дверь. На пороге стояла  красивая женщина поразительно яркой внешности.  Я  такого правильного лица давно не встречала. Все пропорции просто идеальны.  Между тем никакого макияжа я на ней не заметила.  Скорее всего его вовсе не было.  Кожа лица была ровной, гладкой и слегка загорелой. Как будто человек приехал откуда-то с юга. Нечто ощутимо  восточное было в её лице. Карие  миндалевидные глаза, узкий прямой носик и средней полноты губы на слегка вытянутом, в меру скуластом лице.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.